# Русские военнопленные в Болгарии в годы Первой мировой войны

Г Пеев

Продолжаю тему военнопленных в годы Первой мировой войны статьей болгарского историка Георгия Пеева (Болгарский новый университет) "Русские военнопленные в Болгарии в период 1915-1918 гг.", опубликованной в сборнике научных работ "Первая мировая война и исторические судьбы народов России", Уфа, Академия ВЭГУ, 2014. Стилистика автора в основном сохранена (он пишет на русском языке), там, где уместно, добавил комментарии и пояснения.

... и после нее.

Продолжаю тему военнопленных в годы Первой мировой войны статьей болгарского историка Георгия Пеева (Болгарский новый университет) "Русские военнопленные в Болгарии в период 1915-1918 гг.", опубликованной в сборнике научных работ "Первая мировая война и исторические судьбы народов России", Уфа, Академия ВЭГУ, 2014.

Стилистика автора в основном сохранена (он пишет на русском языке), там, где уместно, добавил комментарии и пояснения.

Нижние чины Российской уже не императорской армии, попавшие в плен к бравым "гансам" и достаточно обносившимся болгарским пехотинцам (справа, в фуражках, почти неотличимых от русских) во время сражения на р.Серет, Румынский фронт, 1917 г.


Георги Пеев.

(НБУ-София, Болгария)

Русские военнопленные в Болгарии в период 1915-1918 г.г.


Превратности истории несколько раз разделяют Болгарию и Россию по разным враждующим лагерям. Но Первая мировая война - единственный случай в новой истории, когда реально обе армии воюют друг против друга.

После Нейского договора, который был подписан Болгарией 27 ноября 1919 года с государствами-победителями в Первой мировой войне, страна закончила очень трудный 10-летний период, в течение которого произошли три вооруженных конфликта - это две Балканские войны 1912-1913 годов и Первая мировая война. Мирный договор, подписанный в Бухаресте в августе 1913 года, положил конец Междусоюзнической войне (Второй балканской войне), которая воспринималась нацией как катастрофа, уничтожившая идеал "национального объединения болгар". Общественность страны воспринимает соседние балканские государства - Грецию, Румынию и особенно Сербию - как врагов, которые заставили принять несправедливый для страны мир. Вот почему основной целью политики страны в период 1913 - 1915 годов станет пересмотр Бухарестского мирного договора с целью взять реванш перед соседями.

Начало Первой мировой войны дает надежду Болгарии, что она сможет реализовать эту национальную мечту. Но пятнадцать месяцев после начала вооруженного конфликта государство все еще продолжает занимать нейтралитет. В конце концов после рассмотрения предложений обеих воюющих сторон, решающим фактором становится обещание, данное странами, принадлежавшим к Центральным силам, о том, что Болгария получит потерянные во время Второй балканской войны территории, и главным образом, Македонию. Последние колебания в отношении ввязываться ли стране в военный конфликт отпадают летом 1915 года, когда англо-французская экспедиция на Дарданеллы терпит провал, а Русская армия несет большие потери на Западном фронте.

24 августа (06 сентября) 1915 года (1) Болгария подписывает споразумение (болг.: договор) с Центральными силами, которые гарантируют ей часть Македонии, присоединенной в 1913 году к Сербии. 11 сентября была объявлена мобилизация. Россия, Франция и Великобритания ставят ультиматум, который был игнорирован, и 22 сентября эти государства прекращают дипломатические отношения с Болгарией. Интересы Франции и России в Болгарии и болгарские интересы во Франции будут защищаться Голландией, а британские интересы - США, так как оба эти государства в данный момент являются нейтральными.


1 октября 1915 года Болгария объявляет войну Сербии. В последующие 4 дня все союзники Антанты объявляют в свою очередь войну Болгарии. Россия это делает 5/18 октября в манифесте Николая II.

Уже с прекращением дипломатических отношений и еще до официального объявления войны между Россией и Болгарией начинаются враждебные действия. Болгарский пароход "Добруджа", находящийся в русском Черноморском порту, задержан, а болгары делают попытку взять в плен 3 русских буксира, перевозящих грузы по Дунаю в Сербию. Два корабля еще до обстрела успевают переправиться в румынские воды, но "Белгород" и 5 барж попадают в плен. Экипаж из 4-х офицеров, 3-х матросов и 21-го вольнонаемного становятся фактически первыми русскими, взятыми в плен болгарами. Все они сосланы в лагерь для военнопленных в Тырново (2).

Болгарский грузовой корабль "Добруджа", первый "пленный" злополучных русско-болгарских боевых действий в Первой мировой войне. Фото более позднее, построенное в 1912 г., судно прослужило 56 лет!


Пытаясь спасти своего союзника Сербию, Франция и Великобритания еще 22 сентября начинают переброску войск из Дарданелл в Солун (Салоники), нарушая греческий нейтралитет. Французские войска отправляются на север, неудачно пытаясь спасти от разгрома сербскую армию, но тем самым открывают "Македонский (Солунский) фронт". Бои на этом фронте продолжаются с различной интенсивностью до лета 1916 года, когда в сражение вступают русские войска.

В первых планах военных действий русского командования против Болгарии стоит переброска десанта на Черноморское побережье. Идея подобных действий коренится в убеждении, что болгарские солдаты не будут стрелять в русских и поднимут бунт. Но планы организовать десант с целью захвата портов Варна и Бургас оказываются невыполнимыми из-за отказа Румынии пропустить русские войска через Добруджу и

из-за недостатка транспортных кораблей, которые смогли бы перебросить один экспедиционный корпус. Боевые действия русских военных сил против Болгарии начинаются 14 октября. Два русских гидроплана сбрасывают бомбы на Варну, а чуть позднее город был обстрелян 24-мя русскими военными кораблями. Разрушено 54 дома, есть жертвы и среди гражданского населения. Атака санкционирована лично императором Николаем II. Болгарская береговая артиллерия остается в бездействии и не отвечает на огонь. Русские корабли отходят после нападения на них двух немецких подводных лодок, охранявших город (скорее, после их появления - М.К.). Это единственные военные столкновения двух государств в 1915 году (3).

