# Мальтийские солдаты Наполеоновских войн

Михаил Кожемякин

История мальтийских войск на британской и французской службе в период Наполеоновских войн. Написано для журнала "Мальтийский вестник".

СЫНЫ МАЛЬТЫ, ПАСЫНКИ БРИТАНИИ.

(Мальтийские добровольцы на британской военной службе в годы Наполеоновских войн.)


Покорение Мальты войсками генерала Бонапарта в 1798 г. и последовавшее народное восстание на острове, приведшее к изгнанию французов и приходу британцев, сыграли роковую роль в жизни тысяч молодых мальтийцев. Ворвавшийся в старинные улочки мальтийских городов и деревень вихрь Наполеоновских войн подхватил их и унес в военные походы и далекие страны. Волею судеб мальтийские солдаты и моряки сражались и под французским триколором, и под британским Юнион Джеком. Однако если французам пришлось насильно ставить мальтийцев в строй, то в ряды Британской армии и флота тысячи сынов Мальты вступили добровольцами. Помощь англичан в освобождении от французской оккупации (небескорыстная) побуждала мальтийцев, всегда серьезно относившихся к вопросам чести, не оставаться в долгу...


ПОД ПАРУСАМИ ROYAL NAVY.

Островное положение Мальты с древних времен сделало мальтийцев хорошими моряками. Это роднит их с англичанами, и неудивительно, что первым принял на службу уроженцев Мальты именно Королевский военно-морской флот Великобритании.

Основных источников пополнения экипажей британской эскадры в Средиземноморье мальтийцами было два: набор добровольцев на острове и переход с французской стороны перебежчиков и военнопленных из числа насильно завербованных Бонапартом матросов и солдат Мальтийского ордена. Первых мальтийцев англичане выловили из хаоса плавающих обломков и подняли на борт со спустивших флаг французских кораблей после битвы в Абукирском заливе. Там 1-3 августа 1798 г. адмирал Горацио Нельсон наголову разгромил французский флот, доставивший армию Бонапарта в Египет. Мальтийский язык стал для моряков с Мальты пропуском в Royal Navy: во времена Наполеоновских войн (и не только) вербовка пленных "нетитулярной нации" противника была обычной практикой.


Сражение в Абукирском заливе, 1798.


Следующий переход мальтийцев на британскую сторону был отмечен 27-29 апреля 1799 г., когда корабли Его величества "Центурион" и "Альбатрос" появились на траверзе египетского порта Суэц, занятого французами. В составе гарнизона находился Мальтийский легион, созданный из насильно мобилизованных солдат Мальтийского ордена. Не желая служить захватчикам своей Родины, многие мальтийцы бросались в море (нередко нападая на пытавшихся помешать им французов) и вплавь добирались до британских кораблей. Точное число этих смельчаков неизвестно, но из общей численности подразделения около 200 штыков, по данным его командира, бежали "не менее нескольких десятков людей".

Когда в начале сентября 1798 г. на Мальте вспыхнуло народное восстание против французской оккупации и вожди повстанцев обратились к британскому флоту за помощью, между ними и английским офицерами сложилась своеобразная система "взаиморасчетов". Британские корабли сгружали жизненно необходимые острову военные материалы и продовольствие, а взамен мальтийские добровольцы пополняли их команды. Впервые такая практика была применена в конце сентября во время ремонта на Мальте кораблей отряда капитана Джеймса Сумареса. Когда же к берегам острова для участия в морской блокаде осажденного французского гарнизона прибыло постоянное соединение Royal Navy под командованием Александра Болла (впоследствии британского комиссара на Мальте), была применена ротация кадров. Каждого британского матроса, сходившего на берег для участия в сухопутных действиях против французов, на борту заменял мальтийский моряк. Мальтийцами же пополнили британские капитаны и страшные бреши, пробитые в рядах их команд вспыхнувшими в 1799 г. эпидемиями.

Мальтийцы на службе в британском флоте имели особый статус. Во флотских документах они именовались просто: "мальтиец" или "мальтийский юнга". Это соответствовало британским "квалифицированному матросу" и "юнге" по рангу и выдаваемому довольствию. Численность таких "мальтийцев по званию" на блокадной эскадре Мальты была довольно велика. Например, в списке моряков с корабля Его величества "Лайон", убитых и раненых 30 марта 1800 г. при захвате прорывавшегося с Мальты французского линейного корабля "Гильом Телль", из 45 имен - 8 матросов и 2 юнги с Мальты.

Выходцы с Мальты служили в годы Наполеоновских войн практически на всех крупных британских кораблях в Средиземноморье. Среди моряков флагманского корабля адмирала Нельсона "Виктори", особо отличившихся в Трафальгарском сражении (где знаменитый флотоводец нашел свою смерть), значатся четверо мальтийцев.


На палубе HMS "Виктори" в Трафальгарском сражении.


ВМЕСТО ПОВСТАНЧЕСКИХ БАТАЛЬОНОВ.

Поставив в 1798 г. цепкую лапу на землю Мальты в качестве союзника повстанцев против французов, британский лев отнюдь не собирался уходить с этого стратегически важного острова. Колонизаторы быстро оценили высокие боевые качества мальтийцев, равно как и их горячий независимый нрав. В своей военной политике по отношению к мальтийскому населению британские власти ставили две первоочередные задачи: с максимальной пользой для себя использовать мобилизационные ресурсы острова; и сделать из гордых островитян послушных солдат Британской империи.

