Кун Андрей Владимирович: другие произведения.

Средиземье. Путь Майара. Глава 7

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  Глава седьмая.
  
  Возвращение в Изенгард.
  
  Через неделю после того, как я получил меч, Глорфиндель предупредил, что завтра со мной хочет познакомиться Владыка Элронд.
  Что ж, этого следовало ожидать. То, что я рассказал о себе, и о чем спрашивал Глорфинделя, наверняка стало известно Элронду. И заинтересовало его.
  Не сказать, что вечером накануне разговора я не мог уснуть. Просто думал. В голове крутились различные мысли, ответы на возможные вопросы и вероятные вопросы, те, что при возможности, задам. Особо я не нервничал, но и рядовой эту встречу назвать нельзя.
  Да уж, это несомненный прогресс. Эльфийский владыка, хозяин одного из Трёх Колец, решил найти время и познакомиться лично. Для безызвестного бродяги четыре года назад, это прорыв в личном статусе. Но у всего есть и оборотная сторона - теперь на меня обратили внимания, за моими действиями станут смотреть и оценивать.
  Впрочем, может это все глупости, и беседа такой и останется, без далеко идущих выводов? Якобы возросшую значимость, я сам себе и надумал, а Элронд просто, от нечего делать, решился познакомиться. Кто знает...
  Утро после завтрака выдалось прелестным. В эльфийской долине, как практически каждый день, солнечно и тепло. От воды тянет легкой прохладой. Где-то вдалеке слышится звук арфы и мелодичный женский голос. Благодать...
  Над горными склонами зависло несколько грозовых облачков. Там сверкают молнии, идет нешуточный ливень. Но даже эта деталь, говорившая, что есть Ривенделл, и есть остальной мир, лишь добавляла спокойствие и безмятежность в здешнюю атмосферу.
  Элронд оказался высоким, на дюйм выше меня, и очень внушительным эльфом, с густыми и темными волосами ниже плеч.
   Власть всегда преображает, но делает это по-разному. Если человек недостоин такой власти, то она его начинает развращать, и он совершает множество нелицеприятных поступков в угоду своему тщеславию, корысти или выгоде. И все это непременно отражается на внешнем облике - надо просто научиться замечать.
  Если человек владеет собой и своими чувствами, является хозяином своей судьбы, то он воспринимает власть иначе. Не как привилегию и возможность, а как Долг. И тогда власть не способна подчинить такого человека. Он сам становится ее господином.
  Именно таким правителем и являлся Элронд - величественным, умудренным знаниями, но внешне все еще юным. И лишь глаза - много видевшие, и хорошего и плохого, выдавали немалый житейский опыт.
  Одет Элронд в легкие брюки, обувь, и рубаху. Поверх всего длинный, до колен кафтан из тончайшей материи. Кафтан искусно вышит серебром и жемчугом.
  Одежда на хозяине этого места богатая, но выглядевшая изящно, и не броско. Сразу становилось понятно, что именно так и должен одеваться Элронд.
  - Глорфиндель много рассказывал мне о тебе,- продолжил Элронд, после того, как мы познакомились, - и мне стало любопытно.
  Мы втроём - Элронд, Глорфиндель и я, неторопливо шли по обсаженной деревьями дорожке.
  - Что же больше всего тебя заинтересовало? - мой тон доброжелательный и спокойный. Я приготовился максимально правдиво вести беседу. И я понимал, что перед Высоким Эльфом, мне, волей-неволей, предстоит многое, если не всё о себе рассказать.
  - Твоя суть, - Элронд внимательно посмотрел мне в глаза. - И она мне чем-то знакома. Словно подобных тебе, я уже встречал.
  - Видящий всегда может распознать Майа, - я сказал это без хвастовства (моей-то заслуги здесь нет, всё сделал Азре), но с внутренним достоинством.
  - Так ты Майа! - это уже Глорфиндель. - То-то я ощущал знакомое чувство.
  - Мне казалось, я знаю всех Майа в Средиземье, - если Элронд и впечатлен, то ему удалось это умело скрыть.
  - Ты хочешь сказать, что всех Майа из Благословенной Земли, Владыка?
  - А ты разве не посланец Валинора?
  - Нет, - я улыбнулся. - Открою правду, я там даже ни разу не был.
  - Так откуда же ты пришел?
  - Из Чертогов Безвременья, конечно. Я говорил Глорфинделю об этом.
  - Помню, - задумчиво протянул Глорфиндель. - Но не упоминал, что ты Майа. Скажи, ты видел там других? Может, Эру Илуватора?
  - Нет. Там я познакомился лишь с одним из Айнуров. Имя ему Азре.
  И предвосхищая вопросы, я рассказал свою историю - как Азре пригласил гостя из неведомых далей, о чем он с ним говорил, какой выбор предложил, и как я впервые попал в Средиземье четыре года назад.
  Глорфиндель уже знал, что я из другого мира, и что посетил Чертоги Безвременья. Но полной истории он, конечно, еще не слышал.
  - Значит, ты пришел сюда с целью изменить мир, - констатировал Элронд, и с лица его пропала улыбка. - Саурон когда то поступил также, и мы не смогли вовремя распознать его лжи.
  - Не бойся, Владыка, я не падший Майа, и мы не во Второй Эпохе, когда Саурон в прекрасном обличье пришел к Гиль-Галаду и тебе. Ты же видишь мою суть, не так ли?
  - Да.
  - Ну, так загляни глубже и пойми, что мною движет.
  Мы остановились. Элронд повернулся ко мне лицом и закрыл глаза. Глорфиндель смотрел, как и раньше, но более внимательно и серьезно. Не знаю, что уж там смогли углядеть эльфы (я сам-то себя плохо знал), но осмотром, они, судя по всему, остались удовлетворены.
  - Да, зла и пустого тщеславия в тебе нет,- задумчиво признал Элронд. - Но всё равно, моя фэа неспокойна. Жажда перемен часто приводит к худшему результату, чем был раньше.
  - Это правда, - я вынужден согласиться. - В моём мире говорят так: благими намерениями выложена дорога в ад.
  После того, как я объяснил эльфам, что такое ад (они сочли его более суровой версией залов Мандоса), мы продолжили беседу.
  - И что же ты собираешься делать здесь, в Средиземье, Майа Мэлгорн? - Элронд впервые назвал меня таким образом.
  - Учиться, учиться и ещё раз учиться, - ответил я классической фразой. - Я пока лишь похож на Майа, но мало что умею.
  - Если ты продолжишь также, как делал это последний год, то преуспеешь во многих своих начинаниях, - промолвил Глорфиндель.
  - Да, но жизнь не всегда зависит лишь от нас самих. И всегда есть место случаю.
  - Так что, в Чертогах Безвременья есть Айнуры, которые хотят изменить этот мир? - переменил тему Элронд.
  - Не мир, а то, для чего он создан. Цель перестала выполняться, - я рассказал эльфам концепцию перерождения, как возможности набора опыта и роста души-фэа. - К тому же там обеспокоены, что из Средиземья уходит магия.
  - Да, это правда, - с горечью согласился Элронд. - Магии и в самом деле становится меньше. Хорошо, что пока это не сильно заметно.
