Ферр Люциан: другие произведения.

Чужая земля (книга первая)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
Оценка: 4.23*34  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Судьба любит совпадение. Что если одно из таких совпадений вырвет твою душу из тела и запихнет ее в тело умершего аристократа? Причем не просто умершего, а преданного и убитого. И что если этот аристократ не отошел в мир иной, а остался поблизости - незримый и от того еще больше злой? Что ты станешь делать, если он захочет сделать тебя своим орудием мести?.. А что если ко всему прочему вам в руки эдакая "волшебная палочка-выручалочка" местного Эйнштейна от магии?

    ЗЫ Книга урезана в связи с изданием

Обложка []

Чужая земля

Пролог

Бойтесь маленьких начальников.

Народная мудрость

   Солнце медленно скатилось за горизонт. Жара, мучившая город на протяжении всего дня, постепенно спала. Улицы стремительно пустели, а кабаки, соответственно, заполнялись. И чем больше становилось народу, тем сильнее шумели разгоряченные выпивкой посетители. А вот трактир "Пьяный орк" в пику остальным был сегодня необычайно тих. Это выглядело крайне необычно для питейного заведения, поэтому местные жители предпочитали обходить стороной столь подозрительный кабак.
   Но вот если бы сторонний наблюдатель заглянул сюда, то узрел преинтереснейшую картину: грозные герцогские солдаты, заполнявшие зал, старались вести себя как можно тише. Любой громкий звук заставлял их опасливо коситься на расположившегося в углу человека, который, в отличие от остальных, никак себя не сдерживал, и после каждого глотка его кружка с грохотом опускалась на стол. Он со злостью смотрел по сторонам, выискивая повод к кому-нибудь прицепиться, потому что еще недостаточно выпил для того, чтобы начинать драку без какой-нибудь хотя бы самой незначительной причины. Но повода никто не давал, и невозможность выпустить пар злила его еще больше.
   Этим человеком был никто иной как капитан герцогской стражи граф Амир кив'Сечла. И, хотя занимал он свою должность немногим более трех недель, весь город уже был наслышан о том, что случается с окружающими, когда капитан чем-то расстроен. По большей части они получали самые различные травмы. Порою даже несовместимые с жизнью. А в данный момент капитан был не просто расстроен, он пребывал в дикой ярости. Причин на то имелось две: во-первых, сегодня он в пух и прах проигрался в карты заезжему зерлинскому купцу, а во-вторых, сильно повздорил по этому поводу с молодым герцогом. Видите ли, он обязан отдать свои потом и кровью заработанные деньги какому-то наглому купчишке.
   "Ну и что с того, что я их проиграл! Разве это меня к чему-нибудь обязывает?" - в очередной раз думал граф, каждый раз давая себе четкий и непреклонный ответ "нет".
   Капитан едва не кинулся на молодого герцога с мечом. Остановило его тогда вовсе не то, что перед ним был человек, которого он поклялся защищать. Нет, тогда графа удержало понимание полной бесперспективности подобной затеи, потому что в открытую нападать на истинного герцога мог лишь великий маг или полный идиот. Ни тем, ни другим капитан себя не ощущал. Поэтому в итоге, после долгого спора, деньги все-таки пришлось отдать. И теперь кив'Сечла пытался затушить кипевшую в нем злость молодым вином. Однако эффект получался обратный: с каждым новым глотком злоба разгоралась все сильнее, а доводы рассудка звучали все глуше.
   "Да как он смеет", - думал Амир, с яростью грохая опустевшей кружкой о стол. - "Как смеет этот сопляк ТАК со мной разговаривать?! Как смеет он напоминать о чести МНЕ, когда у самого в роду не больше семи поколений благородных?!! Как смеет он упрекать в чем-либо меня, дворянина, ведущего свой род от самого Кангора Завоевателя?!!!1"
   Душимый злобой, капитан впал в оцепенение. Солдаты же, видя, что начальство ни на что не реагирует, стали понемногу оживляться. Сначала принялись разговаривать в полголоса. А через полчаса, подогретые выпивкой, они вообще перестали обращать внимание на кого бы то ни было. Веселье разгоралось с новой силой.
   Тем временем, граф раз за разом возвращался к произошедшему недавно разговору с герцогом. Увлеченный этим занятием, кив'Сечла заметил сидящего пред ним незнакомца лишь тогда, когда тот постучал пальцем по стоящей на столе кружке.
   Оторванный от своих мыслей, граф с неприязнью посмотрел на сидящего перед ним человека. Закутанный в черный балахон, он так глубоко надвинул капюшон, что наружу виднелся лишь кончик подбородка. Разговаривать сейчас с кем бы то ни было графу хотелось меньше всего на свете. Поэтому кив'Сечла молчал. Впрочем, его незваный сосед в свою очередь тоже не спешил начинать разговор. Однако время шло и он был вынужден все-таки сдаться.
   - Господин граф, - послышалось из-под капюшона. Голос звучал тихо и неразборчиво, поэтому определить возраст незнакомца не представлялось возможным. - У меня есть к вам деловое предложение.
   - Убирайся отсюда, вергоново отродье, пока я тебе кости не переломал, - принялся изливать капитан бурлившее в нем раздражение, однако неизвестный как будто и не заметил грубого ответа.
   - Мой господин хочет, чтобы ночью послезавтрашнего дня вы с десятком верных вам людей открыли ворота крепости оркам. А после того, как они вырежут всех в крепости и перепьются, вы и ваши люди вырежете их. После этого замок следует предать огню, дабы скрыть все следы, - тихим голосом объяснял незнакомец. - В качестве нашей благодарности вы получите десять тысяч золотых и... конечно же, титул герцога, в соответствии с законом о гибели рода2.
   Предложенное выглядело настолько дико и абсурдно, что Амир потерял дар речи.
   - Подумайте, - продолжил он после некоторого молчания. - А это задаток.
   После этих слов он положил на стол большой, туго набитый кошель и, не говоря больше ни слова, встал. Черный балахон ввинтился в гудящую толпу и, легко проскочив ее насквозь, вышел из зала.
   Граф остался в одиночестве. Неизвестный выбрал очень удачный момент для своего предложения, приди он до случившегося, получил бы, скорее всего, метр стали в брюхо. А если бы он опоздал на часок, то не смог бы говорить с упившимся до невменяемости капитаном. Но незнакомец пришел вовремя и действительно сумел зацепить Амира. Взвесил в руке кошель и, найдя его достаточно тяжелым, аристократ некоторое время размышлял, а затем принялся подбирать в уме подходящих людей. Разобравшись с этим, кив'Сечла впервые за весь вечер улыбнулся. Хищно так улыбнулся.

***

   Герцог Алеан кив'Архол проснулся от того, что кто-то громко кричал и ломился к нему в спальню. Спросонья, герцог свалился с кровати.
   - Господин герцог, просыпайтесь! - доносилось из-за двери. - На замок напали орки. Вам нужно бежать отсюда!!
   "Орки? Напали? Бежать?!" - мелькали мысли в голове молодого человека, пока он быстро надевал штаны и открывал дверь.
   На пороге обнаружился запыхавшийся старичок в темно-синей мантии.
   - Что происходит, Горан? Зачем мне куда-то бежать? Ведь орки - кочевники, они не умеют брать крепости и просто не смогут попасть внутрь, - тут же накинулся на мага молодой аристократ.
   - Боюсь, господин, им это не нужно, они уже внутри: кто-то открыл ворота. Нужно скорее бежать! Стражники еще держатся, но и их скоро сметут, - принялся на ходу объяснять маг, таща своего господина в сторону башни.
   - ЧТО??? Я выжгу этих тварей отсюда!.. - в ярости закричал герцог и осекся: проведенный вчера ритуал обновления границы3 выжал его начисто. - Проклятье...Но тогда нам нужно в подвал... Там ход... из крепости.
   - Боюсь что это невозможно мой господин: нижние этажи уже заполонили орки. Единственная возможность бежать - это портал в башне, - отмахнулся от растерянного аристократа маг и тихонько добавил: - Надеюсь, что я успею его открыть.
   Дальнейший путь до башни они проделали молча. Прибыв на место, чародей сразу развил лихорадочную деятельность: быстро установил в центре комнаты медную жаровню и, бросив в нее несколько синеватых деревяшек, поджег их коротким заклинанием. После чего принялся что-то искать среди стоявших на стеллаже коробочек и склянок. Однако нужная вещь все никак не находилась, что заставляло мага раздраженно бурчать. Когда поиски, наконец, завершились, в руках мага оказались небольшая сиреневая коробочка и полупрозрачная склянка с черной жидкостью.
   Отложив пока коробочку, Горан откупорил сосуд и принялся аккуратно рисовать специальной кисточкой на полу сложный символ. Сразу чувствовалась рука опытного мага - линии ложились четко, ровно, пересекаясь лишь там, где нужно. Когда печать перемещения была закончена, маг попросил герцога встать в центр, а сам открыл недавно отложенную сиреневую коробочку. Внутри оказался кроваво-красный кристаллический порошок. В тусклом свете пламени он казался почти черным. Взяв щепоть мельчайших крупинок, чародей бросил ее в огонь жаровни и принялся нараспев читать заклинание. Срывавшиеся с его губ слова заставили пламя изменить цвет, а рисунок налиться багровым светом. Чародей не в первый раз проделывал это и точно знал необходимое количество времени для завершения ритуала.
   "Успею... - отстраненно подумал он, настороженно прислушиваясь. - Шагов на лестнице не слышно, а значит стража еще держится. Еще немного и я успею!.."
   Уже на последних словах заклинания Горан неожиданно ощутил резкий толчок в спину. От удара коробочка с порошком слетела с ладони и упала в огонь. От этого пламя вновь изменило свой цвет, превратившись из золотистого в непроницаемо-черное. А багровое свечение рисунка стало гаснуть.
   Опустив взгляд, маг увидел торчащую из груди стрелу. Ноги его подкосились, и он начал медленно заваливаться на бок. Гаснущим сознанием чародей успел заметить кровавое пятно, расплывавшееся на рубашке герцога. Прямо напротив сердца.
  

Часть 1. Одержимый.

Глава 1

Взмах крыла бабочки на одном конце земного

шара может вызвать ураган на другом.

Теория хаоса. Эффект бабочки.

   - Дзинь-дзинь, - жизнерадостно заорал будильник, с удовольствием сообщая мне о начале нового прекрасного дня.
   Впрочем, я его оптимизма почему-то не разделял. Наверное, это судьба. Или, может быть, из-за того, что сегодня воскресенье и лег я только в два ночи, а будильник-то поставлен на семь часов. Это тоже один из вариантов. Но, скорее всего, это все-таки судьба. А от нее, как известно, не убежишь. Но полной уверенности у меня не было, поэтому чтобы проверить это, я решил побороться за свой честно заслуженный сон.
   "Так, вытягиваем правую руку, щупаем. Стена. А теперь левую. Ничего. А если опустить ее вниз... Ага, вот и тапок. Теперь прицелиться... Бросок! Черт, мимо. Так, где там у нас второй снаряд... Вот он. Теперь прицелимся на звук получше. Бросок. Есть, цель накрыта. Уф, не судьба. Слава всем богам. А я уж начал было опасаться".
   Успокоившись, я повернулся на другой бок и, облегченно вздохнув, попытался заснуть. Но видно я слишком рано поверил в свою удачу, и капризная дама поспешила отвратить от меня свой благосклонный лик, повернувшись совсем иным местом.
   - Молоко!!! - заголосила под окном какая-то тетка.
   В голове мелькнула мысль, что мне сегодня не дадут больше поспать, и я поспешил затолкать ее в самый дальний уголок мозга. Как говорится: "Надежда умирает последней". Но, похоже, сегодня моим надеждам не суждено будет сбыться. Вновь подал голос сбитый удачным броском будильник. "Голосил" он на этот раз не так звонко, но зато с каким-то противным дребезжаньем, от которого начинало ломить зубы, а мысли приобретали самые садистские очертания. Еще какое-то время я боролся со всем миром, но когда кто-то под окном принялся сигналить... Это для меня стало последней каплей и, обозленный на весь мир, я вынужден был подняться.
   Умывшись и почистив зубы, я обнаружил, что судьба приготовила мне еще один "приятный" сюрприз. Оказалось, что последние продукты съедены еще вчера и сейчас, чтобы не умереть голодной смертью, мне придется переться в магазин. Радости это никоим образом принести не могло, поэтому голодный и еще более злой, я быстро собрался и покинул свою уютную квартиру.
   В подъезде оказалось на удивление чисто: ни тебе шелухи от семечек, ни бычков, ни битых бутылок. Даже наоборот, все было аккуратно подметено и вымыто. Неожиданные изменения несколько настораживали. Впрочем, причина этих изменений открылась достаточно скоро. За время моего безвылазного сидения в квартире кто-то успел скинуться и установить на входе новую дверь. Железную, с кодовым замком. Только увидев ее, я вспомнил, что тоже скидывался. Ко мне даже приходили сообщить код, вот только я успел его позабыть. Как и сам факт его получения.
   - Авось попаду назад как-нибудь... - после недолгих раздумий заключил я и решительно покинул ставший вдруг неожиданно уютным подъезд.
   На улице было пасмурно, от чего у меня сразу поднялось настроение. Ну не люблю я, когда солнце. Не люблю, и все! Что приятного, когда ты идешь по улице, а оно на тебя давит, слепит?! Гораздо лучше тучи - такой приятный полумрак вокруг.
   Магазин, в котором я обычно затариваюсь продуктами, пока еще не открылся, поэтому я двинулся к ближайшему круглосуточнику. Благо, до него было рукой подать, однако дорога все равно преподнесла мне сюрприз. Правда, на этот раз приятный. Как обычно я шел "уткнувшись носом в землю" и только поэтому заметил совсем новенькую пятисотку. Настроение поднялось еще больше.
   День определенно стал налаживаться, поэтому в магазин я вошел, фальшиво насвистывая какую-то песню. Что именно это было в оригинале, не мог бы сказать не только случайный прохожий, но даже и я сам. А что поделать - не каждому дано поражать других идеальным слухом и голосом. Мне вот выпало поражать их обратным...
   Впрочем, довести кого-либо до самоубийства или хотя бы слегка шокировать мне не удалось. Просто потому что по пути никто не встретился, а оказавшись в магазине, я от удивления заткнулся. Да и кто угодно сделал бы то же самое! Все-таки не каждый день видишь стоящих рядком посетителей с поднятыми руками. Зрелище довольно специфическое и немного шокирующее.
   "Неспроста это", - задумчиво произнес внутренний голос, в чем я был с ним полностью согласен. Ну не могут два мужика, молодая девушка и старичок интеллигентного вида внезапно воспылать желанием заняться утренней гимнастикой. Тем более в магазине. Кто-нибудь один еще может быть - все же каких только психов не встретишь в наши дни. Но чтобы все вместе - полный абсурд!
   Мое предположение полностью подтвердились, когда стоящий отдельно от той четверки мужичок в плаще повернулся в мою сторону и визгливым голосом произнес:
   - К стене! Не двигаться!! Руки вверх!!!
   "Н-да, с логикой у него явно проблемы", - подумал я, поднимая руки, но тактично не стал сообщать об этом ему. В основном из-за его главного аргумента убеждения - нагана времен гражданской войны. Машинка, конечно, выглядела очень и очень старой, но нарываться все же не стоило. Все-таки "раз в год и палка стреляет".
   - Сдаюсь. Не стреляйте, - следуя примеру остальных, поднял я руки.
   Подходя к прочим заложникам, я внезапно ощутил острую боль в груди. Чувство было таким, будто там бегал пьяный ежик, то и дело натыкаясь на сердце. От неожиданности я даже остановился. На что грабитель нервно закричал:
   - Я сказал: к стене! Быстро!! А то мигом прихлопну!!!
   Но его крики прозвучали впустую: для меня его попросту больше не существовало. Нараставшая с каждым мгновеньем боль, завладела моим разумом безраздельно. Поднятые руки непроизвольно опустились и обхватили тело, будто желая что-то удержать. Впрочем, облегчения этот жест не принес. А вот проблемы...
   Для налетчика же мое движение стало последней каплей: взвыв дурным голосом, он нажал курок. Пуля свистнула у виска, но я не обратил на это ровным счетом никакого внимания. Гораздо больше сейчас меня занимало другое. Боль! Она вдруг полностью исчезла. Как и не бывало. Внутри остались лишь какая-то необычная тишина и легкость.
   Тем временем грабитель пытался выстрелить еще, но его ископаемое по какой-то ошибке принятое за оружие вдруг заклинило. Видать годы взяли свое. Этим воспользовался недвижимый прежде пенсионер. Схватив стоящую на прилавке банку со шпротами, он с силой метнул ее в грабителя. Необычный снаряд коротко вжикнул в воздухе и с гулким стуком поразил свою цель. Налетчик как-то удивленно охнул. Роняя пистолет и хватаясь за лоб, он с тихим стоном повалился на пол.
   Но всего этого для меня больше не существовало - происходящее казалось лишь сном. Потому что реальность выглядела неправильно. Совсем не так как обычно. Поэтому в отличие от резвого дедка, я просто стоял и пытался понять, в чем же именно заключается эта неправильность. А когда понял, похолодел. И было от чего. Ведь я больше не ощущал собственного сердца. Лишь тишина и холод на его месте...
   А вслед за пониманием пришли ужас и слабость. Тело сразу стало ватным, ноги подкосились, а окружающий мир стал расплываться. Ускользающим во тьму сознанием я еще успел услышать удивленный крик продавщицы и заметить полные непонимания глаза того сноровистого пенсионера.
   А дальше был стремительный полет сквозь ночь и слепящий свет в конце...