В начале 1800 г., когда в Валетте еще сидел изнемогавший французский гарнизон, а на осадных бастионах несли службу отважные батальоны мальтийских повстанцев (распущены англичанами 11 сентября), британский генерал Томас Грэхем обратился к мальтийцам с воззванием: "Оставьте ненадолго ваши занятия; вставайте под командование офицеров, профессиональные навыки и опыт которых позволят направить ваши усилия самым действенным образом, чтобы нанести окончательный удар врагу". Так была открыта запись добровольцев на двухлетний контракт в полк Мальтийской легкой пехоты, которому надлежало стать первым британским воинским формированием из мальтийцев. Он комплектовался по классическому принципу колониальных войск: офицерами были британцы, для "аборигенов" оставили вспомогательные должности капелланов, хирурга и квартирмейстера, а в строю пределом карьерного роста для мальтийца было звание сержанта. Впрочем, для переживших голод и лишения военной поры жителей острова важным аргументом было жалование в 8 пенсов и 40 унций (ок. 1,1 кг.) хлеба в день, а также материальная помощь британских властей семье рекрута. Не говоря уж о красивых синих куртках и шляпах с плюмажами, похожих на форму бывших стрелков Мальтийского ордена, привлекших на службу немало горячей молодежи. 2 роты были готовы в апреле, еще 4 - в мае 1800 г. Наибольшая численность Мальтийской легкой пехоты составила 747 солдат и офицеров. "Новые мальтийские стрелки", как прозвали их на острове, приняли участие в последних боях с осажденными французами, несли гарнизонную и патрульную службу, а отряд из 200 добровольцев с осени 1801 по весну 1802 гг. входил в состав британских сил на о.Эльба.


Мальтийская легкая пехота, современная реконструкция.


Для прикомандированных британских офицеров мальтийцы стали "крепким орешком". Подчиняясь тем из командиров, кто заслужил их уважение, они умели игнорированием "выдавливать" из части не находивших с подчиненными общего языка. Не желавшие злить пылких островитян английские офицеры Мальтийской легкой пехоты мирились со "своеобразным пониманием дисциплины" и применяли телесные наказания только в исключительных случаях (воровство и т.п.). При чем провинившихся мальтийцев пороли "гуманными" розгами, в то время как по плечам несчастных "томми" гуляла страшная "девятихвостая кошка".


Телесное наказание в Британской армии


Мальтийская легкая пехота стала для британских властей на Мальте своего рода "пробным шаром" в формировании местных воинских частей. В 1802-03 гг. она была расформирована.

Главный вывод, сделанный британскими военными, был таков: для достижения прядка в подразделениях мальтийцами должны командовать мальтийцы. Создавая в 1801 г. мальтийский контингент для внутренней службы на острове - Мальтийский полк милиции (900 штыков) и 2 роты Береговой артиллерии милиции - англичане активно привлекли на офицерские должности выходцев из знатных мальтийских семейств.


ВОЙСКА АМЬЕНСКОГО МИРА.

25 марта 1802 г. между Великобританией и Францией был заключен Амьенский мирный договор - многообещающий, но мало исполненный. Тем не менее, в истории Мальты он сыграл знаковую роль. Согласно условиям мира, Англия должна была... вернуть остров Ордену иоаннитов. Однако мальтийское общество, прошедшее французскую оккупацию и восстание, уже переросло архаичную структуру рыцарско-религиозного полу-государства. Оно отреагировало собранием 104 представителей городов и деревень, подписавших "Декларацию прав жителей островов Мальты и Гозо". Это был манифест политической зрелости мальтийцев и фактически ультиматум Англии. Признав короля Георга III своим сувереном, делегаты заявили: "Его британское величество не имеет права передавать эти острова любой иной силе... Если же он откажется от их защиты и своего суверенитета, право выбрать другого суверена или управлять островами принадлежит только нам, их жителям, без контроля извне".

Сложно сказать, насколько веская угроза мальтийцев повлияла на курс политики "коварного Альбиона", но отдавать Мальту англичане не стали. Однако условия 10-й статьи Амьенского договора относительно создания "в переходный период" мальтийских войск в составе 2 тыс. чел. "с собственными офицерами" они частично выполнили. Распустив Мальтийскую милицию и в очередной раз перешив мундиры для мальтийских солдат, британские власти объявили о формировании двух Провинциальных батальонов и батальона Береговой артиллерии. Создавался также Корпус мальтийских ветеранов, в который принимались в основном бывшие солдаты Ордена. Офицерские должности предоставлялись мальтийцам, при чем частично были привлечены выходцы из богатых слоев, а частично - бывшие повстанческие командиры. Чтобы получить производство в чин, каждый из них должен был привести на службу определенное число добровольцев. С рядовыми контракт подписывался на пять лет, при чем приоритет отдавался людям, ранее служившим в легкой пехоте или милиции, а также бывшим повстанцам.

По состоянию на 1 ноября 1803 г. в рядах мальтийских войск насчитывалось 1 508 человек, в т.ч. более 60 офицеров. Их задачами являлись береговая оборона, охранная и полицейская служба. Британский комиссар Александр Болл также привлекал "провинциалов" к ремонту оборонительных объектов. Некоторые отборные подразделения направлялись как морская пехота на британские канонерские лодки, действовавшие с Сицилии.

Дерзкой фразой: "Мальта или война", брошенной Наполеоном английскому послу, Амьенский мир был фактически уничтожен. Состояние войны возобновилось 22 мая 1803 г., и мальтийским солдатам снова предстояло вступить в бой с французами.


