# Доверяйте, людям?!.

Ирина Маркова

-Зачем тебе револьвер?

- Чтобы научиться доверять людям...

Пауло Коэльо. (Алхимик)

Была пятница...А впереди два долгих дня приятного безделья. Солнце расплавленным слитком, толчками опускалось на город. Жара бурно и взволнованно катилась по раскаленному асфальту, который под тяжелой поступью бегущей толпы кряхтел, охал, трепетал, как сердце, обдавая горячей пылью, мчал дальше, рокоча, "...проворрр - ней, проворрр-ней, не террряй - те вррре-мя даррр-ом: в дерррев - ню, на пррри - ррро- ду, к воде, и, улыбаясь, пора иттить - выходные молоттить".

Володя вымученно смотрел в монитор. До конца рабочего дня оставалась четверть часа. Офис жил спокойной размеренной жизнью: радио "Олимп" тихо и ненавязчиво предлагало закончить рабочий день вместе, коллеги медленной струйкой, обтекая насущные проблемы конца рабочего дня, готовились вздохнуть полной грудью - все, выходные! Все ждали: вдруг это произойдет немного раньше...

- Просто предел судьбы, вся жизнь через "вдруг", - думал Володя.

Думать никто не учит. Думы сами приходят к нам в голову - было бы понимание?!

Володя по жизни был мудрым человеком: он не замазывал противоречия жизни, его не надо было учить драться (драться умеют даже воробьи). Он знал наверняка, из книг, что утверждаться надо добрыми делами (не бойся, Володька, доброты...). Но из своих засушенных и обесцвеченных знаний он ничего не мог извлечь необходимого для жизни (карьера, деньги и женщины обходили его стороной): вместо того чтобы помогать ему - вставали стеной между ним и жизнью. Вот его коллега, Серега, жил беззаботно, проведя инвентаризацию моральных и духовных ценностей. Нет, все - таки мелочный он человек. Но, но бездарных ловкачей не бывает: ведущий специалист в отделе, квартира, машина, дача, бабки, жена - это у него. Может в этом есть свой резон? Прикинь, кто тут ближе к истине?

Его взгляд становился то суровым, то мягким...

- Коллеги, минуточку внимания, - громко крикнула Варрр - варра, словно ее ущипнули. - Завтра плановая поездка на природу, к воде!

Она ворвалась вихрем, ловко, играючи, взмахом, здорово щекотала, несла высоко - высоко...

Володька торжественно поднял брюзгливые глаза. Он слушал ее голос, который мягкими своими переливами рассказывал, вторил только ему о том, что скрывала от других; наблюдал за тем, как живут при этом ее глаза, изменчивый рот...

Володя встал. Стоял спокойно и крепко, чуть - чуть ссутулившись, волосы отражали солнечный свет - золотой и рыжий, в зеленых глазах ровная, янтарно - чистая округлость и стремительный взлет.

- Надеюсь, Вы, Володимир, в первых рядах? - Не Володя, не Вова, а возвышенно, Володимир...

Он прищурился и погрозил пальцем...

- Живете на день вперед. Без меня меня женили?

- Нет, пока еще сватаем, - переливчато засмеялась Варя.

- И приданое приготовили?

- В корень смотришь, - вмешался Серега, наигранно улыбаясь, - на перину положим, блинами будем кормить.

- Но это уже не приданое, а хомут. Осмелюсь отказаться.

Варя слушала его густой голос и думала о том, что красивая сила есть в том голосе, такая же сила, как и в выражении этого упрямого, простого лица...

За каждым словом - два пути: могла Варя найти скрытые тропинки к сердцу Володи...

На другой день солнце стояло уже в зените, когда они добрались до заветного озера. Упакованный по самые гланды Серега правил балом.

- Угощайтесь, угощайтесь, господа. Мамахен сварганила, - так Серега величал свою улыбчивую блондинку жену.

И Володька выложил свою дежурную закуску, скажем лимон, в виде луковицы и горбушку "бородинского".

- Для смазки контактов, - не успокаивался Серега.

- Мне так нравится, прошу повторить, - кричал кто - то...

Солнце играло на зеленом донышке бутылки, сверкало лучом на остром крае стаканов. Хорошо пекло солнышко, назойливо гудели большие зеленые мухи. Они садились на обнаженное тело Володи, на руки с наростом мускул - кусали больно.