Военные действия осенью 1915 года приводят к взятию военнопленных (в основном из разгромленной сербской армии) - проблеме, к которой Болгария пыталась подготовиться еще до ее участия в войне. Бюро по делам военнопленных в Българии - институция, подобная существующим во всех странах, участвующих в войне - начинает свою работу сразу же после объявления мобилизации (4). 26 сентября Военное министерство посылает в Бюрото "Правила содержания военнопленных", в которых определены самые общие указания содержания военнопленных. Они базируются на основе текстов, принятых Гаагскими конвенциями 1899 и 1907 годов, (как и большинство балканских стран, Болгария ратифицировала только первую) (5). Немного позже принимается и инструкция, в которой указано, как выполнять эти правила. Оба документа предоставляют большую свободу командирам различных лагерей, в которых содержатся пленные. По данным Бюро военнопленных, в конце 1915 года в лагерях содержалось 20 064 человека (6).

Сербские военнопленные под конвоем болгарских ополченцев (резервистов 2-й очереди).

Фотография с ресурса Изгубената България: http://www.lostbulgaria.com/.


Еще в начале войны легация (миссия) Голландии начинает активную деятельность, передавая болгарскому правительство ряд предложений относительно содержания военнопленных. Документы обеих стран показывают особое внимание, которое на протяжении всей войны оказывает данная легация этой проблеме, особенно в отношении французских пленных, в то время как американская легация занимается только английскими военнопленными. Внимание к русским военнопленным остается инциндентным (случайным) и не может сравниться с вниманием, проявленным к французам. Первые лагеря для военнопленных открыты в Софии, Стара Загоре и Велико Тырново. Несколько месяцев спустя они организованы и в Орхание, Сливене, Казанлыке, Пловдиве. Вместе с военнопленными туда были интернированы и гражданские лица, в том числе и русские. Гражданские интерниранные лица находились в 13 населенных пунктах. В своих документах Бюро по делам военнопленных подчеркивает, что в то время заключенные не были сгруппированы ни по национальности, ни по войсковым частям, и часто гражданские лица и военные содержались вместе, и по этой причине было трудно вести точную статистику.

В начале 1916 г. появляется и вторая группа русских военнопленных, взятых в плен болгарами. 25 февраля во время разведки 2 русских эскадренных миноносца "Лейтенант Пущин" и "Живой" оказываются на минном поле в Варненском заливе. Первый тонет, натолкнувшись на мину, в результате взрыва погибают 80 человек, а спасшиеся 4 офицера и 11 матросов оказываются в плену вместе с сохраненным ими Андреевским флагом (7).

Речь идет о флаге шлюпки, на которой спаслись выжившие русские моряки, а не о флаге корабля. Вот этот шлюпочный флаг в коллекции Военно-морского музея в Варне.

Эскадренный миноносец "Лейтенант Пущин", погибший на болгарских минах.


Список военнопленных передан голландской легации с уточнением, что они находятся в лагере в Велико Тырново.

В начале 1916 года около 50 000 русских военных, взятых в плен немецкими войсками в Польше и Галиции, были отправлены на работы в Сербию. Но часть из них была переброшена в Болгарию. Голландская легация получила список из 227 человек, размещенных в лагере в Софии. В тоже время болгарская сторона отрицает информацию о том, что они содержались в плохих условиях и были подвержены наказаниям и издевательствам (Кстати, плохое отношение к русским пленным из этой группы не исключено, т.к. они находились в ведении германских и австро-венгерских военных строителей, а не болгарских властей - М.К.).

Во второй половине 1916 года начинаются прямые сражения между сухопутными войсками Болгарии и России. В результате договоренности 1915 года, подписанной официально 26 апреля 1916 года в качестве договора об участии русских войск на Западном фронте, две из четырех бригад (Русского экспедиционного корпуса во Франции и Греции) были отправлены в Солун (Салоники, Греция). Вторая специальная пехотная бригада была сформирована в июне в Москве под командованием генерала Михаила Дитерихса, в ее состав входили 224 офицера и 9 338 человек нижних чинов. Из Архангельска через Брест и Марсель она была переброшена в Солун в середине августа. 10 сентября бригада начинает военные действия против болгарских войск. В конце октября в Солун прибывает и Четвертая специальная бригада из 180 офицеров и 9 368 человек нижних чинов под командованием генерала-майора М.Н. Леонтьева. В сражениях, продолжившихся до 1917 г., потери были серьезными - было убито 65 офицеров и 4 149 унтер-офицеров и рядовых, а несколько сот было взято в плен (8). Еще большее количество пленных было взято во время сражений в Румынии.

27 августа 1916 г. Румыния объявляет войну Австро-Венгрии, что приводит 1 сентября и к войне с Болгарией. Россия вынуждена перебросить на румынский фронт 35 пехотных и 13 кавалерийских дивизий. Против Третьей болгарской армии бьются 61-ая пехотная дивизия генерала Симанского, 115-ая пехотная дивизия генерала Фреймана и 3-я конная дивизия генерала Леонтовича. В октябре в сражение вступает и 3-я Сибирская дивизия. К этим войскам, из которых был составлен 47 самостоятельный корпус (т.е. 47-й армейский корпус), была прикомандирована и Первая добровольческая сербская дивизия, составленная из плененных русскими войсками южных славян, мобилизованных в Австро-венгерскую армию, и, главным образом, сербов. Русское командование вновь рассчитывает на то, что болгары не будут стрелять в русских, о чем говорит и первая неожиданность, когда казацкие разведывательные разъезды внезапно были взяты в плен в момент, когда они, по их словам, не ожидали нападения со стороны болгар (9).