МАЛЬЧИШКИ В КРАСНЫХ МУНДИРАХ.

30 марта 1805 г. генерал-майор Уильям Виллетс, командовавший войсками на Мальте, получил приказ "сформировать полк мальтийской пехоты для обыкновенной службы". Новая часть получила название Королевский полк Мальты. Ему предстояло надеть стандартные красные мундиры британской пехоты и нести службу на общих основаниях - где прикажет король. Местом формирования полка стала древняя Мдина. Епископ Мальты выделил для размещения военных здания монастыря Св.Доминика.

Командовать полком должен был только британец, и генерал Виллетс сам занял эту должность. Офицерские кадры и личный состав планировалось укомплектовать мальтийцами, имеющими опыт службы в Провинциальных батальонах и прочих формированиях. Однако англичан ждало неприятное откровение: насколько отважно жители Мальты защищают свой остров, настолько им не по душе служба "за морями" в иностранной армии (моряки - исключение, их ведет страсть к путешествиям). Из "провинциалов" в Королевский полк перевелись всего несколько офицеров, сержантов и горстка солдат. Пришлось вербовать в солдаты наивную молодежь из беднейших крестьян и городских низов, надеявшуюся с помощью "королевского шиллинга в день" (жалованье британского солдата) вырваться из нищеты, а в офицеры - жаждавших приключений и не менее наивных юношей из знатных семей.

"Новобранцы очень молоды, многие - совсем мальчишки, - написал 13 августа 1805 г. посетивший Мальту британский генерал Крейг. - Но они исполнены рвения и энтузиазма, после надлежащей подготовки из них может получиться очень полезная часть".


Солдат Королевского полка Мальты.


В 1807 г. Королевский полк Мальты достиг штатной численности в 10 пехотных рот. Недостаток в офицерах был пополнен англичанами и германскими наемниками. За годы службы юные мальтийские рекруты возмужали и постигли суть солдатского ремесла. Полк ждала рутинная для британской воинской части боевая командировка "за моря". 10 ноября 1807 г. 950 штыков Королевского полка Мальты прибыли в состав британской действующей армии на Сицилии. На каждую роту было позволен взять в поход по 10 жен солдат и офицеров, которые должны были заботиться о нехитром походном уюте, а при необходимости ухаживали за ранеными. В эпоху Наполеоновских войн такая практика была обычной.


ОНИ ЗАЩИЩАЛИ КАПРИ.

В сентябре 1808 г. бойцы Королевского полка Мальты поднялись по сходням британских кораблей в Милаццо, чтобы отправиться в путь, растянувшийся для многих из них на несколько долгих лет. Им надлежало усилить британский гарнизон на Капри. Этот маленький остров на входе в Неаполитанский залив был важной передовой базой британского флота в "подбрюшьи" у покоренной французами Италии.

По пути одной роте мальтийцев довелось принять боевое крещение, десантировавшись со шлюпок и захватив прибрежный городок Диаманте в Калабрии. В бою с местной профранцузской гражданской гвардией погибли двое солдат, ставших первыми боевыми потерями полка. Окрыленные маленькой победой, мальтийцы прибыли на Капри. Возглавлявший британские силы на острове полковник Гудсон Лоу (впоследствии "тюремщик" Наполеона на Св.Елене), упрямый и педантичный служака, не обладавший, однако военными талантами, высокомерно счел мальтийских пехотинцев "ненадежными". Командующему офицеру Королевского полка Мальты майору Хэмиллу было поручено занять оборону скалистого западного берега Капри, считавшегося непригодным для высадки неприятеля. Сам Лоу с главными силами гарнизона (более тысячи чел., 21 орудие) расположился в восточной части острова, прикрывая его одноименную столицу и две удобные гавани.


Британский командующий на Капри Гудсон Лоу


Позиции британцев на Капри, защищенные также сильными корабельными соединениями, представлялись вполне надежными. Впрочем, маршал Наполеона Иоахим Мюрат, Неаполитанский король, считал иначе. Этот блистательный кавалерист, оказывается, знал толк и в морских десантах. Дождавшись, пока британский флот уйдет с Капри на операцию, Мюрат приступил, по его собственным словам, к "извлечению английской занозы из Неаполитанского залива".


Маршал Иоахим Мюрат.


4 октября 1808 г. десантная флотилия Мюрата из 2 боевых кораблей, 33 канонерок и 180 транспортных судов, имея на борту около 2 тыс. французских и неаполитанских солдат, отплыла к Капри. В то время, как небольшие отряды отвлекали внимание Гудсона Лоу демонстративными атаками на судоходные гавани, главные силы под командой отважного генерала Ламарка начали высадку именно на "неудобном" скалистом западном побережье. На отвесный берег солдаты взбирались при помощи штурмовых лестниц.


Генерал Ламарк высаживается на Капри.


Пять рот Королевского полка Мальты, находившиеся на направлении главного удара, немедленно доложили об опасности и встретили французов жарким ружейным огнем. Но полковник Лоу и даже командовавший мальтийцами майор Хэмилл отказывались верить в очевидное. Они бестолково перемещали по острову остальные мальтийские роты, не понимая, где встречать врага. Отправленная мальтийцам подмога (корсиканские рейнджеры) почему-то не дошла.


Позиции мальтийцев при обороне Капри, 1808. Карта отзеркалена.