  - Так значит, в Чертогах Безвременья известны наши трудности? - заинтересовался Глорфиндель.
  - В некотором роде.
  Моим собеседникам всё это казалось совершенно новым и абсолютно непонятным. Впрочем, к моему удовлетворению, эти слова не вызвали жесткого отторжения.
  - Валары сделали и продолжают делать для нас очень многое, - сказал Элронд. - Мы искренне почитаем и любим их. Да и как может быть иначе, если они подарили нам саму жизнь, и Валинор, страну, где можно находиться вечно?
  - Подумайте, - я обратился к своим собеседникам, - разве так уж прекрасно прожить бесконечные тысячелетия в одном и том же месте, не иметь возможность посмотреть на все бесчисленное многообразие других миров и жизни в них? Разве такая жизнь не начнет, рано или поздно надоедать или тяготить? По сути, она станет бесконечным повторением одного и того же.... Все книги прочитаны, все песни спеты, все истории рассказаны.
  - То, что помимо Арды есть иные миры, лишь теория, - ответил мне Глорфиндель.
  - Но я сам доказательство этой теории. И я сам из другого мира. Может он и не самый лучший, и наверняка, вам бы там не понравилось, но он есть.
  - Если кто-то из эльфов захочет уйти за пределы Арды, это можно оценить как предательство по отношениям к Валар, - сказал Элронд.
  - Позволь с тобой не согласиться, Владыка, - ответил я. - Когда дети уходят из родительского дома в поисках приключений, или любви, или просто по зову сердца, разве они предают своих родителей? Нет, конечно, они уходят, но любовь к тем, кто подарил им жизнь, остается в их сердцах. Они уходят, для того что бы когда-то вернуться. И родители это понимают.
  - С такой точки зрения я этот вопрос не рассматривал, - признался Элронд.
  - А как ты всё это видишь, применимо к практике? - спросил Глорфиндель.
  - Никак, - я развел руками. - У меня нет решений, мне еще только предстоит их найти.
  Мы долго разговаривали тот день - всё утро, вплоть до обеда. И этот разговор позволил сделать интересные выводы.
  Самое важное открытие для меня то, что эльфы этого мира, несмотря на всю свою долгую жизнь, богатый опыт, и большие знания, во многих вопросах, так и остались очень консервативными. Например, они не думали о других мирах - но не потому, что им запрещали. Нет. Такие рассуждения просто не входили в их систему понимания мира. Вся Вселенная ограничивалась для них Средиземьем и аналогом рая в Валиноре, Благословенной Земле. Думать о чем-то, выходящем за эту простенькую концепцию, они не умели, и не хотели. И как мне представляется, даже немного побаивались. Всё это напоминало позицию Бомбадила. Но Том хотя бы понимал все многообразие Вселенной. А эльфы - нет.
  Но Элронд и Глорфиндель являлись Высокими Эльфами, и следовательно, могли предвидеть, серьезно и основательно размышлять, учитывая массу нюансов. И они, своими вопросами и словами заронили одну очень важную мысль, коротко которую можно выразить так: - иногда лучше синица в руках, чем журавль в небе.
  Общаясь с эльфами, я неожиданно понял их аргументы, опасения и тревоги. Передо мной встал серьезная моральная проблема. А кто я вообще такой, что бы вот так взять и решить за других, как надо или как не надо жить? Если эльфы, гномы или люди счастливы, то какое я имею право влезать в их мир, и все там перестраивать в угоду своей цели? А если я ошибаюсь, или что-то не учитываю, чего-то не замечаю? Какой может стать цена ошибки? И ладно бы, дело касалось лишь меня - это совсем одно. Но если я решусь и попробую изменить целый мир - то это очень и очень серьезно. И даже если намерения мои правдивы, чисты и ведут к добру (как я его понимаю), то не факт, что все получится, и выйдет по задуманному.
  В общем, после этой беседы, и эльфы, и я сам, крепко задумались.
  Потом, в течение ближайшей недели, я встречался и беседовал с Элрондом еще несколько раз. И мне, с каждой новой встречей, все больше и больше симпатизировал этот эльф. Мне очень импонировала его мудрость, спокойная уравновешенность и способность смотреть на вещи здраво и правдиво, не мешая чувствам и личным пристрастиям, влиять на окончательную оценку.
  Не знаю, как он и Глорфиндель относились ко мне, и к каким выводам пришли. Судя по всему, они приняли меня достаточно спокойно, понимая, что в мире могут жить великое множество различных жителей, за частую не похожих друг на друга.
  В один из следующих дней я попросил Глорфинделя научить меня видеть Призрачный мир. Эльф согласился. К моему удивлению, это оказалось не так уж и сложно.
  Всё дело в элементарной физике. Любой объект в мире отражает или поглощает тот или иной спектр солнечного света. Если мы что-то не видим, то это значит, что наши глаза просто не способны фиксировать именно такую длину световой волны. И это можно исправить. Либо с помощью механической тренировки глаз (многие же умеют видеть ауру человека без всякого колдовства), либо с помощью магии.
  Вот Глорфиндель и показал мне такую магию. Она, по сути, влияла именно на глаз, а не на окружающее пространство. Изменялись характеристики зрачка, и теперь он способен видеть ранее недоступное.
  Призрачный мир выглядел как копия мира обыкновенного. Вещи и предметы приобретали больший контраст и даже глубину, но дальность видимости снижалась. Ночь преобразовывалась и раскрашивалась удивительно красивыми, необычными цветами. Я научился видеть ночью, в полной темноте.
  Так же становилось видимым тепло, во всех его проявлениях. Говоря простым языком, начальная возможность видеть призрачный мир - это инфракрасный спектр. Так, во всяком случае, решил для себя.
  Человек и любое живое существо излучает тепло с различной интенсивностью. Вот это тепло и становится видно - более холодные и теплые области, синие, зеленые, красные оттенки во всех проявлениях.
  Я научился замечать отпечатки человека на других вещах. Например, я дотронулся рукой до какого-либо предмета. И мой след виден в Призрачном мире еще некоторое время. Так же обстояло дело и со следами от ног, на земле и других поверхностях.
  Теперь мне стало понятно, как назгулы и иные призраки видят наш мир и его существ.
  Мир, если смотреть на него призрачным зрением, выглядел фантастически завораживающе. Хотя, возможно, потому, что это для меня способность новая и интересная. Со временем я привыкну, и перестану испытывать такие эмоции.
  Как я понял, именно в этом диапазоне можно увидеть, как душа покидает тело. Или просто призраков умерших. Но для меня самая важная практическая ценность - это возможность видеть назгулов. И Глорфиндель твердо меня заверил, что я их увижу.
  - Какие твои планы? - спросил меня как-то раз Глорфиндель.
  - В октябре я должен вернуться в Изенгарде. Там я встречусь с другом, и мы отправимся в Минас-Итиль. Всё уже обговорено.
  - Хочешь помочь гондорцам?
  - Да. И себя заодно испытать.
  - Значит, ты скоро покинешь Ривенделл, - задумчиво протянул эльф. - Когда собираешься уезжать?