Взятые в плен Болгарской армией в Румынии русские солдаты и их почти неотличимые по внешнему виду болгарские конвоиры - болгарская униформа традиционно испытывала сильное русское влияние.


Впрочем, в самом начале сомнения о том, будет ли болгарский солдат воевать против русских, испытывали как правительство, так и командиры, посланные в Румынию. Действительно, болгары сражались против русских солдат, но некоторые авторы и сведения из архивов утверждают, что русских военных часто отпускали на свободу сразу же после того, как брали в плен.

В конце 1916 года две трети Румынии были оккупированы Центральными силами, а русские войска вытеснены из Добруджи. В болгарский плен вместе с 20 000 румынами попадают и несколько тысяч русских. Газета "Ден" публикует справку о том, что в период до 1 февраля 1917 года на территории Болгарии в числе военнопленных находилось 120 офицеров и 5 439 человек низших военных чинов, всего - 5 559 русских.


Болгарские кавалеристы конвоируют русских военнопленных.

(Самый массовый одномоментный захват болгарами русских военнопленных произошел 23 октября 1916 г. при населенном пункте Кара-Мурад, когда части 1-й болгарской Конной дивизии (Първата конна дивизия) генерала Иваа Колева "подловили" на отступлении пешим порядком из Констанцы русскую 265-ю Оренбургскую пешую дружину Государственного ополчения. Болгарская кавалерия атаковала в конном строю и полностью разгромила Оренбургскую дружину, укомплектованную преимущественно резервистами старших возрастов, а заодно и несколько румынских подразделений. В рапорте ген. Колева по итогам боевого дня значится: "Всего захваченных 1-й Конной дивизией в плен... нижних чинов - 1 300 чел., из которых 520 русских, кроме того взяты в плен командир бригады 9-й дивизии (румынской) полковник Фримо (француз), один русский подполковник и 12 чел. офицеров". - М.К.)


Болгарские кавалеристы 1-й Конной дивизии на Румынском фронте и их командир ген. И.Колев, награжденный немецким командованием "железным крестом" I и II класса - по сути, за то что громил своих братьев.


(Наиболее досадный момент в поражении 265-й дружины Государственного ополчения при Кара-Мураде - потеря боевого знамени, одного из немногих русских замен, взятых неприятелем с боя в годы Первой мировой. Вот как описывается этот момент в книге Т.Н.Шевякова "Замена и штандарты Российской императорской армии XIX - нач. XX века": "В 1916 г. во время боя при селе Кара-Мурад, севернее Констанцы, знамя потеряла 265-я Оренбургская дружина Государственного ополчения. Во время атаки болгарского 2-го Конного полка был тяжело ранен командир дружины (подполковник Виктор Францевич Сенько-Поповский, он выжил и находился в болгарском плену до 1917 г., далее судьба неизвестна - М.К.), два офицера изрублены и убит знаменщик. Позже на этот боевой эпизод художником Кожухаровым была написана картина". - М.К.).


Захваченное болгарскими кавалеристами знамя русской 265-й дружины Государственного ополчения.

Интересный факт: привыкнув к роскошным заменам регулярных русских полков, болгары поначалу приняли его за тактический флаг для опознания части на расстоянии, и официально записали "взятое знамя" в трофеи только много позднее.


Худ. Н. Кожухаров. "Бой при Кара-Мураде 23.10.1916.".

Уважая чувства русских зрителей, художник не изобразил момента захвата знамени.


И хотя после этой даты сражения между русскими и болгарами продолжались, в результате начавшейся Февральской революции их интенсивность понизилась, что не отвечает данным, опубликованным в 1931 году двумя немецкими авторами (Hand Weiland and Leopold Kern), утверждающими, что русских военнопленных было 17 632 человека, в числе которых были и 12 интернированных гражданских лиц. По всей вероятности, в это число входят все плененные за весь период румынской кампании русские, но большая их часть была переброшена в Германию (10).

В 1917 году в результате кризиса и начавшегося разложения, охватившего Русскую армию, в сражениях и на двух фронтах против Болгарии русские войска участвуют все реже.

Резкое увеличение (числа) пленных в конце 1916 года ставит перед Болгарией серьезные проблемы. Бюро по делам военнопленных продолжает испытывать большие затрудения. Тем более, что его служителями являются в основном профессора или доценты Софийского университета, выбранные по причине знаний ими иностранных языков и чужой культуры, но не имеющие никакого опыта в этой деятельности. За русскую секцию отвечал оперный певец Иван Вульпе.

Иван Вульпе (или Вулпе, в сценическом национальном болгарском костюме). Известный оперный певец (бас) и педагог, представитель интересов русских военнопленных в болгарском Бюро по делам военнопленных.

В 1900-е гг. пел в Московском оперном театре Зимина, в Иркутском оперном театре, преподавал и много гастролировал в Российской империи. Будучи большим другом России, много сделал для облегчения положения пленных солдат и офицеров Русской армии в болгарских лагерях, в частности, потратил на помощь им значительную часть собственных сбережений.