А на западном побережье кипел бой. Под дружными залпами мальтийцев полегли 120 французских десантников, однако еще 500 во главе с шедшим в первых рядах генералом Ламарком закрепились на берегу. Опомнившийся майор Хэмилл стянул главные силы мальтийского полка. Но, несмотря на численное преимущество, он не решился сразу сбросить врага в море контратакой, а потом было уже поздно. К ночи у мальтийцев оставалось только по 8 выстрелов на ружье.


Высадка франко-неаполитанских войск на Капри, 1808.


Под покровом темноты французы сумели удвоить свои войска на берегу и перешли в генеральное наступление. Мальтийцы быстро расстреляли оставшиеся заряды и встретили врага штыками. Три часа продолжалась жестокая борьба. Против необстрелянных солдат Королевского полка Мальты сражались французские ветераны. Утром оборона мальтийцев пала. Майор Хэмилл был среди убитых; двести мальтийцев (половина - раненые) оказались в плену. Остальные в беспорядке отступили в лежавший у них в тылу городок Анакапри.


РАЗГРОМ.

Остатки Королевского полка Мальты пытались удержаться в Анакапри, но без боеприпасов и подкреплений они были обречены. 120 солдат сумели пробиться штыками и ушли в горы. Они, вместе с 150 мальтийцами, находившимися на других позициях, единственные избежали катастрофы. Вечером 5 октября, окруженные и деморализованные, главные силы полка сдались. Французы позволили женам мальтийских солдат и офицеров свободно покинуть Анакапри. Две смелые женщины, Клара Велла и Саверия Митрович, вынесли под платьями полковое и королевское знамена (у британских полков 2 знамени).

Пленных мальтийцев французы вывезли на побережье Италии. Их пожелал увидеть маршал Мюрат, руководивший сражением с мыса Сорренто. Он похвалил сынов Мальты за мужество и пообещал хорошее обращение в плену. Слова прославленного храбреца стоят дороже, чем появившиеся позднее инсинуации Гудсона Лоу и Наполеона о "недостаточной стойкости" мальтийских защитников Капри!


Мюрат руководит штурмом Капри, 1808.


Оставшиеся в строю подразделения Королевского полка Мальты достойно участвовали в обороне острова вплоть до 16 октября 1808 г., когда незадачливый Гудсон Лоу капитулировал буквально накануне прихода на выручку британского флота. По условиям сдачи британцам был обещан пропуск на Сицилию с воинским почестями в обмен на неучастие в боевых действиях в течение года. Впрочем, "нетитулярных" мальтийцев французы снова начали брать в плен. Чтобы избежать захвата знамен, бойцы мальтийского полка сожгли их, а свое оружие бросили в море.

Кровавые потери Королевского полка Мальты на Капри составили 2 офицеров и 75 нижних чинов убитыми и 122 раненых. До 680 человек, в т.ч. около 20 офицеров, оказались в плену. Немногие уцелевшие сумели добраться до Сицилии на рыбацких судах и в 1809 г. были возвращены британским командованием на Мальту. В знак признания доблести полка в 1809 г. ему были вручены новые знамена. В 1810-11 гг. подразделения полка, сократившегося до 400 штыков, охраняли содержавшихся на Гозо пленных французов и несли службу на британских канонерках в качестве морпехов.

Однако в связи с "пленением на Капри главных сил и невозможностью набрать достаточно новых рекрутов" англичане 26 апреля 1811 г. приняли решение распустить мальтийский полк. Знамена были помещены в соборе Св.Иоанна в Валетте. Офицерам сохранялась половина жалования, а рядовых, пожелавших продолжить службу, записали в Провинциальный батальон.


НЕАПОЛИТАНСКИЙ ПЛЕН.

Неаполитанский король Мюрат не отличался жестокостью. Режим содержания военнопленных из Королевского полка Мальты в замке Кастель-Нуово в Неаполе был довольно мягким. Солдат и офицеров не отделяли друг от друга, что позволяло сохранить дисциплину и дух товарищества. Пленным разрешалось выходить в город для подработки и за покупками. Однако в 1809-10 гг. офицеров, сначала англичан и немцев, а затем и мальтийцев, стали переводить во Францию. Недостаток снабжения и плохие санитарные условия, обыкновенные для плена в ту эпоху, существенно ухудшили положение мальтийцев. Пленные начали болеть, некоторые умерли; в каменных стенах Кастель-Нуово поселилась смертная тоска. Воспользовавшись знанием итальянского языка и симпатией местного населения, многие пытались бежать. Нескольким храбрецам это удалось; пойманных жестоко наказывали.


Кастель-Нуово в Неаполе, где содержались пленные мальтийцы


Большую роль в поддержании здоровья и сопротивляемости своих товарищей по несчастью сыграл на этом этапе опытный помощник полкового хирурга Джузеппе Шембри, один из немногих оставшихся офицеров. Он сумел не только противостоять инфекционным заболеваниям, но и снова вселить в солдат надежду.

В 1810 г. началась репатриация мальтийских пленных на родину. Среди других был отпущен доблестный доктор Шембри, которого британцы вскоре уволили из армии. Многие офицеры Королевского полка Мальты вернулись из плена только после поражения Наполеона в 1814 г.


***

Служба мальтийцев под британским Юнион Джеком в годы Наполеоновских войн отнюдь не исчерпывается приведенными выше историями. В различных госпиталях и воинских формированиях на Мальте и "за морями" исполняли свой нелегкий и человечный долг военные врачи Джузеппе Камиллери, Лоренцо Саммут, Джозеф Шембри, Джавино Портелли и другие.


