# Боевые доспехи "последних витязей" Российской империи

Михаил Кожемякин

Развитие средств индивидуальной броневой защиты (предшественников современных бронежилетов) в Российской императорской армии и полиции в начале ХХ в.

"Под грозной броней ты не ведаешь ран!"

(А.С.Пушкин, "Песнь о вещем Олеге").

"...To bye my Tommy a coat of steel..."

(Из старинной английской солдатской песни)


Во все времена, во всех странах и во всех войнах, наверное, не было бойца, который бы не мечтал о средствах индивидуальной броневой защиты, делающих его неуязвимым для неприятеля. Но военно-технический гений человечества еще ни разу не создал брони, которая не была бы пробита...


Бронированная штурмовая пехота, еще в XVIII в. казавшаяся безнадежным пережитком прошлого, неожиданно вернулась на поля сражения Первой мировой как одна из попыток преодолеть кризис "позиционного сидения" и резко возросшую огневую мощь войск в обороне.

Разработки доспехов начала ХХ в., этого весьма специфического боевого снаряжения, активно велись еще в предвоенные годы, и с началом боевых действий были только ускорены, учитывая опыт практического применения.

Отборные части, оснащенные стальными шлемами и, как правило, стальными панцирями имелись практически у всех стран, вовлеченных в кровавую бойню народов 1914-18 гг.


Германские "штурмтруперы", итальянские "ардити" и французские солдаты в "бронях тяжких" серийного производства:


Не осталась в стороне от "моды на кирасы" и Российская империя. Неоценимый, хоть и отрицательный опыт "регулярной войны" ХХ в, в отличие от большинства европейских держав, появился у нее уже в 1905 г., после столкновения с Японией на Дальнем Востоке.

Первоначально специалисты Российской императорской армии обратились к закупке кирас за рубежом, заказав - ни много ни мало - 100-тысячную партию у французского производителя "Симоне, Геслюен и Ко". Однако "французские скорлупки" легко пробивались не только из 3-линейной (7,62-мм) винтовки Мосина, но и тяжелой пулей менее мощной резервной 4,2-линейной "берданки". "Француженок" забраковали и обратились к проектам отечественных талантов.

Признанным авторитетом в области индивидуальных средств броневой защиты в Российской императорской армии стал подполковник А.А.Чемерзин.

Обратимся к архивным данным:

"В городе Ораниенбауме 11 июня 1905 г. в присутствии Его Императорского Величества Государя Императора производилась стрельба пулеметной ротой. По панцирю, сделанному из сплава, который изобрел подполковник Чемерзиным, стреляли из 8 пулеметов с расстояния в 300 шагов. 36 пуль попало в панцирь. Он не был пробит, в нём также не оказалось и трещин. Во время испытаний присутствовал переменный состав стрелковой школы".


А.А.Чемерзин и его панцирь:

К сожалению, подобно многим новаторским изобретениям, броня подполковника Чемерзина нелегко прокладывала себе путь сквозь препоны военной бюрократии Российской императорской армии. Зато она была быстро и по достоинству оценена иными силовыми структурами империи и частными заказчиками.

Панцирем заинтересовались, как бы сказали сейчас, правоохранительные органы России. Напомним, что именно в описываемый период (1905-07 гг.) Россия была охвачена мощными революционными волнениями, и оперативная работа полицейских и жандармов была сопряжена с реальной опасностью для жизни.


Комиссии резерва Санкт-Петербургской столичной полиции и Московской полиции в том же 1905 г. провели собственные испытания "изделия подполковника Чемерзина".

Вот как оценил результаты испытаний столичный полицейский эксперт:

"Во время испытаний получены следующие результаты: во время стрельбы в нагрудный панцирь весом 4 фунта 75 золотников и спинной панцирь весом 5 фунтов 18 золотников, которые были обтянуты тонкой шелковой материей, закрывающие грудь, бока, живот и спину, пули пробив материю, деформируются и создают на панцире углубления, но не пробивают такового, оставаясь между панцирем и материей, причем осколков пули не вылетает наружу".

Добавим, что российский фунт в современной системе мер равен 409,5 гр., а золотник - 4,26 гр.

Московские полицейские чины, которые, насколько известно, испытывали панцирь стрельбой из револьвера и самозарядного пистолета Маузера с 15 шагов, сделали следующее заключение: "Панцири оказались непробиваемыми, а пули не дали осколков. Первая изготовленная партия оказалась удовлетворительной".

"Доспехи" Чемерзина были приняты на вооружение Российской императорской полиции в усовершенствованном в соответствии со спецификой ее службы варианте. Полный комплект снаряжения, применявшегося, как правило, при нейтрализации забаррикадировавшихся в помещениях и оказывающих активное вооруженное сопротивление преступников (или революционеров, с точки зрения законов Российской империи - также преступников), включал, помимо панциря, устрашающего вида шлем и "тактический щит" (в современно терминологии).


