# Бд-20: Один в поле воин

Наталья Моршина

Московское метро в "час пик" похоже на море. Толпа людей волнами накатывает на турникеты, выплескивается с эскалаторов на платформу, закручивается водоворотами у переходов, вливается в подошедший поезд. Пестрые стайки ребятишек накапливаются на станции - у школьников каникулы.

Худенький паренек в зеленой курьерской униформе привычно ныряет в эту толпу. Он чувствует себя здесь как "рыба в воде". Если посмотреть сверху, можно увидеть, что зеленая кепка передвигается заметно быстрее основного потока. Как ему это удается?

На расспросы друзей-курьеров Егор увлеченно выдает теории передвижения. Если принцип "плечо вперед" еще понимают. Что тут не понять? Заводишь плечо немного вперед идущего рядом человека, и ты уже перед ним. То, как можно идти "по столбам", доходит далеко не до всех.

-Как Гарри Поттер, что ли?

-Да нет. Столбы все обходят заранее, а ты иди прямо на него. В последний момент шаг в сторону и сразу обратно. Там никого не будет, и пройдешь быстрее.

Другие пробовали так ходить, но Егор их все равно обгонял.

Егор любит спускаться в метро. Здесь нет солнца, которое отняло маму. Родинка на щеке сначала выросла, потом почернела, мамы не стало через три месяца. Он смотрел, как гроб с ее телом опускают в глубокую могилу и засыпают землей. Папа сказал, что там она обретет покой.

А через полгода у папы не выдержало сердце. На его похороны Егора не взяли. Тетка, с которой родители при жизни рассорились из-за квартирного вопроса, не задумываясь, определила племянника в интернат. Для домашнего мальчика, выросшего на книгах, это было тяжелым испытанием. Нашел выход - погрузился в свой внутренний мир.

Когда ему стукнуло восемнадцать, встал вопрос с жильем. Бюрократическая машина переварила данную теткой взятку и выдала: прописка на даче. Бывший пригород пару лет назад вошел в состав Новой Москвы. С дачей у Егора были связаны самые лучшие воспоминания о беззаботных летних каникулах, и первом увлечении длинноногой Наташкой с соседней аллеи. Но когда он увидел облезлый дом с проваленной крышей, сердце Егора сжалось. Кругом высотки и коттеджи с идеальными газонами, а участок зарос сорняками и молодыми побегами деревьев.

Деваться некуда - пришлось вспоминать, как раньше помогал родителям. Постепенно привел все в порядок - покрасил дом, поправил крышу, завел огород. Облагородил кусты смородины, заново окопал, подрезал. Смородина у них всегда была знатная. Из нее делались желе, варенье, компоты. Любимая мамина загадка про смородину помогла когда-то Егору поступить в школу. "Это красная? Нет черная. А почему белая? Потому что зеленая".

Все крупные деревья оставил - пожалел, хотя соседи жаловались. Деревья вымахали высотой с пятиэтажный дом, дали тень и прохладу. Две голубые ели даже зимой загораживали участок от ненавистного солнца и нескромных взглядов.

Таким же защищенным Егор чувствовал себя только в метро. Там он оказывался под землей, значит ближе к маме. Ему иногда казалось, что он слышит ее голос. Голос поддерживал в трудную минуту, успокаивал, подсказывал маршрут. Егор слушал и не замечал, как оказывался в нужном месте.


Сейчас этот голос что-то настойчиво и немного сбивчиво хочет сказать. Егор понимает - "опасность".

Вагон резко тормозит, многие падают, Егор успевает схватиться за поручень. В вагоне гаснет свет. Когда стихают разнообразные, не всегда цензурные возгласы, связанные с падением, наступает тишина.

-Хоть бы объявление сделали, - тревожно звучит в темноте женское контральто.

-Все, началось. Полюса поменялись местами, радиация пробьется на Землю, нам конец, - паникует фальцет неопределенного пола.

-Эк вы маханули - полюса. Авария, наверно, - говорит спокойный баритон.

