# Брехун

Анатолий Лень

Анатолий Лень


Брехун


рассказ


Дядя Володя, был великолепным рассказчиком. Если на полевом стане, где он работал трактористом были минуты отдыха, возле него сразу же собиралась компания. Слушали его с интересом. Даже если он говорил не о флоте где воевал, а о самом простом и будничном - все сидели раскрыв рты. Забывались послевоенные невзгоды, проблемы, нужда...

Но так получилось что из-за зависти к его таланту складно говорить, к нему несправедливо приросла кличка "брехун".

Никчемные люди, неудачники, а то и просто человеконенавистники, часто стараются омрачить жизнь тем кто талантлив и успешен.

Он на кличку не обращал внимания. Но когда сомневались в правдоподобности его рассказов о войне, он сильно переживал и обижался.

Особенно обиделся когда, не поверили и даже подняли на смех, после рассказа, как во время морского боя спас жизнь адмиралу.

Он был скромным человеком и не собирался хвастать о своем подвиге, но как-то в азарте проговорился.

Дядя Володя после этого рассказа-откровения замкнулся в себе. А все колхозники за этот его "перебор", поубавили к нему интерес и уважение. Да и "брехуном" стали называть более злобно.

Шли годы. Однажды к оживленному на тот момент полевому стану подъехала сказочная для этих мест, никем до селе не видимая машина "чайка". Люди возле которых она остановилась оторопели. Они не могли не двигаться, не говорить. Еще больший шок наступил когда из нее вышел белоснежный адмирал. На нем от чистоты, белизны и золота сияло все седина, мундир, награды, погоны, лампасы...

Он спросил как ему найти Владимира... Один механизатор борясь с оторопью, смог лишь указать рукой на уже идущего от разобранного трактора к ним, измазанного от головы до ног всеми видами нефтепродуктов высокого и статного человека. Дядя Володя узнал адмирала и как загипнотизированный медленно двигался к нему.

Они долго стояли крепко обнявшись. Адмирал просил прощения что долго не приезжал, благодарил за спасенную жизнь.

Надолго полевой стан охватил стыд. В глаза дяде Володе не смотрел никто. Лишь опустив голову подходили, предлагали кто сигарету, кто дефицитную запчасть, кто сало...

Извинятся в такой среде не принято.