  - Дней через двадцать. Путь неблизкий, так что пусть в запасе будет неделя-другая.
  - Ясно, - Глорфиндель потер подбородок. - Я хочу тебе кое-что предложить.
  - Слушаю.
  - Через неделю жена и дочь Элронда отправляются в гости к родичам в Лориэн. Я стану охранять их в дороге. Не хочешь составить нам компанию? До Лориэна мы можем проделать путь вместе.
  - А Владыка?
  - Он остается в Ривенделле.
  Я задумался. Честно говоря, я собирался возвращаться в Изенгард через Шир, уже знакомой дорогой, и возможно снова посетить Тома Бомбадила. Эльфы же отправятся в Лориэн через перевал в Мглистых горах, а потом спустятся к югу вдоль правого берега Андуина. Эта дорога короче, но зато и эльфы двигаются более медленно. Трудно ожидать, что благородные эльфийки станут день и ночь нахлестывать коней, спеша быстрее увидеть Галадриэль.
  Но зато мой путь пройдет не в одиночестве. Да и Том Бомбадил, как я знаю, ближайшую тысячу лет менять место жительство не собирается. Так что решено, еду с эльфами. Я с радостью принимаю предложение, о чем и сказал Глорфинделю.
  В середине августа мы отправились в путь. Отряд получился не маленький - сотни три эльфов, большая часть из которых являлась воинами под предводительством Глорфинделя. Ну а что, всё правильно. Жена Элронда и его дочь нуждаются в надежной охране. Тем более, в горах можно вполне повстречать орков или гоблинов.
  Застоявшийся Яблоко шел легко и радостно. Около седла я привязал ножны со своим мечом вестника, решив пока что от него не избавляться.
  Кстати, наконец-то я уяснил для себя, чем орки отличаются от гоблинов. По существу, это родственные народы. Орки крупнее, более смелые и искусные в бою. А гоблины практически во всем их слабое подобие, если не считать хитрости, подлости и умению устраивать засады. В этом они превосходили своих собратьев.
  Через несколько веков и Саурон и Саруман с помощью похищаемых людских женщин, начнут создавать новый вид орков, так называемых урукхай. Эти ребята станут серьезными противниками, практически не уступая (а иногда и превосходя), обычных людей и по росту и по силе, и по выносливости. Но пока, в обозримом будущем, уракхай даже в планах не наблюдалось. Хотя, от эльфов я слышал рассказы, что им попадались невероятно мощные, и главное долгоживущие орочьи вожди. Похоже, Саурон начал генетические эксперименты. Правда, пока лишь в единичных масштабах.
  Покинув Ривенделл, наш отряд выбрался на тракт, и повернул на восток. Начался долгий подъём к Высокому перевалу. В передовой дозор Глорфиндель отправил охранный десяток конных эльфов. С тыла наш также прикрывали его воины.
  Большая часть эльфов двигалась пешком. На конях находились лишь Келебриан, Арвен, несколько знатных эльфиек, и также часть воинов.
  Несмотря на отсутствие лошадей у части отряда, эльфы оказались очень выносливыми, и за день проходили весьма значительные расстояния. Часто, особенно при ясном небе, путешествие продолжалось и в ночную пору. Эльфы мало спали, немного ели, даже в дороге играли на музыкальных инструментах, и наш путь проходил в интересной, живой атмосфере.
  Для привала эльфы выбирали живописные места, на вроде лесных полянок, около небольших водопадов, скрытых долин или рощ. Чувствовалось, что они прекрасно знают этот путь, и ранее неоднократно его проходили.
  По мере того, как мы поднимались все выше, становилось холодней. Эльфы на удивление спокойно переносили холод. И даже легкой одежды им вполне хватало.
  Потом началась зона снегов. Во 'Властелине Колец' описывалось, что Леголас мог ходить по любому снегу и не проваливаться в него. Так и есть. Эльфы действительно могли стоять на снегу, и их ноги в легких туфлях погружались на дюйм-два. Я же, когда подходил к ним, проваливался в том же месте, зачастую и по пояс.
  Эльфы звонко и совсем не обидно смеялись. Наверное, они считали людей очень неуклюжими и неумелыми.
  А я сделал в памяти зарубку, а потом перенес ее в дневник - попробовать этому научиться.
  И вот, в один из дней мы достигли седловины Высокого перевала. Легкий морозец пощипывал щеки. Редкие снежинки падали с голубого неба. Пар от дыхания рассеивался в чистейшем воздухе.
  Наш отряд остановился. Эльфы наслаждались прекрасным видом. И действительно, здесь есть на что посмотреть. Склоны Мглистых гор начинали понижаться, и отсюда, с самой высокой точки открывался прекрасный вид на восток Средиземья. А учитывая остроту эльфийского зрения, они действительно могли видеть впечатляющие картины.
  И тут я спохватился. Ведь Том Бомбадил успел научить меня магическому зрению. Помните, я упоминал о некоторых способностях, что успел перенять у него. Так вот, магическое зрение, входило в их число.
  Я сосредоточился, прогоняя лишние мысли. Глаза мои продолжали оставаться открытыми. Вначале ничего не происходило. А потом, совершенно неожиданно, мир 'прыгнул' на меня.
  Тракт, спускаясь и петляя, устремлялся вниз по склонам Мглистых гор. Примерно в двадцати лигах, с помощью нового зрения, я увидел Андуин и брод Крутень через него. Тонкой ниточкой Андуин тек с севера на юг. Немногим выше брода я увидел небольшой городок. Судя по всему это Каррок. Еще дальше, на северо-востоке смутно темнела горная гряда - Серые горы. Перед ними, едва заметный, раскинулся небольшой, деревянный городок. Похоже, это Фрамсбург.
  Я посмотрел на восток. Пересекая реку, тракт шел по степи, а потом углублялся в Лихолесье. Лес казался исполинским, живым существом, непонятным, и таинственным. Могучие, старые деревья, клочки тумана там и сям, долины и редкие прогалины.... Где то необозримо далеко за лесом, за пределами видимости даже магического зрения, мне удалось рассмотреть величественный пик. Я сразу понял, что это Одинокая Гора, до которой никак не меньше двухсот лиг. Сказать, что я поражен, значит, ничего не сказать. Уметь видеть на такое огромное расстояние, это просто чудо...
  Я перевел взгляд поближе, на Андуин. Величественная река неспешно несла свои воды на юг, а позади нее, не значительном расстоянии тянулось бескрайнее Лихолесье.
  Что бы Вам стал понятен масштаб и размеры Средиземья, представьте, что общая длина Андуина достигает тысячу сто миль. А Лихолесье - это огромный лес, протяженностью более четырехсот пятидесяти миль. Через Андуин, по направлению юго-восток, угадывалась величественная опушка Лихолесья. Там деревья выгибались огромной дугой, и где то в той местности находился Росгобел - дом Радагаста Бурого, одного из Магов.
  Ещё дальше к югу, на лесистом каменном холме, находился замок Саурона Дол-Гулдур. Правда, ни эльфы, ни Маги, пока еще не знали, кто конкретно там поселился, и называли тамошнего колдуна Некромантом.