Еще 11 февраля 1916 года в докладе (Бюро по делам военнопленных) были внесены ряд предложений, которые открывают нам все проблемы, стоявшие тогда перед данной институцией. На первом месте стоит факт, что служители Бюро одновременно работают на двух местах, и основная их деятельность не позволяет им сосредоточиться единственно на обязанностях, связанных с военнопленными, так как большая их часть утром, например, преподает в Университете. Другая трудность работы Бюро связана с тем, что военнопленные не были сконцентрированы только в нескольких местах, а были разбросаны по многочисленным городам и селам.

Количество лагерей увеличилось до 21, и поддержание дисциплины в них становится проблемой. В начале войны главнокомандующий болгарской армии генерал Н.Жеков издал приказ, в котором говорится, что "Когда нижние чины будут замечены в преступных действиях, имеющих плохой и заразительный пример, и когда налицо будет умысел, они могут понести телесное наказание 25 ударами палкой, но без раздевания и без крови" (11). Наказания выполнялись вплоть до конца войны, но осуществлялись только в отношении военнопленных низших чинов. Вероятно, это наказание было использовано и против военнопленных западных государств, особенно при попытке к бегству, но, судя по информации из болгарских архивов, оно в большей степени относились к сербам и редко к русским солдатам. Голландская легация посылает ноту, в которой настаивает на том, чтобы этот вид наказаний не применялся к тем военнопленным, или хотя бы к подданым тех государств, в которых подобное наказание не принято в их собственных армиях.

Пленные британские солдаты в одном из лагерей Болгарии.

На Салоникском фронте Болгарская армия набрала в плен до полутора тыс. британцев.


В ответ Военное министерство посылает длинное письмо, в котором объясняет, что обращение с военнопленными в Болгарии соответствует требованиям, принятыми Гаагской конвенцией, т.е. оно должно быть таким же, как и обращение с собственными военными. Так как в Болгарской армии существует подобное наказание, то оно будет прилагаться и к пленным, но только после решения Военно-полевого суда и если нет

(более тяжелого) состава преступления. В качестве примера был дан случай с шестью русскими военнопленными, нарушившими режим. Им была дана возможность самим выбрать себе наказание - 25 ударов по телу или 6 по рукам (12). Другим видом наказания была отправка проблемных заключенных на тяжелую физическую работу, например, в шахту города Перник, где работали 1 500 заключенных различных национальностей, или на сооружение железнодорожных путей до Радомира, и так далее. Создаются и специальные "наказательные" лагеря, куда отправляют провинившихся пленников - по сведениям Военного министерства, в подобный лагерь в Княжево, около Софии, было послано 30 русских - "беглецов и преступников" (13). Осужденные военнопленные отправлялись и в болгарские тюрьмы - конец войны там встретили 11 русских (14).

15 января 1917 года через голландскую легацию в Софии русским правительством было передано предложение всем воюющим с ней государствам осуществить обмен тяжелораненными и больными военнопленными, которые будут интернированы в Швецию и Норвегию.

Военно-санитарная часть Генерального штаба (Болгарской) армии не возражает и быстро подготавливает проект споразумения (болг.: договора), в котором подробно описываются различные виды больных и раненых, отвечающим данным условиям. Нет сведений о том, был ли осуществлен подобный обмен, но вероятно, последовавшие за Февральской революцией в России события помешали этому (15).

В начале 1917 года начинается интенсивная "дипломатическая война" между Францией и Болгарией. Через посольства нейтральных государств и через Красный крест Франция и Болгария обмениваются нотами, в которых обвиняют друг друга в негуманном отношении к военнопленным. Чтобы положить конец этим обвинениям, болгарский военный министр приглашает официальную делегацию Красного креста посетить лагеря. Впервые болгарская сторона разрешает официальным иностранным представителям посетить и другие лагеря, а не только находящийся в Пловдиве образцовый лагерь, который был создан в какой-то степени с пропагандистской целью. Трехчленная делегация посещает лагеря в Софии, Хасково, Орхание, Горно Паничарево, после чего 18 мая ею был составлен официальный доклад. В нем обращается внимание на материальные условия содержания военнопленных, на возможность обмениваться корреспонденцией, получать помощь, на времяпровождение и на наказания. Было рекомендовано размещать военнопленных в более просторных помещениях, а не в таких, "в которых негде повернуться". В качестве примера был дан Хасковский лагерь, в бараках которого с размерами 30 х 9 метров размещались от 300 до 500 заключенных. Делегация также предлагает отделить интернированных гражданских лиц от военных.

Делегаты отмечают, что в Болгарской армии принято, чтобы болгарский солдат спал на земле или на обыкновенной подстилке, это же относится и к военнопленным (Тезис сомнительный, вероятно, имелось в виду положение полевых частей Болгарской армии на позициях, в болгарских казармах того времени существовали нормальные спальные места - М.К.). Но все же, где это возможно, нужно обеспечить людям деревянные нары, одеяла или самое малое - соломенную подстилку. В отношении еды делегация отмечает, что "по экономическим причинам порцион сводится до скупой порции хлеба в 800 грамм и одной или двух мисок супа в день... но качество хлеба - отличное". Впрочем, что касается питания военнопленных, все нейтральные наблюдатели и во время войны, и после нее, единодушны в одном, что в Болгарии, по сравнению с другими странами, оно образцовое (Еще одно очень сомнительное утверждение. В годы Первой мировой войны Болгария, по условиям союзного договора с Германией и Австро-Венгрией, была обязана оплачивать поставки вооружения и боевых материалов сельхозпродукцией, и в стране очень скоро началась серьезная нехватка продуктов питания. Вот как выглядел паек солдата (офицерский, кстати, с начала войны был аналогичным) действующей Болгарской армии, согласно рапорту уже упоминавшегося командующего армией ген. Николы Жекова: "Хлеб, норма которого увеличена по моему приказу до 900 гр. для бойцов, и до 700 гр. для военнослужащих в тылу - кукурузный с примесями. Мясо выдается дважды, а в некоторых частях и один раз в неделю. По-настоящему части живут только овощами, произведенными на разбитых ими самими огородах" (По С. Груев. Корона от тръни. София, 1991). Навряд ли военнопленные снабжались в Болгарии лучше, чем собственные войска. Но за хлебную пайку военнопленного, в общем соответствовавшую солдатской, болгарам однозначно плюс! В немецком и австрийском плену ничего подобного не было и в помине - М.К.).

