# Ремус

Юрий Анатольевич Лучин

Cветало. Деревья, трава, кусты проснулись от зимнего оцепенения и ждали весеннего тепла. И оно пришло, еще раз всем напомнив жителям Рима ,что наконец-то наступила весна. Убеленный сединами писец римской магистратуры писал: "Сегодня 3 марта Великий Цезарь на один день отрекся от престола, уступив трон своей ручной обезьянке Ремусу..."Ни один мускул не дрогнул на лице писца, ни тени удивления не мелькнуло в его глазах. Свидетелем многих невероятных и абсурдных событий в Риме за последние годы правления Калигулы был писец... Утро вступало в свои права. Первые лучи солнца осветили императорский дворец, находящийся в северной части Палатинского холма. В криптопортике, очень высоком подземном сводчатом коридоре, соединяющем дворец, по которому можно было подняться с Форума на Палатин, рабы протерли пыль со статуй ушедших в небытие римских императоров, ковров великолепной работы, изящных ваз. Прошли преторианцы, идущие на смену караула. Мальчишка поваренок промчался как вихрь, спеша с каким-то поручением на базар, едва не сбив с ног старого раба уборщика.

-Смотри куда мчишься, гаденыш! - прошипел старый раб. -Ты слышал новость, Тулиб? - спрашивает чернокожий раб старика. -Какую? - удивлен старик. Чернокожий раб прижал свои губы к уху старика и прошептал ему новость. По мере понимания случившегося, глаза старика стали круглыми. А в это время на Форуме кипит жизнь. Уже месяц Рим ни с кем не воевал, поэтому двери храма Януса были закрыты. Перед Курией хранилищем государственных архивов и резиденцией Верховного Понтифика стоят караулы преторианцев. Богатые римляне в окружении своих клиентов шли засвидетельствовать свое почтение еще более богатым и знатным римлянам. Клиенты менее знатных римлян смешивались с толпами простого народа, одетого в бедные туники. Какой-то малоизвестный оратор обратился с речью к прохожим, которые тут-же резко оборвали его разглагольствования. -Я рад тебя видеть уважаемый Аппий! - искренне обрадовался молодой негоциант, схватив за руку проходящего мимо дородного мужчину. -Когда ты вернулся в Рим? Успешна ли твоя поездка? -Вернулся сегодня, удачно продал пшеницу. Привез груз пряностей. Что нового в Риме? Дородный мужчина очень тихо рассказал молодому негоцианту последнюю новость. -Цезарь сошел с ума! - воскликнул молодой импульсивный негоциант. -Тише! -укоризненно покачал головой собеседник. И у стен есть уши. В тот же миг, когда происходил этот разговор, шло заседание Сената. На курульном кресле, стоящем на возвышении, в пурпурной мантии с золотой короной на голове и со скипетром в маленькой ручке сидит обезьянка. Беспокойно ерзая на кресле, обезьянка вытягивает губы и говорит глядя на сенатора: "Ы!Ы!Ы!" -Великий цезарь открывает заседание Сената! - громко произнес городской префект. Заседание началось с ауспиций и чтения молитв. Слово взял принцепс Сената: -Первый вопрос, который мы должны сегодня разобрать- это заключение торгового договора с Грецией. По этому вопросу имеет слово сенатор Гай Гаргилий Гарон. На одной из скамей в тогах с пурпурной каймой сидят два сенатора, братья близнецы Луций Митра и Корнелий Митра. Атлетически сложенные, светловолосые, кареглазые, одинаково одетые, только у Луция обувь из кожи, которую носят курульные сенаторы, а у Корнелия из черной кожи. Почти не слушая выступающего сенатора братья смотрят на Ремуса. -Ты только посмотри! -шепчет Корнелий, готовый рассмеяться. -Не смей! -зло шепчет Луций брату. "У! У! У!"- громко бормочет Ремус и корчит страшную рожу Корнелию. Не сдержавшись, Корнелий пальцами оттопыривает себе уши и, засунув себе язык под нижнюю губу, корчит рожу Ремусу. Обезьянка швыряет скипетр, вскакивает на кресло и воет, оскалив желтые кривые зубы. Прерванный на полуслове сенатор, застыл от изумления. Было нарушено одно из главных правил Сената - никто не смел прервать выступление сенатора по разбираемому вопросу. Принцепс Сената попытался сгладить ситуацию. - Обсуждение завершено. Проведем голосование - кто за то, чтобы заключить торговый договор с Грецией? Голосование прошло успешно. Воспользовавшись нетерпением императора, принцепс Сената и городской префект от имени императора без обсуждения проголосовали еще за несколько законов. Заседание Сената было закрыто. Убеленные сединами сенаторы, уходили опустив глаза, молодые сенаторы посмеивались. Это было самое короткое заседание Сената за всю его историю. И почти в тоже время заканчивалось заседание суда. За дверями базилики явственно слышался людской гул на Форуме. Изнемогая от усталости, все хотели поскорее закончить судебный процесс, затянувшийся на три дня. Государственный обвинитель нервничал, а чтобы немного успокоиться, он не переставал говорить и ходил по залу:"-...полученные нами в ходе допросов свидетелей сведения подтверждают, что обвиняемый Антонин Тавр виновен в гибели своей жены Аустины. Обвинение приглашает для дачи показаний свидетеля Онесифора Сперанду!