***

   Говорят, перед смертью вся жизнь пробегает перед глазами. Не знаю, правда это, или только у меня все пошло наперекосяк, но ничего подобного я не увидел. Вместо этого я почувствовал себя крайне неуютно. Потому что у меня не было тела. А это довольно непривычно. И здесь самым неприятным оказалось вовсе не осознание собственной смерти. Нет, тогда я об этом не думал. Самым неприятным было то, что я не мог дышать. Знаете, за свою жизнь человек настолько привыкает к сему незаметному факту, что, утратив его, невольно начинает испытывать нервную дрожь, сравнимую разве что с дрожью наркомана, попавшего на необитаемый остров. Впрочем, я довольно быстро задавил в себе поднявшийся было ужас. Хотя это оказалось не так просто. И только справившись с собой, принялся осматриваться - очень уж хотелось разобраться, где я.
   К сожалению, дало это не много. Везде, куда бы я ни бросил взгляд, стояла неподвижная тьма. Впереди, справа, слева, сзади, внизу и вверху. Хотя тут понятия низа и верха были довольно условны, ведь любая опора или ориентир терялись в кромешном мраке. Лишь в одном месте первозданный мрак бурлил и переливался, образуя при этом картины одна причудливее другой. Наблюдать за ожившей тьмой было интересно, и я попытался к ней приблизиться, что, впрочем, мне не удалось - я просто не представлял, как можно двигаться без тела.
   Однако черная сущность, будто почуяв интерес к себе, сжалась в гигантский прямоугольник. Некоторое время ничего не происходило, а затем на темной поверхности стали проступать цвета. Когда метаморфоза была завершена, оказалось, что передо мной висит книга в золотом окладе, на поверхности которого была выгравирована фигура молодого дворянина 16-17 века. Хотя я мог ошибаться. Но самым интересным в гравюре была невозможность разглядеть лицо изображаемого человека. Нет, оно вовсе не было чем-то скрыто или же испорчено неумелым мастером. Просто каждый раз при взгляде на него черты как будто расплывались, не позволяя разобрать истины.
   Когда мне надоело ломать над этим казусом голову, книга, повинуясь моему немому желанию, раскрылась. Раскрылась она, как и полагается древнему фолианту - медленно, значительно, даже помпезно. На первой странице было изображено несколько странных значков, похожих одновременно и на скандинавские руны, и на арабскую вязь. Глядя на них, я был абсолютно уверен, что никогда прежде не видел ничего подобного. Но, несмотря на это, смысл написанного становился понятен при первом же взгляде.
   "Книга Смертей" - значилось там.
   Как только до меня дошел смысл написанного, книга открылась сразу на середине.
   Здесь не было никаких надписей. Только картина, изображавшая гигантскую спальню. На роскошной кровати с балдахином лежит молодая женщина. Она устала, но, несмотря на перенесенную боль, все же мягко улыбается. Ее глаза сияют счастьем.
   Рядом с кроватью стоит седовласая бабка. Она тоже рада. Она радуется тому, что все наконец закончилось. К счастью, вполне благополучно. И в ее душе все еще теплится страх за жизнь молодой женщины, слишком тяжелыми были роды.
   На руках у старухи голосит младенец.
   В сторону кровати идет пожилой мужчина в щедро расшитом золотом камзоле. Он безумно счастлив и благодарит богов за ниспосланного ими наследника. Сейчас он готов озолотить всех и вся вокруг себя.
   Во всем этом золотом сиянии счастья и радости багровым угольком тлеет недовольства ребенка. Пожалуй, он здесь единственный, кто не рад своему появлению на свет. Но говорить он пока не может, поэтому выражает все свои чувства криком.
   Вглядываясь в их лица, я неожиданно сообразил, что знаю, кто они такие. Вот старый герцог Кадэбур кив'Архол. Вот его молодая супруга Алиссия, которая, как ни странно, вышла за него замуж по любви, а не ради положения. Вот старая повивальная бабка Гардения, которая принимала еще нынешнего герцога и которой тот временами побаивается...
   Как только я закончил рассматривать картину, страница снова перевернулась. И пошло-поехало. Первое слово. Первый шаг. Первая глупость. Мелькали незнакомые места, лица, имена. Учителя, воспитатели, друзья, враги. Вглядываясь в мелькающие лица, я с удивлением ощутил, что прекрасно знаю некоторые из них. С другими же будто бы знаком шапочно. И лишь один персонаж ускользал от моего всезнания. Тот, за чьей жизнью я наблюдал. Сначала младенец. Затем лихой сорванец. Стойкий юноша, упорно бредущий через незнакомый лес со сломанной ногой. Каким бы он не представал предо мной, я всегда мог выделить его из толпы. Ибо лишь его имя было скрыто от меня туманом, и лишь его фигуру размыл неизвестный художник.
   Все это моя память, лишенная недостатков тела, тщательнейшим образом конспектировала на листы. Листы подшивались в папки. Папки складывались в коробки и задвигались глубоко в архив мозга. До востребования...
   Из всей этой мешанины мест, событий, лиц особый интерес у меня вызывали картины, которые оживали или начинали о чем-то говорить. В основном на них изображались какие-либо уроки: география, история, фехтование... Но были и такие, где показывались просто события.
   Лес. По нему во весь опор мчится всадник. Картина сменяется. Конь замер на месте. Перед ним раздувает капюшон черная змея. Всадник вылетел из седла и теперь, кувыркаясь в воздухе, летит навстречу дереву. Картина вновь сменяется. Всадник сидит на земле, привалившись спинной к дереву. Его лицо побелело от боли. Его левая нога сломана. Очередная смена декораций. Теперь бывший всадник медленно идет по каменному коридору замка. При внимательном рассмотрении в его походке можно заметить легкую хромоту.
   Картины шли одна за другой. Иногда в очевидной последовательности, иногда без оной. Но никогда не повторялись. Они могли быть похожими друг на друга, но при ближайшем рассмотрении сразу появлялись десятки отличий.
   Последняя картина из этой необычной галереи занимала сразу две страницы. На одной странице изображалась небольшая комната. В ней находились двое. Седой старик, смотрящий на торчащую из груди стрелу и молодой человек, присутствовавший на всех картинах. Он растерянно смотрел на умирающего мага, не понимая еще, что и сам обречен. На второй уже знакомая мне сцена ограбления. Только в ней были некоторые отличия. Теперь вокруг меня клубилась темная дымка.
   На этом представление завершилось. И хотя я не просмотрел даже малой части, книга захлопнулась и исчезла. Я же еще некоторое время повисел в пустоте, а затем окружающее пространство неуловимо изменилось, и на меня навалилась тяжесть реального мира. Секунду длилась абсолютная тишина, а потом во тьме раздался первый, самый громкий, удар сердца и тишину разорвал судорожный вдох.
   Тело ужасно затекло и отчаянно не желало повиноваться. Руки и ноги вяло шевелились, постепенно обретая чувствительность. И вместе с ней появилось мерзкое ощущение бегающих по мне муравьев. Сердце трудолюбиво разгоняло по венам пока еще холодную кровь. Я понимал, что как только она нагреется, появится чувство, будто меня кипятком облили. Но пока этого не произошло лежать на холодном камне было даже комфортно. Разве что несколько жестко.
   Вскоре ко мне вернулась власть над телом. А еще спустя какое-то время мышцы достаточно окрепли и перестали дрожать. Когда это произошло я попытался приподняться на локтях и, не найдя с одной стороны опоры, с металлическим лязгом рухнул на пол. Нельзя сказать, что было больно - похоже, чувствительность еще не полностью восстановилась. Но крайне неприятно - это уж точно.
   Придя в себя, я принялся ощупывать окружающее пространство и обнаружил рядом с собой узкий каменный постамент, с которого только что благополучно свалился. Опираясь на него, я сумел подняться на ноги, но, почувствовав сильную слабость, поспешил присесть на камень. Голова сильно кружилась от прилива крови. А в памяти все еще крутились десятки образов, виденных мною во сне. В одном из них человек собрал руку ковшом и прошептал:
   - Свет.
   Все еще не оправившись ото сна, я неосознанно повторил этот жест вслед за ним. И к моему удивлению результат был тот же. Едва отзвучало слово, как в собранной ковшом руке засверкал, рассыпая искры, язычок зеленого огня. Привычные ко тьме глаза резануло болью, и я поспешил прикрыть их свободной рукой. В памяти крутилась опасливая мысль, что из-за резкого перехода от полной темноты к свету человек может ослепнуть. Поэтому руку я убрал, лишь досчитав до трехсот.
   Огонек спокойно горел на ладони, ничуть не обжигая. Будто его и не было. Но мог поклясться в его существовании. И это сбивало с толку. Еще какое-то время я пытался найти хоть какое-то объяснение, но, потерпев неудачу, решил отложить это на будущее. До лучших времен, так сказать...
   - Может и глюк, но польза от него есть, - заключил я и вернулся к делам насущным.
   Теперь, когда появился источник света, я, наконец-то смог осмотреть помещение, в которое попал. Это была комната три на четыре метра, в центре которой стояла невысокая плита из белого камня. На ней я сейчас и сидел. Напротив меня в стене тускло поблескивала, обитая железом дверь. Поднявшись, я услышал тихий лязг у ног. Опустив глаза, увидел лежащий на полу клинок.
   "Так вот что лязгало, когда я падал. Даже удивительно, что не порезался", - запоздало удивился я, рассматривая поднятый меч.
   "Клинок очень хорош, - всплыли в памяти чьи-то слова. - Посмотри..."
   "Надо бы во что-нибудь завернуть, а то менты прицепятся", - подумал я, осматриваясь по сторонам. Мысль оставить железяку здесь мне в голову как-то не приходила, я был четко уверен, что без оружия нельзя. - "Может с себя что-нибудь снять? Так. Что тут на мне? Сапоги, штаны, рубашка, куртка, плащ... О, плащ, подойдет!"
   Сняв плащ, я принялся одной рукой (во второй все еще горел огонек) заворачивать в него новообретенное оружие. Получилось не очень опрятно, но зато не так опасно носить.
   Дальше следовало бы выйти на свежий воздух и осмотреться. Чем я и собирался заняться. Взяв меч под мышку, я толкнул дверь, и та без единого скрипа распахнулась. Выйдя, я оказался в круглом помещении еще с десятком таких же дверей. Недолго думая, я подошел к ближайшей и толкнул ее. Не поддалась. А если на себя? Дверь распахнулась абсолютно бесшумно. Внутри комнатка оказалась похожей на мою, с той лишь разницей, что здесь на постаменте лежали старые кости в полуистлевшей одежде. На груди усопшего лежал здоровенный топор, а лицо закрывала металлическая маска.
   Не желая беспокоить покой мертвых, я предпочел быстренько ретироваться. Кто знает, какие здесь мертвецы, вдруг оживут. За остальными дверями наблюдались подобные же картины. Трупы различались по дряхлости, одежде, предметам, лежащим у них на груди. Неизменным элементом оставались лишь маски.
   Поняв это, я заподозрил неладное и невольно похолодел. Правая рука потянулась к лицу и наткнулась на преграду. Ощупав лицо, я выяснил, что маска закрывает всю открытую кожу лица. К голове маска крепилась при помощи тонких (около миллиметра) цепочек, выходящих с одного края и, охватив голову, цепляющихся за другой. И таких цепочек было очень много. Так что, несмотря на прилагаемые усилия, снять железяку с лица не удалось.
   - Приехали, - произнес я вслух. - Вот интересно как мне теперь бриться?
   Раздумывая над этим животрепещущим вопросом, подошел к последней в круге двери и привычным жестом потянул ее на себя. Ноль эффекта. Толкнул - аналогичный результат. Судьба не уставала преподносить мне сюрпризы.
   - Так, будем логичны, - принялся вслух размышлять я. - Мы находимся в неком месте, где в каждой комнате лежит по трупу. Каждая комната имеет лишь один выход. Он же вход. Следовательно, эти трупы точно проносили через комнату, где я имею несчастье находиться. А раз так, выход наружу должен быть где-то здесь. Поскольку за другими дверьми я уже побывал и оного там не обнаружил, следовательно наружу ведет именно эта. Вопрос: как ее открыть?
   Тут логика начинала пасовать. Тупик, однако...
   Только теперь до меня медленно начал доходить весь идиотизм ситуации, в которой я оказался. Я очнулся в каком-то склепе, рядом со мной несколько мертвецов, я сам был холодным. КАК я сюда попал? ЧТО это за одежда? ПОЧЕМУ я не помню, как попал туда? И что это за галлюцинации про огонек на руке?!!
   - Так, спокойно. Воспользуемся логикой еще раз. Если вокруг мертвецы, и сам я холодный, то это значит... это значит... что я УМЕР?!!! - пришедшая в голову мысль заставила нервно напрячься и внимательно проверить пульс, который, к счастью, присутствовал, - Нет, должно быть другое объяснение. Например... например... Сон. Да, да это просто сон. А иначе бы как все это возможно? Сон и никак по-другому! Сейчас проснусь, и все будет нормально.
   Окрыленный этой мыслью я, недолго думая, впечатал кулак в стену. Последовавшая за этим вспышка боли четко показала мне, что я несколько перестарался с силой удара. А неизменность окружения доходчиво объяснила, что это все-таки не сон. А если и нет, то какой-то слишком уж реалистичный.
   - Ладно, черт с ним, - решил я, потирая разбитую руку. - Выберемся наружу - разберемся.
   Осмотрев еще раз дверь, я не обнаружил замочной скважины. Значит, дверь закрыта либо на навесной замок, либо на засов. Ни первый, ни второй варианты мне не подходили, поэтому я продолжил искать способы открыть ее. Вдруг мне вспомнилось, как однажды, когда я только въехал в свою квартиру, рабочим пришлось снимать входную дверь с петель, иначе мебель не пролезала. И я решил воспользоваться их примером.
   Сами петли нашлись быстро, вот чтобы снять дверь пришлось попотеть. Тем более положение осложнялось тем, что работать приходилось в темноте, ведь огонек пришлось погасить - одной рукой в этом деле не обойдешься. Но через полчаса мучений я все-таки протиснуться в образовавшийся проем и оказался на лестнице. Поднимаясь в полной темноте, я успел несколько раз споткнуться, уронил меч, стукнулся головой о низкий потолок и лишь когда в очередной раз споткнулся о непривычно высокую ступеньку, вспомнил, что я теперь умею зажигать свет. Последние метры лестницы преодолел без особых проблем.
   Наверху оказалась небольшая комната, освещаемая проникающим сквозь небольшие оконца светом и за ненадобностью огонек на руке был потушен. В этой комнате присутствовала всего одна дверь. Надеясь на лучшее, я подошел к ней, толкнул, и дверь, оправдывая мои надежды, распахнулась.
  

Глава 2

Склероз - хорошая болезнь, ничего не

болит и каждый день что-то новое.

Бородатый анекдот

   Выйдя наружу, я понял, что несколько ошибся в своих предположениях. Здесь стояла ночь. Правда, сейчас было полнолуние и для привыкших к темноте глаз света оказалось вполне достаточно.
   Оглядевшись вокруг, я невольно сглотнул и сделал шаг назад, потому что окружавшая меня действительность выглядела довольно мрачно. Очень уж сильно она смахивала на кладбище. А бродить по кладбищу ночью, в полнолуние - удовольствие для готов, сатанистов и экстремалов. Ни к кому из вышеперечисленных я себя никак не относил, поэтому чувствовал смутное беспокойство. Мелькнула даже мысль переждать ночь в склепе, но, вспомнив тамошних обитателей, я решил, что хрен редьки не слаще и снова шагнул за порог.
   За время моего недолгого отсутствия здесь ничего особо не изменилось. Все так же светила луна, освещая могильные холмики, все так же стрекотали сверчки. Выглядело все очень мирно и спокойно. Однако это заставляло меня лишь сильнее нервничать.
   "Вот что делает с людьми телевизор, - зло подумал я и решительно зашагал через кладбище. - Из-за этих идиотских фильмов ужасов, мы начинаем бояться собственной тени. И дураку ясно, что мертвецы из могил не поднимаются! А я все боюсь... Дебил!"
   Идти оказалось чрезвычайно просто. Через пару минут, шагая по петлявшей между могил тропинке, я заметно успокоился и даже начал насвистывать бодрую мелодию. Правда, в моем исполнении выходило нечто, скорее похожее на похоронный марш, но я этого не замечал. Меня больше волновало, как я оказался на кладбище.
   "Может, у меня амнезия? - мелькнула в голове версия. - Ударился головой, потерял сознание..."
   "Да, а прохожие быстренько отнесли тебя на кладбище, пока не очнулся", - съехидничал внутренний голос.
   "Действительно - глупость, - согласился я с ним и принялся искать другое объяснение, время от времени поглядывая по сторонам. - Ну, тогда выпил лишку с друзьями - это вполне может привести к потере памяти. И друзья решили пошутить надо мной. Вон у Кольки Плещагина днюха должна быть скоро. А он у нас приколист известный, с него станется не только на кладбище, но и в морге под ножом патологоанатома проснуться. Хотя такое это уже немного слишком. Хм... А вот если по накуру, то в самый раз! Этим и глюки объяснить можно. Надо бы поменьше книг читать, а то в следующий раз в брюхе дракона себя увижу..."
   Успокоив себя таким образом, я даже начал посмеиваться над друзьями, которые, очнувшись утром не сумеют меня найти. А если им удастся вспомнить, где они меня оставили... Через несколько минут приятной пешей прогулки я заметил впереди небольшое пятно света. Источником его оказался старый масляный фонарь, какими перестали пользоваться с появлением электричества. В его тусклом свете хорошо просматривалась здоровенная фигура, увлеченно орудовавшая лопатой. Его (применив азы анализа, можно с легкостью определить, что у особ женского пола такой фигуры быть не может, следовательно, это мужчина) уверенные действия ясно говорили, что такая работа ему не внове, а нервные взгляды, время от времени бросаемые по сторонам - что гость он здесь нежеланный. В общем, обычный гробокопатель.
   Говорить с ним, а уж тем более стыдить его, у меня не было никакого желанья. Ведь, по-моему, человек, опустившийся до осквернения чужих могил, вполне способен "снизойти" и до убийства нежелательного свидетеля. К тому же тут как раз и могилка готовая скоро будет. Так что я потихоньку принялся отступать назад.
   Но не успел я сделать и пары шагов, как мужик, в очередной раз оглядываясь по сторонам, меня заметил. Вот только его поведение кардинально отличалось от предполагаемого. Заметив меня, он повел себя очень неожиданно: весь побледнел, затрясся, выронил лопату и с дикими криками убежал прочь. Я же попросту замер в ступоре. А когда тело вновь стало мне подчиняться, с опаской огляделся по сторонам - вряд ли Я мог кого-нибудь ТАК напугать. Однако ничего подозрительного в округе не наблюдалось.
   "Видать, не я один тут боюсь восставших мертвецов", - под нос хмыкнул я.
   Подняв брошенный в спешке фонарь, я немного поудивлялся тому, где удалось раздобыть этот раритет. А главное, нафига! После чего списал все на очередной глюк и продолжил свой путь. Вскоре тропинка привела меня к высоким кованым воротам. И те, естественно, в соответствии с моим везением, оказались закрыты. Пришлось вспоминать свое бурное детство и пытаться перелезть через них. Правда, первые попытки ни к чему не привели. Пожалуй, сначала следовало перекинуть на другую сторону меч и фонарь.
   Примерившись, я с силой метнул клинок. Несколько раз перевернувшись в воздухе он перелетел ограду и, пропоров в нескольких местах плащ, воткнулся в землю. Фонарь отправился за ним следом, но его приземление оказалось не столь удачным. И поэтому, когда я наконец выбрался с кладбища, масло, вылившееся из разбитого фонаря, уже догорало. И только посмотрев на это, я сообразил, что мог бы просто просунуть его через прутья...
   "Ну и черт с ним, - мельком подумал я. - Легко пришло - легко ушло".
   Вынув из земли меч, я двинулся по единственной, упиравшейся в кладбище дороге. Практически сразу с боков стали проступать контуры зданий. Пройдя еще немного, я сумел разглядеть их получше: широкие, каменные, в два-три этажа, с мощными ставнями. Каждый дом был уникален, но одновременно во всех угадывался общий стиль. Они были не похожи на те серые коробки, доставшиеся нам в наследство от советской власти.
   - Эк, меня плющит! - восторженно вздохнул я. - С какой же это травы-то? Или Колян решил опробовать иной экологически чистый продукт? Грибочки какие, например. Тогда понятно почему я вижу всякую фигню и чувствую этого.
   Я смотрел по сторонам и все больше удивлялся увиденному. Все здесь было другим: булыжная мостовая, дома, и еще (я сообразил только сейчас) воздух. Он тоже сильно отличался от привычного мне. Чистый, свежий, без единого признака выхлопных газов. Он немного туманил рассудок, заставляя чувствовать в теле необычайную легкость. Или это было запоздалое влияние всяких галлюциногенов.
   Гуляя по безлюдным улицам, я неожиданно услышал яростные крики и металлический лязг, а чуть позднее и громкий колокольный звон. Движимый любопытством, я двинулся на поиски источника этих звуков. Выйдя из-за угла, я увидел картину, которая никак не желала укладываться в моей голове. Пятеро человек, наряженных в нелепые средневековые доспехи, стояли в воротах и отбивались от навалившегося противника. Еще двое их товарищей расположились неподалеку. Оба были ранены - один в плечо, другой в ногу. А нападавших, если судить по звукам, долетавшим из-за стены, было очень много, и спасал защитников лишь тот факт, что стояли они в довольно узком проходе и использовали более длинное оружие - алебарды.
   "Ролевики или я вижу совсем не то, что в реальности?" - отстраненно подумал я.
   Вдруг один из раненых подполз к валявшемуся рядом арбалету и направил его в сторону ворот. Щелчок и один из защитников валится на землю с болтом в спине. Смерть одного обороняющегося обрадовала нападавших и они усилили натиск. Гибель смотрелась очень реалистично. Даже слишком...
   Оцепенев, я смотрел на разворачивающуюся предо мной битву. На моих глазах один за другим гибли защитники города. Последний бился отчаянно. Раз за разом его алебарда жалила зеленокожих воинов, заставляя их отступать. Но и он, в конце концов, пал.
   Когда последний защитник погиб, у меня в голове как будто что-то щелкнуло. Тело напряглось, из горла вырвался звериный рык. В душе колыхнулась бешеная ненависть.
   "Уничтожь этих тварей", - мелькнула в голове чужая мысль.
   Больше я не рассуждал и не думал. Я тихонько отошел в сторонку, а вместо меня появился кто-то могущественный и...за что-то очень злой на зеленокожих. Левой рукой этот другой рванул меч из импровизированных ножен (все, плащ теперь только на тряпки) и тенью скользнул к воротам.
   - Быстрее, - сам себе приказал я, несясь к ворвавшимся в город бойцам. И как будто в ответ на мой приказ, по жилам пронеслась волна жидкого огня, и врагови стали замедляться. Теперь они двигались, словно в воде.
   Первого я просто насадил на меч, как на вертел. Затем, не тратя драгоценные мгновения, вырвал из тела клинок и вынуждено пригнулся, уходя от чьего-то удара. Пинок в пах - и он с воем рухнул на землю. Добить его я не успел, потому что на меня налетел следующий. Уклонившись от его выпада, я попытался достать кончиком клинка его шею, но он вовремя отскочил назад. Пользуясь этим, я молниеносно подхватил с земли оружие одного из его дружков и метнул. Уворачиваясь от этого нелепого снаряда, воин отскочил вправо, где и напоролся на брошенную вслед за ятаганом алебарду.
   Не ожидавшие столь яростного отпора нападавшие опешили и отступили. Не давая им опомниться, я рванулся вперед и со всей силы рубанул самого высокого. Панцирь у него оказался очень крепким и поэтому меч, едва дойдя до середины груди, громко хрустнул и переломился у самой рукояти. Вот что значит сила есть ума не надо.
   Отскочив назад, я мельком осмотрелся и подхватил валявшуюся рядом алебарду. Оружие мгновенно завертелось у меня в руках и, выписывая им в воздухе хитрые кренделя, я вновь пошел в атаку. Надо сказать, нападавшие тоже не были идиотами и предпочитали не подставляться под мои удары, ожидая, пока я выдохнусь, чтобы потом добить. И они действительно имели на это все шансы, потому что с каждым взмахом я все больше уставал. Руки наливались свинцом, глаза заливал едкий пот, мгновение за мгновением оружие у меня в руках все замедлялось и замедлялось. Наконец, когда мышцы уже на отрез отказались поднимать что-либо, за спиной послышался дробный топот. А несколько секунд спустя щелчки арбалетов. Подбежавшие солдаты быстро оттеснили меня назад и я с облегчением прислонился к стене.
   Прибывшее подкрепление споро оттерло зеленокожих и закрыло ворота. Когда сраженье закончилось, ко мне подошел воин в роскошных доспехах и, сняв шлем, сказал:
   - Благодарю вас за помощь, доблестный незнакомец. Если бы не вы, эти твари точно ворвались сегодня в город и сожгли его. Как замок бедного герцога... - после этого он говорил что-то еще, но я его не слышал. От напряжения кровь ревела в ушах, перед глазами плавали разноцветные круги. Я начал медленно сползать по стене. Капитан прервался на полуслове и, поняв мое состояние, отдал несколько коротких команд солдатам. Через секунду меня подхватили на руки и куда-то осторожно понесли.

