# Возвращение Властелина. Главы в работе

Николай Марченко

Из текста убраны некоторые современные выражения, и, хотя намного серьезнее он пока ен стал, более подходит для того куда должен в итоге войти.

В жизни каждого искателя приключений рано или поздно так или иначе, но обязательно наступает момент, когда ты понимаешь, что пора кончать выпендриваться, строя из себя героя и начинать делать ноги. Причём совершенно неважно насколько силен тот воин, маг, или целая компания авантюристов, на которую обратила свой хмурый взор похмельная леди удача. В такие моменты крестьянин храбро ушедший в лес "договориться с лешим" вдруг понимает, что дальше "вон той кочки" он не ходок, а воин начинает задумываться о разумности затеи с походом в драконью пещеру без сопровождающих. Таких разных, этих людей роднит одно - правильная оценка собственных сил вкупе с житейской мудростью приправленной хорошим чутьем. Люди же этого чутья лишенные, или немного припозднившиеся познать науку стратегического отступления(то есть бегства) как правило быстро переходят из катогории искателей приключений в гораздо менее почетный статус искателей могил. Собственных. Неупокоеные призраки шатающиеся по лесам и дорогам Акрана никогда и никого не удивляли. Примерно в этом направлении текли мысли Корнила со скоростью хорошего скакуна перескакивающего с кочки на кочку в топи, куда его занесла эта идиотская погоня.


Позади, в нескольких шагах, слышалось дыхание с трудом не отстающего, в своей походной броне, Гордона, перемежаемое красочными, но совершенно непечатными эпитетами в адрес ситуации в которой они пребывали в настоящий момент и личности, которая несла за это ответстенность. Нет смысла объяснять что погоню вели отнюдь не они. Нечто маячившее за спиной метрах в пятидесяти и имевшее самые смутные, порой меняющиеся, очертания звалось болотным призраком и относилось к разряду нечисти, извести которую было практически невозможно. Имеющей, к тому же, прескверную привычку нападать на всё, что неосторожно забредало слишком глубоко в его территорию. Призрак призраком, но с тем, чтобы схарчить потревожившего его путника у него проблем не возникало. Скачки по болоту никогда не относились к любимому виду спорта Гордона, посему мысли его мало отличались от его редких ругательств сквозь зубы, разве что были ещё более непечатными.


Погоня шла с переменным успехом уже часа два но, в отличие от людей, призрак уставать не умел и отставать не собирался, периодически приближаясь на совсем уж угрожающее расстояние. В такие моменты Корнилу приходилось в очередной раз накладывать на Гордона ускоряющее заклинание. Дольше десяти секунд оно не держалось, да и сил отнимало изрядно, но сам факт, что он ещё был жив, говорил о том, что мана тратилась не в пустую.


- ... в глотку этой идиотке! Какого лешего её понесло в средоточие без проверки?! Любой идиот знает что свято место пусто не бывает!


Возмущение Гордона было тем сильнее что было совершенно справедливым. Привычки тревожить почем зря обитателей потустороннего мира ни он ни Корнил не имели. Всякий раз перед походом, они старались разузнать о месте через которое предстоит пройти как можно больше, и, даже будучи заверенными что опасности никакой, проявляли похвальную осторожность. Что, впрочем, мало помогло, когда из самой топи пересекаемого ими по пути в гильдию магов, болота, выскочила запыхавшаяся, но симпатичная дамочка лет двадцати восьми на вид и, не обратив никакого внимания на оценивающий взгляд Гордона, унеслась в направлении "куда подальше". Единственной фразой, которой она удостоила невольных свидетелей экзамена по скоростному болотоходству была "- Бегите, идиоты!" Врожденным слабоумием ни тот ни другой не страдали и в забеге стало на два участника больше. Вообще, черезчур быстрое пересечение болот часто перерастает из марафонского забега в спринт до ближайшего омута, но на их счастье, Корнил неплохо владел магией воздуха и, хотя левитировать их обоих у него бы сил не хватило, уменьшить их вес он мог. В результате - грязь под их ногами обиженно чавкала, но навязывать своё общество не спешила.