Рисунок панциря и шлема, состоявших на вооружении Российской имп. полиции:

Cлужитель полиции в стальном нагруднике конструкции Чемерзина и с "тактическим щитом":


Известно, что к началу 1910-х гг. по крайней мере столичная полиция (помимо Санкт-Петербурга, первопрестольная Москва также имела статус "столичного города") в Российской империи была полностью обеспечена средствами индивидуальной броневой защиты. Конечно, это не означало, что каждый городовой "облекся бронями железными", но на группы захвата и тому подобные специальные подразделения их хватало.

Использовались панцири Чемерзина также в Отдельном корпусе жандармов, где, впрочем, многие офицеры приобретали и собственные стальные нагрудники или кирасы для ношения под одеждой, в т.ч. изготовленные на заказ или иностранного производства.

Несколько тысяч экземпляров "брони Чемерзина" получила Российская императорская армия. Вероятно, речь идет о семитысячной партии, отправленной в Действующую армию на Дальний Восток в 1905 г., однако прибывшей слишком поздно, чтобы успеть "повоевать". Других сведений о применении этого средства боевого снаряжения в Российской императорской армии в период до Первой мировой войны найти не удалось, по крайней мере пока.

Очевидно, тактико-технические характеристики российских панцирей достаточно существенно различались в зависимости от фирмы-производителя и серии производства.


Между тем, успешное служебное применение "доспехов" вызвало значительный интерес к ним в определенных общественных кругах.

Вот что, к примеру, писал по этой теме корреспондент газеты "Новое время" 27 февраля 1908 г.:

"Непробиваемые панцири и новая кираса, это замечательное изобретение нашего века, превосходили прочностью рыцарские арматуры былых времен. Чешуйчатая система осталась как в древнем панцире, но сплав металла другой. Он - секрет изобретателя. А. А. Чемерзин нашел возможность объяснить мне лишь основную идею своего открытия. А. А. Чемерзин - подполковник инженерных войск. Окончив математический факультет и инженерное училище, он преподавал математику, занимался химией, и ряд опытов натолкнул его на мысль о заполнении пор хромоникелевой стали. Сплав производился при большой температуре и гидравлическом давлении. В обыкновенный рецепт стали добавлять благородные металлы - платину, серебро, иридий, ванадий и многие другие. При заполнении пор получилась большая тягучесть и твердость металла, который крепче стали в 3,5 раза. В результате полумиллиметровую пластину сплава пуля Маузера не пробивала на три шага расстояния. Явились панцири и кирасы, непроницаемые для револьверных и ружейных пуль, которые деформировались, но не давали осколков. Была устранена опасность контузий и рикошетного поражения.

Цена панцирей А. А. Чемерзина довольно дорога, но жизнь стоит дороже. Надев пятифунтовый панцирь, закрывавший грудь и спину, я не нашел его тяжелым. Под сюртуком он был совершенно не заметен..."

Как видно из текста статьи, индивидуальные средства броневой защиты были доступны в Российской империи и частным покупателям.

Занятна выдержка из каталога, рекламировавшего эти изделия:

"Вес панцирей: 11 полуфунтов - самого легкого, 8 фунтов - самого тяжелого. Незаметны под одеждой. Панцири предназначены против ружейных пуль. Панцири, имеющие вес 8 фунтов, не пробиваемы 3-линейной военной винтовкой. Панцири закрывают: сердце, живот, легкие, оба бока, спину и позвоночный столб против сердца и легких. Непробиваемость каждого панциря в присутствии покупателя проверяется стрельбой".

Цена такого "бронежилета-визит" начала ХХ в. составляла от 1 500 до 1 900 рублей в серийном варианте. Изготовление по точной мерке с клиента (применялся гипсовый слепок) обходилось значительно дороже - в 5-8 тысяч рублей. Лицам и компаниям, заинтересованным в безопасности своего транспорта, предлагалось забронировать автомобиль (15 тыс. руб.) или карету (20 тыс. руб) - "от осколков бомб и пуль любых револьверов".


С началом Первой мировой войны развитие средств индивидуальной броневой защиты в Российской империи получило, так сказать, мощный толчок взрывной волной германских, австрийских и турецких снарядов.

Вполне ожидаемо, потребности вооруженных сил в подобном боевом снаряжении удовлетворялись двумя путями - посредством закупок за рубежом и продвижения отечественных разработок. Удовлетворялись с большим опозданием, оплаченным кровавой ценой - тоже вполне ожидаемо...