***

   На этот раз окружающий меня мир представлял собой безумную мешанину цветов, сравнимую разве что с палитрой художника-абстракциониста. Мир не имел формы. Цвета вокруг двигались, менялись, перетекали один в другой. Мельтешение оттенков туманило сознанье, поэтому я не сразу заметил, как окружавший меня хаос стал упорядочиваться. Цвета перестали меняться, начали приобретать конкретную форму и через несколько мгновений я с удовольствием обнаружил себя стоящим перед жарко пылающим камином.
   Подняв глаза, я обнаружил искусно написанный портрет. На нем изображался полуседой мужчина с лицом истинного аристократа - бородка клинышком, волевой подбородок, аккуратные усики, нос с горбинкой и пронзительные голубые глаза. Из-под застегнутого у самого горла воротника виднелся кусочек чуть светящейся татуировки4.
  -- Нравится? - прозвучал из-за спины мягкий, чуть хриплый голос.
   От неожиданности я вздрогнул и обернувшись уставился на стоящего подле меня парня. Он, так же, как и я до этого, смотрел на картину. Его лицо мне казалось безумно знакомым. Пожалуй, будь он лет на сорок старше, я бы решил, что на портрете изображен именно он. Те же глаза, губы, нос, подбородок. Для полного сходства не хватало лишь усов и бородки, но я подозревал, что с годами они появятся.
   Сделав маленький глоток из бокала, появившегося у него в руке, он продолжил:
   - Это истинный герцог5 Кадебур кив'Архол. Хранитель Изумрудного пламени6. Мой отец... был. Он погиб пару месяцев назад, - сказал он и замолчал.
  -- Ну, а как вас зовут? - видя, что молчание затягивается, в свою очередь полюбопытствовал я у своего собеседника.
  -- А? Что?... - оторвался он от своих мыслей, - Действительно, где же мои манеры. Меня зовут Алеан, герцог Архольский... тоже был.
  -- Почему был? - непроизвольно вырвалось у меня.
  -- Потому что меня убили, - ответил он с таким спокойствием, будто говорил об урожае брюквы в прошлом году, а не о своей смерти.
  -- А как же тогда... - начал было я задавать очередной вопрос, но был прерван.
  -- Всему свое время, - твердо сказал он и махнул на стоящие у камина кресла, - Садись. Нам предстоит долгий разговор.

***

   Проснулся я от света, бившего прямо в глаза. Приятным назвать это было нельзя, да и само возвращение из мира снов не слишком-то радовало. А все потому что мышцы болели так, словно перед сном я толкал грузовой состав от Москвы до Питера. При малейшем движении каждая из них по отдельности и все вместе они заявляли свое решительное "нет" активному образу жизни. Сосредоточившись я попытался унять боль и, к своему удивлению почувствовал как слабость покидает тело, а мышцы наполняются упругой силой. Происходило настоящее чудо!..
   - Вот так бы и на утро после пьянки, - потягиваясь, произнес я. - Только пожелал и...
   Внезапно бешено зачесалась щека, я протянул руку, но пальцы вновь наткнулись на какую-то преграду. Желая рассмотреть ее получше, я поднялся с кровати и осмотрелся в поисках зеркала. Обегая комнату взглядом, я наткнулся на груду доспехов и оружия, валявшихся у окна. Большинство выглядели более-менее сносно, но вот имевшийся нагрудник был разрублен чуть ли не пополам. Порывшись в памяти, я сумел вспомнить, что точно такой же панцирь я видел на воине, о которого сломался мой меч. Покопавшись немного среди оружия, я нашел то, что от него осталось. Рядом с этой кучей хлама расположился небольшой столик, на котором лежали несколько тощих кошельков, амулет, пара колец и браслет.
   - Похоже, глюки продолжаются, - без эмоций произнес я. - А это мои трофеи из предыдущих. Или это не галлюцинации? Больно уж все реалистично выглядит...
   Вообще, за эту ночь многое изменилось. Я больше не видел вокруг той необычности, что была вчера. Окружающий мир стал незыблемым и единственно верным. Доспехи больше не выглядели смешными, а оружие - глупым. А вот знание об истинной силе человеческого гения сейчас почему-то казалось нелепыми сказками. И еще, в душе сидело стойкое ощущение неправильности, какой-то незавершенности. Будто забрали что-то очень важное. Скажем, у дома вдруг исчезли стены, оставив крышу болтаться в воздухе. Но что именно не так, определить не получалось.
   - Может меня подкинули на какую-то реконструкторскую игру? Или на съемки фильма? - предположил я, но, глянув на покрытые кровью доспехи, отмел это предположение в сторону. - Черта-с два! Для киношки нет камер. А для реконструкции... Больно уж реалистично дохли зеленые...
   В мозгу тут же всплыли искаженные яростью лица. Нанесенные мной же раны...
   - Тьфу ты! - помотал головой я, отгоняя все это прочь. - Слишком реалистично. Но что это тогда?! Колоссальная инсценировка? Так я не настолько важная птица для подобного. Может телешоу типа "Дом 2"? Только тут что-то фэтезийное. Хм, очень кровавое шоу. И меня похитили, чтобы заставить в нем участвовать!.. Мда, вот так вот и рождается паранойя. Как насчет других вариантов? Может меня закинуло в другой мир? Хе, значит дальше должно быть торжественное наречение меня Избранным. И не менее торжественное вручение Священного Оружия, с последующей отправкой в поход против темного Властелина...
   Я представил себе эту картину и только хмыкнул.
   - Забавное зрелище должно быть, - улыбаясь продолжил я. - Даже и не знаю, что мне больше нравится. Всемирный жидо-массонский заговор или "героическая эпопея"... Наверное, остановимся на заговоре. Хоть не так фантастично выглядит. А там видно будет. В любом случае сперва необходимо разжиться деньгами. Для этого подойдут мои трофеи... Хотя нет! Это может немного подождать, а вот...
   Мне вдруг захотелось взглянуть на себя со стороны, и я поискал глазами зеркало. Оно обнаружилось в углу. Это было прекрасное ростовое зеркало в деревянной резной раме. Подойдя к нему, я взглянул на себя и на время потерял дар речи. С другой стороны на меня смотрел некто с белыми, как снег волосами и абсолютно черным лицом. И только хорошенько приглядевшись, я понял, что это была всего лишь искусно выполненная маска. Губы маски были чуть-чуть приоткрыты, образуя при этом небольшую щель.
   "Ну, хоть есть смогу, - с облегчением подумал я и тут же добавил, - А вот побриться теперь будет весьма проблематично".
   Посмотрев на себя в зеркало еще раз, я заметил и другие изменения. Весь торс, руки, а, закатав штанину, я убедился, что и ноги тоже, покрывала странная татуировка. Она змеясь охватывала все тело, образуя причудливые, порой гипнотические, узоры. Но в отличие от обычных, эта была нанесена белой, чуть светящейся, краской.
   "Славно, - подумал я. - Теперь все запуталось еще больше".
   Налюбовавшись собой любимым (самое место в кунсткамере), я продолжил обыск комнаты, на этот раз в поисках своей одежды. Обнаружилась та в кресле, рядом с кроватью. Выстиранная и аккуратно заштопанная. Сапоги, стоявшие рядом с креслом, блестели как новенькие. В поле зренья не наблюдалось только плаща, но если учесть в каком состоянии он остался лежать на земле, то я бы, пожалуй, больше удивился, увидев его здесь.
   Уже заканчивая одеваться, я услышал деликатный стук в дверь. Быстро застегнув оставшиеся пуговицы, я поспешил к двери. Стукачом, тьфу, в смысле стучавшим, оказался невысокий сухопарый старик в светло-желтой ливрее. Настоящий дворецкий - на его, покрытом сетью морщин, лице не отображалось ни единой мысли или эмоции.
   "Прямо каменный истукан, а не человек", - мелькнула мысль.
   Сходство усилилось еще больше, когда он, увидев меня, как-то неестественно поклонился и безжизненным голосом произнес:
  -- Его светлость граф Максимиллиано кив'Люор приглашает вас разделить с ним утреннюю трапезу.
  -- С удовольствием, - только и сумел сказать я, чувствуя, как желудок начинает сводить от голода.
  -- В таком случае, попрошу следовать за мной, - ответил старик и, еще раз поклонившись, пошел в сторону лестницы.
   Идя вслед за дворецким (а это, скорее всего, именно он) я заметил, что время от времени начинаю едва заметно хромать. И если при ходьбе это абсолютно не мешало, то быстро бегать я вряд ли смогу. Еще один фактик в копилку странностей.
   "Очень интересно" - думал я, проходя мимо великолепных гобеленов, висевших на стенах. Вообще, весь дом производил двоякое впечатление. С одной стороны прекрасные картины, роскошные гобелены, оружие, украшенное золотом и драгоценными камнями. А с другой выцветшие краски, паутина, пыль... Похоже дом видывал и лучшие времена.
   По мере продвижения пыли становилось меньше, начали попадаться цветы в вазах, один раз встретилась спешащая по своим делам служанка. В общем, постепенно мы вышли в более обжитую часть дома.
   Наконец, пройдя в очередную дверь, мы оказались в обеденной зале. Здесь, за небольшим столом (метров пять в длину), сидел человек, командовавший вчера солдатами у ворот. Правда, на этот раз он был одет по-домашнему, в белую рубашку с кружевным воротником и желтые бархатные штаны. Так что я даже не сразу узнал его.
  -- А уважаемый, я искренне рад приветствовать вас в своем скромном жилище, - при моем появлении он улыбнулся.
   Я с сомнением оглядел зал и пожал плечами. Возможно, по здешним меркам жилище и было скромным, но у меня было стойкое ощущение, что я уже видел и гораздо более скромные. Но когда и где вспомнить не удавалось.
  -- Пожалуйста, будьте моим гостем и не откажитесь разделить со мной, что нам послали сегодня боги, - между тем продолжал граф.
   Я был отнюдь не против, а скорее даже обеими руками за - желудок сразу напомнил о себе, едва я вошел в обеденную залу. Поэтому я сразу устроился за приглянувшийся мне стул. В то же мгновение появились слуги и принесли столовые приборы. Я споро принялся орудовать ножом и однозубой вилкой. Сразу же выяснилось, что опыта в обращении с ними у меня нет, зато имелись кое-какие рефлексы. Так что я постарался не мешать телу делать все самому.
   "Чем дальше, тем больше я склоняюсь к мысли, что меня похитили инопланетяне", - во всю наворачивая какое-то блюдо подумал я.
   Во время трапезы граф не прочь был поговорить, а я не прочь был послушать.
   - Позвольте для начала еще раз поблагодарить вас от имени, - начал граф, когда я расположился. - Даже не знаю, чем бы все закончилось, если бы не вы. Боюсь, тогда бы мы вряд ли сумели откинуть орков обратно за стены.
   - А почему они напали? - поинтересовался я, делая зарубку в памяти, что зеленокожих называют орками.
   - Кто знает, - пожал мой собеседник плечами. - Они и раньше время от времени пускались пограбить эти земли. Но прежде никогда не пытались штурмовать город. Впрочем, они и сейчас не изменили своему правилу - они просто сидели вокруг города и будто ждали чего-то. Впрочем, теперь ясно, чего именно. Пожалуй, точно также они захватили и замок герцога. Иного объяснения, кроме предательства, я не вижу.
   - Замок герцога? Они еще на кого-то напали? - спросил я, желая собрать как можно больше информации. И только потом стал думать, а не сделал ли я глупость, задавая подобный вопрос. А то мало ли что...
   - Как? - удивился Максимиллиано, к счастью, ни в чем меня не заподозрив. - Вы еще не слышали? Я думал весь город уже в курсе произошедшего. Три дня назад посреди ночи в город прискакал сильно потрепанный герцогский гвардеец. Он рассказал, что на замок напали орки и его отправили за помощью. Гонец сказал, что кочевники прорвались за ворота, и он едва успел выскользнуть через подземный ход. Я тут же собрал имеющихся поблизости стражей и отправился на подмогу. К сожалению, я опоздал, к моему прибытию замок уже вовсю пылал. А выжившие орки уже разбежались. Когда через несколько часов мы обыскали тлеющие развалины, нашлось лишь несколько уцелевших. Они держали оборону в одном из подвалов, и огонь до туда не добрался. Кроме подвалов уцелела еще одна башня. Насколько я понял, там жил маг. Внутри мы обнаружили тела нашего герцога и собственно мага. Оба убиты стрелой в сердце. Видимо какой-то орк заметил их в окне и убил...
   - А что насчет выживших? - поинтересовался я.
   - Несколько гвардейцев и их капитан, граф Амир кив'Сечла, - пожал плечами кив'Люор. - Но они почти все сразу уехали с графом, даже на похороны не остались. Только один решил вступить в ряды стражей города.
   Мы некоторое время ели молча, а потом Максимиллиано вдруг хлопнул себя по лбу.
   - Какой же я невежливый, - сказал он. - Я ведь совсем забыл представиться вам. Меня зовут Максимиллиано кив'Люор. Я начальник стражей этого города. А как...
   Договорить он не успел. К нему подошел дворецкий и что-то тихонько зашептал на ухо. По ходу того, как он говорил, лицо графа приобретало все более кислый вид.
   - Прошу меня простить, - вздыхая, обратился он ко мне, когда слуга вышел. - Но к великому моему сожалению я вынужден вас покинуть. Меня зовут неотложные дела. Но вы можете чувствовать себя здесь как дома, мое жилище в вашем полном распоряжении. А сейчас позвольте откланяться.
   И с этим он покинул обеденный зал.

***

   Еще во время завтрака у меня появилась навязчивая идея найти новое оружие. Бороться с ней не было никакой возможности - любое сопротивление подавлялось волной боли. Когда это произошло впервые, я чуть со стула не упал, чем сильно удивил дворецкого. Немного поэкспериментировав с этим, я пришел к выводу, что подчиниться гораздо проще. А смутные ощущения неправильности решения пришлось загнать подальше. Я быстро шел по улице, пряча лицо от чужих взглядов. Еще в поместье я не взял плащ, любезно предложенный старым дворецким (да и не удивительно, на улице температура под тридцать). И очень сильно пожалел об этом, едва выйдя наружу. Вы когда-нибудь чувствовали себя белой вороной? Когда при вашем появлении все сразу замолкают, начинают глазеть, тыкать пальцем, шептаться. Нет? Значит, вам очень повезло. Когда на меня уставилась поджидавшая у ворот толпа, я поначалу решил, что рога выросли (и когда только успели). Но убедившись, что это не так, был вынужден изменить свои планы и сначала отправиться к портному. Благо там, за вполне умеренную плату, я смог приобрести черный плащ с капюшоном, дорожную сумку, в которую была убрана куртка, и совет незаметно свалить через черный ход. Воспользовавшись им, я теперь шел по своим делам, низко опустив голову, чтобы прохожие не заметили маски на моем лице.
   С полчаса поплутав по городу, я наконец добрался до своей цели, оружейной лавки "Стальной Дрын". Откуда у лавки столь необычное название никто не знал, даже хозяин. Просто проснувшись однажды после пьянки, устроенной в честь рождения сына, он обнаружил это вывеску на месте старой "Боевой молот". Вывеска показалась похмельному владельцу знаком свыше, и он решил ее не менять.
   Историю этой лавки мне рассказал также дворецкий, когда я поинтересовался столь необычным названием оружейной. По его уверениям это была лучшая лавка в городе.
   Толкнув дверь, я вошел внутрь. Где-то в глубине здания зазвенел колокольчик, оповещая хозяина о вошедшем посетителе. Громко топая, тот поспешил явиться в торговый зал. Слушая его шаги, я считал, что увижу гиганта под два метра ростом. И теперь представьте мое удивление, когда показалось... это. Ростом примерно метр тридцать, да и размахом плеч примерно столько же. Получалась эдакая тумбочка с бородой. Да и голос у этой "тумбочки" оказался подходящий - гулкий бас. Словно из пустой бочки.
  -- Хо, уважаемый. Чего изволите? Кольчужку черной стали, меч парадный или может арбалет? У меня вы найдете все, что душе угодно. Итак? - закончил он свою речь и вопросительно посмотрел на меня.
  -- Мне нужно оружие. Меч и, возможно, еще что-нибудь к нему, - я расплывчато помахал в воздухе пальцами.
  -- О-о-о, у меня великолепный выбор мечей: ятаганы, акинаки, фальчионы, гладиусы, - принялся он перечислять и вдруг спросил. - А на какую сумму вы рассчитываете?
   Дворецкий заранее предупредил меня, что нельзя говорить сумму, которую собираешься потратить. А то рискуешь купить ржавый кухонный нож по цене парадного королевского клинка.
  -- Пока не знаю. Вы показывайте, а там видно будет.
  -- Прекрасно, - несколько разочарованно произнес купец и, достав из-под прилавка согнутый в дугу, ржавый-прержавый меч, гордо вымолвил, - Вот.
   Сказано это было таким голосом, словно он предлагал мне не ржавый кусок второсортного железа, а меч королей Талбунда7 с личными дарственными надписями всех его обладателей. Неопределенно хмыкнув, я ухмыльнулся (под маской все равно не видно) и восторженным голосом сказал:
  -- Ничего себе! Судя по ржавчине, ему не меньше семи сотен лет - это же настоящий раритет, мечта любого коллекционера! А изгиб лезвия? Это же просто гениально, наверняка, если его кинуть он вернется обратно подобно бумерангу, - а потом уже нормальным голосом продолжал. - Может, прекратим заниматься глупостями и перейдем к делу?
   "Вот смотрю я на все это, - вдруг отстраненно подумал я. - И в голову закрадываются мысли о мировом заговоре инопланетян против меня одного. Орки и гномы. Это ж надо! Только длинноухих... то бишь эльфов не хватает для полноты картины. А там уже и Сауроном себя объявить можно..."
   На мои слова гном не обиделся, а даже наоборот, буркнув: "Стоило попытаться", радостно заулыбался. Аккуратно убрав меч под прилавок, он бросил на меня оценивающий взгляд и потянулся за следующим образчиком местного производства.
   Следующие два часа мы провели, перебирая различное оружие и обсуждая его достоинства и недостатки. Вернее обсуждал он, я же с большим интересом слушал. В ходе беседы я узнал, что гнома зовут Рор-дес-Кадэр. Рор - это собственное имя. Кадэр - клановое. Когда же попытался представиться я, он лишь давясь хохотом, сказал:
  -- Да тебя и так весь город знает. Вот только под другим именем. Для большинства ты - безликий герой. Или просто Безликий.

