# Свет живых

Сергей Анатольевич Кулаков

"Свет живых", конечно же, поэтический сборник, но, всё же, это и не совсем так. В ритм, рифмы, размеры текстов сборника заключены смыслы, содержащиеся в "Гимнах " Симеона Нового Богослова. Данный сборник скорее размышления над текстами древнего автора...

приобрести электронную версию книги можно на сайте ЛитРес.ру


Свет живых.

Размышления над 'Гимнами' Симеона Нового Богослова.

I

Сон и таинственный Огонь.

Жемчужину хотел найти,

А в доме - тьма; я стал скрести


Кресалом о кремень, но как

Я ни старался - в доме мрак,


И пустота: не видно в ней

Нигде Жемчужины моей.


И я уснул - что делать мне?! -

И видел, в этом странном сне,


Огонь, парящий в высоте;

В неизреченной красоте


Он чудно надо мной пылал,

И вниз с небес сойти желал.


Там - три светильника, и к ним

Огонь с небес спускался вниз;


Но, первый - пуст, второй - залит

Был маслом так, что не горит,


А к третьему подлезла мышь,

Все масло вылизала и


Подгрызла высохший фитиль.

Огонь никак не мог сойти


Зажечь сосуда эти три,

И в высоте своей парил...


Проснулся я - темно кругом,

И рой теней наполнил дом;


Я вверх взглянул, а надо мной

Во тьме пылал из сна Огонь,


Как бы искал: куда сойти,

Чтоб дом мой мрачный осветить.


От мрака и теней устав,

На ощупь я готовить стал


Светильник мой, пустой давно,

Чтобы его зажег Огонь,


И ярко осветил моё

Измученное тьмой жильё.

II

Дерево, Цветок и Плод.

Я семя злое из земли исторг

И Корень странный внес,

И долго-долго поливал потом

Его ручьями слез.

И, со смиреньем, удобрял росток,

И снова поливал;

Пока, однажды, деревцом простой

Мой саженец не стал.

И, наконец, прекрасней всех стократ,

На дереве возник

Цветок, но только увлечет он взгляд -

Исчезнет в тот же миг;

А стоит слезы мне пролить - опять

Цветок цвести начнет:

Взгляд увлекать, и ярче расцветать,

И превращаться в плод.

И над землей - о, чудо! - плод висит,

И изливает свет...

Но, где же дерево? Что стало с ним?

Его здесь больше нет!

III

Тьма, Огонь и радость.

'...очисти, Господи, меня!'

Из рва глубокого, где мрак

Везде, и грязь, и Света Дня

Не видно - болен, нищ и наг


Вопил я так, что и охрип,

И сил лишился, и стонал

Во мраке; точно червь внутри

Чудовищного рва без дна.


И Ты меня услышал! - Как?-

И Ты явился предо мной,

Рассеивая Светом мрак,

И выжигая смрад земной.


От страха я вжимался в грязь,

На светлый Твой и грозный Лик -

Ко мне сошедший вниз - боясь

Поднять свой взгляд, хотя б на миг.


Но Ты - в лукавого меня -

Вошел, и я сиял с Тобой

Свеченьем чудного Огня,

И перестал быть тьмы рабом.


В одежд Твоих преславный Свет

Оделся я и позабыл

Весь ужас тьмы, и горечь бед,

И то, кем я недавно был.


И девять теней, подняв крик,

Бежали в логово, где зверь

Зубами скрежетал, и рык

Напрасный испускал теперь.


И с тела спали ржа и гной,

И я Твоим Огнем сиял!

Но как? Но почему со мной

Ты это сделал? Я не знал...

IV

Разговор с душою.

О, неразумная душа моя!

Ты, раздуваясь, точно ткань от ветра,

Желаешь славы, почестей, богатства -

Всего, что в мире этом манит блеском,

Но исчезает, как мираж пустыни,

Едва подступит только время смерти.

В могиле нет ни золота, ни славы -

Одни лишь кости старые, сухие,

А там, где плоти немощной нет места,

В цене, душа, сокровища иные,

И главное из них - Христос-Создатель,

Небесная Жемчужина, которой

Ни драгоценней, ни прекрасней нету.

И Он с тобой, душа моя, играет:

Покажется на краткое мгновенье,

Все озарив вокруг нетленным Светом,

И исчезает, но желает, чтобы

За Ним одним отныне устремилась,

А на земные, тленные богатства

Ты не смотрела с завистью, как прежде.

(Как мы на пищу грубую не смотрим,

Вкусив куда изысканного блюда.)

За Ним спеши, Его преследуй, только

Его лишь одного ищи повсюду;

Не ослабей и вспять не обратись.

Не говори: 'Зачем Он скрылся снова?'

И 'нет, Он для меня неуловим!..'

Не обленись, не прекращай трудиться,

Ищи, душа, ищи Владыку Мира!

И не давай себе ни послабленья,

Ни отдыха в погоне, ни покоя;

По сторонам, на мнимые красоты,

Смотри не озирайся, но - преследуй

Того, Кто для тебя Один лишь может

Дать истинную Славу и Богатство.