Всё хорошее когда-нибудь кончается, обычно внезапно, оставляя после себя ощущение ностальгии(в лучшем случае) или надувательства(в оставшихся девяноста девяти). Не миновала чаша сия и это болотное приключение. Гордон будто в замедленной съемке видел, как Корнил, отвлекшись на очередное заклинание занес ногу для рекордного скачка, оттолкнулся и... зацепив корень какого-то растения, смачно впечатался в землю своей, заслуживающей лучшей участи, физиономией.


- Кранты. - больше ничего в голову не приходило. Желудок призрака был в буквальном смысле - безразмерным и двое туда поместились бы ничуть не менее вольготно чем один. Вопреки вопящим дурным голосом инстинктам самосохранения, мысли бросить товарища у него не возникло ни на секунду. Умирать решительно не хотелось. Возможно это и обеспечило бы гуляющим по болоту жителям окрестных деревень лет двадцать спокойной жизни , но жертвовать собой по такому идиотскому поводу... увольте. Выбора впрочем не было. Гордон развернулся, и с двуручным мечом в руках и страшным выражением на лице приготовился стоять до последнего.


- Браво, сэр благородный рыцарь, какой великий подвиг! Никогда особо не верила, что "рыцарь" и "идиот" - значит одно и то же, но вы меня убедили окончательно! Вот уж и правда - кроме баб вы бегать ни за чем не умеете.


Обернувшись, Гордон увидел давешнюю незнакомку, с самым невозмутимым видом восседающую на облезлом стволе непонятно какого дерева. Дышала она тяжело, но ни панического страха, ни обреченности в её поведении, почему то, не было. Поразмышлять на эту тему ему, впрочем, не дали. Голодный стон, раздавшийся за спиной, свидетельствовал о том, что болотная тварь совсем рядом. Исполнив очередной разворот на пол оборота рыцарь был очень, но скорее приятно, удивлен. Зеленоватое марево колыхалось совсем неподалеку, но, отчего-то, не делало ни малейших попыток приблизиться к своей законной добыче. От облегчения Гордон впал в ступор.


- Я ещё жив или это уже тот свет? Если да, то почему так темно?, - Корнил с трудом приподнялся и привычным жестом зажег шарик света. Не помогло. Попытавшись протереть глаза, он нащупал что-то холодное, упавшее вниз, стоило ему коснуться его рукой.


-Грязь. - меланхолично заметил он.


- Да уж, этого на тебе, точно хватает, также как рук ног и других частей тела. Так что можешь отряхиваться и выводить своего дружка из ступора. Как бы не окочурился на радостях.


- А собственно...


- Почему ты жив? Да ты под ноги посмотри. Кончилось болото. И грязь на тебе - сухая. А за болото этой зеленой пакости


- Болотному прираку, - автоматически поправил Корнил


- Да хоть блевотному, какая разница, - передернула плечами девушка, - чем бы оно ни было, за болота ему ходу нет.Такая вот у него особенность.


- А собственно...


- Откуда я это знаю? Ну тут всё просто... пошли мы, знаешь ли, по одному поручению, это...нечто... с центра силы выманивать. Как условились - напарник на другой стороне остался щит ставить, А я в самый центр отправилась...


- Дура!, заметил Гордон, постепенно приходящий в себя, но первой части не воспринявший.


- Кто тут дурак ещё вопрос, кто за мной побежал, приятель твой разве? Дернули бы в любую другую сторону, он бы вас и не заметил. Как кому на хвост сядет, совершенно чутье теряет.


Гордон покраснел, память услужливо представила ему во всех деталях эту сцену. Вот, откуда то, слышны шлепающие звуки. Мимо на гигантской скорости проносится нечто нечто запыхавшееся, изрядно промокшее, но очень симпатичное и что-то кричит на бегу. Он срывается с места... в ту же сторону... даже Корнил замешкался на секунду, видимо осмысливая что-то явно куда более верное, но увидев что приятель уже покрыл метров десять бросился вслед. Учитывая что призрака на тот момент в поле зрения ещё не наблюдалось, драпать можно было куда угодно.


Правильно восприняв изменение цвета лица рыцаря, девушка фыркнула.


- Я и говорю - только за бабами бегать и умеете. Пошли уж, тут неподалеку должен быть ручей.


