# Образ предателя в романе Войновича "Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина"

Станислав Крутиков

Писатель Владимир Войнович участвовал в диссидентском движении во времена СССР и в настоящее время он поддерживает либеральную оппозицию. В частности, он писал письмо в поддержку бывшей украинской военнослужащей Надежды Савченко, обвиняемой в убийстве российских журналистов на Донбассе, а также выступал против присоединения Крыма ("В российский Крым я не пойду") и операции российских ВКС в Сирии.


Более того, известен его текст гимна России с сатирическим содержанием: "Распался навеки союз нерушимый, стоит на распутье великая Русь... Но долго ли будет она неделимой, я этого вам предсказать не берусь".Весьма непатриотично.


Одно из самых известных произведений Владимира Войновича - роман "Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина", который был написан в 1970 году. Однако его содержание не позволяло в то время опубликовать это произведение в Советском Союзе, и в 1975 году роман был опубликован на Западе, что стало причиной исключения Войновича из Союза Писателей.


Сам писатель в одном из интервью рассказывает про это так: "Тогда начали писать про меня, что я оклеветал народ, стали сравнивать меня с разными насекомыми, что я агент ЦРУ, что "автор льет воду на мельницу врага", "мы никогда и никому не позволим гадить на нашем советском огороде", "цепные прихвостни западных спецслужб" и всё в таком роде. Я это долго терпел, а потом стал огрызаться. Мне отключили телефон, и вскоре пришел некий товарищ в штатском, представился заместителем председателя райисполкома и сообщил, что терпению советского народа пришел конец и больше так продолжаться не может. Из Союза писателей меня исключили, а в 1980 исключили и из Советского Союза: отправили читать лекции в Германию, а следом вышел указ Брежнева о лишении меня советского гражданства".


Во время "перестройки" автора обвиняли в издевательстве над идеалами, очернении облика советского солдата, который выиграл войну. В СССР роман был опубликован только в 1988 году. И даже в наше время в феврале 2002 года Екатеринбургская епархия резко выступила против гастролей театра на Таганке, который привез в Екатеринбург спектакль "Иван Чонкин" по произведению Войновича.


Сам Войнович так описывает своёго литературного героя: "Чонкин не идиот, он обыкновенный простодушный человек, хотя немножко смахивает и на Швейка, и на Василия Теркина, и на сказочного русского солдата, который в огне не горит и в воде не тонет, и на Тиля Улленшпигеля. Я его не задумывал как идиота. Просто он оказывался в идиотских ситуациях, в которых нормальный человек вполне может стать идиотом. А это наши, обычные советские ситуации".


Рассмотрим детально облик простого солдата РККА Ивана Чонкина. Естественно, начать стоит с его происхождения: "Итак, в одной приволжской деревне жила в свое время некая Марьяна Чонкина, обыкновенная деревенская женщина, вдова. Ее муж Василий Чонкин погиб в четырнадцатом году во время империалистической войны, которая, как известно, потом перешла в Гражданскую и продолжалась очень долго. В то время, когда шли бои за Царицын, деревня, где жила Марьяна, оказалась на скрещении военных дорог, через нее проходили то красные, то белые, просторный и пустой дом Марьяны нравился и тем и другим. Однажды в доме Марьяны целую неделю квартировал некто поручик Голицын, имевший какое-то, весьма неясное, отношение к знаменитому роду русских князей. Потом он уехал из этой деревни и, должно быть, о ней позабыл, но деревня о нем не забыла. И когда через год, а может и больше (никто не считал), у Марьяны родился сын, в деревне стали посмеиваться, говоря, что тут дело не обошлось без участия князя. Правда, еще подозревали в этом местного пастуха Серегу, но Серега решительно отпирался".


Вполне возможно, что интимная близость матери Чонкина с поручиком Голицыным произошла в состоянии алкогольного опьянения. А ребёнок, появляющийся после этого, как известно, редко избегает врождённых патологий. И это подтверждает внешний облик главного героя, о котором автор пишет так: "Вы уже, конечно, обратили внимание на то, что боец последнего года службы Иван Чонкин был маленького роста, кривоногий да еще и с красными ушами. "И что это за нелепая фигура! - скажете вы возмущенно. - Где тут пример для подрастающего поколения? И где автор увидел такого, в кавычках, героя?". Мог бы, конечно, да не успел. Всех отличников расхватали, и мне вот достался Чонкин. Я, сперва, огорчался, потом смирился. Ведь герой книги, он как ребенок - какой получился, такой и есть, за окошко не выбросишь. У других, может, дети и получше, и поумнее, а свой все равно всех дороже, потому что свой". Ну да, сын женщины - нетяжёлого поведения, сделанный по "пьяной ночке" с явными признаками умственной отсталости. Забегая вперёд, стоит заметить, что он даже полного имени своей возлюбленной узнать не удосужился, что выяснилось на допросе в НКВД.