Британский полковой хирург.


Около тысячи мальтийцев вступили во вспомогательные военно-инженерные и военно-технические формирования (Мальтийские пионеры 1800-01, Мальтийские военные мастера 1805-12, Мальтийские саперы и минеры 1813-15), на долю которых выпал тяжелый труд "чернорабочих войны" в Египте, на Средиземноморском театре, в Испании. Многие из них не вернулись к родным берегам...

Защита и помощь, оказанные Великобританией маленькому восставшему острову в годы Наполеоновских войн, были щедро оплачены добровольным мальтийским "налогом кровью".

______________________________________________Михаил Кожемякин.

.

.

.

.

.

МАЛЬТИЙСКИЕ ЛЕГИОНЕРЫ ГЕНЕРАЛА БОНАПАРТА.


Многонациональный характер Наполеоновской армии хорошо известен. В ее рядах попадались как добровольцы со всей Европы, привлеченные под трехцветные знамена Франции идеями "свободы, равенства и братства", жалованием или жаждой приключений, так и насильно завербованные местные жители и военнопленные. Такими "солдатами генерала Бонапарта поневоле" стали бойцы Мальтийского легиона, участвовавшие в его неудачном походе в Египет, а также сотни мальтийцев, служившие в других французских формированиях.


ЛЕГИОНЕРЫ ПОНЕВОЛЕ.

После покорения Мальты и капитуляции Мальтийского ордена (иоаннитов) в июне 1798 г. генерал Бонапарт с присущей ему жестокой предусмотрительностью поспешил решить проблему оставшихся от Ордена солдат-мальтийцев. С одной стороны, он полагал, что мальтийцы, зарекомендовавшие себя неплохими бойцами и говорящие на языке, схожем с арабским, будут полезны ему в Египте. С другой - он не желал оставлять на оккупированном острове потенциальный резерв для сопротивления из профессиональных местных военных, озлобленных позорным поражением.

Мальтийцы, служившие в регулярных частях Ордена иоаннитов, были преимущественно выходцами из беднейших слоев населения острова. Получив в армии привычку к дисциплине и боевые навыки, они оставались неграмотными темными парнями, которым сложно было разобраться в обстановке. Получив от своих командиров-рыцарей последний приказ оставаться в казармах по условиям капитуляции, многие из них не поняли опасности своего положения. Самые решительные бежали и уходили в подполье. Добровольно поступить на службу Бонапарту согласились всего 25 человек. Остальные продолжали уныло ждать решения своей судьбы, периодически выходя (или не выходя) на смотры по приказу оккупантов.

16 июня генерал Бонапарт приказал мальтийским солдата прибыть в форт Св.Эльма на берегу Великой гавани в полной форме и, естественно, без оружия. На кораблях французской эскадры предписывалось приготовить "помещения с надежными запорами" для транспортировки мальтийцев в Египет. В назначенный день 119 гренадеров бывшей Гвардии великого магистра и 358 солдат бывшего Мальтийского пехотного полка Ордена иоаннитов выстроились на плацу форта. Внезапно их окружили шеренги французских пехотинцев со штыками наизготовку и начали загонять, словно скот, на корабли. Поняв, что их ждет расставание с милой родиной, многие мальтийцы оказали отчаянное сопротивление, однако силы были неравны. В конечном итоге всех "новобранцев Бонапарта" водворили в трюмы и посадили под замок.


Форт Св. Эльма


В 1798 г. Французская армия еще не совсем забыла революционные идеи гуманизма. Декретом генерала Бонапарта от 17 июня детям насильно мобилизованных мальтийцев было назначено денежное содержание в размере 1-1,5 су в день и по 2-3 су женам. Для покрытия этих расходов из жалования каждого мальтийского солдата Французской армии ежедневно удерживалось по одному сантиму, так что Франция "сохраняла лицо" за их счет.

1 июля Французская армия начала высадку на берег близ Александрии Египетской, а уже 5 июля командиру 69-й полубригады генералу Дюмуе был отдан приказ организовать мальтийских солдат в единый пехотный батальон из девяти рот. Новая часть должна была именоваться Мальтийским легионом. В десятых числах июля переформирование было завершено, и в командование Легионом вступил шеф батальона Бурбель. Офицерами были назначены в основном бывшие рыцари Ордена иоаннитов французского происхождения, перешедшие на службу Франции. Был только один младший офицер-мальтиец; к офицерскому чину можно приравнять и другого мальтийца - врача Салву Сперанца. Общая численность личного состава, включая приданных французских военнослужащих, достигала 500 чел. Первая элитная рота получила название "гренадерской". Мальтийские легионеры в Египте продолжали носить свои белые и красные орденские мундиры, пока они не пришли в совершенную ветхость.


Генерал Бонапарт в Египте. Картина Жан-Антуана Гро.


В ПЕСКАХ ЕГИПТА.