  Андуин пропадал где-то далеко на юге, в туманной дымке. Но прежде, прослеживая его течение, мне удалось заметить огромный лес, примыкающий к восточным склонам Мглистых гор. Это Лориэн, цель нашего пути.
  А потом у меня закончились силы и магическое зрение пропало. Ух, я выдохнул. Такое ощущение, что словно камни таскал - так я умотался. Да уж, не так уж и легко пользоваться магией. Впрочем, возможно это с непривычки. Тренируйся чаще, и возможности и запасы магической силы увеличатся.
  Наш отряд за пару дней спустился с Высокого перевала. С каждым часом, с каждой минутой воздух становился все теплее и теплее.
  Затем мы свернули с тракта к югу. Дорога стала значительней хуже, частично разрушенная, частично заросшая травой и деревьями, но всё же она не пропала. И это единственный, более-менее спокойный путь с верховьев Андуина до самого Гондора по правому берегу реки. Существующая дорога по левому берегу куда опасней и рискованней.
  Левый берег Андуина это Лихолесье и Дол-Гулдур. Это степи, и местные жители - истерлинги, возничии, и другие степные народы, которые особой добротой не отличались. И конечно, это орки, устраивающие периодические набеги.
  Так что, по правому берегу Андуина тракт более спокойный.
  Дорога то приближалась к реке, то петляя, удалялась к склонам Мглистых гор.
  Утром и по вечерам прохладно. От реки постоянно наползают туманы и сырость. Многочисленные птичьи стаи кружатся над водой. Изредка, с верховьев, скользила одинокая лодка - купцы или просто путешественники направлялись в Гондор. Днем, как правило, погода налаживалась, и наш путь освещало ласковое солнце.
  Затем, наш отряд потратил целый день, пересекая вброд реку Сир Нинглор, одного из бесчисленных притоков Андуина, берущего начало в Мглистых горах.
  Тут, в продолжение нескольких дней, я старался быть очень внимательным, пытаясь с помощью магических способностей уловить что-то необычное...
  Дело в том, что мы двигались по Ирисной Низине. А эта местность знаменита тем, что в самом начале Третьей Эпохи именно здесь погиб Исильдур и потерял Кольцо Всевластья. Это колечко зарылось в ил где-то тут, в этом огромном, заболоченном крае, примыкающем к Андуину. И если история не изменится, что через пять веков его найдет речной хоббит по Деагол. Кольцо понравится его другу и родственнику Смеаголу, и произойдет убийство. Со временем Смеагол станет Голлумом, поселится в Мглистых горах, где и повстречает Бильбо Бэггинса. Но эта история далекого будущего. А пока Кольцо спокойно лежит где-то здесь. И никто в целом мире об этом не знает! А я знаю...
  Ирисная Низина большое и протяженное место. Но у меня есть ориентиры. Во первых - это правый берег Андуина. А во вторых это место, недалеко от которого проживают хоббиты.
  Уму непостижимо, но здесь, в этом самом месте, живут настоящие хоббиты! И мы их встретили.
  Хоббиты очень умело и ловко умели прятаться, и их дома искусно скрыты в земле, либо среди деревьев. Но рассмотрев, что появившиеся в родном крае чужаки - эльфы, они немного осмелели и несколько из них вышли нас поприветствовать и разузнать последние новости.
  Я, честно сказать, удивлен и восхищен их мужеством. Эти маленькие ребята выбрали для постоянного места жительства очень опасный регион, и, судя по всему, не собирались его покидать. Здесь они счастливы, а всевозможных орков, разбойников, и бродяг воспринимали как неизбежное зло, с которым сложно бороться, но от которого можно успешно прятаться.
  Так они и жили - тише воды, ниже травы. Конечно, до основательности и внушительности родни из Шира местным далеко. Но на свой лад, это смелый, спокойный, добродушный народец, вся жизнь которого, по большому счету, связана с Андуином.
  Мы познакомился с местными хоббитами. Когда я расспросил их про деревеньки, разбросанные вдоль Андуина, то понял, что поиски Кольца (если я захочу его искать), переходят из разряда фантастики в плоскость сложно осуществимого мероприятия.
  Я знал приблизительное место. А если я найду семью, где со временем родится Смеагол, то поиски еще сузятся. И что мне стоит, потратить пару недель и пройти вдоль берега Андуина в этом месте, и с помощью своей магии попробовать услышать Кольцо?
  Правда, пока это всего лишь наметки планов. И во всем этом существовала одна очень серьезная проблема. Даже если мне удастся найти Кольцо, не стану ли я его рабом, как все прочие? Даже Майа Саруман переродился, едва лишь захотел получить это кольцо. Так с чего мне быть уверенным, что я способен противостоять его мощи?
  Нет, ребята, в такие игры я пока играть не собираюсь. Слишком уж все это опасно и может закончиться очень плачевно. Как минимум надо тренировать волю и постараться разобраться в магии колец. А там посмотрим...
  На следующее утро эльфы распрощались с хоббитами, одарив их подарками, яствами, и продолжили путь.
  Отряд вступил в пределы Лориэна. И здесь наши дороги расходились. Эльфы по малозаметной тропинке сворачивали вправо, вглубь леса. Мне же предстояло двигаться дальше, по редким, принизанным светом рощам, вдоль реки, на юг. Эльфы предлагали завернуть вместе с ними к своей лориэнской родне, но я отказался.
  Последним, с кем я прощался, был Глорфиндель. Мы стояли на небольшом кургане и смотрели, как величественный Андуин несёт свои воды.
  - Я вижу, что в будущем мы еще с тобой увидимся, - так сказал мне эльф. - И встреча эта окажется радостной.
  - Прекрасные слова. Пусть так и будет, - искренне ответил я.
  - Как долго собираешься находиться в Итиле?
  - Года три-четыре. Может меньше. Может больше.
  - А потом?
  - Ты знаешь, Глорфиндель, в Средиземье столько мест, которые я мечтаю посетить, что мне пока сложно сказать. Возможно, я решусь отправиться на Восток и поискать эльфов-Авари, по пути посетив окрестности моря Рун. А может, отправлюсь на юг, в Умбар, или на север, к Долгому озеру. Я ещё и сам не знаю.
  - Про Авари у нас лишь легенды остались, - эльф задумчиво покачал головой. - Да и вообще, живы ли они? И зачем тебе это?
  - Ну, как минимум, меня тянет в путешествия. Хочется увидеть мир, осознать, насколько он огромный. Да и понять мудрость, надежды и чаяния восточных народов, дело очень нужное. Ты же должен помнить Синих Магов. Они не просто так ушли на восток.
  - Да, я их помню, - медленно проговорил эльф, - мы плыли с ними в Средиземье на одном корабле.
  - Так может, подскажешь, где я смогу их отыскать?
  - Думаю, что я мало чем могу помочь. Единственное, что я помню, в те далекие времена эти два Истари упоминали Прирунье. Знаешь, где это?
  - Да, это обширный регион на северо-западе Моря Рун. Там растут леса, зеленеют степи. И там расположено достаточно сильное государство Дорвинион. Это богатая торговая область, где встречаются множество народов, многих из которых на Западе даже не знают.