А далее по сюжету романа, в конце мая или начале июня 1941 года возле деревни Красное Долговского района совершил вынужденную посадку биплан "У-2". Командованием части было принято решение приставить к самолёту часового. Это задание поручили Чонкину. Прибыв на место, тот довольно быстро познакомился с местной жительницей Нюрой (Анной Беляшовой), возле огорода которой и оказался его пост. Сама Нюра была одинокой молодой женщиной, которой совершенно не везло в личной жизни. Отличалась она ещё и тем, что у неё в качестве домашнего животного был кабан Борька. И тут буквально на голову свалился мужик, которого она, как говорят, "захомутала". Чонкин начал жить с Нюрой в её доме.


Когда прошло полторы недели, Чонкин начал беспокоиться и написал письмо командиру батальона с просьбой прислать сухпаёк, который к тому времени закончился. Но Нюра, работавшая почтальоном, как написано в романе: "Надеясь, что начальство забыло о существовании Чонкина, и не желая напоминать о нём даже ценою сухого пайка, несколько дней носила это письмо в своей брезентовой сумке, а потом тайком от Ивана сожгла". А командование части о Чонкине действительно как-то забывает. А после начала войны командир полка, узнав, что тот ещё и женился, и вовсе решает оставить его в деревне. Интересны также слова Нюры, когда Чонкин после начала Великой Отечественной войны говорит ей, что должен быть на фронте: "Что ж это ты так на войну-то рвешься? - сквозь слезы сказала Нюра. - Да неужто ж тебе там будет лучше, чем у меня?". Что и говорить, капитально "попал под каблук".


Однако самое интересное происходит далее. Когда Нюра увидела на пути к своей деревне бойцов НКВД, и один из них имел неосторожность проболтаться о цели их поездки, то она сразу побежала домой предупреждать Чонкина: "Нюра стала плакать и умолять Чонкина принять какие-то срочные меры, потому что им все равно ничего не докажешь". А во второй части романа она в разговоре с начальником областного управления НКВД Лужиным говорит, что на Чонкина "напали какие-то люди и он вынужден был защищать свой пост". А прокурору Евпраксеину и вовсе, как сказано в романе, "простодушно" заявила, что её сожителя посадили "ни за что". "Какие-то люди"? Странно, но когда Нюра предупреждала своего возлюбленного о приближении бойцов НКВД, они для неё неизвестными не были. Довольно глупая попытка оправдаться. Ведь по сюжету она явно поспособствовала его аресту. При этом, сама Нюра этой участи избежала.


Вообще в романе видно крайне негативное отношение автора к НКВД (который он в романе называет "Те Кому Надо") и лично к Сталину: "На протяжении ряда лет оно вело истребительную войну против собственных сограждан, и вело с непременным успехом". И это притом, что войска НКВД во время Великой Отечественной войны сыграли важную роль, как в боях на фронте, так и в выявлении шпионов и диверсантов. Да и пограничные войска, первыми встретившие гитлеровские орды, в то время входили в НКВД. В романе же начальник Долговского отдела капитан Миляга даже готов перейти на сторону Гитлера.


При этом автором Чонкин противопоставляется НКВД настолько это возможно: заставляет их ползать в грязи, затем работать в поле, одна из выпущенных им пуль прожигает герб СССР на ордере на его арест, во время допроса у лейтенанта Филиппова он читает цитату Сталина: "Мы должны организовать беспощадную борьбу со всеми..." (а дальше перестаёт). Сам Вождь в снах главного персонажа предстаёт то в женском платье, то на блюде.