История Мальтийского легиона в Египте выглядит постоянной чередой изматывающих маршей по пескам, смены дислокаций и переподчинений (в полном составе или по частям) различным французским соединениям. Боевая служба Мальтийского легиона состояла в основном в сопровождении французских транспортов и патрулировании коммуникаций. Зачастую приходилось вступать в бой, причем как с местными партизанами, сохранявшими верность прежним правителям Египта мамелюкам, так и с промышлявшими разбоем бедуинами. Не за Францию, а за себя, за своих товарищей мальтийцы неизменно сражались отчаянно. Скромной похвалой им становились строчки из рапортов французских офицеров: "подвергались постоянным атакам, которые отбили, хотя несколько из них были убиты", "превосходно выстояли под неприятельским огнем". Постоянно привлекались легионеры и к разнообразным тяжелым работам. Очевидно, привыкшие к жаре мальтийцы более других подходили для этого, и французские воинские начальники использовали их "по полной". Например, после морского сражении в устье Нила (при Абукире) бойцы Легиона были задействованы для сбора и захоронения плававших в воде трупов и выуживания среди обломков "всего, годного к употреблению".

В то же время свободолюбивые мальтийцы быстро стали показывать французам свой характер. Генерал Дюмуе докладывал о "дерзком поведении... мальтийских солдат, которые угрожали своим офицерам и злонамеренно подавали дурной пример товарищам".

В конце августа 1798 г. был проведен первый строевой смотр Мальтийского легиона в Египте и составлена строевая записка, определившая его численность как "21 офицер, включая врача, 20 сержантов, включая оружейного мастера, 38 капралов, 4 барабанщика, 228 рядовых - итого 311 всех чинов". В документе значилось, что "большое число" мальтийцев оставались в гарнизонах Александрии и Абукира в качестве "рабочих, ординарцев, пекарей и денщиков". 30 августа Мальтийскому легиону был назначен новый командир - Бернард МакШихи, сын мятежных ирландских католиков, бежавших во Францию. Этот офицер имел репутацию отчаянного храбреца и неуправляемого упрямца. Его прозвище "Огонь-МакШихи", свидетельствует, что новый шеф батальона был под стать своим подчиненным.

МакШихи вскрыл серьезные злоупотребления в снабжении: "Легион не получил ни одного су со времени моего прибытия. Чтобы обеспечить моих людей чем-нибудь, кроме хлеба..., я был вынужден просить друга одолжить мне деньги для выплаты солдатского жалования. Многие солдаты босы, другим не хватает одежды". В то же время о боевом потенциале мальтийцев он отзывался одобрительно: "Дисциплина и обучение являлись постоянным предметом моих забот, и я могу доложить..., что Мальтийский легион находится в этом отношении на достойном уровне, лучшем, чем я ожидал увидеть по прибытии".

Заботами МакШихи Мальтийский легион получил пополнение за счет перевода мальтийцев из различных вспомогательных служб, началась выдача новой формы (зеленые мундиры и шляпы с красными плюмажами) взамен износившейся. В целом снабжение все равно оставалось скверным. Однако человек, водивший мальтийцев в бой, уважал их, а они верили ему - что очевидно повышало их боеспособность. До тех пор, пока с далекой Мальты не долетел отголосок народного восстания...


Мальтийский легионер в Египте, 1800.


ВЫБОР ЧЕСТИ.

В начале 1799 г. Французская армия готовила вторжение в Сирию. В рамках этого плана главные силы Мальтийского легиона после изнурительного перехода по пустыне с транспортом генерала Жюно 29 января прибыли в Суэц. Мальтийцам и раньше не везло со стоянками, но Суэц оказался особенно мрачной дырой. Гарнизон постоянно голодал. Вода, запасы которой пополнялись только дождями, хранилась в старых каменных цистернах, где быстро портилась и становилась источником желудочных заболеваний.

Гренадерская рота мальтийцев отправилась с Жюно в дальнейший поход (став его личным эскортом), для основной же части мальтийских солдат в Суэце начались томительные дни гарнизонной тоски, перемежавшиеся различными работами и стычками с арабскими партизанами. Однако 27 апреля события внезапно приняли роковой оборот. На траверзе Суэца появились британский линейный корабль "Центурион" и бриг "Альбатрос". Французы лихорадочно готовились к обороне. Мальтийцы были выдвинуты на самый угрожаемый участок. И тут терпению этих испытанных солдат пришел конец. Смутные вести о восстании на Мальте против французов и пришедших на помощь острову британских кораблях и ранее долетали до легионеров. Чтобы прояснить обстановку, они выбрали нескольких отличных пловцов и тайно послали их на британскую флотилию. Командовавший "Центурионом" капитан Джон С. Реньер приказал поднять "делегатов" на борт, подробно рассказал о героической борьбе их соотечественников, угостил ромом и отправил обратно.


HMS "Центурион", реконструкция.


И начался бунт. Мальтийские часовые бежали со своих постов и переплывали на английские корабли. На пытавшихся помешать им французов нападали с оружием. Легионеры отказались выполнять приказы и строить укрепления. Даже "Огонь-МакШихи" не смог взять их под контроль. Обеспокоенное ситуацией в Суэце, французское командование в Египте направило на помощь "пошатнувшейся твердыне" сильное подкрепление. С помощью прибывшего батальона остатки Мальтийского легиона принудили к повиновению.

Проведя расследование, французский генерал Дюмуе проявил подлинную объективность и неожиданно встал на защиту мальтийцев. "Они действительно голодали..., - отметил он в рапорте на имя генерала Бонапарта. - Множество раз храбро сражаясь лицом к неприятелю, они никогда не бывали поощрены, а, наоборот, использовались на самых грязных и унизительных работах. Таким образом, когда британцы предложили им возможность вернуться домой, они сочли, что их дезертирство совершенно оправдано...".


"МЫ ВОЗЗВАЛИ К НЕЙ И ПЕБЕДИЛИ!"