- Ну конечно, от аварии так сразу все не вырубится! У меня телефон не работает! - не успокаивается паникер.

-Может, теракт? - предполагает неуверенное девичье сопрано.

Раздается щелчок зажигалки и вагон озаряется тусклым светом. Рядом с Егором стоит разносчик пиццы.

-Ну, с голоду не помрем, - подмигивает он, кивая на свою сумку.

-Так, слушаем все меня. Надо выбираться из вагона и двигаться к ближайшей станции, - оказывается, спокойный баритон принадлежит подтянутому мужчине с легкой сединой. Он же держит зажигалку.

А Егор слышит мамин голос.

"Наверх нельзя. Там плохо, опасно. Спасенье только под землей".

Егор сразу подумал про Тишку. Как он там? Прошлой осенью на участок забрел беспризорный кот - обычный, полосатый. Егор назвал кота Тихоном, приютил, отогрел, откормил. Другие коты тоже приходили столоваться. Всех кормил, хотя небольшой курьерской зарплаты только-только хватало самому.

Закрыв глаза, Егор представляет Тишку, и ... вдруг стоит в своем доме на веранде. Здесь очень тихо, слышно только тиканье часов. Кот привстал, потянулся, посмотрел недоуменно. Чего так рано то?

Егор выглядывает на улицу. На дворе лето, все должно быть зеленым, а за окном будто черно-белое кино включили - деревья почернели, листья опали, стоят одни голые остовы. На веранде окна большие, хорошо видно. Схватил Тишку, сунул за пазуху. Нельзя тебе, брат, тут оставаться.

Здесь нельзя, а где? И что теперь делать? Надо же предупредить кого-то. Егор постоял, подумал немного. Маминого голоса не слышно. Нужно обратно под землю, и чтобы там оказался кто-нибудь важный и ответственный.

Через мгновенье Егор понимает, что находится в большом зале. Во всю стену экран, вокруг огромного стола сидят люди с серьезными лицами. Тихон вырывается и забивается под этот стол. Пока Егор собирается с мыслями, как бы все объяснить, на него с двух сторон бросается охрана. И возгласы слышны недвусмысленные. Страшно. Спрятаться под столом, как Тихон, не получится. Егор знает самое защищенное место.

Дома ничего не изменилось. Тихо и черно за окном. Мимо проехала серебристая Тойота. Егор много раз видел, как из нее вылезала Наташка. Такая же длинноногая, только косы обрезала. Его не замечала, он не обижался, не хотел навязываться. Но сейчас другое дело.

Переместился к ней на заднее сиденье, она с испугу вильнула рулем.

-Ты что, в машине прятался? А ну выметайся! - рассерженная Наташка затормозила и выхватила из бардачка газовый баллончик.

- Хорошо, хорошо, только из машины не выходи.

Кого бы еще предупредить? Того курьера с пиццей!

В метро пассажиры расселись на полу, общаются, сортируют припасы. Забытый зеленый рюкзак стоит распотрошённым. Народа так много, что на Егора никто не обращает внимания, кроме коллеги-курьера.

- Э, парень, ты никак телепортировался?

- Да, походу, - Егор только сейчас осознал, что фактически делает, - cидите тут, не выходите наружу.

-Мы уже поняли. Сверху никто не спускается. Те, кто пошел разведать, что к чему, не вернулись.

Из динамиков звучит старая песня. Простые стихи, незатейливый мотив.

Ты стоишь и улыбаешься.

Подхожу и сердце в пятки.

Мне бежать бы без оглядки,

Но, куда бежать не знаю я.

Запись поставили, чтобы успокоить пассажиров и слова совсем не подходят к обстановке, но напоминают Егору про Алену. Они познакомились, когда устраивались на работу. Он курьером, она менеджером-координатором. Светлые длинные волосы, зеленые глаза, длинноногая, как Наташка. Егор ее с тех пор не видел, но по телефону всегда узнавал. И сейчас представил очень легко. Алена не удивилась его появлению, но когда он предложил отправиться с ним, заволновалась.

