# Страж. Тайна Лупгрейфа

Наташа Загорская

ЧЕРНОВИК.ЗАВЕРШЕНО Третья история из цикла "Страж". Лиза отправляется в маленький, затерянный среди лесов, городок, потому что где-то там пропал ее друг. Что с ним случилось? Кто виновен в смерти Джесси? И что вообще происходит в Лупгрейфе? Сможет ли бывший страж разобраться в ситуации и найти ответы?

ПОСЛЕДНЕЕ ОБНОВЛЕНИЕ:08.03.2016

Огромное спасибо за обложкуИрине Ермолиной. !!!!!

Пролог.


Я уныло смотрела на дождь, барабанивший по стеклу машины. Низкое небо, казалось, сейчас рухнет на головы незадачливых прохожих, которых дела или же какие-нибудь иные прихоти заставили в такую погоду выбраться из теплых уютных домов.

На тротуарах спешно появлялись бесконечные лужицы, грозившие в скором времени превратиться в озера, по которым каплями стучал дождь, выдувая из них большие круглые пузыри.

Я проследила взглядом за желтым листочком, кружащимся в огромной луже у тротуара. Первые предвестники осени, эти упавшие жёлто-зелёные листочки в последней надежде цеплялись друг за друга, дрожали под порывами ледяного ветра, а дождь хлестал по ним крупными каплями, стремясь увлечь их за собой.

За потоками воды с трудом можно различить дома на другой стороне улицы и мне отчаянно не хотелось покидать уютный салон своего внедорожника и выходить под ливень. Надо же было выбрать такое неподходящее время для встречи со старым другом!

Я уныло наблюдала за косыми струями холодной воды. Скептически смотрела на лужи и редких пешеходов, сгибающихся под порывами ветра - в такую погоду даже зонт не спасает да и толку с него не будет

Но прятаться в машине и дальше было бесполезно. Нет, само собой, я могла позвонить и отменить встречу, но... ведь я уже на месте. И всего лишь осталось перебороть себя и выбраться под холодный дождь, пробежать пару шагов до входа в студенческое кафе и все. Глубоко вздохнув и помянув про себя недобрым словом наступившую в столице осень, я выскользнула из машины и тут же промокла почти насквозь. Мое пальто ни капли не спасло меня от ледяных потоков осеннего дождя. Выругавшись про себя, я в несколько шагов достигла крыльца студенческого кафе и проскользнула внутрь. Тряхнула волосами, пытаясь избавиться от противной влаги, и огляделась по сторонам.

Джесс был верен себе и, как и всегда, выбрал столик у самого окна, как будто ему не хватало вида осенней столицы. Из-за плохой погоды посетителей было немного и потому, мне не пришлось долго добираться до того места, где меня уже ждали.

Джесс, заметив меня, улыбнулся краешками губ и приветственно помахал рукой.

- Привет, - расплылся в улыбке мой старинный приятель, стоило мне оказаться возле него и начать неспешно снимать мокрое пальто.

- Привет, - я не спешила радоваться. Зная Джесси всегда можно сказать с уверенностью, что он умеет втягивать в неприятности, а мне эти самые неприятности были совершенно не нужны. Вот ни капельки. Но проигнорировать его просьбу о встрече, я не могла, да и если быть честной самой с собой, не хотела. Слишком мало приятных, и неприятных тоже, неожиданностей случалось со мной в последнее время, так что звонок от бывшего приятеля, я восприняла, как повод наконец хоть немного встряхнуться.

Последние месяцы выдались на удивление тихими и спокойными, Лекс радовался тому, что я не рискую своей жизнью, не лезу ни в какие расследования, не интересуюсь темными ритуалами, а я... я была готова завыть от скуки. Все-таки тихая и размеренная жизнь домохозяйки не по мне.

Именно поэтому я с таким энтузиазмом отозвалась на звонок Джесса, и приехала на назначенную им встречу. Мы перекидывались ничего не значащими фразами, пока молоденькая официанточка (скорее всего студентка одного из местных учебных заведений, которая подрабатывает в кафе на карманные расходы) принимала мой заказ на чашку кофе и штрудель с творогом. Но стоило ей отойти, как взгляд Джесса прочно прилип к моей руке.

- Тебя можно поздравить, - не спросил, а скорее констатировал факт он.

- Пока рано, - нехотя отозвалась я. - Свадьба зимой, а пока... - я лишь руками развела, не зная, что еще можно сказать и стоит ли что-то говорить.

Да, Лекс сделал мне предложение и я, конечно же, согласилась, правда нехотя, потому что не чувствовала себя готовой к такому ответственному шагу, как семейная жизнь. Но доктор Александр Варант умеет уговаривать и приводить аргументы.

К тому же мы и так уже несколько месяцев живем вместе, и все у нас хорошо. Ну, это с его стороны все хорошо и никаких проблем и забот. А вот я... я сомневалась. Семейная жизнь - это серьезно. Это дом, дети, заботы про которые я ничего не знаю. К этому нельзя подходить спустя рукава и не задумываясь о будущем. Но кто меня слушает? Он так решил - он сам так и сделал! И, несмотря на то, что я люблю своего дракона, уговорить меня на подобный шаг ему удалось с трудом. Вернее, он просто подловил меня однажды, и едва ли не силой одел мне палец семейный артефакт, символизирующий помолвку.

- Я его знаю? - выгнул темную бровь Джесси.

- Не думаю, - уклончиво отозвалась я.

Ну не говорить же бывшему парню о том, что променяла его на наследника Кантемиресов? Джесс хоть и смертный, но про династию "некоронованных королей мира" слышал. Да и неудобно мне хвастаться такими вещами.

- Не хочешь говорить, - по-своему понял мои ужимки приятель. - Ну и ладно. На свадьбу хоть пригласишь?

- Обязательно пришлю тебе приглашение, - вежливо отозвалась я, но мы оба понимали, что этого никогда не будет.

Впрочем, с Джесси не надо было лукавить и делать загадочное лицо, он всегда относился к жизни с изрядной доле легкомыслия, и я была уверена в том, что уж переживать из-за того, что я нашла кого-то получше чем он, не будет. Наоборот, еще и счастья мне искренне пожелает.

На этом разговор о скорой смене мной социального статуса сошел на нет. К тому же принесли мой заказ, и какое-то время мы сидели молча. Я пила кофе, Джесс же рассматривал мутные потоки воды, стекающие по оконному стеклу.

- Ты давно с Тедом разговаривала? - вдруг спросил он, и я едва не поперхнулась горячим кофе.

- Э... - неуверенно протянула я. - После выпуска ни разу его не видела, - наконец вспомнила я. - Его же отправили на стажировку куда-то на север?

Тед Кармински наш одногруппник и лучший друг Джесса, после окончания академии не смог задержаться в столице и, как и большинство выпускников, принял направление на обязательную стажировку куда-то в провинцию.

И потому я была несколько удивлена, что мой бывший парень интересуется о судьбе своего друга именно у меня, учитывая, что я никогда особенно не дружила с Тедом, да и познакомилась с ним лишь при непосредственном участии самого Джесса. Он верно понял мое удивление и опустив голову, глухо начал рассказывать.

- В последнюю нашу встречу, мы немного повздорили и Тед ушел, хлопнув дверью. Какое-то время он не отвечал на мои звонки и сообщения, а я решил, что он дуется. Но прошло уже несколько месяцев и от него ни слуху, ни духу. Я даже с матерью Теда пересекся. Она тоже вся на нервах, от того, что не разговаривала с сыном уже два месяца.

Я повернула голову и посмотрела в окно на дождь. Еще и полугода не прошло с тех пор, как мы закончили учебу и разбежались по разным концам света. А ощущение такое, что это было лет сто назад, не меньше.

И я вдруг с каким-то затаенным чувством обиды и досады на саму себя подумала, что совершенно не знаю, что стало с остальными моими сокурсниками. Как сложилась их судьба, куда они уехали, кто остался в столице? Ведь мы могли бы хоть иногда созваниваться или встречаться, общаться...

У меня не было близких друзей или подруг во время учебы. Я ровно общалась со всеми, но близко не сходилась ни с кем, кроме Джесси. Да и с ним мы после выпуска совершенно не поддерживали отношения. Пара встреч в этом самом кафе, да несколько телефонных разговоров - вот и все наше общение с тех пор, как мы разошлись по разным местам стажировки.

- Может быть, он сменил номер телефона, - неуверенно произнесла я, понимая. Насколько это глупо звучит. Но надо было хоть что-то сказать, чтобы поддержать друга.

- Нет, я проверял, - Джес тряхнул темными волосами, челка упала ему на лоб и я непроизвольно улыбнулась, отмечая, что он ни капельки не изменился за то время, что мы не виделись. - Просто думал, что может он с тобой общался в последнее время, и хоть ты что-то знаешь о том, куда он пропал?

- Нет, прости, - я опустила голову и поковырялась ложечкой в десерте. - Я не видела и не общалась с Тедом со времен нашего выпуска. Мне жаль, что ничем не могу тебе помочь. Но не отчаивайся. Я уверена, что все еще образуется. Не мог же он сквозь землю провалиться, а если бы что-нибудь произошло, то его матери обязательно бы сообщили. Скорее всего, Тед просто дуется или, быть может, очень сильно занят, - мои предположения звучали настолько абсурдно, что я замолчала на полуслове.

- Матери ничего не сообщали,- покачал головой Джесс, - я постоянно поддерживаю с ней связь. Она тоже очень волнуется, но ей ничего не известно. А работа? Лиза, его забросили в какой-то затерянный в лесах городишко, где населения от силы три-четыре тысячи! Какая там может быть нагрузка на работе? Школьников-прогульщиков отлавливать? - не выдержал Джесс и, усмехнувшись, добавил. - Если там, конечно, школа есть.

- Ну, это тоже работа, - пожала плечами я. - Знаешь, как важно не прогуливать школу? Хороший аттестат может дать шанс на то, чтобы уехать из такого места и начать новую жизнь, - я пыталась хоть как-то разрядить обстановку, интуитивно чувствуя, что Джесси просто на взводе. Нешуточная тревога за друга, с которым он плохо расстался, буквально съедала его изнутри.

- Ладно, что уж тут, - махнул рукой Джесс, делая равнодушное лицо, но я чувствовала, что на душе у него погано погано.

- Куда его послали на стажировку? - решила я продолжить разговор, чтобы хоть как-то отвлечь приятеля.

- Где-то на севере, городишко под названием Лупгрейф. Даже на карте его нет.

- Попробуй связаться с Тедом через офис шерифа, - предложила я. - Ведь там же должна быть связь.

- Думаешь, сам не догадался? - вызверился на меня Джесс. - Первым делом отыскал телефон шерифа и позвонил ему.

- И что? - я забыла и про кофе, и про десерт и подалась вперед.

- Ничего. Дозвониться туда оказалось делом не легким. Но пару раз мне повезло, трубку взял сам шериф. Но он мне ничем не помог.

- Как это?

- Сказал, что Тед Кармински больше не служит в Лупгрейфе и теперь по всем вопросам надо обращаться в Академию.

- А ты?

- В Академии никто ничего не знает. На все вопросы отвечают, что Тед направлен на стажировку в Лупгрейф. Замкнутый круг какой-то! - в сердцах бросил последнюю фразу Джесси.

- И что теперь? - растерялась я.

За последние месяцы я слишком отвыкла от реальной жизни. Лекс прочно привязал меня к себе, заставляя все больше и больше абстрагироваться от окружающего мира. Я почти перестала общаться с людьми. Раньше, хоть на работу ходила, а после того, как восьмой участок расформировали, и я приняла решение прервать свою стажировку, вся моя жизнь превратилась в полное болото.

- Я туда поеду, - упрямо сжав губы, произнес Джесси. - Ты прости, что тебя сюда вызвал и загрузил своими проблемами, но просто не знал больше к кому еще обратиться. А ты всегда умела слушать и давать ценные советы. Тед мой друг, и я не собираюсь сидеть в столице, сложа руки и ждать неизвестно чего. Я уже взял отпуск в участке и завтра выезжаю на север.

Я лишь вздохнула на это его высказывание и заверила, что в случае необходимости, Джесс всегда может на меня рассчитывать и звонить в любое время.

Мы еще немного посидели, вспоминая былые времена и нашу учебу. Поговорили об однокурсниках, о работе и разошлись.

А дождь продолжал поливать столицу, темные, почти черные тучи, низко нависали над городом, казалось, что еще немного и они просто улягутся на крыши многоэтажных зданий. Резкие порывы ветра обрывали уже изрядно пожелтевшую листву, унося ее куда-то вдаль...


## Глава 1.


Темнота. Душная, холодная, бездонная и беспросветная... Она везде. Она не дает вдохнуть, забивается в нос, рот, давит на плечи... Я пытаюсь закричать, но звуки вязнут в этой тьме... барахтаюсь изо всех сил, стараясь сбросить с себя тяжелое ярмо, но не выходит. Меня затягивает, словно в омут, парализует и не дает дышать.

Я все еще стараюсь закричать... но лишь беззвучно открываю рот, не в силах выдавить из себя ни единого звука...

- Лиза! - знакомый голос, словно луч света, пробивается сквозь чернильную тьму и рассеивает ее, - Лиза!

Я прохватилась от кошмара и села на кровати. Лекс зажег свет.

- Опять?.. - ему не стоило продолжать, я и сама поняла, что он хотел спросить.

- Нет, - покачала головой, стараясь выровнять дыхание. - Не видение. Просто кошмар. Обычный.

- Иди ко мне.

Он заключил меня в объятия и притянул к себе, словно защищая в кольце рук от всех невзгод, от страхов и видений. Я прижалась к нему, греясь от его тела, вдыхая пьянящий аромат, который до сих пор сводил меня с ума и почувствовала, как кошмар отступает. Просто кошмар...

- Не хочу, чтобы они снова повторились, - прошептал Лекс куда-то мне в макушку. - Они вытягивают из тебя все силы, и ты становишься беспомощней котенка. Только не сейчас.

Это было сказано таким тоном, что я немедленно напряглась и ужом выскользнула из его объятий.

- Та-а-а-к. Признавайся, что происходит, - я села, прислонившись спиной к подушкам, и скрестила на груди руки, давая понять, что не отстану, пока мне все не расскажут.

- Ничего, с чем бы я не справился, - Лекс попытался снова притянуть меня к себе, но не тут-то было.

- Александр Варант, вам напомнить на каких условиях я согласилась принять ваши матримониальные притязания или вы и сами вспомните?

Лекс вздохнул, уселся рядом со мной и, перехватив мою руку, принялся поглаживать пальцы. Если он думал, что таким образом сумеет выбить меня из колеи или сбить с мысли, то он крупно ошибался. За последние несколько месяцев совместной жизни, я выучила его как облупленного. Большое значение тут конечно имела и наша эмоциональная связь, но в ее усилении с моей стороны, я пока не признавалась.

- Мне придется уехать ненадолго, - наконец произнес Лекс, осознав, что я сдаваться не собираюсь.

- Зачем? - вопрос сорвался с губ, раньше, чем я успела облечь его в более благовидную форму, чтобы не напоминать ревнивую жену.

- По делам совета, - трагично вздохнув, он посмотрел на меня, целуя в этот момент мои пальцы.

- Как долго продлится это твое "ненадолго"? - я и не думала отбирать у него свою ладошку и откровенно наслаждалась неприхотливой лаской.

- Неделя, может быть, больше. Я не могу загадывать наперед.

- Это касается...

- Это касается совета, Лиза. Ничего больше. Никакого отношения к ритуалам и возрождениям не относится. Мне просто необходимо решить некоторые вопросы не в столице.

- Все в порядке, - я вздохнула и потянулась к нему. - Буду скучать.

- Ммм... и я...

Лекс одним плавным движением опрокинул меня на кровать и навис сверху. Его лицо медленно приближалось, я затаила дыхание в предвкушении. Еще немного... еще чуть-чуть...

Резкий звук раздался, словно из-под земли, нарушив очарование момента. Я вздрогнула и едва не столкнулась лбом с головой Лекса.

- Твою...! - никогда не слышала, чтобы мой дракон ругался.

- Что это такое? - я испуганно огляделась по сторонам, пытаясь понять, откуда взялся этот звук и что он означает.

- Сигнализация, - коротко бросил Лекс, одеваясь. - К нам кто-то влез.

Если честно, сразу мне захотелось засмеяться над шуткой, и только глядя на сосредоточенное лицо мужчины, я сдержалась.

- Ты шутишь? - все же решила уточнить.

- Нет. У нас гости. Не выходи из комнаты, пока не вернусь. Догадываюсь, кто этот смертник, но все же лучше подстраховаться.

И он спешно покинул спальню, двигаясь, однако, плавно и бесшумно. Я соскочила с кровати, накинула легкий халат и подбежала к двери. Выходить из комнаты не собиралась, но мне ведь никто не мешал послушать, что именно будет происходить внизу. Приоткрыв дверь, приникла к щелке и стала молиться, чтобы мой дар проявился именно сейчас, и слух улучшился. Чуда не произошло, к сожалению, но этого и не потребовалось. Совсем скоро до меня донеслись знакомые голоса.

Не мешкая больше ни секунды, выскользнула за дверь, и поспешила вниз. Высочайшее общество расположилось в кухне и, влетев туда, я замерла на пороге в изумлении. Ройс, изрядно потрепанный, стоял у противоположной от входа стены, в частичной трансформации, вонзив когти в стену. Лекс же находился у обеденного стола, на котором сломанной куклой лежала девушка. Длинные светлые волосы, перепачканные в чем-то темном, отдаленно напоминающем кровь, достигали пола, бледная кожа, закрытые глаза и небрежно свисающая рука с тонкой кистью, навевали весьма однозначные мысли. Я даже не сразу узнала в ней Алиру.

- Что случилось? - выдохнула я, приближаясь к Лексу, который сосредоточенно водил руками над телом ведьмочки. - Она жива?

- Жива, - сквозь зубы выдохнул Алекс. - Подай мне аптечку, пожалуйста, а то от этого, - кивок в сторону Ройса, - никакого толка.

Я молнией метнулась к навесному шкафчику, в котором хранился огромный зеленый ящик, называемый Лексом аптечкой, с трудом стащила его с верхней полки и, едва не навернувшись, поковыляла к столу. В прошлый раз мне казалось, он был намного легче. Впрочем, этот самый прошлый раз был несколько месяцев назад, и я тогда была перепугана до чертиков, что Лекс сильно пострадал, спасая меня и Ларкина от эграш.

Поставив аптечку на стол возле Алиры, я открыла ее и ретировалась поближе к Ройсу.

- Это ты ее так? - спросила у оборотня.

Оба мужчины глянули на меня со смесью злости, удивления и недоумения, что я смутилась. - А что тогда произошло?

- Влезла куда не надо, - коротко рыкнул Ройс и усилием воли заставил себя принять человеческий вид, правда когти так и не втянул. - Едва успел вытащить ее из той мясорубки.

- Черепно-мозговая травма, - произнес Алекс проводя руками над головой девушки и двигаясь ниже, вдоль распластанного на столе тела, - два ребра с левой стороны сломаны, - его ладони, не касаясь тела ведьмочки скользили к ногам. Дальше я не смотрела, сосредоточившись на Ройсе, и голос моего дракона прозвучал неожиданно, - вывих... был.

Ройс снова рыкнул и отвернулся.

- Кофе хочешь? - вдруг спросила я, и когда оборотень изумленно вскинул на меня глаза, добавила. - Все равно ты не уйдешь отсюда, пока Лекс не закончит.

Ройс подумав мгновение, кивнул. И я отправилась варить кофе.

За те месяцы, что мы с Лексом жили вместе, я более менее приспособилась к ведению домашнего хозяйства в его особняке. Ну, то есть, как приспособилась - выучила, в какое именно время появляется приходящая прислуга и всегда исчезала, чтобы не мешать. Но вот вопрос пропитания все еще стоял весьма остро. Кухарка из меня, если уж совсем честно, еще хуже, чем страж. Единственное, что в моем исполнении можно было есть без боязни заработать расстройство желудка, были бутерброды. Ведь хлеб, ветчину и сыр просто нарезав, невозможно испортить. Вот так и жили, если у Лекса была возможность, то готовил он, если же нет - мне приходилось заказывать готовую еду в ресторане, ну и естественно пытаться самосовершенствоваться в этом вопросе. Правда с совершенствованием в кулинарии получалось еще хуже, чем в магии, но я очень старалась.

Именно из гуманных соображений сейчас я всего лишь быстренько настрогала бутербродов и, поставив тарелку на небольшой стол у окна, тихонько позвала Ройса, который, не отрываясь, следил за тем, как Лекс осторожно промывает рану Алиры на голове.

- Что случилось, - тихонько спросила я у Ройса, когда он опустился на стул.

Оборотень пожал плечами, обхватил двумя руками чашку с кофе, не спеша пить, а сам не сводил глаз с того, что происходило на обеденном столе. Лекс сосредоточенно колдовал над недвижимым телом ведьмочки.

- Ройс, - снова позвала его я, заметив, что когти, которые он было втянул, снова стали увеличиваться, когда тело Алиры непроизвольно дернулось в ответ на какие-то манипуляции Алекса, - я же не просто из любопытства спрашиваю. Ты на взводе, Алира в таком виде, словно ее танком переехало. Что случилось?

- В отеле "Фелсу" произошла заварушка, - нехотя отозвался оборотень. - Не знаю в чем причина, да и разбираться не хочется. Лира оказалась в эпицентре. Я едва успел ее вытащить, но... - он сник, опустив голову, - сама видишь, она пострадала.

- Лекс справится, - я протянула руку и накрыла своей ладонью его, в немой попытке поддержать.

Оборотень лишь грустно улыбнулся мне в ответ. Сейчас в ярком свете электрических светильников, с копной небрежно откинутых назад золотистых волос, я немного потухшими янтарными глазами, Ройс как никогда походил на грустного бога. Да, именно так я когда-то в детстве представляла себе жителей небес ну или, став постарше и начав интересоваться разного рода фильмами и книгами фентези, я могла бы подумать, что передо мной инкуб, но никак не оборотень, который по своему желанию может обрастать шерстью и превращаться в волка. Огромного серого волка. Я сдавленно хихикнула, вспоминая тот самый первый раз, когда мой, тогда напарник и наставник, решил просветить ничего не знающую меня относительно сверхъестественного мира.

- Как у тебя дела? Вообще, я имею в виду. В последнее время мы редко видимся, а когда разговаривали в последнее время, я уже и не помню. Это как будто было в другой жизни, - вопросами я попыталась замаскировать неуместное сейчас веселье от воспоминаний.

- Да так, - Ройс пожал плечами. - Ничего интересного.

- Как обстоят дела в клане? Лекс говорил, что у вас что-то назревает и возможно совсем скоро сменится вожак?

- Вполне возможно, - механически отозвался оборотень, хотя я сомневаюсь, что он вообще услышал мой вопрос или же понял его смысл.

В этот момент, Лекс что-то сделал, и Алира протяжно застонала, слегка выгнувшись на столе. Ройса подскочил и уже был готов броситься туда, но мой дракон лишь небрежно махнул рукой, давая понять, что все в порядке. Оборотень снова тяжело опустился на стул.

- Так что ты собираешь делать дальше? - я не оставляла попыток разговорить Ройса, отвлечь от происходящего.

- Для начала, собираюсь втолковать одной непутевой ведьме, что у нее больше нет права выбора, а потом... есть мысль, но она пока терпит.

- Алира не сдается?

- Знаешь,- преувеличено тяжело вздохнул Ройс. - У нас есть поверье, что пару для оборотня выбирает богиня. Так вот, я никогда не был у нее в любимчиках.

- Все образуется, - я легонько сжала его пальцы.

- Само собой.

- А что собираешься делать дальше? Я имею в виду, в глобальном смысле. После расформирования участка, ты занялся делами клана, но мне кажется, что тебе это все не по душе. Не собираешься участвовать в схватке за место вожака?

- Не собираюсь, не мое это, - Ройс искоса посмотрел на меня и, усмехнувшись чему-то, продолжил, - Есть одна мысль, но для ее реализации надо много чего еще сделать. Подожду, пока Трик вернется из свадебного путешествия, и представлю ему свою идею. У него лучше получится утрясти все организационные моменты.

- Что за идея? - я неосознанно подалась вперед, готовясь услышать что-то, по меньшей мере, грандиозное.

- Не думайте, что если я занят, то не слышу, о чем вы там переговариваетесь, - раздраженный голос Алекса вызвал недовольное шипение у меня и заговорщицкую улыбку у Ройса.

Кажется, у меня с оборотнем скоро снова появятся общие дела, потому что, мне уже нравится то, что он там задумал, а если во всем этом будет участвовать и "дядюшка Адам", тогда я точно в деле. И подмигнув Ройсу, я уткнулась в чашку с кофе, пряча улыбку от недовольного взгляда доктора Александра Варанта.

- Я закончил, - буркнул он, приближаясь к нам, - энергию в нее вливать не надо, она ведьма и пропускает потоки извне через себя. Так что с этим все должно быть в полном порядке.

Лекс подошел вплотную к столу, за которым мы с Ройсом сидели, словно нашкодившие дети, отобрал мою чашку с уже остывшим кофе, одним глотком опрокинул ее содержимое в себя, скривился и жалобно посмотрел на меня. Выглядел он ужасно, бисеринки пота покрывали лоб и виски, под глазами залегли тени, лицо осунулось. Я поняла его без слов и, подскочив с места, отправилась варить еще кофе. Сам же Лекс уселся на мое место и недоверчиво посмотрел на тарелку с бутербродами.

- Я могу забрать ее домой? - осторожно спросил Ройс у друга. Он, кстати, тоже совершенно не заинтересовался моими бутербродами.

- Ее пока нельзя перемещать, - Алекс выбрал себе кусок хлеба с ветчиной и сыром и вцепился в него зубами, прожевал кусок, хмыкнул почему-то и продолжил, - Она проспит до утра.

- Спасибо, я...

- Не стоит, - отмахнулся Лекс, вгрызаясь в бутерброд.

Я разлила кофе по чашкам, достала из шкафчика шоколадку и поставила все это перед мужчинами. Заметив лакомство, Ройс тут же потянул к нему свою лапку, за что и получил по ней, причем и от меня и от Лекса - среагировали мы одновременно.

- Вы чего? - воскликнул оборотень, с обиженным видом потирая руку. - Уже и шоколадки жалко.

Лекс что-то пробурчал ему в ответ, допил обжигающе горячий кофе, даже не поморщившись, и встал.

- Мы спать, - произнес он, привлекая меня к себе. - Ты знаешь, где твоя комната. Постарайся не трясти девушку. Утром еще взгляну на нее, но проблем быть не должно.

Уже в спальне, он сгреб меня в охапку, обхватив двумя руками, уткнулся носом мне в шею и засопел. Я же в таком положении спать не могла совершенно, но помня, в каком состоянии Лекс был, когда закончил лечение ведьмы, попыталась замереть на месте и не дергаться, чтобы дать ему возможность выспаться и восстановить силы.

Расслабиться не получалось, уснуть, впрочем, тоже. В голову лезли разные, не слишком приятные, мысли. Сначала я думала о Ройсе и Алире, затем почему-то вспомнила дневную встречу и разговор с Джесси. Стало как-то тоскливо и обидно немного. Я проучилась в академии пять лет. Пять лет ходила на лекции с одними и теми же людьми, иногда мы встречались в кафе или же вместе посещали клубы, но после выпуска мы совершенно перестали общаться. Просто разошлись, каждый своей дорогой и даже не созванивались за все это время ни разу. Исключение составил лишь Джесси. Но и он объявился в моей жизни, спустя месяц после выпускного, и не слишком огорчился от того, что я не захотела продолжать наши с ним отношения.

А ведь некоторые из моих однокурсников остались на стажировку в столице, что мне стоило попытаться поддерживать с ними отношения? Хоть иногда встречаться в том же кафе? Но сразу я слишком погрузилась в работу, затем пришла новость о моем происхождении и о том, что на самом деле вокруг нас существует совершенно иная жизнь, про которую мои однокурсники ничего не знают. А потом весь мой мир сузился до одного лишь Алекса, и я перестала интересоваться тем, что происходит за дверями его особняка.

С этим необходимо что-то делать. Надо как-то выбираться из того вакуума, в который я сама себе загнала. Надо снова начинать жить полной жизнью. Может быть, эта новая идея Ройса даст первый толчок?

Погруженная в невеселые мысли. Я сама не заметила, как уснула. Спала спокойно. Без сновидений и кошмаров, но утром проснулась с больной головой и тяжестью на сердце. Что-то опять происходило, но я, пока не могла определить, что именно и какое все это имеет отношение ко мне.


## Глава 2.


Я без дела слонялась по особняку Алекса, не зная, куда себя приткнуть и чем заняться. Включила телевизор, и в расстройстве пощелкав каналами, выключила его. Затем позвонила Джинал, но тетя в радостном предвкушении очередной экскурсии быстро отделалась от меня, пожелав удачного дня, и отключилась. Лейлы не было в городе, да и если бы она была, то на улице с самого утра зарядил противный мелкий дождь, который навевал тоску и уныние и никак не способствовал бесцельному хождению по магазинам и торговым центрам. Я всерьез стала задумываться, что совершенно не представляю, чем себя занять на то время, что Лекса не будет.

Он уехал сегодня утром, встал очень рано и, выпроводив Ройса с его зазнобой еще до того, как я проснулась, приготовил завтрак и, поцеловав меня на прощание, отправился по своим делам. Теперь я не увижу его несколько дней, а может и недель - никто не знает, как пройдет его встреча.

В полнейшем унынии набрала номер Ларкина. Приятель ответил не сразу, мне пришлось изрядно подождать прежде, чем гений психологии и криминалистики ответит на вызов.

- Привет, - раздался в трубке хриплый голос.

- Ларкин, да ты никак не можешь оторваться от своих фолиантов. Совсем забыл, как выглядит мир. Даже на телефонные звонки отвечаешь через раз.

- Я занят, - недовольно буркнул Винс, и я услышала, как он шелестит страницами.

- Ты всегда занят, а на самом деле, наверное, даже поесть забываешь, закопавшись в свои книги, свитки или что ты там перебираешь.

- Я работаю с очень древними и важными документами. Ты представить не можешь, сколько в них содержится информации, сколько знаний можно почерпнуть из наследия наших предков...

- Хватит, - я перебила его практически на полуслове, - не надо читать мне лекцию о пользе чтения для развития интеллекта. Я это и без тебя все знаю. Лучше скажи мне, что ты там интересного нашел?

И тишина... лишь невнятное сопение в трубке. Меня все это изрядно напрягло. Вариантов подобного поведения Ларкина не так уж и много.

- Ларкин, - протянула я, готовясь к тому, чтобы привести аргументы в пользу того, что мне необходимо узнать все, что он раскопал в пыльных залежах шартренской библиотеки, - ты помнишь, как ты попал в архив Кантемиресов? Еще не забыл, что ради того, чтобы ты приобщился к высоким материям, мне пришлось пожертвовать своей свободой и, возможно, будущей карьерой? - я, конечно, преувеличивала изрядно. Разрешение жить в Шартрене и пользоваться библиотекой, в которой драконы хранили древние архивы, Лекс дал Ларкину задолго до того, как сделал мне предложение, и расплачивалась я за него совсем не так, как сказала только что, но надавить на совесть бывшего напарника мне ведь ничего не мешало?

- Лиза, я не могу говорить об этом. Прости, но доктор...

- Ларкин, я же все равно узнаю о том, что ты нарыл в этих архивах. Так что лучше побереги мое время и свои нервы и рассказывай. Лекс сорвался из дома именно из-за этих сведений?

- Не знаю, - по голосу было слышно, что приятель несколько озадачен моим вопросом. - Ничего такого я ему не сообщал и, честно говоря, не знаю, куда он мог поехать. Но это же доктор Варант, он всегда знает намного больше, чем говорить и пытается показать.

Я лишь хмыкнула в ответ. Кажется мне, кого-то ожидает весьма неприятная встреча по возвращении. Мы еще в самом начале договорились, что меня ставят в известность всего, что происходит, а получается, что один чересчур умный и хитрый дракон узнал какую-то важную информацию, и ничего мне не рассказал.

- Я тебя внимательно слушаю, - бескомпромиссно заявила я приятелю и, развалившись на диване в гостиной, приготовилась внимать.

- Это очень старая легенда, - нерешительно начал Ларкин. Но по мере рассказа, его голос становился все увереннее. Гений психологии и криминалистики, как и всегда, упивался собственными знаниями и фанател от своего ума. Обычное дело, если общаешься с Ларкиным, начинаешь чувствовать себя двоечником в компании умника-отличника и любимца всей школы, - все события происходили за несколько тысяч лет до рождения Виктора Кантемиреса, и теперь уже никого не осталось из очевидцев.

- А кто тогда все это написал? - не могла не съехидничать я.

- И написали все это также в то время. Давно очень, - буркнул Винс обиженно, - ты будешь слушать?

- Слушаю, я. Слушаю, не отвлекайся, - поспешила заверить своего бывшего напарника и настоящего друга.

- Так вот, - снова подсел на своего любимого конька Ларкин, - в те времена еще не было совета. Среди населения постоянно шли войны и стычки за место под солнцем, за право на жизнь. И вот однажды одному древнему дракону пришло в голову объединить под своим знаменем все кланы жителей поднебесья, - пафосно произнес Ларкин. - История не сохранила его имя, в старинных записях лишь сказано, что он был сильнейшим из всего своего племени. Так вот, этот дракон объединил под своим началом всех "похожих на него" - это цитата, если ты не поняла. А если говорить своими словами. То подозреваю, что именно этот безымянный чешуйчатый стал основоположником рода Кантемиресов. Ну, дело не совсем в этом. Дело в том, что его все любили и уважали. Почитали как родного отца, - Ларкин ехидно хмыкнул себе поднос, говоря об этом

- То есть нашего парня просто-напросто все вокруг боялись и потому в рот ему смотрели и поддакивали, чтобы он не спалил их всех вместе со скарбом и семейством к чертям? - перевела я все вышесказанное Ларкиным на более привычный язык. - Не шутка - сильнейший из драконов, да еще в те времена, чешуйчатые вроде как не утратили вторую ипостась и могли обращаться в огромных ящеров.

- Ну, да, как-то так. Так вот, слушай дальше. Несмотря на всю свою силу, и уважение, его все же предали и жестоко убили.

- Ого, как можно убить древнего дракона, особенно если он еще и самый сильный из всех живущих? - тут же заинтересовалась я, и даже приподнялась на диване в ожидании пояснения.

- Энрике Сорель, тоже был древним и бессмертным по определению, однако это его не спасло, и он лишился головы. А без головы, даже драконы не могут жить, - ответил Ларкин. - Будешь слушать дальше?

- Я - само внимание!

- Так вот. Этому нашему дракону отрубили голову и соответственно, он умер. Но его жена, а пары, как тебе известно, - с иронией в голосе произнес Ларкин, - у драконов на всю жизнь, не захотела мириться с таким течением событий. Тут стоит отойти от темы и сказать, что безымянный и могущественный, женат был не на ком-то там, а на одной из древнего рода заклинательниц.

- Ого! - теперь я уже слушала очень внимательно. Как-то все это слишком сильно напоминало одну уже известную мне историю, с не очень хорошим концом.

- Угу! Не перебивай. Так вот, заклинательница эта, от горя устроила местный апокалипсис. Сравняла с землей несколько городов, осушила полморя и превратила все это в пустыню. Народу угробила видимо-невидимо. А затем вдруг поняла, что месть - местью, но мужа ей это не вернет и ... - театральная пауза и Ларкин трагическим шепотом продолжил, - воскресила его.

- Чего?

- Того, неуч. Она использовала древний темный ритуал воскрешения и вернула своего ненаглядного из-за грани.

- Подожди, - я пыталась ухватить ускользающую мысль за хвост и оттого нервничала, и говорить начала быстро и сбивчиво. Зная Ларкина, можно быть уверенной, что он меня поймет, а если чего и не разберет в моем сбивчивом рассказе, так сам додумает или переспросит. - Но она же была заклинательницей, ты сам сказал. А еще, если верить вашим же словам, то заклинательницы древности одним лишь словом могли вернуть к жизни целые армии. И вот еще у меня вопрос, откуда у заклинательницы доступ к ритуалам темных магов? Разве эта категория сверхъестественного населения не всегда жила замкнуто по своим законам и правилам? И если принимать во внимание все вышеперечисленное и то, что я упустила, а ты обязательно сейчас додумаешь, то встает еще один вопрос: она сама все это придумала или ей подсказал кто? - Я подскочила на ноги и заметалась по комнате.

- Ну, да, - неуверенно ответил Винс, явно не понимая, к чему я веду, но уже заинтригованный моей версией. Мне показалось, что я услышала через телефонную трубку. Как у Ларкина в голове винтики и шестеренки завертелись - процесс пошел, наш гений стал думать. - Ну, могла заклинательница одним словом поднять целое войско павших воинов и что с того?

- А если она могла просто сказать своему муженьку: "Живи!". И он тут же принялся у нее в ногах ползать и с рук есть, то на кой ей понадобился темный ритуал? Зачем мараться в крови и магии темных, если можно сделать все тоже самое используя свою собственную силу? Которой она уж точно владела намного лучше, чем магией крови?

- Лиза, вот чем ты слушала? - укоризненно принялся увещевать меня гений психологии и криминалистики, - я ведь говорил, что дракону тому, мужу ее, голову отрубили. А даже заклинательница не может приделать обратно мертвому парню голову и потом оживить. Это знаешь ли, сюжет из фильмов про некромантов и чокнутых профессоров.

- Но если все так, и без головы она не могла его оживить своей силой. То как эта голова появилась у того дракона, после использования ритуала воскрешения? Или в результате этого ритуала недостающие части тела сами на место встают? Или, быть может, новые вырастают, получше прежних? - не сдавалась я.

А Ларкин замолчал. И молчал он долго, сопел лишь в трубку и все. Я забеспокоилась, слишком это было необычно.

- Винс? - тихонько позвала. - Ты, где там? Уснул что ли?

- Нет, - глухо отозвался приятель.

- Тогда чего молчишь?

- А я не знаю, что тебе сказать. Не знаю я, как она смогла его оживить?! Не понимаю! Ты все правильно сказала, лиши мага или дракона - да кого угодно! - головы, и он уже не воскреснет, не оживет и не регенерирует. Без руки, без ноги, без половины туловища жить сможет, без головы - нет. Не вырастет она заново! - в конце Винс почти сорвался на крик.

- И что это значит? - очень тихо, предвидя огромные неприятности, поинтересовалась я.

- Что мы в полном дерьме, - вдруг жестко ответил Ларкин. - Мне надо подумать и еще почитать тут... я потом тебе позвоню...

И он отключился, а я осталась стоять посреди комнаты, недоумевая. Ларкин не знал ответа! Такого на моей памяти никогда не было. Винс Ларкин всегда все знает. Он может ответить на любой вопрос. Он - гений! А сейчас? Что это такое было-то?

Но мне, как того и стоило ожидать, никто ничего не ответил. Озарения не случилось и, чтобы не забивать голову ненужными мне пока мыслями, решила позаниматься медитацией. Лекс особенно настаивал, чтобы я не пропускала ежедневные тренировки и потому, я решила вести себя, как послушная девочка и потопала в спальню.

Когда мой дракон был дома, я медитировала обычно в гостиной, под его чутким руководством, а вернее, пока я сидела на ковре и изображала из себя не пойми что, Лекс обычно читал, слушал музыку или же просто спал, чем неимоверно выводил меня из себя. Но был неуклонно несговорчив относительно необходимости подобных занятий. А вот сейчас его не было и мне ничто не мешало расположиться с комфортом на кровати. Все равно толку от всех этих занятий было чуть. В нирвану я не впадала, никакого второго я - тоже не обрела, только ноги обычно затекали, да попа болела каждый вечер.

Лишь несколько раз мне посчастливилось настолько отрешиться от окружающего мира, что я смогла что-то там почувствовала и то не смогла толком разобрать, что именно это было.

Однако теперь мой родовой дар уже не напоминал клубок голубого тумана в районе живота. После нескольких месяцев тренировок и постоянных попыток рассмотреть нечто светящееся внутри себя, мое наследие тоже увеличилось и теперь предстает мне в виде некоей голубоватой субстанции. Весьма непоседливой и игривой, кстати.

Вот и сейчас, расположившись на кровати, поджав под себя ноги, я погрузилась в свой внутренний мир. На удивление, родовой дар отозвался почти сразу, и мы принялись с ним "играть". То есть я пыталась схватить это вертлявое нечто и придать ему какую-нибудь форму, а оно убегало от меня, перетекая с одного места на другое. Сколько времени, мы так играли в догонялки, даже не представляю, но в какой-то момент меня ослепила вспышка.

Ночь. Темная лента дороги, по обочинам исполинами застыли темные силуэты деревьев. В свете фар видно как моросит мелкий противный дождь. И дороге конца-края не видно. И вдруг яркое пятно - указатель с надписью "Лупгрейф - 3 267".

Я резко распахнула глаза и едва не завалилась на спину, ноги затекли, сердце колотилось с бешеной силой, ладони вспотели и похолодели. И мне было знакомо это слово. Я слышала название этого места совсем недавно от Джесси. Именно туда он собирался поехать, чтобы найти Теда. С трудом распутав собственные конечности, я принялась усиленно массировать их, чтобы восстановить кровообращение. Когда же родные ножки обрели чувствительность, кое-как сползла с кровати и поковыляла искать телефон, проклиная и себя и свой собственный дар за ту подлянку, что он мне учинил.

