# Глава 1

Лада Хрустальная

Страх лишиться рассудка меня преследовал. И кажется, он настиг, как только мне пришлось получать наследство вместо близняшки. - Это не болезнь, милая, а магия. - поразила меня бабушка Софи и раскрыла ладони, на которых танцевал миниатюрный смерч. Как же так? Это немыслимо! Я всё-таки сошла с ума? - Хочешь вернуть сестре разум? Придётся отправиться в другой мир и найти то, что вернёт отобранное. Будешь собирать осколками, по крупицам. Готова? Я не была готова. Но если можно вернуть всё, как было раньше, вернуть счастье в семью, я сделаю невозможное. Нужно украсть артефакты из других миров? Украду! Выторговать магические предметы? Я найду, на что их можно обменять. Ой нет, я поспешила... Софи не говорила, что это будут другие миры с неизвестными законами! Да и ещё не предупреждала, что за мной могут устроить погоню!

Закрыв за собой массивные ворота, я повернулась к некогда ухоженному домику. Он был не таким сказочным, как казался в детстве, скорее зловещим.


Возможно, такое восприятие было из-за разросшегося плюща, что сейчас перекинулся на дом и словно невидимо пожирал его своей листвой, или дело в неопрятном дворике, по которому разбросаны дрова, вещи, а удивительная мозаика на стенах дома не только захвачена плющом, но и теперь покрыта какой-то слизью, а местами она вообще разрушена.


Скорее всего, причина не в том, что я вижу, а как ощущаю. Этот дом не мой, не я была любимой правнучкой. В отличие от моей сестры, которой это место было обещано.


Собраться с духом, чтобы пройти дальше по заросшей аллейке, вымощенной камнем, оказалось непросто. Прорастающий вдоль тропинки репейник постоянно цеплялся, как бы его ни обходила, а маленькие разноцветные пуговки среди камней казались опасными и страшными пауками. А пробравшись к крыльцу, я не смогла найти в кармане ключей, которые точно ложила во внешний карман сумки после того, как открыла ворота. Обыскав карманы, пришлось возвращаться обратно к тёмно-синему забору, проверять ключ там, и, не отыскав, вернуться к дому.


- Ты мне совсем не рад, домик, да? - спросила, садясь в кресло-качалку под навесом.


Кресло было повёрнуто к крыльцу, так что я с большим удивлением рассматривала множество странных штук над накрытым крыльцом. Если музыкальная стеклянная подвеска "песнь ветра" не удивляла, то рядом висящий старый башмак, набитый гвоздями доверху был открытием.


Я никогда ранее не слышала, чтобы у прабабушки были странные увлечения. Однако возле башмака висел жёлто-оранжевый кулон, сияющий на солнце, соловей-свистелка, связка чеснока.


Осмысливая увиденное, я опустила голову и отметила, что кресло было по кругу очерчено солью, уже окаменелой.


Попыталась заглянуть в окно и смогла разглядеть только стоящие на подоконнике старые игрушки, и одну из них я узнала.


Коллекционная кукла в тёмном платье ХХ века с красивой причёской смотрела на меня с какой-то надеждой. Я встала, чтобы подойти ближе, и услышала звук падающих ключей. На земле оказалась связка ключей от этого дома. Схватив их, я бросилась открывать двери и быстрее вбежала в комнату, проверить, точно ли это та самая кукла.


Внутри дома осталось всё так же, как я помнила. Та же мебель, такая же обстановка. Разве что, не уверена, что было так много свечей и висящих сушёных трав практически над каждой поверхностью.


К нужному окну я подходила осторожно. По периметру пола также была рассыпана соль, так что нужно было смотреть, куда ступать внимательно, поскольку и плотно задёрнутые шторы не слишком пропускали дневной свет в комнату, но до куклы я добралась. И это оказалась та самая, что исчезла в день несчастья нашей семьи.


Пятнадцать лет назад мою сестру забрали, и с тех пор мы можем видеться, только посещая клинику. В тот же день пропала моя кукла, а осталась её. И как же странно, что эта игрушка оказалась здесь теперь.