  - Всё правильно, - кивнул эльф. - Если и искать следы Синих Магов, то начинать надо в Прирунье.
  - Что ж, уже неплохо. Есть первая 'зацепка'. А про остальных Магов ты ничего не слышал? Где их можно найти? Они, в некотором роде, моя родня, - я рассмеялся.
  - Про Радагаста ничего не знаю, - эльф пожал плечами. - Саруман, вероятнее всего, сейчас в южном Гондоре, на побережье - так я, во всяком случае, слышал от Элронда. А вот Гэндальф, не исключено, живет в Лориэне. Так может, ты передумаешь, и все же заглянешь туда?
  - Не могу, - я покачал головой. - Хочу, но не могу. Не в этот раз. Сдаётся мне, что даже года в Лориэне не хватит для знакомства со всеми его тайнами и чудесами. А у меня и десяти дней лишних нет. К тому же у меня другие планы - посетить Фангорн.
  По-хорошему, это лишь отговорки, и я могу найти время, и посетить Лориэн. Но странное дело, меня туда словно что-то не пускало. Предчувствие, что ли?
  - Ну, тогда давай прощаться, - эльф сжал мою руку около локтя. - Пусть Свет всегда ведёт тебя на Пути, Майа Мэлгорн.
  - Пусть и твоя дорога будет честной и правильной, Преображающий эльф Глорфиндель. Я рад, что познакомился с тобой.
  Так я расстался с эльфом, узнав которого, понял, что такие душевные качества, как честность, смелость, верность не пустой звук в Средиземье.
  Дальше я двигался один, лишь Яблоко составлял мне компанию. Вплавь я пересек реку Кристалимку, что брала своё начало в лесу Фангорн и впадала в Андуин.
  В тот день резко похолодало, моросил противный дождь. Реку я одолел, но сильно промок и замерз. Останавливаться, разводить костер и сохнуть не стал, решив, что не стоит терять время.
  Сильный ветер, постоянно продувающий этот пустынный край, внес существенные коррективы в мои планы. Уже через пару часов я основательно чихал и озяб. И точно понял, что как минимум простыл.
  Магическая энергия, что я брал из окружающего мира, пытаясь с помощью неё подлечиться, восстанавливала силы, но недомогание прогнать не смогла.
  Пришлось остановиться в небольшой рощице, и оборудовать временный лагерь. Я расседлал Яблоко, и стреножил его. Затем развел костер, нарубил елового лапника, нашел несколько крепких и сухих поваленных деревьев, и перетащил их к костру. В общем, сделал себе небольшой шалаш.
  Подкрепившись, и напившись горячего травяного взвара, залез во временное жилище. Всю ночь меня сильно колотил озноб, и зубы выбивали чечетку. К утру стало легче, но я всё еще чувствовал легкое недомогание. Но это уже пустяки, и я продолжил путь
  Теперь я двигался по самому северу обширного степного края, который через пятьсот лет станет известен как Рохан. Сейчас же гондорцы и иные народы называли этот регион Каленардон, но я вроде бы уже говорил об этом. Северная часть, по которой я сейчас и передвигаюсь, носит название Волд.
  Теперь я начал забирать вправо, смешаюсь на юго-запад. Далекий лес Фангорн медленно приближался. Отдельные рощицы и заросли начинали постепенно сливаться в единое целое. Это еще не полноценный лес, и даже не его начало, а всего лишь дальние подступы.
  Еще дальше за лесом виделись Мглистые горы. Среди них выделялся гигант Метхедрас.
  Здешние степи поражали своими масштабами и богатством природы. Огромные просторы, занятые никогда некошеным разнотравьем, с редкими рощами или длинными лентами лесных полос. Овраги и балки, ложбины и волнистые предгорья, урочища и многочисленные безымянные степные речушки, поросшие камышом и осокой. На десятки лиг тянется это 'море трав'. Сейчас, в начале осени, все степные краски уже приобрели побуревшие, соломенные цвета.
  Степь полна жизни. Очень часто я видел вдалеке стада степных туров, один раз даже заприметил волчью стаю. Мне попадались лисицы и косули, зайцы и кабаны. Из хищных птиц наблюдал орлов, канюков, беркутов. По ночам ухали совы. А уж простых птиц, тех вовсе не перечесть - дрофы, журавли, цапли, перепела, рябчики, куропатки и многие другие.
  Вот только многочисленные слепни и оводы основательно нас донимали, и портили жизнь.
  Степь показалось мне яркой, несмотря на осень, и полной жизни. Прекрасный край. Как, наверное, здесь хорошо весной и в начале лета, когда воздух пропитан пьянящими ароматами трав, разогретых южным солнцем, а неприятных насекомых ещё нет.
  А ведь местная степь всего лишь небольшой кусочек Великой Степи, той, что лежит к востоку от Андуина, и тянется до Рунного моря, и еще дальше.
  Современному человеку с Земли нелегко представить такие огромные и пустынные просторы, где присутствие человека отсутствует вовсе, или ощущается весьма слабо. Место, где природа находится в своем первозданном виде, а многочисленные животные и птицы чувствуют себя спокойно, и люди не мешают их жизни. Где воздух хрустально прозрачен, а обычная речная вода чиста, и имеет необыкновенный вкус.
  В таком мире просто хочется жить и радоваться его дарам. В такие минуты ты начинаешь понимать, что Земля, с её якобы необходимой цивилизацией и городской культурой, вещь далекая, позабытая и даже ненужная. Никогда, живя в многомиллионном городе я не испытывал такого подъёма чувств. И никогда не ощущал себя таким живым, полным сил и энергии...
  В своё время я достиг берега реки Энтавы. И здесь принял решение свернуть вправо, в лес Фангорн, и попробовать найти энтов. Для этих целей вполне можно уделить несколько дней, к тому же не сильно отклоняясь от прямого пути в Изенгард.
  Для чего мне вообще посещать эти места, может спросить читатель? Отвечу, что конечно, дело не в возможности попробовать знаменитое питье 'древопасов'. Нет, причины совсем иные.
  Самое главное - мне очень любопытно и интересно взглянуть на иную форму жизни. Познакомиться, пообщаться, постараться понять. Я уверен, что сейчас с этим проблем нет. Энты в настоящее время вполне себе адекватные существа. Озлобятся они гораздо позже, когда Саруман займет Изенгард, создаст армию, и начнёт вырубать леса.
  Ну, и что самое важное, в моих планах имелся пунктик - путешествие на восток. Как там все сложится, и кого я там встречу, это один вопрос. Возможно, мне повезет, и я смогу найти энтиек- если они вообще живые, и если ушли именно в те края, а не, например, на юг. И поэтому, мне крайне важно познакомиться с энтами, посвятить их в свои планы, ну и заручиться моральной поддержкой на всякий случай.
  Итак, я поднимался вверх по течению Энтавы. Здесь речка уже не особо широкая - ее спокойно можно перекинуть стрелой из лука. Лес по берегам растет светлый, чистый. Но интуитивно становилось понятно, что это не Фангорн, а лишь окраины.