Генерал Никола Жеков, командующий Болгарской армией в Первой мировой войне, и военный министр в тот же период генерал Калин Найденов. Командная ответственность за обращение с военнопленными лежала на них.


Делегаты с "большим удовлетворением" отмечают отличную организацию больниц в Софии и Пловдиве, где лечатся военнопленные.

В докладе высказывается предложение избегать коллективных наказаний за индивидуальное преступление, как и лишения еды как формы наказания. Телесные наказания, как и физическая работа для офицеров, должны быть запрещены. Доклад заканчивается пожеланием, чтобы английские, французские и итальянские военные были собраны в лагере в Пловдиве (16).

29 июня 1917 года военный министр (ген. Калин Найденов) посылает ответ на доклад делегации Красного креста. В письме есть 15 конкретных ответов на критические замечания, и обещание, что будут предприняты меры, чтобы выполнить все предложения международной делегации. Письмо заканчивается уверением, что болгарские власти буквально следуют духу Гаагской конвенции о военнопленных, и что "Военное министерство будет приятно удивлено, если и к нашим военнопленным, попавшим во вражеские лагеря, будет такое же отношение"(17).

После посещения делегации были приняты меры для улучшения условий для военнопленных. В некоторых лагерях им было разрешено заниматься спортом, иметь собственные библиотеки, организовывать театральные и музыкальные спектакли, ходить в церковь. Представители гражданских и религиозных объединений получили разрешение на постоянные посещения, а пленные теперь могли регулярно получать письма и посылки. Для офицеров организовывались экскурсии по местности, коменданты некоторых лагерей по воскресным дням давали им возможность свободно посещать ближайший город.

Началась регулярная раздача предметов первой необходимости и других видов помощи, причем русские военнопленные получали деньги, одежду, гигиенические принадлежности не только от голландского посольства, но и от болгарских благотворительных обществ. Это было необходимо, так как с конца 1917 года до заключения Брест-Литовского мирного договора русское государство не имело никакой возможности заниматься своими военнопленными, которые, в отличие от других, были оставлены на произвол судьбы, без помощи и защиты со стороны своего правительства (Вот что писал издававшийся в Москве в 1917 г. журнал "Русский Военнопленный" (Декабрь 1917 г. ╧ 7): "Протекший месяц не внес никаких изменений в текущей жизни Московских Организаций помощи военнопленным. Они по-прежнему лишены возможности оказывать какую либо материальную и денежную помощь военнопленным, и вся деятельность их ограничивается пересылкой писем и наведением справок. (...) А с другой стороны, учитывая то, что творят сегодняшние властители России в области внешней политики, мы не можем предположить, что может быть с Россией вообще и с делом помощи военнопленным? Все рассуждения и соображения по этому поводу не могут иметь цены, так как они строятся не на реальной почве.". - М.К.). Это положение было характерно для русских военнопленных не только в Болгарии, но и находящихся во всей Европе. Даже в союзной Франции начинается серьезная кампания по оказанию помощи пленным русским.

Французский плакат, призывающий к сбору помощи: "На вражеской земле русские пленные умирают от голода."


Проблемы с русскими военнопленными увеличиваются к концу 1917 и началу 1918 года. Слухи о революции и новой власти приводят к брожениям среди военнопленных. Офицеры теряют свой авторитет, и уже нельзя рассчитывать на их помощь и содействие при соблюдении дисциплины. В одном рапорте начальника военного инспектората от 1918 года говорится, что "русские военнопленные самые непослушные, ленивы до невозможности, они безобразные лгуны и симулянты". Приводится ужасающий пример того, как русские военнопленные с целью грабежа зарезали целую семью (Факты, т.е. дату, место преступления, имена жертв, автор статьи не приводит; упоминания этого эпизода в доступных болгарских источниках найти не удалось - М.К.). Одежду, которую они получают от различных комитетов, продают уже на следующий день. В конце доклада говорится, что у них нет никакого уважения к офицерам, и что даже с проверяющим они держались грубо, независимо от того, что это был генерал армии, которая взяла их в плен (18).

В начале переговоров о заключении мирного договора с Россией в конце 1917 и начале 1918 года вместе с экономическими и территориальными проблемами рассматривались и вопросы, связанные с военнопленными и интернированными лицами. Во время переговоров в Петрограде болгарский делегат Чапрашиков в своих шифровках постоянно информировал правительство о ходе переговоров в смешанной комиссии. Еще в самом их начале германский представитель высказал пожелание освободить всех пленных и интернированных лиц. Русские вышли с контрпредложением об обмене только гражданскими лицами моложе 15 и старше 50 лет, а также военнопленными-инвалидами, после чего переговоры были отложены, чтобы русская делегация смогла получить от Совета народных комиссаров уверения в том, признает ли Россия договоренности Гаагской и Стокгольмской конвенции (19). Это была тактика, принятая по предложению Ленина и ЦК большевиков, чтобы затянуть переговоры. Неделей позже делегация Центральных сил все же получает ответ, что в отношении военнопленных будут соблюдены только те правила, которые "не унижают человеческого достоинства" - а именно "обязательное отдание чести солдатами офицерам и отмена (?) институции "ординарец" ("денщик") (20). Болгарская сторона получает список военнопленных (не совсем понятно - русских или болгарских, общий или подлежащих обмену тяжелораненых - М.К.), состоящий из 23-х офицеров и 131 человека нижних чинов, из которых 17 уже умерли. В списке уточняется, что два болгарских офицера, взятых в плен русскими войсками на Солунском (Салоникском) фронте, были интернированы во Францию (21). Вероятно, это количество было занижено, тем более по сравнении с требованием Русского Красного креста, отправленного несколькими месяцами позднее, об освобождении 10 000 русских военнопленных, задержанных болгарами (22). (Средний уровень смертности в болгарском плену равнялся 12,5%, эти данные можно отнести и к русским военнопленным. Однако были и трагические исключения: согласно послевоенным данным военного министерства Румынии, из 21 187 военнопленных румынских солдат и офицеров в болгарских лагерях умерли 4 696 чел., т.е. 22% - М.К.).