Обняв свою Кейси, я села на стул и даже не включая свет, стала её рассматривать. Было две одинаковые куклы, как и мы, были одинаковые. Наверное, по этой причине, прабабка считала, что у отца только одна дочь, даже не слушая о близнецах. Карину она любила, часто брала в гости, а меня считала ею. А когда Карина лишилась рассудка, посчитала меня своим воображением. Родители говорили, что это старость, ведь старушке было полтора века.


Погладив Кейси по голосам, я проверила её заколку, что и была отличительной чертой от другой куклы. У моей камушки в заколке были красного цвета, а у Карининой - зелёного.


- Да уж, Кейси, я думала, что тебя потеряла где-то, а ты была всё это время тут. - проговорила, осматривая комнату. - Пока не улажу дела с наследством и не пойму, что делать дальше, давать тебя оставить здесь. Как единственное, что будет придавать силы возвращаться сюда.


Куклу я посадила на стул рядом и быстро проверила все комнаты, чтобы удостовериться, что не было взломов, нет никаких проблем с протечками.


В доме был один этаж, но с четырьмя комнатами, две из которых были проходными. К ним ещё добавлялась кухня и ванная комната. С удивлением отметила, что кухня и ванная были обустроены по-современному и оказались в отличном состоянии. А вот комнаты... Порядок был только в гостиной, где я нашла куклу, и коридорчике, что соединял три комнаты. А вот в остальных помещениях был кавардак. В дальних комнатах вещи разбросаны, огромные шкафы перевёрнуты. Комната, где всё когда-то было заставлено книгами, казалось, потерпела нашествие насекомых и урагана.


Что с домом вообще могло произойти? И всегда ли здесь было столь неуютно?


Дискомфорт я ощущала с каждым своим шагом, скрипы, казалось, складываются в интонацию со словом "чужая", а вещи неизвестного происхождения пугали, отталкивали.


Под конец обхода дома я была готова сбежать. Что практически и сделала, быстрым шагом покинув дом и проверяя палисадник. В гараж и сарай я зайти не смогла, но и внешнего осмотра хватило, чтобы удостовериться в целостности конструкций. А после я просто забрала сумку с кресла-качалки и покинула территорию дама, напоследок взглянув на окно, где заметила свою куклу. И именно в этот момент шторы покачнулись, видимо, от сквозняка, нагоняя жути.


Калитку я закрывала с ощущением облегчения, что всё позади.


- Карина? - позвал приятный женский голос. - Так, заклятие всё же спало, и к тебе вернулся рассудок! Какое же счастье!


Ко мне спешила женщина немолодых лет с тростью. Она была очень красивой, ухоженной. О таких женщинах говорят, что они леди.


- Карина всё ещё в клинике. - осторожно отступив на шаг от незнакомки, проговорила я. - Моё имя Светлана. И доброго дня Вам.


Женщина поправила свою белую шляпку, украшенную цветами, и внимательно присмотрелась ко мне. По-старчески светлые глаза щурились, но были цепкими. Она рассмотрела каждую деталь моего лица, одежды.


- Как же жаль это слышать. Я надеялась, что со смертью ведьмы все несчастья исчезнут. - её скорбь была искренней. - Можешь называть меня бабушкой Софи. Я живу в конце улицы и в юности училась у Мары, пока не поняла, насколько её действия неверны.


Я слушала, вежливо улыбаясь. То, что прабабушку Марину звали ведьмой и Марой, я знала, всё же, когда человек живёт больше ста лет, не теряя рассудка и бодрости, хочешь не хочешь, а подозревать ведьмовство будешь. Хотя, насколько помню прабабкины истории, один из её дедов смог дожить и до двухсот лет.


А вот чему она могла научить я не знала. Прабабушка была вязальщицей кружев, насколько я знаю. Возможно, именно этому ремеслу и обучала?


- Давай зайдём ко мне? Или ты торопишься? - добродушно спросила Софи.


Торопиться мне было некуда. Для улаживания всех дел я взяла отпуск, да и дом находился далековато от города, пришлось снимать комнату в хостеле.

Так что, недолго думая я согласилась на предложение.

Улица, по которой мы шли была узенькой и уютной. Милые разноцветные и ухоженные домики, перед заборчиками каждого дома клумбы.

Этот городок маленький, так что встретить заборы в два метра высотой было трудной задачей. Таких я насчитала на этой улочке всего два. У бабушки Софи забора вообще не было. Границей её участка были вишнёвые деревья и кустарники малины.