***

   - Как уже было сказано, я погиб. Погиб во время открытия портала от случайной стрелы. В результате чего в мое мертвое тело была призвана другая душа. А моя, из-за неправильной смерти, осталась в этом мире. И мне это не нравится, поэтому ты должен мне помочь это исправить. Кстати как твое имя?
   - Я Витя... тьфу, то есть Виктор.
   - Хм, странное имя. Откуда ты, из Дарроды? Хотя нет, - тут же отмел он собственное предположение, - там нет таких имен. Может Талбунд? О нем мне мало известно, так что, почему бы и нет.
   Я лишь отрицательно покачал головой.
   - Нет? Впрочем, без разницы. Важно другое...

***

   Переубеждать его у меня не было никакого желания, поэтому я просто махнул рукой и вернулся к делу.
   К концу второго часа мы так и не смогли ничего подобрать. Донельзя раздраженный привередливым покупателем гном, сердито бурча, развернулся ко мне спиной и скрылся в глубине лавки. Минут через десять, когда я уже начал подумывать, а не поискать ли мне оружие в другом месте, он вернулся. В руках Рор держал длинную (немного больше метра), толстую, сужавшуюся к концу, палку. Единственным, что отличало ее от обычной деревяшки, был металлический череп с длинными клыками, разделявший клюку на две неравные части. Я с большим сомнением посмотрел на гордую физиономию гнома.
  -- Мастер Рор. Мне вообще-то нужен был меч, а не костыль.
   Услышав мои слова, гном заулыбался еще шире, став похож на начищенный до блеска самовар. Продолжая улыбаться, он положил палку на прилавок и легким движением извлек меч из ножен. Да, это оказался именно меч. Тонкий. Длинный. Очень необычной формы, он был похож на застывшую в движении змею. Угольно-черную змею, покрытую россыпью непонятных символов.
  -- Вот, - сказал он, поглаживая лезвие кончиками пальцев. - А ты говоришь костыль. Не-е-ет. Это дарродский Змей. Довольно редкое оружие в здешних краях. В основном их используют специальные отряды пограничной стражи для защиты страны от нечисти Мертвых земель. И, между прочим, после принятия клинков на вооружение, а это произошло более ста лет назад, не было ни одного серьезного прорыва.
  -- А все потому, что... - вошел он в привычную стезю и принялся на все лады расхваливать меч. Упирая изо всех сил на то, что за ТАКОЕ оружие любые деньги отдать не жалко и все равно он (в смысле - гном) останется в проигрыше. Ну, а когда его красноречие иссякло, купец назвал цену.
   Услышав ее в первый раз, я поначалу решил, что ослышался и на всякий случай переспросил. Гном повторил. У меня просто челюсть отпала от подобной наглости. За такие деньги легко можно было купить десяток отличных мечей (у него же), а если поторговаться, то и все пятнадцать. Но из-за маски увидеть это гном не мог и должного эффекта не вышло. Поэтому придя в себя, я немедленно высказал свои соображения вслух и предложил уменьшить цену раз в пять-десять. Услышав мое предложение, гном выпучил глаза, побагровел и заявил, что он лучше выйдет с этим клинком на дорогу, путников грабить, чем продаст за такие гроши. Теперь настала моя очередь возмущаться.
   На протяжении всего торга мы орали друг на друга, били себя в грудь, трясли бородами (по крайней мере, он), крутили пальцем у виска, обзывали друг друга упырями и висельниками, порывались уйти (гном в том числе, но в азарте спора я не обращал на это внимания и также пытался его остановить, будто не он, а я был хозяином лавки и желал всучить клинок за ТАКУЮ цену).
   В итоге моих мучений цена упала вдвое, а к мечу добавились два засапожника (на всякий случай), точильный камень ("оружие всегда должно быть в идеальном порядке"), маленький складной арбалет с десятком коротких болтов ("что-то он у меня залежался"), куртка из толстой кожи с нашитыми изнутри металлическими бляхами ("ты, я вижу, без доспехов, а у меня как раз кое-что есть") и прекрасный кожаные перчатки с серебряными шипами на костяшках ("чтоб ты подавился, злыдень"). Расставшись с большей частью своих капиталов и получив взамен обещание прислать кого-нибудь за орочьей амуницией, я сразу надел большинство обновок и с удовольствием двинулся к выходу. Провожая меня, Рор горестно вздыхал, поднимал очи горе и проклинал тот день, когда я зашел в его лавку (сегодняшний, наверное). Но, несмотря на изрядный актерский талант, ему не удалось спрятать сиявшую на лице довольную улыбку. Глядя на нее, мне начинало казаться, что наварился он сегодня раза в три-четыре от покупной стоимости.
   Выйдя на улицу, я осмотрелся и уверенно двинулся по улице в сторону особняка графа, благодаря гному путь был мне известен. Также из разговоров удалось почерпнуть много полезной информации. Например, я узнал, что город делится на три части: Старый, Новый и Нижний. В Нижнем городе располагались дома нищих, ремесленников, неудачливых торговцев. В этом районе люди жили по закону джунглей, там вполне могли всадить нож в спину из-за пары медяков. И с каждым годом он все больше разрастался.
   Но с востока его продвижение было остановлено трехметровой каменной стеной, прячущей Новый город от остального мира. Новой эта часть города называлась потому, что строиться начала относительно недавно, не более полувека назад. Здесь селилась местная элита: городская знать, богатые торговцы, лучшие ремесленники. Здесь же располагались самые дорогие трактиры и гостиницы. Попасть сюда можно было лишь пройдя придирчивый фэйс-контроль. И еще, согласно специальному эдикту нынешнего градоправителя, только люди, для иных рас район был закрыт. Из-за этого самые дорогие лавки располагались перед воротами, образуя бородатую, надменную и шипящую улицы. Собственно, здесь располагались лавки гномов, эльфов и шивами8.
   К юго-западу от Нового раскинулся Старый город. В нем тоже когда-то селилась знать, но со временем он стал приходить в запустение. Дворяне беднели и продавали свои дома купцам. Те разорялись и в свою очередь перепродавали усадьбы. И так год за годом район пустел. Некогда роскошные здания ныне смотрели на мир пустыми глазницами разбитых окон. Цветущие прежде сады заросли сорняками. Большинство фонарей растащили местные кузнецы. Район умирал. Жизнь в нем теплилась лишь в центре, где расположились особняки некогда богатых дворянских родов. Но и это не навсегда, пройдет пара десятков лет и квартал превратится во вторые трущобы.
   Одним из осколков жизни в этом мертвом мире был особняк графа, куда я сейчас и направлялся. Блуждая по городу, я и не заметил, как солнце сначала перевалило за полдень, а затем скатилось за горизонт, поэтому возвращаться мне пришлось в темноте. Благо луна была полной и прекрасно освещала мне путь.
   "Черт! - идя по улице, вдруг подумал я. - Хотел разжиться деньгами, а вместо этого все просадил! Это ж надо такое выкинуть!.. Хотя... А зачем собственно мне деньги нужны были? М-м-м... Чтобы проще было в незнакомом месте! Это просто и понятно. Хм, а как я сюда попал? И... откуда?!"
   Я принялся копаться в памяти и вдруг обнаружил, что ничего этого не помню. Ни где я. Ни откуда пришел. Ни кто я вообще такой!!! И сколько бы я не пытался вспомнить хоть что-то, ничего не получалось. Словно из памяти вырвали огромный кусок. А вместо него положили боль, на которую я то и дело натыкался, пытаясь что-нибудь вспомнить.
   - Будем считать это последствиями вчерашней драки, - сам себе предложил я. - И будем надеяться, что вскоре все вернется само.
   Успокоив себя таким образом, я продолжил свой путь. Когда впереди показался свет фонарей, мне послышались шаги за спиной. Я быстро оглянулся, но ничего не заметил. Тогда я остановился и прислушался. Тишина. Пожав плечами, я двинулся дальше.
   Подходя к освещенной территории, я заметил стоящую у фонаря фигуру, закутанную в коричневый плащ. Когда до нее (или него) оставалось пара метров, полы плаща взметнулись, и на свет показался тяжелый военный арбалет "Альбатрос"9. Откуда мне известно его название я обдумать не успел, ибо машинка, обладающая изрядной пробивной мощью, уставилась своей тупой физиономией на меня. Резко щелкнула тетива. Время замедлило свой стремительный бег, я попытался упасть на колено, но глядя на стрелу, понял, что не успеваю...
   Болт прошел по касательной, но все равно мощный удар сбил меня с ног. Несколько мгновений мне понадобилось, чтобы прийти в себя, а затем я рывком поднялся и тут же отскочил в сторону. Очень вовремя - там, где я был секунду назад, пронеслось еще два арбалетных болта. Глянув в сторону, откуда они прилетели, я заметил еще пару нападавших. Видя, что промахнулись, они бросили арбалеты и кинулись ко мне, на ходу извлекая из ножен короткие мечи.
   Отодвинув меня в сторону, тело стало двигаться само. Как и в тот раз. С орками...
   Взгляд в сторону фонаря. Здесь неизвестный в плаще лихорадочно перезаряжал арбалет. У меня в руке, как по волшебству, появился один из засапожников. Резкое движение кистью и он устремляется в стоящую у фонаря фигуру, а через мгновение попадает в цель. Черт, неудачно, человек успел дернуться и нож вместо сердца впился в плечо. Арбалет падает на мостовую, а я оборачиваюсь к двум другим. Они уже рядом.
   Клинок с тихим шелестом покидает ножны. Я делаю два скользящих шага, вперед и влево. Ныряю под занесенный для удара меч и оказываюсь за спиной бандита. Резко поворачиваюсь и, быстро ткнув врага под левую лопатку, отскакиваю в сторону. Теперь, с безопасного расстояния, можно посмотреть на результаты. А они неплохи: один из нападавших со стоном валится на землю, а второй с недоумением смотрит на него. Через секунду недоумение во взгляде сменяется злобой загнанной в угол крысы. Он выставляет перед собой оружие и начинает медленно пятиться в сторону ближайшего переулка.
   "Нельзя отпускать... В следующий раз он может не промахнуться... Убей его... Убей..." - зашептал на задворках разума чей-то голос. В пику ему слышался иной шепот:
   "Пусть идет... Отпусти его... Он уже не опасен... Не уродуй душу..."
   Несколько секунд тело не шевелилось, ожидая кто победит, а затем первый голос берет верх. Неуловимое движение и клинок вернулся в ножны. Это заставило грабителя расслабиться и опустить меч. А зря. Не останавливаясь, рука нырнула под плащ и сорвала с пояса арбалет. Рывком взведя тетиву, я быстро достал из подсумка болт. Зрачки бандита расширились (и не спрашивайте меня, как я это разглядел в темноте - сам не знаю). Понимая, что до меня ему не достать, он, уже не думая об осторожности, развернулся и кинулся бежать. Я же спокойно поднял арбалет, прицелился и мягко нажал спусковой крючок. Звонко щелкнула тетива и бежавший к переулку разбойник, будто споткнувшись, грохнулся на мостовую со стрелой в затылке.
   Не глядя больше в ту сторону, я подвесил арбалет обратно к поясу и, повернувшись, зашагал к лежащему у фонаря человеку. Этот был все еще жив.
   - Зачем? - разорвал ночь глухой голос, в котором я лишь через несколько мгновений опознал свой. Раненый не издал ни звука. Тогда я с размаху пнул его в кровоточащее плечо. Когда он перестал кричать, вопрос повторился, на этот раз он не стал запираться:
   - Вы видели, что на самом деле произошло у ворот, - проговорил он, всхлипывая от боли. - Если бы правда выплыла наружу - меня бы повесили как предателя!
   Только после его ответа я понял, что уже видел его. У ворот. Это он стрелял из арбалета по своим. Как только в голове перестали мелькать разные мысли, я задал следующий вопрос:
   - Кто приказал открыть ворота?
   Вместо ответа раненый только стиснул зубы. С моей стороны на это последовал убеждающий аргумент. После третьего пинка он сдался.
   - Это приказал капитан герцогской стражи, граф кив'Сечла. Перед отбытием в столицу он приказал мне устроиться в городскую стражу. Он хотел чтобы я, когда орки возьмут город в осаду, попал в охрану малых городских врат и ночью открыл их. После чего подал бы оркам сигнал, - постанывая, ответил он, а затем принялся скулить. - Господин, пожалуйста, отпустите меня. Клянусь! Я сегодня же исчезну из города, и вы меня больше никогда не увидите.
   - Ты был гвардейцем, - скорее утвердительно, нежели вопросительно произнес я.
   - Да господин, но после нападения орков выжить удалось лишь нескольким счастливчикам. А из-за гибели герцога отряд распался.
   - Значит, это ты открыл ворота оркам, - зарычал внутри меня кто-то злой до чертиков и рука, повинуясь его ярости, выхватила второй нож.
   Видя мою злость, предатель попытался отодвинуться подальше от меня, но, так и не преуспев в этом, зачастил:
   - Нет, это не я. Это все граф со своими людьми. Это они впустили орков в замок. Они виновны в смерти герцога, а не я. Нет, они меня заставили... Они все сбежали в столицу, а меня бросили здесь! Я не виновен!! Клянусь!!!
   - Кто?!! Имена... Назови имена! - бесновался в моем теле некто.
   - Майлар, Роуп, Сторз, Чермолэн, Уриган, Нордар, Нэ, Иггрум, Юринак, - захлебываясь перечислял он. - И граф. Все. А я невиновен. Пожалуйста, отпустите меня.
   "Значит десятеро, - мелькнула мысль на границе сознания, - в столице..."
   Не слушая его проклятий, я схватил торчащую из плеча рукоять и выдернул нож, а затем вонзил его немного левее. Туда, куда он должен был попасть с самого начала - в сердце. Когда бандит затих, я забрал нож, быстро вытер его об одежду покойника и, не глядя, сунул его за голенище сапога. А потом на меня накатило. Чувство было отвратительное, как будто хирург-садист ради развлечения вскрыл мне грудь и стал поливать сердце кипяточком. К счастью, длилось это лишь мгновение, я даже не успел осознать, как боль исчезла, словно и не бывало.
   После этого у меня словно пелена с глаз упала. До меня только сейчас дошло, что я хладнокровно убил трех человек, а одного из них перед этим пытал. Увидев изломанное смертной судорогой тело, я почувствовал, как к горлу поднялся ком, руки задрожали, а ноги подкосились. Чтобы не упасть мне пришлось обхватить стоящий рядом фонарь.
   - Сволочь... - прохрипел я, борясь с бунтующим желудком. - Какая же я сволочь...

***

   - Ну, представим я соглашусь (хотя ума не приложу, с чего бы вдруг), а как по вашему, уважаемый герцог, я должен буду справиться с предателем? Ведь вы говорили, что это, скорее всего, кто-то из гвардии, а ведь их может быть несколько. Я же в своей жизни из оружия держал разве что кухонный нож, да и то все время режусь.
   Герцог скептически посмотрел на меня:
   - Не держал ничего опаснее ножа? И это говорит мне человек в одиночку защищавший ворота до подхода стражи. Или, может быть, ты успел забыть, сей любопытный инцидент?
   Признаться, он был абсолютно прав. Я действительно совсем забыл этом и теперь пытался вспомнить, какая муха (и куда именно) меня укусила, чтобы я, человек чуждый дракам, кинулся сломя голову в одиночку против толпы, размахивая какой-то железякой. Дальше вспоминать мне было неприятно и я поспешил переключиться на речь кив'Архола. А он, между тем, не обращая внимания на мое вытянувшееся лицо, продолжал:
   - Видишь ли в чем дело, запоминать способна не только душа, но также и тело. Поэтому, заняв мою плоть, ты получил также часть моих воинских умений. Конечно, без определенных знаний они практически бесполезны, но пока наши души связаны, они у тебя будут. Так что можешь не беспокоиться, тело само все сделает.
   - Хм, звучит обнадеживающе. А что конкретно я должен сделать...

***

   -С-скотина... - выплюнул я, продолжая дрожать всем телом, даже вывернувшись наизнанку, я почувствовал себя не намного лучше. Ноги все еще подкашивались, руки дрожали, хотелось плюнуть на все и сесть прямо на землю. Останавливало меня, пожалуй, лишь опасение перед возможным появлением стражи.
   Кое-как отцепившись от фонаря, я, покачиваясь, побрел в сторону видневшегося в конце улицы особняка графа Максимиллиано. Где-то после третьего нетвердого шага на краю сознания вновь мелькнула мысль, но теперь я понял, что она принадлежит не мне:
   "Обыскать трупы... Забрать болт..."
   Представив себе, как мне придется, упираясь в спину мертвеца, выдирать у него из затылка болт, я снова почувствовал себя нехорошо. Справившись с бунтующим желудком, я принялся вспоминать весь известный мне мат. Очень надеясь, что хотя бы часть моих мыслей дойдет до адресата.
   И так, покачиваясь из стороны в сторону и бормоча под нос заковыристые ругательства, я вновь двинулся к своей цели.
  
   Глава 3
  

Часто прямой путь не означает - самый быстрый.

Пространственный парадокс

   Трупы исчезли. О произошедшем ночью бое напоминали лишь пятна крови, засохшие на мостовой. За ночь воспоминания о случившемся успели сильно поблекнуть и сейчас, проходя мимо живописно застывших на камнях пятнах крови, я больше не испытывал той болезненной дрожи. Теперь это была всего лишь грязь на мостовой.
   Проснувшись сегодня утром, я с удивлением обнаружил, что не помню, как сюда попал. Память четко зафиксировала нападение, бой, допрос, путь до поместья... Затем земля вдруг выпрыгнула из-под ног и стремительно понеслась мне навстречу. А вот что произошло потом, вспомнить не удавалось. Должно быть, я просто отключился.

***

   - ...боги выразили свою волю: или я собственноручно уничтожу предателей или навеки останусь бессильным призраком...