  А затем я увидел и сам Древний лес. Больше всего он походил на кусок хлеба, отрезанный ножом. Мелкие деревья и кустарники заканчивались и единой, высоченной стеной вставал Лес. Именно так, с большой буквы. И от одного его вида становилась немного неуютно и абсолютно ясно, что это очень, очень древний лес.
  Верхушки высоченных, многовековых деревьев неспешно покачивались под порывами ветра. Огромные лишайники, словно бороды, свивались со стволов, и утопали в траве. Гигантские ветви зачастую опускались до самой земли. Подлеска практически не существует. Лишь деревья и густой ковер трав у их подножия. Сумрачный свет, казалось, не особо любит освещать такие места.
  Яблоко возбужденно заржал. Я похлопал коня по шеи, успокаивая - ему явно не хотелось соваться туда, под деревья.
  Я зашел в лес, ведя лошадь за узду. Сразу стало пасмурней и тише. Лес не любил шума, и глушил звуки. Здесь властвовала тишина и покой. Редко, где-то в глубине, одинокая птица подавала голос.
  По описаниям из 'Властелина Колец', я помнил путь, которым прошли хоббиты Мерри и Пипин - вдоль берега реки до большого холма со ступеньками, на котором их и встретил Древень.
  Я решил идти также, а там уж как повезет. Доберусь до этого холма и посмотрим. Если никого не встречу, то углубляться в лес не стану. Это просто бесполезно, и даже в чем-то опасно. Не зная ориентиров (где находится жилище Древня, или Энтомолвище, я представляю смутно), бродить по Фангорну наугад - явно пустое занятие.
  Так что доходим до холма и ждем пару дней. Если ни кого не встречаю, то значит не судьба, придется продолжить путь в Изенгард.
  Становилось душновато. Но не от отсутствия воздуха. Просто здесь, под лесными сводами, он немного другой - и к этому следовало привыкнуть.
  Найдя вполне приемлемый выход к воде, я спустился, напился сам, напоил коня и наполнил флягу.
  Вода оказалась чистая, студёная, и пахнувшая лесными травами. Питьё освежило меня, да и Яблоко стал выглядеть более радостно.
  Впереди немного посветлело, и я оставил берег Энтавы, забирая вправо, на лесной просвет. Начался неспешный, но длительный подъем, стали попадаться заросшие лишайником камни.
  На одном из камней я увидел стайку синичек. Птички при моём приближении испуганно вспорхнули, и скрылись в глубине леса. Я счел это добрым знаком.
  Вскоре я вышел на поляну. Сверху нависал скалистый откос - судя по всему, здесь, из-под земли, вырывался наружу отросток Мглистых гор.
  Каменистый холм голый, словно тонзура на выбритой макушке у монаха. Лишь солнечные лучи перебегали по камням, освещая ту или иную его часть.
  Нашел я и подобие лестницу - грубые, неровные ступени вели по склону наверх.
  Мне не хотелось оставлять Яблоко одного в пугающем лесу. Прикинув ширину и высоту ступенек, я все же решил, что эту лестницу мы с ним одолеем.
  Так и получилось. Не сразу, устав и выдохнувшись, мы взобрались на вершину холма. Он оказался вровень с древесными вершинами, окружающими его со всех сторон. Поверхность казалась абсолютно пустынной, если не принимать во внимание многочисленные густые травы, и летающих насекомых.
  Здесь, на открытом пространстве, безраздельно властвовал свежий и немного прохладный ветер. Вид во все стороны открывался замечательный. Правда, смотреть здесь особо не на что. Со всех сторон растут деревья, и лишь на западе, высоко вверх поднимались склоны Мглистого.
  Становилось видно, что по лесу я прошел около пяти километров. Дальше распахивались безбрежные травянистые равнины Каленардона.
  К моему большому сожалению, энтов в пределах видимости не наблюдалось.
  Что ж, будем ждать. Тот вечер мы с Яблоком заночевали прямо здесь, на вершине. Костер я разводить не стал - энтам не нравится огонь, и не следовало их злить. Поэтому перекусил всухомятку, и весь вечер занимался призрачным зрением. Потом, когда стемнело и на небе появились первые звезды, я лег на попону, положил под голову седло, и стал наблюдать за небосводом.
  Бескрайний космос раскинулся от горизонта до горизонта. И сквозь него беззвучно летела Арда. Если настроиться, то этот полет планеты можно и почувствовать, и даже понять. Это удивительное и непередаваемое ощущение.
  Потом я, от нечего делать, стал прикидывать, видно или нет с Арды наше земное солнце и где его можно обнаружить. Солнце это маленькая (карлик по астрономической квалификации) желто-белая звезда. Но ни мое острое телесное зрение, ни магическое, не помогли ответить на этот вопрос. Слишком много желтых звезд на небе - выбирай, не хочу. А может, я сейчас вообще в другой галактике? А вдруг, Арда это Земля в прошлом или в иной ветки реальности?
  С такими вот мыслями уснул.
  Проснулся утром, с первыми лучами восходящего солнца и провел утреннюю разминку. Потом помог Яблоку спуститься с холма. Мы отправились к берегу Энтавы, где конь вдоволь напился, затем я его вымыл, а потом и сам немного ополоснулся.
  Прохладное утро и ледяная горная вода взбодрили меня, и я с надеждой принялся ждать энтов. В тот день я обошел кругом этот скалистый холм и немного обследовал окрестности леса, впрочем, далеко не углубляясь.
  Закончился и этот день, и так никто и не пришел ко мне в гости. Засыпая, я решил, что на следующий день подожду до обеда, а потом начну выбираться из леса. Ждать дольше не стану.
  Утро прошло спокойно. Ближе к обеду, всё еще находясь на вершине холма, я с надеждой оглядел окрестности. Пусто, и ничто не предвещает появление местных жителей.
  Я уже собрался спускаться, как неожиданно почувствовал некое наитие, или если хотите, голос интуиции.
  Глубоко вздохнув, набрал в грудь воздуха и громко засвистел. Эх, будь у меня рог, получилось бы замечательно. Но и так свист вышел на славу. Абсолютно здоровые легкие выдали очень сильный и долгий звук.
  Свиснув, я перевел дыхание. И вот, спустя некоторое время, издали, еле слышно, мне послышался отзвук...
  Я свистнул еще раз. И теперь никаких сомнений не осталось. Кто-то меня услышал, откликнулся, и теперь шел к этому месту.
  Мне стало немного волнительно....
  А потом из-за дальних деревьев неторопливо вышла высокая, человекоподобная фигура. Энт, а это, безусловно, именно он, остановился, смотрелся, приложив руку ко лбу, и затем направился в мою сторону.
  Шагал он неспешно и степенно, но приближался быстро.
  Очутившись около основания холма, энт задрал голову, посмотрел на меня и принялся подниматься.
  Вот и он. Яблоко испуганно заржал, и мне пришлось успокаивать коня. Затем я осмотрел местного жителя.
  Энт оказался высоким, больше четырех метров существом с кожей сероватого оттенка. Длинные руки и ноги с шестью пальцами. Стройный торс, шея и голова.