- Вот мы и на месте. - проговорила бабушка Софи, ступая на короткую плиточную дорожку.

Двери в низенький жёлтый домик оказались не заперты, но Софи сразу объяснила, что все здесь друг друга знают и безопасно.

Хозяйка дома меня пригласила на кухню, где быстро заварила ароматный ягодный чай.

Кухонька оказалась хоть и маленькой, но очень вместительной и удобной. В этом интерьере женщина казалась феей. Всё в кружевных салфетках, на подставках. Посуда беленькая, с розовыми цветами, на подоконниках декоративные розочки.

- Так как же там Карина? Неужели не было улучшения её состояния ни разу? - после светского разговора чашкой чая, спросила Софи.

Я задумалась. Карина лишилась рассудка после того, как приехала от прабабушки Мари. В тот день меня забрали гулять, а Карина приболела, и с ней осталась мама. Вернувшись домой, оказалась, что Мари забрала внучку к себе, говоря, что свежий воздух пойдёт на пользу детскому организму. А через неделю сестрёнка вернулась. Я помню её бледность и постоянные разговоры о том, что её отдали в залог и скоро всё закончится. А позже и вовсе она стала видеть какие-то тени вокруг, ощущать взгляды. И её забрали.

Увозили её рано утром, в надежде, что я буду ещё спать. Но, я проснулась, заметила какое-то мельтешение на полке с игрушками и отсутствие своей куклы, а потом услышала, как забирают Карину.

Прабабушка после этого о семье совсем забыла. А когда над ней нависла коса смерти, целую неделю материлась, говорила, что отдала разум внучки, жизнь сына, любовь невестки и ещё много какого бреда. И в ту же неделю Карина стала нормальной, врачи удивлялись и готовились к выписке... Пока сестра снова не стала бредить.

- Её состояние переменчиво иногда. - собираясь с силами, стала объяснять я. - И трудно объяснимо. Врачи все эти годы разводят руками, но болезнь изучают. Говорят, что это генетическое. Двоюродный брат отца тоже сошёл с ума, как мне рассказывали. И ещё, дальние родственники были психически нездоровы. Каждый раз это происходило неожиданно, как переключение рубильника.

Мой рассказ был уже похож на размышление, где часть меня говорила, что не нужно всё это произносить, чужому человеку знать не нужно внутренне семейные тайны.

- Милая, я не знаю, как ты это воспримешь, но случившееся в твоей семье не заболевание, а магия. - мягко произнесла Софи, когда я замолчала.

Я с усмешкой отставила свою чашку чая. Многие говорили, что над семьёй нависло проклятие. И страдали именно кровные родственники прабабки, однако, я в это не верю.

- Я понимаю твою усмешку, дитя. А также знаю, что я права и могу доказать свою теорию.

С этими словами бабушка Софи поднялась со своего кресла и сложила ладони горизонтально на уровне солнечного сплетения. Попросив меня смотреть внимательно, она медленно разъединила руки, и между её ладонями появился ветряной смерч.

Это зрелище было немыслимым. Оптическая иллюзия? Или я так же, как и сестра, схожу с ума и это первый звоночек? Вдруг нет никакой бабушки Софи, и я на фоне стресса от переезда и бумажной волокиты, начинаю видеть то, чего нет?

Эта догадка поразила. И я, не прощаясь, просто подхватила свою сумку и бегом покинула дом.

Подальше от этого места, в гостиницу. Закончить в рекордно короткие сроки все дела, выставить дом на продажу и уехать. Лишь бы не лечь по соседству с Кариной.

О том, что я тоже стану сумасшедшей, тихо перешёптывались родители, думая, что я их не слышу. А я слышала и переняла их страх. И теперь приходится чётко отслеживать своё психическое состояние.

В гостиницу я бежала, не разбирая дороги. Улицы были практически пустыми, так что оббегала я препятствия вполне успешно, пока не столкнулась с каким-то прохожим.

Как это получилось, ума не приложу, так как до этого никого не было.

- Светлана! С вами всё хорошо? - придерживая меня за руку, спросил он.

Заставив себя сделать глубокий вдох и успокоится, я присмотрелась. Меня поймал юрист, который и принёс весть о наследстве.