***

   Думая о произошедшем бое, я внезапно вспомнил об одном событии, и мне очень сильно захотелось проверить, было ли оно на самом деле. Я быстро поднялся и взглянул на себя в зеркало. Внимательно осмотрев маску, я не обнаружил ничего. Как будто никогда и не было арбалетного болта, угодившего мне в лицо. Как будто болт не способен на таком расстоянии прошибить насквозь рыцарские латы. Но на маске не осталось ни вмятинки, ни царапинки. НИ-ЧЕ-ГО.
   Немного повздыхав, я вернулся к более важным делам. И опять повторилось то же, что было вчера: я оделся, в дверь вежливо постучали и дворецкий вновь проводил меня в обеденную залу. За завтраком граф рассказал, что он был изрядно удивлен, обнаружив своего гостя, лежащим без сознания у ворот поместья. Также он вежливо поинтересовался о причинах столь странного события.
   Выслушав мой немного подкорректированный рассказ, граф был удивлен еще больше. Но не столько самим фактом нападения (нынче в городе неспокойно), сколько участием в нем одного из стражников. Мое же мнение на этот счет было однозначно: это он впустил в город орков и сейчас просто пытался замести следы, убрав нежелательного свидетеля. Посмотрев на это с данного ракурса, Максимиллиано вдруг засобирался, ему не терпелось доложить об этом в магистрат.
   Идея заговора полностью завладела его сознанием и поэтому, когда я спросил о самом быстром способе добраться в столицу, он рассеяно ответил, что сейчас, когда осада снята (оказывается, вчера орки снялись с лагеря и, перейдя брод, ушли обратно в свои степи) самым быстрым, пожалуй, будет дилижанс. Путешествовать на нем и быстро (примерно как на собственной лошади), и достаточно комфортно. Так что поскольку денег на лошадь у меня не было (да и боязно как-то), этот вариант для меня просто идеален. Поэтому, вызнав общее направление, я распрощался с графом, собрал свои вещи и пошел к расположившейся неподалеку станции.
   Весь путь занял где-то минут сорок, по прошествии которых я стоял перед невысоким, но довольно внушительным зданием. Понять, что я пришел по адресу позволяли две вещи: мощнейший запах конского навоза и вывеска, прибитая над дверью, с надписью крупными буквами: "Старая кляча". А дальше шло мелким шрифтом: "Тело-перевозка людей, гномов, ельфов, орков и прочей живности, способной заплатить". Признаться, вывеска меня впечатлила, особенно слова "тело-перевозка" и "прочей живности".
   Осмотревшись по сторонам и не обнаружив ничего более подходящего, я все-таки толкнул дверь. Испытывать на себе гнев кив'Архола во второй раз не было никакого желания.
   - Да вы что, совсем спятили? Я конечно не юсовец, помешанный на принципах демократии и правах человека. Но убивать людей по прихоти моего собственного глюка я не собираюсь!
   Отказ подчиняться привел герцога в ярость. Его ладони сжались с такой силой, что находившийся в левой руке бокал с жалобным звоном разлетелся на кусочки. И красное, словно кровь, вино быстро закапало на роскошный ковер с побелевших пальцев. Несколько секунд он не мог вымолвить ни слова и лишь прожигал меня бешеным взглядом. Затем он судорожно втянул носом воздух и, все еще вздрагивая от кипевшего в нем гнева, прошипел:
   - Ты все равно сделаешь, что я скажу. Своей волей или без нее. А сейчас я научу тебя уважать благородных.
   Сказав это, он разжал левую ладонь, а затем опять сжал. Не было ни громов, ни молний, ни какого-нибудь зловещего сияния. Ни-че-го. Но эффект от этого ничуть не пострадал. Сначала я почувствовал себя так, будто меня окунули в царскую водку. Хотелось закричать, но тело мне больше не повиновалось. Потом невидимые крючья впились в плоть и принялись медленно разрывать меня на части. Впрочем, тело оставалось невредимым, а вся боль жила только в моем воображении.
   И при этом я вынужден был смотреть на мерзко ухмыляющуюся физиономию герцога. Когда силы терпеть это вышли, я собрал всю свою ненависть, склеил ее остатками воли и швырнул вперед. Эффект превзошел все ожидания - кив'Архола просто снесло вместе с креслом и ударило о стену. А боль сразу исчезла, оставив после себя мерзкую слабость в теле.
   "Значит, в эту игру можно играть вдвоем", - подумал я и попытался развить свой успех...
   Несмотря на то, что в помещении было тепло (лето все-таки), я зябко передернул плечами. Неожиданное видение сбило меня с толку. Оно казалось настолько реальным, что я чуть не поверил, что был там. И оно меня напугало. Я, конечно, пытался убедить себя, что это всего лишь глупое видение. Не помогло; в глубине души я точно знал, что сделаю все что угодно, лишь бы никогда не испытывать подобного на себе. Украду, убью, оскверню - все, только бы больше не ощущать раскаленных крючьев, разрывающих тело. Постаравшись отогнать нахлынувшее видение, я обратил внимание на помещение, в котором оказался.
   Хотя снаружи здание выглядело большим, комнатка, в которую я попал, оказалась совсем крохотной. Примерно два на три метра. Из мебели здесь присутствовали пара высоких шкафов, грубо сколоченный стол с таким же табуретом, да сухонький старичок. Он сидел за столом и что-то сосредоточенно писал в лежавшей перед ним книге. На звякнувший, при моем появлении, колокольчик старик не обратил никакого внимания. А я продолжал молча ждать, не зная, что нужно делать в таких случаях. Вскоре мне это надоело, и я решил привлечь его внимание, постучав шипом перчатки по шкафу. Только после этого дедок перестал писать и, бросив на меня оценивающий взгляд, буркнул:
   - Ты опоздал, охрана уже набрана и скоро отправится в путь. Так что можешь поискать работу в другом месте, - после чего он вновь вернулся к своей книге.
   - Я не наемник, а клиент. И мне срочно нужно попасть в столицу. Когда будет ближайший рейс? - равнодушно ответил я.
   Старик вновь оторвался от книги и, вынув из ящика стола кусок пергамента, ответил мне гораздо более приветливым тоном:
   - Ближайший рейс был двадцать минут назад. Поэтому если вы не очень спешите, то через неделю отправляется рейсовая карета. Вас это устраивает?
   - Нет, в столицу мне нужно СРОЧНО. У вас нет варианта, чтобы я мог отправиться немедленно?
   - Нет... Хотя, - он с сомнением посмотрел на меня, - есть один вариант. Примерно сейчас должен отправляться сверхсрочный экипаж. Я мог бы выписать вам билет, но это очень дорого. К тому же, он, скорее всего уже отбыл.
   - Мне это подходит, - не раздумывая, ответил я.
   Клерк прямо засиял от радости и, промокнув перо в чернила, сказал:
   - Отлично. Тогда осталось несколько формальностей. Ваше имя?
   Пожалуй, я немного поторопился, решив будто "в эту игру можно играть вдвоем". Это было не так. Через секунду, оправившись от неожиданности, герцог пригладил растрепанные волосы и поднял взгляд. На меня будто гора упала. Я был мгновенно прижат к полу, не в силах даже пошевелиться. Я, конечно, пытался противостоять, бороться... но результата это не дало никакого...
   Второе видение пришло так же неожиданно, как и первое, но теперь оно не смогло как-то на меня повлиять, потому что мне сейчас было не до него. Я хотел быстро ответить на все вопросы, как вдруг понял, что не могу. Я НЕ помнил своего имени. Как будто у меня его никогда и не было. Попытки вспомнить привели к еще худшему открытию - я ВООБЩЕ ничего не помнил. Моя жизнь начиналась с пробуждения в склепе, а все, что происходило до того, покрывал густой липкий туман. К которому даже прикасаться было омерзительно.
   Все мои лихорадочные попытки что-нибудь вспомнить привели только к головной боли. А клерк между тем уже начал терять терпение в ожидании ответа. Пришлось хвататься за первое пришедшее в голову.
   - Странно, а я думал, что обо мне сейчас весь город судачит, - сказал я и откинул капюшон, скрывавший лицо.
   После этого вопросы как-то сразу отпали, а старик умело заскрипел пером по пергаменту. В его движениях чувствовался немалый опыт, поэтому не прошло и минуты, как работа была закончена. После чего он немного помахал билетом, давая чернилам высохнуть и, протягивая его мне, сказал:
   - С вас один золотой, - и, получив желаемое, добавил: - Приятного вам путешествия, уважаемый.
   Сказав это, он потерял ко мне всякий интерес и вновь принялся скрипеть пером в книге. Потоптавшись еще чуть-чуть, я вышел и попытался обойти здание. На деле это оказалось проблематично - дома здесь стояли настолько близко, что протиснуться между ними смог бы разве что ребенок. Мне же пришлось топать добрых пять минут, чтобы найти подходящий проход. Еще столько же я потратил на поиски кареты, и в итоге пришел к самому отправлению.
   Показав вознице свой билет, я забрался внутрь и принялся разглядывать своих попутчиков. Их оказалось трое: молодая девушка (судя по одежде и драгоценностям дворянка), высокомерная уже пожилая женщина (эта точно дворянка - так обливать грязью, не говоря ни слова, могут только они) и богато одетый с уже заметным брюшком мужчина (этот не дворянин, скорее купец - больно уж хитрая физиономия). При моем появлении они повели себя по-разному: девушка брезгливо сморщила носик и отвернулась, пожилая дама не шевельнула ни единым мускулом на лице, но глазами показала, насколько она презирает таких выскочек как я. Купец же глянул на меня с интересом и приветливо улыбнулся.
   Возница объявил отправление, застучали копыта по мостовой, карета дернулась и начала медленно набирать скорость. Пару секунд спустя позади раздался топот - охранники нагоняли двинувшуюся карету. Через несколько минут карета замедлила ход и остановилась. Снаружи раздались ленивые голоса стражников. Пара фраз уладила дело, и мы покинули город.
   Ехать было долго, тряско и скучно. Скучал не один я. Скучали все. Но начинать разговор никто не спешил. Девушка стеснялась. Пожилая дама считала ниже своего достоинства разговаривать с недворянами. Купец тоже пытался показать достоинство, но ехать было слишком уж скучно и поэтому, плюнув на все условности, он обратился ко мне:
   - Извините, это случайно не вас зовут Безликим?
   Я лишь пожал плечами.
   - Ведь это вы позавчера в одиночку удерживали ворота от сотен орков, не давая им войти в город?
   - Боюсь, мои достижения сильно преувеличены, но да, я действительно оказался в нужном месте в нужное время.
   - Тогда,- начал он торжественным голосом,- позвольте представиться - меня зовут Милор, и от своего имени я выражаю вам сердечную благодарность за то, что вы сделали. Если бы не вы, участь города оказалась бы незавидной.
   На это я лишь рассеянно кивнул. Конечно, очень приятно, когда тебя хвалят и благодарят, когда дают почувствовать свою значимость. Но гораздо приятнее, когда в довесок к устной благодарности перепадает еще что-нибудь, более материальное. Что-нибудь вроде большого, позвякивающего кошеля, полного кружочками из желтого, довольно мягкого металла (золота, если кто не догадался). В данном же случае имела место быть лишь устная благодарность, так что настроение у меня поднялось не сильно.
   Видя мою не особо радостную физиономию, Милор поспешил сменить тему:
   - А вы в Эрдан едете по делам или на праздник?
   - Извините, я давно не слышал никаких новостей, а ближайший праздник, насколько я помню - это День Огненной Пляски10, но до него еще больше месяца, - слова вырвались сами собой, и я с удивлением обнаружил, что действительно знаю этот праздник.
   - Видите ли в чем дело, за несколько дней до нападения на город орки совершили рейд на замок герцога кив`Архола. Я не знаю, что там произошло, поговаривают о предательстве, но в итоге герцог погиб, а вместе с ним практически весь гарнизон. По традиции, если у герцога не осталось прямых наследников, то его титул переходит к тому, кто привезет реликвию рода королю. В данном случае это сделал граф Амир кив`Сечла. Так что через неделю в столице состоится праздник по поводу наложения герцогской печати. Я сам как раз на него и еду. Ну а вы? По делу или так? Или, может быть, это секрет?
   - Да нет, какой тут секрет. В Эрдоне мне нужно переговорить с несколькими людьми, но на праздник я, пожалуй, останусь.
   Далее беседа пошла веселей. Мы поговорили о нынешнем короле (просто рохля какая-то, даже удивительно, что его еще не свергли), о наглеющих орках (скорее всего король пошлет карательный отряд в степи, но это вряд ли принесет какой-нибудь результат, орков в степи найти сложнее, чем золотой в кармане нищего), о разгуле нечисти (да, неспокойно стало что-то на дорогах. Нечисть уже посреди дня нападает. Вот, к примеру, пару недель назад возвращался с обозом в Коранд, так неподалеку от города на нас напали несколько мерзких тварей. Хорошо я охрану усиленную взял - смогли отбиться.) и о многом другом. Со временем в беседу включились обе дворянки и я узнал, что пожилая - это баронесса Полара кив`Девор, а девушка - герцогиня Элизарра кив`Ак`чир. Собственно, титул был всего лишь формальностью, потому что его мог носить лишь старший мужчина рода.
   За неторопливым разговором время шло незаметно, так что когда карета остановилась, это стало для меня полной неожиданностью. Все произошло настолько мягко и незаметно, что просто в какой-то момент я осознал, что мы больше не движемся.
   Выглянув в окно, я обнаружил, что на поляне рядом с каретой стоит небольшой столик с едой, а возница с помощью нескольких слуг поит лошадей. Мои спутники восприняли внезапную остановку как должное, и через несколько минут, когда открылась дверца кареты, принялись степенно выбираться наружу. Вместе с остальными я покинул карету и с удовольствием перекусил. Где-то через полчаса столик с остатками пищи был убран и карета вновь отправилась в путь.
   Вплоть до самого вечера карета больше не останавливалась. От скуки я принялся рассматривать свой билет и обнаружил на нем такую надпись: "В стоимость сего билета помимо проезда входят оплата придорожных гостиниц и трапезы в течение всего путешествия". Похоже, "телоперевозочная" компания заботится обо мне лучше меня самого. Я-то, в отличие от них, не подумал о том, что буду есть и где спать.
   Между тем солнце уже наполовину зашло за горизонт, а дилижанс начал сбавлять ход. И вскоре остановился возле двухэтажного здания, оказавшегося той самой придорожной гостиницей, о которой говорилось в билете.
   Выбравшись из кареты, пассажиры (в том числе и я) прошли в здание. Внутри стоял дикий галдеж. Люди ели, пили, разговаривали, кто-то пытался орать песни (впрочем, таких быстро успокаивали).
   - Любезный, покажите-ка мою комнату. Я очень устала с дороги и хотела бы отдохнуть, - приказала баронесса появившемуся перед нами хозяину. - И принесите туда вечернюю трапезу. Поскольку у меня нет никакого желания слушать чьи-то пьяные вопли.
   Хозяин махнул рукой, и радом с ним появилась одна из служанок.
   - Проводи госпожу в ее комнату, - приказал он ей и обратился к остальным. - Изволите откушать в общем зале или?..
   Молоденькая герцогиня и торговец выразили желание поскорее попасть в свои номера. А мне было все равно где ужинать, поэтому я предпочел остаться в общем зале. Как только я высказал свое желание, меня сразу усадили за отдельный столик и попросили немного подождать.
   Ждать действительно пришлось совсем немного, уже через десять минут я сидел за своим столиком и с аппетитом ел мелко нарезанные кусочки жареного мяса с тушеными овощами. Орудовать приходилось остро заточенной деревянной палочкой, где-то в ладонь длинной, причем для руки это было очень неудобно. И мне почему-то казалось, что сталкиваюсь я с ней впервые. Впрочем, к концу у меня стало довольно сносно получаться.
   Во время трапезы у меня наконец-то появилось время, чтобы подумать.
   "Кто же я все-таки такой? И зачем иду в столицу?"
   "Чтобы отомстить", - незамедлительно последовал ответ.
   "Но за что и кому?" - продолжил я разговор сам с собой. - "Я ничего не помню, но все равно рвусь отомстить. Я не помню даже своего имени, но точно знаю, что должен убить несколько человек. За что? За предательство? Они открыли ворота в замке герцога, они предали его, а я должен им отомстить. Значит, я тоже был в замке? Но тогда почему я жив? Или меня убили во время штурма, но я воскрес. Воскрес, чтобы отомстить. Но даже если это так, то зачем убивать, ведь это не вернет уже убитых"
   "Предатели должны понести наказание!", - вспыхнули у меня в мозгу чужие слова.
   "Значит я палач? Но почему тогда я очнулся в склепе? Почему я ничего не помню?" - спросил я своего невидимого собеседника, но ответа не получил.
   "Пожалуй, больше пить не стоит", - решил я. - "А то с деревьями скоро начну разговаривать. А не только с самим собой"
   Я лениво дожевывал мясо и с интересом смотрел по сторонам - все вокруг казалось новым и необычным. Наверное, именно потому я обратил внимание на этого человека. Это был черноволосый мужчина в сером плаще. Так же, как и я, он в одиночестве сидел за отдельным столиком и ужинал. Я почему-то сразу решил, что он не местный. Было в нем что-то такое хищное, опасное. Глядя на него, мне сразу представлялся матерый волк. Еще от местных неизвестный отличался тем, что был гладко выбрит, тогда как большинство посетителей носило бороды. Наблюдая за ним, я отметил, что при каждом неловком движении он недовольно кривился. Должно быть, плащ срывал что-то, что доставляло ему нешуточную боль. Например, глубокую рану.
   Разглядывать незнакомца было довольно интересно, но быстро мне наскучило. От обильного ужина меня начало сильно клонить в сон. Борясь со слипающимися глазами, я подозвал служанку и попросил отвести меня в комнату. Кое-как дойдя до нее, я поблагодарил свою провожатую и, войдя в комнату, принялся раздеваться. Моей силы воли хватило только на то, чтобы снять с себя все оружие. Но уже в битве с сапогами я понял, что на большее моих сил не хватит. И, махнув на все рукой, завалился спать прямо в одежде.
   Тело рывком слетело с кровати. А левая рука, еще в полете самостоятельно выхватила меч из ножен, прислоненных к кровати. Один мягкий шаг, резкий разворот и вот я стою, прислонившись к стене. Меч, выставленный перед собой, вырисовывает в воздухе паутину защиты. На правой ладони пляшет изумрудно-зеленое пламя. А одуревшее спросонья сознание пытается понять, почему тело устроило мне внеплановую побудку.
   Ночь по-партизански молчит, не желая выдавать своих тайн. И ни малейшей опасности вокруг. Рефлексы постепенно отпускают и тело расслабляется. Клинок замирает в воздухе, а огонь в руке медленно гаснет. Отвечать же на вопросы типа: "Какого хрена здесь происходит?" память отказывается категорически. Будто я сейчас пялюсь в темноту просто ради развлечения.
   Впрочем, тишина длится недолго, лишь несколько мгновений. А затем из других комнат слышатся раздраженные крики разбуженных постояльцев. Значит, не у меня одного день сегодня начался с утра пораньше. От этой мысли на душе сразу становится теплее. Все-таки приятно осознавать, что ты в мире такой не один.
   Успокоившись, я прислонил меч к стене. Захотелось узнать, сколько сейчас времени; я глянул в сторону окна и похолодел. Благодаря лунам11 я сейчас прекрасно мог наблюдать, как невысокие (мне до колена), покрытые золотистой шерстью существа, абсолютно бесшумно забирались в открытое на ночь окно. Сейчас их набралось около десятка. Больше всего эти твари напоминали помесь обезьяны с крысой и пираньей: невысокие, с длинными руками, вытянутой крысиной мордочкой и сильно выпирающими острейшими зубами.
   Глядя на них, мне вдруг безумно захотелось оказаться где-нибудь в другом месте, подальше отсюда. Желание это мне очень понравилось, и я поспешил его выполнить. Медленно (спешу, как могу!), стараясь не делать резких движений, я подхватил меч, аккуратно прицепил ножны на место и стал пятиться к двери. Обезьянокрысы настороженно следили за моим передвижением, но не предпринимали никаких активных действий.
   Наконец, я уперся в дверь и, убрав руку за спину, принялся осторожно отодвигать засов. К счастью для меня дверь открывалась наружу и поэтому, когда засов был убран, я мгновенно выскочил из комнаты и подпер дверь плечом. Лишь в коридоре, переводя дух, я обратил внимание на доносящиеся из разных комнат дикие крики. Либо ночные гости с остальными вели себя не столь корректно, либо я чего-то не понимаю.
   Спустя некоторое время в дверь тихонько поскреблись, а затем на нее обрушился град ударов. Несмотря на частоту, удары были не особо сильными, так что удерживать дверь не составляло труда. Но стоять и дожидаться еще каких-нибудь сюрпризов уже с этой стороны, было бы просто глупо. Поэтому я, недолго думая, выхватил один из засапожников и со всей сил вогнал его в косяк, заклинив тем самым дверь.
   И рефлексы вновь перехватили управление. Все ненужные эмоции были сметены. Мысли избавились от налета паники. Пора было спасать свою душу. И самым подходящим сейчас вариантом, было действовать по принципу "Если враг попал внутрь - нам надо наружу". Следуя ему, я быстро ринулся по коридору - надо было спуститься в общий зал. Но лишь добежав до поворота, понял, что бежать нужно было в другую сторону. Пришлось развернуться и бежать обратно. На обратном пути, пробегая мимо своей комнаты, часть сознания отметила, что в дверь больше не ломятся. Но проверять, действительно ли там никого нет, я не стал.
   Внизу же вершилось побоище. Тут и там по залу валялись тела посетителей со страшными ранами от когтей и клыков. А набившаяся в помещение нечисть с громким урчанием пожирала их. Кого здесь только не было: и знакомые уже обезьянокрысы, и высохшие скелеты, и обычные волки (или не совсем обычные).
   К моему появлению в живых оставалась лишь довольно большая группа людей, забившаяся в угол. Ее составляло примерно человек двадцать. Из знакомых лиц среди них были купец Милор, да старая баронесса. Купец изо всех сил пытался вырваться из мертвой хватки баронессы и при этом что-то кричал.
   - Пусти меня старая дура! - сумел разобрать я. - Я должен помочь своей дочери.
   - Господин, Элизарра может сама о себе позаботиться, - увещевала его старуха. - А вы можете погибнуть, у вас ведь нет никакого оружия.
   Но ее слова звучали впустую - Милор не желал ничего слышать и продолжал вырываться. Наконец, ему это удалось: он сумел вырваться из цепких объятий аристократки, бросился вперед и... кулем свалился на пол. Старая баронесса неуловимым движением спрятала кинжал, котором она только что оглушила купца и цепким взглядом окинула зал.
   Отдельного же внимания, пожалуй, заслуживал незнакомый мне воин, лихо орудовавший табуретом. В его руках тот превращался в поистине ужасающее оружие. Пожалуй, лишь отсутствие меча (топора, булавы, копья...) останавливало этого бойца, от того, чтобы разогнать этих тварей. Но поскольку иного оружия у него не было ему оставалось только защищаться. Вглядываясь в его лицо какую-то долю секунды, я сообразил, что уже видел его: вечером, в таверне. Также теперь я мог видеть, что его правое плечо стягивает повязка, на которой проступило свежее кровавое пятно. Кроме того стоит отметить, что именно на этого человека твари бросались с особым остервенением, словно он им что-то сделал.
   Все это было отмечено лишь краем моего сознания. Тело же, не медля ни мгновения, молнией слетело по лестнице и направилось к ближайшему выходу (в данном случае - окну), расчищая себе путь скупыми ударами. Расстояние я преодолел за считанные секунды, оставив позади себя тройку мертвых обезьянок и одного визжащего волка. Окно, в которое я собирался выйти (вот такой я некультурный), оказалось целым, что я и поспешил исправить: рука метнулась к стоявшей рядом лавке, мышцы отчаянно напряглись, по телу прокатилась волна жидкого огня и... Добротная лавка (кило двадцать, не меньше) легко оторвавшись от пола, протаранила последнее целое (уже нет) окно, открыв тем самым мне путь наружу.
   Я рыбкой нырнул туда и... тут же вынырнув обратно, принялся спешно закрывать лазейку попавшимися под руку предметами (стол, несколько скелетов, лавка, волк). Разглядеть кто (или ЧТО) там было, я не успел, но нахлынувшая волна дикого ужаса ясно показала мне, что внутри ГОРАЗДО безопасней.
   Когда же мебель в пределах досягаемости иссякла, а страх вновь уступил место отстраненности, я осмотрелся. Увиденная картина меня ничем порадовать не могла. Златошерстных тварей в зале практически не осталось. То же касалось и волков - сейчас, благодаря стараниям неизвестного, большинство из них ворочались на полу, поспешно сращивая сломанные шеи. Пожалуй, опасность сейчас могли представлять лишь немертвые. Которые, несмотря на кажущуюся медлительность и хрупкость обладали одним неоспоримым преимуществом - их было очень и очень много. И с каждой секундой становилось все больше.
   Ну а люди за время моих метаний успели прорвать окружение и вполне организованно отступить на кухню. Я как раз увидел, как трактирщик привычным движением поднял крышку и быстро нырнул в подпол. Вслед за ним последовали и все остальные. Последним в погреб нырнул воин, он-то и захлопнул за собой крышку.
   "Надо прорываться к люку", - подумал было я, но на краю сознания промелькнуло нечто совсем иное.
   "Нет", - возразил мне кто-то, - "крышка слишком тяжелая. Ты не сможешь поднимать ее и одновременно отбиваться... Попробуй выйти через одну из комнат... с другой стороны здания... Там у тебя есть шанс проскользнуть..."
   И, повинуясь немому приказу, я в очередной раз метнулся через зал, расчищая себе путь быстрыми взмахами клинка. Двадцать секунд - и я достиг коридора с комнатами постояльцев. Здесь большинство дверей было уже взломано изнутри. И сейчас из них деревянной походкой двигались немертвые. Некоторые из них были забрызганы кровью.
   Пробежав мимо них, я достиг конца коридора. Дверь здесь к моему безмерному удивлению, оказалась целой. И я, не успевая затормозить, на полном ходу врезался в нее плечом. Что-то отчетливо хрустнуло (то ли засов, то ли мои кости) и я вместе с дверью влетел в комнату (все-таки засов). Впрочем, мое движение закончилось довольно быстро. Сначала я почувствовал несколько легких толчков. А затем, не успев осознать произошедшего, я достиг противоположной стены. Стена оказалась крепкой, поэтому я вынужден был остановиться.
   Отпустив дверь, я шагнул в сторону и посмотрел, как та упала. За ней обнаружились кости. Выглядели они так, будто по ним прошелся каток. Но, несмотря на это, кости продолжали шевелиться, словно пытались собраться воедино. Возможно, так оно и было.
   Отвернувшись от вяло шевелящихся останков, я окинул беглым взглядом пустующую комнату и понял, что несколько ошибся. Комната не была пустой. Кроме меня в комнате находилась молодая девушка. И она была воистину прекрасна. Точеную фигурку небрежно окутывало тонкое покрывало. Сквозь которое легко угадывались идеальные контуры тела. И это добавляло ей привлекательности еще больше. Но лишь внимательно присмотревшись к ее прекрасному лицу, я узнал в ней свою недавнюю попутчицу.
   Внезапно герцогиня дернулась как от удара и вскинула перед собой руку. На тонком пальце ярко блеснуло кольцо, и с ладони сорвался клубок белого пламени. Дико шипя и рассыпая серебристые искры, он рванулся ко мне. Тело само пригнулось и отскочило в сторону. И только после этого я сообразил, что целились не в меня. Быстро оглянувшись, я успел заметить, как огненная сфера вышибает из окна тщедушную фигуру в драном балахоне. Пару секунд стояла гробовая тишина, а затем раздался утробный вой, от которого волосы зашевелились бы даже у мертвого, и таверна вздрогнула. Некогда прочная стена вдруг прямо на глазах стала рассыпаться в невесомую пыль. Потолок сильно просел, но все же выдержал изменение центра тяжести. А в открывшийся проем медленно вплыла иссохшая мумия в тлеющей мантии. От нее, подобно кругам на воде, разбегались волны животного ужаса. Этот страх парализовывал тело, лишал воли. Хотелось даже не бежать, а просто умереть. Лишь бы больше не чувствовать, рвущего душу на части, ужаса. Выпущенный меч глухо стукнул о деревянный пол.
   Когда стало казаться, что душа вот-вот не выдержит и разлетится на куски, по венам прокатилась волна жидкого пламени. Оцепенение исчезло, и тело стало действовать без моего участия. Я же превратился в стороннего наблюдателя. Я смотрел, как руки стремительно замелькали в воздухе, оставляя за собой светящийся след. Получившийся в итоге знак пару мгновений висел в воздухе, а затем с тихим хлопком лопнул. На умертвие же заклятье не произвело особого эффекта. Оно лишь немного замедлилось, словно двигалось под водой. Видя это, тело вновь пришло в движение. Теперь у меня сами собой поднялись руки и с раскрытых ладоней сорвались потоки изумрудного пламени. Пролетев через комнату, они с яростью набросились на парящего над полом немертвого.
   Первые мгновения казалось все, бой кончен. Но нет, вот окутавшее умертвие пламя немного опало и начало медленно отодвигаться. Через несколько секунд стало видно, что нежить окутывала грязно-серая сфера, о которую и разбивалось пламя. А монстр, оправившись от удара, продолжил свое движение вглубь комнаты. Одновременно с этим он начал давить на меня - будто грузовик врезался. С моей стороны поток огня усилился. Началось противостояние чистой силы.
   Немертвый понемногу продвигался вперед, усиливая давление. А я продолжал стоять на месте, пытаясь сжечь его. И это противостояние, казалось, длится уже целую вечность. Но и вечности когда-нибудь приходит конец. В какой-то момент поток огня, вдруг сильно истончился и, подобно игле, протыкающей шарик, пробил-таки защитную сферу. Но в отличие от пресловутого шарика сфера не лопнула, а стала стремительно заполняться кипящим пламенем. И несколько секунд спустя по комнате медленно плыл огромный изумрудно-зеленый шар.
   Поток огня, бившего из ладоней, иссяк. Тело вернулось под мой контроль и я медленно опустил руки. По телу разливалась дикая слабость, словно я только что разгрузил состав угля. Безумно хотелось спать.
   Внезапно пространство разорвал дикий вибрирующий вой и защитная сфера начала трескаться. Медленно покачиваясь из стороны в сторону, я тупо смотрел на то, как по шару зазмеились тонкие трещины. Как вырвался первый язычок огня. Как с глухим хлопком сфера лопнула, и на меня покатился вал пламени. Он двигался медленно-медленно, будто продираясь сквозь сгустившийся воздух. Он был дьявольски прекрасным. Прекрасным, той спокойной красотой смерти с безумными переливами хаоса. Глядя на него, я, несмотря на усталость, наслаждался.
   Но двигался он все-таки слишком медленно, и в какой-то момент я устало закрыл глаза. И поэтому уже не видел как, не выдержав давления, обрушился второй этаж, погребая под обломками и меня, и пламя. Просто вдруг я почувствовал на плечах огромную тяжесть и потерял сознание.
  