Телефон отыскался внизу. Я набрала номер Джесси.

Гудок. Второй. Третий.

Джесси, наверное, только приехал в этот самый Лупгрейф. Сколько интересно надо времени, чтобы его отыскать?

Пятый. Шестой.

Где, черт побери, вообще находится эта дыра?

Девятый. Десятый.

И куда, мать его, подевался Джесс? Почему он не поднимает трубку, когда я ему звоню?

И холодный голос в трубке сообщает, что "абонент временно недоступен"!

- Да твою же...! - я выругалась в голос, в сердцах саданув кулаком по бедру, и всхлипнула от боли - не рассчитала силу удара.

Потирая собственную ногу, доковыляла до дивана и плюхнулась на него, стараясь успокоить собственное сердцебиение.

- Да, Лизка, раскисла ты за последние месяцы. Привыкла к тихой и размеренной жизни. Одно лишь маленькое видение, да какое это видение?! Так, виденьице! И ты уже дрожишь, словно лист на ветру. А ну отставить панику!

Звук собственного голоса немного привел меня в чувство и, вспомнив о пользе тетиной дыхательной гимнастики, смогла худо-бедно взять себя в руки. Мало ли почему Джесси не ответил? Может быть, он еще в дороге. А может, забыл телефон в машине, а сам куда-нибудь вышел? Или же он все-таки встретился с Тедом и теперь они где-нибудь отмечают встречу? Да все может быть! Он увидит, что я ему звонила и перезвонит мне обязательно, рассказать, как они с Кармински в очередной раз упились до белых поросят и щупали в каком-нибудь баре официанток. Такое уже сколько раз было. Ну, положим, про официанток-то мне раньше никто не рассказывал. А вот про "упились в баре" - сколько хочешь.

Успокоив собственную нервную систему таким образом, я решила, что не мешало бы заняться физическими нагрузками. Лекса долго еще не будет и гонять меня теперь некому, а вот когда он появится - мне несдобровать и снова придется соблазнять его прямо на полу в тренировочном зале, чтобы выбраться с этого самого зала с наименьшими потерями.


## Глава 3.


Несмотря на все мои ухищрения, тревога, которая после мысленных рассуждений вроде бы улеглась, снова дала о себе знать. Ведь и раньше мои видения никогда не случались просто так. Всегда для этого была какая-нибудь причина. Правда, Елена говорила, что мой дар сам подталкивает меня к разгадке происходящего, нашептывая о прошлом. Но, если подумать, то все мои видения были связаны с темными ритуалами. А сейчас?

Поездка Джесса в Лупгрейф не имеет никакого отношения к миру сверхъестественного. Да и Тед тоже не относится к магам или оборотням. Или все же? Я задумалась о том, могут ли мои бывшие сокурсники иметь свой собственный дар? Выходило, что могут. Ведь до того как я попала в восьмой участок на стажировку, я совершенно не чувствовала силу ни в ком из окружающих меня людей, я даже не знала о том, что в привычном и знакомом с самого детства мире есть второе дно. А после того, как моя сила проснулась, и дар дал о себе знать, я не видела никого из бывших сокурсников, кроме Джесси. Вот он точно смертный.

И теперь я ломала голову над тем, может ли мое видение надписи с названием Лупгрейфа иметь отношение к темным ритуалам возрождения и всем тем смертям, которые захлестнули столицу летом?

Нет, здесь точно никакой связи. Ну не верю я, что все мои видения связаны. Не хочу в это верить и все. Я просто очень близко к сердцу приняла рассказ бывшего парня, и потом, погода соответствующая, нагоняющая тоску, я одна в большом и совершенно пустом доме, вот мое подсознание и сыграло со мной нелепую шутку, подкинув мне видение указателя с названием города в котором проходит стажировку один из моих сокурсников, особенно учитывая, что я говорила об этом накануне.

К тому же в последнем видении с названием мелкого городишки была именно я. То есть, это я смотрела на тот указатель, это я ехала по той дороге, и значит, оно кардинально отличалось от всех предыдущих.

Раньше мне доводилось видеть будущее лишь дважды и оба этих видения сбылись. Хоть и не совсем так, как я ожидала. Значит, теперь мне суждено побывать в этом Лупгрейфе? А оно мне надо?

Задумавшись обо всех гранях своего собственного дара, я слишком сильно ударила по снаряду и он, срикошетив, толкнул меня в грудь. Отскочить само собой я не успела и схлопотав, в прямом смысле, по лбу, завалилась на спину, благо там были тренировочные маты и обошлось без увечий и серьезных ушибов.

И вот как будто именного этого мне и не хватало - в мозгах сразу же прояснилось, и я поняла, что делать дальше. Решение пришло само, и это было не видение, это было осознанная твердая уверенность в том, что мне жизненно необходимо побывать в Лупгрейфе. Зачем, почему? - такие вопросы не вставали передо мной. Как говорила Елена? Мой дар сам будет подсказывать, что и когда мне делать? Вот он и подсказал! Спасибо ему на этом.

Собрав все конечности в кучку, я отскребла свое многострадальное тельце от пола и потопала в душ, а затем в кабинет Лекса. Там был ноутбук и интернет. Мне требовалось как можно больше узнать о месте своего дальнейшего назначения - в том, что в Лупгрейф я поеду, сомнений уже не было. А вот ехать непонятно куда без какой-либо информации не стоит. Ларкин всегда повторял мне, что прежде, чем засунуть голову в пасть льву необходимо узнать размер этой самой пасти и увериться в том, что твоя голова влезет туда без проблем.

Лупгрейф - маленький городок к северу от столицы. Он затерян где-то в дремучих труднопроходимых лесах, большую часть года небо там затянуто тучами и осадков выпадает намного больше, чем в большинстве других городов страны. Численность населения составляет три тысячи двести шестьдесят семь человек на момент последней переписи, есть своя средняя школа и больница. Основные рабочие места местным жителям обеспечивает небольшой заводик, специализирующийся на производстве то ли консервов, то ли подшипников, то ли еще чего, не понятно.

Вообще, информации относительно этого городишки в сети оказалось как-то чересчур мало. Гиблое местечко, которое никому не интересно. Сколько вот таких вот городишек раскидано по нашей стране? Уверена, что предостаточно. Но люди живут и там, и уверена, неплохо живут. Единственной достопримечательностью Лупгрейфа является старинная усадьба, которая благодаря предприимчивости наследников, переоборудована в пансионат для семейных пар. Только вот мне очень интересно, какая семейная пара захочет провести отпуск у черта на рогах, в богом забытом захолустье?

Я пролистала несколько страниц с отзывами. Оказывается, недостатка в посетителях этот пансионат не испытывает. Возможно, это я совершенно не представляю себе, как можно считать отдых в богом забытом лесу удавшимся.

Честно говоря, вся информация, которую я смогла нарыть, относительно Лупгрейфа была размещена как раз на сайте этого самого пансионата под весьма неромантическим названием "Узгален". Владельцы сего бизнеса не думая долго дали название своему предприятию, основываясь на собственной фамилии. Ну, что же, возможно это приносит им прибыль, кто знает.

А вообще в тех местах, если судить по рекламным проспектам очень уж замечательная охота. Да и фотографии прилегающей к этому самому "Узгалену" территорий весьма впечатляющие. Огромное озеро с двух сторон окруженное вековыми соснами и елями, казалось, просто манит окунуться, где-то на горизонте видны вершины гор, покрытые вечными снегами, голубое небо с плывущими по нему кучерявыми облаками... Красотища.

Порыскав еще в интернете, я нашла карту как добраться до этого самого Лупгрейфа, отметила, что на самом-то деле городишко находится не так уж далеко от столицы, всего лишь четыре-пять часов на машине, если нигде не останавливаться.

Не слишком ободренная добытой информацией, решилась еще раз позвонить Джесси.

Трубку он снова не снял, на этот раз бесстрастный голос оператора сообщил мне о том, что абонент выключен, сразу. Решительно отринув все нехорошие мысли и тревоги, я утопала спать.

Перед самым сном позвонила Лексу, но и он, как назло, был занят и не смог со мной разговаривать, отделавшись обещанием перезвонить завтра.

- Да что же за день-то сегодня такой! - возмутилась я, глядя на себя в зеркало в ванной. - Почему меня все динамят? Никому я не нужна!

Удивительно, что Лекс не почувствовал моего настроения, ведь в последнее время наша связь стала еще крепче. Но, возможно, дело было в расстоянии между нами или же за последние месяцы он настолько привык к моему унылому настроению, что не обратил внимания на вспышки раздражение и страха. Впрочем, это и к лучшему, не хватало еще, что Лекс бросил все свои дела и примчался, чтобы носиться со мной. Нет, я была бы не против, видеть его рядом, но... всему же должен быть предел! Сколько можно опекать меня и просчитывать каждый мой шаг? Сколько можно настолько переживать, что попросту лишить меня возможности жить нормальной жизнью и просто запереть меня в этих четырех стенах?

Покривлявшись еще немного перед зеркалом, пользуясь тем, что все равно меня никто не видит, быстро приняла душ и улеглась в постель.

И вот тут-то и случилась самая большая пакость за весь сегодняшний день - я не могла уснуть без Лекса. За последние месяцы совместной жизни, мне было очень тяжело привыкнуть засыпать рядом с ним. Откровенно бесила его привычка постоянно сгребать меня в охапку, раздражало, когда он сопел мне на ухо или закидывал среди ночи на меня свои ноги. Каждый раз от такого, я просыпалась и скидывала все его конечности с себя, отодвигалась подальше, но он все равно "ловил" меня и снова подгребал под себя. Вот так мы и боролись с ним по ночам, и высыпаться у меня получалось лишь после того, как он встанет, благо на работу теперь подниматься ни свет, ни заря у меня необходимости не было. И, тем не менее, каждая ночь превращалась в своего рода испытание для моих нервов и его терпения. Я даже хотела переехать спать в другую комнату, но Лекс не пустил.

А сегодня мне отчаянно не хватало его тепла, его рук, прижимающих меня к мужской груди, его запаха, будоражащего кровь и воображение. Я ворочалась в кровати, то раскрываясь, то снова набрасывая на себя одеяло, и не могла уснуть без расслабляющего сопения на ухо. Мне хотелось прижаться к моему дракону, закинуть на него ноги, которым почему-то сегодня никак не лежалось под одеялом, положить голову ему на плечо и слушать, как он сопит во сне.

Я злилась. На саму себя за то, что так сильно привязалась к Лексу за последнее время, на самого Лекса за то, что он так быстро приучил меня к своему постоянному присутствию, а потом вот просто взял и уехал.

Чего я только не делала в эту ночь, и переворачивала подушку раза три, и подгребла под себя вторую, на которой обычно спал Алекс. И меняла одеяло разными сторонами и даже перестелила простыни, но все было бесполезно - заснуть не получалось. У меня даже возникло подленькое желание позвонить Лексу и заставить его посопеть в трубку, но я его отмела. Не хватало еще давать дракону такой козырь. Он и так уже почти совсем перестал выпускать меня из дома, а если я признаюсь ему в том, что без него мне уже совсем никак, то этот гад чешуйчатый, лишь возгордится и упрячет меня в Шартрен, как и грозился, на ближайшие лет сто.

Лишь ближе к рассвету мне удалось, наконец, задремать. Сон был неспокойным, тревожным. Постоянно чудилось чье-то чужое присутствие, неясное волнение и еще до конца не оформившаяся тревога. Но я все же смогла расслабиться и отогнать от себя все посторонние мысли.

Стоило мне медленно уплыть в мир сновидений, как над головой раздался резкий телефонный звонок.

Подскочив на кровати, я тут же схватила трубку. Еще не зная, кто это звонит, не слыша голоса, я почувствовала, как сердце сжимает ледяная рука страха.

- Лиза! - глухой знакомый голос словно прорвался ко мне из-под земли. - Ли...

- Джесс? Джесс, что случилось?

- Лизааааа.......помоги...Лиза.... - и тишина. Мертвая давящая, заглушающая все остальные звуки.

- Джесс? Джесс? - мои крики остались без ответа, в трубке раздались короткие гудки.

Часа два после этого звонка я пыталась дозвониться Джесси. Когда же у меня не получилось и до моего взбудораженного происходящим сознания дошло, что такими темпами я ничего не добьюсь, пришлось наступить на горло собственной гордости и позвонить Зару.

Выслушала много нового о себе за то, что подняла нашего красавчика с постели на рассвете, но все же заставила его пробить через сеть местонахождение телефона Джесса.

Правда пока Антон ругался и материл меня на чем свет стоит на заднем плане я услышала хриплый со сна голос Камиллы. И немного озадачилась. Никогда бы не подумала, что красавица суккубка может положить глаз на полуинкуба. Мне всегда казалось, что они недолюбливают друг друга и даже Ройс однажды говорил, что Антон просто завидует Камилле из-за того, что она получила свои способности в полном объеме, а он сын не последнего члена рода, оказался совершенно не способным ни на что.

Впрочем, если подумать. То после смерти Энрике Сореля шансы Камиллы на звание главы рода стали на один ближе, чем раньше. Бывшая помощница Алекса, хоть и была слишком молодой для того, чтобы претендовать на право возглавить род, но все же подавала большие надежды уже сейчас. А Антон ведь тоже не последних кровей. Ну и что в том, что он не получил инкубъего дара, зато в его жилах текла сильная кровь. Так что...

Впрочем, об этом решила подумать потом, как-нибудь.

Зар не обрадовал. Он не смог отследил звонок, телефон оказался выключен и более того, кажется, карта была уничтожен. В общем, определить местонахождение и самого аппарата и его владельца в настоящее время оказалось невозможным.

И это еще больше заставило меня нервничать. Новый день застал меня на ногах, лихорадочно мечущуюся по комнате в процессе пакования вещей. Самым сложным было объяснить Лексу, куда я еду и зачем.

Но признаваться сразу во всем не спешила. Во-первых, была абсолютно уверена, что если только заикнусь о Джессе, то Алекс тут же примчится и замучает меня своей заботой и вниманием, поскольку большего собственника, чем мой дракон земля еще не носила. Это пока он был во мне не уверен, держал себя в руках и даже одно время позволял Ройсу заигрывать и оказывать мне знаки внимания. А вот с тех пор, когда я, наконец, приняла для себя окончательное и бесповоротное решение, что для меня на этом свете больше не нужен никто кроме него - стало иногда просто невыносимо. Он даже Ларкина пустил в святая святых всех Кантемиресов только потому, что, закопавшись в семейных архивах драконов, Винс для меня стал практически недоступен. И вот где логика, не понимаю?

Именно поэтому, для начала, поставила Лекса в известность о том, что мне плохо, скучно и одиноко без него в огромном особняке, что я скоро сойду с ума и начну ныть и плакаться, а также звонить ему каждые пятнадцать минут и отрывать от важных дел. Все это старалась говорить противным даже мне самой, плаксивым голосом и как можно сильнее действовать на нервы Лексу. Он впечатлился и очень осторожно поинтересовался, к чему был весь этот спектакль. Все-таки он меня слишком хорошо изучил за последние месяцы и на подобные разводы не ведется, к тому же чувствуя все мои сильные эмоции, Лекс прекрасно знает, что подобное поведение мне несвойственно.

Мда... обмануть дракона не удалось, но я не расстраивалась. В любом случае он сейчас далеко и не сможет помешать мне осуществить задуманное. Да, мне не хотелось уезжать, не поставив его в известность, но по большому счету, он мне еще не муж и не особо пусть командует.

- Хочу провести несколько дней вдали от столицы, - уже нормально ответила я. - Мне тут на глаза попалась реклама пансионата в одном весьма живописном местечке. Хочу съездить туда на несколько дней и просто развеяться, а то скоро сойду с ума от постоянного пребывания в четырех стенах твоего особняка.

- Нашего особняка, - поправил меня этот собственник.

- Пусть нашего, не важно. Важно то, что я уже не могу видеть эти стены. Скоро волком выть буду от полного бездействия.

- Лиза, почему нельзя потерпеть всего несколько дней, и когда я вернусь, мы съездим в Шартрен, - Лекс был раздражен, и хоть при разговоре со мной он сдерживался, все равно, непримиримые нотки в его глоссе проскальзывали.

- Когда я говорю, что хочу отдохнуть, я совсем не имею в виду, что мне необходимо общение со всеми твоими родственниками, - надулась я. - Вспомни, что было, когда мы приезжали туда в последний раз?

В тот раз и в самом деле получилось просто отвратительно. Лекс, наконец, уломал меня провести выходные в Шартрене, подальше от столицы, пообщаться с Ларкиным, пока он будет решать какие-то вопросы с дедом. А в результате там собралось почти все семейство Кантемиресов, и нас не оставляли наедине ни на минуту. Чтобы скрыться от вездесущих драконов, я сбежала в подвал, который там называется архивом, и провела почти все выходные в обнимку с каким-то толстым и пыльным фолиантов по древней магии. А все потому, что Ларкин тоже не смог оторваться от своей научно-изыскательской деятельности.

- Лиза, - вымученно протянул Алекс. Ему явно не хотелось меня никуда отпускать, но и запретить он тоже не решался, видимо, переживая, что тогда я все равно поступлю по своему, и в результате он же и будет виноват в ссоре.

- Я просто поживу несколько дней в пансионате в лесу. Свежий воздух, никакой опасности. Охотой и рыбалкой я не увлекаюсь, а все, что мне может грозить там - это быть заживо съеденной комарами. Лекс, не вредничай, я же не мешаю тебе развлекаться!

- Почему именно там? - не сдавался мой дракон, пропустив мимо ушей реплику про развлечения.

- А почему нет? - вполне резонно ответила я вопросом на вопрос. - Я видела рекламные проспекты, там очень красиво. Большое озеро, хвойный лес вокруг. Городишко такой маленький, что все друг друга знают. Уверена, что последнее происшествие там случалось лет сто назад. Ну, серьезно, Лекс, - уже простонала я, чувствуя, что он готов сдаться и едва не запищала от восторга, услышав от него заветные слова.

- Хорошо, езжай. Только, пожалуйста, ни во что не ввязывайся, если вдруг начнутся видения, сразу же домой, звони мне...

- Хорошо папочка, - медовым голосом пропела я, - допоздна не гуляю, в машину к незнакомым дяденькам не сажусь и за углом школы с мальчиками не целуюсь.

- Лиза, - рыкнул на последнюю мою реплику доктор Варант, и уже спокойнее добавил. - Будь осторожна.

- Само собой. И если тебе удастся освободиться пораньше, приезжай ко мне. Вместе погуляем по лесу. Люблю тебя.

- Люблю тебя, - прошептал мне мой дракон и отключился.

А через час после этого, скинув Лексу все, что я нашла вчера в интернете о Лупгрейфе и санатории, я выезжала из ворот нашего с ним особняка.


## Глава 4.


Я ехала по этому шоссе уже часов пять. Последние признаки какого-либо жилья остались позади где-то в трех часах езды, и теперь с двух сторон дорогу обступал лес. Вековые сосны, как гигантские исполины стояли по обе стороны, образовывая живой кордон, сквозь их переплетенные в вышине ветви на землю не пробивалось ни лучика света. Впрочем, о чем это я? Какой свет, когда солнце прочно спряталась за серыми, нависшими до самой земли тучами? И вот уже на протяжении последних двух часов в желтоватом свете фар можно видеть, как мелкая морось кружится в воздухе, оседая на и без того мокрый асфальт. Все вокруг расцвечено серым и черным. Погода не задалась с самого утра. И если в столице, несмотря на затянутое тучами небо, дождя не было, то стоило мне отъехать всего несколько километров на север, как зарядила вот эта мелкая, навевающая тоску и уныние морось. Настроение мое и без того было паршивей некуда.

Несмотря на все попытки, дозвониться Джесси, я так и не смогла, и это еще больше делало унылое настроение просто отвратным. Тревога за друга грызла изнутри и не давала нормально сосредоточиться на мыслях.

А впереди только темная лента дороги. Долбаный навигатор упорно показывает мне поворот направо, на небольшую проселочную дорогу, которая и ведет к необходимому мне городу. Только вот, вся беда в том, что поворота этого нет. То есть на карте и даже по навигатору, он есть, а на деле - нет. Только лес и сосны, и дорога, которая уходит куда-то вперед. Я уже несколько раз разворачивала машину и возвращалась назад, думая, что могла пропустить этот проклятый поворот. Но его не было! У меня оставалось только два выхода: либо вернуться обратно, к тому придорожному мотелю, который я проехала три часа назад, либо ехать вперед и молиться, чтобы этот ненавистный уже мне поворот, оказался где-то впереди. Я выбрала второе. Тихо матерясь себе под нос и время от времени набирая номер телефона Джесси - а вдруг! - я продолжала вести машину.

Время было еще не позднее, но из-за нависших туч и проклятого дождя, казалось, будто уже давно поздний вечер. Подозреваю, что эта поездка надолго отобьет у меня охоту путешествовать по родной стране.

Но тут впереди мелькнуло что-то, похожее на знак. Я снизила скорость и присмотрелась повнимательнее. Нет!! Это просто невозможно!! Это издевательство какое-то! Фары внедорожника осветили огромный деревянный щит, на котором было большими буквами написано "Лупгрейф 3 267".

Именно туда мне и надо было попасть. Именно эту картинку я видела вчера вечером во время медитации, только вот снизу, там, где должен был быть указан маршрут - зияла огромная дыра. Кто-то просто выломал кусок щита для каких-то своих нужд, а может он от старости рассыпался в прах?

И что мне теперь делать??? Вздохнув, снова завела мотор и поехала дальше. Ведь должна же эта дорога когда-нибудь закончиться?? Она же не может длиться вечно? А значит, куда-нибудь я точно приеду.


Мне повезло буквально метров через сто после упомянутого дорожного щита с указанием названия города - обнаружился пропавший поворот. Вознеся короткую молитву своим собственным нервам, я свернула с шоссе на хорошо утрамбованную проселочную дорогу.

В этот конкретный момент, я с благодарностью вспомнила тетю Джинал, которая расщедрилась и подарила мне именно внедорожник на окончание академии, полгода назад. Правда, в тот момент, когда подарок был сделан и принят, я не слишком радовалась огромной машине, зато теперь оценила все преимущества по достоинству. Не сказать, чтобы дорога, ведущая в Лупгрейф была уж слишком размыта, вовсе нет, но всегда приятно знать, что в случае чего, тебе не придется вызывать эвакуатор или же топать пешком до ближайшего жилья.

Совсем скоро перед моим взглядом открылась просто потрясающая по своей красоте картина. Дорога вильнула и вывела меня к огромному озеру. Прозрачная вода, по которой пробегала рябь от сыплющейся с небо мороси отражала серое небо. Вековые сосны исполинами застыли с двух сторон, словно непоколебимые охранники, охраняющие покой и неприкосновенность своей святыни. На противоположной стороне виднелись постройки, скорее всего, принадлежащие санаторию "Узгален". Они довольно кучно располагались на обрывистом и достаточно высоком берегу.

А вот моя дорога, петляя вдоль более пологого с этой стороны, берега озера, вывела меня прямо к городу. Он начался как-то совсем неожиданно, словно просто вырос из-под земли, стоило мне проехать озеро, как на пути стали попадаться аккуратные маленькие домики, обнесенные не менее аккуратными невысокими заборчиками. Во дворах было много деревьев, ровно подстриженных декоративных кустарников, которые тянулись вверх своими полуоблетевшими ветками. Кое-где на клумбах еще сохранились яркие растения, цветущие обычно поздней осенью; забытые качели и детские домики на деревьях; беседки и лавочки - все это дышало каким-то умиротворением и покоем...или полнейшим застоем.

По мере продвижения вглубь города, дома стали выше, улицы шире, кое-где попадались и жители сего примечательного городка. Главная улица Лупгрейфа была прямой и длинной и вывела меня на площадь перед зданием муниципалитета, в котором помимо всего прочего, располагался и офис шерифа. Не полицейский участок, а именно, офис шерифа. Четырехэтажное строение было самым высоким зданием из всех и горделиво возвышалось над невысокими постройками.

Вокруг муниципалитета располагались кафешки, магазинчики, различные лавки, бутики, здесь была аптека, соседствующая с похоронным бюро, здание местного банка, с облупившейся от времени и дождя вывеской, на которой с трудом можно было прочитать его название, адвокатская контора, фотосалон и многое-многое другое.

Первым моим порывом было свернуть на боковую улочку, где виднелись преимущественно двухэтажные дома из красного кирпича, чтобы поискать какую-нибудь гостиницу или мотель.

Возможность остановиться в пансионате "Узгален" сгорела на корню, когда я позвонила туда еще при выезде из столицы, и мне ответили, что они не принимают одиноких отдыхающих. Девизом пансионата "Узгален" было: "Отдых всей семьей"!

Именно поэтому теперь мне приходилось искать ночлег в этом богом забытом городке. Я решительно припарковала машину у обочины, напротив небольшого кафе под названием "У Рози", подумав о том, что в таком маленьком городке информацию надо добывать именно вот в таких забегаловках.

Но желание поскорее разведать, где сейчас находится Джесси, уступало перед обыкновенным голодом. Из столицы я выехала рано утром, даже не позавтракав. На протяжении всего пути, мне лишь однажды попался небольшой придорожный мотель, но качество приготовления пищи, там оставляло желать лучшего и вот, как результат - я умираю с голода. Тем больше причин у меня было посетить вполне уютное, на первый взгляд, кафе, с романтическим названием "У Рози".

Выбравшись из машины, я огляделась по сторонам, отметив, что в центре города намного более оживленно, чем на окраине, и не обнаружив ничего подозрительного, решительно направилась в кафе.

На двери звякнул колокольчик и переступив порог, я оказалась в раю. Для моего совершенно пустого желудка, это небольшое светлое помещение, наполненное запахами свежей выпечки, корицы и ванили, было именно раем. Вдоль окна размещались небольшие квадратные столики, украшенные белоснежными вышитыми скатертями, на каждом из них помимо обычной подставки с салфетками стояли глиняные вазочки с яркими букетами из засушенных цветов и кленовых листьев. Посетителей здесь было немного: в углу сидели двое мужчин, которые повернулись в мою сторону, стоило мне переступить порог, окинули заинтересованными взглядами и на этом все; да немолодая уже женщина с двумя маленькими детьми, которая совершенно не обратила на меня никакого внимания, полностью занятая тем, что пыталась призвать своих отпрысков к порядку и выговаривала мальчику постарше за то, что тот раскрошил пирог по столу.

Я же не став особо заострять внимание на посетителях этого кафе, намертво прилипла к витрине с пирогами. Чего здесь только не было: пироги со всевозможными начинками, булочки, плюшки, ватрушки, печенье разных сортов, форм и размеров, пирожные и кексы. Если бы могла, съела бы все это глазами, а затем попросила бы добавки.

- Добрый день, - раздался звонкий старушечий голосок. - Мы рады приветствовать вас с Лупгрейфе. Чего-то желаете?

Нехотя я оторвалась взглядом от всего этого многообразия всевозможной выпечки и осмотрелась. По ту сторону витрины, прямо передо мной, стояла невысокая сухонькая старушка в накрахмаленном чепце и белоснежном переднике. Она внимательно смотрела на меня слегка выцветшими голубыми глазами, в которых светился ум и немножко любопытства.

- Эм... - я растерялась сразу, но голодный желудок быстренько подал о себе знать. - Кофе. У вас же есть кофе?

Бабулька неодобрительно поджала губы, но оперативно повернулась к кофемашине.

- Сахар, сливки? - вежливо поинтересовалась она у меня.

Я зачарованно наблюдала за тем, как ловко она обращается с аппаратом.

- Или просто черный? - не отставала от меня старушка.

- Да, черный, пожалуйста, - наконец выдавила я из себя. - И еще, кусок вон того пирога с вишней, две ватрушки и пирожок с яблоками и корицей, - продолжала заказывать я, а бабулька после моих слов расцветала на глазах.

Взгляд ее стал таким умильным, на морщинистом лице появилась широкая и довольная улыбка, да и движения ее тут же стали суетливыми.

- Сейчас, сейчас, - приговаривала она, накладывая мне все, на что я указывала, - вы садитесь, выбирайте место, я сейчас все вам принесу сама.

Немного огорошенная таким отношением, я все же плюхнулась за ближайший столик, обхватила руками горячую чашку с кофе и голодным взглядом принялась следить за тем, как на подносе перед странной работницей местного кафе увеличивается горка тарелок с моим заказом.

Несмотря на возражения бойкой старушки, я все же поднялась с места и отобрала у нее опасно накренившийся поднос. Поставила его на облюбованный мной столик и, плюхнувшись обратно на стул, взяла с тарелки кусок пирога с вишневой начинкой. Первый же укус заставил меня блаженно зажмуриться и с трудом сдержать стон наслаждения. Потрясающе! Никогда ничего вкуснее не пробовала!

- Я взяла на себя смелость приготовить нам с вами свой фирменный ягодный чай, - раздался совсем рядом голос бабули, и рядом с моей тарелкой появилась большая чашка с ароматным напитком.

Я в недоумении посмотрела на устраивающуюся напротив меня старушенцию. Перед ней красовалась точно такая же чашка.

- У нас здесь совсем маленький городок, - словно извиняясь, произнесла она. - Совсем ничего не происходит. А вы, из столицы, да?

- Угу, - кивнула я с набитым ртом и принялась активно работать челюстями.

- Такая худенькая, - ни к кому особо не обращаясь, посетовала бабулька. - Вас там, в столице, наверное, совсем не кормят? Или это новое веяние современной моды, костями греметь?

Я все еще взирала на нее вытаращенными от изумления глазами, не забывая однако усиленно поглощать еду с тарелок, но бабуля не обращала на мое замешательство ровным счетом никакого внимания и продолжала говорить.

- Меня зову Рози. Рози Таркайт. Я вроде как здесь всем заправляю, - похвасталась она. - Все эти вкусности приготовлены по моему рецепту. Семейная тайна, можно сказать, - усмехнулась старушка. - Марта Фирган душу продать готова, чтобы узнать, что именно я добавляю в тесто, чтобы она получалось у меня таким воздушным и не черствело быстро.

- Пироги бесподобны, - наконец выдавила я из себя и сделала глоток вкусно пахнущего чая. - И чай. Ничего вкуснее в своей жизни не пробовала, - похвалила я и тут же спохватившись, добавила. - Я Лиза. Лиза Донел.

Сразу я думала о том, что не стоит называться своим настоящим именем, но потом, по здравом размышлении, решила, что в случае, если местный шериф попросит меня предъявить документы и решит проверить, то обман быстро выплывет наружу.

- Спасибо, - не стала жеманничать бабуля в ответ на мой комплимент про пироги. - Я рада, что моя выпечка пришлась вам по душе. Впрочем, они здесь всем нравятся. А что вы забыли в нашем захолустье?

Я немного смутилась, все же врать такой милой женщине мне не очень хотелось, но выбора не было. Мне было неизвестно, на что именно стоит рассчитывать, и с чем придется столкнуться в этом городе, поэтому следовало быть осторожной во всем.

- Оу, - я опустила глаза и спряталась за чашкой с чаем. - Я вообще-то, можно сказать путешествую. Редакция журнала, в котором я работаю, дала задание подготовить каталоги видов природы. А у вас здесь так живописно. Такие места красивые, что... - пожала плечами, не желая продолжать дальше.

- Так вы фотограф! - вдохновлено воскликнула Рози.

- Ну, не то чтобы... - мне не очень хотелось выдавать себя за профессионала, но конкретно эту легенду я продумала еще в машине, по пути сюда.

На мысль назваться фотографом, меня натолкнула, случайно обнаруженная в вещах, перевезенных из дома Джинал, камера. Когда-то тетя очень сильно увлекалась фотографией и даже таскала меня на уроки фотомастерства. Вот теперь мне это все и пригодилось. Но все же, особо я в этом деле не понимала, так что профессионалом называться мне точно нельзя, а вдруг в этом городке есть кто-то, кто может вывести меня на чистую воду?

- Я, скорее практикант, стажер, - врать было все сложнее и сложнее. - Вот первое задание от редакции...

- Все понятно, - улыбнулась бабуля и тут же засуетилась. - Ты кушай, кушай, а то так исхудала, в этой своей столице. И чего вас всех туда тянет, не пойму? Что хорошего в большом городе, где и поговорить-то не с кем?

Вот так под причитания Рози и отвечая на некоторые из ее вопросов, я и прикончила все пироги. Оторвалась от тарелки только тогда, когда вся посуда передо мной опустела, а в желудке совершенно не осталось свободного места. На минуточку, я даже подумала, что мне придется заночевать прямо здесь, в этом кафе - подняться с места стало поистине невыполнимой задачей.

- А еще у меня получаются просто изумительные пироги с мясом и ливером, - последние несколько минут, Рози посвящала меня в сферу своих кулинарных талантов.

Она совершенно не обращала внимания на остальных посетителей. Правда, стоит отметить, что за все время, пока я ела, в кафе никто не вошел. А немногочисленные посетители все еще продолжали сидеть за своими столиками, полностью поглощенные собственными разговорами, и лишь изредка поглядывали в нашу сторону, да хмыкали, когда Рози особенно сильно повышала голос, рассказывая мне о том, как сильно ее не любит некая Марта Фирган.

Упоминание словоохотливой бабули о пирогах с мясом вызвало гримасу полного сожаления на моем лице - я больше не могла съесть ни кусочка.

- Я вам заверну с собой, - правильно поняла унылое выражение на моем лице Рози и, подорвавшись с места, с совершенно несвойственной скоростью, для ее почтенного возраста, заторопилась к прилавку.

Собрав на поднос все пустые тарелки и чашки, я отнесла его к специальному столу, в конце зала и подошла к кассе, намереваясь забрать свои пироги, расплатиться и узнать у словоохотливой бабульки, где в этом городе можно остановиться на ночлег. Но не успела я даже рта открыть, как звякнул колокольчик, приделанный к двери. Медленно обернувшись, я буквально приросла к месту, широко открытыми глазами глядя на вошедшего в кафе нового посетителя.


## Глава 5.


Если честно, увидев этого мужчину, мне очень сильно захотелось развернуться и бежать как можно дальше от этого кафе, сесть в свою машину, по-прежнему припаркованную у обочины, и уехать подальше от этого города и людей, что населяли его. Объяснить такой порыв я не могла никак. Мое внутреннее чутье мага молчало, значит, этот мужчина не имел никакого отношения к сверхъестественному населению, был обычным смертным, если сказать проще. Но что-то в нем не просто настораживало или пугало, а открыто заявляло, что этот представитель населения Лупгрейфа опасен и от него надо держаться как можно дальше.

Хотя внешне это был вполне себе обычный мужчина, очень высокий, думаю, что если сравнить его с Лексом, то они будут приблизительно одного роста. Только в отличие от моего дракона, в новом посетителе кафе "У Рози" не было того налета аристократичности, что отличала всех Кантемиресов. На вид ему можно было бы дать лет сорок или около того. Возможно даже меньше, просто легкая седина в каштановых, слегка вьющихся волосах, да гусиные лапки морщин в уголках глаз и скорбная складка у губ, добавляли ему возраста.

Он был не просто высок, он был огромный, мощный, широкоплечий. От него исходила аура властности и бескомпромиссности. Такие личности прут напролом и всегда уверены в своей правоте, редко прислушиваются к чужому мнению. Темные, слегка отросшие волосы, словно снегом припорошенные сединой, в беспорядке падали на высокий, прямоугольный лоб, словно наплевательским отношением к собственной шевелюре, этот великан хотел скрыть острые углы своего лица. Его нельзя было назвать некрасивым, но печать мрачности все же лежала на смуглом лице, отражалась в темных глазах и сурово поджатых пухлых губах. Этот мужчина был красив суровой мужской красотой и разительно отличался от тех представителей своего пола, с которыми я общалась в последнее время.

А еще у него был пистолет. Табельное оружие в потертой кобуре на бедре и жетон представителя власти. Проще говоря, я встретилась с шерифом городка Лупгрейф.

Несмотря на свой рост и комплекцию, двигался шериф плавно и ступал бесшумно. Когда он отмер и сделал первый шаг от порога по направлению ко мне, я непроизвольно скосила глаза вниз, чтобы посмотреть, не прогнется ли пол под его ногами. Но ничего подобного не произошло, к счастью.

Шериф тоже внимательно рассматривал меня, пока приближался к прилавку, возле которого я ожидала свои пироги. Он поздоровался с женщиной, которая наконец-то усмирила своих отпрысков, и они теперь вели себя на удивление тихо, махнул здоровенной лапищей мужчинам за столиком в углу и снова сосредоточил проницательный взгляд карих глаз на моей скромной персоне.

Направляясь в Лупгрейф, я думала, что первым делом непременно обращусь к шерифу и попрошу у него помощи в поисках моих друзей, к тому же Тед Кармински, вроде как, должен был занимать должность его помощника. Но теперь, глядя на то, как приближается ко мне этот властный представитель стражи и закона, я думала, что рассказать ему все и сразу было плохой идеей. Очень плохой.

- День добрый, Рози, - поздоровался шериф с хозяйкой кафе. Голос у него был зычный, громкий. Уверена, что в случае чего его и без громкоговорителя слышно.

- Здравствуй, Барт! - улыбающаяся Рози вынырнула откуда-то из-за прилавка с большим бумажным пакетом в руках. - Давненько тебя не было видно. Никак на диету сел.

- Только вчера виделись, - даже не улыбнулся шериф.

На это Рози ничего не ответила и снова исчезла за прилавком, а Барт повернулся ко мне.

Теперь он стоял всего в двух шагах, и я могла ощущать его запах. Пах шериф лесом, влажной листвой, хвоей, хищником. Оборотнем он точно не был, значит, скорее всего, охотник. Как символично.

- День добрый, - это приветствие адресовалось уже мне.

- Здравствуйте, - поздоровалась я, и порадовалась тому, что мой голос прозвучал вполне уверенно и твердо. Уже хорошо, не буду сразу выглядеть перепуганной мышью.

- Я Барт Вадаз, местный шериф. Надолго в Лупгрейф? - без обиняков перешел к делу шериф.

- Эм... пока не знаю, - я пожала плечам. - Но думаю, что пару дней проведу в вашем городе. А что? Что-то случилось? С этим могут возникнуть какие-то проблемы?

- Нет, никаких проблем. Могу я посмотреть ваши документы? - и вот вроде бы вежливо спросил и за рамки дозволенного никак не вышел, но тон был такой, словно предупреждал: у меня оружие, не покажешь мне то, что я прошу, я покажу тебе ствол.

Я вытащила из кармана права, - это был единственный документ, который находился в непосредственной близости - и, не говоря больше ни слова, протянула его шерифу.

Он взял, внимательно рассмотрел фотографию, несколько раз сличив с оригиналом, затем бросил взгляд на руку с кольцом.

- Путешествуете в одиночестве или по работе к нам? - стандартный вопрос, но я почувствовала, что по спине покатилась капелька пота. И почему он внушает мне такой странный коктейль эмоций? Вроде бы и бояться его мне незачем и в то же время, хочется оказаться подальше.

- По работе, - открыла, было, рот я, чтобы выдать ему ту самую легенду, которую немногим раньше поведала Рози, но не успела.

- Ну вот что ты прицепился к этой милой девочке, Барт! - раздраженно произнесла Рози, снова выныривая из-под прилавка. - Лиза фотограф и будет снимать наш лес и озеро для журнала.

- Я должен проверить, - шериф даже не посмотрел в ее сторону, продолжая гипнотизировать меня насупленным взглядом. - В каком журнале вы работаете? - последний вопрос адресовался уже мне.

- Ну, я не то чтобы работаю, - все же мне стоит придерживаться одной легенды, а Рози я уже поведала несколько иную версию, - я стажируюсь в журнале "Природа". Вот получила первое задание сделать подборку красот нашей страны. А у вас здесь просто волшебные виды. Лес такой и озеро. Я сегодня проезжала мимо, едва не захлебнулась от восторга, могу себе представить, насколько оно великолепно в солнечную погоду, - я тараторила и тараторила, стараясь придать не только голосу, но и взгляду восторженные нотки фанатика.

- Хм... - все, что ответил на это шериф, вообще, мне показалось, что он потерял ко мне всякий интерес, стоило мне заговорить о цвете пожухлой травы и оттенках хмурого неба над озером. - Все понятно, - извинений в его голосе точно не было, но, по крайней мере, я решила, что меня исключили из списка особо опасных подозреваемых или же беглых рецидивистов. Едва сдержалась, чтобы облегченно не вздохнуть. Последнее выглядело бы весьма странно. - У кого вы остановились?

Он так и спросил: у кого? А я застыла, не понимая ни сути вопроса, ни как я должна на него ответить. Положение снова спасла Рози.

- Лиза только приехала и еще не успела ни с кем договориться. Но я думаю, что смогу помочь ей в этом и когда она определится, обязательно тебе сообщит, - в последней реплике откровенно сквозило ехидство.

Шериф на это ничего не ответил и, буркнув пару слов на прощание, круто развернулся и покинул кафе. Мне казалось, что не только я, а и все присутствующие, затаили дыхание в ожидании, когда же он наконец закроет за собой дверь.

- Не принимай поведение Барта близко к сердцу, - стоило за шерифом захлопнуться входной двери, как Рози снова стала милой и доброй старушкой, - работа у него такая. А он ответственный очень, вот и взвалил на себя все заботы и тягости. А с тех пор как пару месяцев назад умерла его жена, так и вообще нелюдимым стал. Но он ничего такого, ты не подумай.