- Как жрут - то, оводы, - подумал Володька.

- Вовка, ну последний, прожертвую, - не унимался Серега.

Голос был страшно далекий... Варя "делала стойку" на мух, отгоняя их от Володи...

- Правильно, упражняйся, - смеялся Серега, - шла бы ты за него замуж Варвара, ей Богу, одним сливочным маслом будет кормить...

- Я не упражняюсь, я охочусь, чтобы не зарыть в землю таланты, - голос напевный, движения мягкие, теплое женское дыхание...

- Проснись. Встань. Посмотрите, какой увалень лежит. Не расписывайся в своем бессилии, не мешай весело отдыхать, иначе тебе скучать придется, - вещал Серега.

- Привязался, что репей, - пришла в голову мысль...

Взгляните на трубчатые, темные, рыхлые, крупные шаровидные корзинки с пурпурно - красным венчиком. Репей по виду - величайший добряк. А я могу вас уверить в обратном. Попробуйте заглянуть в него хорошенько - весь сам раскроется и выглянет из него то, что казалось в нем совсем задавили: колючие головки, цепляющиеся многочисленными загнутыми в виде крючочка "лапами" за людей, животных - репьяк, чертополох, волчец... А вы попробуйте выдернуть его. Я попробовала - больше не буду: корень толстый стержневой, веретеновидный, длиной до 60 см. Мусорное растение, но без Человека - не может... И, вообще, шельма порядочная...

Рассказываю, а по глазам вижу - не верите?!.

Володьке спалось тревожно, вероятно потому, что после городской суеты тишина озера обострила слух. Посмотри на воду, прислушайся: для тебя, холостяк, журчит, звенит самая бойкая хохотушка... Звенит пугливо и призывно - боязно за нее... Звенят, катаются по водной глади, как серебряные монетки, солнечные блики, но попав в сети многолюдия - вянут до цветения.

Сквозь дремоту до Володьки доходили какие - то слова, фразы, смысл которых сводился к тому, что люди без конца конфликтуют - подозревают один другого в стяжательстве, подлости, предательстве, ловкачестве, будто вся действительность, вся красота жизни соткана из непримиримости... Он не отвергал различия между добром и злом, не собирался замазывать противоречия...

- Не трогайте, не трогайте его - пусть спит, - торопливо говорила Варвара.

А он молчал, хотя уже сон, как рукой сняло, слова не приходили на ум. Чувствовал ненужность слов...

Человек про Человека думает всегда с обидной холодностью, и только с целью что - либо получить?

Он не понимал, да и не старался понять, что она говорит - его горячая рука обняла ее... Она - замолчала... Так тушат свет, когда наступает утро... Короткая тишина наступила хрипло и горячо... Их сердца заходились в страстной задышке...

- Брависсимо! Да я вижу, у вас тут все сладилось? - Хохотнул Серега.

Варя задержала из глубины рвущийся не то плач, не то крик... Ей стало нестерпимо плохо: глаза ее заблестели неожиданными, притаившимися крупными розовыми слезами... Она еще раз пережила все, что произошло между ними, и от жаркого стыда за себя хотелось кусать пальцы.

Он с недоумением смотрел на Серегу. Ему еще долго будет помниться его циничная улыбка.

- Не тушуйся и не плети лапти, - деловито оборвал он Володьку, - тут все грамотные. Реально смотришь на жизнь и правильно понимаешь человека - тонкая сварка. Да, брат, всех объегорил, не срослось, а была надежда... Ну не будем рубить узы большой дружбы, правда, Варенька? Ведь и для нас счастье может быть возможно?..

Она вдруг с испугом и ужасом увидела, как потемнело любимое лицо Володи. Точно свет, ярко освещавший его изнутри - погас, и стало оно жестким, резче выступил твердый рот...

Серега с недоумением смотрел на него, ему было уже скучно...

Удивительно, до чего похожи жизненные сценарии, будто пишутся под диктовку одного творческого Бога: записывается одновременно одно и то же, одно и то же...

Учитесь доверять, людям...

-А зачем тебе револьвер?

- Чтобы научиться доверять людям...