  Но конечно, как это и отметил хоббит Пин, главное в энте, это глаза. Глубокие, мудрые, всезнающие. И очень спокойные.
  - Эхе-хе, хм, хм, - проговорил энт, словно прокашливаясь и вспоминая полузабытую человеческую речь. - Ну, здравствуй, гость. Ты позвал, а я услышал. Теперь отвечай кто ты, и что тебе здесь надобно?
  -Я странник. Моё имя Мэлгорн, - честно сказать, я был немного, самую малость, разочарован. Я-то надеялся встретить Древня, но это, конечно не он. Даже по количеству пальцев это можно определить - у Древня их семь. - И я бы очень хотел познакомиться с энтами.
  - Эге, хм-хм, познакомиться с энтами, - задумчиво протянул собеседник. - А позволь спросить, тебе это зачем?
  - Ну как же, зачем, - я улыбнулся. - Больше таких, как вы нет в Средиземье. Вы много видели, много помните, и можете много поведать... А как твоё имя?
  - Ну, если говорить по человечески, можешь называться меня Яствень, - ответил энт. - А настоящее моё имя ни к чему так сразу выкладывать первому встречному, да и слишком долгое имя у меня.
  - Ясно. Что ж, будем знакомы.
  Яствень оказался вполне радушным и гостеприимным энтом. И, что самое главное - любопытным. Впрочем, понять его можно. Представьте себе существо, которому несколько тысяч лет, и которое живет в одном месте - пусть и большом, но дремучем лесу. И что здесь делать? Скукота смертная, новостей никаких. Про женщин и связанный с ними инстинкт, все уже и думать забыли. Большая часть сородичей, скажем прямо, довольно молчалива. С медведями, и всякими птичками надоест общаться довольно быстро. В первые два-три века. В общем, если и не одичаешь, то ошалеешь, это точно.
  Поэтому, любым новостям, даже самым простым и незамысловатым, энты придавали большое значение и внимательно их слушали.
  По своей сути, энты простодушны и непосредственны. Обмануть их, при желании, не такая и сложная задача. Они мало общались с людьми и плохо представляли, какими негативными качествами может обладать человек. Они оценивали окружающих по своей мерке. И поэтому были и радушны и гостеприимны, и охотно рассказывали про себя.
  А уж когда я упомянул про Тома Бомбадила, так энт чуть ли не заулыбался. Видать, они помнили этого древнего духа и сохранили о нем очень теплые воспоминания.
  - А ты можешь мне рассказать про энтиек? - спросил я Яственя.
  - Это печальная история, - энт даже голову понурил. - Они сгинули и всё тут. Больше сказать нечего.
  - А где, и когда?
  - Последний раз мы видели их на востоке, на Бурых Равнинах. А потом Саурон начал набирать силу. Началась война. Приплыли Заморские Рыцари, и Саурон сдался в плен. С тех пор энтийки пропали.
  Ага, всё понятно. Нуменорцы пленили Саурона в 3262г. Второй Эпохи. Эпоха эта потом продолжалась ещё сто семьдесят девять лет, и закончилась падением Саурона. Значит, на сегодняшний день, с того момента прошло более двух тысяч лет. Срок, что и говорить не малый. Но энты живут иначе, и время для них не критично.
  - А где ваши старшие, Яствень, - спросил я. - ты не мог бы меня с ними познакомить?
  - Кхгм, кгхм... Самых старых у нас троё: - Фангорн, Финглас и Фладрифь, это их эльфийские имена. По простому, можешь называть их Древень, Листвень и Вскорень. Древень сейчас на севере Фангорна, и его так просто не найти. Листвень уже готовится к зиме, и, наверное, засыпает. А вот с Вскорнем я тебя смогу познакомить. Хочешь этого?
  - Да, Яствень.
  Вот таким образом, мы направились к западу, к тем местам, где по предположению Яственя, мы могли найти одного из трех их старост.
  Пока все складывалось удачно, мои планы осуществились. Теперь мне хотелось большего - познакомиться с одним из старших энтов.
  Около часа мы пробирались лесными тропинками на запад. По моим прикидкам, сейчас мы находимся на склонах Метхердаса. Где-то там, с противоположной стороны этого пика построен Изенгард. Жаль, что я не умею летать - так бы я намного сократил путь, и достиг крепости за пару часов. Но дорог здесь нет, и мне придется делать огромный крюк.
  Вскорень оказался высоким, под пять метров энтом, худощавым и задумчивым. По внешнему виду, он выглядел старше и солидней Яственя. Его кожа чем-то напоминало березовый ствол - светлая, с темными пятнами.
  Эх, будь я ученым, то можно создать новое направление науки - энтомологию. Хе-хе. Жаль, что на Земле этим словом называют совсем не связанную с энтами дисциплину.
   Вскорня, как и Яственя, интересовало всё то, что происходит вокруг. Как только мы познакомились и разговорились, он заставил меня пересказать все то, что я уже поведал первому энту.
  Я вздохнул, отпустил Яблоко пастись и начал свой рассказ. Что ж, я сам все этого хотел.
  В тот вечер я заночевал на небольшой полянке, где-то в глубине Фангорна. Энты, конечно, пригласили меня к себе в гости, но как оказалось, Яблоку туда добраться не просто. Бросать коня, я не стал, и поэтому от приглашения отказался. Энты пожелали мне спокойной ночи, и мы расстались до утра.
  Едва рассвело, они уже появились. Да не одни. На сей раз с ними пришел еще один энт по имени Каштанник - с коричневой кожей, здоровенными руками и короткими, но очень мощными ногами. Очень колоритный энт, что и говорить. Увидев его, я присвистнул. Мне представилось, что весь рассказ придется повторять по новой.
  Но, славу Эру Илуватору, обошлось.
  Мы проговорили весь день. Энты расспрашивали про Средиземские новости, но и я в долгу не оставался. Узнавал про Древний Лес, про затонувшие западные земли, про давние времена.
  Энты обладали хорошей памятью и умели неплохо рассказывать. На мой взгляд, у них присутствовал лишь один серьёзный недостаток - они любили подробно и очень обстоятельно отвечать на вроде бы короткие и простые вопросы.
   Ну а потом я упомянул, что возможно со временем отправлюсь на восток. И мог бы поспрашивать там про энтиек.
  Услышав эту новость, энты очень оживились и даже обрадовались.
  - Это будет очень полезным делом,- сообщил очевидную истину Вскорень. - И все энты будут благодарны. А я расскажу о тебе Древню. Пусть и он порадуется, что хоть кому-то в Средиземье не безразличны наши горести и беды.
  А потом наступил вечер, и наша беседа подошла к концу. Ну, это я ее закончил, объявив, что утром отправляюсь дальше по своим делам. Что касается энтов, то они были бы счастливы, если б я остался в Фангорне еще на годок - другой, и рассказывал им раз по десять, всё, что знаю и помню.
  Что ж, я остался доволен беседой и встречей. Я добился самого главного - первого знакомства, и энты меня запомнили. Со временем, я больше чем уверен, всё это мне пригодится.
  Собственно, для всего этого я и заглянул в Фангорн. Отметиться, познакомиться, поставить 'галочку'.