Не представляю, о чем таком я могла подумать, но старательно выбросила до поры до времени из своей головы мысли о шерифе и повернулась к Рози с весьма насущным вопросом, волновавшим меня в данной ситуации в первую очередь.

- А что там с жильем?

- А что с жильем? - удивленно захлопала ресничками Рози. - Снимешь комнату у Викки Дарбот. Она милая женщина.

- А гостиница или мотель?.. - мне не слишком улыбалось жить под присмотром, пусть и милой, но хозяйки. Кто там знает, куда заведет меня мое расследование, лишние глаза и уши мне были совершенно ни к чему, как и собеседники. А если эта самая Викки хоть немного похожа на Рози, то поговорить она точно любит.

- Так нет у нас гостиницы, - вполне обыденным тоном отозвалась Рози, не глядя на меня. - Сгорела дотла этим летом. Уж больно засушливое оно выдалось. А так, еще Торнтон Макафри комнаты сдает над баром, но для молодой девушки, путешествующей в одиночестве там слишком неподходящая компания. Ты ничего такого не подумай, - тут же засуетилась Рози, - просто сама понимаешь, бар, не всегда трезвые посетили, шум и все такое... да и удобств особых там нет.

Такое положение вещей меня не слишком устраивало, но выхода пока не наблюдалось. Пока я раздумывала над сказанным Рози, бойкая старушка продолжала расписывать все прелести проживания на квартире у пока еще незнакомой мне Викки.

- И ей не помешают лишние деньги, - наконец добила она меня последней фразой, пытаясь заглянуть в глаза.

- Хорошо, - со вздохом наконец-то сдалась я. - Где живет эта ваша Викки?

Бабуля в очередной раз расплылась в довольной улыбке и скоренько рассказала мне, как проехать к дому, в котором мне предстоит прожить несколько следующих дней.

Поблагодарив милую старушку, я расплатилась, захватила с собой объемный пакет с пирогами и потопала к выходу, клятвенно заверив, что пока не уеду из Лупгрейфа, обязательно буду заходить к Рози за пирогами каждый день и показывать ей фотографии местных красот. Уже на выходе из кафе, я посмотрела на столик, где все время сидела женщина с детьми и едва не споткнулась, натолкнувшись на ее взгляд. У меня внутри все перевернулось, с таким выражением она смотрела на меня. В ее глазах разгоралось пламя торжества. А еще было что-то похожее на голод, предвкушение и что-то еще темное и пугающее до дрожи. Я почувствовала, как внутри у меня завязывается тугой узел, а по спине бегут холодные противные мурашки.

Резко отвернувшись, выскочила на улицу и сделала глубокий вдох. Показалось? Или Рози что-то в чай добавляет? А может, это я стала чересчур впечатлительной? Пока я не встретила ничего сверхъестественного или ненормального в этом городе, если не считать чересчур ухоженные газоны и аккуратные заборчики. И та мамаша и ее отпрыски были простыми смертными, как и все остальные жители, встретившиеся мне на пути. Так почему же тогда узел в желудке никак не хотел распадаться? Почему все мое существо дрожит в ожидании беды?

Еще раз вздохнув, я уселась в машину и поехала искать дом той самой Викки. Милая бабуля весьма подробно объяснила мне, где он находится, а Лупгрейф не такой уж большой город, чтобы в нем можно было заблудиться.

Проехав всего несколько кварталов, я вдруг подумала о том, что в этом городе все выглядит как-то одинаково. Почти одинаковые домики, ровные заборчики вокруг, аккуратные клумбы и подстриженные газоны. Все везде зеркально идеально, чисто и дышит покоем и умиротворенностью. Это не страшило, но становилось как-то немного не по себе. Создавалось впечатление, что время не властно над Лупгрейфом. Хотя стоит отметить, что до этого дня, я никогда не была вот в таких маленьких городках, где все друг друга знают, где люди запросто здороваются на улицах и не бояться оставлять двери своих домов открытыми. Да, жизнь в столице наложила на меня свой отпечаток.

Дом Викки Дарбот я отыскала без проблем. Он находился в самом конце улицы и был крайним в ряду совершенно одинаковых одноэтажных домиков. Позади, начиналось небольшое футбольное поле, далее были видны постройки, которые принадлежали, скорее всего, школе. Все рядом - именно таков должен быть девиз этого городишки.

Меня уже здесь ждали, видимо, Рози, как и обещала, позвонила и предупредила о моем визите. Поэтому стоило мне остановить машину у забора, как дверь открылась, и сама хозяйка вышла на невысокое крыльцо. Дом, в котором мне предстояло поселиться, несколько отличался от всех остальных, виденных мной в Лупгрейфе, чем не слишком вписывался в общую картину полного достатка. Местами облупившаяся штукатурка на стенах, просевшее от времени крыльцо, ставни, которые давно требовали покраски, не слишком ухоженные клумбы, где вперемешку с все еще цветущими растениями, унылыми сорняками торчали почерневшие и высохшие стебли. Добавить ко всей этой картине некоторого запустения, нудно сыплющуюся сверху мглу и затянутое серыми тучами небо, можно с уверенностью говорить о том, что не все в Лупгрейфе дышит умиротворением и покоем.

Вики Дарбот была еще вполне молодой женщиной, когда-то возможно даже очень красивой, но сейчас ее рано постаревшее лицо носило следы усталости и какой-то затравленности. Заботы и печали отметились на ее внешнем виде, оставив в напоминание сеточку морщин в уголках глаз, горькую складку у губ, которая свидетельствовала о том, что жизнь не баловала эту женщину. Темно-русые волосы были забраны в небрежный низкий хвост, под глазами залегли темные круги от вечного недосыпания, руки, давно не знавшие маникюра были покрыты узловатыми синими жилами. Одета моя будущая домохозяйка была в старые застиранные джинсы и темно-серый видавший виды свитер, явно с чужого плеча. В одном Рози была права - в деньгах эта женщина явно очень нуждалась.

- Добрый день, - вяло поздоровалась она со мной. - Рози предупредила, что вы хотите снять комнату, - тут же подтвердила Викки мои подозрения о том, что дело не обошлось без бдительной старушки. - Идемте, я покажу вам все.

Закрыв машину, я двинулась за хозяйкой в обход дома. У меня будет отдельный вход и не придется всякий раз тревожить хозяев, когда мне приспичит выйти на улицу рано вечером или же наоборот, поздно вернуться. Что же, это радует. Пока мы шли к заднему входу, я успела рассмотреть прилегающую к дому территорию. Ничего необычного, подстриженный газон, несколько неопрятных клумб - видно, что хозяйка не слишком занимается цветоводством или просто не любит это занятие, но пытается соответствовать стандартам города. В одном из окон мелькнула заинтересованная детская мордашка, но стоило мне обратить внимание на колыхающуюся занавеску, как она тут же скрылась.

- Вот, - Викки открыла передо мной дверь и прошла внутрь. - Ничего сверхъестественного здесь нет, - словно извиняясь, говорила она, но зато отдельный санузел и душ. Горячая вода у нас бывает до полуночи и с восьми утра. Во всем остальном - смотрите, понравится ли вам.

Она говорила с какой-то обреченностью, но мне показалось, что в темных глазах подернутых дымкой усталости слабо забрезжил огонек надежды.

Я вошла внутрь следом за хозяйкой и осмотрелась. Небольшая комната, светлая. Вдоль одной стены стоит кровать, стол со стулом у окна и шкаф возле двери, выцветший, но чистый ковер на полу. Еще одна дверь напротив - скорее всего тот самый санузел, про который говорила хозяйка.

- Мне подходит, - улыбнулась я и заметила, как Викки выдохнула. Кажется, она затаила дыхание, в ожидании моего ответа.

Спустя пятнадцать минут, я уже вносила в комнату свою сумку. Машину оставила во дворе - мне хотелось, чтобы она все время была под рукой, а Викки не стала противиться и сетовать, что я могу испортить ей газон. Вторая дверца возле шкафа, как оказалось, вела вовсе не в ванную, а в коридор, соединяющий этот закуток с хозяйской половиной. Там же располагался санузел, которым по заверению Викки буду пользоваться лишь я, и выход в кухню. Кормить меня тоже будут, что весьма порадовала и меня, поскольку к готовке я так и не приспособилась, и Викки, потому что за питание я буду платить ей отдельно.

Разложив свои немногочисленные пожитки по полкам в шкафу, я вытащила ноутбук и проверила наличие связи. Интернет здесь был, но его скорость оставляла желать лучшего. Промучившись с полчаса, я решила не тратить время даром и позвонить единственному человеку, которому могла довериться безоговорочно и который еще ни разу меня не подвел. К счастью, мобильная связь работала не в пример лучше.

Ларкин опять долго не брал трубку, и я уже была готова сбросить вызов, когда услышала его сонный голос.

- Ты спишь? - моему удивлению не было предела.

- Уже нет, - зевая, отозвался бывший напарник. - Чего хотела?

- Немного грубо, не находишь? - я нисколько не обиделась. Такие вот перепалки с Винсом позволяли мне вернуться в прошлое на несколько месяцев назад, когда все еще было совсем не так как сейчас.

Винс что-то невнятно буркнул в трубку и засопел.

- Эй, ты что, уснул?

- Нет.

- У меня есть для тебя одно дельце, - начала я.

- Даже не сомневался. Позвонить просто так, ты же не могла. Тебе всегда чего-то от меня надо, - Ларкин беззлобно бубнил, а я улыбалась, слушая его недовольный голос.

- На этот раз просьба не будет стоить тебе ничего особенного, а меня ты очень выручишь.

- Говори уже.

- Я сейчас нахожусь в одном очень живописном месте. На север от столицы, городок Лупгрейф. Так вот... - я задумалась, как описать Ларкину то, что я от него хочу.

- Ты нашла себе любовника и хочешь, чтобы я прикрыл тебя перед Варантом? - сыронизировал Винс. - Даже не проси, мне моя голова еще дорога.

- Ларкин! - слишком громко рявкнула я в трубку. - Слушай и не выделывайся.

- Значит не любовник? Тогда что? Передумала выходить замуж и сбежала? Надо признаться, что я тебя понимаю. За последнее время, я только и делаю, что выслушиваю предположения о предстоящем торжестве. Надоело до жути.

Я тоже скривилась. Тетя Джинал и Вилар Варант не слишком поладили, но сошлись на том, что наша с Лексом свадьба - это грандиозное событие и к нему надо подходить со всей ответственностью. Они уже замучили меня предложениями и вариантами моей собственной свадьбы, а ведь до самого торжества еще несколько месяцев. Правда в последнее время из-за бракосочетания Джинал и ее медового месяца, ажиотаж несколько поутих, но я с дрожью думаю о том, что будет, когда моя тетя вернется в столицу.

- Ларкин...

- Говори уже. Я - весь внимание.

- Мне надо, чтобы ты выяснил все, что можешь о Лупгрейфе. В сети я нашла слишком мало информации, городок маленький и мне здесь не нравится.

- Тогда за каким демоном тебя туда занесло? - задал вполне резонный вопрос Ларкин. С его стороны не было никакого пиетета по отношению к будущей жене наследника славной династии драконов. За что я любила его еще больше.

Вздохнув, я коротко поведала Ларкину о том, что сначала здесь пропал один мой сокурсник, затем другой. Рассказала ему, все, что знала от Джесси, о своем видении и о звонке моего бывшего парня.

- Варант не в курсе, - резюмировал Винс.

- Он знает, где я, но не знает, зачем. И я пока не хочу ничего говорить. Мне надо самой разобраться в том, что происходит.

- Не лезь на рожон. Я попробую узнать все что можно, но не уверен, что эта информация будет чего-то стоить. Вот только никак не могу понять, какого демона тебя туда понесло без подготовки. Сколько раз, я тебе повторял, что знания - сила. Информация порой может спасти жизнь, а ты...

- Хватит читать мне наставления, - оборвала я Винса. - Лучше займись делом.

- Найду, что смогу. Но лучше бы за такого рода вещами тебе обратиться к Зару. Он все-таки компьютерный гений.

- Я подожду. А пока похожу по окрестностям, познакомлюсь с местными жителями. Магов или оборотней здесь мне не попадалось, так что в какой-то степени, мне ничего не грозит. А к Антону я уже обращалась, правда по несколько другому поводу.

- Будь осторожна, - посоветовал мне гений психологии и криминалистики и отключился, а я решительно принялась собираться на первую вечернюю прогулку в Лупгрейфе.


## Глава 6.


Прогулка, кстати сказать, не удалась совершенно. Не знаю, была ли причина в плохой погоде, но если судить по тем сведениям, что мне все же удалось выудить про Лупгрейф в сети, здесь дожди являются нормой, то ли все дело было в крайней необщительности местных жителей, но за все время моего бесцельного шатания по улицам города, я почти никого не встретила, если не считать пары подростков и несколько горожан, которые спешили по своим делам и не смотрели по сторонам и уж точно не горели желанием общаться с незнакомкой.

Зато теперь, я знала, где в Лупгрейфе находится место сбора подростков и прекрасно представляла месторасположение единственного на весь город бара. От последнего, кстати, решила держаться подальше. Мало ли что, а вот близкого общения с не совсем трезвыми мужчинами, мне точно не требовалось.

На озеро я не пошла, решила оставить более близкое знакомство с местной достопримечательностью на завтра. А еще, я нашла местный архив. Он располагался в одном здании с городской библиотекой и по здравому размышлению, мне не мешало бы туда наведаться, но это я тоже оставила на завтра.

После двухчасового шатания по городу, я основательно вымокла (противная морось так и не утихла), замерзла и окончательно уверилась в том, что не люблю маленькие городки. Слишком здесь тихо: ни лая собак, ни шума городских автомагистралей, ни ярко светящихся вывесок увеселительных заведений - если бы не светящиеся окна, редкие прохожие и иногда проезжающие мимо меня автомобили, я бы решила, что это мертвый город. Но Лупгрейф жил своей, какой-то слегка заторможенной жизнью, которая была мне не понятна. Возможно, что все дело именно во мне? Я - житель большого мегаполиса, привыкла к тому, что вокруг меня жизнь никогда не затихает. В столице шумно, суетно, спешат по своим делам прохожие, снуют туда-сюда многочисленные автомобили - жизнь кипит, невзирая на время суток. А здесь, почти в деревне, где развлечений не так уж и много, очень может быть, что жители привыкли сидеть по домам или же рано ложиться спать.

Думая обо всем этом, я повернула обратно к дому Викки. Сегодня я решила поближе познакомиться с моей квартирной хозяйкой. Как бы там ни было, она жила в этом городе, а если исходить из его размеров и численности населения, то Викки должна была быть в курсе большинства местных сплетен. А значит, вполне возможно, что я смогу узнать у нее, куда подевался помощник шерифа. Ведь не мог же факт прибытия в город и исчезновения из оного молодого привлекательного столичного парня остаться незамеченным. Да и потом, должен же Тед был где-то жить?!

Я вдруг резко встала на месте. А это идея! Очень-очень хорошая идея. Надо будет расспросить Викки о ее предыдущих квартиросъемщиках. Чем черт не шутит? А вдруг?

И весьма подбодренная своими мыслями, я уже куда веселее продолжила свой путь к дому Викки Дарбот

Осенью темнело рано, и Лупгрейф не был исключением в этом вопросе. Уличное освещение еще не включили, но зато перед входом в каждое строение горел фонарь, окна большинства домов тоже ярко светились, и всего этого вполне хватало, чтобы осветить улицу достаточно, чтобы я не переломала себя что-нибудь, споткнувшись в темноте. Хотя дороги в Лупгрейфе находились в достаточно приличном состоянии.

Приближаясь к дому Викки, я вдруг услышала шум. Крики, мужская ругань, женский плачь - эти звуки настолько отличались от уже сложившейся в моей голове картинки умиротворенного тихого городка, что сначала мне показалось, будто я каким-то непередаваемым образом перенеслась обратно в столицу. Даже огляделась по сторонам, но заметив вокруг себя аккуратные заборчики вокруг ухоженных газонов, уверилась в том, что все еще нахожусь в Лупгрейфе и ускорила шаг.

Скандал разгорелся на лужайке возле дома соседей моей домохозяйки. Прямо на траве недалеко от крыльца, на коленях стояла женщина. Я не видела ее лица, но по общему впечатлению она была еще довольно молода, длинные спутанные темные волосы разметались в беспорядке по спине и плечам. Женщина судорожно цеплялась за стоящего рядом с ней мужчину, не обращая никакого внимания на его попытки вырваться из ее цепких рук. Его лицо хорошо освещалось уличным фонарем, и я смогла рассмотреть сурово сжатые губы, грубые, словно высеченные из камня черты лица, темные короткие волосы. Ругался именно он, пытаясь отцепить от себя руки коленопреклонной особы. В дверном проеме, застыло еще две фигуры - девушки-подростка и маленького мальчика, прижавшегося к ее ноге.

- Пошла прочь! - проревел мужчина. Ему наконец-то удалось оторвать от своих брюк пальцы женщины, и он бесцеремонно оттолкнул ее от себя. На мгновение мне показалось, что сейчас мужчина начнет избивать свою жертву ногами, но он лишь неодобрительно покачал головой и круто развернувшись, направился к дому. Дети, застывшие было на пороге, молниеносно ретировались вглубь, а их, наверное, отец, с громким стуком захлопнул дверь, тем самым отрезая себя и своих домочадцев от всего происходящего.

Женщина же так и осталась лежать на холодной земле и тихонько подвывать. Первым моим порывом было броситься ей на помощь, но тут кто-то осторожно взял меня под локоть. Подпрыгнув от неожиданности, я развернулась готовая дать отпор и замерла, увидев Викки.

- Идемте ужинать, - тихо, но твердо произнесла она.

- Но...- я замешкалась.

- Не вмешивайтесь, - она неодобрительно покачала головой, кинув далекий от сочувствующего, взгляд на лежащую на земле незнакомку и потянула меня по направлению у дому.

- Викки, - попыталась, было, я увещевать ее, - но так же нельзя, возможно, этой женщине требуется помощь?

- Ей требуется проспаться и перестать тревожить покой мирных жителей, - неодобрительно покачала головой Викки и открыла передо мной дверь в дом.

На хозяйской половине я еще не была, потому переступив порог, с любопытством огляделась. При входе я попала в небольшую прихожую. Мебели здесь почти не было, если не считать старой, местами обшарпанной, тумбочки, непонятно какого назначения, и большого зеркала на стене, возле входа.

Из прихожей вело три двери. Налево - в мою комнату, вернее в небольшой коридорчик, откуда можно было попасть в мою комнату и ванную, напротив - дверь в кухню. Еще один большой дверной проем вел, видимо в гостиную. Двери здесь были сняты с петель, потому мне удалось рассмотреть старый диван, с темно-синей обивкой, пару кресел, шкаф с выставленной на обозрение посудой и стеллаж для книг.

- Идемте в кухню, - произнесла Викки, переобуваясь в домашние туфли. - Я детей уже покормила, и уложила спать, - словно извиняясь, произнесла женщина.

- Я только переоденусь и вымою руки.

В своей комнате я стащила пальто, переобулась в легкие теннисные туфли, в которых было не в пример удобнее, чем в ботинках и переплела волосы. От мороси, что щедро сыпалась с неба, прическа моя выглядела весьма удручающе: мокрые пряди превратились в сосульки, а короткие волоски на висках стали подсыхать и завиваться - та еще красотка.

Вымыв руки, я подхватила пакет с пирогами Рози и поспешила в кухню.

Викки уже накрыла на стол, и теперь нерешительно топталась у окна. Тарелка же была одна, и мне почему-то подумалось, что для меня ужин был приготовлен отдельно, уж слишком сиротливо смотрелся тот кусок мяса, что лежал в окружении овощей. Почему-то стало неудобно от мысли, что именно потому, хозяйка и отослала детей - не хотела, чтобы я видела, что они питаются совсем иначе.

- Это пироги от Рози, - улыбнулась я, буквально силой впихивая в руки Викки пакет. - Попьем чаю вместе.

Женщина лишь бледно улыбнулась, но послушно начала заваривать чай, пока я ужинала.

- Почему вы не захотели помогать той женщине? - спросила я, когда первый голод был утолен. - Это как-то странно.

- Ничего странного, - бесцветно откликнулась на мой вопрос Викки. - Айрис Шолор алкоголичка. Недавно муж выставил ее из дома, устав мириться с постоянными запоями. Так теперь она напивается где-то еще и почти каждый вечер устраивает представление перед домом. Только расстраивает Шона и детей.

- А как дети реагируют на то, что их мать... - я повела плечами, не зная как закончить фразу так, чтобы это не прозвучало слишком грубо.

- У Айрис нет детей. Майя - дочь Шона от первого брака, а Лукаса они усыновили пару лет назад.

- Усыновить ребенка - это большая ответственность. Не понимаю, зачем они пошли на это если в семье не все гладко?

- У него никого не осталось, - тихо ответила Викки и отвернулась к закипающему чайнику.

Я очень хорошо почувствовала, что она не хочет продолжать этот разговор и тоже замолчала. Подумать было о чем, но сейчас мне очень хотелось найти возможность перевести разговор на предыдущих постояльцев Викки и попутно выяснить, не снимал ли у нее комнату Тед Кармински.

Молчание затягивалось. Викки поставила на стол чашки с чаем, нарезанные пироги, но не спешила пробовать ни то ни другое. Я тоже сидела, грея руки о чашку и раздумывая над тем, как подступиться к интересующему меня разговору. Все же, стражам намного проще: мало кто рискнет что-то скрывать от представителя власти, да и надавить в случае чего можно. Правда, какой из меня страж? Я самостоятельно еще ни одного допроса не провела. А тот единственный раз, когда решилась поговорить со свидетелем, закончился для меня потерей крови, сломанной рукой, и в центре пентаграммы. Даже мурашки побежали по коже, когда я вспомнила, как Марина Драгониш, ныне Кантемирес, пыталась отобрать у меня силу.

Я вздохнула и посмотрела на мою квартирную хозяйку.

- У вас очень уютный дом. И та комната, которую вы отвели мне, она в идеальном порядке.

Вики пожала плечами и ничего на это не ответила. Я решила подступиться с другой стороны.

- А вы не боитесь сдавать комнату незнакомцам?

- У нас редко бывают незнакомцы, - отозвалась в ответ Викки. - Лупгрейф маленький городок, здесь все друг друга знают.

- Ну, вот я же приехала?

- Вы - первый приезжий за последние несколько месяцев.

- А до меня, кто там жил? - я старалась говорить так, словно меня все это совершенно не интересует и просто надо поддержать разговор, но внутри все сжималось в ожидании ответа.

- Один молодой мужчина. Тоже из столицы, - буркнула Викки и встала.

- Вот как? Он тоже приехал в Лупгрейф, покоренный его красотой?

- Нет, его направили к нам работать помощником шерифа. Но... - Викки замолчала, облокотившись о раковину и опустив голову. Она стояла спиной ко мне, и на минуту мне показалось, что ее плечи слегка подрагивают, как будто она плачет или же борется с приступом смеха.

- Но что? - тихо-тихо спросила я.

- Он не захотел остаться в Лупгрейфе и уехал домой, - Викки взяла себя в руки и развернулась.

Не глядя на меня, она принялась собирать со стола посуду.

- И у шерифа теперь нет помощника или же прислали кого-нибудь взамен? - не отставала я.

- Нет, - покачала головой Викки, снова отвернувшись от меня и принявшись мыть посуду. - Никого не прислали. Шериф Вадаз прекрасно справляется и сам. Говорю же, Лупгрейф - маленький городок, здесь ничего не происходит.

Поняв, что от Викки больше ничего сегодня не добьюсь, я попрощалась и ушла к себе. Приняла душ, переоделась в пижаму и, уютно устроившись среди подушек и одеял, набрала номер телефона Лекса.

Мой дракон ответил сразу и по тембру его голоса, по откровенно злым и раздраженным ноткам я поняла, что сейчас меня будут морально убивать.

- Неужели, ты наконец-то решила мне позвонить?

- Э... а что-то случилось? - я принялась лихорадочно раздумывать над тем, что такого он мог узнать, что сейчас рычит, как раненный медведь.

- Ровным счетом ничего, - нарочито ласково произнес Лекс. - Позволь полюбопытствовать, где ты сейчас? И только не надо мне говорить о том, что в "Узгалене". Там тебя нет!

- Ты звонил в санаторий?! - я подпрыгнула на кровати от переполнявших меня эмоций. - Ты... ты... меня проверяешь?! Да... - задохнулась от чувств, не могла больше говорить, внутри разливалась горячая волна гнева.

- Хотел сделать тебе сюрприз, но получилось, что это мне сделали сюрприз, сообщив, что ты там не останавливалась! Так где ты, Лиза?

Он не спросил "с кем?", но я кожей ощущала невысказанный вслух вопрос и... успокоилась.

- Я в Лупрейфе. К сожалению, когда читала рекламу "Узгалена" не обратила внимания на то, что они разрешают останавливаться у себя только супружеским парам. А врать всем и каждому, что мой муж скоро подъедет мне не хотелось совершенно, поэтому сняла комнату непосредственно в городе, у очень милой женщины, - это была не ложь, и Лекс не должен был ничего почувствовать, но я сама чувствовала себя гадко - не люблю врать и скрывать что-то от него.

И еще хуже мне становилось от того, что он мне не доверяет.

- Ты практически запер меня в четырех стенах, отослал подальше всех друзей и еще проверяешь меня теперь? Не ожидала от тебя такого! - кто-то когда-то сказал, что лучшая защита - нападение. Возможно это и так, но я, обвиняя Лекса, совсем не чувствовала себя в выигрыше, наоборот, внутри разливалось противное липкое чувство отвращения к себе самой.

- Я беспокоюсь за тебя, - уже намного более спокойно и миролюбиво произнес мой жених. - Твой дар все еще нестабилен, силой ты тоже пользоваться не можешь. Молнии не считаются, - добавил он, чувствуя, что я собираюсь возразить на последнее утверждение. - И не мне напоминать тебе, насколько ты можешь стать уязвима, если снова придут видения, высасывающие из тебя всю энергию. А рядом не будет никого, кто смог бы помочь! Это убивает меня, Лиза! Я не могу сосредоточиться ни на чем, зная, что тебе в любой момент может грозить опасность, что тебя могут убить или воспользоваться твоим даром. Ты даже представить себе не можешь, на что пойдет любой маг ради видящей!

- Видений не было уже несколько месяцев, - обижено поджав губы, возразила я. После проникновенной речи Лекса, моя злость ожидаемо сошла на нет, - что мешает им подождать еще несколько дней, пока я отдыхаю здесь?

- А если?..

- Лекс, Лупгрейф - маленький городок. Здесь никогда ничего не происходит, - вот сейчас я откровенно кривила душой, но и признаваться в том, что кое-что здесь уже произошло, не собиралась. - И за весь сегодняшний день, я не встретила здесь ни одного представителя сверхъестественного населения. Здесь живут лишь смертные, а даже если это и не так, то не обязательно, что со мной что-то непременно должно произойти. И потом... видения, ты же помнишь, что сказала Елена? Мой дар непосредственно реагирует на темные ритуалы и насильственные смерти. Так что можно с уверенностью сказать, что в Лупгрейфе он точно будет спать.

- И все же я беспокоюсь, - не сдавался мой дракон.

- Я буду звонить тебя каждый час. Нет, каждые полчаса.

- Не смешно.

- Очень даже смешно, - я снова откинулась на подушки и улыбнулась, накручивая прядь волос на палец. Лекс стал успокаиваться и меня тоже слегка отпустило. Нет, я конечно предвидела, что он сделает со мной, когда все узнает (а в том, что узнает рано или поздно, не сомневалась ни минуты), но ведь это будет потом... как-нибудь... - А как твоя поездка?

- Переговоры проходят не так, как нам бы хотелось, - со вздохом отозвался Лекс. - И темные решили окончательно и бесповоротно выступить против совета.

- Но они же и так не признали власть совета?

- Но старались придерживаться общепринятых законов, а теперь... это уже открытый вызов, Лиза. Очень похоже на начало войны.

- Этого нельзя допустить. Война - это...

- Я стараюсь, но... Я - врач, а не политик! - Лекса прорвало. Я давно ждала этого, еще с того момента, как он отказался от собственных интересов в угоду деду и решил выступить рядом с ним, как наследник и продолжатель династии. И вот это, наконец, произошло. - Я не умею ходить по лезвию, улыбаться и одновременно просчитывать способы убийства. Я мало разбираюсь во всех этих интригах и подводных камнях. Хочется все бросить, ко всем чертям!

- Бросай и приезжай ко мне, - сама не поверила, что сказала это, но продолжила. - Здесь и, правда, очень красиво. Лес и озеро, и полный покой. Не знаю, правда, сколько я выдержу такого умиротворения, но пока мне все нравится.

- Если бы все было так просто, - со вздохом отозвался Лекс, - но не забивай себе этим голову. Мы справимся.

Он так сказал это "мы", что мне совершенно перехотелось спорить и что-то доказывать и вообще. Я почему-то была уверена, что под этими словами он подразумевал не Виктора Кантермиреса, не всех этих древних и напыщенных членов совета и глав не менее древних магических родов, а нас - меня и его. И так хорошо стало, так тепло на душе, что я поймала себя на том, что глупо улыбаюсь, а в груди расцветает чувство, которое, вроде как, называют любовью.

Мы еще немного поболтали о разных мелочах. По нескольку раз признались друг другу в любви и одновременно отключили телефоны.

Я лежала на спине в комнате, предоставленной мне Викки и, глупо улыбаясь, смотрела в потолок. Затем тяжело вздохнула. Реалии окружающего мира возвращались. Приподнялась и потянулась за ноутбуком - надо было проверить, не прислал ли чего Ларкин.


## Глава 7

.


## Глава 8.


Не успела я закрыть дверь своей комнаты, как с улицы раздался шум подъезжающего автомобиля. Приехал шериф. А быстро он, однако. Не раздумывая, я вытащила из шкафа свое пальто, накинула на плечи и вышла из комнаты, пользуясь отдельной дверью.

Шериф уже стоял возле моего внедорожника и внимательно рассматривал лежащее на земле тело, подсвечивая себе фонариком.

- Здравствуйте, - поздоровалась первая, не решаясь приближаться, так и замерла возле угла дома.

Если честно, то когда я увидела все еще лежащее на земле тело женщины, испытала что-то сродни облегчению. Видела же я какую-то странную тень, мелькнувшую вдоль забора. А ну как убийца тогда еще не успел скрыться и забрал бы с собой тело жертвы. Хорошо бы я в таком случае выглядела в глазах единственного представителя закона Лупгрейфа.

- Вы ее нашли, - не спросил, а скорее констатировал факт шериф.

- Д-да, - голос дрогнул, слишком уж внушительно выглядел местный страж в форменной куртке рядом с моим внедорожником.

- Трогали что-нибудь?

Сразу мне хотелось соврать, но потом решила все же рассказать правду.

- Проверила пульс. Его не было, и я побежала звать Викки.

- Никого больше не видели? Может быть, - вот здесь он замялся, а я внутренне подобралась, готовясь к тому, что шериф сейчас скажет какую-нибудь гадость, - может быть, с вами кто-то был?

- Нет, со мной никого не было, и я никого не видела, - и вот, понимаю же, что все это стандартные вопросы, сама пять лет училась их задавать, но все равно злость и раздражение внутри меня подняли голову и недовольно зашипели. - И предупреждая ваш вопрос, добавлю, что я не спала, услышала странный звук и вышла посмотреть, что происходит, - в последней фразе сквозила изрядная доля ехидства, но это не я - это мой характер.

- А вы всегда по ночам на странные звуки из дому выходите? - не смог не подколоть меня шериф.

- Ну, - я опустила ресницы, - это же Лупгрейф. Мне все сегодня целый день твердили, что здесь никогда ничего не происходит. Мне даже в голову не пришло, что я могу вот что-то подобное увидеть.

- Для неподготовленного зрителя, вы слишком спокойно реагируете, - вдруг резюмировал шериф и осветил меня фонариком с ног до головы.

- Мне стоит закатить истерику? - я зажмурилась, так как в этот момент свет от фонарика попал на лицо.

Барт Вадаз не ответил, только хмыкнул как-то обидно, когда заметил торчащие из-под пальто грязные пижамные штаны и не менее угвазданные теннисные туфли. Я непроизвольно поежилась под его изучающим взглядом и поглубже спрятала руки в карманы. Вымыть ладони я так и не успела.

- Кому-нибудь еще сообщали? - поинтересовался шериф. Вот уверена на все сто процентов, что для него не остался незамеченным мой жест.

Я замотала головой.

- Только Викки. Я ее разбудила и попросила позвонить вам.

- Все ясно, - кивнул мужчина, - ступайте к себе и до утра из города никуда. Возможно, мне придется еще раз с вами побеседовать.

Я уже собралась последовать его совету, как вдруг мое внимание привлекло кое-что странное, ненормальное, совершенно выпадающее из общей картинки. Остановилась, стараясь разглядеть в темноте так ли все на самом деле, как мне показалось, даже сделала два шага вперед, а затем выругалась в голос. И продолжала ругаться. Даже сама не подозревала, что так могу, настолько легко слова слетали с языка.

Шериф, озадаченный моим поведением, застыл на месте. А я, подскочила к нему, вырвала из его рук фонарик и побежала осматривать свою машину. Бегала вокруг, подсвечивая себе шерифовским фонариком, и не преставала материться в голос.

Сам представитель стражи, приблизился ко мне и присел рядом на корточки, отобрал фонарик и осветил правое переднее колесо моего внедорожника.

- Мда... - очень глубокомысленно изрек шериф.

- Да это... это... моя маши-и-и-на, - я завыла в голос и схватилась руками за голову. В данный момент мне было совершенно все равно, что ладони до сих пор грязные, а в двух шагах от меня лежит труп.

- Чисто сработанно, - резюмировал шериф, продолжая осматривать колесо. - Резали с душой.

- Что у вас за город?! - я не выдержала, кажется, истерика, все же настигла меня. - Мало того, что трупы раскидывают по чужим дворам, так еще и портят ни в чем не повинное транспортное средство совершенно посторонних людей? Что мне теперь делать?!

- Ну, - глубокомысленно начал шериф, поднимаясь на ноги, - можно обратиться в мастерскую и вам заменят шины.

- Угу, - я тоже выпрямилась и уперла руки в бока. - Только это, вот это - я ткнула пальцами по направлению своего внедорожника, - называется хулиганство.

- Я разберусь, - вздохнул шериф, а я собралась высказать все, что я думаю по поводу его разбирательства и его самого, но в этот момент к дому Викки подъехал фургон, из него выбрались два внушительного вида качка и направились к нам.

Я сглотнула, из-за последних событий, нервы были ни к черту, и мне на минуту показалось, что сейчас меня будут убивать. Но, качки замерли на расстоянии нескольких шагов от нас и поприветствовали шерифа.

- Госпожа Донел, - представитель стражи повернулся ко мне, - ступайте к себе и ложитесь спать. Я разберусь насчет вашей машины. Завтра зайдите ко мне во второй половине дня, если я вас не вызову раньше. Ступайте, - но шериф не был бы шерифом, если бы не добавил, - и боги упаси вас, еще раз высунуться ночью на улицу. Если вдруг еще что-нибудь услышите или увидите - сразу звоните мне, а не идите проверять, что там происходит. Лупгрейф городок маленький, но и у нас иногда случаются пренеприятнейшие вещи.

Хмуро зыркнув в сторону стража, я потопала к себе. О том, чтобы лечь спать, не было и речи, а вот вымыться мне не помешало бы.

Со двора еще доносились приглушенные голоса, звуки отъезжающих автомобилей, а затем все стихло. Шериф и его команда наконец-то уехали, забрав с собой тело. Я хотела было высунуть нос и посмотреть, огородили ли они место преступления, но не рискнула, в памяти все еще было свежо воспоминание о непонятной тени и предупреждение шерифа о том, что не стоит выходить на улицу ночью.

Горячей воды, как и стоило ожидать, не оказалось и мне пришлось отмываться в ледяной ванной, что совершенно не прибавило оптимизма и никоим образом не подняло настроение.

Вернувшись из ванной и переодевшись, я завернулась в одеяло, поставила на колени ноутбук и набрала номер телефона Ларкина.

Бывший напарник поднял трубку практически после первого гудка.

- Ты не спишь? - удивленно протянула я, немного разочарованная тем, что теперь не получится поиздеваться над Винсом.

- Нет, не сплю, занимаюсь твоей проблемой, - отозвался Ларкин. - Хочу тебе сказать, что мне уже заочно не нравится этот мерзопакостный городишко. Собирался тебе звонить.

- Время видел? - возмутилась я.

- Но ты же не спишь? - ни капли не смутился Ларкин.

- И что с того? А если бы спала?

- И что? - кажется мне, что Ларкин уже давно втянулся в мою игру, под названием "Выведи из себя ближнего".

- Что нарыл? - я решила, что не стоит слишком уж усердствовать, а то не ровен час, этот гений меня переиграет.

- О, много чего. Я уже говорил, что мне не нравится этот твой Лупгрейф? - и, дождавшись моего скептического хмыка, продолжил. - Так вот, мне он совершенно не нравится. Не понимаю, чего ты туда потащилась?

- Я сюда потащилась, - сделала ударение на последнем слове, передразнив Ларкина, - затем, чтобы найти своих друзей. А тебя он, чем не устраивает?

- Слишком много смертей.

- Не поняла? Давай подробнее.

- А нет никаких подробностей, - хмыкнул Винс, и я услышала скрип, словно он потянулся сидя на стуле, - люди мрут как мухи от естественных причин - вот тебе и все подробности.

- Не понимаю? Почему тебя это настолько удивляет? Может здесь энергетика плохая или еще что, влияющее на здоровье?

- В том-то все и дело, что никакого производства или чего-то подобного рядом нет. Кругом леса, озеро опять-таки. Все говорит о хорошей экологии, а вот люди в этом твоем Лупгрейфе, мрут просто-таки с завидной регулярностью. Причем от сердечных приступов, инсультов и тому подобного. И честно говоря, учитывая численность населения этого городка, и смертность в нем, я подозреваю, что там все не так просто, как кажется.

- Это еще не все, - я нахмурилась, когда Ларкин начал рассказывать про смертность, - сегодня я обнаружила труп молодой женщины у себя под окном.

- Ого! Убийство? - кажется мне удалось удивить нашего умника.

- Не знаю, но... на теле следов никаких не было.

- Хочешь сказать, что это была смерть от естественных причин?

- Ну... - протянула я, раздумывая, - вполне возможно. По крайней мере следов насильственной смерти я не нашла, может быть после вскрытия что-нибудь проясниться.

- Может быть, ты вернешься в столицу?

- Пока не могу.

- Лиза, это не шутки. Мало того, что в этом городишке люди мрут как мухи, так теперь они еще мрут в непосредственной близости от тебя. Ничего не настораживает?

- Все настораживает, если честно. Но уехать отсюда пока не могу. И вовсе не потому, что не хочу. Все банальнее - кто-то порезал все шины моего автомобиля. Я технически теперь не могу покинуть Лупгрейф, пока не заменю их.

- Тебя не хотят выпускать? - мне показалось, в голосе бывшего напарника послышались истеричные нотки. Странно, Винс никогда не был слишком эмоциональным. Единственное, что его могло вдохновить или же вывести из состояния полуапатии - это книги.

- Не думаю, но возможно все. В любом случае, я пока остаюсь здесь. Из всех, с кем я встречалась за последний день, не было никого с даром. Все смертные. Будем рассчитывать на то, что ни магов, ни оборотней, ни какой другой гадости здесь нет. Но я хотела тебя попросить, скинь мне все, что раздобыл по Лупгрейфу и поищи информацию на шерифа Барта Вадаза и на Викки Дарбот.

- Про шерифа попробую, а эта Викки? Она кто?

- Моя квартирная хозяйка.

- Чем она тебя не устраивает?

- Своим поведением. У нее во дворе нашли труп, приехал шериф, а она не высунула носа из дома, даже свет потушила, притворившись, что спит. Странно, не находишь? И еще, труп во дворе принадлежал некой Айрис Шолор. Узнай все о ней и ее муже. Он тоже, кстати, не поинтересовался даже, тем, что происходит у соседей, а ведь здесь нашли труп его жены. Да и вообще, я кричала. Громко кричала, но никто даже свет не включил, не вышел - это несколько настораживает, не находишь?

- И в самом деле, странно, - отозвался Ларкин. - Но что ты хочешь от городишки, где все друг друга знают и кто не в школе, тот в больнице? Я все сделаю, сейчас позвоню Зару и припашу его к поиску информации.

- Хорошо. Позвони, как только что-нибудь нароешь. Пока же здесь и в самом деле слишком тихо.

- То есть убийство у тебя под носом, это уже не считается за странное происшествие? - Ларкин явно был слишком не в себе, потому и начинал язвить.

- Я не уверена, что это было убийство, - выдохнула в ответ и замерла на мгновение. - Вполне может быть, что эта женщина в самом деле умерла от естественных причин. По сведениям, она злоупотребляла спиртным и пару часов назад устроила представление на лужайке перед домом бывшего мужа. Так что, не удивлюсь, если ее смерть не криминальна.

Я прикрыла глаза и стала вспоминать каждую минуту до и после того, как я обнаружила тело Айрин Шолор на земле возле моей машины. Да, я чувствовала, приближение смерти, но ни запаха крови, ни опасности не ощущалось. Как впрочем не чувствовала я и чужого присутствия. Так что тень, которая напугала меня немногим позже - это всего лишь плод слишком бурной фантазии, не более того.