И если не отступишь, не преткнешься,

И вспять не повернешь - обратно к тленью -

Тебя не бросит Он, не позабудет,

И, освящая святостью Своею,

Войдет, как в добрый храм в тебя и станет,

Тебя прославив, обитать с тобою.

V

Господь испытывает меня.

он говорит, он шепчет мне: Бог твой

забыл тебя, оставил, предал

мне в руки, и твои все беды -

от этого; и, вот теперь, ты - мой!


где твой Заступник? ты теперь один,

и стал ленив к духовной брани!

ты уповаешь, что от дани

удастся, может, как-нибудь уйти?


не увернешься! я таких как ты -

и лучших даже - уловил немало

мужей и жен, а сколько пало

в соблазн и грех монахов и святых!..


Но, знаю, Боже, знаю: ты со мной!

Ты - рядом! На меня взираешь,

И светлым Пламенем сияешь,

Господь мой Святый и Владыка мой.


В Сиянии Своем меня омой,

Очисти, выжги грех и скверну;

Дух укрепи, чтоб был я верным

Тебе, Христос, Тебе, Создатель мой.


Мой Бог и Друг, узреть Тебя мне дай,

Чтоб посрамился дух лукавый,

И удалился прочь, без славы,

А я - Тобой оправдан был тогда.


Я вижу, вижу этот яркий Свет,

И трепещу, и я ликую!

А на него - в ответ - я дую,

И исчезает тотчас он во Тьме.

VI

Наставление тем, кто решил уйти от мира.

Началом положив Христа, от мира удались,

А к тем, кто прежде близок был, теперь уж не стремись.


Прочь волю отсеки свою, и понеси свой крест,

И худшим почитай себя, чем все другие есть!


Живи как странник, нищим будь, безмолвие храни,

Теперь слезами омывай свои пустые дни,


Что раньше щедро расточал, и помни, что умрешь;

Смирись со смертью, и тогда - Свет Жизни обретешь.

VII

Благодарственная молитва.

О, освяти меня, Господь,

Своим нетварным светом,

И разумение мне дай

Творить Твои заветы.

От мира отделив меня,

И от всего, что было

Прелестно для моей души,

И сладостно, и мило:

Отца, и братьев, и друзей,

Земли родной и дома -

Вел страшною Своей рукой

Туда, где незнакомо

Все для земных. Как вел Своих

Из ада преисподней -

Египта сумрачной земли...

Язык мой недостойный!

Словами так бедны уста,

Чтобы хвалу обильно

Тебе творить за чудеса,

Которые так сильно

Ты даришь тем, кто за Тобой

Спешит от мира скрыться,

И только тленным телом их

Мир может поживиться.

И тел не удержать ему!

Своё лишь злое бремя

Мир увлечет в огонь, когда

Ему наступит время.

VIII

Куда мне идти?

Каким путем пойти теперь?

И на стезю какую

Ступить? В каком чертоге дверь

Открыть? Как можно всуе

Быть в мире и вне мира стать;

Быть веществом и тленом,

Но и незримо осязать

Нетленного? Из плена

Какие выведут врата,

И лестницы какие?

Где та гора, пещера та,

И берега морские -

Где зреть Тебя? Куда идти -

Вверх или вниз - чтоб мог я,

К Тому, Кто держит все, найти

Укрытую дорогу?

Как, смерти отданный, коснусь

Я Жизни Безначальной?

Ведь сено подходить к огню

Не станет и случайно!


Каким же мне пойти путем?..

IX

Монах-отшельник.

Я знаний многих не искал,

не грыз наук гранит;

чужим теперь для мира стал -

ушел в пустынный скит,

где непрестанно говорю

лишь с Господом одним;

молитву простую творю,

сияю вместе с Ним.

Сокровище найдя, я стал

и нищего бедней...

Кто мне преизобильно даст,

что средь ночей и дней

я зрю? Как удержу Его,

Внемирного, в себе?

Я жажду от обилья вод

и радуюсь судьбе:

уйти от мира злых тенет,

быть странником, и как

вернется свет обратно в Свет,

тьма - обратится в Мрак.

X

Плач-молитва Симеона.

Ты в милосердии велик,

мы - во грехах погрязли.

Ты неприступный свет для нас,

ведь мы во тьме увязли,

И там барахтаемся, как

в одеждах не по росту,

И прежде смерти - мертвецы

направившие поступь

Во преисподнейшее дно

бесчувственного ада.

Как будто больше ничего

другого нам не надо,

Чем мудрость мира обрести,

и славу, и богатство,

Не ведая больным умом,

что в этом святотатство.

А мы в них сами облеклись,

и тешим самомненье,

Как неразумные щенки,

играющие с тенью.

Но позабыли, что Господь

изрек для всех когда-то:

'Унизься и последним стань,

и будь лишь Мной богатым!

Всё - пыль, и только Аз есть свет

светящий миру, ибо

Я был, и буду, и хочу,

чтоб каждый Меня видел'.