Румынские военнопленные прибывают на вокзал в Софии, 1916 г. Более чем каждый пятый из них встретит смерть в болгарском плену...


Во время переговоров и делегация Центральных сил решает применить тактику затягивания переговоров, не давая конкретных ответов на вопросы и отказываясь принять предложение русских представителей инспектировать лагеря и места, где содержатся военнопленные по причине того, что они будут проводниками большевистской пропаганды в духе "экспорта пролетарской революции".

С ратифицированием мирного договора русские пленные должны быть освобождены и соответственно, выехать из страны. В штабе болгарской армии считают, что все лица из России и Украины (с 7(20) ноября 1917 г. в Киеве было провозглашено создание Украинской Народной республики, с апреля 1918 г. замененной германскими оккупационными войсками на Второй Гетманат П.П.Скоропадского, лучше всего известный отечественному читателю по знаменитому произведению Михаила Булгакова "Белая гвардия/Дни Турбиных" - М.К.) могут вернуться по своим родным местам, кроме, конечно, тех, которых задержала полиция в связи с некоторыми провинностями.

С августа начинается подготовка к репатриации русских и украинских (вот и поделили бывших воинов Российской императорской армии :( - М.К.) военнопленных, и в качестве идеи выдвигается проект их концентрации в депо в Софии и Варне. Но явно из-за неясных отношений, до конца Первой мировой войны было разрешено вернуться на родину только небольшой части военнопленных, а большая их часть осталась в лагерях Болгарии. Это вынуждает голландское посольство послать 12 сентября (1918 г.) ноту с требованием или освободить русских поданных, или создать им хорошие условия в местах заключения.

После жалобы, поступившей от украинских дипломатов о том, что в посольстве есть сведения об издевательствах над русскими и украинскими пленными в лагере Орхание, Министерство иностранных дел и исповеданий посылает в адрес Военного министерства просьбу об анкетировании, и в случае, если это окажется правдой, - о наказании виновных. Кроме того, чтобы освобожденные сохранили добрые чувства к Болгарии, предлагается предоставить им помощь и подарки. В результате проведенной Военным инспекторатом проверки, все обвинения были сняты. Начинается подготовка к репатриации украинских и русских военнопленных. Для этой цели 20 сентября из Киева в Софию выезжает делегация. В то же время из-за прорыва на Солунском (Салоникском) фронте Болгария просит о перемирии, и в конце сентября 1918 года выходит из Первой мировой войны в качестве страны, оккупированной силами Соглашения (Антанты). Все военнопленные из Франции, Италии, Греции и Сербии были освобождены (румынские пленные были освобождены после подписания Бухарестского мирного договора в мае 1918 года), но проблемы с русскими остаются, ими продолжают заниматься как оккупационные власти под командованием генерала Кретьена, так и новые болгарские правительства еще несколько лет, в течение которых обе стороны взаимно перебрасывают друг на друга решение этой проблемы. В декабре 1918 года около 6 000 русских были собраны в Варне в ожидании перевозки в Россию и Украину. Через два года еще несколько тысяч русских военнопленных продолжают оставаться в Болгарии - 15 июля 1920 года в Министерство иностранных дел приходит "Заявление от полномочных представителей бывших русских военнопленных", в котором утверждается, что 5 000 русских хотят уехать в Советскую Россию. Этот хаос продолжается до конца Гражданской войны (в России), причем, после каждого корабля, отправляемого в Россию, в зависимости от того, приходит ли он на территорию, занятую белогвардейцами или частями Красной армии, следует протест другой стороны с угрозами, что если это будет так продолжаться и дальше, возникнет реальная угроза для безопасности болгарских кораблей, на которых перевозят военнопленных. В конце концов русские военнопленные в Болгарии разделяются на три группы - одни хотят вернуться в Россию и участвовать (в боевых действиях) на стороне Красной армии, другие - на стороне белогвардейцев. Известная часть отказывается вернуться в Россию и желает остаться в Болгарии, и это их желание было удовлетворено. Чаще всего эти люди примыкали к группе так называемой "Белой эмиграции в Болгарии", которая была образована после Гражданской войны бывшими военными армий генералов Врангеля и Деникина, хотя формально они и не являлись "белогвардейцами". Эта эмиграция сравнительно легко интегрировалась в болгарское общество и внесла серьезный вклад в экономическую культурную и научную жизнь страны.


C н о с к и:

1. Даты даны по действующему в Болгарии календарю. Страна перешла на григорианский календарь в 1916 году, когда после 31 марта наступило 14 апреля.

2. Центральный Государственный Исторический Архив (ЦДИА) фонд (ф.) 176 к, опись (оп.) 3, архивная единица (а.е.) 1079.