- Я не знаю, что произошло Винс, - прошептала в трубку. - Не знаю, как ее убили, или она умерла сама, но знаю, что перед тем, как окончательно уйти за грань, это женщина пыталась мне что-то сказать.

- Что?

- Я не расслышала, - покачала головой и постаралась отогнать от себя навязчивые мысли о темных ритуалах. - Магии здесь точно не было, я ее не почувствовала, а вот смерть. Смерть я чувствовала очень хорошо. В последнее время, мой дар все реже подводит.

- Видения у тебя были? - деловито поинтересовался Винс.

- Здесь, в Лупгрейфе, не было.

Ларкин недовольно засопел, он тоже не любил такие вот задачки, где неизвестных намного больше, чем заданных по условию. Я усмехнулась своим мыслям и прежде, чем сбросить вызов, тихо произнесла:

- В случае чего, имей в виду, что Тед Кармински жил на квартире у Викки, в той же самой комнате, где сейчас живу я. И она сказала, что он собрал вещички и просто уехал из Лупгрейфа. Джесси поехал сюда и тоже пропал. Но он звонил мне и просил помощи. Поговори с Антоном. Он уже пытался отследить тот звонок, но ничего не вышло, пусть попробует еще, вдруг нам повезет.

- Будь осторожна, - вот и все, что ответил мне Ларкин перед тем, как отключиться.

- Буду, - ответила я в пустоту и потянулась к ноутбуку.

Надо было проверить все, что прислал Винс до этого и подумать.


## Глава 9.


Мох неприятно чавкал под ногами, напитавшись влаги от частых в это время года дождей. Я про себя порадовалась тому, что догадалась обуть высокие сапоги, а не ботинки, в которых приехала в Лупгрейф. Было холодно, но, несмотря на затянутое темными тучами небо, сверху на голову ничего не сыпалось, как вчера, что неимоверно радовало и внушало чуточку оптимизма.

Я медленно брела по узкой тропке между деревьями и размышляла.

Этой ночью мне так и не удалось уснуть, да самого рассвета я перебирала полученную от Ларкина информацию и думала, думала, думала... Кажется, что мозг просто закипел от всех этих мыслей, а я так ничего путного и не придумала. На первый взгляд, Лупгрейф - тихий, провинциальный городок, в котором никогда ничего не происходит. Вся жизнь каждого жителя на виду у остальных, с рождения до самой смерти. Можно даже сказать, что все они - жители Лупгрейфа - это одна большая семья, община, клан. И, тем не менее, у каждого есть свой скелет в шкафу или страшная тайна.

И тут обоснованно возникает вопрос: а надо ли мне копаться во всем этом чужом белье? Стоит ли оно того?

Ведь Тед и в самом деле мог просто собрать вещи и уехать отсюда, а из-за их ссоры с Джесси, не захотел поддерживать отношения со старым другом. Такое могло быть? Вполне могло, призналась я сама себе со вздохом. Только вот почему-то мне в это совершенно не верится. И исчезновение самого Джесси? Куда он подевался?

Утром, отказавшись от завтрака, я выпила лишь чашку кофе и попутно попыталась выяснить у Викки, были ли в последнее время чужие в Лупгрейфе. Она так мне ничего и не сказала. То ли, в самом деле, не знала, то ли просто не хотела говорить.

Ночное происшествие оставило слишком много невыясненных моментов, и теперь я злилась сама на себя. Вот что мне стоило, прежде чем бежать в дом и звонить шерифу, аккуратно обследовать место преступления? Ведь могла же я заметить какие-либо следы? Или хотя бы выяснить, как именно умерла та бедная женщина? Ее убили? Если да, то как?

Тут же память услужливо подкинула видения мелькнувшей тени вдоль забора и ощущение леденящего страха, обуявшего меня в тот самый момент.

Я в сердцах пнула камешек, попавшийся мне на тропинке, и осмотрелась.

Ушла я уже прилично от города. Медленно брела невдалеке от озера. Здесь лес был смешанный, и под ногами вперемешку с потемневшей иглицей валялась облетевшая листва. Пахло сыростью, застоявшейся водой и... кровью?

Я встрепенулась и огляделась по сторонам, одновременно прислушиваясь и принюхиваясь. За последние месяцы мой дар стал развиваться гораздо быстрее. Лекс самодовольно отмечал, что все это за счет постоянных медитаций, я же лишь фыркала обычно в ответ, прекрасно зная, что часы сидения на ковре с переплетенными ногами, никакого толку не имеют, поскольку я все равно не могу сконцентрироваться. Но что бы ни явилось причиной, стоит отметить, что и слух и обоняние заметно улучшились. Мои способности, само собой, намного уступают оборотням, и все еще появляются и пропадают, когда им вздумается, но зато заметно превосходят человеческие.

Продолжая принюхиваться, я сошла с тропинки и ступила на ковер из мха, побуревшей иглицы и опавших листьев. Под ногами неприятно чавкало, сверху на меня полетели капельки воды, оставшиеся на ветвях после вчерашнего дождя, но я упрямо продолжала двигаться вперед, на запах, чувствуя себя ищейкой.

Ничего необычного пока не наблюдалось. Лес, озеро, позади, за лесом - Лупгрейф, немного дальше впереди - постройки санатория, их крыши едва виднеются. Откуда здесь кровь? Не думаю, что дикие звери могут забредать так близко к жилью или все-таки могут?

Оглядываясь по сторонам, я поудобнее перехватила свое единственное оружие - фотоаппарат, и осторожно сделала следующий шаг. Лес здесь был не слишком густой, так что не заблужусь, а вот посмотреть, что и как, очень хотелось. Я шла, замирая после каждого шага, осматривала окрестности и с особой внимательностью - землю под ногами. Нас учили прочесывать местность в поисках улик на местах преступления. Правда, сейчас у меня не было ни флажков, ни свистка, но это и не требовалось. Я не слишком далеко отошла вглубь леса, когда что-то на земле привлекло мое внимание.

Не могу назвать себя следопытом, я и в лесу-то была от силы пару раз в своей жизни, но, даже совершенно неискушенной в этих вопросах, мне, стало предельно ясно, что здесь что-то происходило. Шагах в пятнадцати от той тропинки, с которой я сошла, почувствовав сладковатый запах крови, среди редких деревьев мох был взрыт, одно тоненькое деревце сломано почти у самой земли, вокруг следы, я бы сказала борьбы, но вполне возможно, что здесь просто порезвились какие-нибудь собаки. Осторожно осматривая местность, я не нашла никаких следов крови, но это и не удивительно - последние дни в Лупгрейфе и окрестностях шли дожди, даже если что-то здесь и было, то все давно смыло дождевой водой. Все, кроме запаха.

Еще два шага вперед и я почувствовала, как сердце на миг замерло в груди, а затем заколотилось, как бешеное. Дыхание перехватило, и руки мелко затряслись...

Еще шаг, и я присела корточки, протянула дрожащие мелкой дрожью пальцы и аккуратно счистила опавшую листву. Серебристый корпус мобильного телефона не показался мне знакомым, он не вызвал никаких воспоминаний или узнавания.

Втянула воздух через плотно сжатые зубы и прикоснулась к треснувшему экрану.

Вспышка.

Кругом лес. Я бегу не разбирая дороги поскальзываясь на опавшей листве. Дыхание с хрипами вырывается из груди. Кроме моих шагов не слышно больше не звука, но ощущение опасности нарастает. Бесплотные тени мелькают по обеим сторонам от меня и я знаю, что они просто забавляются. Играют. А когда эта погоня им надоест... Я чувствую себя загнанным в ловушку зверем и понимаю, что уже не выбраться. На бегу вытаскиваю из кармана телефон и нажимаю на вызов... гудок... еще один... и еще... они уже близко, они поняли... хриплый знакомый голос раздается у самого уха... и мой крик:

- Лиза!! Лиза помоги мне...

Вспышка.

Я пришла в себя стоя на коленях, прямо на влажной земле, упираясь руками перед собой. Теперь сомнений не осталось. Телефон принадлежал Джессу и... его больше нет. Это его кровь оросила эту землю. Его убили прямо на этом самом месте. Загнали как дикого зверя. Злость затуманила глаза. Ненавижу Лупгрейф! Что за дрянь здесь происходит?!

Тяжело вздохнув, поднялась на ноги, сжимая в кулаке телефон бывшего парня. На корпусе засохла капелька крови. Всего одна, но она стала еще одним напоминанием о том, что веселого, молодого, полного жизни парня уже нет в живых.

- Я найду того, кто это сделал, - прошептала в пустоту. - Найду и накажу! Ни у кого нет права безнаказанно убивать моих друзей!

Голубая молния сорвалась со свободной ладони и врезалась в поваленное дерево. Сноп искр стал своеобразным подтверждением моей клятвы.

На том месте я провела еще немало времени. Внимательно осмотрела землю, редкие чахлые кусты, обнюхала все, что было можно. Но ничего больше не нашла. Никаких следов, никаких улик или подсказок больше не было. Сейчас бы мне не помешала помощь оборотня, но, увы, Ройс был в столице, а мое обоняние ничем больше не могло мне помочь.

В растрепанных чувствах я выбралась обратно на тропинку и медленно побрела по направлению к городу. В горле застрял комок, непрошенные слезы грозились политься ручьем. На душе было паршивей некуда. А самое отвратительное заключалось в том, что я совершенно не знала, что мне делать дальше. Ходить по Лупгрейфу и расспрашивать всех и каждого относительно того, не знает ли кто, что произошло с Джесси? Смешно. На меня посмотрят как на не совсем нормальную, хорошо будет, если рядом с ним не прикопают.

Пойти к шерифу? И что я ему скажу? Следов никаких нет: взрытая земля и сломанное дерево не в счет. Даже если предоставить в качестве улики телефон, то...слишком все это вилами по воде писано. Телефон не улика и кровь на нем не доказательство того, что с владельцем аппарата что-то случилось.

Бред какой-то, и самое обидное, что я уже не страж и не имею никакого права проводить собственное расследование. Со мной просто никто не будет разговаривать.

Задумавшись о своем и хлюпая носом из-за невыплаканных слез, я не заметила, что уже не одна.

Прямо напротив меня на тропинке стояла женщина. Уже не молодая, но тем не менее очень эффектная. Этакая старушка-модница, которая с успехом пользуется своим возрастом для того, чтобы выглядеть на все сто. Кокетливая шляпка прикрывала уложенные в прическу седые волосы, подкрашенные глаза скрывались за стеклами элегантных очков в позолоченной оправе. Темно-серое пальто, сапожки на невысоком каблучке и перчатки в тон - все говорило о достатке этой леди и ее умении выбирать вещи.

Подкрашенные бледно-розовой помадой губы, были растянуты в вежливую улыбку. Только вот она никоим образом не затронула серых глаз, смотревших пытливо и настороженно.

- Добрый день, - пожилая леди первой начала разговор.

- З-здравствуйте, - запинаясь, ответила я, раздумывая о том, может ли видение разговаривать. Почему-то мне не верилось в то, что эта дама реальна. Она вся была настолько идеальна, ухожена и совсем не подходила этому осеннему лесу, что казалось, будто это мое подсознание играет со мной какие-то одному ему ведомые игры. Почему-то вспомнились сюжеты детских сказок, где маленькая девочка уходила в лес и встречалась там с духами. И часто эти самые духи представали в виде вот такой вот милой и аккуратной старушки. А потом, кода им удавалось завлечь ребенка в свои сети, с девочкой происходили разные нехорошие вещи.

- Вы, вероятно, приезжая? - вежливо поинтересовалась дама, вырывая меня из размышлений. - Хотя о чем это я, конечно же, вы приезжая. Лупгрейф настолько мал, что я уже давно там всех по именам знаю. А вас вижу впервые. Вы к нам по работе? - и снова улыбка, которая совершенно не затронула глаз.

- Д-да, - подтвердила я и еще кивнула для пущего эффекта. - А...

- Я - Анна Узгален, - представилась дама. - Мы с мужем владеем землей неподалеку, - она указала на едва виднеющиеся крыши построек пансионата. - Вот, решили прогуляться пока погода позволяет.

- Решили? - несмело переспросила я и вздрогнула от раздавшегося откуда-то со стороны леса шума.

Все еще ощущая себя, словно героиня детской сказки, я перевела взгляд в сторону звуков и едва не рванула отсюда подальше с истерическим криком - прямо на меня неслось нечто огромное, черное и лохматое.

Сама не знаю, как смогла сдержаться и не заорать. Наверное, все дело в том, что ноги просто приросли к месту, а голос, как это часто случается в последнее время, просто куда-то пропал. Так я и стояла, остолбенев и беззвучно открывая рот в немом крике.

- Князь! - крикнула Анна Узгален и лохматое страшилище, которое чуть не снесло меня, резко затормозило, затем уселось на землю и обвило передние лапы пушистым хвостом. Склонив голову на бок, это чудище смотрело с таким осуждением во взгляде, словно это я была виновата в том, что ему не позволили изрядно покачать меня по земле или попробовать на зуб.

- Простите, - Анна оказалась рядом в считанные мгновения и ухватилась за ошейник собаки. - Он не укусит, просто маленький еще, игривый и любопытный, жуть просто.

- Ма-ма-маленький? - удалось выдавить мне из себя. - Это - маленький?! - я почти сорвалась на визг, отступая от этого чудовища.

Чудовищу не понравилось, что забавная зверушка пятится, и оно попыталось достать меня лапой, вскочив с земли. Анна, основательно дернула пса за ошейник, требуя сидеть на месте. На что, Князь (и кто вот это так назвал?) недовольно покосился на хозяйку, но послушно уселся обратно, и снова принялся гипнотизировать меня взглядом.

Могу себе представить, как это чудовище будет выглядеть, когда вырастет. Кошмар! Ройс в своей животной ипостаси по сравнению с этим вот - щенок неразумный.

- Анна, - раздался совсем рядом мужской голос и в поле видимости появился мужчина.

Уже в возрасте, тем не менее, крепкий, широкоплечий, сильный и, несомненно, уверенный в себе. Седые волосы, зачесанные назад, открывают высокий лоб, в уголках глаз - лучики морщинок, кожа, что странно для жителя Лупгрейфа, загорелая. Кожаная куртка расстегнута до середины груди, несмотря на далеко не теплую погоду, руки в карманах, походка твердая и уверенная - сразу видно, что передо мной хозяин жизни.

- Что-то случилось? - поинтересовался мужчина. - Князь опять кого-то напугал?

- Меня, - пискнула я, стараясь незаметно отодвинуться подальше от Князя, который внимательно следил за мной умными глазами и облизывался.

- Здравствуйте, - расплылся в улыбке подошедший джентльмен. - Вы давно в Лупгрейфе?

- Второй день, - я выдавила из себя улыбку. - Вот решила прогуляться по окрестностям.

- А здесь вам попались мы, и Князь напугал? Не бойтесь его, он просто маленький еще и любит играть.

- Ага, - кивнула я, тоже наблюдая за этим "маленьким" и стараясь отодвинуться от него как можно дальше и вообще стать таким образом, чтобы между мной и этим чудищем находились его хозяева.

- Меня зовут Коннал Узгален. Мы с женой владеем пансионатом неподалеку, - он тоже указал мне за спину. - А вы?..

- Лиза Доннел. Я фотограф. Делаю каталог для редакции журнала. У вас здесь очень красивые места.

- Это, вероятно, очень интересно, - вставила Анна. Она продолжала удерживать своего пса за ошейник (хотя я была уверена, что если собака захочет, то вот эта хрупкая старушка никак не сможет его удержать). - А в каком журнале вы работаете?

- Я еще не совсем работаю, - постаралась изобразить смущение, - пока только на стажировке, в журнале "Природа".

- Я о таком не слышал, - ее муж улыбался так заразительно, что мне тоже хотелось улыбаться в ответ. - Вы из столицы?

- Да, - кивнула я, но развивать тему журнала не стала, мало ли что? А я вряд ли смогу соврать слишком убедительно.

- Через несколько дней у нас в пансионате будет праздник, - Коннал не заметил или сделал вид, что не заметил моего нежелания говорить о журнале, - если еще не уедете, приходите обязательно. Будут танцы, фейерверк.

- Спасибо, возможно, я и приму ваше приглашение, - я улыбнулась милой паре.

Сейчас, когда я несколько пришла в себя и уже не так боялась их страшнючего пса, эти люди казались мне очень милыми и, наверное, пока единственными нормальными из всех, кого я встретила в Лупгрейфе.

Мы еще немного поболтали о погоде, о городе, а затем распрощались. Чета Узгален направилась к себе в пансионат, а я потопала в город. Мне стоило разобраться с машиной, если шериф не озаботился, как обещал, оказать мне помощь в замене изрезанных ночью шин. Да и в участок тоже стоило заглянуть. Возможно, получится разведать что-нибудь об умершей женщине.

Я все еще не знала, стоит ли рассказывать шерифу о Джесси. С одной стороны, он - представитель закона и должен проверить мои слова, и начать поиски. А вот с другой... Они здесь все слово в слово повторяют, что Лупгрейф - городок маленький, все друг друга знают и приезжие всегда на виду. Так, если Джесси здесь был, а затем пропал - это не могло укрыться от шерифа. Меня-то он вычислил практически в течение часа и сразу же прибежал знакомиться.

Но, с другой стороны, Джесси мог и не доехать в Лупгрейф?

Я застонала в голос, сжал ладонями голову. Как разобраться во всем этом? Кому можно доверять, а кому нет?


## Глава 10

.


## Глава 11.


Мастерская еще неизвестного мне Ноя Де Вила располагалась в противоположном от дома Викки конце города. Вокруг располагались какие-то склады, полуразрушенные бараки и никакого жилья. Что же, может, оно и правильно, но мне в этом районе было немного не уютно. Все время казалось, что вот сейчас из-под покосившегося забора или из-за полуразрушенного бревенчатого сарая, кто-нибудь выскочит. Все-таки утренняя встреча с Князем здорово на меня повлияла. Я никогда особо не боялась собак, но может быть все дело в том, что раньше я и не имела с ними дела.

Стоило мне подойти к распахнутым металлическим воротам мастерской, как на пороге появился мужчина. Не слишком высокий, всего на полголовы выше меня, довольно молодой, темноволосый и голубоглазый. Он остановился на пороге и, заметив меня, расплылся в улыбке.

- Госпожа Донел? - воскликнул мужчина. - Решили зайти и проведать своего железного друга?

- Ну, вообще-то, именно так, - я не смогла сдержать ответной улыбки. - А откуда вы знаете, кто я?

- Это же Лупгрейф! - развел руками мужчина. - Я здесь родился и вырос. А вас не знаю.

- Логично. А имя мое вам шериф подсказал?

- Шериф? Нет, - покачал головой собеседник. - Весь город гудит про симпатичного фотографа, который приехал делать снимки в нашем лесу.

Мне стало несколько не по себе от такого заявления.

- Что значит весь город? Я никого здесь еще не знаю, кроме двух-трех человек. Откуда обо мне узнал весь город?

- Это Лупгрейф! - снова воскликнул мужчина. - Вы вчера еще сидели в кафе у старухи Лупгрейф, как весь о вашем приезде уже разнеслась по городу.

Он рассмеялся, затем отошел немного в сторону, приглашая меня войти внутрь.

- Я Ной Де Вил, хозяин этой мастерской. Ваша машина сейчас внутри, можете пройти и посмотреть. Слышал, это пьянчужка Шолор порезала вам шины.

- Правда? - я с удивлением посмотрела на него. - Кто вам такое сказал?

- Все в городе об этом говорят, - снова пожал плечами Ной.

- А никто случаем не говорит, зачем она это сделала? - буркнула я в ответ.

Что же чего-то подобного стоило ожидать. Я в Лупгрейфе меньше суток, а про меня уже все знают, как знают, вероятно, и о том, что это именно я нашла тело несчастной женщины. Печально, но с другой стороны. Если все обстоит таким образом, то знать здесь должны не только обо мне. С такими мыслями я повернулась к Ною и расплылась в улыбке.

- И еще один вопрос. Надеюсь, меня не обвиняют в том, что это я ее убила?

- Убили? - удивился Ной. - Разве она не умерла от сердечного приступа? Доктор Рафин вроде подтвердил, что ее сердце не выдержало, и с Айрис случился инфаркт? - он пытливо посмотрел на меня, а затем, прищурившись, отчего в уголках глаз появились лучики морщинок, добавляя этому мужчине еще с десяток лет, и спросил. - Или вы знаете что-то такое, чего не знают все остальные? Шериф снова пытается покрывать убийство?

- Шериф занимается чем-то подобным? - тут же подхватила я, но, увы, осталась без ответа.

Ной лишь пожал плечами и прошел внутрь. Мне пришлось следовать за ним, недоумевая и в прямом смысле слова, сгорая от любопытства. Если удастся выведать что-нибудь у владельца местной мастерской про шерифа Вадаза или же, что было бы, просто великолепно - про Теда или Джесси. Моя миссия в Лупгрейфе может быть завершена. Задерживать преступников или ввязываться во что-нибудь опасное, я не собиралась. Выяснить правду, вернуться в столицу и заявить о свершившемся преступлении, может быть, воспользоваться связями Трика или Лекса для того, чтобы это дело не засунули в долгий ящик.

- Шериф наш, конечно, мужик серьезный, - продолжал Ной, - но он не слишком умен. Да, хватка у него есть - этого не отнять. Однако, Вадаз как и большинство местных жителей, родился и вырос в этом городе, и не верит в то, что кто-то из его обитателей, кто-то из тех, кого он знает с самого своего рождения способен на неблаговидные поступки.

Мне показалось, что Ной и сам не до конца верит в то, что сейчас говорит. Как-то вся эта его речь звучала...надуманно? Словно он пытается не столько убедить во всем этом меня, сколько себя самого. А еще, Ной Де Вил не любит Барта Вазада. Интересно, почему?

- В вашем городе кто-то еще недавно умер, а шериф ничего не предпринял? - опять влезла со своими вопросами я.

- Ну, - Ной замялся, отводя глаза, - Это же только слухи и все об этом шепчутся, так что, - он развел руками, как бы говоря, что не желает быть источником сплетен, но ему очень хочется поговорить со мной об этом.

- О чем шепчутся? В Лупгрейфе происходит что-то, о чем мне стоит знать или может быть, - я выдержала небольшую паузу, пытливо поглядывая на Ноя, - мне стоит чего-то опасаться?

- Нет, не думаю, что вам что-то грозит, если вы, конечно, приехали сюда не затем, чтобы написать разгромную статью о призраках или сверхъестественной активности в Лупгрейфе и его окрестностях, - теперь Ной смотрел на меня изучающее, а я не могла понять шутит он или же предупреждает вполне серьезно.

- Я фотограф, а не журналист, - в который раз начала доказывать я. - Фотографы не пишут статей и не проводят журналистские расследования. Мое дело - фотографировать ваш лес и озеро. Но если в этом городе опасно, то...

- Да нет, у нас тихий городишко. Но со своими тайнами и секретами, как и любой другой. Не старайтесь копаться в чужом грязном белье и ничего с вами не случится.

Мы замолчали на какое-то время. Я пыталась осмыслить то, что мне только что сказали и, честно говоря, желание собрать вещички и свалить подальше от этого гостеприимного городка стало намного более осязаемым. Загадки, тайны, предостережения от незнакомых людей - это пугало, а я не настолько смелая, чтобы вопреки здравому смыслу совать собственную голову в пасть волку, не думая о последствиях.

- Я вас совсем запугал, - усмехнулся Ной. - Не думайте о том, что я тут наболтал. Иногда у меня бывает помрачение рассудка, и я начинаю нести всякую чушь. Вам ничего не грозит.

- Ну, знаете, - не выдержала я. - Вы только что говорите, что мне стоит быть осторожнее, а потом пытаетесь подсластить пилюлю и говорите, что все это неправда? Как мне к этому относиться?!

- Как к неудачной шутке. - Ной заглянул мне в глаза с мольбой во взгляде. - Простите меня, это просто не слишком умная попытка с моей стороны произвести впечатление на понравившуюся девушку.

Я задохнулась от такого высказывания и, честно говоря, мне очень хотелось развернуться и уйти, но останавливало лишь то, что моя машина находится в руках у этого человека.

- Ну, знаете ли! - снова возмутилась я. - Это уже ни в какие ворота не лезет! Вы меня напугали!

- Простите, - Ной извиняющее улыбнулся, затем сверкнул голубыми глазами и, склонившись ко мне, произнес, - и чтобы загладить свою вину готов понести заслуженное наказание и, например, накормить вас ужином.

- Что? - я изобразила негодование, - Вы считает, что я настолько много ем, что...

- О, нет, - этот циркач возвел руки к небу, а затем закрыл ладонями лицо, - Я снова попал впросак, да?

Я покивала в ответ, но уже с трудом сдерживала улыбку. Этот мужчина мне нравился. Он умел заинтересовать и развеселить, когда он улыбался, я ловила себя на том, что мне хочется улыбаться ему в ответ. Определенно, Ной Де Вил умел расположить к себе и произвести впечатление. А еще он был смертным.

- Но я думаю, что соглашусь на ужин за ваш счет, - произнесла я, поглядывая из-под ресниц на Ноя, - и на рассказ о Лупгрейфе, конечно.

- Что именно вас интересует? - на мгновение мне показалось, что в этом вопросе скользнуло легкое недовольство и настороженность, но я быстро отогнала от себя эти мысли. Так можно и параноиком стать, если подозревать в каждом встречном серийного убийцу-маньяка.

- Все, - по-прежнему улыбаясь, ответила Ною. - Обычно, у таких маленьких городков очень много различных легенд и интересная история возникновения. Я могу все это узнать из интернета, но гораздо любопытнее взглянуть на Лупгрейф глазами его жителей.

- Ну что же, - Ной снова широко улыбнулся, - в таком случае все будет. И ужин, и рассказ.

- Вот и замечательно.

Наконец-то в этом городе мне попался хоть один нормальный человек, с которым приятно провести время и можно поговорить. Ной Де Вил достаточно интересен, а еще, он сам сказал, что родился и вырос в Лупгрейфе, а значит, знает о городе достаточно для удовлетворения моего любопытства.

Я покачала головой в ответ на собственные мысли. Куда катится мир, я - Лиза Донел, без пяти минут жена наследника Кантемиресов, кокетничаю напропалую и принимаю знаки внимания от механика какого-то мелкого городишки только затем, чтобы провести свое собственное расследование.


Ужинать Ной повел меня в довольно симпатичный ресторанчик.

- Это семейный бизнес, - просветил меня мой спутник, когда мы устроились за столиком и я принялась разглядывать обстановку и посетителей. - У нас в Лупгрейфе, почти все предприятия так или иначе принадлежат одной семье, за редким исключением и передаются по наследству.

- Вот как? - я мило улыбнулась в ответ. - Это значит, что ваша мастерская...

- О, нет, - тут же воскликнул Ной. - Мастерская - это мое детище. Моя семья не имеет никакого отношения к этому делу. И предупреждая следующий вопрос, хочу сразу предупредить, что многие в Лупгрейфе считают меня...ммм...выродком.

- Почему? - я перевела взгляд на своего собеседника, удивленно приподняв брови.

- Потому что я не захотел пойти по стопам своего родителя и открыл свое дело. Но, тем не менее, не жалею.

- Честно говоря, в какой-то степени понимаю вас. Я тоже все еще ищу себя.

- И как, получается? - Ной отсалютовал мне бокалом, а я смущенно опустила ресницы.

Этот неожиданный знакомый нравился мне. Рядом с ним, я снова начинала чувствовать себя красивой и интересной. Лейла как-то сказала, что рядом с Лексом начинаешь ощущать себя королевой, сильной и уверенной в собственных силах. Все так, вот только... Последние месяцы стали для меня настоящим испытанием. Практически запертая в четырех стенах, я почти совсем перестала общаться с окружающим миром, и это сказалось на моей самооценке. Нет, я верила Лексу, любила его и была уверена в ответных чувствах, но мне не хватало суеты. Не хватало дела, занятости и полезности. Тренировки не в счет, к тому же, от них было удивительно мало пользы.

Иногда мне даже казалось, что Лекс специально не позволяет мне раскрыть все мои способности. Таким образом, заставляя меня нуждаться в нем. Но я всегда отгоняла от себя такие мысли, как совершенно безумные.

- Не знаю, получается или нет, - я пожала плечами.

Мы больше не возвращались к этой теме, за что я была благодарна Ною. Не хотелось бередить старые раны. Принесли наш заказ, и беседа снова потекла в мирном направлении. Ной рассказывал про город и его жителей, он на самом деле знал здесь почти всех.

- Я все хотела спросить, - я отложила вилку и посмотрела на своего спутника, - вы назвали Рози, хозяйку кафе на площади, старухой Лупгрейф. Почему?

- Потому что это ее фамилия.

- Но... - наверное, у меня был очень ошарашенный вид, потому что, Ной, усмехнувшись, принялся рассказывать.

Как оказалось, изначально, Лупгрейф представлял собой просто небольшое поселение в несколько домов, и название тогда у этого места совершенно другое. Земля и довольно приличный кусок окружающего леса находилась в собственности некоего господина, имени и фамилии которого история не сохранила, что странно, если судить о том, что городу всего каких-то лет двести.

Сам же местный господин проживал совсем не здесь, а в столице и в родовое поместье наведывался от случая к случаю - охота в этих местах всегда была хорошая. Вот и в тот раз, прихватив с собой из города компанию друзей, приехал Господин-без-имени поохотиться. Но что-то не срослось. Потягавшись по лесам, вернулись охотники без добычи, устроили небольшой сабантуй и легли спать уже за полночь. А перед рассветом на поселение напали волки.

- Говорили, что таких крупных зверей никто раньше не видел не то, что в этих местах, а вообще, - немного понизив голос, рассказывал Ной. - А ведь среди местных жителей было немало бывалых охотников.

- И что? - мне передалась атмосфера загадочности и нетерпения. Ной умел рассказывать. Он то понижал голос, то, наоборот, начинал говорить все громче и громче, то снова переходил почти на шепот. Признаюсь, я слушала его затаив дыхание, и мне даже на иногда казалось, что я вижу то, о чем он говорит. - Волки напали на жителей местного поселения, - напомнила я о рассказе, - им удалось отбиться? Людям, я имею в виду?

- Почти, - Ной улыбнулся мне и продолжил рассказ. - В живых остался лишь сам владелец этих мест и два его друга. Когда рассвело они увидели ужасающую картину. Волки порезвились на славу. Все вокруг было залито кровью, везде лежали исковерканные тела людей, и стояла мертвая тишина. После этого три приятеля стянули в одну яму тела всех волков и подожгли их. А затем не долго думая решили построить здесь новый город. Ну, сразу это, само собой, был не совсем город, но он разрастался и вот, - Ной картинно раскинул руки в стороны.

- Очень интересная история, - не осталась я равнодушной, - только я не совсем поняла, причем здесь название города и каким боком ко всему этому Рози?

- О, - рассмеялся Ной, - ну это уже совсем просто. Тот самый господин, имя которого похоронено в веках, взял себе новую фамилию по названию этого места. Лупгрейф, в переводе с какого-то очень старого диалекта, означает - могила волка. А Рози она потомок того самого господина и старшая сестра нашего преподобного.

- Оу, - не нашлась с ответом я. Как однако все интересно и как много мыслей у меня появилось. Правда, я мало верила в ту историю, что рассказал мне Ной, но признаюсь, легенда получилась очень захватывающей.

- А двух друзей, что вместе с Лупгрейфом стали основателями города звали Вадаз и Де Вил, - произнеся все это, Ной приподнялся, изображая шутовской поклон.

- Ого! - воскликнула я. - Не ожидала такого поворота. Это значит, что вы и шериф происходите из семей основателей этого города?

- Ну да, - улыбнулся Ной, в уголках его глаз появились морщинки, и мне снова показалось, что на самом деле он намного старше, чем выглядит. - Только в отличие от Барта, я не слишком стремлюсь к власти.

- Вы с шерифом не ладите? - поинтересовалась я.

- Мы с шерифом знаем друг друга с тех времен, как вместе ходили в детский сад. Так что у нас нет причин ладить, - отозвался Ной.

- А мне всегда казалось, что такое знакомство должно заканчиваться крепкой дружбой, - поддела я. на самом деле мне очень хотелось перевести разговор на Барта Вадаза. Хотелось понять, стоит ли ему доверять или нет.

- Ну, возможно, при других обстоятельствах так бы и случилось, но не в нашем случае. Барт не тот человек, который вызывает однозначные впечатления.

С этим я не могла не согласиться.


После ужина, Ной вызвался подвезти меня к дому Викки. Если быть совсем честной, то предпочла бы пройтись пешком, но привередничать не стала и позволила поухаживать за мной до конца. Когда машина остановилась, я попрощалась с Ноем, поблагодарила его за ужин и уже собралась было выйти, как моего локтя коснулась его ладонь. Странное чувство вспыхнуло внутри меня, по телу пробежала дрожь, но так же быстро исчезла, оставив после себя лишь ожидание чего-то. Медленно повернувшись в сторону Ноя я, замерев, как кролик перед удавом, наблюдала за тем как приближается его лицо. Было ощущение, что этот момент растянулся до бесконечности. Дыхание перехватило, в груди стал нарастать горячий ком, мое сознание разделилось на части. Одна моя половина отчаянно сопротивлялась тому, что должно было сейчас произойти, вторая же до дрожи в коленях хотела узнать как это - целоваться с Ноем Де Вилом.

Лицо Ноя было уже совсем близко, моей щеки коснулось его дыхание, я даже почти собралась опустить ресницы и отдаться во власть поцелуя, но тут что-то словно обожгло пальцы. От неожиданности я вскрикнула, и очарование момента пропало.

- Я слишком тороплюсь? - шепотом спросил Ной, когда я отодвинулась от него.

В ответ я лишь пожала плечами. Ничего предосудительного не произошло, а даже если бы мы и поцеловались, то, что с того? Это для меня ничего не значит, я лишь поддалась порыву, ничего большего уж точно бы не допустила. Во всяком случае, я именно в этом себя и убеждала, когда пыталась открыть дверь машины и одновременно с этим задавить трепыхание совести.

- Лиза, - Ной все же удержал меня и требовательно потянул за руку. - Прости если обидел или поторопился. Всегда я все неправильно делаю.

- Все в порядке, - я отводила глаза вовсе не потому, что мне было стыдно смотреть на него, просто, мне было неловко. - Уже поздно и я лучше пойду. Спасибо тебе за вечер и...

- Ты расстроена, - верно подметил мое состояние Ной. - И не желаешь меня видеть.

- Вовсе нет, - я замотала головой, отрицая его предположение. - Просто, последнее, что мне сейчас необходимо - это мимолетный роман. Прости.

- Это ты меня прости. Но если, ты не злишься и не обижена на мою выходку, то может быть...

- Что?

- Согласишься прогуляться завтра со мной к озеру?

И когда я удивленно подняла на него взгляд, Ной продолжил:

- Ты сама говорила, что тебе необходимо делать снимки для журнала. А ходить одной...прости, но ты совсем не знаешь местности и это опасно. Мне бы не хотелось, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

- В ваших лесах мне может грозить опасность? - я напряглась. Шериф говорил о том же самом. И тоже предупреждал меня, чтобы я не шаталась по лесу в одиночку.

- В лесу опасность может грозить кому угодно. Но все дело в том, что я вырос в этих местах и хорошо их знаю, ты же - городская жительница и... - он развел руками, - сама понимаешь.

- Понимаю, - кивнула я.

Вадаз привел точно такие же аргументы. Правда, он не вызывался быть моим проводником, но, очень может быть, что просто не успел - нас прервали, а если бы разговор продолжился, то где гарантия того, что шериф не напросился бы в спутники.

К тому же, Барт Вадаз явно что-то подозревает. Я уверена, что он точно не может знать, зачем я сюда приехала, но проверить меня и выяснить, что я бывшая выпускница Академии правопорядка - дело нескольких дней. Шериф сам признался, что уже дал запрос на мое имя, осталось лишь подождать, когда на него придет ответ. А затем, сложить два и два и...вуаля! Догадаться, что я каким-либо образом связана с его пропавшим без вести помощником, для шерифа не проблема. Он может не знать про Джесси - я и сама еще не уверена, что конкретно произошло с моим бывшим парнем - но про Теда Барт точно догадается. Даже я бы догадалась, а у Вадаза опыта побольше будет.

- А если ты будешь сопровождать меня, то как же моя машина? Кто займется ею?

- Все равно в Лупгрейфе подходящих шин нет. Я уже сделал заказ, их привезут из столицы в начале следующей недели и...

- Что? - я даже подпрыгнула от возмущения. - Ты хочешь сказать, что я застряла здесь так надолго?

- Прости, но больше я вряд ли чем смогу помочь.


Уже в комнате, я наконец-то выпустила пар, выругавшись от души. Сообщение о том, что я не смогу уехать из Лупгрейфа в любой момент мне не понравилось. Кто-то, вероятно, очень не хотел меня отсюда выпускать.

- Так, успокойся! - произнесла я вслух, остановившись возле зеркала и разглядывая собственное отражение. - Ты еще не успела никому стать поперек дороги. Врагов у тебя нет, а в Лупгрейфе их нет и подавно. Магов или оборотней здесь тоже не наблюдается. Это все просто стечение обстоятельств.

От звука собственного голоса немного пришла в себя и даже подмигнула собственному отражению - нежданно негаданно я придумала чего соврать шерифу так, чтобы он уж точно поверил, проникся и даже помощь мне предложил.


## Глава 12.


Звонок Ларкина застал меня на пороге комнаты - я как раз собиралась наведаться к Викки и попытаться разговорить ее по поводу предыдущего постояльца.

- Привет! - голос приятель был уставшим и немного сонным, как мне показалось.

- Не высыпаешься?

- Все в порядке, - тут же отозвался Винс. - Слушай, что я нарыл по твоей просьбе. Про шерифа пока мало что известно, я перекинул это на Зара, пусть он сам покопается. А вот твоя квартирная хозяйка... - и он многозначительно замолчал.

- Что? Ты выяснил, что на самом деле Викки Дарбот международная преступница в розыске? - неудачно пошутила я.

- Неа...все куда интереснее. О ней почти ничего не известно. Ну кроме общих сведений. И это немного странно. Родилась в Лупгрейфе, училась в местной школе, не закончила ее, вышла замуж в шестнадцать лет за Дэниэла Дарбота. Через полгода родился первый ребенок - сын, еще через два года - второй ребенок - дочь.

- Как дочь? Я не видела никакой девочки?

- Ну, вот так. Тут уж прости, я не виноват. Но дочку она родила, о ней есть запись. Муж ее умер от сердечного приступа три года назад.

- Она воспитывает племянника. Адам, кажется, его зовут. Должны быть документы по этому поводу. Викки говорила, что его родители погибли. Мальчик с тех пор молчит.

- Ничего похожего я не нашел. Она была единственным ребенком в семье и у ее мужа тоже не осталось родственников. Так что ни про какую опеку или усыновление ничего нет, но это еще не все. У нее нет никакой собственности.

- Как это нет собственности? - я замерла посреди комнаты.

- А вот так. Ни счета в банке, ни кредиток. Ни собственности.

- А дом? Я в нем живу, и он точно есть.

- Дом принадлежит некоему Ивану Лупгрейфу.

- И кто это?

- Понятия не имею. Про него я не узнавал.

Мы помолчали. Я раздумывала над словами Винса, меряя шагами комнату, а он просто тихонько сопел в трубку, ожидая пока я нарушу молчание.

- Когда ты уезжаешь оттуда? - первым все же не выдержал Винс.

- Не знаю. Моя машина будет готова только через несколько дней. У меня создается ощущение, что... - я замялась.

Мне очень не хотелось выплескивать на Ларкина все свои переживания и подозрения. Но с другой стороны, он единственный из всех моих знакомых, с кем всегда можно быть откровенной до конца. Ларкин поймет и поддержит или же наоборот сможет успокоить и развеять сомнения или страхи.

- У меня странное чувство, Винс. Я не могу определиться, что именно ощущаю, но...как будто надо мной сгущаются тучи. И ведь если подумать, то для этого нет никаких предпосылок. Ничего особенного не произошло.

- Если не считать трупа у тебя под окном, - язвительно отозвался приятель.

- Шериф сказал, что эта женщина умерла от сердечного приступа. Она была алкоголичкой и такое вполне допустимо. Знаешь, я раздумывала над тем, что произошло в Лупгрейфе за последние дни и не только и...знаешь, я вполне могу допустить, что Айрис и в самом деле умерла случайно. Ну, знаешь, она поссорилась с мужем, напилась, решила отомстить и по пьяни перепутала дворы, порезала шины на моей машине и потом чего-то сильно испугалась и умерла от сердечного приступа. Когда я сама нашла ее тело, то мне показалось, что невдалеке кто-то был, какая-то тень мелькнула и пропала. Я испугалась тогда, подумала, что это убийца, да и вообще, обстановка располагала... А на самом деле, это мог быть кто угодно: человек, собака или просто тень от дерева, кто знает? Я вполне могу допустить, что она тоже это заметила и испугалась, и как результат - остановка сердца.

Я расхаживала по комнате, теребя рукой пуговицу на рубашке, и говорила, говорила, говорила. Ларкин не перебивал, он внимательно меня слушал, и я была уверена, что по окончании моей исповеди, он что-нибудь предложит мне. Возможно позже проанализирует ситуацию...Да и выговориться мне не помешает.