Спустя полчаса чистый, но адски уставший Корнил отправил друга "С пользой провести время с красивой девушкой" , то есть за дровами, а сам устроился восстанавливать магический резерв. На тренировках в школе магии ему приходилось расходовать и больше сил, но никогда так долго и непрерывно. Подумав немного, он остановился на энергии земли. Способ был не самым простым и приятным, но если не пробовать время от времени что то новое, хорошим магом всё равно не стать. Капля крови, будто живое существо ушла вниз, немного взрыхлив землю за собой. Спустя несколько минут на том месте куда она упала вырос небольшой, напоминающий бутон тюльпана цветок зеленого цвета. Земля приняла подношение и ответила на дар.

Маг расслабился, до сих пор он не был уверен в своей способности договориться с этой стихией, но цветок силы был тому наглядным доказательством. Теперь эта земля всегда будет помнить его и позовет в случае необходимости. И он придёт - сила не даётся бесплатно.


- А когда нас догонит твой спутник? ,- Гордон не был бабником, но перспектива присоединения к их компании дополнительного существа мужского пола, в отличие от их новой спутницы не вызывала в нем энтузиазма. К корнилу он привык, а характер неизвестного мага мог ощутимо пошатнуть стабильность в отряде.


- Он нас не догонит, - просто ответила девушка, - если ты думаешь, что мы путешествуем вместе, то глубоко заблуждаешься. А что, боишься конкуренции? "Я девушку догонял мне за ней и ухаживать?",- поддела она.


Рыцарь скрипнул зубами, похоже его глупость ему будут припоминать ещё долго.


- Ты...


- Да ладно, не злись. Любой мог так ошибиться, тем более что кончилось всё хорошо. А бегаете вы знатно. Девушка прикрыла глаза вспоминая...


- В самом деле? Признаться, в сравнении с тем, с какой скоростью делала оттуда ноги ты сама, мы казались черепахами.


- Ну, любая девушка, если она красива, учится бегать от поклонников. И чем красивее, тем лучше приходится в этом преуспевать, - она кокетливо поправила волосы, - затем продолжила серьезным тоном, - а вообще, скорость движений при моем оружии слишком важна, чтобы ею пренебрегать.


- Оружии?, - Гордон осмотрел её с чисто профессиональным интересом, отметив крепкую фигуру и потертости на одежде, совершенно нехарактерные для мирного обывателя, но ничего колюще-режущего найти так и не сумел. Различные металлические штуковины, выглядывающие из кармашков её пояса и вдетые в петли на рукавах больше походили на орудия ремесла.


Улыбнувшись и отцепив от застежки на броне что-то, отдаленно напоминающее хлыст девушка молниеносно размахнулась и срубила ветку березы шагах в семи от него.


- Ого,- присвистнул рыцарь, - но ведь броня прочнее этой ветки, а шкура некоторых тварей и вовсе прочнее любой брони.


- Ну так и я, знаешь ли, не лыком шита, есть кое-что и против монстров.


__________________________


UPD: Пока не связано с предыдущим куском но находится очень недалеко от него. Корнил, Гордон и девушка, с которой они драпали от "блевотного призрака", заночевали в лесу под звездным небом. Корнил отправился в лес пополнять запасы, а Гордон беседует с Семеной у догорающего костра.


Гордон потянулся к костру, поворошить угли, медленно тускнеющие, лишая его и девушку последнего света. Луна ещё не показалась из-за горизонта и темнота вокруг казалась физически ощутимой, медленно, но верно, поглощающей всё, что пыталось оспорить её господство.


- Интересные хлысты, - заметил он усаживаясь рядом. Девушка задумчиво провела рукой по шероховатому плетению у себя на боку, словно вспоминая что-то.


- Единственные в своем роде,- сказала она. - Пару лет назад один ростовщик принял их за артефакты и предлагал неплохие деньги и охрану намекая что, она изобразила участливые нотки в голосе "О, но ведь девушке в дороге нужно на кого-то положиться."


- А они не...


- Нет конечно, самое обычное плетение, ну и немножко хитрости разумеется.


Гордон озадаченно покачал головой, - Мне тоже сначала показалось, что для артефактов они слишком просто выглядят, но посмотрев как ты ими орудуешь... поневоле начинаешь думать о волшебстве.


- Первое, что пришло мне в голову, - заметил Корнил, вступая в очереченный тусклыми отблесками круг света, служивший убежищем Гордону и Семене, - Но магической ауры в них нет, я проверил.


Устало опустившись поближе к костру, он повел рукой, заставляя угли светиться ярче и кинул на них немного странно мерцающего мха. Дым, пошедший от него не был неприятным, но и знакомым тоже.