3. Зафиров, Д. Александров, Е. ред. Историята на Българи: Военна история на бьлгари от древността до наши дни т. 5.; Павлов, Вл. Бьлгарски военноморски флот през Първата световна война, Военноисторически сборник, 1971 г., кн.2.

4. Централен военно-исторически архив - Велико Тырново (ЦВИА) - ф. 20 оп. 1. а.е. 4.

5. Димитрова Елисавета. "Военнопленическата служба в българските лагери през Първата световна война", Военно-исторический сборник, ╧3, 2004.

6. ЦВИА ф. 20, оп. 1 а.е. 4 л. 12.

7. Янко Гочев. Руската империя срещу Бьлгария, Т. 3 С. 2006, с.580.

8. Gérard Gorokhof, Andrei Korliakov Le Corps Expéditionnaire Russe en France et à Salonique 1916-1918. P. 2003; Jamie H. Cockfield, With Snow on Their Boots. The Tragic Odyssey of the Russian Expeditionary Force in France During World War I. NY 1999.

9. Зафиров, Д. Александров...; Янко Гочев...

10. Hand Weiland, Leopold Kern, eds. In Feindeshand: Die Gefangenschaft im Weltkriege in Einzeldarstellungen. Wien 1931; цитата по: Rumen Cholakov, Prisoners of War in Bulgaria during the First World War, Dissertation, Faculty of History, Cambridge University, April 2012.

11. ЦДИА - ф. 176-к, оп. 3 а.е. 843 л. 12-13.

12. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 1515 л.15-17.

13. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 1515 л. 11.

14. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 1486 л. 27.

15. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 598.

16. ЦВИА - Търново - ф. 20, оп. 1. А.е 35.

17. ЦВИА - Търново - ф. 20, оп. 1. А.е 35.

18. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 1486 л. 13-14.

19. ЦДИА ф. 176-к, оп.3, а.е. 1036 л. 1.

20. ЦДИА ф. 176-к, оп.3, а.е. 1036 л. 16.

21. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 1445.

22. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3 а.е. 1486 л. 27.

23. ЦДИА ф, 176-к оп. 3, а.е. 1080.

24. ЦДИА ф. 176-к, оп. 3. а.е. 1486.


Документ о положении бывших русских военнопленных в Болгарии в 1920 г.


Источник: http://docs.historyrussia.org/ru/nodes/159306-obraschenie-sobraniya-russkih-voennoplennyh-v-bolgarii-k-tovarischam-po-plenu-s-prizyvom-ne-sluzhit-v-armii-vrangelya-8-avgusta-1920-g#mode/inspect/page/1/zoom/4

Бывшие русские военнопленные в Варне, 1920 (?).


ОБРАЩЕНИЕ СОБРАНИЯ

РУССКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ В БОЛГАРИИ

К ТОВАРИЩАМ ПО ПЛЕНУ С ПРИЗЫВОМ

НЕ СЛУЖИТЬ В АРМИИ ВРАНГЕЛЯ.

8 августа 1920 г.


Товарищи!


Много мучительных лет прошло и проходит у нас в плену. Много невзгод

и несчастья обрушилось на нас. Но вот взошло солнце - солнце

Советской рабоче-крестьянской свободной России. Как будто бы уже

приблизился конец нашим мучениям на чужбине, как будто мы должны

были вскоре увидеть снова нашу дорогую и свободную Россию, Россию

трудового народа.


Но в действительности этого не произошло. Шайка русской буржуазии

и ее компания - черносотенные офицеры и интеллигенция задумали

подлое, преступное дело против рабочих и крестьян России. Эти верные

царизму собаки надумали отнять свободу у трудового народа и снова

водворить свой эксплуататорский режим, сопровождаемый насилием и

тиранией. Как один, однако, встали на защиту своих прав и свобод рабочие,

крестьяне и солдаты. Быстро была создана свободная Красная

Армия, которая начала победоносно разбивать полчища русской буржуазии.

Напрасно напрягали свои силы колчаковцы, деникинцы, юденичевцы,

красновцы, семеновцы и врангелевцы. Армия свободного народа -

Красная Армия разбила их одного за другим, и сейчас только небольшие

и жалкие остатки их блуждают где-то по Крымскому полуострову,

ожидая своей печальной участи, и еще сильнее забилось наше сердце...

Крепче сжались наши руки, ища оружие... Нет силы, которая

остановила бы наше желание скорее и еще раз скорее влиться в ряды

товарищей - борцов за наше святое право. Но нас окружала все та же

буржуазия, те же палачи народа, только под французской, английской,

немецкой и прочей фирмой.

Ясно и естественно, что когда последние поняли, что Красная Армия,

армия борцов за свободу, никогда не будет сломлена армией русской

буржуазии и белых генералов, армией наемных рабов, борющихся за

кусок хлеба и горсть звонких монет, западная буржуазия решила помочь

своей младшей сестре - [российской контрреволюции], оказав ей помощь

оружием и людьми. Именно с этого момента и начинаются самые черные

дни нашего пребывания в лагерях для пленных.

Бывшие чины Русской армии (нет ясности - императорской или ген. П.Н. Врангеля?) на работе в шахтах гор. Перник, 1922.


Сначала попытались насильно отправить наших товарищей военнопленных

к белым генералам. Иногда это им удавалось, но большая часть

товарищей решались скорее умереть, чем изменить рабоче-крестьянскому

правительству. Целые эшелоны [наших товарищей] были отправлены

на почти необитаемые острова.

Многие товарищи отдали свои жизни. Их имена будут записаны в

списки героев Красной Армии.