-Пожалуйста! - кивнул головой судья. В зал вошел мужчина среднего роста, широкоплечий, мускулистый и с чрезвычайно смуглым лицом. Черты лица у него были крупные, неправильные- довольно большой нос, толстые губы. Поражал смелый и открытый взгляд его больших карих глаз . Лицо вошедшего было не лишено некоторой грубой своеобразной красоты. -Представьтесь! - попросил судья. -Я ,ваша честь, римский гражданин Онесифор Сперанда!-ответил свидетель. -Вы должны принести присягу! -продолжил судья. Повторяйте за мной: " Клянусь говорить правду. Если же я солгу, пусть меня накажет великий Юпитер!"

-Клянусь! -поднял правую руку свидетель. -Что Вы можете сказать по существу разбираемого здесь дела? -начал допрос государственный обвинитель. - -Я, Онесифор Сперанца, живу в Риме и являюсь соседом обвиняемого. Имею свою лавку на овощном рынке. -Хорошо! Хорошо! -нетерпеливо прервал словоохотливого свидетеля государственный обвинитель. - Ближе к делу! Казалось, что сидящий на скамье подсудимых, большой как медведь, Антонин Тавр не слышит и не видит происходящее в зале суда. Он тихо шепчет: "Почему? Почему? Почему ушла? Зачем жить?'

Свидетель поморщился от слов государственного обвинителя, но продолжил: -Я знаю Антонина Тавра давно как мужественного и отзывчивого человека. Он боготворил свою жену. И он... -Как долго Вы знакомы с обвиняемым? -прервал рассказ свидетеля государственный обвинитель. -С детства! -выдохнул Онесифор Сперанца и продолжил свой рассказ. Но вдруг с грохотом распахнулась дверь и в зал ворвалась молодая женщина. -Я, Атисия Кретик, сестра погибшей Фаустины, жены Антонина Тавра , -закричала с порога женщина. Фаустина поругалась с мужем и выскочила из дома на улицу, где ее сбила колесница. Антонин Тавр не виновен. -Вон! -заорал ворвавшейся женщине побледневший от ярости судья. За неуважение к суду вывести ее из зала. Cтражники выволокли Атисию из зала суда. Через мгновение заседание было неожиданно прервано. Увидев входящих в зал императора Ремуса, принцепса, городского префекта, префекта преторианской гвардии, преторианцев, ошеломленные люди пали ниц.

-Аве, цезарь! - в едином порыве приветствовала толпа Ремуса. Наконец заседание суда продолжилось. Неожиданно для всех император Ремус, только что спокойно сидевший в курульном кресле, прыгнул на плечо Антонину Тавру. Ласково урча Ремус начал перебирать волосы на голове подсудимого. Воцарившееся тягостное молчание нарушил городской префект громогласно объявивший: -В виду недоказанности вины Антонина Тавра в гибели его жены Фаустины, император Ремус повелевает оправдать Антонина Тавра и выпустить его на свободу. Такова воля императора! Аве, цезарь! -Аве, цезарь! -прокричал зал. День подходил к концу. И этот день третьего марта был великим днем для Рима. Сенат под руководством императора Ремуса принял несколько важных законов, необходимых для развития торговли, также император Ремус даровал свободу многим осужденным по уголовным делам. Утром четвертого марта римляне горевали, что правление императора Ремуса продлилось так недолго, и что так мало жители Рима отдыхали от своего сумашедшего императора Калигулы. Наша история имеет свое завершение. Осенью 2002 года миланский археолог Эмилио Ланчини нашел в катакомбах, где покоятся останки многих древнеримских императоров, мумию маленькой обезьянки в маленьком саркофаге размером с детскую коляску. Рядом лежали подлинная государственная печать, позолоченный императорский скипетр и бронзовая табличка со словами: "Слава императору Ремусу!"