- Отгоняет мелкую живность: комаров, любопытных жуков и ящериц. - ответил он на невысказанный вопрос во взгляде девушки.


Семена кивнула. Любопытство не порок, но даже не учитывая комаров в лесу водилось немало существ, способных, если на них наступить, или просто растрясти доставить путнику неприятности различного сорта. Смертельно ядовитых представителей животного мира в окрестностях не было, но и возиться с распухшей рукой или какой иной частью тела во время лесного перехода радости было мало. Про себя она взяла на заметку попросить мага показать ей где растет такая полезная вещь.


Тем временем Корнил занялся разбором остальной своей добычи - частью она состояла из незнакомых Гордону пахучих трав, частью из изломанных веток без листьев, живо напомнивших ему о болоте. Было ещё несколько комков мха, похожих, но не совсем таких же какие Корнил бросил на угли. За время, проведенное вместе он уже успел привыкнуть к ночным прогулкам мага, но то, что ночная флора кое-где разительно отличалась от дневной, всё ещё казалось ему диковатым.


- В них и не может быть никакого волшебства, уж мне то, как сработавшей их, виднее,- Семена довольно улыбнулась прочитав на лицах друзей ожидаемый вопрос,

- Отец всегда говорил, что из такого парадоксального брака как кузнец и швея просто не может вырасти ничего обычного.


- Расскажешь?, - заинтересованность в голосе рыцаря стала ответом на невысказанный вопрос девушки.


Семена подсела поближе, к разбирающему травы у костра Корнилу, чтобы он тоже мог слышать и, глядя куда-то, сквозь колышащийся от жара воздух, уносящий в темноту прогоревший до пепла мох, начала рассказ:


Как я уже сказала - родилась я в доме кузнеца. Отец мой, как и все люди его ремесла был зажиточным, уважаемым в селе человеком крепкого телосложения. Роста он был невысокого: как сам любил говорить - "Папаша мой, даром что был был ещё ниже, ко всему подходил с должным тщанием, даже делая меня позаботился чтобы не пришлось перестраивать кузню, оттого что сын начнет цепляться молотом за потолок" Определенно, сам он либо был менее предусмотрительным, либо не хотел, чтобы его потомок провел всю жизнь сиднем у горна - я получилась не в меру высокой и непоседливой. Правда на удивление способной к кузнечному делу, - она хихикнула, - так что крышу всё же пришлось переделать.


Как так вышло, что гордому молодому кузнецу, увиливавшему от всех попыток деревенских краль поймать себя в сети, полюбилась невзрачная девушка, мельком увиденная им за плетением, он и сам никогда не мог объяснить, только загадочно улыбался. Таскавшиеся за ним разряженым хвостом богатые дуры тут же окрестили маму ведьмой, но, уж поверьте, я хорошо знала свою мать,и ведовских секретов у неё за душой не было ни на грош.


Дед выбора отца не одобрил, также не видя в маме ничего особенного, но у кузнецов на селе всегда был особый статус. Чопорным аристократам приходилось идти на браки по рассчёту переступая сначала через свои чувства а потом и через чуства своих детей, чтобы сохранить знатность, а кузнец всегда уважаем, часто побольше иных дворян. И дети его, коли идут по стопам отца наследуют, нет, не титул, но уважение, что гораздо важнее. Посему дед только попенял на судьбу злодейку, не вразумившую сына, но препятствий не чинил., а спустя восемь месяцев появилась я. Как потом выяснилось, - Семена грустно вздохнула, - очень вовремя.


Помогать отцу я начала даже раньше чем матери. Во всяком случае шитье и вязание у меня не ладились очень долго, а принести воды из колодца много умения не требовалось. Поняв, что приспособить меня к хозяйству не удается, мама спустя рукава смотрела на то, что всё свободное время я проводила у отца или неподалеку, среди раскаленного железа и опасных, но оттого не менее притягательных вещей, хранившихся в кузне на каждом шагу. Отец сначала боялся, что я со своей любознательностью полезу в топку или ему под молот и гонял как мог, но так и не сумев ни разу толком поймать и выдворить смеющююся веселой игре меня понял что и под руку мне так попасть не судьба. В результате в ковке я начала разбираться даже раньше чем толком говорить и, хотя сама что-то ковать начала лет в десять, уже в семь - вовсю шокировала покупателей подбирая им оружие по росту и телосложению вместо отца. Те, порой, бросали пораженные взгляды на него, ехидно посмеивающегося в бороду, и твердили, что ещё вернутся за новым, но почему-то выбранное мной так никто назад и не принёс, - она задержалась на секунду, - почти..