Мужчина был в деловом костюме, а ещё по старомодному он носил монокль. Как и в день нашей первой встречи, в одной руке он держал свой портфель, в другой - чёрную трость.

- Да, извините, Коннор. Я вас не заметила. - медленно ответила, отступая на шаг. Он не стал удерживать.

Юристу, как мне казалось, было лет шестьдесят, но просил называть себя исключительно по имени, и никак иначе.

- Вас что-то напугало? Я могу помочь? - деловым тоном задал он свои вопросы, а когда получил от меня отрицательный кивок, решил поговорить о насущном: - Тогда, перейдём к делу. Вы уже проверили дом? Всё в порядке?

- Да, я всё проверила. - медленно проговорила и решила проверить, привиделась ли мне Софи или она настоящая? - И даже успела познакомиться с бабушкой Софи...

Упомянув новую знакомую, я внимательно отслеживала мимику собеседника. Коннор сперва нахмурился, затем усмехнулся, словно что-то, поняв, а затем лучезарно мне улыбнулся:

- Я удивлён прыткости этой дамы. Светлана, будьте с ней осторожней, так как у Марины и Софи были разные отношения. Они то дружили, то становились врагами. В последний раз эти старушки воевали между собой. - Коннор приглашающим жестом указал вдоль тротуара, - И не думайте, что они были разными. Ваша прабабка была всего на полвека старше Софи.

Эта информация мало соотносилась с тем, что я видела. Ну не может быть такая энергичная и мила женщина столетней!

Пока я размышляла о возрасте Софи и вспоминала прабабушку Мари, полную здоровья и разумности, юрист молчал, а как только мысли стали повторяться, он начал беседу.

- Что вы планируете дальше? - начал деловую беседу он.

- А разве это не должно обсуждаться в вашем кабинете? - недоумённо спросила, многозначительно посмотрев на редких прохожих.

Коннор снисходительно улыбнулся:

- Нас никто не услышит. И даже внимания не обратят, так что, всё в порядке.

Не сказать, что я была с этим согласна, но возразить не решилась. Коннор, как он объяснил мне, вёл все дела прабабушки, связанные как с финансами, так и с людьми. Он себя вообще считал её другом.

Наше знакомство было в лечебнице. Я его встретила у сестры, спрашивающего её о родных и воспоминаниях. С большим удивлением я поняла, что Карина его знает и даже доверяет. Это было понятно по разрешению прикасаться. Близняшка позволяла касаться только своей семье и двум людям из персонала, что за ней присматривали. Так что, я решила довериться ей и тоже поверила Коннору, а он меня огорошил наследством.

- Я продам дом. Он мне не нужен. Он далеко от нашего города и дома, он требует ухода, постоянного присутствия в нём. Я не смогу этого обеспечить ему. Лучше продать и купить домик или квартиру у нас в городе, куда после выздоровления, сможет переехать сестра. - воодушевлённо стала рассказывать свои планы я.

Мужчина меня слушал внимательно и спустил с облака мечтаний очень резко:

- Её выздоровление может обойтись очень дорого. К сожалению, не в деньгах. И то, нет гарантий, что это возможно.

Я притихла. Прогнозы действительно неутешительные, а я, видимо, под впечатлением от бабушки Софи, совсем об этом забыла.

Получается, поверила в магию?

- Если не в деньгах, то как? - переключилась я на интересную фразу.

- Софи, небось, тебе уже успела показать свои фокусы. Так ведь? - прямо спросил юрист останавливаясь. Неожиданно он перешёл на 'ты'.

Я замялась, не уверенная в том, стоит ли говорить об этом, но кивнула.

- А теперь подумай, девочка, о цене таких трюков. Чем они платят, по-твоему?

Его серые глаза заискрились, словно радужка наполнилась ртутью, а затем мужчина исчез. Я в растерянности оглянулась и обнаружила себя на пороге гостиницы.

Уже вечером, обдумывая прошедший день, я поняла, что Софи надежду мне дала. Раз, по её словам, у Карины не болезнь, а вмешательство магии, и сама Софи обладает магическими способностями, может получится развеять чары?

Слова Коннора тоже крутились в голове. Цена... Какова же она будет? Что я могу предложить за спасение Карины?