- И Тед. Я хорошо его знаю, и шериф, и, немного ранее, Викки, оба сказали, то он собрал вещи и просто уехал из города. Я могу это допустить. Такое поведение вполне в его духе. Он не слишком рьяно хватался за работу. А шериф оговорился, что он напортачил здесь. Так что исчезновение Теда вполне можно списать на то, что он испугался последствий или ответственности и сбежал.

- Я тебя понял, - осторожно перебил меня Ларкин. - Все это и в самом деле похоже на череду случайностей. Но есть что-то, что тебя настораживает и не дает поверить в то, что все так на самом деле? Я прав?

- Как всегда, - усмехнулась я. - Я нашла в лесу телефон Джесси. Я видела, как он убегал от кого-то, как звонил мне и... не могу описать словами. Я не знаю, кто на него напал, но Джесс был напуган, он ...

- Он жив?

- Нет.

- Ты уверена?

- Да, уверена. Он бежал по ночному лесу, за ним гнались и настигли. Я нашла телефон, и можно было бы допустить, что Джесс просто нарвался на стаю волков или еще чего-то подобного. И это тоже было бы кусочком неожиданных случайностей.

- Но тебя что-то настораживает, и ты не веришь в то, что его смерть случайна... - Ларкин слишком хорошо меня понимает, как никто.

- Не верю. Понимаешь, там на той поляне, остались следы. Земля взрыта, дерево сломано, телефон опять-таки в крови на земле валялся. Я могу допустить, что кровь смыло дождем.

- А что тебя настораживает?

- Покажи мне таких волков или любых других диких зверей, которые сожрут свою жертву вместе с одеждой, ботинками, документами и машиной?

Опять повисло гнетущее молчание. Я вышагивала по комнате, Ларкин сопел в трубку. Переваривая все, что только что от меня услышал. Да, я и сама прекрасно понимаю, что все мои доводы не признает ни один суд. Никаких улик или доказательств у меня нет. Все события, произошедшие в Лупгрейфе со дня моего приезда могут быть чисто случайными - я и сама прекрасно это понимала. Но! Всегда оставалось это самое 'но', которое не давало мне покоя. Что-то мне не нравилось во всем этом. Совсем не нравилось. Я не могла четко определить, что именно внушало опасения. Но это что-то было.

- Я все понял, - отозвался наконец Винс. - И, кажется мне, что я знаю ответ на твой вопрос. Просто еще не до конца осознал все это сам и не уверен, что могу внятно объяснить...

- Говори как есть, - не стала я слушать его путаные оправдания. - В любом случае, мне надо продержаться еще несколько дней. Я должна знать, что здесь происходит.

- Это не так просто, как кажется. Все что я выяснил - это лишь старые легенды и мои собственные догадки. Но, в любом случае, все это - лучше, чем совсем ничего. Слушай.

После этих его слов, я подобралась. Зная Винса, можно с уверенностью сказать, что он сейчас расскажет мне не просто какую-то историю - Ларкин поведает мне все тайны Лупгрейфа. Правда, уже от меня будет зависеть, как я распоряжусь такими знаниями и смогу ли я сопоставить эти сведения с реально происходящими событиями.

- Что ты знаешь о духах-хранителях? - вопрос застал меня врасплох. Я споткнулась на ровном месте и застыла, не в силах сделать следующий шаг.

-Эээ...

О духах-хранителях я не знала ничего. Несмотря на то, что последние месяцы я активно изучала классификацию всего сверхъестественного населения, пыталась запомнить все древние роды и фамилии, заучивала наизусть, кто, чем и когда отличился, что бы, не приведи боги, не попасть впросак.

Я хорошо запомнила, что все сверхъестественное население подразделяется на магов, драконов и оборотней. И то, драконы тоже считают себя в какой-то мере магами и чуть-чуть оборотнями. Когда-то очень-очень давно они могли оборачиваться, по крайней мере, об этом пишут в легендах и старинных преданиях. Правда, я плохо себе это представляю. Как человек, ну внешне человек, может превратиться в огромного ящера да еще летающего и огнедышащего? Почему-то с оборотнями такого вопроса не возникает, хотя я и спрашивала у Лекса об этом. Он тут же пустился в какие-то путаные объяснения, завалил меня терминологией и в результате я еще больше запуталась, но так и не поняла, как из того же Ройса может получиться волк. Но заморачиваться не стала - превращается и превращается, мне-то какое до этого дело.

Все инкубы, провидцы, видящие, миротворцы относятся тоже к магам.

А еще я очень хорошо усвоила, что не существует вампиров, демонов, ангелов и приведений. Их выдумали.

- Я так и понял, что ты ничего не знаешь про хранителей, - Ларкин, кажется, забавлялся.

- Мне все время твердили, что приведений не существует. А теперь ты...

- Духи-хранители - это не приведения. Это нечто совсем иное. Приведений не существует, а вот духи-хранители есть. Правда, они почти легенда, потому, что их давно никто не видел, но они точно существуют.

- Давай ближе к делу, - перебила я его. - Обещая, что как только вернусь домой, прочитаю все, что смогу найти про них. Честно-честно. Но сейчас немного не то время, чтобы...

- Информации о них мало, на самом деле, - все, можно сказать, что Ларкин сел на своего любимого конька и теперь его ничто не остановит. - В архивах Кантемиресов про них есть сведения, но...эти драконы не удосужились оцифровать свой архив, так что... - я как будто наяву увидела, как Винс неодобрительно морщится по поводу такой вопиющей безалаберности Кантемиресов, как он потирает переносицу, так как все еще не может привыкнуть к тому, что очки ему больше не нужны.

Эта картинка вызвала улыбку на моем лице. У меня никогда не было родственников, кроме тети Джинал. А я всегда хотела брата. Иногда мне кажется, что и с Винсом мы так близко сошлись именно поэтому. Я выросла одна, а он... он остался непонятым своими же многочисленными родственниками.

Я вздохнула, уселась на кровать, приготовившись слушать лекцию в исполнении Винса Ларкина, потом подумала немного и откинулась на подушки. Зная Ларкина можно с уверенностью сказать, что разговор затянется надолго, значит, мне не помешает устроиться с комфортом.

- Значит, слушай.

И Ларкин пустился в объяснения, длительные, затянутые, полные непонятных терминов и определений, но, что удивительно, я впервые слушала его, не перебивая, пытаясь запомнить все, что он говорил и соотнести полученную информацию с тем, что происходит сейчас в Лупгрейфе.

- Такое понятие, как дух-хранитель уже давно устарело, - говорил Винс, - сейчас считается, что все это просто древние легенды или же сказки. Но, в принципе, я готов принять, что на самом деле духи-хранители не просто существовали когда-то, но и существуют сейчас, просто в связи с тем, что их проводники давно вымерли, теперь никто не может с ними общаться.

- Какие проводники, Винс?

- Шаманы. Когда-то давно они были частью нашего общества, но, в отличие от большинства магов, не имели магического резерва. У них был свой, особый дар, близкий к дару медиумов. Но в отличие медиумов, которые слышат голоса мертвых и могут общаться с душами тех, кто ушел за грань, шаманы говорили с духами природы. В принципе их дар похож на ведьминский и именно это стало одной из причин, по которым в свое время шаманов истребили полностью.

Так вот, теперь, что касается духов-хранителей. Шаманы - это своего рода проводники между тремя мирами: миром природы, миром людей и собственно - духов. Они селились чаще всего в малонаселенной местности и договаривались с духами природы о защите и покровительстве. И духи защищали землю, на которой жили шаманы. После того, как шаманов не стало, некому стало поддерживать контакт с духами-хранителями и считается, что они ушли. Но я очень сильно подозреваю, что это не так и духи-хранители, вызванные однажды, по-прежнему, продолжают хранить землю, к которой их привязали.

- То есть, из всего, что ты только что наговорил, я так понимаю, что когда-то в Лупгрейфе или на земле, где впоследствии вырос город, жил шаман, который и привязал к этой местности духа-хранителя?

- Ага. Причем, это даже не догадка, это факт. Я отыскал старые летописи, в которых про это написано. Правда было все это очень и очень давно, но факт остается неизменным. И еще одно, что тебе надо знать. Духи-хранители редко проявляются без воли шамана. Сами по себе они не могут ничего, даже явиться в наш мир не могут. И в истории возникновения этого самого Лупгрейфа очень много белых пятен. В разных источниках, я нашел примерно одну и ту де легенду, что на небольшое поселение, название которого история не сохранила, напали волки и за несколько часов уничтожили практически всех, кто имел сомнительное удовольствие жить на этой земле. А владелец тех мест, пережив ночь террора, в отместку решил возвести на мертвой земле город, в чем и преуспел.

- Я сегодня тоже слышала эту историю. Он назвал город Лупгрейф и взял себе ту же фамилию. Два его друга вошли в долю и остались жить здесь, а теперь их семья являются чем-то вроде местной элиты.

- Да, но это еще не все. В той истории, что произошла много лет назад, не все гладко. Не могу объяснить, но...волки, которые в несколько раз по размеру превышают нормальных зверей и подчистую вырезанное население - это как-то слишком смахивает на плохой фильм ужасов. Можно было бы предположить, что там постарались оборотни, но на них рассвет никак бы не повлиял, а в легенде говорится, что огромные звери просто растаяли с первыми лучами солнца. Я склонен предположить, что это все же были духи-хранители. Но дело в том, что сами по себе они никак не могли пройти в наш мир.

- Значит, их призвал шаман?

- Их уже давно никто не видел, и... - Ларкин замолчал ненадолго, а потом продолжил. - Я склонен считать, что там произошло что-то, что заставило духов-хранителей пройти сквозь призму миров. Не знаю, что именно это могло быть, но в некоторых старинных легендах говорится о том, что духи-хранители могут и самовольно приходить в наш мир, но лишь затем, чтобы бороться с огромным злом. Впрочем, вряд ли нам удастся точно выяснить, что именно там произошло на самом деле. В тех местах никогда не было магов, в наших хрониках нет никакого упоминания о Лупгрейфе или семьях, ставшими его основателями. А смертные... - Винс хмыкнул неодобрительно, - им нельзя доверять в полной мере, уж слишком они любят переписывать историю на свое усмотрение.

Возможно, Винс хотел сказать что-то еще, не менее важное, но в этот момент раздался стук в дверь, и я подпрыгнула от неожиданности, выронив телефон. Он ускакал куда-то под кровать. А у меня внутри все сжалось от страха - кто это решил появиться в моей комнатушке на ночь глядя?

Сползав под кровать, в поисках телефона и прижав его к груди, словно он моя последняя защита и опора, я на цыпочках приблизилась к двери и приложила к ней ухо. Вот спрашивается, что я собиралась там услышать? Новый стук в дверь, заставил меня еще раз подпрыгнуть на месте.

- Госпожа Донел, откройте дверь. У вас горит свет, поэтому не стоит делать вид, что никого нет, - знакомый голос, и вот вроде бы мне стоило успокоиться и выдохнуть, а в груди почему-то появилось ощущение того, что ничего хорошего этот визит мне не принесет.


## Глава 13.


Дверь с тихим скрипом распахнулась, в небольшую комнатушку, выделенную мне Викки, вошел шериф Вадаз. И вот с его появлением, как-то сразу стало мало места, тесно и неуютно. Я непроизвольно поежилась от того, как быстро сократилось окружающее пространство, словно стены вдруг стали на несколько метров ближе друг к другу. Бред? Возможно, но состояние близкое к панике стало постепенно овладевать мной.

А еще я со всей уверенностью поняла, что, если шериф пришел сюда с дурными намерениями, то мне никто не поможет. Совсем никто. И будет все как вчера, когда я обнаружила труп несчастной женщины на газоне у Викки - никто даже света не зажег, не говоря уже о том, чтобы выглянуть из дома или прийти на помощь.

- Добрый вечер, госпожа Донел, - поздоровался шериф, складывая руки на груди и прислоняясь спиной к закрытой уже входной двери, словно таким образом он пытался отрезать мне пути к отступлению.

Хотя, почему это пытался? Один путь он мне как раз таки и отрезал, потому что справиться с таким боровом мне точно не под силу, даже молнии, имеющиеся в моем арсенале, вряд ли помогут.

- Д-добрый, - голос предательски дрогнул и Барт Вадаз это заметил, правда, никак не отреагировал.

Так мы и стояли друг напротив друга, в полном молчании. Только, если шериф смотрел на меня оценивающе и словно выжидал чего-то, то я, старалась в полной мере определить, что же я на самом деле сейчас чувствую. Странно то, что после первого приступа, близкого к панике, я полностью успокоилась. Страха не было, волнение тоже куда-то подевалось. Шериф по-прежнему выглядел опасно и внушительно, но угрозы лично для себя я уже не ощущала. Значит ли это, что Вадаз пришел ко мне с добрыми намерениями? Скорее всего, это и в самом деле так, раз мое внутреннее чутье не вопит об опасности и не требует от меня срочно бежать сломя голову подальше.

- Может быть, присядете? - наконец решилась разрядить обстановку я.

Вадаз пожал плечами и направился к единственному стулу в комнате. Я осталась стоять.

- Ну что же, - устраиваясь на неудобной табуретке, которая жалобно скрипнула, когда шериф усадил на нее свой зад, произнес мужчина, - давайте начистоту. Сейчас мы одни, и я надеюсь, нам никто не сможет помешать, как это случилось днем в управлении.

- Я вас не совсем понимаю. Мне казалось, мы прояснили все вопросы, касающиеся вчерашнего происшествия. Да и сегодня я встречалась с Ноем, он взялся за ремонт машины и...

- Он уже Ной? - буркнул шериф себе под ном, а уже громче добавил. - Мы не закончили другой разговор, госпожа Донел. А именно, вы так и не ответили мне, зачем приехали в Лупгрейф.

- Я сказала вам об этом еще в первый день. Я делаю подборку...

Шериф предупреждающе поднял руку, ладонью вверх, прерывая меня.

- Госпожа Донел, вопрос с журналом мы уже прояснили, как впрочем, и с тем, что никакой вы не фотограф. Пару часов назад я получил ответ на свой запрос. Лиза Донел, двадцати трех лет от роду, выпускница Академии правопорядка, была направлена для прохождения стажировки в восьмой участок правопорядка в столице. В результате ликвидации участка, вы прервали вою стажировку и отказались от ее продления в любом другом участке нашей страны. Мне бы хотелось узнать, почему?

- Какая разница, - буркнула я в ответ. - Я поняла, что выбрала не ту профессию.

- Ой, ли? - мне показалось, что Барт Вадаз сейчас активно забавляется за мой счет.

- Представьте себе, бывает и такое.

- Представляется с трудом, особенно, если учитывать, что и еще один выпускник вашего потока решил для себя то же самое.

- Вы сейчас о чем? - я, в самом деле, не понимала, что шериф пытается мне сказать.

- Я сейчас о некоем Теде Кармински, вашем однокурснике, который чуть больше полугода назад был направлен на стажировку в Лупгрейф на должность моего помощника, и тоже решил, что становиться стражем ему уже не хочется, - шериф произнес всю фразу на одном дыхании, и в голосе его звенела злость. - Как вы объясните это?

- Почему я должна вам что-то объяснять, - я сложила руки на груди и с вызовом уставилась на мужчину. Его тяжелый взгляд я выдержала с трудом. И глаза не отвела, и не показала виду, что мне страшно или неудобно. Можно собой гордиться.

- Что вы знаете о настоящем местонахождении Теда Кармински?

Вопрос шерифа выбил меня из колеи. Я вытаращилась на него и не знала, что ответить. Как-то неправильно мы начали разговор. Совсем неправильно. Это я должна была задать этот вопрос. Я, а не шериф.

- Я не...

- Перестаньте, госпожа Донел, - снисходительно отозвался Вадаз, - не надо разыгрывать передо мной никакой мелодрамы. Я мог бы допустить, что вы не знакомы с моим бывшим помощником, но... - тут он улыбнулся и весело мне подмигнул, что придало серьезному, даже немного угрюмому мужчине поистине хулиганский вид, - но я ни за что не поверю, что вы могли не знать человека с которым на протяжении пяти лет посещали три общих курса. Так что начинайте признаваться, госпожа Донел.

Я набрала в легкие воздуха, ненадолго задержала дыхание и с шумом выдохнула. Вся настороженность вдруг куда-то исчезла, прихватив с собой и подозрительность заодно. Шериф больше не казался мне злодеем. Интуиция, которая еще вчера подсказывала мне не иметь с Бартом Вадазом общих дел. Заткнулась и не смела даже пискнуть. А значит, мне и в самом деле можно признаться. Только не во всем.

- Тед пропал. О нем уже несколько месяцев никто ничего не знает. Его мать переживает очень, а она не настолько сильна здоровьем. А поскольку теперь я вроде как свободна и могу располагать своим временем по собственному усмотрению, я и решила приехать сюда.

- Почему вы решили, что в Лупгрейфе кто-то знает, куда подевался ваш приятель?

- Потому что здесь он жил до того, как исчез в неизвестном направлении. Более того, насколько мне известно, снимал вот эту самую комнату у Викки, - я потопала ногой по полу, для пущей убедительности.

- Это еще ни о чем не говорит, - отозвался шериф. - Тед Кармински приехал на стажировку в середине лета. Но данный, глубоко мной неуважаемый молодой человек, не желал работать. Он и стражем становиться не желал. Вместо того чтобы стоять на страже закона и порядка, он, напротив, самолично этот самый закон с порядком вместе, систематически нарушал, напивался, устраивал дебоши и драки, по нескольку дней не выходил на службу. Когда я сделал ему внушение, Тед немного пересмотрел свое отношение к службе, но лишь немного. Он решил воспользоваться своим статусом помощника шерифа в личных целях и наворотил немало дел, пока я не успел вмешаться. Поверьте мне, госпожа Донел, в этом городе все вздохнули с облегчением, когда он собрал свои вещички и смылся в неизвестном направлении.

- Почему вы думаете, что он уехал? Может быть, с ним что-то случилось? Может быть... - я не договорила, не желая озвучивать свои мысли по поводу того, что Тед мог стать жертвой убийства.

- Поверьте мне, - отозвался Вадаз, - в Лупгрейфе найдется немало людей, которые желали бы разобраться с ним по-своему. И, я уверен, что они бы так и поступили рано или поздно. Но, могу вам с уверенностью сказать, что вряд ли бы подобные поборники справедливости собрали бы все его вещи, избавились от его машины и оставили бы Викки Дарбот без оплаты за проживание в ее доме этого молодого человека.

- Э...

- Да, госпожа Донел. Однажды утром. После очередной драки с участием моего помощника, он не вышел на службу. Не появился он там и на следующий день, тогда я пришел сюда, чтобы наконец озвучить господину Кармински, что город Лупгрейф больше не нуждается в его услугах, его здесь не оказалось, как не оказалось и всех его вещей и автомобиля. А Викки сообщила, что он не заплатил ей за несколько недель проживания. Так что я вернулся в управление, отослал в Академию правопорядка информацию о том, что стажировка Теда Кармински является не засчитанной и с чистой совестью оформил запрос на нового стажера. К сожалению, мне его так и не прислали.

Из всей этой проникновенной речи шерифа, я почему-то выяснила для себя только одно.

- И вы его не искали? Не пытались узнать, куда он подевался?

- Нет, - жестко ответил Вадаз и поднялся на ноги, - у меня не было никакого желания пускаться в погоню или заниматься расследованием скоропалительного бегства своего уже бывшего помощника.

- Но...вы же страж! Вы... должны были...

- Госпожа Донел. Я ничего никому не должен и уж тем более не признаю за собой никаких долгов перед Тедом Кармински. На этом все.

- Это не правильно, - я покачала головой, удивляясь равнодушию стоявшего передо мной человека.

Барт Вадаз - страж. Он давал присягу, он... должен был начать расследование, найти Теда... Я стояла, хватая ртом воздух от возмущения и не могла выразить всю степень моего разочарования в этом мужчине, как вдруг неожиданная мысль пришла сама собой. Ничего никому Барт Вадаз был не обязан. Он сообщил в Академию, что стажер самопроизвольно покинул место службы, он сделал все, что от него требовалось. В конце концов, шериф - единственный слуга закона и порядка в этом городке. У него и без поиска беглого помощника должно быть предостаточно дел. К тому же, как я поняла, о пропаже Теда кроме него, так никто и не заявил. Все мои претензии и упреки к этому человеку беспочвенны.

Я понурилась и опустила ресницы, признавая, что была неправа. И уже почти собралась попросить прощения за необоснованные подозрения, как вспомнила одну немаловажную деталь:

- В Академии отвечают, что Тед Кармински направлен на прохождение стажировки в Лупгрейф и они больше ничего не могут по этому поводу сообщить. Как вы объясните сей факт, если утверждаете, что лично отправили отзыв о Теде?

- Почему я должен что-то вам объяснять? - удивленно вскинулся шериф, но я заметила, что он немного помрачнел и даже задумался ненадолго.

- Но...

- Говорите, там не получали моего запроса на нового стажера? - перебил меня Вадаз, потирая подбородок ладонью. - Странно, но вероятно именно в этом и причина того, что мне все еще не прислали нового помощника.

- Вы так спокойно об этом говорите! - не выдержала я. - А между тем пропал человек. И уже давно! А что если он и не покидал Лупгрейф?! Что если...

- Госпожа Донел, - резко перебил меня шериф поднимаясь с места, - давайте на этом остановимся. Я завтра же с утра займусь этим вопросом и свяжусь с руководством Академии. Могу даже подать ориентировку на поиск Теда Кармински, если вы настаиваете и оформите заявление.

- Вы говорите так, словно делаете мне одолжение, - буркнула я, до глубины души уязвленная тем, что шериф так быстро признал свои ошибки.

- В некотором роде, все именно так и обстоит. Сам бы я не стал искать этого парня, но если вы утверждаете, что его уже несколько месяцев не видели... - и Вадаз снова о чем-то задумался, не обращая внимания на меня.

А я стояла, переминаясь с ноги на ногу, и раздумывала о том, стоит ли мне говорить о Джесси?

- Я рад, что мы с вами друг друга поняли, госпожа Донел, - произнес шериф. - И мой вам совет, уезжайте из города. Ваше расследование вряд ли даст какие-либо результаты.

- Вы меня выставляете из города?

- Боги упаси, - рассмеялся шериф, - просто не уверен, что вас, в самом деле, интересуют местные красоты. Но если все же решитесь прогуляться по окрестностям, то возьмите с собой кого-нибудь местного. Не хотелось бы снаряжать дружины и прочесывать лес в ваших поисках.

- Я постараюсь не доставлять вам неудобств. Прекрасно понимаю, что пусть Лупгрейф и тихий маленький городок, но одному здесь справляться достаточно сложно, - я вымучено улыбнулась.

- Ну что вы, госпожа Донел, я здесь не один. У нас есть патрульные, есть добровольная дружина из сознательных жителей города. А город и впрямь тихий - так что мы как-то справляемся.

И тут я решилась, глубоко вдохнула, прикрыла глаза и выпалила:

- Вы хотите отослать меня из города для того, чтобы я не заинтересовалась исчезновением еще одного выпускника Академии и по совместительству стажера одного из столичных участков? - произнесла все это и уставилась на Вадаза в ожидании его реакции.

Я ожидала чего угодно, но не того, что увидела. Барт Вадаз был удивлен, даже не просто удивлен - он был шокирован моим выпадом. И мне стоило бы задуматься, что именно вызвало у шерифа такие чувства: то, что в Лукпгрейфе пропал еще один человек или, что я об этом знаю?

Шериф медленно опустился обратно на стул и уставился на меня своими карими глазами, будто хотел прочесть мысли. Если бы Ларкин все время не повторял, что подобное невозможно, то именно так я бы и подумала.

- Подробнее, - вот и все, что сказал Вадаз, не спуская с меня внимательного взгляда.

- Куда уж подробнее. Несколько дней назад в Лупгрейф отправился еще один выпускник Академии. Джесс Боргел, друг Теда. Он звонил вам в участок, когда Тед исчез со связи, а потом решил лично наведаться, чтобы посмотреть, что к чему.

- И что? - глухо спросил шериф.

- И все. Джесс позвонил мне среди ночи, кричал, просил о помощи, затем телефон отключился. Я приехала сразу же как только смогла. О Джесси в Лупгрейфе никто ничего не слышал, а в лесу возле озера я нашла вот это, - вытащив из кармана пластиковый пакет, я продемонстрировала Вадазу телефон.

- Кто еще в курсе?

- Достаточно людей, - произнесла я, не желая давать против себя такой козырь. К тому же про исчезновение Джесса и о цели моей поездки сюда и правда было известно. К сожалению, одному Ларкину, но все равно. - Я не делала секрета из того куда и зачем еду.

- И ваш жених спокойно отнесся к этому? - усмехнулся Вадаз.

- Это не имеет никакого отношения к делу, - я поджала губы и отвела глаза. Зря, конечно, по этому жесту шериф догадался, что уж кто-кто, а мой таинственный жених на самом деле ничего не знает. - Это не имеет никакого отношения к делу. Я не делала секрета из своей поездки и до сих пор активно советуюсь со своими друзьями по восьмому участку.

- В ближайшее время мне стоит ожидать наплыва столичных стражей? - осведомился Вадаз, и в голосе его была хорошо заметна издевка.

- Вы этого хотите?

- Не особо. Это мой город и мне не хочется принимать на своей территории посторонних.

- Но вы так и не сказали мне про Джесси.

- Я ничего не знаю об этом, - Вадаз не отводил глаз, и я отчего-то очень хотела верить в то, что он говорит мне правду. - Я никогда не видел этого молодого человека, и понятия не имею, что в окрестностях города кто-то пропал.

- И? Что вы будете делать дальше шериф?

- Завтра покажете мне то место, где нашли телефон.

- Вы начнете расследование? - я затаила дыхание в ожидании ответа.

- Если сочту, что вы сказали мне правду, госпожа Донел, - шериф снова поднялся на ноги. - Простите, но вы не так давно в городе, а уже успели показать себя не самым честным человеком.

Я задохнулась от возмущения и даже была готова сцепиться с Вадазом. Но он не дал мне и слова сказать. Коротко попрощался и вышел из комнаты.


## Глава 14.


Утро началось с головной боли. После ухода шерифа, я долго пыталась разобраться в информации, нарытой Ларкиным и, если честно, почти ничего нового не надумала. Только надавала Винсу еще заданий, в первую очередь попросила его проверить Академию: правда ли шериф посылал запрос на нового стажера? По его словам - это так, а на самом деле? Почему никто не заинтересовался исчезновением Теда? Ведь должны же в Академии проверять, как проходит стажировка выпускников? Когда восьмой участок ликвидировали, и я осталась без места, то мне пришлось не один раз побывать в ректорате и заполнить кучу бумаг. А тут, стажер исчез в неизвестном направлении и никто даже не попытался разобраться в том, где он и что с ним? Или пытались?

Может быть, я зря так плохо думаю о Вадазе и зря пытаюсь отыскать в его словах и поступках какие-то скрытые мотивы? Очень может быть, что Тед обратился в ректорат и его просто направили куда-нибудь в другое место. Вопросы, вопросы, вопросы - и ни одного ответа.

После душа головная боль слегка притупилась, но мысли, которые не давали уснуть и сейчас назойливо продолжали крутиться в голове, не неся за собой никакой разгадки или более-менее внятного решения. Тяжело вздохнула и принялась одеваться. Вадаз просил, чтобы сегодня я показала ему место, где нашла телефон, значит, мне надо будет как-то отделать от Ноя.

Тут мысли перепрыгнули на Де Вила. Он хорош. Интересный собеседник и привлекательный мужчина, и, кажется, у него образовался ко мне определенный интерес. А вот оно мне надо? Поймала себя на мысли, что совершенно не надо. В последнее время, мне вообще никто не нужен, кроме Лекса. И эта наша разлука, длящаяся всего несколько дней, уже стала меня изрядно нервировать. Никогда не думала, что буду настолько зависима от другого человека... ну, ладно, пусть не человека, но все же. Лекс стал для меня всем, все мои интересы теперь вращались вокруг него, я подстраиваюсь под него и его предпочтения, начиная терять себя. И это, если учесть, что он перестал на меня давить.

Я усмехнулась своим мыслям. Перестал, как же. Он просто добился того, что теперь я сижу дома и лишь изредка выбираюсь куда-нибудь, прошвырнуться по магазинам. Так долго тоже не может продолжаться. Я должна снова начать жить своей жизнью и чем-то заниматься. Пусть со стражей у меня не сложилось, но ведь можно попробовать себя в чем-то еще? Да хоть в той же фотографии или же напроситься к Алире. Она там в каком-то детективном агентстве работает, пусть и меня пристроит на стажировку - все лучше чем тихо сходить с ума от тоски в особняке за высоким забором. А там может быть решится то дело, о котором говорил Ройс. И кто знает, возможно, его новая задумка придется мне по душе?

Я вышла в коридор, ведущий в кухню, и резко затормозила - из гостиной Викки раздавался мужской голос.

- Когда я в следующий раз задам тебе этот вопрос, от твоего ответа будет зависеть очень многое, не только твое будущее, но и благополучие тех, кого ты ценишь и любишь, - мне показалось, что я уже однажды слышала эти волевые интонации, но не могла вспомнить где именно.

- Но она же еще совсем ребенок, - голос Викки был слаб и я с трудом расслышала слова. - Зачем вы так? Почему она... - и женщина не договорила, кажется, сорвалась на плач.

- Перестань! - мужчина явно был раздражен. - Ты не понимаешь, какая благодать снизошла на тебя!

- Я не хочу... верните ее... верните... - дальше женщина уже не сдерживалась, а рыдала в голос.

- Благодари Айрис. Во всем виновата только она. Ей не стоило вести себя так опрометчиво, не стоило оглашать всем в городе... и хватит! Я рассчитываю на то, что ты будешь благоразумна и не станешь, вести себя так, как это делала несчастная Шолор. Твой муж был продолжателем нашего славного дела, он бы понял, что...

- Его нет! - закричала Викки. - Нет уже давно! За что так?! Возьмите меня, оставьте ее в покое!!!!

- Когда на весы положена победа и поражение, вечная жизнь в небесных чертогах и муки ада, что ты выберешь? Для себя? Для своих детей? Подумай над моими словами, хорошенько подумай и прими решение. Правильное решение.

Разговор прервался и раздались шаги. Я едва успела отпрыгнуть к двери и сделать вид, что только что вышла из своего закутка, когда на пороге гостиной появился... ну, конечно! Я вспомнила, где слышала этот голос и видела мужчину, который разговаривал с Викки. Преподобный Лупгрейф! Неприятный тип.

Он тоже заметил, что в коридоре оказался не один. Слегка скривил тонкие губы и окинул меня пренебрежительным взглядом.

- Что вы здесь делаете? - и никакого вам "здравствуйте" или "как поживаете".

- Я здесь живу. А вы?

- Я обхожу свою паству и уделяю особое внимание тем, кто нуждается в утешении, - нехотя ответил он мне. - А вы, госпожа журналист? Как долго еще собираетесь оставаться в городе? Разве у вас нет своих дел?

- Я не журналист и мы уже говорили об этом в офисе шерифа, - едва сдержалась, чтобы не фыркнуть презрительно. Не нравился мне этот человек. - А в городе я буду до тех пор, пока не починят мою машину.

Мне ничего не ответили и преподобный еще раз презрительно скривившись, прошелся взглядом по моей фигуре и резко отвернувшись вышел из дома.

Из гостиной не доносилось никаких звуков, но заинтригованная подслушанным разговором, я все равно осторожно заглянула в комнату.

Вики сидела на старом продавленном диване, спиной ко мне, и, обхватив себя руками за плечи, медленно раскачивалась из стороны в сторону. Осторожно переступив порог гостиной я тихонько позвала ее и не получила в ответ никакого отклика - кажется женщина даже не заметила, что уже не одна.

- Викки, - я обошла диван и присела перед ней на корточки. - Что случилось?

Женщина плакала. Без всхлипов и рыданий - слезы просто ручьями текли из ее глаз. Она по-прежнему сидела, слегка раскачиваясь, и совершенно не реагировала на мое появление.

- Викки? Что случилось? - осторожно прикоснулась к ее плечу. - Я могу чем-то помочь? Что произошло?

- Помочь? - женщина вышла из транса, в котором находилась и посмотрела на меня так, словно увидела впервые. - Помочь?! - на этот раз она взвизгнула, затем судорожно оглянулась, словно искала кого-то еще.

- Здесь больше никого нет, что произошло? - я старалась говорить как можно спокойнее и не давить на нее.

- Помогите мне, - вдруг кивнула женщина, - помогите. Уезжайте отсюда. В столицу, на юг, куда угодно - только подальше из этого города. И увезите моего сына. Пока они не забрали и его!

- Что значит, пока не забрали? Кто заберет вашего сына? Что произошло?

Честно признаться, я была совершенно потрясена происходящим. Ничего не понимала.

- Что произошло, Викки? Почему вы считаете, то вашим детям грозит опасность? Вам кто-то угрожал?

- Они забрали ее, - она больше не смотрела на меня, теперь ее потерянный взгляд блуждал по комнате, мне даже показалось на мгновение, что Викки забыла о моем присутствии. - Они ее забрали. Моя девочка, - и женщина разразилась слезами. Она закрыла ладонями лицо и заплакала навзрыд, все время что-то приговаривая. Но слов я не могла разобрать, лишь обрывки, из которых сделала вывод, что что-то случилось с ее дочерью.

Дверь скрипнула, и я резко обернулась. На пороге соседней комнаты замер мальчишка. Старший сын Викки, Майк.


- Викки, - я снова попыталась добиться от своей домохозяйки хоть какого-то внятного объяснения. Но ничего не вышло - женщина по-прежнему плакала навзрыд, причитала и никак не реагировала на мои вопросы.

В этот момент со двора раздался гудок. Вики вздрогнула и заполошно огляделась, а Майк, который до сих пор не спешил отлипать от стены, выбежал из гостиной, чтобы посмотреть, кто приехал. Дверь он не открывал, лишь слегка отодвинул занавеску на одном из окон в прихожей и очень осторожно, чтобы его не заметили, выглянул из-за нее.

- Там Де Вил приехал, - резюмировал мальчишка, вернувшись.

Викки вздрогнула от звука его голоса и обхватив себя руками тоненько завыла.

- Это ко мне, - я совершенно забыла о том, что мы с Ноем договаривались сегодня отправиться на прогулку в лес. - Мы договаривались, что он побудет сегодня моим проводником.

- Не говори ему, - Викки вцепилась в меня со страшной силой. Она настолько сильно сжимала мои запястья, что насчет синяков мне даже гадать не приходилось - они обязательно проявятся. - Не говори ему ничего!

- Викки, я...

- Уезжай из города! Уезжай! И не надо тебе никуда ехать с Де Вилом. Не надо, - она затрясла головой, рыдания снова стали душить женщину. Ничего более внятного я от нее так и не добилась.

Я поежилась, словно от холода, и высвободила собственные руки из захвата Викки. - Давай так, я сейчас избавлюсь от Ноя, а ты потом мне все расскажешь.

Женщина лишь горестно вздохнула, но ничего не ответила. Покачав головой, я направилась к себе, набросила на плечи куртку и вышла через свою дверь.

- Привет! - Ной широко улыбался, прислонившись к боку своего автомобиля. - Что-то ты не слишком торопишься. Передумала?

- Привет! - я улыбнулась в ответ и окинула его внимательным взглядом.

Что имела в виду Викки, когда говорила, что Ной один из них? Из кого? На первый взгляд, он вполне нормальный и адекватный мужчина, интересный рассказчик, неплохой специалист в своем деле... Я прислушалась к своему дару - он молчал. Это могло говорить только об одном, Ной - смертный. Он, конечно, может оказаться маньяком или психопатом, но это маловероятно.

- Ты уже передумала, - улыбка сползла с лица Ноя. - Не хочешь ехать со мной.

- Хочу, - я продолжала улыбаться. - Но тут кое-что случилось. Давай в другой раз?

- Случилось? Тебе нужна помощь? - встрепенулся мужчина.

- Нет, не со мной. Вчера заходил шериф и... в общем, сегодня мне необходимо снова к нему на разговор, а это возможно займет много времени, вот и поэтому... давай съездим в другой раз, а? - я умоляюще посмотрела на Ноя, рассчитывая на то, что он поведется на мое вранье. Хотя, я же ведь почти и не солгала.

- Почему он к тебе так прицепился?! - вызверился Ной. - Это уже ни в какие ворота не лезет! Я сейчас же поговорю с Вадазом и...

- Эй, прекрати! - оборвала я его. - Он шериф и в его обязанностях проверять всех и каждого.

- Айрис умерла от сердечного приступа. Ты-то здесь каким боком?

Я глубоко вздохнула, внимательно посмотрела на мужчину и сказала то, чего в принципе говорить не собиралась.

- Это не из-за Айрис. Так получилось, что я была знакома с бывшим помощником шерифа и... в общем, когда это выяснилось, то господин Вадаз захотел поговорить со мной более подробно. Вот и все, - я заметила, что с каждым разом врать у меня получалось все лучше и лучше. Если так пойдет и дальше, то скоро я стану непревзойденной обманщицей.

- Я чего-то не совсем понял? - нахмурился Ной. - При чем здесь тот мальчишка?

- Я была знакома с Тедом Кармински в столице, - пустилась в путаные объяснения, постепенно отсеивая ненужную информацию. - И вчера, когда мы с шерифом разговаривали, это выяснилось. Шериф Вадаз утверждает, что Тед уехал из Лупгрейфа несколько месяцев назад, но никто не знает, куда именно он подался и...

- Ну да, - кивнул Ной, подтверждая эту версию. - Так все и было. И честно говоря, никто здесь не пожалел об этом. Это помощничек достал всех до печенок. И если бы он так быстро не убрался восвояси, то, я уверен, кто-нибудь точно прирезал бы его в темном переулке. И Вадаз был первым в списке на расправу.

- Ты говоришь так, как будто оправдываешь подобные действия, - буркнула я. Они здесь все какие-то неправильные. И шериф, который только порадовался тому, что его проблемный помощник собрал вещички и исчез, и вот теперь Ной, который тоже говорит об исчезновении Теда так, как будто это нормально.

- А почему нет? - удивленно воскликнул мужчина. - Если бы кто-то подкатывал к моей жене, я бы тоже не стал смотреть на это сквозь пальцы!

- О чем ты?

- Так ты не знаешь? - Ной удивленно окинул меня взглядом и, слегка наклонившись вперед, произнес почти шепотом. - Об этом знают почти все в Лупгрейфе. Жена Вадаза и этот его молодой стажер неплохо проводили время вместе и однажды наш друг Барт их застукал. Он тогда конкретно отметелил парня и пообещал, что закопает его, если еще раз увидит.

Я едва не упала от таких откровений. Вчера, когда шериф рассказывал мне про выкрутасы Теда, ничего подобного упомянуто не было. Так вот почему, Вадаз не стал искать своего помощника, когда тот просто исчез. И я, наверное, даже в какой-то степени его понимаю. Но... все равно...

- Подожди, - я покачала головой, - ты в этом уверен? Ну, то есть, что... - я неопределенно взмахнула рукой, не зная как правильно выразить свои мысли.

- В том, что Тед похаживал к Саре Вадаз? Уверен, - Ной усмехнулся. - Лупгрейф слишком маленький городок, здесь трудно скрыть подобное. А этот парень и не стремился сделать из своих похождений секрета. Так что, я не удивлен тем, что Вадаз так быстро узнал. И на его месте, я бы не отпустил поганца живым, но... - здесь Ной пожал плечами, - Вадаз не я.

- Кошмар какой-то, - выдохнула я и тут же поинтересовалась: - А что стало с его женой?

- Сара умерла, - Ной почему-то резко помрачнел и вообще, отвернулся. А потом и вовсе перевел тему на нашу несостоявшуюся поездку. Причем, был настолько настойчив, что мне с трудом удалось отговориться. Ной пытался все же переменить мое решение в свою пользу, упирая на то, что в настоящее время шерифа нет в городе. Как выяснилось, в санатории "Узгален" произошла драка между постояльцами и Вадаза вызвали туда, как представителя стражи.

- Сама понимаешь, это хоть и не очень серьезно, но если у потерпевших будут претензии, то Барт задержится там надолго. Мы вполне успеем...

- Прости, Ной, но это будет не честно. Я вчера обещала шерифу, что уделю ему время и не могу сейчас вот просто так взять и нарушить свое слово. А если он вернется и захочет поговорить? Давай в следующий раз. Я все равно пробуду в Лупгрейфе еще несколько дней, - сказала и сама себе не поверила. Что-то мне уже не очень хочется оставаться здесь надолго.

Ной уехал, сдавшись под шквалом моих объяснений, но выторговал себе право сопровождать меня по окрестностям в другой раз. А я еще несколько минут стояла возле калитки и просто дышала. В голове все время крутились те обрывки информации, которыми поделился со мной Ной, вспоминался вчерашний рассказ шерифа. В принципе, ни одна из историй не противоречила другой, но все равно было как-то немного погано.

Тед решил завести роман с женой Барта Вадаза, своего непосредственного начальника, и руководителя стажировки. Вот честно, чем он думал? Неужели, рассчитывал на то, что никто ничего не узнает? Или что шериф проглотит измену жены? А сама Сара (кажется, так назвал ее Ной), она-то зачем во все это ввязалась? Теперь я вспомнила, что сказала мне Рози в первый же день моего пребывания в Лупгрейфе. Она, тогда как раз упомянула, что после смерти жены, Барт Вадаз стал замкнутым и нелюдимым. Интересно, отчего умерла Сара Вадаз?