Вплоть до апреля 1916 г. буйные головушки чинов Российской императорской армии защищали от разящего неприятельского железа только Крестное Знамение (не будем забывать: подавляющее большинство солдат были ИСКРЕННЕ, не то что сейчас, верующими людьми!) да теория вероятности...

Первыми среди российских войск французские стальные шлемы разработки генерала Огюста Луи Адриана М1915 (в русском солдатском обиходе попросту: "адрианки") получили части Экспедиционного корпуса, направленные в 1916 г. во Францию на помощь союзникам.

На сей раз "французские скорлупки" пришлись российским военным по вкусу, и в середине 1916 г. последовал заказ Российской императорской армией во Франции партии из двух миллионов "адриановских" шлемов. Предусмотрена была даже замена фронтальной эмблемы с французской демократичной "пылающей гренады" на эффектного имперского двуглавого орла:

Трудности с транспортным сообщением между союзниками позволили французам до 1917 г. доставить не более 350 тыс. шлемов, и в последний год войны их производство было налажено в России. Заказ получили два завода, расположенных в Великом княжестве Финляндском - "Сольберг" (Соллберг) и "Хольмберг".

Вот как описывает этот эпизод современный финский исследователь:

"В начале 1917 года уже была готова модель для заказа, у которой был козырек и специальная защита для затылка. Позже русские решили упростить производство по итальянскому примеру, и в итоге остановились на том, что каска должна быть без козырька и защиты затылка. Декоративный гребешок заменил заслонку, прикрывающую окошко вентиляции. Внутри каски был капюшон из ткани, который стягивался специальным шнурочком. Капюшон крепился к каске металлическими пластинами, а для того, чтобы приглушать звук взрывов имелись прокладки из гофрированной жести. Цвет каски - оливковый, толщина 1 мм, сделана из сплава стали и никеля, вес около 1 кг, а размер производился всего один.

Каска должна была защищать от осколков гранаты, но не от звуков разрывов. Между касками, произведенными на разных заводах, имелись небольшие различия, такие как, например, отличающиеся друг от друга размеры верхушки.

Оба финских завода получали заказы на производство касок в основном для армии. Всего было изготовлено 600 000 штук. На заводе "Сольберг" из них было произведено около 100 000, а на заводе "Хольмберг" - 500 000. Сырье закупалось в России".

Кстати, в обиходе "русские Адрианы" получили название именно "сольбергов", хотя этот производитель и выпустил их меньше по количеству.


В отличие от касок, использование которых частями Российской императорской армии на фронтах Первой мировой зафиксировано множеством документов и фотодокументов (тем не менее, нигде не встречал казака, матроса и сестры милосердия в каске), о боевом применении в России в это время панцирей доступные сведения носят крайне отрывочный характер.

Известно, что производство стальных нагрудников для армии было налажено Обществом железоделательных, сталелитейных и механических заводов "Сормово". По внешнему виду они несколько отличались от принятых на вооружение полицейских кирас модели Чемерзина, что, впрочем, отнюдь не отрицает принадлежность этого проекта  тому же изобретателю, признанному в империи авторитету в области "боевых доспехов".

Тем не менее, в войсках, очевидно, ощущались и потребность в этом изделии, и острая нехватка наличных образцов. Поэтому в 1915 г. в Москве увидело свет произведение некого З.А.Давыдова, популярно объяснявшее, как пехотному полку или даже отдельно взятому военнослужащему обзавестись средствами индивидуально броневой защиты кустарного изготовления:

Учитывая прославленную природную смекалку русского солдата, можно не сомневаться, что "адептов" этой брошюрки в частях Действующей армии было предостаточно. Однако, опять же, при отсутствии фотографий чинов Российской императорской армии в самодельной броне и упоминаний о ней хотя бы в мемуарной литературе, все это остается только догадками...

В 1916 г. в Российской империи было налажено производство передвижного бронещитка с амбразурой (защищенной бронированной заслонкой), за которым мог укрываться и вести огонь один стрелок.

Этот "гуляй-городок" в миниатюре, отлично зарекомендовавший себя в Первой мировой войне, продемонстрировал удивительное долголетие в войсках: он продолжал производиться в СССР и широко применялся в РККА в 1920-30 гг. и в период Великой Отечественной войны.

Однако в целом не будет преувеличением сказать, что, несмотря на собственные разработки и закупки у союзников, индивидуальных средств броневой защиты в вооруженных силах Российской империи в Первую мировую войну было недостаточно; даже касок вплоть до 1917 г. не имелось в надлежащем количестве.

В полиции же и других структурах охраны порядка, наоборот, эти новшества применялись достаточно широко и успешно.

______________________________________________________________________________Михаил Кожемякин