  От энтов, в настоящий момент, мне ничего не нужно. И пить их знаменитое питьё тоже не требуется. А сделать доброе дело, и не просить за него вознаграждение - это же приятно и правильно, на самом деле. Если у меня получиться помочь этим 'древесным пастухам', то я буду рад.
  Ранним утром энты пришли на полянку, где я ночевал. Они просили заглядывать в гости, и сделать это в любом случае, даже если я и вовсе не отправлюсь на восток.
  Мы попрощались.
  Выбравшись из леса, я продолжил свой путь.
  Я пересек реку Энтаву и углубился в край Вестемнет, огибая восточные отроги Метхедраса. Здесь, как я знал, уже можно найти местных жителей, дунландцев.
  Еще через день я наконец-то встретил первых живых людей. Но, это оказались не крестьяне или охотники, а парный изенгардский разъезд.
  Двух всадников я заприметил издалека, намного раньше, чем они меня. Я подключил магическое зрение и внимательно их рассмотрел. Так и есть, судя по форме и амуниции, это свои.
  Через некоторое время эти ребята заметили меня, и остановили коней. Тот, что помладше, постоянно приподнимался в стременах, и один раз даже встал на седло, осматривая степь, и выясняя один ли я, или со мной есть еще люди.
  Несмотря на то, что на воинах надеты шлемы, приблизившись, узнал одного из них. Его звали Бренго, и я хорошо запомнил его по совместному походу на орков. Второй воин, по виду он выглядел моложе, мне незнаком. Возможно он из новеньких, из тех, кто стал служить в крепости за время моего отсутствия.
  Всадники смотрели настороженно, держали руки на рукоятях мечей.
  - Здорово, парни, - я помахал рукой. - Не узнаете меня? А я тебе знаю, Бренго.
  - Постой, постой, - воин задумался. - Я же тебя тоже помню. Ты Мэлгорн, сначала служил в десятке Грестлинга, а затем стал вестником, - воин широко улыбнулся и облегченно вздохнул. Я его понимал. Встретить вооруженного незнакомца в степи, та еще проблемка. Кто он, что делает, куда направляется? А тут все вопросы сразу отпали.
  - Точно. И я возвращаюсь в Изенград.
  - А откуда?
  - С севера.
  - Что, хочешь на службу вернуться?
  - Нет, я с Гресом договорился встретиться. Кстати, как он, здоров? Вместе будем думать, что дальше делать.
  - Понятно, - ответил Бренго, почесав нос. - С Грестлингом нормально всё. Ну, ты и сам скоро узнаешь. Что же, дорогу, думаю, найдешь. Удачи.
  Мы разъехались. Второй воин, серьезный не по годам, так и не произнес ни слова, и я даже не узнал его имени.
  Еще через день я наконец-то достиг Изенгарда. В крепость меня, несмотря на знакомства, не пустили, и я остановился на постоялом дворе с названием 'Толстуха Мэг'. Его хозяйка, женщина около сорока лет, и по имени, и по внешнему виду точь в точь соответствовала вывески этого заведения.
  Мне предоставили вполне удобную комнату. И самое главное, я наконец-то получил чан с горячей водой, в котором с большим удовольствием вымылся.
  Вечер я провел в комнате, отдыхая и отсыпаясь. Что и говорить, путь я проделал немалый. Если прикинуть по карте - огромное расстояние.
  Но я не устал. Более того, остался доволен, как проделанной работой, так и пройденным путем. Мне очень нравилось узнавать новых людей (и не людей) и посещать ранее неизвестные места. Открывая новый мир, ты, таким образом, открываешь и новые стороны самого себя. Получаешь свежие, яркие впечатления, учишься смотреть на людей непредвзято и максимально объективно, развиваешься.
  А сегодняшний вечер я посвящаю отдыху. Ни куда не иду, ничего не пишу, и ни чем не занимаюсь. Просто лежу на кровати и отдыхаю. Ах, да, хозяйка, принеси двойную порцию ужина!
   Утром я собрался и пошел к крепостным воротам, где попросил стражников позвать Грестлинга.
  И когда Грестлинг вышел из ворот, и заметив меня, радостно крикнул - здорово, Мэл!, я был счастлив. На самом деле, в тот момент я ощутил, как тяжело одному, и как хорошо, когда рядом есть друг.
  Мы обнялись, и были одинаково рады этой встречи.
  - Ну как ты, старина? - первым спросил меня Грес.
  - Да ничего, вроде живой, - я улыбнулся.
  - Вижу, вижу, и выглядишь нормально.
  - Да и ты не раскис. Форму то держишь? - я, шутя, ткнул его кулаком в живот.
  - Стараюсь.
  - Хорошо. Ну что пойдем на постоялый двор, посидим, пива выпьем, поговорим, а? - предложил я.
  - Сейчас не могу, Мэл, служба, сам понимаешь, - Грес развел руками. - Ты где сейчас остановился, у 'толстухи'?
  -Ага.
  - Ну, тогда давай до вечера.
  - Договорились.
  В общем, тем вечером мы душевно посидели. Под копченую андуинскую стерлядь выпили немало пива. Заказали бараньи ребрышки в луковой подливе, тушеную с перцем капусту, и большой круг колбасы. Ну и на десерт яблочный пирог с горячим травяным отваром.
  Пивком, что и говорить, набрались мы основательно. Но зато и повод совсем не рядовой. Так что можно и расслабиться.
  Мы много проговорили, и в основном рассказывал я. Грес в течении беседы несколько раз брал в руки ножны с Энсалом, обнажал клинок и восхищенно чокал языком. Эльфийский меч произвел на него сильное впечатление.
  У самого Греса особых новостей то и не было. Больше года однообразной службы в Изенгарде - вот и все известия, и их можно описать двумя-тремя фразами.
  Самое важное заключалось в том, что Гресу осталось служить девять дней. Значит, я прибыл во время, без опозданий. А вторая новость состояла в том, что он нашел нам попутчиков.
  Оставшиеся до окончания службы Греса дни, я провел на постоялом дворе. Прежде всего, закончил свою книгу. Я назвал ее так: 'Записки о Средиземье, и о разных странах и народах, в нем проживающих. Том I. Написано Мэлгорном'.
  После этого я нанял писца, и он переписал книгу. Подлинник я оставил у себя, а копию передал уважаемому Теосольду, с пожеланием приобщить к Изенгардской библиотеки. Тот вечер мы долго разговаривали с ученым - интересных тем хватало.
  Знаете, для чего я это все делал? Возможно, тут и присутствовала небольшая нотка тщеславия. Но главное в другом. Мне необходимо зарабатывать очки авторитета и уважения. Уметь мастерски махать мечом это одно. Быть при этом магом - уже лучше. Получить статус Мудрого - вообще, прекрасно.
  Но если многочисленные путешествия, занятие научной и литературной деятельностью, дополнят мои увлечения и занятия, то получится совсем хорошо. Мой образ, и то впечатление, которое я оказываю на других людей, станут многосторонними, и именно такими, какими я и планировал.
  День, когда мы решили отправиться на восток, становился всё ближе.
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"