Глава 4

На чужом горбу в рай не доедешь.

Расхожее заблуждение

   - Ну, что Грод, пошли пивка попьем, что ли? - спросил хриплый голос.
   - Не-е Рол, я лучше сразу возьмусь завал разгребать. Как говориться: "Раньше начнешь - больше успеешь" - ответил ему добродушный бас.
   - Да ладно тебе. Все равно мужики лишь через пару часов подойдут. А вдвоем здесь делать нечего. Вишь, какие деревяшки тяжелые.
   - Дык, и иди тогда. А я тут пока один поработаю, - доброжелательно посоветовал ему бас. А в ответившем ему голосе явственно зазвучали нотки подозрительности:
   - Да? А раньше ты никогда не менял доброе пиво на работу. Обычно все даже наоборот. Или может, ты чего интересного знаешь? Так скажи мне, я ж твой друг все-таки.
   - Ну, дык, хозяин шепнул мне по секрету, мол, вчерась у него дворянка богатая останавливалась. А утром уехала.
   - Ну и? - нетерпеливо переспросил Рол.
   - Ну и жила она в этой самой комнате. А уехала-то дворяночка налегке. Так что вещички ее сейчас тута и дожидаются нас под досками, - шепотом ответил Грод на вопрос, а затем нормальным голосом продолжил: - Ты вроде за совком собирался? Так иди, я тебя не держу.
   - Да ты что. Какое пиво, какое пиво, - сразу засуетился Рол, - надо все разобрать пока остальные не подошли. А то ж на двоих делить оно попроще будет, чем на семерых...
  
   Достигавшие сознания голоса заставляли его брезгливо съеживаться. Они ударялись о стенки черепа, порождая болезненное эхо. Они разрушали тонкие чары сна, вырывая меня из забвения. А возвращаться в реальный мир дико не хотелось. Но, к сожалению, моего мнения никто не спрашивал. С каждым произнесенным словом я все четче осознавал реальность вокруг. А вместе с ней приходили и боль во всем теле, и моральная опустошенность, и всепоглощающая апатия. Хотелось просто лежать в абсолютной тишине и все. Ничего более. Но голоса мешали. Они пробивались в сознание, сметая на своем пути ледяную броню равнодушия. Они разжигали в душе пламя раздражения. Через некоторое время раздражение перетекло в злость, а злость в отчаяние. Отчаяние от того, что я ничего не мог с ними поделать.
   Появилось огромное желание немедленно избавиться от источника шума. Желание мне очень понравилось, и я попытался подняться, чтобы его реализовать. Но тут меня ждал сюрприз. Груда обломков, прижимавшая меня к полу, не позволяла даже пошевелиться.
   Голоса же продолжали раскаленным штопором ввинчиваться в сознание. И невозможность прекратить эту пытку доводила меня до исступления. Мозг затянула кровавая пелена. В ярости я задергался под обломками. В какой-то момент раздался приглушенный грохот, и часть тяжести спала. Окрыленный этим событием, я удвоил натиск и был вознагражден. Моя правая рука, раздвинув строительный мусор, вырвалась на свободу.
   Но радость вскоре была подпорчена - сознанье неожиданно разорвала вспышка боли. Ощущения были такими, будто кто-то со всей дури огрел меня по руке лопатой. Подстегиваемый болью и злобой, я, извернувшись, подтянул под себя левую руку и рванул изо всех сил...
  
   - Точно тебе говорю Грод, там что-то есть. Ну не могла эта куча сама развалиться. А вдруг там мертвяк недобитый или еще какая тварь?
   - Да ладно тебе Рол. Завал и так на слове Гримора12 держался, а как мы его разбирать стали он и рухнул. А мертвяк-то... да откуда ему здесь взяться. Вчера, небось, волк какой-нибудь дурной забежал, вот Брумель в штаны и наложил. А у страха рот зубастый, вот и превратился волк в армию нечисти.
   - Волк говоришь? А корчму развалил кто? Пьяные победители? - с сарказмом переспросил Рол.
   - Ну а разгром, я думаю, устроили... - начал было Грод, но был прерван диким воплем.
   Обернувшись, он увидел, как его друг с яростью обрушивает кусок доски на торчащую из-под обломков руку. В ответ на это, груда мусора задрожала и словно взорвалась изнутри. Не раздумывая ни мгновенья, мужики бросились наутек.
  
   Я с любопытством смотрел на две быстро удалявшихся фигуры. Вообще всегда приятно посмотреть, как работают другие. Даже если они просто бегают. А на этих двоих посмотреть было приятно вдвойне. Во-первых, потому, что они меня сильно достали. А во-вторых, потому, что бежали они очень хорошо. И главное быстро. Скорость развили приличную. Лично я, наверное, на такой скорости максимум стометровку пробегу, а эти уже почти километр отмахали. И ничего.
   Лишь дождавшись, когда спринтеры скроются за холмом, я перевел внимание на себя. А посмотреть было на что. Одежда представляла собой жалкое зрелище. Она была во многих местах порвана и сильно обожжена. Плащ превратился в рваную тряпку. От перчаток остались лишь два кожаных ободка на запястьях. Плюс толстый слой пыли, грязи и копоти покрывал меня с ног до головы. И во всем этом чувствовалась какая-то неправильность. Только начав отряхиваться, я сообразил, в чем она заключалась. Моя одежда выглядела так, будто по ней пробежалось стадо безумных слонов, которых сверху поливали напалмом. Я же чувствовал себя просто прекрасно. От терзавшей меня недавно боли не осталось и следа. Даже правая рука сейчас молчала. Глянув на нее, я обнаружил лишь небольшую красную полоску. Да и та исчезала прямо на глазах.
   Осмотрев себя повнимательнее, я обнаружил десятка полтора белесых шрамов. Откуда они взялись, я не представлял. А найти какое-либо правдоподобное объяснение не получалось. Так что я предпочел не заморачиваться, а по-быстрому собрать вещи и свалить, пока бегуны не вернулись с подмогой. Не то чтобы я боялся (недавние события показали, что причинить мне какой-либо серьезный вред очень и очень не просто), но ведь они вряд ли захотят разойтись миром. А убивать дураков просто потому, что они дураки - не для меня.
   Поэтому быстро раскопав меч и вернув его в ножны, я было двинулся к пролому. Но мое внимание привлек блестящий предмет, в центре выжженного круга (должно быть, здесь сфера лопнула). Осторожно подойдя, я обнаружил там небольшой серебристого металла браслет, с матовым черным камнем. Вглядываясь в камень, я заметил, как окружающий мир сереет и расплывается. Появилось стойкое ощущение покоя и завершенности. Я был очарован браслетом и даже не заметил, как он перекочевал на левое запястье.
   От любования камнем меня отвлекли воинственные крики неподалеку. Оторвав взгляд от браслета, я обнаружил, что сюда двигалась разъяренная толпа крестьян с явно не добрыми намерениями. Хотя вооружены они были кто как: вилы, серпы, цепы, косы - в общем, сельхозинвентарь, желания встречаться с ними у меня не было. Поэтому я поспешил покинуть здание и направился в противоположную крестьянам сторону.
   К сожалению, уйти незамеченным не вышло. И мне пришлось прибавить ходу. Тогда и обнаружилось, что во время бега я заметно хромаю. Раньше я не обращал на это внимания, но сейчас, когда за мной гнались крестьяне, я понял, что это крайне неудобно. Наверное, из-за этого разрыв между нами начал сокращаться, и было это не хорошо. Когда стало ясно, что так мне от них не оторваться, я сменил направление и побежал в сторону раскинувшегося неподалеку леса.
   Через несколько минут я достиг опушки леса и проскользнул в заросли. Здесь я быстро осмотрелся и двинулся в самую густую, как мне показалась, часть леса. Сразу выяснилось, что это была далеко не самая лучшая идея. Остатки плаща постоянно цеплялись за ветки, листья били по глазам (хорошо, была маска, не то б ослеп), а корни, будто специально, лезли под ноги. Когда погоня отстала, я уже сильно выдохся. Надо было отдохнуть, но инстинкт самосохранения требовал бежать дальше. И я не знал, что будет правильней. Мои сомнения разрешил корень, заставивший меня в очередной раз растянуться на земле. Лежа на шелковистой травке, я понял, что теперь меня не заставит подняться даже страшный Суд. Поэтому, махнув на все рукой, я стал успокаивать рвущееся из груди сердце.
   Удалось мне это довольно быстро. Бешеный ритм сменился мерным стуком, но в ответ загудели натруженные мышцы. Ощущение было таким, словно они действительно издают низкий вибрирующий вой. Даже окрестную живность распугали. И только подумав об этом, я сообразил, что в лесу стояла абсолютная тишина.
   "Должно быть, разбежались, когда я через лес ломился", - мелькнула вялая мысль.
   Я перевернулся на спину и отвлеченно глянул в полускрытое кронами деревьев небо. Вставать дико не хотелось. Да что там вставать, даже шевелиться не было никакого желания. В мозгу похмельными слониками вяло шевелились мысли:
   "И куда я иду? Зачем?" - в ответ на них появились совсем другие мысли резкие, наполненные болью и яростью... чужие.
   "Иди через лес... в город... Предатели...убить их всех... Свобода"
   "Хорошо, пойду в город", - спорить ни с кем не хотелось. А поскольку мне все равно куда идти, то пусть будет город. Но сначала надо было собраться.
   Я попытался повторить тот же фокус, что и в доме графа. И слабость стала постепенно отступать. Мышцы вновь наполнялись упругой силой, а в голове прояснялось. Целый час я пролежал, восстанавливаясь. Целый прекрасный час. Но подниматься все-таки пришлось - до города путь не близкий. То, что идти придется далеко, я мог сказать с полной уверенностью. Во мне как будто существовал маленький компас, указывавший в нужном направлении. К тому же я чувствовал примерное расстояние до цели. Откуда во мне это взялось, и было ли оно раньше, я не задумывался. Потому, что чувствовал - скоро все прояснится.
   Легко вскочив на ноги и поправив ножны за спиной, я взглянул на солнце. Оно успело перевалить зенит и теперь медленно катилось к закату. Значит, времени еще много. Не желая тратить его зря, я повернулся в нужную сторону и побежал.
   На этот раз бежать оказалось легко. Звериная тропа сама ложилась под ноги, а ветви как будто расходились в стороны, пропуская меня. Несколько раз я останавливался и пополнял силы. С каждым разом это делалось все легче и легче. На ночь я не останавливался, так как оказалось, что в темноте вижу не хуже чем днем. Хотя раньше такого не было. Но это еще мелочь. Самым странным, по-моему, была полная тишина. Здесь не слышно ни зверей, ни птиц, ни насекомых. Даже ветер не нарушал первозданной тишины. Пожалуй, единственным источником шума был я. Да и то небольшого.
   Бежать пришлось долго. Двое суток я только и делал, что бежал, восстанавливался и снова бежал. Монотонность этих дней довела меня до того, что я начал тренироваться спать на ходу. Получалось довольно неплохо, но в какой-то момент я просто отключился.
  