Мне стоило уже идти в дом и попытаться поговорить с Викки, но я почему-то продолжала стоять и невидящим взглядом смотреть на дорогу. До тех пор, пока не почувствовала, как мне в спину кто-то смотрит.

Резко развернувшись, я практически налетела на девушку, стоящую позади меня. Невысокая, темноволосая, очень молодая, не больше пятнадцати-шестнадцати лет, она просто стояла и осматривала меня с ног до головы с выражением крайнего пренебрежения на хорошеньком личике.

- Доброе утро, - решила быть вежливой я, но как оказалось напрасно - мне не ответили, лишь только окинули таким взглядом, что я невольно поежилась.

Куда уж было преподобному с его рентгеновскими взглядами до этой малолетней вертихвостки. Карие глаза девушки не просто просверлили во мне дыру, она словно хотела убить меня взглядом. С чего бы только? Я точно видела эту девицу в первый раз.

- Не приближайся к Ною, - процедила тем временем неслучайная прохожая сквозь стиснутые зубы, брезгливо сморщив при этом нос, так что ее вполне милое личико приобрело хищное выражение.

- Что? - опешила от такого напора я.

- Ты слышала, - девица и не думала быть вежливой или что-то такое. - Ной Де Вил мой. А ты - всего лишь чужачка. Убирайся из города, тебе здесь не рады.

И прежде, чем я успела возразить или, что вероятнее, высказать этой малолетней вертихвостке все, что я думаю по поводу невоспитанных девиц, как эта самая девица просто развернулась и направилась к соседнему дому.

- Ну просто образец вежливости и воспитания, - пробурчала я себе под нос и проводив взглядом соседскую девчонку, направилась в дом.

И вот где справедливость? У Ноя Де Вила тут оказывается есть свои ярые поклонницы, а в результате, я оказалась под перекрестным огнем. Кошмар какой-то. Дурдом, а не город.


## Глава 15

.


## Глава 16.


Первое, что я почувствовала, когда пришла в себя, был холод. Застонав, я пошевелилась и поняла, что лежу на чем-то твердом, холодном и мокром. С трудом разлепив веки, уставилась на звездное небо над головой. Мамочки! Где я? Последнее, что помню, это как мы с Викки обменялись зарядами, и меня вырубило на полу в комнате, которую я у нее снимала в последние несколько дней. И как я оказалась на улице?

- Очнулась? - знакомый голос, который я совершенно не ожидала услышать, заставил меня вздрогнуть и оглядеться.

Я, в самом деле, лежала на земле, в лесу, а надо мной стояла Рози с пустым ведром (вот откуда лужа) и улыбалась. Мило так, доброжелательно.

- Что?.. - говорить было трудно, во рту пересохло, и слова вырывались с хрипом, а язык словно распух и совершенно не хотел шевелиться. А еще мне было холодно и мокро. Оно и не удивительно, учитывая, что на мне были мои джинсы и тонкий свитер, который теперь был еще и мокрым.

Приподнявшись на локтях, я огляделась по сторонам и едва не вырубилась обратно. Вокруг меня стояли люди. Жители Лупгрейфа. Я знала не всех, но кроме Рози рассмотрела чету Узгален, Майю Шолор и ее отца. Остальных я не знала - я вообще больше почти никого не знала в Лупгрейфе!

- Что происходит?

- Поднимайся, - все так же благожелательно улыбаясь, произнесла Рози, она уже успела избавиться от ведра и теперь просто стояла рядом со мной.

- Что здесь происходит?! - я подскочила на ноги и почувствовала, как меня слегка повело в сторону.

Отвечать мне никто не спешил, и я стала осматривать местное общество. Народу было много, человек двадцать или около того. Мужчины и женщины, совсем молодые парни и уже почти старики. Но все они держали в руках оружие. И выглядели так словно... словно собрались... на охоту?

- Что здесь происходит?!!!

- Тебе выпала небывалая честь развлечь местное общество, - произнесла Рози, и я резко обернулась к ней. Она уже натянула на голову черную шапочку и тоже держала в руках ружье. - Мы даем тебе фору в десять минут. Беги.

- Что? Вы с ума сошли?! - я, если честно плохо понимала, что они от меня хотят. Хотя нет, понимала, но верить не хотела в то, что такое возможно. У меня в голове не укладывалось, что в наше время где-то может происходить нечто подобное. - Это же дикость!

- Это не дикость, деточка и мы не сошли с ума, - все также мягко и доброжелательно произнесла Рози. - Тебе же говорили, что Лупгрейф - маленький городок. Здесь никогда ничего не происходит. Надо же нам как-то развлекаться.

- И вы устраиваете охоту на людей?

- Это традиция, - она сказала это так, как будто говорила о танцах или воскресном чаепитии. - Образ жизни, если хочешь. Вот уже несколько сотен лет, как наши предки щекочут себе нервы подобным образом. Мы все выросли, принимая в этом непосредственное участие.

- Вы психи, - я покачала головой. - Просто психи. Это преступление и вам не сойдет с рук...

Рози засмеялась, и окружающие повторили за ней. Они просто стояли вокруг на освещенной горящими кострами поляне, и смеялись.

- Не стоит ничего говорить, деточка, - отсмеявшись, старушка похлопала меня по плечу. - Поверь, за столько-то лет, мы все это уже не единожды слышали. И нам не интересно. А теперь вперед. Беги! Не лишай нас удовольствия от загона.

- Нет!

- Все равно побежишь, - она покачала головой, словно говорила с неразумным ребенком, а я, отвернувшись от этой сумасшедшей старухи, принялась осматривать остальных членов безумной охоты.

Они все были одеты по походному, но налегке - сразу было видно, что эти люди знают, как надо вести себя в лесу. И ни на одном лице не было сочувствия или чего-то такого. Предвкушение, азарт, горящие глаза, искривленные в ухмылках губы - вот и все, что я увидела. Они и, правда, занимались этим - охотились на людей. Вот про каких монстров мне говорил Денис, вот куда пропадали люди в окрестностях Лупгрейфа, вот кто виновен в смерти Теда и, скорее всего, Джесси тоже попал к ним в лапы.

Я встретилась глазами с Майей. Девчонка презрительно скривилась в ответ. Она еще подросток, а уже болеет этим.

- Беги! - повторила Рози и даже слегка подтолкнула меня прикладом в спину.

Я отскочила от нее и снова упрямо поджала губы.

- Нет!

В этот момент раздался выстрел, комья земли полетели мне в лицо. Резко обернувшись, заметила ехидную улыбку Майи. Вот гадина! Ну что же, хотите играть по своим правилам? Хорошо!

Я развернулась и припустила в лес. Они привыкли охотиться на людей и даже не подозревали, что когда-нибудь к ним попадет не совсем человек. Уверена, что про магов они вообще не слышали. Ну так услышат.

Я отбежала недалеко, лишь скрылась за деревьями и на минуту остановилась. Закрыла глаза, сосредоточилась и очень сильно пожелала, чтобы мой дар активизировался. У меня получилось! Слух обострился, когда я распахнула глаза, поняла, что зрение тоже переключилось, и теперь я прекрасно видела в темноте, холод стал не так ощутим и теперь даже мокрый свитер доставлял мне всего лишь легкий дискомфорт. Даже думать не хочу, чем все это может для меня закончиться.

Хотите поиграть? Я хищно улыбнулась. Значит поиграем. Только правила на этот раз будут моими.

Я не оборотень, к сожалению и вряд ли смогу по запаху определить в какой стороне город, а вот слух у меня обострился до предела. Сосредоточилась на звуках, стараясь откинуть все, что, так или иначе, не имело отношения к городу. Получилось! Теперь я прекрасно представляла, в какой стороне находится Лупгрейф. Вот и чудненько, мне - туда. Я припустила по лесу. Синие джинсы и черный свитер прекрасно помогали мне слиться с окружающей обстановкой, а вот светлые волосы в данном случае играли против меня, но тут уж ничего не поделаешь, мне совершенно нечем их прикрыть, а потому придется постараться, чтобы обогнать преследователей и добраться до Лупгрейфа раньше их. Запутывать следы я не умела. Если подумать, то я была не так уж искушена в деле выживания в экстремальных условиях, но надежда - штука такая - она не умирает до последнего.

За спиной раздались характерные звуки - мои преследователи не собирались играть честно - обещанные десять минут еще не прошли, а они уже выдвинулись в погоню.

Благодаря изматывающим тренировкам, на которых настаивал Лекс, теперь я намного лучше владела собственным телом, да и выносливость у меня была повыше, чем полгода назад. при воспоминании о Лексе, я невесело ухмыльнулась - теперь-то уж точно он запрет меня в Шартрене на ближайшие тысячу лет без права на досрочное освобождение. Он и так был слишком зол, когда я позвонила ему и призналась, что в очередной раз ввязалась в сомнительную авантюру, а теперь так и вообще может камня на камне не оставить от этого городишки с гнилым нутром.

Бежать было тяжело. Беговая дорожка в спортзале - это совсем не то же самое, что пробежка по лесу, но я рассчитывала оторваться от преследователей хоть ненадолго. Теннисные туфли, в которых я была, никаким образом не предназначались для безумной пробежки по лесу, и почти сразу же промокли, на подошву налипла листва и грязь, ноги разъезжались, но все это было такими мелочами, если честно, учитывая, что звуки погони приближались.

Может быть, это было опрометчиво с моей стороны - возвращаться в это змеиное болото, Лупгрейф, но надо быть честной самой с собой - я никаким образом не ориентируюсь в лесу, не умею выживать в экстремальных условиях и уж точно не смогу справиться с таким количеством народа, даже если вспомню все, чему меня учили Лекс, Ройс и Ларкин вместе взятые. Мне просто не хватит сил. Именно поэтому, я рассудила, что удаляться от того места, где есть жилье (ведь не могут же в этом городе все быть сволочами?) и телефон с интернетом, как-то глупо. В городе у меня намного больше шансов затеряться, выжить и переждать время, необходимое Лексу для того, чтобы добраться до Лупгрейфа.

Я перепрыгнула через ствол поваленного дерева и оказалась на небольшой полянке и только собиралась продолжить путь, как впереди из темноты возникла человеческая фигура. Я резко остановилась и выдохнула. А напротив стояла Майя с ружьем наизготовку. Она смотрела на меня и гаденько улыбалась. Немного левее от девушки показался молодой парень, еще подросток. У него тоже было ружье, но в отличие от своей подруги, он не спешил им пользоваться и просто смотрел на меня, медленно, шаг за шагом, обходя.

Я сглотнула, но осталась стоять на месте, стараясь не выпускать никого из них из виду. Они были моложе остальных и нехватку опыта точно пытались компенсировать скоростью. А я сдаваться не собиралась.

Майя вскинула винтовку, но я не собиралась давать ей возможность прицелиться - заряд сорвался с моих пальцев, кажется даже раньше, чем я окончательно подняла руку. И на этот раз это была вовсе не молния, ну то есть не обычный маленький и голубой зигзаг, а большой и круглый шар, слегка потрескивающий. Он стремительно пересек расстояние, отделявшее меня от девчонки, и врезался ей в грудь. Майя охнула и выпустила из рук ружье, которым так и не успела воспользоваться, и отлетела на несколько шагов назад, врезавшись спиной в дерево. Ее приятель прыгнул в мою сторону, замахнувшись ружьем, словно битой. Не знаю, почему он не выстрелил, но мне это было лишь на руку. Я ловко увернулась и схватилась обеими руками за ствол. Рывок на себя - какое-то время мы просто боролись, перетягивая оружие, словно игрушку - а затем я сделала обманный выпад и изо всех сил врезала ему ногой - хотела в коленную чашечку, но кажется все же промахнулась - и снова дернула ружье. Парень коротко всхлипнул и упал на колени, выпустив из рук оружие. Спасибо Ройсу, именно он обучал меня этому приему. Замах, и вот уже я опускаю приклад на так услужливо подставленный мне затылок. Противник повержен.

Я развернулась, чтобы продолжить бег, пока на этой поляне не собрались остальные охотники, и замерла на месте - в меня почти упиралось дуло ружья.

Коннол Узгален подмигнул мне и голову, прицеливаясь. В следующую секунду я заметила, как он вздрогнул и удивленно вскинул брови, вглядываясь во что-то позади меня. Его лицо вытянулось, на нем появилось выражение крайней растерянности и... страха?

Я не могла себе позволить обернуться и упустить такой шанс. Схватилась обеими руками за дуло и резко дернула его в сторону - раздался выстрел. Ждать дальше смысла не было, и я воспользовалась тем единственным оружием, которое было мне всегда доступно - ударила господина Узгалена голубым зарядом. Коннол вздрогнул, его глаза широко раскрылись и он мешком рухнул на землю. Не знаю, вполне возможно, что из-за стрессовой ситуации мои возможности стали намного выше, чем были раньше, но я ни минуты не сомневалась в том, что он мертв, точно так же как и Майя.

Резко обернувшись я задохнулась от нахлынувших чувств. То, что увидел Коннол, а теперь и я, действительно было невероятно. Даже представить себе не могла, что такое вообще возможно. Огромный зверь. Очень-очень огромный, в холке он был даже выше меня. Белоснежный и чем-то отдаленно напоминающий волка. То есть, по моему мнению, это и был волк, но... но... волки ведь такими не бывают? Даже оборотни намного мельче. Тогда что же это за тварь?

В голове крутилась только одна мысль - от этой зверюги мне точно не уйти. Даже увернуться не смогу, когда она нападет. А мои молнии, пусть даже и усиленные в последнее время - ему будут совершенно нипочем. Даже представить не могу, какой силы должен быть заряд, чтобы свалить такую махину.

Но, как ни странно, нападать чудовищное создание не спешило. Наоборот, оно склонило голову набок и внимательно рассматривало меня, так, словно пытался что-то сказать. А я, обмирая от страха, не могла даже пошевелиться.

Вдруг зверь подобрался, ощерился и низко склонил голову, слегка припадая на задние лапы - готовился к прыжку. Неосознанно, я попятилась, но тут же замерла на месте, когда из огромной пасти раздалось угрожающее рычание.

Говорят, что в преддверии смерти, вся жизнь за секунду проносится перед глазами. Ничего подобного. В настоящий момент, я видела вовсе не кадры из своей недолгой жизни, вовсе нет, честно признаться, у меня не возникло ни одной более-менее здравой мысли. Совсем ничего. Я просто втянула голову в плечи и даже не шелохнулась, когда огромная тварь взвилась в воздух. А после мне стало совершенно не до того...

Огромный зверь почти растаял. Остались только голова и передние лапы, а задняя часть туловища превратилась в туман. Я ошарашенно наблюдала, как это не пойми что перелетает через меня, не задев даже кончиком призрачного щупальца, в которые превратилась половина его туловища. Я разворачивалась вместе с ним и только теперь заметила, что позади меня стоят двое из охотников. Они замерли на месте точно также как совсем недавно я, и не сводили ошарашенных взглядов с белого чудовища. Даже про свою цель забыли, которая так засмотрелась на странного зверя, что совершенно перестала прислушиваться к происходящему и забыла о том, что на нее вроде как объявлена охота.

А монстр не стал ждать или размениваться на мелочи. Уже почти полностью превратившись в белесый туман, он прошел сквозь мужчин, словно привидение, и уже потом опустился на землю снова в образе белого огромного волка. Мужчины же, с перекошенными лицами мешками повалились на землю, где и замерли, не подавая никаких признаков жизни.

Волк обернулся и коротко рыкнул в мою сторону. На этот раз я не стала раздумывать и поспешила скрыться с поляны. Бешеный забег по ночному лесу продолжился,. И судя по всему не только у меня. Сзади то и дело раздавались короткие, полные ужаса вскрики и даже парочка выстрелов. Но я больше не медлила, передо мной стояла совершенно иная задача - поскорее добраться до Лупгрейфа и попытаться спрятаться где-нибудь там, чтобы дождаться приезда Лекса.

Я старалась не думать о том, что это был за туманный монстр и почему он мне помогает - для этого еще будет еще врем. А сейчас для меня приоритетной задачей было выбраться из этого леса, уйти от погони и добраться до города. Не думала я и о том, что буду делать в Лупгрейфе, куда подамся? Идти к Викки смысла не было. Пусть даже я не убила ее, но гарантии в том, что она снова не выдаст меня не было никакой. Да и глупо это - второй раз наступать на те же грабли. А куда тогда?

Меня грела мысль, что ни Ноя, ни шерифа Вадаза не было на той поляне среди охотников за людьми. Возможно, это и было предзнаменованием?

Впереди послышался шум приближающегося автомобиля, и через несколько секунд я выбежала на дорогу, ведущую в Лупгрейф. Свет фар ослепил меня на мгновение, но тут же раздался визг шин и в нескольким метрах затормозила машина.

- Лиза!

Ной выскочил из машины, как только она остановилась, и в мгновение ока оказался рядом.

- С тобой все в порядке? Как ты?

- Я... - наверное, меня настиг откат, потому что зубы вдруг стали выбивать чечетку, и по телу прошлась дрожь, стало холодно и мокро.

- Я рванул на поиски, как только узнал? Ты вся дрожишь? Почему ты мокрая?

Он был таким большим, сильным, а еще удивительно теплым. Вероятно, это и была та самая причина, по которой, я не стала вырываться, когда мужчина притянул меня к себе, сжал в объятиях и принялся растирать спину.

- Идем в машину.

И я послушно пошла. Забралась на переднее сидение, уселась и обхватила себя руками. Сейчас, когда Ной отстранился, холод снова вернулся, и меня трясло с еще большей силой. Мужчина забрался на свое место, стащил с себя куртку и сам накинул мне ее на плечи.

- Я очень испугался, когда узнал. И сразу же рванул на поиски. С тобой все нормально?

Я лишь кивнула в ответ, кутаясь в большую для меня куртку и стараясь хоть немного отогреться. Машина завелась и рванула с места. В этот самый момент, меня посетила странная мысль, что что-то не так. Но вот что? Я пока еще не разобралась.

- Как ты меня нашел?

- Рванул из города и колесил по дороге, - Ной не смотрел на меня, его взгляд не отрывался от дороги, а я пыталась понять, что же не в порядке? Что не так?

- А как узнал, где я? Как ты вообще про все это узнал? Тоже принимаешь участие... - договорить я не успела, Ной резко нажал на тормоза, и меня едва не выкинуло через лобовое стекло.

- Не смей даже думать об этом! - воскликнул он, поворачиваясь ко мне. Его глаза горели каким-то потусторонним огнем (то есть в них просто отражался свет фар, делая взгляд немного ненормальным), а лицо перекосилось от злости или возмущения. - Я - не один из них!

- Но ты знаешь о том, чем занимаются жители Лупгрейфа! Знаешь и ничего не делаешь! Как это еще можно понимать!?? - я сорвалась на крик. Страх, отчаяние и, конечно же, откат от использования силы сделали свое дело - я была близка к истерике.

- Ты не понимаешь. Я ничего не могу сделать с этим. Это не просто увлечение, даже не традиция. Это - образ жизни! Не больше и не меньше!

- Это варварство! Убийство, если хочешь! Об этом надо заявить!

- Кому?! Шерифу?! Вадаз ничего с ними не сделает! А если попытается рыпнуться, то окажется на твоем месте. На месте дичи!

- Так шериф тоже не участвует в этой забаве? - спросила я уже тише.

- Его семья - одна из семей основателей. Все Вадазы участвовали в этом, - Ной сказал об этом так, будто ничего ненормального не происходило. - Сам же Барт, появился в городе недавно и сразу занял пост шерифа. Кто знает, где он пропадал последние пятнадцать лет? Возможно, пока его просто не приглашали, считая чужаком и проверяя.

- А ты?

- А что я? Я не участвую во всем этом, Лиза. Я не такой!

Я выдохнула, снова обхватила себя руками и замолчала. А сам Ной завел машину и продолжил путь. Мне хотелось ему верить. Очень хотелось. А еще было приятно от того, что ни Ноя, ни шерифа не было среди остальных ненормальных. Это немного успокаивало и придавало сил. Давало надежду на то, что все закончится хорошо. Мы вернемся в город, я спрячусь где-нибудь при помощи Ноя и дождусь Лекса. Потом буду думать о моральных принципах жителей этого городка и лично Ноя Де Вила, и определять степень его вины тоже буду потом. Теперь он помогает мне, а значит, находится на моей стороне.

Я подняла глаза и посмотрела в окно. Лес, сплошной лес, стоящий стеной по обе стороны от дороги. И больше ничего. И тут меня осенило. Я поняла, что именно было не так. Очень медленно повернулась в сторону Ноя и тихо спросила:

- Куда ты меня везешь?

- Здесь недалеко, - быстро отозвался он. - Это тихое место, тебя там не будут искать.

- Мне лучше вернуться в Лупгрейф, там...

- Ты с ума сошла? - буквально выкрикнул он. - Это опасно! Там тебя найдут.

- Но прятаться в лесу? Ной, это...

- Я все улажу.

И он снова замолчал, а я размышляла на тему: все мужчины настолько самоуверенны или это мне так везет по жизни?


## Глава 17

.


## Глава 18.


Толстое стекло тянулось вдоль всей стены и представляло собой этакий барьер, отделяющий саму комнату от того, что находилось по ту сторону. За стеклом виднелись прутья металлической решетки, толщиной с мою ногу, не меньше. И внутри своеобразного вольера камеры разделялись именно такой решеткой. Их было пять. И они были именно такими, как я их запомнила. Высокие, поросшие короткой шерстью тела застыли в промежуточном состоянии между зверем и человеком, оскаленные морды с устрашающими клыками и вполне человеческие плечи, заканчивающиеся непропорционально длинными руками с пятипалыми кистями... эграш. Только этого мне не хватало.

Звук открывающейся двери заставил меня вздрогнуть и оглянуться. За одним из шкафов располагалась малоприметная дверца, которую я не заметила сразу, поглощенная созерцанием монстров. Теперь же, эта дверь была открыта и на ее пороге стоял Ной Де Вил. Он был расслаблен, стоял уверенно, засунув руки в карманы и прислоняясь одним плечом к косяку, на губах блуждала легкая полуулыбка.

- Я так понимаю, что справляться о самочувствии преподобного мне не стоит? - насмешливо спросил он.

- Зачем они здесь? - я напряженно кивнула в сторону вольера с эграш.

- Скажем так, - Ной оттолкнулся от косяка и сделал шаг по направлению ко мне. Остановился, когда заметил, что я попятилась, - это мой основной вид деятельности.

- Что? Как это?

Он небрежно пожал плечами, но пока не спешил приближаться.

- А вот так. Они милые, не находишь?

- Милые?

- Ну да, своеобразные зверушки. А знаешь, как их делают?

Я вздрогнула и посмотрела на мужчину как на ненормального, а он, словно не замечая этого моего взгляда, задумчиво прикусил нижнюю губу и подошел к стеклу, отделяющему вольер от нас.

- В прошлой жизни, каждый из них был человеком. Но человеческое тело так несовершенно. У людей нет запредельной скорости, силы, чтобы сворачивать горы. И пусть они считают себя верхушкой пищевой цепи - это не так на самом деле. Люди слабы, беспомощны. Человека так легко убить, - Ной усмехнулся и приложил раскрытую ладонь к стеклу. Один из эграш, находившийся ближе всего оскалился и прыгнул, врезался в металлические прутья, но не оставил попыток пробить преграду. - А я сделал их почти совершенными.

- Ты считаешь это совершенством?

Он не ответил, продолжая водить ладонью по стеклу и наблюдая за тем, как с той стороны беснуется тварь, пытаясь пробить собственным телом стекло и решетку.

Он псих. Ненормальный. Сумасшедший. Другого определения я не могла подобрать. А еще, я понимала, что он меня не отпустит, и договориться не получится.

Завела одну руку за спину и обратилась к силе. Слабое свечение и едва различимое потрескивание дало понять, что сил не осталось. Воспользоваться магией я не смогу, значит надо искать другой способ и побыстрее.

- Знаешь, - продолжил Ной, по-прежнему наблюдая за эграш, - как интересно наблюдать за тем, как они превращаются. Как из никчемного человечишки получается сильное создание, как меняется скелет, растягиваются сухожилия, деформируются суставы, принося невыносимую боль и страдания. Как приятно слышать их крики, переходящие в жалобный скулеж...

- Ты больной, - не выдержала я. - Ненормальный.

- Нет. Я просто другой.

- Зачем тебе это? Для чего? Что будешь делать с ними дальше?

- Все, что мне прикажут, - Ной резко развернулся и посмотрел прямо мне в глаза. - Ты ведь не просто так сюда приехала? Решила найти своего дружка? Он звал тебя, все время называл по имени, словно ждал, что вот-вот ты появишься и спасешь его.

- Джесси, - сердце замерло.

- Не знаю, мне было не интересно, как его зовут.

- Что ты с ним сделал?

- Я? - весьма натурально удивился Ной. - Ничего. Это они, - и он кивнул на все еще взбудораженный вольер. - Выведение и содержание этих красавцев связано с определенными неудобствами, - на губах Ноя появилась мерзкая ухмылка, - для нормальной жизнедеятельности им необходимо правильно подобранное и сбалансированное питание.

Меня затошнило.

- Ты... - я не смогла произнести этого вслух. Боролось со слезами, с тошнотой, подступающей к горлу, с ненавистью, которая захватила все мое существо.

Какой же тварью надо быть, чтобы так поступить?

А Ной смотрел на меня и улыбался.

- Это - необходимая мера, - произнес он, делая шаг по направлению ко мне. - Выживает сильнейший. Твой приятель таковым не являлся.

Я не ответила, лишь напряженно следила за его приближением и пыталась придумать, как выбраться отсюда. На магию рассчитывать пока не приходилось, оружия у меня никакого не было, а Ной был уже близко. Я отступала от него до тех пор пока не перлась спиной в стену. Дальше хода нет, надо действовать по обстановке.

Ной оказался рядом в считанные мгновения. Навис надо мной, упираясь одной рукой в стену, полностью лишая меня возможности сбежать. Я напряженно следила за тем, как медленно приближается его лицо, щеки коснулось дыхание, глаза оказались на одном уровне с моими.

- Мы ведь можем договориться, - хрипло произнес он, касаясь губами моей щеки. - Если бы ты не была такой недоступной сразу, все могло бы быть иначе.

Я сглотнула, старательно отгоняя тошноту. Страха не было. Лишь отвращение.

- Каким образом? - сама поразилась тому, как хрипло прозвучал этот вопрос, но по-прежнему продолжала смотреть Ною в глаза.

- Ммм... - он провел пальцами по моей щеке, скользнул на подбородок, ниже... накрыл ладонью грудь.

Я не выдержала. Несмотря на то, что уговаривала сама себя не спешить и подождать удобного случая, не смогла спокойно отнестись к его прикосновениям. Резко дернулась и изо всех сил толкнула в грудь. Ной не ожидал от меня такой прыти и потому отшатнулся, давая мне немного больше пространства для маневра. Уроки Ройса и Лекса не прошли даром, я смогла оказать сопротивление и отскочила в сторону. Но это лишь еще больше раззадорило моего противника. Он все же был сильнее меня физически и не собирался сдаваться.

Мы кружили вокруг небольшого стола, стоящего почти у самой стены, не сводили напряженных взглядов друг с друга. И если я чувствовала, что мои силы уходят, то Ной улыбался. Мерзко и предвкушающее. В какой-то момент он сделал выпад, и ему удалось меня схватить. Я боролась, нанесла несколько ударов, а в результате меня изо всех сил впечатали спиной в стену. Что-то щелкнуло, и раздался странный скрип. Я с удивлением заметила, как перегородки в вольере стали подниматься вверх. Эграш заметались по своей камере - теперь их ничто не отделяло друг от друга. А затем открылся скрытый ход и твари один за другим покинули свою тюрьму.

- А вот за это ты ответишь, - зло прошипел Ной и кинулся на меня.

От первого удара мне удалось уклониться, зато второй достиг цели. Голова взорвалась болью, в глазах потемнело, а рот наполнился металлическим привкусом крови. Не упала я лишь потому, что Ной дернул меня за плечо и повалил грудью на стоявший рядом стол.

- Мне надоели эти игры, - прошипел он мне в ухо, навалившись всем телом. - Сначала я сам позабавлюсь с тобой, а затем отдам своим подопечным, - он мерзко хохотнул. - Знаешь, чем они примечательны, детка? Несмотря ни на что, эти особи не утратили инстинкт размножения. И вот что самое интересное, - он сделал небольшую паузу, пытаясь расстегнуть мои брюки, - все особи мужские.

Сглотнув ставшую вязкой от страха слюну, я задергалась, в попытке вырваться, но не преуспела. Ной был намного сильнее, и прижимал меня к гладкой металлической поверхности стола так, что даже дышать было трудно. Паника накатывала волнами, перед глазами расходились радужные круги, я дергалась, пытаясь выбраться, но ничего не получалось. А Ной все-таки смог расстегнуть мои брюки и теперь стягивал их, попутно проводя холодными пальцами по коже, посылая дрожь отвращения по всему моему телу.

Каким-то неимоверным усилием мне удалось оцарапать его, но в следующую минуту, насильник просто перехватил мои руки и сжал запястья одной рукой. Второй же продолжал избавлять меня от одежды.

И тут что-то случилось. Я почувствовала, как обожгло руку, затем была вспышка и толчок, от которого я врезалась животом в край стола и перед глазами потемнело. Зато руки больше никто не удерживал, и я кулем плюхнулась на пол.

Не знаю, сколько я просидела, прижавшись лбом к холодной металлической ножке стола, но сил подняться или хотя бы оглядеться и посмотреть, куда подевался Ной, у меня не было. Хотелось открыть глаза и оказаться в столице, в собственной постели и понять, что последние дни были лишь сном. Кошмаром, который закончился, стоило солнцу взойти над землей.

Но сколько бы я себя не уговаривала, реальность никуда не делась. Медленно приоткрыв глаза, я огляделась по сторонам. В небольшом подземном помещении ничего не изменилось, за исключением того, что эграш сейчас не было в вольере, а их хозяин или создатель валялся на полу возле стеклянной перегородки. Признаков жизни Ной не подавал, и я перевела слегка ошарашенный взгляд на собственную руку. На мгновение мне показалось, что камень, украшавший обручальное кольцо, надетое мне на палец Лексом, как символ моего согласия и нашей помолвки, нахально подмигнул. Я зажмурилась на мгновение и тряхнула головой. А когда снова открыла глаза, то ничего необычного в кольце не обнаружила. И все же, все же.

Ноя что-то знатно приложило. Перед этим я чувствовала жжение, но никаких следов на моих руках не осталось, неприятные ощущения схлынули как только Де Вил отлетел от меня.

В памяти всплыл момент, когда Лекс, улыбаясь, одевал мне это кольцо на палец. Как он там сказал? Семейная реликвия? Мощный артефакт, который обеспечивает защиту невесты?

Ну-ну... я покачала головой, невольно улыбаясь. Ох уж эти драконы! Чем дальше, тем больше я понимаю, что они те еще шутники и собственники. Пока никто не посягал на мое тело, обручальное колечко вело себя... как и положено украшению, но стоило кому-то покуситься на мою честь, как древний артефакт проявил себя и разобрался с насильником по своему. Надо признать, это пришлось, весьма кстати.

Кряхтя, поднялась на ноги и поправила одежду. Мой взгляд то и дело возвращался к лежащему подле стеклянной перегородки мужчине. Стоит подойти и проверить, жив он или же, просто убраться отсюда? Нет, надо удостовериться, что Ной не очнется в самый неподходящий момент, ведь я же совершенно не знаю, чем это так приложил его семейный артефакт Кантемиресов.

Осторожно приблизившись к мужчине, я присела на корточки и прикоснулась к его шее. Пульса не было. Не могу сказать, что я так уж сильно раздосадована данным обстоятельством.

Странно, эграш - магические создания. То есть не совсем даже так. Ларкин рассказывал мне об этом, после того, как мы столкнулись с ними в первый раз. Изначально в эграш превращались оборотни, застрявшие в промежуточном после обращения состоянии - ни люди, ни звери, потерявшие разум и существующие лишь инстинктами. Их уничтожали потому что, такие существа были опасны и угрожали раскрыть существование магического мира. Еще Винс упоминал, что были и такие умельцы, которые способствовали созданию эграш ради собственных целей. Вроде как, можно магически подчинить себе сознание вожака такой стаи и управлять действиями монстров по своему усмотрению.

Но такие эксперименты были запрещены советом уже несколько столетий назад и, вроде как все стаи были уничтожены уже довольно давно по приказу того же совета. Как же так получилось, что я уже второй раз наталкиваюсь на то, чего по определению быть не может? Если бы сама не стала свидетельницей того, как в конце лета, Ройс и Лекс уничтожили стаю неподалеку от столицы, то могла бы предположить, что они содержались здесь. Но такого быть не могло - я своими глазами видела то, что осталось от тех тварей, что напали на нас с Ларкиным пару месяцев назад.

Тогда как здесь, в этом забытом богом и людьми захолустье оказалась еще одна стая? Как Ною, который не являлся магом, удавалось их сдерживать? И не слишком ли много мерзости для "маленького тихого городка"?

Вот же демон! Эграш безжалостны и кровожадны и как верно заметил Ной, они предпочитают питаться людьми. И справиться с ним очень сложно, то есть, невозможно. Даже маги не всегда могут победить тварь, обладающую силой и скоростью оборотня, но с полным отсутствием инстинкта самосохранения. Это значит, что жители Лупгрейфа в большой опасности.

Я подскочила, чтобы бежать, но не сделала даже шага. Где-то там, за стенами этого бункера бегает стая хищников, желающих уничтожать на своем пути все живое. Что-то мне не очень хочется попасться им на пути. Но и здесь оставаться тоже не вариант. Кто знает, сколько еще "мирных жителей" замешено во всем этом?

Я в очередной раз осмотрелась по сторонам, но так и не нашла никаких подтверждений тому, что здесь есть еще кто-то. Но сомнения оставались - и Ной и преподобный Лупгрейф воспринимались мной как смертные. Они не обладали ни магическим даром, ни второй ипостасью. Никто в Лупгрейфе не обладал. Или же просто не попадался мне на глаза. И это настораживало и злило.

Память услужливо подкинула воспоминания недавних событий. Рассказывая про эграш, Ной несколько раз повторил, что люди слабы и беспомощны. Причем он подчеркивал - они. Он не говорил - мы.

Я очень медленно обернулась и пристальнее вгляделась в мертвое лицо лежавшего на полу мужчины. Какова вероятность того, что я ошибалась во всем? От начала и до конца? И если Ной Де Вил относится к какой-либо сверхъестественной расе, то почему я этого не почувствовала?

Очень медленно я присела на корточки рядом, рассматривая мужчину. Внимание привлекла цепочка, спрятанная за воротом рубашки. Следующее мое действие можно объяснить обычным женским любопытством. Я протянула руку и, потянув за цепочку, вытащила ее из-за ворота.

В глазах потемнело. А пальцы, державшие цепочку, сжались сами собой. Я слишком хорошо знала кулон, показавшийся на конце цепочки. Слишком хорошо. И совершенно не ожидала найти его на шее человека, которого и не знала до недавнего времени. Хотя, я снова не права - Ной Де Вил человеком не являлся.

Рванув за цепочку, я подхватила кулон и затолкала его в карман. Выпрямилась и окинула взглядом лежавшего у моих ног мужчину - маг-полукровка.


## Глава 19

.


## Глава 20.


Меня в очередной раз спас случай. От резкого звука, я дернулась и поскользнувшись на пожухлой листве, подвернула ногу. Второй выстрел прозвучал уже тогда, когда я со всего размаху плюхнулась на землю. Неизвестный промахнулся дважды. Третьего раза я не могу ему позволить и потому резко перекатываюсь и вскакиваю на ноги позади дерева - отсюда меня будет трудно подстрелить.

Невдалеке, практически возле самой машины Лекса, ругаясь, на чем свет стоит и, пытаясь перезарядить охотничье ружье, стоит Рози. Бабулька выглядит преотвратно: она перепачкана в земле и крови, растрепана, где-то потеряла свою шапку, на лице темные потеки, а на скуле наливается свежий синяк. И мне почему-то становится смешно, настолько нелепо она выглядит сейчас.

- Что вы делаете Рози? Охота закончилась. Прекратите.

- Это ты во всем виновата! - кричит хозяйка кондитерской, потрясая в руках незаряженным ружьем. - Ты привела сюда этих... этого... Все из-за тебя!

- Вы убивали людей. Хотели убить меня. Загнать как дикого зверя! А теперь вините меня в том, что ваш план не удался? Вы с ума сошли!

- Мы веками охотились на двуногую дичь. Это наш образ жизни! Наше наследие! Кто ты такая, чтобы мешать?!

И я понимаю, что ничего из этого разговора не выйдет, она невменяема. Сошла с ума или всегда такой была, не знаю, но договориться с Рози не получится.

Осторожно выглянув из своего укрытия, заметила, что бабуля по-прежнему старается перезарядить ружье и нервничает от того, что ничего у нее не получается. Старческие руки трясутся, вокруг нее на земле раскиданы патроны, которые она никак не может запихнуть в надлежащее им место. Осторожно выхожу из-за дерева с поднятыми руками - надо отвлечь ее внимание, показать, что пока она хозяйка положения и приблизиться настолько, чтобы была возможность отобрать оружие.

- Прекратите, Рози. Ничего у вас не выйдет. Вы проиграли. Проиграли уже тогда, когда начали все это. Пришла пора платить по счетам.

- Ничего мы не проиграли, - скалится бабулька, - как только ребята подтянутся, ты снова станешь дичью. Я лично разделаю тебя и подвешу на вертел на костром, а твои потроха отдам собакам Де Вила.

Последнее утверждение заставило меня насторожиться. Рози вероятно что-то знает про Ноя и эграш, хотя это и неудивительно, учитывая, что преподобный Лупгрейф ее брат, а уж он точно был замешен в выведении монстров неподалеку от города. Только вот времени на то, чтобы расспросить ее сейчас об этом у меня нет. Надо действовать, пока этой бабульке не удалось перезарядить ружье.

Рози еще что-то выкрикивала, пытаясь справиться дрожащими скрюченными пальцами с непослушным зарядом. А я на мгновение остановилась, прикинула разделявшее нас расстояние. Я моложе ее, сильнее и быстрее, но, как это ни прискорбно звучит - не вооружена. А значит нужно действовать быстро.

С места я сорвалась без разбега, налетела на Рози и выхватив по-прежнему незаряженное ружье у нее из рук замерла. Драться со старой женщиной мне претило. А вот Рози, лишившись своего единственного преимущества в данный момент, кажется, окончательно утратила остатки разума. Она оскалилась словно хищник и выставив вперед скрюченные пальцы кинулась на меня. Дальнейшие наши действия походили скорее на плохую инсценировку. Мы кружили вокруг машины Лекса, Рози нападала, пытаясь то ли выцарапать мне глаза, то ли добраться до горла и перегрызть его, не знаю. Я же просто уворачивалась, время от времени отмахиваясь от нее незаряженным ружьем и раздумывая о том, как все это прекратить. Усталость брала свое, и мне все сильнее хотелось добраться куда-нибудь в тихое темное место и завалиться спать, восполняя не только энергетический резерв, так некстати опустошенный Еленой, но и физическое состояние тоже.

Понятия не имею, сколько бы мы так протанцевали, если бы вдруг со стороны не раздался знакомый голос:

- Вот скажи мне, почему тебя нельзя оставить одну даже на несколько минут? Сколько можно, Лиза? Ты просто притягиваешь к себе неприятности со страшной силой!

- Лучше бы помог, - буркнула я, в очередной раз увернувшись от когтей Рози. - Морали мне и потом почитаешь.

Лекс тяжело вздохнул, лениво махнул рукой, изобразив пальцами какой-то жест, и воинственная бабка без сознания повалилась на землю.

- Фух! - выдохнула я, опуская ружье и упираясь ладонями в колени. - Она вымотала меня намного больше, чем все их компания за эту ночь.

- Мы с тобой еще поговорим обо всем этом, - угрожающе рыкнул Лекс, направляясь к машине.

- А где шериф?

- Разбирается на месте. У него прибавилось работы за сегодняшнюю ночь, а станет еще больше, уж это я могу обещать.

Я промолчала, но про себя отметила, что Лекс уже снова стал прежним. Тьма ушла, оставив своего временного Хранителя в покое, и... я была рада этому.

- Одного не могу понять! - произнес он, останавливаясь возле машины. - Откуда в этом захолустье могла взяться полноценная молодая стая эграш? Здесь же нет магов и оборотней? Этот новообращенный шаман - единственный у кого есть хоть какой бы то ни было дар!

Я закрыла глаза, чувствуя неимоверное облегчение, словно все печали и тревоги разом оставили меня. Лекс ни в чем не виноват. Это не он стоит за всеми темными ритуалами и смертями. Больше не раздумывая ни минуты, я решительно пересекла разделяющее нас расстояние и прижалась к нему.

- Люблю тебя! Больше всего на свете.

- И чего еще я не знаю? - подозрительно поинтересовался мой жених, между тем крепче прижимая меня к себе.

- В охотничьем домике, здесь неподалеку, где и находилась все это время стая эграш, два трупа. И один из них маг-полукровка.

