Согласно нашим легендам, мир был создан из ослепительной звезды. Всему приходит конец, давая начало чему-то новому. Сгорев в пламени, она стала пустыней, наполненной ветром, гоняющим песчаные бури. Мы были первыми, кто появился в этом мире. Наша кожа еще помнит Мрак ночи, а глаза слепую ярость ветра.
Сила первой стихии, жестокая и беспощадная, изначально свободная. Ее очень трудно собрать, заставить покориться. Слишком много времени проходит, пока руки плетут невидимые узоры, собирая непослушные порывы ветра, заставляя их кружиться в безумном хороводе. Доли секунд, которые решают все.
Мрачный обелиск перед входом в катакомбы, напоминающий живым о чем-то важном, забытым в веках. Строители постарались, чтобы при взгляде на него возникала дрожь, чтобы всем телом чувствовалась опасность. Здесь нельзя охотиться, потому что глаза его обитателей так же черны, а в душе застыл холод подземелий. В каменных коробках, спятанных под толщей земли, слишком тяжело найти ветер.
Другое дело на открытом месте. Здесь свобода, здесь Ветер. Забавляясь с драконами, швыряя на землю и на камни, вызывая ураган, слыша предсмертную агонию живых, наполняя мир смехом. Снова и снова, бесконечным хороводом.
И за этим бешеным танцем не замечаешь, как начинают дрожать кончики пальцев, перед глазами бегут круги, а в душе пустота. Кажется, что не то, что больше нет сил ни на одно заклинание, а даже чтобы убежать. А кольцо монстров все сужается. Дрожащими пальцами отстегиваешь клнинок от пояса и делаешь глубокий надрез на груди. На своей груди. Обжигающая боль отразвляет, заставляю тело встрепетнуться в порыве злости, глаза наливаются кровью, и тело рвется в бой. И опять безумный хоровод теней...
А потом, отдыхая под деревом, зарываешь лицо в белую шерстку котенка, который на протяжении всего боя тебя лечил. С кончиков пальцев на его мордочку срывается легкий ветерок, заставляющий его хмуриться и смешно чихать.