-А моя мама, сестренка? А друзья?

-Говори адреса, скорее.

Раньше Егор телепортировался один, а тут обнаружил, что если взять человека за руку, и он кого-нибудь возьмет, то они перенесутся вместе. Всех, кого знал, разместил в метро, Наташку не забыл. Но метро не резиновое. Нужно придумать что-то еще.

Вторая попытка - предупредить важных людей и заодно проведать Тихона. С котом все в порядке, расположился прямо посередине стола, тщательно вылизывается. Серьезные люди, похоже, пришли в себя и на этот раз отнеслись к Егору спокойно. Он им доложил обстановку. Они его обступили, стали показывать фото и наперебой просить спасти родных. Выяснилось, что подземных убежищ, где можно укрыться, еще достаточно. О коте обещали позаботиться, и Егору пришлось согласиться.

Словно в калейдоскопе замелькали перед Егором картины - высоченные потолки, старинная мебель, антикварные предметы, паркетные полы. Он переносил людей из одного места в другое, уже не понимая, где был, а где нет.

А голос в голове все громче.

-Скоро будет второй удар. Помоги.

-Как?

-Двигайся еще быстрее.

И Егор снова начал перемещаться, на этот раз по всему миру. Оказался сразу везде. Увидел нагромождение брошенных машин на автострадах, самолеты сбившиеся с курса и заходящие на аварийные посадки, корабли и круизные лайнеры замершие посреди океана. Их под землю не спрячешь! Покрытые пеплом вместо песка пустыни увидел, мертвые застывшие леса. А как же зверье в лесах, рыбы, птицы? Их куда?

-Защити!

Может и не мама говорит с Егором? Слились в один голос мольбы о помощи каждого, кому не нашлось места, где скрыться от надвигающейся беды. Всем своим существом, каждой клеткой Егор ощутил их боль. Понял, что есть только один способ помочь - защитить всех сразу.

Наполнился голосами, растворился в них. Поднялся над землей. Отдал всего себя, чтобы охватить, обнять тех, кто дорог. Закрыл собой маму, Тихона, Алену, Наташку, паренька с пиццей...


***

-Эх, опять опоздали!

-Почему опоздали? Все же хорошо закончилось. Вон, какой красивый щит получился - сверкает, переливается, ничем не пробьешь.

-Вот именно - ничем и тахионами тоже. К ним теперь не попасть еще лет триста, а может больше. И они не смогут оттуда пробиться. Будут жить в изоляции, передерутся. И что прикажешь в отчете писать?

-Что писать? Выполнено задание и точка. Про парня только не забудь сообщить. Надо бы в следующем Мире к его двойнику приглядеться.

-Само собой. Да, парня жалко. Способности о-го-го оказались. Ни разу еще такого прогресса не встречал. Сначала первый уровень - голос планеты слышал, потом сразу на третий перешёл - прыжки. А в конце-то как разогнался. Еще бы чуть-чуть и Переход. Силы только растратил, людей спасал. Эх! Который это Мир по счету?

-Какая разница, их бесконечно много.

-А я вот никак не могу привыкнуть. Завязывать надо, пора на отдых. Поселюсь в таком же вот Мире, только без дарлов, а то достали уже со своими нападениями. Буду смородину выращивать. Черную. Люблю ее с детства.

-Это когда ты последний раз встречал Мир без дарлов?

-А тот, в котором вардалы заправляли.

-Ну, понятно - вражда у них. Только вардалы тваргов не особо-то в свои Миры пускают. Или человеком хочешь прикинуться? Роста не хватит.

-Ладно, погнали дальше, не дави на больную пятку. Представляешь, они здесь тваргов гномами называли.

-Ага, а вардалов эльфами и дарлов ящерами.

-Драконами, а не ящерами.

-Да какая уже разница? Все, переходим, дежурство никто не отменял.

-Давай, песню только сохраню. Понравилась.

Ты стоишь и улыбаешься.