- И вот скажи мне, - Лекс сильнее прижал меня к себе, а затем отстранился и взял мое лицо в ладони, заглядывая в глаза, - почему, мысль запереть тебя в Шартрене, кажется мне здравой именно ради безопасности окружающих?

Это был риторический вопрос и он не подразумевал под собой ответа, но мне стало обидно. Вот в чем я виновата? В том, что случайно нарвалась на шайку полоумных охотников на людей? Или, может быть, в том, что один недомаг с амулетом решил выводить монстров в лесу, а затем похитил меня ради какой-то своей, мне неизвестной, цели? Или, может, моя вина в том, что этот самый недомаг решил меня изнасиловать?

Все это я выпалила не задумываясь о том, кому и что говорю, но осеклась, заметив, как в черных, словно сама Тьма, глазах Лекса вспыхивают багровые искры, стоило мне заговорить о Ное Де Виле и его попытке...

- Прости, - я опустила глаза. - Не стоило тебе об этом говорить и...

- Как говоришь, звали этого мага?

- Ной Де Вил. Он местный. Вроде как даже происходит из одной из семей-основательниц Лупгрейфа.

- А второй? - Лекс все еще злился.

- Преподобный Лупгрейф. Брат... - я указала подбородком на Рози, которая уже пришла в себя, но по-прежнему была обездвижена магией и не могла не только пошевелиться, но и говорить тоже у нее не выходило и старушке не оставалось ничего иного, как бешено вращать глазами - она явно не понимала, что и как с ней сотворили.

- Как-как? - нахмурился Лекс. - А этот городишко, он случаем не...

- Преподобный тоже происходит из древней семьи, стоящей у истоков возникновения этого города. К слову говоря, город они и назвали в свою честь или же сами взяли себе такое имя, я не очень уверена. Но по некоторым данным, Лупгрейф на каком-то древнем наречии, обозначает...

- Могила волка, я знаю, - кивнул Лекс и тяжело вздохнул. - Ты же понимаешь, что... - договорить он не успел, раздался шум приближающегося автомобиля и, кажется, не одного.

Меня в ту же секунду задвинули за спину и решительно пресекли все попытки высунуться, чтобы посмотреть, кто это приближается. А приятно, когда о тебе беспокоятся, заботятся и опекают. Я хмыкнула в ответ на свои собственные мысли. Только вот, когда эта опека начинает граничить с фанатичностью хочется поскорее вырваться на волю.

На поляну, где все мы собрались дружной кучкой, выехали два внедорожника. Честно говоря, сразу я напряглась - вид у машинок был весьма устрашающий, но по тому, как слегка расслабились плечи Лекса, догадалась, что, скорее всего, это кто-то из его людей. После того, как мой дракон сдался на милость деда, его повсюду стали сопровождать телохранители, что злило бывшего патологоанатома почти до скрежета зубовного. Но, Виктор Кантемирес лишь отмахивался от недовольного внука и на все его претензии возражал, что - так положено. Кем, когда и куда, обычно не уточнял, но и охрану не отзывал. Они и ко мне пытались приставить пару вот таких вот оборотней-качков в черной коже, но я торжественно заявила, что если буду бродить по магазинам и кафешкам с такими спутниками, то меня скорее прихлопнут, посчитав важной персоной. На том и порешили - я пока могла передвигаться по столице без эскорта, правда, скорее всего за мной все-таки таскался кто-то, но я об этом не знала.

Внедорожники остановились, и из них посыпались оборотни. На самом деле, их было не много, всего пятеро, но от такого количества мускулов, у меня даже в глазах зарябило и сразу стало казаться, что на самом деле двуипостасных намного больше.

И тут же возник вопрос: а в Лупгрейф за мной тоже кто-то из этой невидимой охраны последовал или их полномочия не распространяются дальше столицы? Скорее всего, так и есть. Я пробыла в этом городе несколько дней и, если бы вместе со мной появился незнакомый мужчина, то это не осталось бы незамеченным. С другой стороны, оборотни прекрасно умеют оставаться незамеченными.

За всеми этими размышлениями, я пропустила момент, когда от группы новоприбывших отделилась высокая фигура. Блондинчик, приближающийся к нам, оказался донельзя знакомым.

- Ройс! - я, уже не опасаясь, высунулась из-за спины Лекса, но на шею оборотню бросаться не спешила.

Мой бывший напарник кивнул Лексу, смерил меня многозначительным взглядом и покачал головой.

- Где остальные? - вместо приветствия поинтересовался Александр Варант (я всегда воспринимаю его так, когда он вот такой вот строгий и серьезный, иначе просто не получается).

- Все еще прочесывают лес. Вдруг кто-нибудь смог ускользнуть.

Лекс кивнул, затем добавил.

- Отправляй ребят в город. Взять все под наблюдение. Вместе с местным шерифом произвести тщательное расследование. И чтобы ни одна тварь не скрылась. Впрочем, ты сам знаешь, что надо делать. Эта зараза должна быть вырвана с корнем. И мне все равно: кто и почему. Не должно остаться никого, кто так или иначе был замешен, кто знал и покрывал. Невиновных там нет.

Он говорил жестко, непримиримо и у меня по спине побежали мурашки от такого его тона. Сейчас передо мной был не тот Лекс, который делал мне предложение, даже не доктор Александр Варант, перед которым благоговели все в восьмом участке. Здесь и сейчас распоряжался наследник древнего рода драконов, некоронованных королей нашего мира, Александр Кантемирес.

- Лекс... - я нерешительно посмотрела на него, - там же дети... женщины...

- Не лезь, - сурово оборвал он меня. - Ты свое слово уже сказала.

- Но... дети, они же...

- Тоже когда-нибудь вырастут.

- Но...

- Я все сказал, - отрезал Лекс, не глядя на меня.

Я замолчала и красноречиво посмотрела на Ройса.

Оборотень перехватил мой взгляд, но ничего не ответил, отвел глаза, а затем и совсем ретировался - отправился раздавать указания остальным охранникам или боевикам? Понятия не имею, как они сами себя называют.

Ясно, с этой стороны мне сочувствия и понимания не дождаться, значит, надо продолжать давить на Лекса.

Но мой дракон не желал ничего слушать, он просто отмахнулся ото всех моих возмущений и оглядев поляну, остановил внимательный взгляд на моей персоне.

- Я хочу наведаться в тот бункер о котором ты говорила, - начал Лекс. Я в ответ лишь пожала плечами. Он не желает меня слушать, может вот так запросто отдать приказ об уничтожении живых людей, не щадя ни женщин, ни детей. Как можно быть таким черствым? - Сразу думал оставить тебя с оборотнями, но... - Лекс замолчал, продолжая разглядывать меня и думать о чем-то своем. Наконец, он отмер, кивнул своим мыслям и ухватил меня за руку. - Но тебя ведь нельзя оставлять без присмотра. Опять во что-нибудь влезешь и подвергнешь риску свою жизнь. Поэтому пойдем вместе. Покажешь, где это место расположено.

Я не ответила. Возмущение, обида, разочарование все еще были сильны. Мне хотелось плакать от бессилия, от невозможности хоть как-то повлиять на его решение, защитить ни в чем не повинных детей.

А Лекс уже тащил меня по лесу, крепко удерживая за запястье, но, в то же время, бережно поддерживая и не позволяя споткнуться или упасть.

- Ты не можешь так поступить, - снова начала я, стоило нам отойти от поляны и оборотней и скрыться за деревьями. - Это же дети. Они ни в чем не виноваты, их так воспитывали и...

- ты не понимаешь, - Лекс остановился и обернулся ко мне, обхватил мое лицо ладонями, склонился пониже и продолжил. - Они будут помнить. Им уже сейчас привили понимание того, что охота на людей - правильно. И, - мой дракон грустно усмехнулся, - они не поймут, Лиза. Затаят злобу и со временем начнут мстить. Этого нельзя допустить. Мы просто не имеем на это права.

- Но... они же дети...

- Они вырастут и станут взрослыми. Озлобятся, затаят обиду... и начнут воспитывать своих детей в тех же традициях. Это может закончиться очень плохо... и кроваво.

- Когда-нибудь у нас тоже будут дети, - с одной стороны я понимала, что в чем-то он прав, а с другой... во мне сейчас говорила женщина, будущая мать. Я не могла спокойно жить дальше, зная, что пока ни в чем не повинные малыши расстанутся с жизнью из-за грехов своих родителей.

- Я рад. Что ты думаешь об этом. Но... прости, я не хочу повторять ошибок. История знавала не один пример, когда подросшие дети, спустя много лет, мстили за смерть родителей. И не всегда это заканчивалось хорошо.

Я закусила губу и отстранилась. Что сказать ему в ответ? Я не знала, не могла придумать ни одного довода, ни одной разумной причины, почему поступать так не стоит, кроме того, что дети не отвечают за ошибки своих родителей, но... Но для Лекса это аргументом не являлось.

- Я обещаю, - тихо произнес мой дракон, - что ни один невиновный не пострадает. Мои люди проведут тщательное расследование, накажут лишь тех, кто замешан. Если понадобится, я привлеку Ларкина. Ему, как менталисту, не составит труда проверить всех жителей этого городка. Но спускать им с рук и оставлять безнаказанными... - Лекс покачал головой, поджав губы, - этого не будет. Такое нельзя оставлять на самотек. Нельзя закрывать на это глаза. В конце концов, у тех, на кого они охотились, тоже были дети, родители, близкие.

- Я понимаю, - ответила тихо, едва слышно, - но мне тяжело принять это. Я верю в закон. В конце концов, я была стражем. Пусть недолго, но все же для меня это не пустой звук. А ты сейчас действуешь, как судья и палач.

- Это бремя всех власть имущих, родная, - он обнял меня и на несколько мгновений прижал к себе. Затем отпустил и снова взял за руку. - Идем, покажешь мне тот бункер, возможно, там осталось что-нибудь, что поможет в расследовании.

Я послушно потопала следом. На душе все еще было паршиво, но упоминание Лекса о расследовании и его обещание, что невиновные не пострадают, добавило немного света во всю эту мерзость. Да и потом, Ларкин же и в самом деле менталист. Пусть он и не читает мысли, но определить, виновен конкретный человек или же он ни при чем, Винс сможет. Правда, он не слишком любит использовать собственный дар, предпочитая полагаться на знания и память, но в случае чего, всегда можно будет пригрозить перекрыть ему доступ в архив. А ради приобщения к бесценным знаниям, накопленным драконами на протяжении тысячелетий, мой бывший напарник пойдет на все.

Эти мысли немного приободрили меня. Я верила в справедливость своего избранника. Несмотря на все его "высокое положение" и то пренебрежение, с которым маги, оборотни, драконы и остальные представители сверхъестественного населения относятся к простым смертным, Лекс не бесчувственная скотина, он не допустит произвола и охоты на ведьм.

В бункере, Лекс безапелляционно указал мне на угол возле стола и приказал стоять там и не сходить с места до тех пор, пока он все не осмотрит. Я послушалась, а что еще мне оставалось делать? Когда он такой суровый, проще согласиться, чем до хрипоты спорить и отстаивать свою точку зрения. К тому же, на самом деле, я чувствовала себя безмерно вымотанной.

Несколько раз обернувшись, чтобы удостовериться, что я по-прежнему стою, опираясь бедром на операционной стол, Лекс приблизился к телу Ноя Де Вила, лежавшему на полу возле стеклянной перегородки, отделявший общий зал от вольера, в котором еще недавно содержались эграш, присел на корточки и принялся что-то там делать. С моего места были плохо видны все его манипуляции, но мне было и не слишком интересно, глаза слипались, я постоянно зевала и держалась в вертикальном положении, если быть совсем откровенной, только благодаря столу, который использовала в качестве своеобразной подпорки.

- Он и в самом деле был магом, - задумчиво произнес Лекс, - очень слабым, полукровкой.

- Я же говорила, - с трудом сдержав очередной зевок, ответила ему.

- И как тогда ты не почувствовала его силу сразу? - Лекс полуобернулся, по прежнему не поднимаясь н6а ноги и вопросительно взглянул на меня.

Вдохнула тяжело, засунула руку в карман, где лежал кулон, сжала его в кулаке и спросила:

- Помнишь, ты забрал у меня кулон, который по просьбе Джинал сделала Марсия? Он еще скрывал существование у меня силы, и вы все воспринимали меня как смертную?

- Помню.

- А где он? Я кулон имею в виду?

- А при чем...

- Просто ответь, - перебила я Лекса.

- В сейфе. Но какое это имеет отношение... - договорить он не успел, я вытащила из кармана цепочку, снятую с шеи Ноя.

Лицо Лекса вытянулась от удивления. Он резко поднялся и решительно приблизился ко мне, отобрал цепочку и принялся ее внимательно рассматривать. Смотрел долго, ничего не говоря, время от времени хмуря брови. Затем все же перевел задумчивый взгляд на меня.

- Это было на нем?

- Да.

- И ты обнаружила его...

- Уже после того, как твое кольцо отправила Ноя Де Вила в последний полет, - призналась я.

Лекс скривился, покачал головой и... засунул цепочку с кулоном себе в карман. Я даже рот открыла от такой наглости.

- А ты ничего не хочешь мне сказать? - поинтересовалась пока спокойно, но внутри уже поднималась буря, я даже про усталость как-то подзабыла.

- Что именно? - недоуменно приподнял брови этот чешуйчатый.

- Ну, например, откуда мой кулон взялся у Ноя, если ты утверждаешь, что запер его в сейфе?

- А с чего ты взяла, что он твой?

- Ну, может с того, что Марсия сделала его в единственном экземпляре больше двадцати лет назад по просьбе Джинал?

- Она могла сделать несколько таких, - невозмутимо продолжал пудрить мне мозги Лекс.

- Правда? - я округлила глаза. - А с чего ей помогать какому-то магу-полукровке прятать свой дар? Марсия, по твоим, кстати, словам, ненавидит магов. Так сильно ненавидит, что даже разорвала все договоренности с советом, после того, как стала Верховной. Так с чего ей делать нечто подобное?

Лекс нахмурился, но отвечать не спешил. Раздумывал и старался на меня не смотреть. А меня такое его поведение злило неимоверно. Ведь мы же договаривались! Он обещал, что больше не будет никаких секретов, никакого утаивания информации. А в результате, я опять натыкаюсь на какую-то гадость в результате полного отсутствия у меня информации.

- И после всего этого, ты все еще рассчитываешь на то, что я буду тебе доверять?

- Лиза...

- Не надо, Лекс, - я закусила губу и покачала головой, руки сами собой сжались в кулаки, - я устала. Устала от того, что ты постоянно пытаешься отрезать меня от внешнего мира. Лишаешь свободы и вечно что-то недоговариваешь, скрываешь, утаиваешь... Это тяжело. Ты считаешь меня полной дурой, совершенно ни на что не способной?

- Ты преувеличиваешь. Все совсем не так и я просто хочу уберечь...

- Не надо!

Лекс замолчал, а я сжала кулаки посильнее и заговорила:

- Мне надоело, что ты все время пытаешься держать меня в неведении, надоело, что ты ограничиваешь мои действия и мою свободу. Я не хочу такой заботы, Лекс, не хочу!

- Знаешь что, родная моя, - Лекс говорил спокойно, не повышая голоса, но я поежилась, - а мне надоело, что ты постоянно влипаешь даже не в неприятности, нет. Ты рискуешь своей жизнью. Пытаешься играть в игры, правил которых не знаешь! И я не позволю тебе этого больше. Надо будет - запру в Шартрене, ограничу круг общения. Я что угодно сделаю, чтобы тебя уберечь, можешь ты это понять или нет?!!

Я задохнулась от гнева и возмущения. Да что он себе позволяет?! Как может вот так просто решать за меня?! Распоряжаться моей жизнью?! Да за кого он меня принимает?!!

- А я не позволю тебе мной командовать! - я распалялась все больше и больше. - Не позволю решать, что для меня важно, а что нет! Я не хочу так жить! Не хочу такой заботы! Не хочу...

Я осеклась. Сказать сейчас, что не хочу выходить за него замуж, что разрываю помолвку и отныне буду сама себе хозяйка, и сама буду решать, что мне делать и куда лезть - легко, наверное. Только вот, что дальше? Я не хочу его терять. Не могу потерять его, потому что люблю. На самом деле люблю и не вижу своей дальнейшей жизни без него. Но и жить под постоянным контролем - тоже не могу.

Закушенная губа начала кровоточить, ногти так сильно впились в ладони, что боль отрезвила меня, но лишь ненадолго...

- Заканчивай, - резко бросил Лекс.

Он стоял напротив меня холодный, спокойный и, на первый взгляд, совершенно расслабленный, но в черных, словно сама Тьма, глазах уже начали проскальзывать пока едва различимые алые всполохи.

- Я не хочу этого говорить, - тихо призналась я. - Не хочу говорить, что разрываю помолвку. Не вынуждай меня. Прошу, не надо.

- Тебе и не придется. Ты моя, Лиза. И права отказаться от меня, от наших отношений у тебя нет. Я не позволю тебе этого сделать. И я уже озвучил, как поступлю, если ты снова вытворишь что-нибудь подобное.

Внутри меня что-то оборвалось. Слез не было, как не было и отчаяния, но пустота, гулкая, холодная, черная пустота стала стремительно разливаться внутри.

- У тебя нет права меня удерживать, - почти прошептала я. - Ты не сможешь...

- Ты приняла кольцо, согласилась на помолвку. Я не давил на тебя и не заставлял. Я дал тебе свободу в этом решении, а теперь - ее у тебя нет.

Он приблизился почти вплотную, взял в ладони мое лицо и заглянул в глаза.

- Я никогда не отпущу тебя. Никогда.

Холодное безразличие завладело мной. Он меня не слышал, не хотел слышать, даже не старался. Медленно отстранилась, словно обошла по кругу и приблизилась к стеклянной перегородке, отделявшей вольер с эграш от остального пространства этого помещения. Приложила ладони к стеклу и уткнулась лбом. Желая охладить пылающую голову от холодного стекла.

- Лиза, - Алекс приблизился и попытался обнять меня за плечи.

Попыталась высвободиться, но он не отпустил меня, лишь еще сильнее сжал, прижимая к себе, пытаясь поглотить меня полностью, целиком, заставить раствориться в нем без остатка.

- Отпусти, - холодно, как же мне холодно.

- Перестань. Это все равно ничего не решит.

- Все решаешь ты, - я слышала свой голос, словно со стороны. Словно это не я сейчас говорю, а кто-то другой.

- Да, - жестко ответил Александр Варант. - И буду решать, если дело касается твоей безопасности. Сама ты не в состоянии понять, что...

- Не надо ничего говорить. Я и так поняла, что права голоса у меня нет, как в общем-то и любого права. Я лишь игрушка, твое приобретение, женщина, способная родить тебе наследника.

- Перестань нести чушь! - он резко развернул меня к себе, встряхнул так сильно, что голова мотнулась, и я едва не ударилась об стеклянную перегородку, но тут Алекс остался верен себе - столкновения он не допустил, а вот кончик языка я все-таки прикусила. И эта боль на мгновение отрезвила меня, привела в чувство, заставила полыхнуть внутри ярость.

- Отпусти! - я резко вырвалась из его объятий и отодвинулась в сторону, бежать не собиралась, да это и было бесполезно. - Я устала от тебя и твоего тотального контроля. Ты все всегда решаешь сам. Ты - главный. Но ты забываешь, что я тоже живая. У меня есть свои желания.

Он собирался что-то сказать, но я не дала, резко развернулась обратно лицом к стеклу и глухо произнесла:

- Ты, кажется, хотел здесь все осмотреть? Вот и замечательно. Давай быстрее, я устала и хочу спать.

Бессмысленный разговор, как и вся эта ситуация, как и все прожитые мной последние месяцы. Лекс может думать себе что угодно, упиваться своей силой, но я все равно сделаю все по-своему.

В этот момент мое внимание привлекло что-то блестящее в вольере. Я сделал несколько шагов вдоль стеклянной перегородки, чтобы рассмотреть получше, но ничего не было видно. Стекло мешало.

- Лекс, - позвала я. - Можно как-нибудь убрать стекло? Мне надо попасть внутрь вольера.

- Зачем?

- Просто надо. Ты можешь что-то сделать или надо искать вход снаружи?

Лекс не ответил, но подошел к пульту, висящему на стене, именно об него я ударилась, когда подняла все перегородки внутри и высвободила эграш. Несколько минут что-то там нажимал, щелкая кнопками и переключателями, а потом кусок стеклянной стены отъехал в сторону.

Я ворвалась в вольер, споткнулась обо что-то и кубарем полетела на пол, но тут же подскочила и продолжила свое движение. А уже спустя секунду сжимала в руке небольшой металлический кругляш с гравировкой. Вой вырвался самопроизвольно. Я слишком хорошо знала эту бляху, у меня была такая же. Их заказали ровно восемнадцать штук, по одной на каждого курсанта, выпускавшегося из академии вместе со мной. На металлической пластине был выгравирован герб академии правопорядка, дата выпуска и аббревиатура курса. Сомнений в том, что Джесси в самом деле стал кормом для эграш у меня уже не осталось. Я осела на холодный пол и, закрыв лицо руками, принялась раскачиваться из стороны в сторону.


## Глава 21.


Дальше я перестала существовать. Все смешалось, отступило на задний план. Я слышала, как меня зовет Лекс, что-то спрашивает, тормошит, пытается встряхнуть и добиться ответа, но не реагировала. Вселенная сузилась до маленькой серебристой бляшки, зажатой в кулаке. Меня захлестнули эмоции, которых я не понимала, они рвали душу на части, заставляли раз за разом нырять в бездну с головой и полностью абстрагироваться от происходящего.

Потом были легкие покалывания, когда Лекс диагностировал мое состояние. Я ощущала их, но совершенно не реагировала, мне не хотелось. Ничего не хотелось. Затем меня куда-то несли, кто-то что-то говорил, какие-то люди все время появлялись и исчезали, а я отмечала все это каким-то участком сознания, но совершенно не запоминала.

Пришла в себя от боли в руке на заднем сидении автомобиля Лекса. Мой дракон вытащил меня из того бункера, уложил на кожаное сидение и теперь куда-то вез. Я подняла гудящую руку и с изрядным удивлением уставилась на предмет, зажатый в кулаке. Блестящая металлическая бляшка. Такая знакомая. Я так сильно сжала ее, что поранила ладонь, и теперь на коже отпечатался круг.

Узнавание накатило с новой силой, но на этот раз оно вылилось слезами. Солеными потоками, которые я никак не могла остановить. Да и не хотела. Машина резко затормозила и уже спустя всего секунду, Лекс оказался рядом. Он прижал меня к себе, больше не задавая глупых вопросов, не тормоша и не отвлекая меня от моего горя, давая выплакаться.

Сколько продолжалась моя истерика, я не знаю, но в один момент слезы вдруг высохли сами по себе. Я чувствовала себя ужасно разбитой и опустошенной, но где-то глубоко внутри разгорался пока еще слабый, но уже неотъемлемый от меня огонек ненависти.

Повернув опухшее от слез лицо, к Лексу, я хриплым голосом произнесла:

- Можешь уничтожать весь этот город. Мне уже все равно. Ты был прав - невиновных там нет, - сказала и ничего не почувствовала. Вот совсем ничего. Все чувства, кажется, ушли вместе со слезами.

Он лишь прижал меня к себе посильнее, коснулся губами виска и ничего не сказал. А мне было все безразлично, я слишком устала за последние сутки, слишком вымоталась как физически, так и морально. Хотелось прижаться к единственному близкому мне человеку, закрыть глаза и притвориться, что ничего этого не было, что я не приезжала в Лупгрейф, что никто на меня не охотился, что Джесси...

Воспоминания о Джесси всколыхнули ненависть, злость. Наверное, останься я сейчас одна натворила бы много бед, но рядом был Лекс. Он бережно прижимал меня к себе, осторожно поглаживал мои запястья, успокаивая и одновременно делясь со мной своей силой и энергией, он сейчас ненавязчиво успокаивал меня и давал мне опору, тот самый якорь, в котором я нуждалась.

Не помню, в какой именно момент я начала говорить. Сразу медленно, словно нехотя, но по мере воспоминаний, я говорила все быстрее и быстрее, захлебываясь словами. Я рассказала Лексу обо всем, вспомнила студенческие годы, рассказывала о том, как Джесси хотел стать стражем, как жил мечтой пойти по стопам отца и деда, как он был счастлив, когда получал диплом, как им гордились его родные.

- Это принадлежало ему? - тихо спросил Лекс, осторожно погладив мою руку, по-прежнему крепко сжимающую блестящую бляху.

- Да, - сглотнув застрявший в горле ком, я разжала кулак и осторожно большим пальцем погладила надпись. - У нас у всех были такие. Джесси никогда не расставался со своей. Мы даже подшучивали над ним, потому что никто больше не носил эти штуки. Их вручили нам на последнем курсе.... чтобы мы не забывали... чтобы... - горло снова перехватило и пришлось замолчать, усиленно борясь со слезами.

Я вспоминала тот день, торжественную речь куратора, его слова о том, что мы всегда должны помнить... не забывать... Как будто об этом можно забыть?!

Лекс молчал, прижимая пеня к себе. Он ничего не говорил, не торопил, не успокаивал, но его близость давала мне сейчас все то, в чем я нуждалась. Забылась некрасивая сцена в бункере, отошли на задний план его слова и мои упреки... Я не хотела об этом думать, не сейчас. Может быть, когда-нибудь потом, когда мы снова окажемся в столице, когда мои лупгрейфовские приключения отойдут в прошлое...

Я встрепенулась, вспомнив о том, что должна была сделать, но за всеми треволнениями и собственными переживаниями совершенно забыла.

- Что случилось? - Лекс лишь сильнее сжал объятия, не желая меня выпускать.

Да мне и не хотелось сейчас отстраняться. Странно, мы вдвоем в машине посреди леса... романтика.

Я повернула голову таким образом, чтобы видеть лицо Лекса. Он молча наблюдал за мной и лишь приподнял одну бровь в немом вопросе.

- Мне надо вернуться в Лупгрейф, - на этом моменте меня сжали так сильно, что я невольно поморщилась и объятия тут же слегка ослабились, но задавать вопросы мой дракон не спешил. Он ждал.

- У меня осталось одно невыполненное обещание и... - я запнулась на мгновение, пытаясь протолкнуть ком в горле, - надо узнать, что случилось с Тедом. В конце концов, именно поэтому я сюда и приехала.

- Что за обещание?

- Это важно... для меня и... еще для одного человека. Отвези меня в город.

- Лиза, это не лучшая идея. Про судьбу того парня узнают оборотни и... - попытался отговорить меня Лекс.

- Нет, - я упрямо мотнула головой, едва не задев его подбородок. - Я должна сама. Я обещала, Лекс. Пожалуйста.

Он вздохнул, тяжело и как-то обреченно. Но я уже чувствовала, что он готов уступить. И это придало мне сил. Лекс слишком хорошо чувствовал меня, переживал вместе со мной и в какой-то момент, уловив отголоски своих собственных эмоций, переживаемых им, я пожалела об этой нашей связи. Слишком все сложно. Почему он должен переживать всю ту боль, что чувствую я? Все отчаяние и безнадежность? Разве это справедливо?

Но задумываться об этом сейчас времени не было.

- Я не могу вот так просто взять и отказаться от собственных слов, забыть свои обещания. Это важно, Лекс, пожалуйста, - и взгляд полный мольбы в его сторону.

Когда-то давно, кажется, это было даже в прошлой жизни, тетя Джинал сказала, что умная женщина всегда сможет добиться своего. Лаской, уговорами, угрозами или просто вот таким моляще-щенячьим взглядом... Она была права, впрочем, как и всегда. Я в который раз поразилась тому, насколько умной она была и почему-то совершенно не вовремя пожалела капитана.

Лекс снова вздохнул, выбрался из машины и, подхватив меня на руки, устроил впереди, лично застегнул ремень и только после того, как удостоверился, что я надежно пристегнута и удобно устроена, занял водительское кресло.

Его забота вызвала невольную улыбку. Я все равно его люблю. Несмотря на его собственнический характер и стремление оградить меня от всего окружающего мира, контролировать каждый мой шаг и даже каждый вздох... Я люблю его, и это не пройдет, от этого не вылечиться, даже если очень сильно захотеть.

Дорога к Лупгрейфу не заняла много времени. Когда мы въехали в город, я поразилась тому, насколько обыденно он выглядел. Казалось, совсем ничего не изменилось с того дня, как я впервые появилась здесь, как первый раз проехала по этим улицам, свернула к площади и припарковалась возле кафе Рози.

Меня передернуло от воспоминаний о том, как милая бабулька целилась в меня из охотничьего ружья.

"Не думать об этом. Не думать. Не думать" - как мантру повторяла я сама себе, но глазами искала знакомые лица и силуэты среди редких прохожих.

И как это ни странно, я их все же отыскала. Правда, не совсем тех, которых ожидала. Город был наполнен оборотнями. Они были везде. Словно ангелы мести двуипостасные сновали по улицам и переулкам, проникали в дома, вынюхивали, расследовали...

Жители же Лупгрейфа были напуганы, их страх липкой патокой разливался в воздухе, забивался в легкие, вызывая дискомфорт.

Стараясь отрешиться от всего этого, уговаривая саму себя, что теперь это уже не мое дело, я попросила Лекса свернуть к ратуше. Первым делом, мне хотелось поговорить с шерифом.

Мы не доехали, Барт Вадаз обнаружился в одном из переулков, возле двухэтажного домика, такого же чистенького и аккуратненького, как и все строения в этом городе. Судя по хмурым лицам шерифа и окружающих его людей и оборотней, здесь совсем недавно что-то произошло.

- Что случилось? - я выбралась из машины, несмотря на недовольство Лекса и подошла к Вадазу.

- Ничего, с чем бы мы ни справились, - не слишком любезно отозвался он. - Что вы здесь забыли? Зачем вернулись в город?

- Надо поговорить, - твердо произнесла в ответ и уставилась на шерифа пытливым взглядом.

Впрочем, надолго меня не хватило, и я отвела глаза. Шериф Вадаз сильная личность, как противник он практически непобедим, даже если не учитывать поддержку Духов-хранителей. Да мне и не очень хочется оставлять за спиной такого врага, а уничтожить его вместе с остальными - плохая идея. Как бы там ни было, наверное, Вадаз - единственный, кому действительно по силам навести здесь порядок и мне стоит просто выбросить из головы тот факт, что он тоже знал про охоту. Забыть обо всем этом, как страшный сон, отрешиться от происходившего в Лупгрейфе, как всегда я стараюсь отрешиться от своих видений. Да, наверное, так будет лучше... Только вот, где взять на это силы?

Мой блуждающий по сторонам взгляд натолкнулся на мужчин, которые выносили из дома... О, Боги! Я чудом удержалась на ногах, когда увидела это. Как я там собиралась поступить? Отрешиться и забыть? У меня уже не получилось.

- Что здесь произошло,- воздуха стало не хватать, и я инстинктивно схватилась рукой за горло, словно это могло чем-то помочь.

Вид завернутых в белые простыни тел, которые оборотни выносили из дома и складывали в стоящий неподалеку фургон, поверг в ужас.

- Один из тех... - нехотя отозвался шериф. - Он опустил глаза и стал сразу как-то ниже ростом, уже в плечах, от всего его облика исходило такое отчаяние, что я в очередной раз захлебнулась воздухом.

Лекс оказался рядом в считанные мгновения, обнял за плечи, прижал к себе, защищая, ограждая от всего окружающего мира. И в этот момент мне совершенно не хотелось ни свободы, ни самой принимать решения, наверное, даже на сто лет в Шартрене согласилась бы не раздумывая, лишь бы не слышать безэмоциональный голос шерифа.

- ...Когда узнал о том, что случилось на охоте, что будет расследование.... слухи расходятся.... все уже знают... собрал у себя в доме соседских детей.... никто не выжил... восемь...

Мне показалось, что земля ушла из-под ног. Да что за уроды живут в этом городе?!! За что?!!

Дальше мне уже ничего не позволили, Лекс снова отволок меня к машине и заставил забраться внутрь, пристегнул. Я переоценила свои возможности и силу воли. Правда, не стоило вообще сюда возвращаться, искать шерифа... Надо было просто забрать ребенка и свои вещи из дома Викки и вернуться в столицу.

Но Вадаз сам приблизился ко мне, пока Лекс на минуту отошел, отдать последнее распоряжение своим парням. Шериф знаком показал, что хочет поговорить, и я опустила стекло.

Шериф стоял на улице, смотрел себе под ноги и молчал. Я стала злиться. Вот что ему еще от меня нужно? Зачем подошел? Если не собирается ничего говорить, то не стоило и приближаться!

И когда я уже была готова довольно резко высказать все, что думаю по этому поводу, Барт Вадаз внезапно поднял голову и посмотрел на меня. Какой это был взгляд! В нем смешалось так много эмоций, что меня невольно захлестнуло ответной волной. Сжавшись в комочек на пассажирском сидении, я была не в силах отвести глаза.

- Госпожа Донел, - начал Вадаз, по-прежнему не отпуская мой взгляд. - Не надо ворошить прошлое. Не ищите ответов, пусть все останется, как есть.

- Что? - подобного я точно не ожидала и соответственно не поняла, что именно хотел сказать шериф.

А Вадаз невесело усмехнулся и отвел глаза. Мне сразу стало намного легче дышать, и мир вокруг снова раскрасился в яркие тона.

- Оставьте мертвых мертвым, госпожа Донел.

- Что? - я подалась вперед, горя праведным желанием высказать этому шаману все, что я думаю о нем и о жителях этого мерзкого городишки, выплеснуть, наконец, всю ненависть и презрение, что скопились внутри за короткий срок пребывания в Лупгрейфе. Но так ничего не сказала. Меня словно холодной водой окатили.

- Тед не уезжал из Лупгрейфа, - хриплым голосом произнесла я. - Он остался здесь.

- И его никто не найдет, - подтвердил мои догадки Вадаз.

- Это неправильно. Так не должно быть... виновные...

- Он был виновен, госпожа Донел. На его совести не одна смерть в Лупгрейфе, можете мне поверить. И пусть местные жители тоже далеки от невинных и беззащитных людей, но Тед Кармински получил по заслугам.

- У него осталась мать. Она ждет его... она... я... - мне хотелось сказать так много, но не получалось. Апатия и полное безразличие завладело мной. Я больше не хотела никаких расследований, не хотела ничего знать.

- Я решу этот вопрос, как только смогу.

Возможно, Вадаз хотел сказать еще что-то, возможно, мне бы даже удалось вытащить из него всю правду о том, что именно произошло с Тедом, но в этот момент вернулся Лекс и он был явно недоволен, что я секретничала с шерифом за его спиной.

- Что случилось? - суровый взгляд черных глаз на Вадаза и затем, обеспокоенный - в мою сторону.

- Мы прощались, - сухо произнесла я и подняла стекло.

Шериф понял правильно, кивнул Лексу, послал мне немного извиняющуюся улыбку и отошел.

По дороге к дому Викки, мы с Лексом молчали. Он не пытался ни о чем меня спрашивать, я же совсем не желала ни о чем говорить. Если честно, мне хотелось только одного - закрыть глаза и уснуть, причем, надолго. Но стоило решить еще одну весьма значимую проблему - Денис. Я обещала этому ребенку забрать его, и я его заберу.

Дом Викки встретил меня похоронным молчанием. Сразу, мне даже подумалось, что здесь никого нет, но стоило войти в гостиную, как из-за двери в комнату, появилась и сама хозяйка. Она совершенно не изменилась с нашей последней встречи - все тот же затюканный взгляд, темные круги под глазами, старый, на несколько размеров больше, свитер. Исключение составила рука на перевязи и ожог на щеке. Все-таки моя молния ее достала.

Но этот момент ни на мгновение не порадовал меня. Мне было все равно, совершенно наплевать и на Викки и на причины, побудившие ее сдать меня ненормальным охотникам на людей. Я смело прошествовала внутрь и огляделась - дверь в комнату детей была закрыта.

- Денис! - мой голос подействовал на Викки, как выстрелю. Она вздрогнула, еще сильнее побледнела и уже открыла рот, чтобы что-то сказать.

В этот момент за моей спиной появился Алекс и хозяйка резко отшатнулась, так и не сказав того, что собиралась.

Маленький мальчик с самыми грустными глазами, выскочил из комнаты, и с такой смесью надежды и недоверия одновременно, во взгляде уставился на меня.

- Денис, я приехала за тобой. Бери, все, что тебе нужно, и мы уезжаем.

- Ты не можешь забрать моего ребенка! - взвизгнула Викки.

- А он твой? - я повернулась в ее сторону и пронзила самым холодным взглядом, на который была способна. - И даже документы есть?

- Ты не можешь, - замотала головой Викки. - Не можешь... у них моя дочь... ты не можешь лишить ее шанса...

- Ты дала шанс мне? - моим голосом можно было замораживать. - Или быть может, родителям Дениса? Вы его даже имени лишили.

- Я... - взгляд Викки метался по сторонам, она кусала губы, но меня уже нельзя было разжалобить. Лекс был прав - в этом городе нет невиновных, вернее, не будет, когда я увезу отсюда Дениса. А вот со всем остальным пусть разбирается уже кто-то другой. Мне хватило впечатлений от увеселительной поездки.

Денис собрался быстро, он и не брал с собой ничего, лишь прижал к груди старую потрепанную игрушку. Я взяла его за руку и не обращая внимания на стенания и выкрики Викки, вошла в комнату, которую снимала последние несколько дней. Здесь ничего не изменилось за сутки, что меня не было в городе.

На мгновение мне показалось, что в последний раз я была здесь несколько лет назад, там много всего произошло со вчерашнего утра, когда Викки вырубила меня и передала охотникам. Целая жизнь прошла.

Моя сумка по-прежнему стояла в двери, на кровати лежал незакрытый ноутбук. Подхватив вещи и все еще не выпуская руки Дениса, я вышла на улицу, проходить через половину Викки мне не хотелось, и потому воспользовалась второй дверью. Интересно, где теперь моя машина? Ной на самом деле собирался ее чинить или же это просто был своеобразный повод подольше задержать меня в Лупгрейфе? Ответа я вряд ли дождусь. Но не очень-то и хотелось, если честно. Мне вообще лучше забыть про все, что произошло в этом городе.

Невыясненным оставался еще один момент - кто убил Айрис? Кому могла помешать алкоголичка, любившая устраивать истерики своему бывшему мужу? На этот вопрос ответа я также, скорее всего не получу. А жаль. С этого убийства все и началось, именно смерть Айрис и стала тем толчком, который заставил события развиваться быстрее, намного быстрее.

А может быть, несчастная женщина и вправду покончила жизнь самоубийством? Жить в городе, где все вокруг убийцы, знать, что твой муж и приемная дочь, тоже далеки от нормальных людей - чем это не повод сразу опуститься на дно бутылки, а затем и вообще распрощаться с жизнью, пока тебя не сделали дичью и не заставили бегать по лесу, петляя словно заяц.

У Дениса не было теплой одежды, и Лекс вытащил из багажника одеяло, закутал малыша так, что видны были лишь блестящие от непролитых слез темные глазенки, и усадил на заднее сидение. Заставил пристегнуться, от чего, малыш тут же раздулся от гордости, почувствовав себя взрослым и самостоятельным.

- Нам долго ехать, - усаживаясь на переднее сидение, я слышала, как Лекс разговаривал с ребенком, - так что если ты что-нибудь хочешь, то говори об этом сразу, хорошо?

Ответа Дениса я не услышала - вырубилась окончательно.


## Глава 22.


В столице я просто выпала из жизни, перестала обращать внимание на то, что происходило вокруг, и лишь спала, иногда поднимаясь с кровати, чтобы по настоянию Джинал что-нибудь перекусить, а затем снова возвращалась в царство подушек и одеял. Я перестала реагировать на то, что происходило вокруг, практически перестала разговаривать и иногда плакала, но уже без истерик, тихо и только тогда, когда оставалась в одиночестве. Хотя и прекрасно понимала, что Лекс все равно знал о том, что путешествие в Лупгрейф и то, что произошло там, не прошло для меня бесследно. Но он не вмешивался, не пытался вытащить меня из кокона, в который, как мне казалось, я заворачиваюсь все сильнее и сильнее. Вероятно, решил дать мне время немного прийти в себя и пока не давить. За это я была ему благодарна. Как и за то, что он был рядом, не давил, не устраивал истерик или скандалов, просто был. Обнимал меня, прижимая к себе, успокаивал, если в том была необходимость. Давал мне время, чтобы разобраться в себе.

А мне нужно было это время, чтобы подумать, переосмыслить все, что произошло за последние дни и принять что-то для себя.

Джинал же этого не понимала. Они с капитаном как раз вернулись из путешествия, и она все время крутилась рядом, тормошила меня, пыталась заставить что-то делать, говорить, куда-то идти. Но в одном я была я ей очень признательна - она занялась судьбой Дениса.

Стоило тете узнать о том, что случилось с мальчиком за последние несколько лет, как она окружила его такой заботой и вниманием, так причитала над ним, что мне и самой иногда казалось, что бедный ребенок просто сбежит. Кажется, тетя даже начала искать его родственников.

Через три дня после возвращения из Лупгрейфа, спустившись утром вниз, чтобы пройти на кухню, я столкнулась с Лексом.

- Ты еще не ушел? - я немного потерялась во времени в последние дни, но обычно Лекс уходил еще до того, как я просыпалась. Сегодняшний день стал исключением.

- Нет, я ждал пока ты встанешь.

- Зачем?