   Вернулось сознанье также неожиданно, как и ушло. В какой-то момент я просто понял, что стою и тупо пялюсь на стену перед собой. Попытки вспомнить, как я сюда попал, принесли только несколько отрывочных воспоминаний и легкую головную боль.
   ...я стремительно несусь через лес...
   ...я бегу по пыльной дороге к виднеющемуся в дали городу...
   ...я взбираюсь по крепостной стене...
   Обрывки воспоминаний крутились в мозгу, незаметно перетекая одно в другое. Часть из них была расплывчата, часть представляли четкие картины прошлого. Но в одном они были схожи - я не представлял, откуда они все взялись.
   Тряхнув головой, я попытался отогнать лишние мысли. Получилось, но вместо них появился голос:
   "Отлично...найди Дэмаго...гостиница "Дырявый бочонок"...скажи ему: "Даже у истинного герцога есть враги"...отзыв: "Это недолго исправить"...он поможет".
   "Что ж, прекрасно, у меня еще и голоса в голове появились от перенапряжения. Но с другой стороны теперь у меня, по крайней мере, есть цель" - мельком подумал я.
   Оторвав взгляд от стены, я осмотрелся в поиске прохожих, надо было найти "Дырявый бочонок". Осмотр показал, что я нахожусь в узком, грязном переулке. Повернувшись в сторону улицы, я отправился на поиски "Дырявого бочонка".
   Долго искать не пришлось. Выйдя на улицу и глянув по сторонам, я обнаружил, что несколько минут назад пялился как раз в его стену.
   Гостиница представляла собой широкое трехэтажное здание со скошенной крышей. Первый этаж здания был построен из камня, а остальные два из дерева. Ну а дверь была больше похожа на крепостные ворота. Впрочем, открыться от легкого толчка ей это не помешало.
   Внутри все выглядело также впечатляюще. Врывавшийся в распахнутые окна свет вырывал из полутьмы обширный зал, с длинными общими столами, закопченный потолок, свежую солому на полу, стойку трактирщика, лестницу на второй этаж. За столами завтракали богато одетые посетители, при этом тихо беседуя. На меня они не обратили ровным счетом никакого внимания. Зато обратил кое-кто другой.
   Едва я вошел, ко мне, приторно улыбаясь, подскочил высокий, худой, как жердь, человек. Радость на его лице выглядела настолько неподдельно, что я почти ему поверил.
   - Чего изволите,- сказал он, разглядывая меня. Впрочем, увиденное ему не особо понравилось, так как его улыбка сильно померкла, и он сделал знак рукой, подзывая к себе двух громил. Но все же он стоически закончил,- господин?
   - Я ищу некого Дэмаго,- раздался в ответ хриплый голос, в котором я с удивлением узнал свой, - мне сказали, что я могу найти его здесь.
   Эти слова заставили трактирщика помрачнеть, но он ответил:
   - Боюсь, вас ввели в заблуждение. Господин Дэмаго здесь уже не живет,- и, обернувшись к громилам, добавил,- ребятки, проводите "господина" на улицу.

***

   После чего трактирщик развернулся и неторопливо направился к стойке.
   "Ребята опытные - сами знают, что делать" - мельком подумал он, уверенный в своих людях. Но громкий скулеж заставил его обернуться. От увиденного трактирщик похолодел - это не укладывалось ни в какие рамки. Как могло выйти так, чтобы странный оборванец продолжал стоять, ожидая ответа. А его непобедимые вышибалы валялись на полу. Один изо всех сил пытался вдохнуть, а второй, поскуливая, баюкал сломанную руку. И все это незнакомец сделал голыми руками за считанные мгновенья.
   - Повторяю вопрос: где он? - мертвый голос оборванца заставил трактирщика поежиться от набежавшего холодка.
   - Он в своей комнате, господин. Это на втором этаже, в конце коридора,- мгновенно сдал он Дэмаго, цепенея от ужаса. Конечно, тот платил ему лишнюю монету, чтобы он отваживал настойчивых гостей, но погибать из-за жалких грошей трактирщику не хотелось.
   Получив необходимую информацию, незнакомец перестал обращать на него внимание и отправился к лестнице на второй этаж. Избавившись от взглядов обладателя черной маски, трактирщик облегченно вздохнул и... снова напрягся. Ему вдруг пришло в голову, что после "беседы" постоялец вполне может выжить и тогда он накинется на того, кто его сдал.
   "И тогда я вряд ли сумею отделаться так легко", - подумал владелец гостиницы, глядя на изуродованных вышибал. Бросив взгляд на удаляющуюся спину бродяги, он отошел к стойке. И быстро дернул одну из веревок под ней, оповещая своего постояльца об опасности.

***

   Поднявшись на второй этаж, я двинулся в конец коридора. Дверь здесь была всего одна, поэтому ошибиться было бы довольно сложно. Не раздумывая, я постучал. К двери я стоял боком, и только это помогло мне избежать нескольких неприятных минут. Потому что ответ на мой стук пришел в довольно необычном виде. А именно в виде арбалетный болта, который, пробив дверь, чиркнул меня по животу и пролетел мимо. Столь радушная встреча требовала достойного ответа. И, уже не сдерживая себя, я врезался в дверь плечом. Протестуя против такого обращения, косяк сказал свое грозное "хрусть" и вылетел вместе с дверью. Вслед за ним, бегло осматриваясь, в комнате появился я.
   Практически сразу на глаза попались остатки арбалета, а следом и их хозяин. Ему сильно не повезло. Рассчитывая на то, что его выстрел уложит нежданного посетителя, он пошел это проверить и встретился с выбитой дверью. Отчего оружие разлетелось на куски, а ему сломало руку. И сейчас Дэмаго валялся на полу, матерясь сквозь зубы.
   Церемониться с ним я не стал, просто приподнял над полом и сказал свою часть пароля:
   - Даже у истинного герцога есть враги.
   Сказать, что доверенный герцога был удивлен, значит ничего не сказать. Вместо ожидаемых угроз или требований он услышал часть пароля. Который, кроме него самого, знали лишь считанные единицы. И от кого? От какого-то оборванца. Это сильно выбило его из колеи. Но, несмотря на изумление и боль, Дэмаго все же нашел в себе силы выговорить отзыв:
   - Ничего, это недолго исправить.
   Услышав вторую часть пароля, я подхватил связного с пола и усадил его в единственное в комнате кресло. Хотя закончилось все относительно благополучно, разговаривать с ним из-за боли, туманившей его разум, сейчас не было никакой возможности. Да и я чувствовал себя не лучшим образом. Видать, у поверенного герцога было такое же мнение, поскольку он, невзирая на боль, поднялся из кресла и дернул какую-то веревочку. В ответ появился бледный хозяин гостиницы. Однако увидев, что тут пока все живы, немного повеселел.
   - Чего изволят многоуважаемые господа? - самым любезным тоном спросил он.
   - Мне лекаря, - сказал он и, кивнув, в мою сторону добавил: - А этому господину не помешает горячая ванна и хороший обед.
   Дождавшись моего кивка, трактирщик удалился.
   Через пять минут в комнату принесли деревянную лохань, которую довольно быстро наполнили горячей водой. Лишь дождавшись этого, я скинул свои лохмотья и с удовольствием забрался в нее греть кости. Да-да именно кости. Потому что тело у меня сейчас больше всего напоминало мумию. Похоже, забег по лесу оказался гораздо более выматывающим, чем я думал.
   Очень кстати принесли еду: бараньи ребрышки с гречневой кашей и кувшин пива. Я не сумел удержаться и начал есть, не вылезая из воды. Пиво я пить не стал, не понравилось оно мне. А вот ребрышки умял за мгновение. Даже удивился: "Куда они так быстро исчезли?". Вот только голода моего это не утолило. Пришлось еще дважды повторять заказ, чтобы я почувствовал себя сытым. Но зато я больше не походил на скелет обтянутый кожей - пища мгновенно превратилась в новые мышцы.
   А пока я отмокал и восстанавливался, пришел вызванный лекарь и осмотрел Дэмаго. При этом он озабоченно цокал языком и качал головой.
   - Как же это вас так угораздило, уважаемый? Кость сломана в трех местах. На вас что мирнок13 наступил? - как-то удивленно спросил он, ощупывая сломанную руку. Поверенный только скрежетал зубами.
   Наконец, закончив осмотр, лекарь взялся сооружать лубок. За его уверенными движениями сразу чувствовался немалый опыт. Этот человек был настоящим мастером - ни одного лишнего движения, ни одного лишнего узелка. И Дэмаго тоже оценил это. Как только работа была закончена, он отдал лекарю золотой, в несколько раз превысив обычную плату. Судить об этом можно было по удивленному лицу эскулапа.
   Когда лекарь ушел, а я оделся в тщательно выстиранную и заштопанную одежду, настало время поговорить. Не желая рассусоливать, Дэмаго сразу взял с места в карьер:
   - Не знаю, зачем герцог послал тебя. Но если ты еще не знаешь, он мертв. А значит, я ему больше не служу. Так что твое задание теперь теряет смысл.
   - Мне все равно, - довольным голосом сказал я (я был в тепле, сыт, а что еще надо для счастья). - У меня есть цель и ты поможешь мне ее достичь. Добровольно или нет.
   - Но герцог МЕРТВ! Тебе не кому будет отчитываться. Так зачем? - бросил он, злясь из-за моей твердолобости.
   - Герцог - да, а его убийцы - нет...Я должен...
   - И что, ты предлагаешь мне отправиться ловить по степям орков? - его голос аж сочился ядом. Но на меня это не произвело впечатления. Я невозмутимо продолжил:
   - ...и сейчас они где-то в городе.
   - Подожди, - Дэмаго опешил, - ты хочешь сказать, что герцогу помог кто-то из ближнего окружения отойти в мир иной?
   - Да, - ответил я и принялся ножом вычищать грязь из-под ноктей.
   - И ты знаешь, кто это был? - решил уточнить он.
   - Вполне. Это был капитан его стражи, граф Амир кив'Сечла, со своими людьми.
   - Ясно. Ты хочешь разоблачить его и сам получить титул, - догадался поверенный.
   - Нет, - я покачал головой, - я хочу...я должен забрать их жизни

***

   Вечерело. Майлар размеренным шагом возвращался в гостиницу. Визит к магу дал надежду, и поэтому настроение у него сейчас было прекрасным. Хотелось, чтобы и все остальные тоже радовались вместе с ним. Хотелось сделать кому-нибудь приятное. Но, к сожалению, улица была пуста. Не нашлось никого, с кем можно было бы разделить свою радость.
   Или все-таки был? Бывший гвардеец окинул улицу внимательным взглядом. И к своему удивлению заметил нищего. Бродяга сидел, закутавшись в тряпье на углу одного из переулков. Даже не удивительно, что Майлар прежде его не замечал. Ведь тот практически сливался с окружающим мусором.
   "Вот кого я сегодня сделаю счастливым", - подумал он и потянулся к кошельку, еще не догадываясь, насколько он прав.

***

   Я рванулся, когда до идеальной дистанции оставалось три шага. Один он успел сделать. Остальные два сделал я и мой клинок с тихим хрустом пробил его грудь. На секунду в голубых глазах мелькнуло удивление, но его тут же сменила смертная мука. Несколько секунд он боролся за жизнь, но смерть оказалась сильнее. И он кулем свалился на землю.
   А вместе с ним пал я. Как только душа покинула его тело, я почувствовал то же, что и несколько дней назад. После гибели одного из ренегатов. Как и тогда, на миг появилось чувство огня в сердце и тут же пропало. Оставив после себя вяжущий привкус неполноценности.
   Я встал и тщательно вытер клинок о лохмотья. Когда на нем не осталось ни пятнышка, я спрятал его в ножны и скинул лохмотья, накрывая ими труп. Я не собирался зря рисковать. Незачем мне сейчас переполох.

***

   В корчме "На дне кувшина" было шумно. Конечно, в корчме и должно быть шумно, на то она и корчма. Но сегодня там было особо шумно. Сегодня здесь гуляли герцогские гвардейцы. Официально они поминали герцога Алеана кив'Архола. А неофициально - тоже его, только совсем по другому поводу: его смерть принесла им большие деньги, так почему бы не выпить за душу славного герцога!
   Попойка продолжалась уже час и потому все были уже изрядно навеселе. И сейчас, по сложившейся за годы традиции, они по очереди рассказывали смешные истории. Тот, чья история окажется самой несмешной, платит за выпивку. Сейчас была очередь Нордара:
   - ...и тогда я хватаю наконечник зубами и начинаю его жевать, - сказал он и продемонстрировал это на куске мяса. Где-то на середине процесса он прервался и, посмотрев на собеседников мутным взглядом, вдруг спросил:
   - А почему нас так мало?
   - Ну ты даешь дружище, - хлопнул его по плечу здоровенный Сторз. Этот пьянел медленнее всех, поэтому без проблем ответил на заданный вопрос, - Ты что, уже забыл все? Нэ вообще не пьет, поэтому пошел гулять по городу. Иггрум остановился у родственников, и мы его не приглашали. Роуп отправился к очередной своей подружке...
   - Точно, - прервал его Нордар, - у этого прохиндея в каждой деревне по пять подружек. И друг о друге они даже не подозревают.
   - Майлар еще с утра куда-то ушел, - невозмутимо продолжал здоровяк, - Ну, а Чермолэн в церковь побежал, грехи замаливать.
   - Нет, - дослушав его, отмахнулся Нордар, - Это я еще помню. А вот скажи, куда Юринак делся? Он что решил бросить своих друзей?
   - Да не-е, он по нужде вышел. Кстати уже давненько. Уриган сходи проверь не случилось ли чего, - тот не отозвался.
   - Ладно, спи сам схожу, - и с этими словами Сторз встал из-за стола и направился к выходу.
   На крыльце Юринака не оказалось. Да и не удивительно. Кто ж станет прямо с крыльца нужду справлять, так и по шее от стражи получить недолго. Завернув за угол, здоровяк обнаружил небольшой домик, типа сортир. Дверь домика оказалась закрыта. Значит, внутри кто-то есть.
   - Юрин, ты там? - крикнул Сторз, подойдя к двери. Ответа не последовало. Он повторил крик. Снова тишина.
   Не тратя больше времени на слова, здоровяк рванул дверь на себя и побледнел от увиденного.
   Юринака больше не было.
  
   Когда Сторз ушел, Нордар обратился к другу:
   - Ты что, правда спишь? - ответа не последовало.
   - Да ладно тебе, хорош притворяться, - он не сильно толкнул Уригана в плечо. Это привело к неожиданному результату. Только что сидевший склонив голову гвардеец, сверзился со стула на пол. Секунду Нордар с недоумением смотрел на него, а потом злорадно протянул, - Один готов. Вот ты и заплатишь за пьянку.
   - Трое.
   - А? Что? - гвардеец с недоумением посмотрел на появившегося, будто из-под земли человека.
   Вместо ответа незнакомец ударил ножом. Точно в сердце. Нордар не успел даже понять, что умер. А я, перетерпев боль, пошел на улицу.
  
   Сторз стрелой метнулся обратно в корчму и в дверях налетел на какого-то бродягу в рваном плаще. Затормозить наемник не успевал и поэтому попытался откинуть его в сторону. Не вышло. Неизвестная сила приподняла его и с размаху шваркнула головой о ступеньки. Удар пришелся в висок - смерть наступила мгновенно.
   - Пятеро, - сказал я и, поправив сбившийся капюшон, заспешил по улице.

***

   Иггрум с удовольствием растянулся на кровати.
   "Наконец-то я дома. Да еще с такими деньгами. Хотя не слишком ли высока цена..." - с сомнением подумал он, но тут же оборвал себя. - "Не слишком. На эти деньги семья сможет безбедно прожить не один год. Мы выберемся из долгов. Займемся торговлей. Я обменял одну жизнь на несколько"
   О погибших защитниках и прислуге гвардеец предпочел не вспоминать. Он просто оправдывал себя. Его размышления прервал стук ставней.
   "Проклятье, я же их закрывал. Или нет?"
   Чертыхаясь, Иггрум поднялся с кровати и подошел к окну. Ночь была хороша, но он не замечал этого. Его мысли были заняты другим. Закрыв окно, он вернулся к кровати и лег. Его взгляд принялся блуждать по комнате. Он смотрел, но ничего не видел. Он не видел, как от шкафа отделилась темная фигура. Не видел, как в пламени свечи тускло блеснул наконечник.
  
   В комнату деликатно постучали:
   - Игг, выходи. Ужин уже на столе, - в ответ не раздалось ни звука.
   - Игг, ты там? - и снова молчание.
   Тишину разрывает скрип петель. Дверь медленно отворяется и на пороге комнаты возникает пожилая женщина. Увидев своего сына спокойно лежащим на кровати, она облегченно вздохнула. Стараясь не шуметь, мать подходит к кровати.
   - Игг, просыпайся, - тихо говорит она и осторожно трясет сына за плечо.
   Но он не просыпается. Он продолжает молчать... Ведь мертвые не умеют говорить.
  
   Полный боли крик ударил меня в спину.

***

   Нэ прижимался спиной к стене и с сожалением осознавал, что его решение срезать угол, было глубоко ошибочным. А помогали ему в этом два десятка уличных головорезов. Нападать они пока не решались, но это ненадолго.
   Нэ с тоской посмотрел в сторону улицы. Но та оставалась безлюдной - помощи ждать не от кого. И бандиты тоже это прекрасно понимали. Чуть вперед вышел один из них и сказал:
   - Отдавай деньги и шмотки, тогда мы тебя отпустим.
   "Эти не отпустят", - подумал Нэ и еще раз посмотрел в сторону улицы. На этот раз удача ему улыбнулась, неподалеку стоял прохожий. Он поднимал небольшой арбалет.
  
   Столб с удивлением смотрел на остывающий труп. Он никак не мог понять, как такое могло произойти. Стоит себе спокойно человек и вдруг падает с болтом в черепушке. Подобного варианта развития событий не ожидал никто. Из ступора его вывел вопрос:
   - Столб, а я че-то не понял. Че с ним случилось-то?
   - Да какая разница че случилось. Хватайте шмотки и валим отсюда, пока нас не перестреляли.

***

   Сандра была чертовски зла. Она злилась на свою работу, своих клиентов, городские власти, богов. Но больше всего она злилась на себя. Потому что она проспала. А ведь в ее работе очень важно проснуться вовремя. Слишком часто ее клиенты уходили не заплатив.
   А сегодня она проспала и наверняка лишилась честно заработанных денег. Сандра очень не хотела открывать глаза и убеждаться в этом, но тянуть было больше нельзя. Собравшись с духом, она распахнула веки.
   "Так и есть - солнце давно взошло", - подумала она, а затем медленно повернула голову влево. От увиденного девушка потеряла сознание: ее последний клиент улыбался перерезанным горлом.

***

   Чермолэн сидел на берегу церковного пруда и размышлял.
   "А правильно ли я поступил, предав герцога? Ведь его вполне можно было обратить в свою веру...хотя нет. Такой никогда не принял бы Единого - слишком горд. Даже когда я пытался его переубедить, он только насмехался надо мной..."
   В пруду тихо плескались зеркальные карпы. Но Чермолэн этого не заметил, хотя и всегда любил их. Сейчас его полностью захватил водоворот мыслей.
   "...да, он насмехался надо мной. Он жил во грехе и отрицал истинную веру. Он получил по заслугам. ОНИ все получат..."
   Он оказался прав.
  
   Его тело нашли только следующим утром, когда кормили зеркальных карпов.

***

   Каждая смерть оборачивалась для меня болью. Каждая смерть немного рассеивала туман в памяти. Чтобы вспомнить, мне не хватало всего чуть-чуть...

***

   Когда я уже стал терять надежду, сила, прижимавшая меня к полу, исчезла. Но, к сожалению, ненадолго. Не успел я подняться на ноги, как меня вновь пригвоздило к полу невидимым молотом. Вот только молот немного ослаб.
   Это повторялось еще восемь раз. И с каждым разом давление слабело. Теперь чтобы подняться мне не хватало всего чуть-чуть...