Генерал Дюмуе предложил расформировать Мальтийский легион и распределить его поротно между французскими полубригадами. Бонапарт внял совету и распорядился вывести мальтийцев из Суэца в Каир, а 12 июля 1799 г. издал приказ о роспуске Легиона. Его личный состав был прикомандирован к девяти различным полубригадам. К этому моменту потери мальтийских солдат в Египте составили, согласно обобщенным данным, не менее 99 убитых в боях и 36 умерших от чумы, не считая нескольких десятков перебежавших к британцам.

Об участии мальтийцев в завершающем периоде кампании в Египте в 1799 - 1801 гг. известно немного. Но самое известное сражение мальтийских солдат на французской службы, напоминание о котором сохранилось на Мальте по сей день, произошло именно тогда. В соборе Пресвятой Божьей Матери в городке Меллиха на Мальте хранится картина "Ex Voto", т.е. живописное воспроизведение чудесного спасения, преподнесенная Св.Марии из Меллихи сержантом Мишелем Табуни, ветераном похода в Египет. На полотне изображена Дева Мария, явившаяся с Младенцем Христом на руках в небе над пустынным пейзажем. Она осеняет своим покровом небольшой отряд солдат в белых и красных мальтийских мундирах, которые выстроились фронтом и беглым огнем отражают атаку сильной колонны арабских повстанцев. Подпись под картиной гласит: "30 августа 1799 нас было сто мальтийских и французских солдат, шедших из Рамании к Александрийскому каналу, когда мы были атакованы огромным числом арабов и спасены вмешательством Благословенной Девы Марии из Меллихи. Мы воззвали к Ней и победили, а неприятель бежал". Есть версия, что, вернувшись на Мальту, сержант в память о победе своей рукой написал "Ex Voto", и только образ Божьей Матери не решился рисовать сам и пригласил художника-профессионала...


Ex Voto с изображением  мальтийских солдат в Египте.


Поредевшие мальтийцы служили во французской Восточной армии в Египте до самого конца, уже после бегства генерала Бонапарта (август 1799 г.) и высадки британского экспедиционного корпуса (март 1801). Нескольким из них, попавшим в плен в неудачном сражении при Александрии 21 марта 1801 г., посчастливилось увидеть родину раньше, чем остальным. В 1802 г. британские транспорты "Зефир" и "Изабель" доставил на Мальту партию французских военнопленных из Египта. Среди них находились врач Мальтийского легиона Салву Сперанца, отказавшийся покинуть раненых на поле боя и захваченный англичанами, а также еще четверо мальтийских солдат. Остальные мальтийцы в полном составе попали в плен, когда 2 сентября 1801 г. вступила в силу капитуляция французских войск в Египте. Согласно условиям сдачи, все французы подлежали репатриации, а их иностранным союзникам было предоставлено самим выбирать себе дорогу. Так, после более чем трехлетних скитаний в далеком краю, уцелевшие экс-легионеры смогли вернуться на родину. На Мальте их встретили как героев и мучеников, несмотря на то, что они волей судеб оказались на стороне неприятеля. Те из них, кому позволяло здоровье, были зачислены британскими колониальными властями в Корпус ветеранов - полувоенное формирование, занимавшееся охраной порядка.


МАЛЬТА И ГОЗО.

Несмотря на то, что большинство мальтийцев не приняли французский оккупационный режим, были такие, которые искренне верили, что войска республиканской страны, светоча европейской культуры, принесут на остров прогресс и свободу. Разумеется, нашлись и те, кто пошел на службу к французам из меркантильных соображений. Воинские подразделения мальтийских коллаборационистов, принявшие в 1798-1800 гг. участие в обороне Гозо и Валетты, были сформированы именно из таких людей.


Мальтийский волонтер на французской службе, 1798 г.


В небольшом французском гарнизоне, занимавшем цитадель Рабата на Гозо мальтийцы составляли 4-ю (артиллерийскую) роту, именовавшуюся Ротой национальных ветеранов Мальты и насчитывавшую значительно менее 100 человек. В основном это были рядовые пушкари Мальтийского ордена, ради обеспечения своих семей спокойно сменивших одну службу на другую. В роту также вошли мальтийские сторонники французов, в том числе молодые образованные выходцы из знатных семей, энтузиасты призрачной идеи республиканской Мальты. Когда в сентябре 1798 г. восставшие гозитанцы штурмовали цитадель, убежденные франкофилы и темные наемники оказались перед моральным выбором. Несколько человек не пожелали убивать своих и бежали, спустившись со стен. Остальные продолжали участвовать в обороне вплоть до 28 октября, когда французский гарнизон принял предложение британского капитана Болла о капитуляции. Помня о безжалостности мальтийских повстанцев, французы выдвинули условием сдачу именно британцам и отправку на родину, что было выполнено. К своим мальтийским подручным оккупанты отнеслись честно и взяли их с собой.

Подразделение "мальтийских волонтеров" в Валетте было создано по принципу Национальной гвардии Франции и получило собственную форму - зеленые мундиры с красным прибором, отличавшие их от французов. О численности "волонтеров" известно, что по боевому расписанию французского гарнизона Валетты (уже ослабленного болезнями и боевыми потерями) на 31 декабря 1799 г. их насчитывалось всего 70 человек. "Волонтеры" разделили с французами все тяготы двухлетней обороны Валетты; в осажденном городе они просто не имели иного выбора. Когда 4 сентября 1800 г. французский гарнизон капитулировал, некоторые из них отправились в изгнание во Францию. Другие не нашли сил оставить родину и положились на милость победивших соотечественников, а скорее - британских властей. Есть основания полагать, что они ее удостоились: сведений об обратном не сохранилось.