В то же время, довольно быстро стало понятно, что мне самой мечом или пикой не махать. Я не видела разницы между руками, постоянно меняла ведущую, поражая всех редкой ловкостью, но случая, чтобы, во время тренировки, меч задержался у меня дольше чем на пять минут не было. Всё время старалясь дотянуться им дальше чем требовалось, я совершенно по детски обижалась на меч, когда ему это не удавалось и выпускала, как бы говоря - "Не сумел, ну и убирайся прочь!" После того, как я серьезно расшибла таким образом лоб сыну деревенского старосты всё же не убоявшемуся моей дурной славы и решившему потягаться с "дочкой кузнеца", мне и вовсе было запрещено драться. А тот олух ещё и долго прохода не давал, свято уверенный что палку я выпустила нарочно.


- А как же вышло, что ты сейчас дерешься получше иного воина и ввязываешься в сомнительные авантюры с участием нечисти?, - вопрос Гордона был отнюдь не праздным - кузнецам испокон веков никто был не указ, но традиционно - они вели оседлый образ жизни и если уж обосновывались в селе, то врастали своей кузницей в землю так, как не всякий гном привязан к своей горе. Встретить наследницу такого дома на Дороге было событием действительно редким.


- Ну я же сказала, что появилась вовремя, - она грустно вздохнула, - отец едва успел объявить меня взрослой на мой пятнадцатый день рождения. Через две недели его убил какой то заезжий колдун. Как он сам потом рассказывал перед смертью, мечом отца зарубили его брата, промышлявшего в горах всякими непотребствами. По-моему - поделом, но чем-то это того колдуна так задело, что он не поленился отыcкать не только всех, кто непосредственно ловил его разбойного родственика, но и мастера, сработавшего меч которым того зарубили. А уходя, бросил в дом заклятием быстрой смерти... там была моя мать.


Cлезы едва заметно, но выступили на глазах девушки, показывая, что она так и не сумела с тех пор окончательно оправиться от утраты. Рыцарь поднялся чтобы её успокоить, но она только махнула рукой.


- Спасибо, не надо, всё равно ничего не изменишь. Порой я думаю, что будь я тогда дома - могла бы сделать что-то чтобы их спасти, но скорее всего - погибла бы вместе с отцом. Отомстить мне, впрочем, удалось, - она горько усмехнулась, - только толку?


Как я уже упоминала - появилась я на свет очень вовремя. До официального совершеннолетия, объявляемого родителями или, если их нет, опекуном, ребенок не может сам распоряжаться своей жизнью, а уж наш деревеский глава не преминул бы воспользоваться возможностью привязать непоседливую меня к дому. Лишиться кузнеца для деревни - утрата, а если ещё и его наследник уйдет восвояси и вовсе - трагедия. Впрочем меня это тогда волновало мало.


- И как всё сложилось? Ведь с оружием у тебя были нелады, а жизнь на дороге без него едва ли возможна - Корнил многозначительно посмотрел на плеть, прикрепленную на боку у девушки.


- Так уж вышло, что единственное, действительно моё, оружие как раз нельзя было найти в кузнице у отца, - продолжила девушка, - И увидела я его как раз в тот день, когда его не стало.


Я шла по рядам, высматривая знакомую c детства вывеску дяди Нера. Отец предпочитал торговать свои оружием сам, но с дядей его связывала давняя дружба, и тому регулярно доставалась часть выкованного у нас дома. Впрочем, под обещание рассказывать где живет мастер. Сегодня меня послали узнать - не закончилось ли у него что из ассортимента. В Нерале проходила Большая Ярмарка, а оружие на ней расходилось даже быстрее чем украшения. В округе было спокойно отнюдь не потому, что нечисть была редка. Скорее наоборот - этого добра в наших краях всегда было с избытком, просто охотников за ней было ещё больше, и, несмотря на естественную убыль, в желающих продолжить сие благородное дело недостатка тоже не было.