Столкнувшись с твердым поведением русских военнопленных, западная

буржуазия решилась пустить в ход ложь и хитрость. Зная наше отношение

к русской контрреволюции и наше горячее желание вернуться

в Советскую Россию, она нам предложила свои услуги по отправке нас

на родину.

Измученные и истерзанные долгим пленом, горя желанием быть

дома, многие товарищи позволили себя обмануть, вопреки протестам более

хладнокровных товарищей и политических партий, близких русским

большевикам, которые им говорили, что они не должны уезжать. Нашлись

тысячи товарищей, которые решили уехать, не получив ни малейшей

гарантии от тех, кто их отправлял, в том, что они действительно

будут отправлены на территорию Советской России.

Желтая пресса затрубила об отправке экспедиционного корпуса из

бывших русских военнопленных и солдат, находившихся во Франции и

Солуне. Каждый день мы читали об отплытии пароходов из Болгарии,

Франции, Африки, Солуна, Германии и др. Недолго, однако, продолжалась

ложь буржуазии. Скоро с помощью верных друзей Советской России

мы узнали, что и одна треть из отправленных в Советскую Россию

не попала туда, а попала к белым генералам.

Отбытие транспорта бывших русских солдат из Болгарии в Советскую Россию.

Кадр из советско-болгарского худ. фильма "Берега в тумане" (1986).


Насторожились товарищи и перестали принимать любезные приглашения

об отъезде на родину. Достаточно позабавлялись белые генералы,

расстреливая наших товарищей в назидание своим бандам, чтобы

показать, как страшна власть защитников царизма.

Красная Армия добивается одной победы за другой. С каждым пройденным

днем крепнет молодое правительство рабочих и крестьян в России.

Был создан III, Коммунистический Интернационал.

Западная буржуазия делает последнюю ставку и нанимает польскую

шляхту. Та с помощью лжи науськивает крестьян и рабочих против Советской

России. Однако польскую олигархию постигнет та же участь,

что и ее предшественников. Красная Армия приняла вызов и за несколько

недель свободно разбила шляхту (дойдя почти до стен Варшавы).

Западная буржуазия начала выть о мире и предлагает свои услуги для

ведения переговоров. Но товарищ Чичерин категорически отказался от

посредников и заявил, что Советская Россия заключит мир с правительством

рабочих и крестьян Польши, потому что только такой мир приведет

к надежному братскому союзу между русским и польским народами.

Назревает момент, когда Запад будет вынужден сбросить маску со

своего лица и открыто выразить подлое объявление войны свободным

рабочим и крестьянам России. Этот вызов будет принят не только Советской

Россией, но и III, Коммунистическим Интернационалом, который

проводит сейчас в Москве свой II конгресс и который уже обратился

с воззванием к рабочим всего мира, призывая рабочих и крестьян не

пропускать к Польше ни один пароход, ни один вагон.

В этот исторический для России момент, когда дорог каждый человек

Советской России, наша и без того несчастная жизнь в Болгарии осложняется

известием, что мы можем свободно уехать в Советскую Россию.

Нашлись люди, рабы собственного желания быть снова дома, которые

повлияли на наших малодушных товарищей, и началась их отправка,

хотя и частичная, т. е. на лодках, отдельными группами. Несмотря на

наше предупреждение, что документы канцелярии французского командования

на Балканах не являются гарантией, группа инициаторов из

Варны отправила 22 июня с. г. 40 человек на моторной лодке "Христо

Ботев". Скоро исполнится 6 недель, как о лодке ничего не слышно, кроме

того, что капитан лодки находится в Севастополе. Этого инициаторам

показалось мало, и они задумали отправить эшелон не из 40, а из

300-400 человек. Те же самые инициаторы бросились искать для этой

цели пароход. Но давайте спросим их - нашли ли они документы, гарантирующие

действительную отправку в Одессу, а не к генералу Врангелю?

На это они нам ответят, что с ними едет представитель украинского

Красного Креста, у которого есть такие документы.

Но знайте, товарищи, что официального разрешения болгарского правительства

нет. Нет также разрешения и французского правительства,

т. е. Парижа. Нет даже такой, принятой всеми государствами охраны,

как хотя бы только один тралер, нападение на который означало бы конфликт

между Врангелем и болгарским и французским правительствами.

И наконец, такие же документы имели и те товарищи, которые отправились

на лодке.

Наученные горьким опытом прошлого и памятью о жертвах, понесенных

нами из-за нашего горячего желания вернуться в Советскую Россию,

собравшись 8-го сего месяца на общее собрание, мы приняли следующее

решение:

Самым решительным образом протестуем против такого отъезда

втихомолку, и тот, кто отплывет первым пароходом, пусть знает, что

есть товарищи, которые его осуждают за этот поступок. Сейчас никто не

имеет права свободно распоряжаться своей жизнью. Жизнь каждого

гражданина принадлежит делу рабоче-крестьянского правительства.

Когда будем садиться на пароход, зададим себе вопрос: куда нас завезут?

Мы считаем, что это риск, а риск есть преступление по отношению

к делу Советской России. Поэтому просим всех товарищей не принимать

участия в подобном отъезде и не покидать своих мест до тех пор, пока

действительно не сумеем завоевать настоящего и официального отправления,

гарантирующего высадку на берег Советской России, о чем мы

вам сообщим через "Работнически вестник".


Лучше год в плену, чем день у Врангеля.

Лучше позднее, но прямо в ряды Красной Армии, чем раньше, но

в руки белогвардейцев.

Да здравствует настоящее и официальное отправление!

Да здравствует Российская Советская Федеративная Социалистическая

Республика!

Да здравствует III, Коммунистический Интернационал!

От имени собрания бывших русских военнопленных


(ЦП А, а. к. 200, on. 1, а. е. /, л. 3-5. Типографский экз.)