# Таёжные тропы. Рысь. Глава. 1 Охота. Повесть

Сергей Анатольевич Никитин

## Глава 1. Таёжные тропы. Рысь.


Я - хозяйка северного леса,

Полноправная владелица тайги.

Среди кошек - первая принцесса...

Ты с моей тропы поскорей беги.


Неизвестный автор


Охота - это добывание пропитания, это единение с природой, это хобби и это, в конце концов, образ жизни. Охотник - самая древняя профессия. Благодаря охоте человек выжил и впоследствии эволюционировал. Кроме того есть и неписаные правила, называемые "этикой охоты" или "охотничья этика". Есть правило, соблюдение которого желательно или даже обязательно в любом случае. Оно гласит, что нужно обязательно добрать раненное животное. Есть охотники потомственные, правильно воспитанные и наученные отцами и дедами, соблюдающие традиции и законы дикой тайги. Они не станут добывать самку и брать больше чем надо.


К добытому зверю уважение имеют, не станут наступать ногами на добычу, не бросят останки, уберут за собой, обряды простые исполнят. К этой славной когорте охотников - промысловиков относился и Федотов Кузьма. Вообще редко кто испытывал желание "покалякать" с ним о жизни у ворот перед сном грядущим, то есть помериться силушкой. Он верил только отцу - Илье Афанасьевичу.


Отцовскую житейскую мудрость принимал безоговорочно. Знал в жизни одно - работать. И работал от зари до зари - молча, терпеливо и упорно ! Было в его лице что - то до боли привлекательное: что - то сильное, зверское и мягкое, поразительно нежное - вместе взятое. Умел разговаривать с людьми, иногда улыбался.


В глухих таёжных местах ещё встречались пожилые люди, на которых лежал отпечаток перенесённых в дореволюционное время бедствий, тяжёлого труда и нищеты. Они испытывали жестокую эксплуатацию, не раз были жертвой обмана, а их чувства подвергались унижению.


Они знали, что такое голод, умели безропотно переносить невзгоды, и в то же время были полны бодрости и ясных мыслей. В своей памяти они хранили многое, что не записано в истории их края. В них жила необыкновенно чистая, доверчивая любовь к людям, животным и вообще к природе. Именно таким и был его отец - Илья Афанасьевич. Это был среднего роста, крепкий старик лет шестидесяти, с волевым лицом. Тугая и светлая кожа только на лбу была пересечена сеткой глубоких морщин. Карие глаза, подвижные как ртуть, в одно мгновенье осматривали окружающий мир. Сверху губы были опушены мелкой порослью усов. Лицо простое, добродушное, на нём как в зеркале отражался сильный и железный характер пожилого мужчины.


С первой встречи люди чувствовали к нему уважение и привязанность. Илья Афанасьевич Федотов был очень рачительным и бережливым хозяином. Он хорошо запомнил, какой ценой и какими лишениями платил в прошлом за фунт муки, за аршин дрянного ситца, что даже и теперь они для него казались драгоценными. Об этом ему всегда напоминали не разгибающаяся спина, больные ноги и скрюченные в суставах пальцы. Какую суровую школу нужно было пройти этому человеку, чтобы в шестидесятилетнем возрасте сохранить страстную любовь к жизни !


Это она заставляла его сердце биться, спасала от проклятого холода Сибири, отгоняя старческую немощь... Именно Илья Афанасьевич передал бесценный охотничий опыт своему среднему сыну - Кузьме и он всегда за это был ему бесконечно благодарен. В их тёплом и комфортном доме ежедневно шёл разговор о схватке с хищным зверем.


Он сызмальства видела, как отец, придя с охоты, снимал шкуры с пушных зверей. Отец часто рассказывал интересные, полные приключений и драматизма, случаи происходившие с ним в дикой тайге, а маленький пострелёныш - Кузя с широко раскрытыми от восторга глазами слушая эти невероятные рассказы уже мечтал только об одном - стать настоящим охотником !


Именно охота и рыбалка в дальнейшем и стали любимыми его занятиями. Когда - то над его спиной добросовестно поработал и огромный бурый медведь, оставив отметины от когтей между лопатками. От такой "ласки" у охотника остались косые зарубцованные шрамы. В его доме целый шкаф Зверобой забил всевозможными охотничьими снастями: капканами, ловушками, патронами и рыболовными сетями. Сын Сергей любил наблюдать за его колдовскими манипуляциями с порохом, патронами и пыжами.