Как обычно - поиск дядиной лавки был сопряжен с некоторой долей везения. Торговый совет, однажды справедливо рассудив, что чем больше покупатель будет искать нужное, тем больше купит по дороге, из года в год перемещал торговые места определенным образом, так что первые несколько часов каждый, приехавший на ярмарку за чем то конкретным, вынужден был приставать к прихожим с вопросами типа "- А вы не видели где в этом году расположили..." Может показаться что это мешало вести дела, но на самом деле больше было довольных покупателей чем наоборот. Когда не знаешь где расположена нужная тебе лавка, по пути наткнешься на двадцать ненужных, зато в двадцать первой, вдруг увидишь вещь, которой именно тебе не хватало. К тому же, такой способ вести дела позволял заключать пари типа "Спорим, я найду мастера Рилеха за два часа?" И два часа действительно были небольшим сроком. Большая Неральская Ярмарка занимала целую долину между двух холмов и съезжались к нам купцы не только из Акрана.


Как и спорщикам - мне всегда нравилось отыскивать нужное самостоятельно, а мальнький молот у меня на шее оберегал от самых беспринципных личностей готовых всучить, всеми правдами и неправдами, обычному покупателю какую-нибудь ерунду. Разумеется если таких ловили на горячем, то позавидовать им было сложно, но почему то считалось, что дело того стоит. Молодые девушки всегда были особенно любимы проходимцами, но, в моём случае, торжествующий взгляд обычно быстро опускающийся с красивого лица кое-куда пониже, на полпути натыкался на знак подмастерья и волшебным образом отправлялся блуждать подальше. Если на обман черезчур наивного дурачка, приехавшего поглазеть на изобилие, купцы смотрели сквозь пальцы, то своих обижать не давали никогда. И действовали обычно куда быстрее и неприятнее стражи.


Соответственно, мой поход по ярмарке сопровождался приветливыми взглядами знакомых с отцом торговцев и уважительно-удивленными тех, кто меня не знал. Как девушка-подмастерье я не была чем то выдающимся, но то, что на шее у меня свисал молот а не игла или веточка папоротника, вызывало удивление.


Отец не просил меня вернуться пораньше, поэтому поиски дяди шли весьма неспешно и с периодическими отвлечениями на покупки и праздное любопытство. Покажите мне девушку, которая откажется посмотреть на расшитое самоцветами платье или живой браслет эльфийской работы, растущий прямо на руке у владельца и я быстро докажу вам что она просто недавно побрилась.

Собственных денег у меня было немного, зато тратила я их с особенным удовольствием. Так, в моей котомке уже покоились несколько расшитых незнакомым стежком платков, а волосы с леой стороны были заколоты изящной змейкой, красивого изумрудного оттенка. Игра света на её лакировке создавала впечатление, что та находится в движении и пройти ми такого чуда не купив я просто не могла. Последней покупкой стала пара метательных ножей. Не самая подходящая девушке вещь, но недавно мне пришло в голову, что раз уж оружие всё равно вылетает у меня из рук при каждом удобном случае, так пусть хоть делает это по назначению.


Каждые семьсот-восемьсот шагов,ряды прерывались площадкой для представлений. Выступающие на ней скоморохи, сказители, акробаты и другие желающие заработать немного денег на любви к зрелищам, несмотря на карманников, вовсю орудовавших в праздностоящей толпе, скорее оздоравливали атмосферу рынка не давая людям окончательно закопаться в покупках. На площадках шёл взаимовыгодный обмен - покупатели получали время отдохнуть и собраться с мыслями, артисты зарабатывали себе на жизнь и улучшали, следя за реакцией публики, свои номера, готовясь к будущим представлениям, карманники вели со стражей вялотекущую игру в кошки мышки, попутно не забывая о собственном обогащении и всё это создавало на рынке здоровую, только ему присущую атмосферу. Именно там я и увидела его.


Соревнования на мечах вообще говоря были запрещены, после нескольких не очень приятных случаев травматизма, и поэтому кроме редких шпагоглотателей встретить артиста выступающего с оружием было довольно сложно, но в этот раз мне повезло - услышав восхищенные возгласы исходящие из зрителей определенно воинского происхождения я поняла, что мне туда и я буду последней дурой если пропущу то, что способно восхитить даже бывалых воинов, которых по моим оцнкам, среди зрителей было немало. Видя на моём лице неподдельный интерес а на шее соответствующее украшение совершенно незнакомые ме дядьки увешанные оружие с головы до пят не стали заявлять что мне тут не место, наоброт - на удивление добродушно расступились пропуская меня вперед за что я имбыла очень благодарна. Хоть я и была уже выше отца на целую голову, но за этой толпой едва ли смогла бы что то увидеть.