"МАЛЬТИЙСКОЕ ДЕПО".

Эвакуированные в Тулон с Гозо в 1798 г. мальтийские солдаты положили начало созданию весьма специфического формирования под названием: "Депо (букв: хранилище) Мальтийского легиона, размещенное в Форте Фабер, Тулон", он же "Мальтийская артиллерия, предварительно включенная в Депо командующего 8-й дивизией". Эти шедевры галльского военно-бюрократического языка отражают две тенденции в отношении французов к горстке своих мальтийских союзников: попытку сохранить их как символ "лояльности мальтийцев" и недоумение, как поступить с таким крошечным отрядом. Тем не менее, военное министерство Франции гарантировало мальтийцам "такое же обращение и жалование, которые они имели на Мальте". Сохранился ряд документов, свидетельствующих об исполнении этого обещания, по крайней мере на первых порах.

"Депо" состояло из двух рот в составе 6 офицеров, среди которых были как мальтийцы, так и французы, и 57 фузилеров, а также 10 артиллеристов. Неофициальным лидером среди них и основным посредником в отношениях с французским командованием стал капитан 2-й роты Жозеф Гвидо, мальтийский нотабль и активный участник событий захвата Мальты Бонапартом. Тогда он фактически возглавил делегацию мальтийской знати, требовавшей от великого магистра фон Гомпеша сдачи острова во избежание кровопролития. Теперь же, пережив крах своих надежд, Гвидо смело выступал за права горстки мальтийских солдат в изгнании на сохранение своего национального имени.

В 1799 г. генерал Бонапарт бежал из Египта, бросив свою Восточную армию погибать в песках. С его возвращением республиканской мелочной сентиментальности в комплектовании Французских вооруженных сил пришел конец. Пошатнувшемуся военному гению были нужны новые победы, в дыму которых потонул бы зловещий мираж Пирамид. А для побед - нужны новые, масштабные и практично укомплектованные иностранные соединения. В декабре 1799 г. мальтийцы получили приказ перебазироваться в Бурж и влиться в состав Итальянского легиона.

Капитан Гвидо от имени своих товарищей ответил на это твердым отказом в письме к военному министру. "Позвольте заявить вам..., - писали мальтийские изгнанники, - что Мальтийский легион все еще существует и несет службу в Восточной армии... Поэтому нет оснований переводить нас в другое иностранное соединение, к которому мы не имеем никакого отношения". Для властного и истеричного Бонапарта это был почти мятеж. Не позднее начала 1800 г. "Мальтийское депо", дислоцированное к тому времени в Кондрю и сократившееся до 40 человек, было распущено. Дальнейших сведений о судьбе его солдат и офицеров нет; вольные и невольные изменники для своих соотечественников, они пропали без следа в хаосе Наполеоновских войн.


"Я - МАЛЬТИЙСКИЙ МОРЯК".

Знаменитый литературный персонаж Александра Дюма Эдмон Дантес (будущий граф Монте-Кристо), оказавшись после побега на борту контрабандистской шхуны, недаром представился: "Я - мальтийский моряк". Мореходные навыки мальтийцев были давно известны французам, и генерал Бонапарт не упустил возможности после покорения Мальты пополнить ими экипажи своей эскадры. Французами в 1798 г. были насильно мобилизованы 1 100 мальтийских моряков. Большинство из них являлись матросами бывшего флота Мальтийского ордена, захватить которых оккупантам было технически проще, чем сухопутных солдат: под прицелом пушек их просто перегрузили с борта на борт.

Логично предположить, что, опасаясь саботажа свободолюбивых мальтийцев, французские капитаны разбросали их небольшими группами по разным экипажам. Однако большинство мальтийских моряков прослужили под французским триколором очень недолго. 1-3 августа 1798 г., всего через полтора месяца после отплытия с Мальты, французская эскадра адмирала Де Брюе, доставившая Бонапарта в Египет, была наголову разгромлена при Абукире британским флотом знаменитого Горацио Нельсона. Из 17 вымпелов уйти удалось всего четырем, остальные были захвачены либо уничтожены. Поневоле разделив судьбу французов, большинство мальтийцев нашли смерть в окрашенных кровью волнах Абукирского залива или оказались у британцев в плену. Однако для них слова: "Я - мальтийский моряк", произнесенные при вступлении на палубу английского корабля-победителя, становились пропуском к свободе. Нельсон распорядился зачислять их в Royal Navy как "природных врагов безбожных республиканцев-французов". Английский флотоводец не ошибся в своем выборе: не сыграв сколько-нибудь заметной роли во французском флоте, матросы с Мальты под британским флагом сказали свое веское слово в морских баталиях Наполеоновских войн на Средиземноморье.


Поражение французского флота у Абукира, 1798 г.


ПОСЛЕДНИЙ.

Одинокий мальтиец оставался на службе Франции даже в 1812 г. Ветеран Мальтийского легиона в чине старшего сержанта нес гарнизонную службу на острове Корфу в батальоне так называемых Восточных стрелков, созданном из бывших бойцов Коптского и Греческого легионов давно ушедшего в прошлое Египетского похода...

После падения Наполеона Восточные стрелки были расформированы, и следы последнего мальтийского солдата императора затерялись. Хочется верить, что и он наконец нашел свой путь на родину. ______________________________________________________Михаил Кожемякин.