Иногда папа разрешал мне самому отмерять специальной меркой порох и дробь для патронов. Сергею очень нравился запах пороха и специального смазочного масла для ружья. Зимними вечерами я заворожено наблюдал, как он ловко и резво плетёт рыболовные сети двойным узлом. Со стороны это казалось так просто. Впоследствии я тоже в совершенстве научился этому мастерству !


В таёжных глухих деревнях многие промышляли пушниной, для простых охотников иногда это единственный источник доходов. За один сезон можно было наловить столько пушных зверьков, что хватило бы на мотоцикл или подержанный Москвич. В Советском Союзе существовали специальные заготконторы, куда охотники сдавали пушнину, грибы, ягоды и лекарственные травы. В один год Кузьма благодаря пушному промыслу купил для сыновей: Юрия и Сергея настоящий новый велосипед !


В этом промысле ценилось не столько количество, сколько качество и порода пушных зверьков. Самым ценным являлся соболий мех и бобровый. Самый дешёвый - хорёк и ондатра. Охота на пушных зверьков шла в основном зимой, когда у животных имелся самый густой мех и в это время они не ухаживают за детёнышами. Но некоторые горе - охотники ставили капканы летом. Зимой охотники промышляли, добычу посерьёзней: лосей, волков, рысей, медведей и косуль.


Благодаря зимней охоте Кузьмы его семья всегда была обеспечена мясом. Лосятина и зайчатина намного вкуснее, чем мясо домашних животных. Он в молодости обладал высокой популярностью в охотничьих кругах. У него присутствовала чуйка и интуиция на большого дикого зверя, на его повадки и места обитания. Многие местные мужики ценили это и часто напрашивались с ним на охоту. Он принимал любого, кто мог составить ему компанию. Когда зима посыпала чёрную землю первым, еще тёплым снегом, весь дикий мир, словно по мановению волшебной палочки внезапно замирал. Большинство зверей и птиц видели снег впервые в жизни.


Два - три дня они добросовестно таились, не вставая с лёжки, привыкая к резкой смене природной обстановки. Потом голод невольно заставлял их выходить на белые поля. Серые зайцы, ярко - рыжие лисы, серые волки и рыси лишались привычной маскировки, становясь уязвимыми даже для малоопытного охотника, потому что были отчётливо видны издалека. Чтобы уцелеть, зверьё, как правило, переходило на ночной образ жизни.


Днём животные отсыпались, прячась от сырости и ветра, а ночью отправлялись искать пропитание, временно покидая свои уютные лежбища - квартиры. Охотников - новичков зимний вид охоты учит выносливости, распознавать следы зверей, думать на шаг вперёд и конечно же терпению. Сибирские трущобы на многие километры в округе деревни Александровки таёжник - Кузьма исходил вдоль и поперёк, в тайге бывал неоднократно в одиночку. В тот год зима долго топталась где - то, не решаясь прийти.


А уж пришла, так не обрадовались. В сибирские края пришли аномальные морозы. И с каждым днём они всё больше и больше крепчали. Температурный столбик резко скакнул, опустившись до ; 37╟С, а позднее морозец прижал до ; 40╟С и ниже. Стояла суровая сибирская зима, плотный белый туман с раннего утра собирался над деревенькой, а к исходу дня застывал, словно гипс или цемент.


Однажды Кузьма возвращался с охоты с лайкой Караем из дикой тайги, где провёл несколько дней, ночуя в небольшой избушке - зимовье. Когда охотник прошёл половину пути у бывшего поселения Татарки вблизи Каменки речки погода резко испортилась. Зверобой прибавил ходу, надеялся проскочить эти места без приключений. Но вдруг тайга словно ожила. Небо резко потемнело. Налетел свирепый северный ветер, деревья закачались под его сильными порывами. Внезапно поднялась и забушевала знатная вьюга.


Небо заволокло тяжёлыми тучами и в округе резко потемнело. Повалил густой снег. Он пошёл сплошной стеной, облепивший деревья мохнатыми и тяжёлыми белоснежными шапками... Ресницы, щёки и губы у охотника так обледенели от застывающего на воздухе дыхания, что под ледяной коркой не было видно лица. Это придавало ему вид, какой - то призрачной маски, могильщика из потустороннего мира, совершающего погребение призрака. Но это была не призрачная маска, а человек, проникший в страну скорби, насмешки и безмолвия, смельчак, вложивший все свои жалкие силы в дерзкий замысел и задумавший потягаться с могуществом мира, столь же далёкого, пустынного и чуждого ему, как и необъятное пространство космоса.