***

   А пока голову наполнили голоса, мысли, образы. Они бурлили в мозгу, не позволяя нормально соображать. И сквозь все это безумие пробивалось стойкое ощущение неполноценности, преследовавшее меня уже несколько дней. Только теперь оно стало гораздо сильнее. Будто из меня вырвали что-то очень-очень важное, но что именно, понять не удавалось. Мешали голоса, усталость...
   Расслабившись, я глубоко вздохнул и задержал дыхание. Минуты через две легкие стало жечь огнем, в ушах застучала кровь, а глаза залила бурлящая тьма. Я старался не дышать как можно дольше, но в какой-то момент понял, что больше не могу, и судорожно вздохнул. Впрочем, необходимый результат был достигнут. Когда зрение прояснилось, передо мной вновь была заляпанная грязью стена. А голоса в мозгу хоть и не исчезли совсем, но тоже отступили. Теперь они превратились в едва различимый шепот.
  

Глава 5

Мертвым все равно. А вот еще живым нет.

Небольшое наблюдение

   - Я нашел его, - дверь в мою комнату без стука распахнулась, и на пороге объявился доверенный человек герцога. - Граф сейчас прячется во дворце. Внезапная гибель подчиненных сильно его напугала. И теперь он боится даже нос высунуть из своих покоев.
   Уже третий день я безвылазно сидел в своей комнате, ожидая подобного сообщения. Я попытался прихлопнуть всех предателей разом, но не преуспел. И теперь последний из них забился в самую глубокую нору. Достать его там мне представлялось проблематичным. Недаром я не сумел ощутить его местонахождения. Дэмаго считал так же:
   - Боюсь, туда мне ходу нет. Хоть я и дворянин, но во дворце происхождение имеет огромное значение, а я безземельный, - он беспомощно развел руками, - Но с другой стороны, его вполне можно достать во время церемонии.
   Я кивнул, соглашаясь, но сам решил сначала проверить неприступность дворца.

***

   Дворец бурлил. Слуги носились по коридорам как угорелые, делая последние приготовления к празднику. Королевские кондитеры украшали торы, королевские повара заготавливали впрок нарезанные овощи, королевские портные сбились с ног, пытаясь угодить двору. И среди всей этой мешанины куда-то спешащих людей двигался я.
   Попасть во дворец не составило для меня никакого труда. Я просто перелез стену недалеко от ворот, когда стражи проверяли очередную телегу с продуктами. Попав за стену, я почувствовал, как мир вокруг изменился. У меня словно уши заложило. Только сейчас я понял, что все это время ощущал мир вокруг себя. А сейчас меня этого лишили. Наверное, именно поэтому я не заметил влюбленную парочку и умудрился свалиться прямо на них. От неожиданности девушка упала в обморок, а парень кинулся на меня с мечом. Впрочем, оружие ему не сильно помогло. Уже в следующую секунду он с разбегу врезался в стену и пал рядом со своей возлюбленной оглушенный. Костюм этого героя пришелся мне впору, и я поблагодарил судьбу за эту встречу. А то мне почему-то казалось, что черный цвет был бы несколько заметным. Зато теперь я стал счастливым обладателем белой рубашки с кружевными манжетами, желтого плаща, такого же цвета камзола и широкополой шляпы. Пожалуй, самым лучшим моим приобретением оказалась шляпа, под ней прекрасно можно было спрятать лицо. А это, согласитесь, для меня было очень важно, все-таки маска делала меня белой вороной.
   Разобравшись с одеждой, я быстрым шагом двинулся к зданию. Здесь никто не обращал на меня никакого внимания, и я свободно мог идти куда хочу. Вот только не знал, куда надо идти. Все мои ощущения говорили, что во дворцах я прежде никогда не бывал. И поэтому просто не представлял, где здесь могут быть гостевые покои. Поплутав таким образом добрых полчаса, я решил сменить тактику и найти себе проводника. Ситуация осложнялась тем, что добровольно помогать мне вряд ли станут. Так что придется отлавливать кого-нибудь и разговаривать наедине.
   Поймать одного из слуг оказалось просто. А вот дальше пошли проблемы. Моя первая жертва просто не знала, где поселился граф. Нет, он, конечно, знал расположение комнат, но в гостевой части никого нового не селилось, по крайней мере, уже месяц. Он это знал потому, что прислуживал одному из гостей. Поскольку от него мне больше ничего не было надо, я его оглушил и, аккуратно связав, спрятал под кровать в одной из комнат. Второй тоже ничего не знал и поэтому отправился вслед за первым. Третий и четвертый оказались наемными рабочими, нанятыми из-за праздника. Они составили компанию дворцовым слугам.
   За последующий час я успел переловить еще семерых слуг и заполнить ими практически все место под кроватью. Поймав восьмого, я уже начал подумывать насчет поиска новой комнаты, но этот знал, где проживает граф. Получив необходимые сведения, я, спрятав тело своего информатора, отправился в указанном направлении. Оказалось, что это совсем рядом. Каких-то пять минут ходьбы. А дальше все было просто. Дверь даже не охранялась.
  
   Мужчина сидел за столом и что-то сосредоточенно писал. И хотя дверь отворилась бесшумно, он повернулся в мою сторону. На молодом лице появилось раздражение. Он хотел было что-то сказать, но осекся. Значки его расширились, а рука потянулась к мечу на поясе. Он хотел сражаться, но не успел даже встать.
  
   Когда дворянин испустил свой последний вздох, я понял, что ошибся. Боли не было, а значит - это был не граф. Значит, мне предстоит продолжить поиски. Где-то из прошлой жизни донеслось сожаление по поводу чьей-то загубленной жизни. Но это был лишь отголосок. От которого я просто отмахнулся.
   Продолжить поиски я не сумел. Один из слуг вошел как раз когда я вытирал нож об одежду неизвестного. Понять моей цели он не сумел и поэтому поднял дикий крик на весь дворец. И мне пришлось спешно ретироваться.
   Но ничего, у меня еще будет шанс.

***

   Я молча ждал своей очереди. Мне нужен был способ попасть в храм древних и Дэмаго его нашел. Сегодня на городской арене проходили различные представления для увеселения публики. На песок по очереди выходили шуты, фокусники, жонглеры, гимнасты и многие другие. Публика смеялась, аплодировала, кидала монеты. Но все это не очень активно. Все ждали главного. Состязания свободных воинов, победитель которого получал золотой кубок, сто золотых и возможность вступить в королевскую стражу. Но самым главным для меня было то, что награждение проводилось в храме Древних. Именно из-за этого я решил принять участие в боях. Это сильно упростило бы мою задачу.
   Претендентов набралось больше сотни. С помощью жеребьевки их разбили на пары и стали выпускать на арену. Чтобы ускорить процесс, одновременно на арене сражались четыре пары. Я без интереса наблюдал за бойцами. Большинство из них не продержались бы против меня и пяти секунд. Оставшиеся производили гораздо лучшее впечатление. В них сразу узнавались профессиональные воины. Но до меня все же не дотягивали.
   Вскоре наблюдать за ареной мне надоело; я начал прислушиваться к разговорам вокруг. В основном обсуждали проходящие поединки. Мне это было неинтересно, и я принялся искать дальше. Один из разговоров показался весьма занятным. Говоривших я не видел, но слышал их вполне отчетливо.
   - О, послушай, что мне сегодня Кандор рассказал. Он, как ты знаешь, прислуживает во дворце, - говорил один из собеседников.
   - Да, и что? - заинтересовался другой.
   - Вот он и рассказал мне историю, которой был свидетель его друг. Тот, что прислуживает королю.
   - Да? И что же произошло?
   - Тот рассказал, что сегодня утром королю принесли письмецо с доносом. В нем говорилось мол, ваше величество, я вас бесконечно уважаю, но молчать больше не могу. Ваша жена вам бороду расчесывает14.
   - Ну и что? А то он сам этого не знает, - удивился второй.
   - А вот то. В письмеце было написано, что она это делает прямо сейчас. Да не с каким-нибудь герцогом или хотя бы бароном. А с десятком слуг. Причем в особо извращенной форме.
   - Да ну? И что дальше?
   - Ха, а дальше наш бородач15 мчится в комнату своей благоверной. И что же он обнаруживает, - с трагизмом в голове вопросил первый.
   - Что? Ну давай же, не тяни!
   - Он обнаруживает свою супругу в постели.
   - Что, правда? - удивляется второй.
   - Да. Король кидается на поиски любовников...и обнаруживает у нее под кроватью двенадцать связанных слуг, - трагическим голосом заканчивает первый.
   - Целых двенадцать, - ужаснулся второй, - и что же он сделал?
   Дослушать, чем закончилась история, я не успел - распорядитель боев прокричал мое имя. И пришлось выйти на песок арены. В противники мне достался здоровенный увалень, у которого из оружия имелся лишь крестьянский цеп. Я встал напротив него и сложил руки на груди, за что чуть не поплатился жизнью. Неуклюжий еще секунду назад, соперник вдруг рванулся вперед, и надо мной пронеслось его страшное оружие. Не присядь я рефлекторно, точно бы остался без головы.
   Это меня разозлило. Резко взвинтив темп, я подскочил к нему и резко ударил ладонями по ушам. Цеп выпал из рук оглушенного парня и мне оставалось только добить его. Шаг назад. Удар с разворота пяткой в лоб и противник валится на песок без сознанья. А я, развернувшись, иду обратно. Руки немного подрагивают, и я даю себе слово, что отныне всегда буду уважать своего противника.
   После этого было еще два боя. Следующим противником стал иссеченный в сражениях воин. Справиться с ним оказалось легко. Я просто ранил его в правую руку. И он сдался, неспособный продолжать бой. После него пришла очередь настоящего гиганта. Облаченный в тяжелые доспехи, он размахивал двуручным мечом словно тростинкой. С ним пришлось повозиться. Я просто не мог подобраться на нужную дистанцию. К счастью, после одного из взмахов его меч пролетел мимо и глубоко ушел в песок. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы подойти к нему и приставить к горлу клинок. Гиганту не оставалось ничего иного, кроме как сдаться.
   Я ждал, и от скуки смотрел на арену. Люди здесь дрались, калечили друг друга, убивали. Часто в поединке не было победителя - в течение боя люди получали настолько серьезные раны, что просто не могли больше сражаться.
   В какой-то момент я понял, что претендент, кроме меня, остался только один. Он стоял на песке и тяжело дышал - последний бой дался ему нелегко. Когда его противника унесли в лазарет, распорядитель боев объявил:
   - На бой вызывается претендент, называющий себя Безликим.
   То есть я. Не помня своего имени, я назвал первое пришедшее в голову. А первым оказалось это дурацкое прозвище. Я быстро вышел на песок и достал меч. Противник некоторое время посмотрел на меня. Затем спрятал оружие в ножны и ушел. Он верно оценил свои шансы и не стал рисковать.
   "Правильно", - подумал я, - "я должен достигнуть цели любой ценой"

***

   Стоять в этой высокородной толпе было ужасно скучно. Окружавшие меня дворяне считали ниже своего достоинства говорить с безродным простолюдином. И потому я вроде бы находился в толпе, а вроде бы и сам по себе. Это делало и без того длинную церемонию еще более долгой. Время от времени я ловил себя на том, что не помню, сколько уже здесь стою. Час? Два? Целую жизнь? Время тащилось как черепаха с перебитыми лапами. И мне приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы не заснуть.
   Наконец вступительная часть закончилась, и в зал вошли стражи. Они рассекли толпу на две части, открывая проход к алтарю. Затем, окруженный телохранителями, в зал вошел Его Королевское Величество Зихлем Третий. Посмотрев на него, я начал сильно сомневаться, что именно его героический предок некогда объединил страну. Его Величество Зихлем представлял собой вместилище всех человеческих пороков. Он был глуп, самонадеян, ленив, бездарен, похотлив и многое, многое другое. По крайней мере, так считали окружавшие меня дворяне. Я же, в свою очередь, видел маленького ростом, толстого, как бочка, и лысого колобка. С хитрыми глазками, прятавшимися на красном потном лице. Причем сразу бросалось в глаза явное пристрастие к оружию и драгоценностям - то и другое в огромном количестве обнаружилось на нем. И очень часто они представляли собой единое целое.
   Например, сейчас Его Величество был облачен в золотой панцирь, украшенный драгоценными камнями. На поясе у него нашли пристанище богато инкрустированные мечи. А за плечами ниспадал шитый золотом плащ. Наверное ему казалось, что он выглядит богатым и грозным, но на самом деле больше походил на раскормленного донельзя индюка (что не преминул отметить шепотом один из дворян возле меня). Из-за этого облачения король двигался медленно-медленно, кое-как переставляя ножки.
   Наблюдая за ним, я и не заметил, как заснул.
  
   Проснулся же от того, что кто-то в полной тишине вещал:
   - А теперь я, король Кивалира...
   Сознание в единый миг охватило зал. Я увидел преклонившего колени графа, и в моей груди вскипела ненависть.
   - ...Зихлем Третий...
   Я рванулся к нему, расталкивая по пути замерших дворян.
   - ...властью данной мне богами...
   Когда я вырвался из толпы, на меня обратили внимание стражи.
   - ...и моими...- вещал король, пока телохранители формировали вокруг него с графом ощетинившееся оружием кольцо.
   На меня кинулись стражи, но слишком медленно. Им не успеть.
   - ...предками...
   Время замедлилось до предела и я почувствовал, как у меня начинают трещать и рваться мышцы от перенапряжения.
   -...налагаю...
   Я проскочил стражей и оказался лицом к лицу с личной охраной короля.
   -...на сего...
   Я бросаюсь вперед, не замечая ран, сейчас моя ярость гораздо сильнее боли.
   -...достойного...
   Прорвав кольцо, я поворачиваюсь к графу и вонзаю меч ему в сердце.
   -...мужа...
   Я вырываю клинок из раны и быстрым движением сношу своей последней жертве голову. Все. Меч выпадает из рук, и я чувствую знакомую боль. Остатки тумана рассеиваются, и меня уносит поток воспоминаний.
   -...Печать, - последнее слово падает в пустоту и король с недоумением смотрит на произошедшую возле него бойню.

***

   Давление полностью исчезает, и я вскакиваю на ноги, горя жаждой мщения. Но моим желаньям не суждено сбыться. Душа герцога истаивала, отправляясь на встречу с богами. И мне оставалось только в бессильной ярости сжимать кулаки. Впрочем, недолго. Я тоже стал истаивать, покидая свою недавнюю тюрьму.

***

   А король смотрел, как тело убийцы выгнулось дугой, захрипело. Изо рта у него полилась странная дымка. Через пару секунд дымка превратилась в молодого человека. Тот изящно поклонился королю, сделал неприличный жест в сторону обезглавленного тела графа и растаял.
   Несколько секунд король с недоумением смотрел на происходящее, а затем повернулся к замершим стражам и визгливым голосом закричал:
   - Что вы стоите олухи. Взять его!!!
   После чего, осознав, что его вполне могли убить, царственно упал в обморок.

***

   Трактир гудел уже больше трех часов. Людей сюда набилось столько, что негде было яблоку упасть. И все обязательно пили или ели. Трактирщик довольно потер руки, барыш сегодня обещал быть изрядным. Что и говорить, повезло. Трактирщик еще раз обежал взглядом забитый до отказа трактир. И вдруг скривился, как от зубной боли - он наткнулся на полупустой столик. Один человек, разве это много?
   "Нет", - решительно ответил себе трактирщик, но ничего предпринимать не стал. Он прекрасно помнил, как один гуляка не найдя себе места, попытался подсесть к незнакомцу и теперь тихо пускал слюни у крыльца.
   "Проклятый колдун", - подумал хозяин едальни и незаметно сплюнул на пол.
   Он еще раз искоса глянул на чародея и вздрогнул - напротив мага в черном балахоне сидел разодетый по последней моде франт.
   "Ну, сейчас на одного идиота в городе станет больше" - мрачно подумал трактирщик, раздумывая, как это скажется на репутации его заведения.
   Когда он бросил еще один взгляд на страшного мага, то увидел, что тот тихонько разговаривает с новоприбывшим. А когда трактирщик задержался на маге взглядом, тот повернул скрытое капюшоном лицо в его сторону.
   "Вергоново семя", - подумал трактирщик и поспешил отойти подальше.
  
   - Господин, вы не считаете, что этот незнакомец слишком опасен? Мне так и не удалось выяснить, кто он и откуда, - возобновил прерванный разговор франт.
   - Нет, - прошелестело из-под капюшона. - Он сделал все, как я и задумывал. А теперь иди. Ты должен настоять на той проверке на верность, о которой я тебе говорил.
   - Господин, а вы уверены, что его выпустят? - с сомнением в голосе спросил он.
   - Да, - коротко ответил чародей.
  
  
   1) Кангор Киврад Алир Завоеватель - первый из королей Кивалира. Прекрасный маг и талантлевейший полководец. Он единственный сумел раскрыть тайну руин Древних. Пользуясь этими знаниями, он объединил территорию страны и воздвиг на границе Стражей, действующих и по сей день.
   2) Закон был принят в 3831 году о.п. королем Резенпатом. Это произошло вскоре после очередной войны с орками, в результате которой большинство дворянских родов оказались уничтожены. Суть закона состояла в том, что в случае гибели дворянского рода любой человек, привезший реликвию рода королю, получал титул и земли. Но оговаривалось, что претендент не должен быть причастен к гибели предшественника. К сожалению, закон, вызванный необходимостью, вверг страну в хаос Титулованных войн, длившихся более десяти лет. Положить им конец удалось лишь благодаря массовым казням.
   3) Это ритуал кивалирских герцогов, он служит для поддержания магической границы государства и позволяет не содержать огромных пограничных войск. Ритуал проводится каждое полнолуние Ашар. В течении недели после ритуала герцог не способен ни к какой магии.
   4) Хаотично расположенные светящиеся линии на теле являются одним из внешних эффектов наложения печати.
   5) Глава рода Хранителей одной из Печатей. Всего в стране таких Родов семь: кив'Архол, кив'Ак'чир, кив'Герлон, кив'Вийарден, кив'Тэррадон, кив'Крил и кив'Черро.
   6) Титул даруемый истинному герцогу после ритуала Наложения Печати.
   7) Талбунд - очень скрытное лесное государство, расположенное между степями орков, на востоке, и Мертвыми землями, на западе. Вся территория страны покрыта непролазными лесами, дорог нет, о городах неизвестно. Торгуют средне, в основном пушниной, редкими травами, изделиями гномов. Страну жители покидают очень неохотно.
   8) Шивами - гуманоидная, ящероподобная раса. Средний рост 1,80 м. Цвет кожи колеблется по цветовому спектру между оранжевым и зеленым. Двуполы, но в отличие от людей они яйцекладущие. Предпочитают теплый очень влажный климат. Имеют собственное государство - Магаро.
   9) Арбалет прозван так за размах дуги в не взведенном состоянии. Эта модель была создана Гномами Туманной гряды специально для ведения военных действий. Арбалет способен стрелять любыми снарядами, начиная от мелких камушков и заканчивая талбундскими метательными дисками. Максимальная дальность стрельбы, при которой стрела пробивает латы навылет - 250 метров. Чертежи были мгновенно украдены разведкой Конфедерации откуда и разошлись по всему континенту, гномы до сих пор безуспешно пытаются отстоять авторские права.
   10) День Огненной Пляски - по-другому день Объединения. Праздник символизирующий окончание объединения страны Кангором Завоевателем. Название идет от того, что после коронации перепившиеся герцоги чуть было не сожгли столицу (тогда еще это был Кранд). Праздник приходится на середину лета.
   11) Лун здесь две. Первая маленькая светло-желтая, очень похожа на нашу - Ашар. Вторая - Калис. Это черно-багровый шар, примерно в два раза больше первой.
   12) Гримор кив'Зэндо - дворянин, живший во время Титульных войн. Прославился тем, что не сдержал ни одного данного им слова. Как ни странно умер он от старости в кругу многочисленных друзей и родственников. Так что "держаться на слове Гримора" синоним "держаться на соплях", т.е. кое-как.
   13) Мирнок - это животное наподобие нашего медведя, но в отличие от него, ест только растительную пищу. Имеет темно-зеленый окрас и длинную шерсть. Несмотря на размеры очень пугливо.
   14) Расчесывать бороду - синоним нашего наставлять рога.
   15) Бородач - по нашему "Рогоносец". Поэтому гнома так лучше не называть, во избежание инцидентов.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 4.23*34  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Дремлющий "Тектум. Дебют Легенды"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Б.Батыршин "Московский Лес "(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) К.Леола "Покорители Марса"(Научная фантастика) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Любовное фэнтези) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"