А посмотреть было на что. Разбросав вокруг себя разнообразных глинянных предметов от кувшинов до ложек и фигурок высокий, темноволосый мужчина один за другим поднимал их в воздух с помощью странного оружия, похожего на обычные плетки. За то время, что очередная фигурка успевала опуститься он успевал поднять с земли ещё три-четыре орудуя своим оружием с непостижимой быстротой. Скорость всё увеливалась и скоро почти весь его инвентарь оказался в воздухе. Под конец он начал выхватывать предметы из воздуха парами и одновременно разбивать их друг об друга. При этом ни один из осколков не полетел в зрителей, что было уже совсем невероятно. Я с искренним восхищением как последняя деревеская дурочка пялилась на действо как на богатого жениха. Я даже не сразу поняла что представление закончилось и он, поклонившись, ушёл, уступив место музыканту с какой то заунывной чужестранной мелодией. Я так и стояла в восхищении не обращая ни на что внимания. В голове крутились сотни применений такому необычному оружию, как специально созданному для моих загребущих рук. Про себя я решила что завтра обязательно отпрошусь и разыщу его с просьбой показать мне это чудо поподробнее.


- Нет, это были не такие же хлысты что висят у меня, - заметила девушка в ответ на взгляд Гордона. - Они тоже были не без хитростей но мои здорово доработаны. Когда я разыскала Маля пару лет спустя он иса с трудом верил что они сначала задумывались как копия его собственных.


"Следующий день" так и не наступил. Убитая горем я проревела весь день и всю следующую неделю. Похороны для меня прошли как в тумане, а когда я поняла что плакать больше не могу наступило прозрение - отца уже не вернуть, но можно отомстить убийце. О том что он - могущественный маг я тогда не думала, как и о том как буду его искать. Решение просто пришло ко мне и так и осталось, ничем не проявляя себя внешне. К удивлению и скрытой радости селян я осталась в доме родителей ещё на три года, оттачивая мастерство, и дожидаясь, пока буду достаточно взрослой чтобы осуществить задуманное. Попутно вспоминала всё, чему меня учила мать и пыталась сделать себе хлысты по образцу тех что видела. Получалось плохо, пока я не поняла, что это оружие не для меня. С помощью советов знакомых отца я смогла соорудить себе довольно приличную пару, но руки мои, казалось, были ещё ловчее чем максимально возможная для обычного хлыста полезность. И тогда я начала экспериментрировать.


Семена передала рыцарю один из хлыстов, который тот бережно развернул. Корнил с интересом присоединился к изучению подбросив в костер просохших дров. Даже на первый взгляд оружие сильно отличалось от обычной плетки, которой погоняют лошадей наездники. Сразу бросалось в глаза, что длинная плеть не утоньшалась к кончику для нанесения рваных ран, не имела на конце груз, а завершалась странной формы креплением.


- Да, подтвердила она, это гораздо больше чем оружие. Если для того парня плеть была искусством, для меня она стала продложением рук.


- Когтистые у тебя, я смотрю руки, - заметил Гордон, уже другим взглядом осмотрев стальную мелочевку, торчавшую у девушки казалось из каждой складки одежды. Чего там только не было - и небольшие грузики и крючки с заточенным концом,и странной формы кинжалы, всё, если присмотреться, у основания имело крепление, без сомнения подходивше под замок на плети.


- Это ведь гораздо более грозное оружие чем кажется?, спросил Корнил,


- О да, хотя многие замечают это слишком поздно. Вы не представляете как полезно иметь оружие которое ни один уважающий себя воин не примет всерьез... по крайней мере до первого близкого с ним знакомства. Очень близкого, - злорадно усмехнувшись заметила она., - особенно, - она показала рукой на небольшой стальной шарик,- с этой насадкой. Если кому взбредает в голову шальная мыслишка что с одинокой девушкой без охраны можно приятно провести время с согласием или без оного самой девушки, то близкое знакомство лба такого дурака с чистым свинцом, надолго излечивает его от этих , несовместимых с сознанием мыслей.