Кузьма передвигался на широких, самодельных, охотничьих лыжах молча, сберегая дыхание для ходьбы. Почти осязаемое безмолвие окружало их с лайкой Караем со всех сторон. Оно давило на разум, как вода на большой глубине давит на тело водолаза. Оно угнетало безграничностью и непреложностью своего закона. Оно добиралось до самых сокровенных тайников сознания охотника, выжимая из него, как сок из винограда, всё напускное, ложное, всякую склонность к слишком высокой самооценке, свойственную человеческой душе.


Оно внушало ему мысль, что он всего лишь ничтожное, смертное существо, пылинка и мошка, которая прокладывает свой путь наугад, не замечая игры слепых сил природы. Морозная сибирская глушь не любит движения. Она ополчается на жизнь, ибо жизнь есть движение, а сибирская трущоба тайги стремится остановить всё то, что движется. Она заморозила воду в речушке Улуйке, чтобы задержать её бег к могучим рекам: Чулыму и Енисею и далее к Северному Ледовитому океану.


Да, сурова сибирская тайга. И плохо тому, кто слаб в борьбе или не верит в свои силы. Природа беспощадна к нему. Дикая природа всегда пытается убедить человека в его беспомощности, но она бессильна противостоять человеческому разуму, смелости и безграничному упорству ! Она высасывает соки из деревьев, и их могучие сердца коченеют от стужи, но с особенной яростью и жестокостью сибирская глушь ломает упорство человека, потому что человек - самое мятежное существо в мире.


Потому что человек всегда восстаёт против её воли, согласно которой всякое движение, в конце концов, должно прекратиться. Из всех видов живых существ люди единственные кто погребает своих мертвецов, бальзамирует их или сжигает в крематориях. Они отличаются от остальных представителей природы не только членораздельной речью, но и заботливым обращением с останками себе подобных.


Над таёжником и Караем высоко прошумел могучий холодный ветер. Мимо пронёсся вихрь, бросая в лицо заледеневшие крупинки снега. Из глубины долины со стороны Татарского моста и Сербища надвигалась мутная завеса непогоды. По поляне у Долгого озера метался густой колючий ветер - бродяга, то и дело, меняя направление. Ветер продолжал кружиться над ними, гулко воя словно стая голодных волчар, вздымая столбы снежной пыли.


С севера надвигался буран со всей неумолимой силой и могуществом. Всё вокруг засвистело, закружилось, завертелось в бешеных вихрях. Потекли по застывшим бугоркам струйки снежной пыли, зловеще зашипела позёмка. Природа будто нарочно поджидала, когда они окажутся именно в этом месте, чтобы обрушиться на них со всей своей яростью и гневом. Поднималась метель. Снежные хлопья непрерывно падали на землю, словно стараясь скрыть следы человеческого вмешательства в жизнь природы. В этой снежной завесе можно было разглядеть две фигуры, постепенно скрывающиеся в таёжных дебрях.


Человек и собака, бредущие в новую жизнь. А погода всё больше и больше свирепела. Сумасшедший холод и стужа сковывали дыхание, заползая в щели одежды и ледяной струёй окатывая вспотевшее тело. А в голове у охотника кружился клубок не распутанных мыслей. Сопротивляться не было сил, но охотник твёрдо знал, что надо добраться до ближайшей еловой чащи. Кузьма шёл почти наугад. Рядом бежал, поскуливая охотничий пёс Карай. Его морда от влажного дыхания покрылась густым инеем.


Он часто приседал, визжа, как бы пытаясь остановить охотника. Иногда вблизи отставал и жалобно выл. Но слепая преданность заставляла его снова и снова идти за хозяином. Карай поминутно падал в снег, зубами выгрызая лёд, приставший к подошвам лап. А пурга продолжала, кружился над ними, злобно воя голодным бесом, и как бы в доказательство своего могущества усиливала напор колючего ветра. Холод, словно коршун, овладевая добычей, всё глубже и глубже запускал когти всё глубже и глубже. Он проникал во все поры тела охотника, леденя кровь. Уже после 10-ти километров трудного пути в мышцах ног появилась сильная боль, которая усиливалась с каждым шагом.


Продолжение следует ...