- Сегодня похороны Джесси, думал, ты захочешь быть там.

На похороны пришло огромное количество народу. Наверное, я никогда не видела такого скопления стражей в одном месте. У Джесса была большая семья, очень большая, многие из его родственников служили в страже или в армии, пришли все наши однокурсники, кроме, конечно, Теда. Было много его сослуживцев. О нем говорили. Вспоминали, какой он был, как гордился тем, что стал стражем, как мечтал о том, чего уже никогда не будет.

Госпожа Джованна, мама Джесси, плакала не переставая. Его отец, постарел лет на десять и почти не мог передвигаться без поддержки старших сыновей - Джесс был третьим из пяти.

Не знаю, как бы я выдержала все это, если бы рядом все время не было Лекса. Я чувствовала его поддержку, его присутствие, и... нет, мне не становилось легче, но я была уверена, что смогу выдержать.

Традиционная часть подошла к концу, на поминки я ехать не собиралась, слишком еще была свежа рана, да и уверенности в том, что смогу выдержать и не сорваться, если честно, не было. потому поговорить с госпожой Джованной и отдать ей последнее, что осталось от ее сына, я решила прямо сейчас.

Шепнув Лексу, чтобы подождал, я направилась к высокой, все еще стройной женщине, закутанной во все черное.

- Госпожа Джованна.

Она обернулась, окинула меня слегка затуманенным взглядом опухших от слез глаз.

- Лиза, я рада, что ты смогла найти время и...

- Госпожа Джлванна, - укоризненно произнесла я.

- Прости, детка, - она назвала меня так, как на протяжении нескольких лет называл ее сын и внутри что-то оборвалось. Слезы сами потекли из глаз.

- Я... простите, - горло сжалось и говорить было все труднее, но после нескольких вдохов, я все же смогла произнести то, для чего подошла. - Вот возьмите, - я вложила в ладонь матери Джесси круглую металлическую бляху. - Это принадлежало Джессу и я хочу вернуть вам. Так будет правильно.

Женщина опустила глаза, рассматривая свою ладонь и то, что я туда положила, а в следующую минуту, уже рыдала у меня на груди. Мне ничего не оставалось, как бережно обнять ее, пытаясь успокоить. Она пришла в себя сама. Нет, не успокоилась, но рыдания затихли, и госпожа Джованна отстранилась от меня, вытирая глаза.

- Пусть это останется у тебя, - твердо произнесла она и взяв мою руку, вложила бляху обратно. - Я знаю, что вы для него сделали. Знаю, что если бы не твой жених, мы бы так и не узнали, что случилось с моим мальчиком. Спасибо тебе за него. Спасибо, Лиза. Мне очень жаль, что у вас ничего не вышло, но, наверное, это и к лучшему. Береги себя.

И с этими словами она развернулась и слегка пошатываясь пошла дальше. к ней тут же подскочили родственники, стремясь поддержать и помочь дойти до машины, а я осталась стоять посреди быстро пустеющего кладбища и хлопать глазами.

Только сейчас я поняла, что по возвращении из Лупгрейфа полностью отрешилась от происходящего вокруг, совершенно перестала интересоваться жизнью, замкнулась в себе и лелеяла свое горе. Пора выбираться из своего кокона и продолжать жить. Стоит поинтересоваться тем, как продвигается расследование в Лупгрейфе, что там с Денисом и поиском его родных, да и амулет, снятый с шеи мертвого Ноя Де Вила тоже ждет своего часа.

А дома меня ждал еще один сюрприз. Приехал Ларкин.

Мы сидели в гостиной на полу, прислонившись спиной к дивану, и молчали. Нам было о чем поговорить, что рассказать друг другу, но не хотелось нарушать иллюзию безмятежности и спокойствия. С приездом Винса я почувствовала себя намного более уверенно, и появилось стойкое ощущение того, что теперь, когда мой напарник и спутник в разного рода приключениях и изысканиях, наконец-то, рядом, все закончится хорошо. А в том, что еще ничего не закончилось, я была уверена.

Лекс впрочем тоже придерживался того же мнения и даже несколько раз повторил, что нам стоит сидеть тише воды, ниже травы и никуда не ввязываться, по крайней мере без его непосредственного участия.

Я улыбнулась, вспоминая сцену, что произошла в этой самой комнате всего какой-то час назад, когда мы с Лексом вернулись с похорон Джесси.

Увидев в гостиной Ларкина, беззаботно дрыхнувшего, развалившись в кресле, я не сдержала счастливого крика:

- Ларкин! - мой вопль произвел эффект разорвавшейся бомбы, заставил не только Винса проснуться и подскочить на ноги, испуганно озираясь по сторонам, но даже Лекс вздрогнул от неожиданности и выпустил меня из объятий, чем я и воспользовалась, метнувшись к приятелю.

Ларкин подхватил меня практически в полете, обнял и прижал к себе, с несвойственной для него силой и горячностью. А я уткнувшись носом ему в грудь, счастливо вздохнула - ощущение правильности происходящего и абсолютная уверенность в том, что вот теперь-то все на самом деле будет хорошо, прочно засела где-то внутри и уже никуда не хотела исчезать.

- Ты в порядке? - шепотом поинтересовался Винс, прижимаясь щекой к моим волосам.

- Я буду в порядке, - так же шепотом ответила на его вопрос.

- Я очень переживал, когда узнал о том, что на самом деле там происходило, пытался дозвониться и все рассказать, предупредить, попросить убираться оттуда, как можно скорее, но ты не брала трубку.

- Я жива, и это главное.

- Как мило, - язвительный голос Лекса заставил нас обоих вздрогнуть и обернуться.

Мой дракон стоял у входа в гостиную, прислонившись плечом к косяку и, на первый взгляд, его поза была расслабленной, но черные глаза подозрительно сузились. Я прислушалась к себе и не почувствовав никаких опасных эмоций, исходивших от Лекса, проказливо улыбнулась. Мне ответили легкой полуулыбкой и черные глаза тут же принялись заново сверлить Ларкина.

- Я закончил со всем в Лупгрейфе, - отчитался Винс, выпуская меня из объятий. - Ройс все еще там, но уже скоро вернется.

- Я знаю, - Лекс оттолкнулся от косяка, подошел к нам, демонстративно прижал меня к себе, и, склонив голову, чмокнул в нос. - Никуда не лезть, ничего не расследовать, вести себя тише воды, ниже травы, - приказным тоном, произнес он и тут же добавил, - по крайней мере, без меня.

И после этого он отбыл по своим делам, оставив нас с Ларкиным дома, как нашкодивших детишек. Обижаться я пока не спешила. Нам с ним о многом надо поговорить и многое прояснить, но пока это все можно отложить.


- Знаешь, - тихонько произнесла я, нарушая установившуюся тишину в комнате. - Я все время думала о том, кого они похоронили под видом Джесси.

- Лиза, - простонал Ларкин, меняя положение и вытягивая ноги.

- Нет, правда. Эграш не оставили следов, а...

- Не думай об этом. Просто не думай. Я знаю, что забыть будет непросто, но... не стоит зацикливаться на том, чего ты уже не можешь исправить. Виновные понесли наказание, справедливость восторжествовала. Живи дальше.

- Это проще сказать, чем сделать.

- Знаю, но... можно ведь переключить себя на решение более сложной задачки, разве не так? - и он интригующе блеснул глазами в мою сторону.

Я подобралась, подтянула колени к груди, поерзала, устраиваясь поудобнее, и только после этого, произнесла:

- Рассказывай, что нарыл.

Рассказ Ларкина, как это ни прискорбно, касался непосредственно Лупгрейфа и проводимой там операции зачистки.

- Это просто кошмар, - Винс расхаживал по комнате, отчаянно жестикулируя. - Никогда бы не подумал, что простые смертные способны на нечто подобное. Даже маги, со всей нашей историей, в которой достаточно грязных подробностей, ни за что бы не додумались травить своих же соплеменников.

- Угу, - все, что могла произнести в ответ я. Было не очень интересно выслушивать подробности того, что происходило в Лупгрейфе на протяжении последней сотни-другой лет.

- Ты даже представить себе не можешь, как хитро они там все это проворачивали. Во-первых, представители семей-основателей занимали самые ответственные посты в администрации города и могли повлиять на решение любого вопроса. Да что там повлиять! Они и решали что и как сделать. Все эти свидетельства о смертях по естественным причинам - ни что иное как обычное заметание следов. Ты не поверишь, но если им не удавалось найти никого со стороны, то проводилась жеребьевка, по результатам которой жертва выбиралась из числа жителей.

- Вот как? - вяло отозвалась я, лишь для того, чтобы поддержать разговор, но Ларкин в этом и не нуждался. Слова лились из него рекой и на какое-то мгновение мне показалось. Что не столько осуждает предприимчивых жителей Лупгрейфа, сколько восхищается их изобретательностью.

- Вот так. И ты не представляешь, что следующей жертвой должна была стать та самая женщина, труп которой ты обнаружила возле своей машины. Именно на нее указала жеребьевка, но Айрис Шолор решила иначе. Она проткнула шины твоей машины и покончила с собой, таким образом, избавив себя от участи жертвы и назначив новую.

- Так она все-таки покончила с собой? - пожалуй, это была единственная новость для меня. Правда, стоит отметить, что меня мало интересовала судьба этой несчастной.

- Да, совершенно точно. Но не удивительно, что ты не заметила этого сразу. Она выпила снотворное, очень большую дозу, вот ее и накрыло.

Мы замолчали на какое-то время. Винс прекратил расхаживать по комнате и уселся в кресло, вытянул длинные ноги и, кажется, полностью погрузился в собственные размышления. Я же раздумывала над причудами судьбы. Если бы Айрис Шолор не захотела вот таким нетривиальным способом избежать незавидной участи, вполне возможно, что я бы тоже никогда не оказалась в роли жертвы чокнутых охотников. Не познакомилась бы с Ноем де Вилом и не узнала бы о эграш. Кстати, о них.

- Что удалось узнать о Ное Де Виле? И откуда в Лупгрейфе стая эграш?

Ларкин усмехнулся, показывая таким образом, что он вовсе не поглощен собственными мыслями, а быть, может, именно этого вопроса он от меня и ждал.

- Зришь в корень, подруга, - подмигнул мне менталист. - Это самое интересное из всего, что мне удалось узнать в этом, забытом всеми богами и людьми, городке.

- Ну, начнем с того, что кровной связи между мэром города и его старшим сыном Ноем не было.

- Ого!

- Угу. Кто был папочкой твоего знакомого, мне узнать не удалось. Но, сомнений в том, что это был именно маг, нет никаких. В Лупгрейфе нет больше никого из сверхъестественных созданий, тебе повезло столкнуться с единственным, кто обладал хоть каким-то даром.

- Еще шериф, - вставила я свои пять копеек, но Ларкин отмахнулся от моих слов.

- Шериф шаман и, если уж рассматривать ситуацию под таким углом, то он никак не маг и к сверхъестественному населению отношения не имеет. Он ближе к ведьмам, а они... ну ты и сама знаешь про них достаточно. А вот де Вил... - Винс замолчал на мгновение, раздумывая о чем-то, но вскоре продолжил. - Де Вил - маг, но узнать, что за дар у него был, не удалось, а значит, мы, скорее всего никогда не узнаем, к какому семейству он мог бы принадлежать. В принципе, это, наверное, было бы не важно, если бы не эграш.

- Так что там с эграш? - поторопила я приятеля. Зная Ларкина, можно было с уверенностью ожидать от него подробной лекции на тему магического родства, с подробным описанием дара каждой из известных ему семей. А мне совершенно не хотелось слушать об этом.

- Пока не известно, что с эграш. Но, сам Ной уехал из родного города лет в двадцать пять и долгое время никто особо не знал, где он и что с ним. Затем, шесть лет назад он вернулся, выкупил землю, на которой стоял тот охотничий дом и, презрев ожидания своего семейства, открыл автомастерскую.

- Он говорил о том, что не сошелся с родней во мнениях, чем именно ему заниматься, - подтвердила я, - правда, я думала, что это имеет отношение к мастерской, а не разведению полуразумных существ.

- Все может быть, - кивнул Ларкин. - Как во все это вписывается преподобный, я так и не понял. Но, он замешен не только в охоте, хотя последнее время, почти не принимал участия в ней. Но он содержал что-то вроде лагеря, где жили около десятка детей, разного пола и возраста. Время от времени, эти дети куда-то исчезали, но их ряды пополнялись за счет детей горожан. Что именно этот старый извращенец делал с детьми, я могу лишь догадываться.

Меня передернуло после этих слов. Перед глазами стала картинка полутемного помещения, в котором стеклянной стеной от общего зала отделялся вольер с эграш.

- Лиза, давай ты сейчас не будешь снова думать об этом, - Винс осторожно приблизился и погладил меня по плечу. Только сейчас я поняла, что плачу. Слезы сами полились из глаз, стоило мне лишь на мгновение предположить, как именно преподобный Лупгрейф мог использовать детей.

- Почему никто не пытался уехать из этого города? - всхлипнув, я вытерла глаза и посмотрела на Ларкина.

- Почему не пытались? - невесело в этот раз улыбнулся Винс. - Откуда ты думаешь, там столько смертей от естественных причин? Те, кто не участвовал в охоте, являлись своеобразной дичью. Не так уж и часто, этим тварям удавалось подловить кого-нибудь в окрестностях.

Я еще раз всхлипнула и Ларкин, которого, видимо, напрягала вся эта сырость и возможность утонуть в моих слезах, поднялся на ноги и снова забегал по комнате.

- Если мы хотим выяснить, где именно пропадал семь лет Ной Де Вил, то стоит хорошенько покопаться в его биографии. Возможно, именно это поможет нам узнать, кто стоит за ним и за разведением эграш.

- Не уверена, что хочу это знать, - я покачала головой и тоже поднялась на ноги, но вместо того, чтобы следовать за Винсом, опустилась на диван. - Хочу забыть и про Лупгрейф и про то, что там происходило. Все уже закончилось и слава всем богам.

- Ну, ну, - покивал головой Ларкин. - Я взял и поверил. Хочешь сказать, что тебе не интересно, кто из магических родов стоит за всеми убийствами, с которыми мы с тобой столкнулись за последние полгода? Что тебе не интересно, кто стоит во главе этого заговора, и ты вот совсем ни капельки не волнуешься, что кто-то сильный уже почти готов выпустить в этот мир что-то не менее сильное и опасное?

- С чего ты взял, что все это взаимосвязано? - слезы высохли сами собой, а вот рассуждения Винса заставили задуматься. - Это все вообще может быть никак не связано.

- Да ну? - всплеснул руками менталист и уставился на меня с ехидством во взгляде. - Серьезно? И две последние в нашем мире стаи эграш вот вообще никак между собой не связаны? Правда? Готова подписаться под этим?

- Нет, - я уже перестала разводить сырость и теперь с интересом посмотрела на Ларкина. - Я уверена, что все это связано. Точно также, как и мои видения. И Елена говорила, что это все не просто так.

- И? - Ларкин выжидающе посмотрел на меня.

- Надо поговорить с Алирой. Есть кое-какие догадки.

- И ведьма может с этим помочь?

Я кивнула и полезла в карман за телефоном, намереваясь позвонить подружке Ройса. К тому же, сам оборотень пока в Лупгрейфе, Лекс, скорее всего, занят по самую макушку, и ему пока не до меня, а если я смогу удержать свои чувства и эмоции, он и вообще не узнает о том, что я куда-то там еще влезла. Все складывается таким образом, что никто не помешает поговорить мне с белокурой ведьмочкой. А Ларкин, если что, прикроет. Да и потом, он - умный, может тоже до чего-нибудь додумается.


## Глава 23.


Алира назначила встречу в ресторане отеля "Фелсу". Из чего можно было сделать вывод, что разговаривать, ведьма не особо горела желанием, но и отказать мне в "любезности", особенно после того, как Лекс вытащил ее практически с того света, не могла. Ларкин фыркал неодобрительно, но поделать ничего не мог, как, в принципе, и я тоже.

Ресторан одного из презентабельнейших отелей столицы встретил нас огромным количеством зеркал, хрома и света, от чего создавалось впечатление, что зал просто бесконечный, а посетителей здесь раз в десять больше, чем на самом деле.

Ведьма ожидала нас в одном из кабинетов, расположенных по периметру ресторанного зала, за не до конца занавешенной шторкой из какого-то легкого, но непрозрачного материала. Насколько мне было известно, вот такие вот приватные кабинки являлись своего рода фишкой ресторана отеля "Фелсу". Для того чтобы иметь возможность забронировать нечто подобное, надо было очень и очень постараться. А если судить по тому, как вольготно там чувствовала себя Алира, можно было сделать вывод, что она-то как раз является завсегдатаем данного заведения. Впрочем, это все проблемы Ройса, мне нет никакого дела до того, чем именно эта ведьмочка зарабатывает себе на жизнь.

- Итак, - ведьма сидела на мягком диванчике, закинув ногу за ногу, и лениво потягивала какой-то коктейль ядовитого цвета. - Чем обязана?

- Есть разговор, - я не менее удобно устроилась на низкой оттоманке и мило улыбнулась маячившему невдалеке официанту.

Алира хмыкнула себе под нос, но от дальнейших подколок воздержалась, ожидая пока мы с Ларкиным сделаем заказ. Честно признаться, я чувствовала себя вполне уверенно, и уж точно не собиралась комплексовать ни по какому поводу.

Если Алира решила, что в престижном ресторане, рядом с ней, наряженной в дорогие тряпки, я спасую или почувствую себя неуютно, то она неверно расставила приоритеты. Если кому и было неудобно, то это Ларкину и вовсе не потому, что атмосфера сложилась соответствующая, а потому, что собираясь на встречу с ведьмой, я отказалась ему что-либо рассказывать. И вот, как вывод, менталист теперь дулся на меня за то, что его не поставили в известность относительно цели нашего разговора.

Дождавшись, пока перед нами наконец-то установят бокалы и тарелки, я повернулась к ведьме.

- Итак.

- Итак, - ядовито улыбаясь, ответила мне Алира.

- Я хочу, чтобы ты рассказала мне все, что знаешь о Марсии, - выдала я, удовлетворенно наблюдая за тем, как идеально выщипанные брови ведьмочки приподнимаются в непритворном удивлении.

- А с чего ты взяла, что я буду с тобой разговаривать?

- А с того, что ты знаешь нечто такое, что скрывает ваша Верховная. И я знаю, что ты это знаешь. Так что, начинай рассказывать самую страшную тайну своей тетки.

Алира откинулась на спинку диванчика и посмотрела на меня поверх стакана. Долго так смотрела, изучающее, словно увидела нечто весьма забавное.

- С чего ты взяла, что я что-то знаю? - лениво растягивая гласные, наконец-то произнесла ведьмочка.

- С того, что я слышала ваш разговор в тот единственный раз, когда приезжала с визитом к Марсии.

Глаза Алиры еще больше округлились - она не ожидала такого, но стоит отдать ей должное, ведьма быстро взяла себя в руки.

- Так ты еще и подслушиваешь под дверью? Надо будет сказать Верховной, что ее шавки плохо выполняют свою работу.

- Не ехидничай, - я зеркально повторила позу Алиры, тоже с комфортом устроившись в кресле. - Тебе не идет. И, сразу предупреждаю, что слышала достаточно, чтобы сделать определенные выводы на твой счет.

- И какие же, позволь узнать?

Мы перекидывались фразами, осторожно прощупывая друг друга. Мне было нужно удостовериться в своих выводах, я не могла допустить ошибки, только не в этом случае. Алира же, вероятно, хотела того же, только относительно меня. Единственный, кто не участвовал в этом разговоре - Ларкин - просто молча переводил взгляд с меня на ведьмы и обратно. Выглядел менталист при этом, так, словно его привели на шоу и заставили судить. Но я была уверена, что ни одно слово, сказанное во время этой странной беседы не пройдет мимо него, будет оценено со всех сторон и рано или поздно осознанно. Затем я и взяла на эту встречу Винса, он, как никто другой, умел слушать, наблюдать и запоминать. А еще он умел делать выводы и знал намного больше, чем я.

- Изволь, - я улыбнулась и демонстративно принялась есть. Не то чтобы мне уж очень хотелось, но надо было выиграть немного времени, чтобы решиться. - Твоя мать была следующей после Сибил Альторро, - начала я, после того, как тщательно пережевала все, что положила себе в рот, - именно Анна должна была стать Верховной, в случае смерти Сибил. Но - и тут произошло самое интересное - вскоре после того, как Верховная исчезает в неизвестном направлении, на нее совершают покушение.

- Моя мать стала жертвой стаи оборотней, - зло процедила Алира, прищурив глаза.

- Исключено! - Умница Ларкин вовремя вступил в игру, перетянув внимание ведьмы на себя. - Оборотни никогда не поступят подобным образом с женщиной. Тем более, если пытаются добиться ее расположения. Они вообще не делятся между собой. Инстинкты.

- Но... - было видно, что нечто такое она уже слышала, но не хотела поверить. Вполне вероятно, что Ройс пытался реабилитироваться в глазах своей пары, утверждая, что никто из его собратьев не мог поступить с женщиной так, как поступили с ее матерью больше двадцати лет назад. - Да откуда вы вообще знаете, что именно тогда случилось?! - наконец, не выдержала ведьма и привела свой последний аргумент. - Вас там не было.

- Я видела, - это признание далось мне тяжело, хотя бы потому, что перенести нечто подобное еще раз, было выше моих сил. - И поверь, это были не оборотни.

- А кто тогда? - недоверчиво спросила Алира.

- Не уверена на все сто процентов, но подозреваю, что... эграш.

После этого признания, за столом воцарилась тишина. Были слышны звуки ненавязчивой музыки, играющей в зале, ступ приборов за соседними столиками, тихие, почти неразличимые переговоры посетителей, но в нашей кабинке, словно заклинание немоты сработало.

Чересчур светлые глаза Алиры увеличились в размере раза в три от удивления, Ларкин поперхнулся своим напитком, а я... тоже удивилась тому, что только что сказала. Странное дело, еще час назад, до начала этого странного разговора с ведьмой, мне и не думалось об Анне или причастности к ее смерти эграш. Осознание пришло ко мне вот только что, за миг до того, как я озвучила свои предположения перед ведьмой и Ларкиным. И чем больше проходило времени, тем крепче была моя уверенность в том, что все это правда.

Сразу я не могла узнать эграш, ведь впервые они попались мне на пути немного позже - в старой усадьбе Кавальских. Да и потом, в моем сне было темно и страшно, он был наполнен страхом, болью, отчаянием. Я все еще вздрагиваю, при воспоминании о том, что пришлось перенести несчастной ведьме в последнюю ночь ее жизни, но... Вот это самое но и помогло мне сейчас понять, что именно произошло двадцать с лишним лет назад, когда Анна стала жертвой, как все думали оборотней.

- Лиза, - на правах более давнего знакомого, первым взялся меня вразумлять именно Ларкин. - Ты...

- Не стоит распинаться мне по поводу того, как я не права, - перебила его и повернулась к Алире. - Признаю, что когда я увидела ту картинку, то тоже подумала о том, что все это сделали с ней именно оборотни. Ночь, крики, животный ужас от содеянного - все это перемешалось. Но потом... стоило мне встретиться с этими тварями лично, - при этих моих словах Алира и Винс синхронно поежились - один видимо вспомнил и свою недавнюю встречу с эграш, а Алира... ну кто там знает, о чем таком подумала светлоглазая ведьмочка, - я сопоставила все, что знала про оборотней, затем вспомнила тот сон. Это были эграш, Алира, я в этом теперь уверена на все сто процентов.

- Но как? - весь лоск и налет стервозности слетел с ведьмы, словно по волшебству. Теперь она была похожа на молоденькую девчонку, мою ровесницу, которая, несмотря на дорогие шмотки, выглядела растерянной и обескураженной, сбитой с толку. - Как такое возможно? Эграш... их же уничтожили за века до нашего рождения!

- Видимо, кому-то очень понадобилось возродить их снова, - я протянула руку и накрыла ладонь ведьмы, в попытке поддержать ее.

- Спешу тебя обрадовать, - Ларкин уже откашлялся и теперь снова был готов читать лекции и просвещать всех, кто будет так неосторожен и выслушает его, - совсем недавно было уничтожено еще две стаи эграш. Одна из них, обнаружилась летом, в непосредственной близости от столицы, вторая - совсем недавно, севернее. Так что кому-то, в самом деле, понадобилось возродить этих монстров.

- Алира, - в разговор снова вступила я, делая Ларкину незаметный для ведьмы знак, помолчать немного, - я действительна, должна знать, что ты имела в виду, когда говорила Марсии, что ей есть что скрывать от драконов? Если это никак не относится к моему делу, я даю слово, что дальше этого кабинета и нас с Винсом информация не уйдет.

И снова воцарилась тишина. Алира закрыла глаза и лишь судорожно выдыхала воздух. Ларкин тоже помалкивал, гневно сверкая глазами в мою сторону, но я делала вид, что не замечаю этого. Мне было важно узнать о Марсии. Очень важно, потому что... потому...

- Прости, - выдавила из себя ведьмочка, открывая глаза. - Но это внутреннее дело ведьм. Оно никак не касается ни совета, ни Кантемиресов, да и вообще - это только мое дело и...

Я не стала слушать, что дальше скажет Алира, а просто выложила на стол перед всеми кулон, снятый с шеи Ноя Де Вила.

И Ларкин, и Алира уставились на него.

- Точно такой же больше двадцати лет назад по просьбе моей тети Джинал изготовила Марсия, чтобы скрыть меня от драконов и от Теней. Этот кулон блокировал мой дар таким образом, что я не могла его использовать, но и остальные не могли почувствовать его во мне. Полгода назад, Лекс обнаружил его и забрал. С тех пор кулон хранился у него и там и остается по сей день.

- А... - Винс как обычно сориентировался первым, - откуда тогда этот?

- Я сняла его с шеи Ноя Де Вила в Лупгрейфе, - и обернувшись к Алире, добавила, четко выделяя каждое слово, - именно Ной разводил в Лупгрейфе эграш, и скармливал им живых людей.

Ведьма побледнела так, что я на минуту испугалась и даже потянулась к стакану с водой, но напрасно, Алира сделала глубокий вдох и спросила:

- Что вы знаете о ведьмах?

Стоило ли сомневаться, что отвечать на этот вопрос возьмется Ларкин? Наконец-то он почувствовал себя в своей стихии и, справившись с недоумением, с умным видом принялся вещать.

- Ведьм условно можно отнести к магическим сущностям. Но, не стоит забывать, что в отличие от магов они не имеют дара, а в отличие от оборотней - второй ипостаси. Ведьмы не живут долго, чаще всего их жизнь лишь на немного превышает жизненный срок обычных смертных. У ведьм нет магического резерва, их способности заключаются в том, что они пропускают сквозь себя энергию окружающего мира, преобразовывая ее. И для создания заклинаний ведьмам требуется подручный материал. Так как у них нет своего магического резерва и дара, то и колебать магический фон без различного рода атрибутов они, в принципе, не способны.

- Все верно, - перебила Винса на полуслове Алира. - Но не для всех. Все, что сейчас было сказано в той или иной степени можно соотнести с любой из ведьм, кроме Верховной. Верховной становится всегда самая сильная. Единственная из всех, кто способен не просто пропускать через себя энергию мира, но и собирать ее от других ведьм. В этом и различие. Верховная ведьма обладает резервом, причем, неограниченным. Именно такой был у Сибил. Она могла объединять энергию и силы не только своего ковена, а и других ведьм. Как это действует, я сама не очень представляю, но знаю, что Сибил была сильнейшей за многие поколения.

Алира остановилась перевести дыхание и обвела нас с Ларкиным настороженным взглядом.

- Помните, что вы обещали молчать обо всем, что здесь будет сказано, - предупредила она, прежде чем продолжить. - Так вот, чаще всего такими способностями обладают кровные родственницы. На протяжении многих тысяч лет, ведьмы из рода Альторро становились Верховными. После смерти Сибил, это место должна была занять ее дочь, но девочка умерла еще ребенком, - ведьма снова замолчала, было видно, что ей тяжело даются эти откровения. Но сделав глоток из своего стакана, она все-таки продолжила, периодически поглядывая то на меня, то на Ларкина, словно предупреждая, что перебивать ее не рекомендуется и все возникшие у нас вопросы придется попридержать до лучших времен. - Моя мать была дальней родственницей Сибил, и потому должна была стать следующей Верховной, но... не получилось. Мама погибла... - здесь Алира снова сделала паузу, но все же нашла в себе чилы продолжить, - а потом исчезла и Сибил.

- Это правда, что Верховная может чувствовать каждого члена своего ковена? - не утерпела я, да и если признаться, хотелось отвлечь Алиру от неприятной темы, хоть немного.

- Правда, - кивнула она. - Когда обмениваешься энергией, то начинаешь воспринимать тех, от кого взял ее, как частичку себя. Именно потому, чаще всего все ведьмы, принадлежащие одному ковену, могут чувствовать друг друга на расстоянии. Но эта связь очень слабая. Верховные же, могут чувствовать любую ведьму как саму себя. Именно потому, мы обычно знаем о смерти своих сестер.

- Но Сибил умерла. Вы этого не чувствовали? - не отставала я.

- Я не могу сказать с уверенностью. В то время, когда пропала Сибил, мне было три года, я априори ничего не могла чувствовать. Но по разговорам остальных, помню, что все воспринимали ее живой. Решили, что она оставила ковен и захотела одиночества. Такое, пусть и редко, но все же иногда случается. А когда она умерла... я не знаю. Не помню ничего такого.

- Хорошо, - в разговор снова вступил Ларкин. - Но, если право Верховной передается по кровной связи, то, как тогда Марсия смогла ею стать? Она тоже родственница Сибил?

- Вот тут начинается самое интересное, - усмехнулась Алира. - Насколько я помню из воспоминаний остальных, Марсия никогда не выделялась на фоне остальных. Она была обычной, не самой слабой, но и резерва у нее не было. А после исчезновения Сибил... он появился. И довольно-таки вместительный. По рассказам тех, кто в то время мог что-то соображать, и был старше меня настолько, чтобы понимать происходящее, это было неожиданно. И подозрительно очень. К тому же Марсия утверждала, что Сибил сама назначила ее преемницей. А поскольку поспорить с ней было некому, она стала Верховной.

Алира замолчала, молчали и мы с Ларкиным. Вот только у меня все время вертелся на языке вопрос, который я все же озвучила вслух.

- Но ведь не это является той самой страшной тайной Марсии, которую ты знаешь?

Ведьма грустно улыбнулась и покачала головой.

- Нет, не это.

- А что?

Девушка опустила глаза и принялась помешивать соломинкой содержимое своего стакана. Мы с Ларкиным напряженно следили за переливанием жидкости, в ожидании признания. И оно-таки случилось.

- Я кровная родственница Сибил. Это означает, что мне доступно немного больше, чем остальным и...

- И? - не выдержала я, подавшись вперед, чтобы быть к ведьме поближе и не упустить ни слова из ее признания.

- И я видела, что это не Марсия, - наконец, выдала Алира, откидываясь на спинку дивана. - Тело - ее, память - тоже. Но это не Марсия. Кто-то смог каким-то образом занять тело обычной, не хватающей звезд с неба, ведьмы и обеспечил ее резервом.

- И она знает, что ты в курсе? - удивился Ларкин. И я разделяла его удивление. На месте Марсии, или того, кто занял ее тело, как бы бредово это ни звучало, я постаралась бы сделать все возможное и невозможное, чтобы свидетелей в живых не осталось.

- Я отказалась от своей сущности и уже много лет не практикую, - лишенным эмоций голосом, поведала ведьма. - А Марсия клялась, что ничего плохого не делала, и все это получилось случайно.

- Но... - у меня не было слов, чтобы высказать все, что сейчас закипало внутри. А сказать что-то надо было.

Перевела взгляд на Винса, менталист сидел, сосредоточенно сдвинув брови, и о чем-то размышлял. В ближайшее время, он для всех потерян. Судя по отстраненному выражению на лице, Ларкин ухватил какую-то мысль и сейчас что-то просчитывает и продумывает. Значит, вероятнее всего, скоро мы можем узнать много интересного - в способностях бывшего напарника сомневаться не приходилось.

- Я понимаю все, что ты можешь мне сказать, - очень тихо произнесла ведьма, не глядя на меня. - Но до сих пор у меня не было причин не верить Марсии. Я обрубила все концы, ушла из ковена и перестала практиковать, отказавшись от своего наследия. Но сейчас...

Ведьмочка протянула руку и прикоснулась тонкими пальцами к кулону. Камень качнулся, и его грани заиграли всеми цветами радуги в свете электрических светильников.

- Это делала Марсия. И нет никакого сомнения в том, что она виновата. Две ведьмы никогда не смогут сотворить одинаковые артефакты или амулеты. Похожие, имеющие сходные свойства - сколько угодно. Но одинаковые - никогда. А если все так, как ты сказала, то...

- То Марсия если и не виновна, то точно имеет отношении, как минимум, к выведению эграш, - вступил в разговор Ларкин. - Если этот кулон был на шее того, кто следил за ними в Лупгрейфе, то нет сомнений, что она имеет непосредственное отношение к возникновению стай. А еще, не стоит забывать, что первый раз мы столкнулись с этими тварями в старом поместье Кавальских, недалеко от столицы. Именно в том месте, где было обнаружено тело Сибил.

- Мне бы еще очень хотелось узнать, какое отношение она имеет к Ною, - буркнула я. - Он маг, а Марсия...

- Не выносит магов, - закончила Алира.

Мы с ней переглянулись и одновременно повернули головы в сторону менталиста.

- Что? - вскинул брови Ларкин.

- Какова вероятность того, что маг может заметить, что Марсия - это не Марсия?

Винс задумался. Надолго. Все это время, что Лакрин раздумывал и прикидывал вероятности, мы с Алирой молча переглядывались.

- Вообще. Я никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным. И даже не помню, чтобы читал о чем-то таком. Но, вероятность, что сильный маг сможет рассмотреть внутри ведьмы другую сущность все же имеется. Все зависит от того, что это за сущность.

- Подробнее, - попросила я Ларкина. Вот когда не надо, то его не заткнуть, а когда его знания на самом деле очень и очень ценны, менталист начинает умничать и темнить, стараясь избежать разговора. Меня всегда бесила эта его черта.

- Подробнее не скажу, потому что не знаю. Но если предположить, что та сущность, что поселилась в Марсии, когда-то принадлежала магу, то вывод напрашивается сам собой. Резко появившийся резерв у ведьмы, которая раньше его не имела, мог остаться в наследство от паразита - будем его так называть. И тогда есть вероятность, что это магический резерв, а значит... есть вероятность того, что и зачатки дара тоже остались.

- А если есть дар, то и другой маг может почувствовать его в Марсии, - закончила я мысль за Винса. - Любопытно.

- Что именно? - спохватилась Алира.

Вообще с тех пор, как мы с Ларкиным принялись обсуждать Марсию и вероятность того, что любой маг мог почувствовать в ней своего собрата, девушка сидела очень тихо и лишь глазами сверкала в нашу сторону.

- Что именно? - переспросила я, чтобы выиграть немного времени и подумать, о чем стоит рассказать. Выдавать никаких секретов, мне не хотелось, но с другой стороны, сотрудничество с ведьмочкой на данном этапе нам на руку. - Лекс говорил, что Сибил вела активные переговоры с Советом. Она хотела, чтобы ведьмы присоединились к магам и остальным сверхъестественным созданиям. А когда место Верховной заняла Марсия, то все взаимодействие с ведьмами разом прекратилось. Даже наоборот - стало еще хуже. И что это означает?

- Что? - Алира подалась вперед, а Ларкин хмыкнул и продолжил мою мысль - все-таки как замечательно, что мы с ним можем понимать друг друга с полуслова.

- А то, что дар она точно сохранила и знала, что попадись ей на пути маг или оборотень, он в ней это почувствует. Потому и порвала все отношения с Советом и с драконами.

- Марсия особо ненавидит драконов, - задумчиво произнесла Алира. - Она просто кипит от ярости, стоит в ее присутствии упомянуть Виктора Кантемиреса.

- Ну, - усмехнулся Ларкин, - это еще ровным счетом ни о чем не говорит. Виктора Кантемиреса большая часть сверхъестественного сообщества ненавидит и половина смертных - тоже.

- Да, но... - Алира задумалась на минутку, а затем все же продолжила свою мысль. - А как можно узнать, что именно за сущность в Марсии? И куда делась сама Марсия?

- Не знаю, - Винс покачал головой. - Я вообще никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным. Но, наверное, можно спросить.

- И ты думаешь, она ответит?

- Все зависит от того, кто будет спрашивать, - с едва заметной усмешкой на губах, произнес Винс.

- Ну, тогда, чего мы сидим!? - Алира вскочила на ноги и, подхватив свою супер-модно-дорогую сумочку, направилась к выходу.

Ларкин не долго думая поспешил следом за ней. И только я осталась сидеть на месте. Не сказать, что я не хотела присоединиться к этим двоим и поучаствовать в допросе Верховной ведьмы, которая на самом деле оказалась не совсем ведьмой, но...

Вот это "но" меня и останавливало. В памяти все еще были свежи воспоминания о событиях в Лупгрейфе. Тогда я тоже сломя голову рванула в тихий и совершенно не опасный, на первый взгляд, городок. Никому ничего не сказала, и в результате получилось то, что получилось.

Больше я таких глупостей совершать не собираюсь.

- Лиза? - Ларкин первым заметил, что я осталась сидеть на месте.

- Прежде чем идти к Марсии и устраивать ей допрос, мы должны, как минимум, разработать план. Или вы всерьез считаете, что она так впечатлится вашим присутствием, что возьмет и все выложит? - я не скрывала ехидства.

- И что ты предлагаешь? - ощетинилась Алира. - Сидеть и размышлять, вместо того, чтобы действовать. Эта дрянь вполне возможно виновна с гибели моей матери, и абсолютно точно, она замешана в том, что случилось с Сибил. Я не собираюсь все так оставлять! В конце концов, именно я должна была стать Верховной до того, как она появилась. Так что пришла пора поквитаться за все!

Алира не стала ждать нас и упрашивать тоже не собиралась. Она просто развернулась и покинула зал ресторана. Ларкин же вернулся за столик и внимательно посмотрел на меня.

- Что еще ты задумала? Есть что-то, что тебя тревожит, я это чувствую.

Я опустила глаза. Винс в самом деле, слишком хорошо меня изучил. Он мог угадывать мои мысли, чувствовать настроение и уж совершенно точно, Ларкин мог безошибочно определить, когда я что-нибудь скрываю. Не знаю, что именно являлось тому причинно - что мы с ним слишком сблизились в последнее время или его дар менталиста, но утаить что-то он Винса для меня было почти так же сложно, как спрятать свои эмоции и чувства от Лекса.

- Видишь ли, - нерешительно начала я, потому что и сама не до конца понимала, что именно останавливает меня и не дает немедленно приступить к плану, предложенному ведьмой. - Я все никак не могу выбросить из головы все те преступления, которые произошли в столице за последние полгода. А ведь их было намного больше, если подумать.

- Я тебя не понимаю.

- Все просто Винс. Все эти ритуалы, все смерти были нужны лишь для одного. Кто-то хочет воскресить из мертвых кого-то. Мы не знаем, кто этот кто-то и даже представления не имеем, кого именно он желает вернуть к жизни. Но, что-то подсказывает мне, что Марсия во всем этом замешана по самые уши. Не зря они видны практически отовсюду.

- И что ты предлагаешь?

- Предлагаю не пороть горячку и во всем признаться Лексу.

Ларкин скривился так, словно съел лимон. Но я не обратила на это никакого внимания. Хватит, надействовались уже. Если подумать и разобраться, то еще ни разу наши с Винсом злоключения не заканчивались благополучно. Всегда что-то происходило, после чего приходилось в том или ином случае прибегать к помощи Лекса.

- Мне не очень хочется... - начал было Винс, но я снова его перебила.

- Прости, но дело слишком серьезное. Я не могу бросаться в омут с головой на свой страх и риск. Мы понятия не имеем, с чем именно связались и чем все это может закончиться. Так будет правильнее.

Ларкин соглашаться не хотел. Он приводил все новые и новые доводы, которые я разбивала в пух и прах, аргументируя тем, что все это очень серьезно. Слишком сложно, для нас двоих. Наконец, Винс сдался, нехотя, правда, но все же признал мою правоту.

Теперь нам предстояло самое сложное - рассказать обо всем Лексу и убедить его в том, что и я, и Ларкин имеем полное право принимать участие в расследовании. И если еще пользу от менталиста, Лекс будет готов признать, то я очень сильно сомневалась, что лично меня уже завтра не запрут в Шартрене, подальше от магов, ведьм и всего опасного.

Но, с другой стороны, пусть так. Главное - чтобы в результате моих необдуманных поступков кто-нибудь не пострадал.


## Глава 24

.

## Глава 25

.

## Глава 26

.

## Глава 27

.

## Глава 28

.

## Глава 29

.

## Глава 30

.

Эпилог. dd>   Эта история наконец-то закончена. Она писалась один год и 28 дней.

И да, я счастлива, что теперь с уверенностью могу написать слово КОНЕЦ.


Хочу сказать спасибо всем, кто на протяжении всего этого времени был со мной, кто следил за продами и терпеливо переносил мое нытье, кто поддерживал меня комментариями и оценками.

Без вас, мои хорошие, этот цикл вряд ли бы вообще появился.

Всех люблю!!!