При этом, по словам автора, исчезновения целого городского отдела НКВД никто не заметил, кроме секретаря райкома партии. Однако показательно, что по району поползли слухи о банде Чонкина, распространяемые паникёрами, пресечь которые стало некому: "Одни говорили, что Чонкин - это уголовник, бежавший из тюрьмы вместе со своими товарищами. Другие спорили, что Чонкин - белый генерал, который последнее время жил в Китае, а теперь вот напал на Советский Союз, собирает он несметное войско, и к нему отовсюду стекаются люди, обиженные советской властью. Третьи опровергали две предыдущие версии, утверждая, что под фамилией Чонкин скрывается сам Сталин, бежавший от немцев". То есть автор, высказывая утверждения о ненужности и вредности деятельности НКВД, этим самым доказывает обратное. Ведь для ареста Чонкина с эшелона, направляемого на фронт, снимается целый полк. Хотя позже слухи о его "банде" приводят к тому, что Гитлер разворачивает свои наступающие на Москву основные силы на Долгов, дабы вызволить Чонкина и переманить на свою сторону.


Помимо прочего, во второй части романа имеется довольно интересная сцена встречи редактора газеты "Большевистские темпы" Ермолкина с проституткой. Когда тот отказывается от её услуг, говоря, что является коммунистом, она, в ответ, закричала: "А-а, коммунист. Сказал бы, что не стоит, а то коммунист, коммунист. Давить таких коммунистов надо!". То есть здесь имеет место противопоставление человека с высокими моральными принципами, которые декларировала тогдашняя ВКП(б), и откровенной шлюхи. Причём сам Ермолкин вызвал у неё настолько жгучую ненависть, что она даже плюнула ему в спину.


Также интересен и роман лейтенанта НКВД Филиппова, который участвовал в попытке ареста Чонкина, с Наташей. Она была дочерью учительницы и сама готовилась работать в этой профессии. Как сказано в романе: "И Наташа, и ее мать нравились лейтенанту своей интеллигентностью". Но их отношения закончились, когда она случайно встретила Филиппова, выходящем "из дверей своего Учреждения", и узнала, таким образом, где он служит. "Он уже не раз замечал, как люди, подобные Наташе, относятся к его сослуживцам". Наблюдение довольно интересное. Хотя чего тут удивляться, ведь, судя по всему, она была типичной "маминой дочкой", тк пошла по её стопам. А уж как подобные личности маскируют мужененавистничество "интеллигентностью" или "образованностью", думаю, многим известно.


А ближе к концу второй части романа заслуживает внимания этот момент: "Фигурин оторвал взгляд от бумаг, глянул на противоположную стену и оцепенел. Там, где еще вчера был портрет Сталина с девочкой на руках, теперь висел портрет Гитлера, тоже с девочкой, и похоже, что с той же самой. Причем Гитлер на портрете улыбался девочке, а сам при этом косил одним глазом на Фигурина, как бы говоря: вот видишь, какое дело!". Портеры подменила немецкая шпионка Капитолина, внедрённая в городской отдел НКВД и работавшая там секретаршей. Автор подчёркивает, что девочка та же самая, то есть ей как бы всё равно, на руках какого лидера сидеть. Это определённо перекликается с "Архипелагом ГУЛАГом" Солженицына, где тот возмущался запретом партизан преподавать учителям на оккупированных немцами территориях, говоря, что пришлось бы всего-навсего "из школы вынести портреты с усами и, может быть, внести портреты с усиками"!


В третьей части романа от лица автора и вовсе высказывается теория о происхождении Сталина от полового сношения путешественника Николая Пржевальского и лошади Пржевальского, так как "большие сомнения охватывают автора, когда он думает, что неужели такое чудовище могло быть выношено обыкновенной человеческой матерью". Причём такой сюжет настолько обрадовал антисталинистов, что этот отрывок из романа даже был напечатан "Независимой газетой" в 2007 году.


В общем, образы вышеперечисленных женских персонажей: "простодушной" Нюры, спровоцировавшей Чонкина на сопротивление аресту бойцами НКВД, уличной проститутки, "интеллигентной" Наташи, ненавидящей НКВД, и безымянной девочки на портретах Сталина и Гитлера противопоставляются символам сталинского СССР и вообще сильного государства, что очень символично. Ведь нечестные женщины, ненавидят всё, что связано с Архетипом Отца, одним из воплощений которого является правитель государства, а потому в любой момент готовы стать предателями. А отчуждение самого Вождя Народов от собственной матери служит усилению их положительного облика в романе.

Оригинал со всеми ссылками http://stasrus2009.livejournal.com/132096.html