Новиков Олег Викторович: другие произведения.

Хроники Клада (Первая стадия)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Хроники Клада" написаны совместно с Новик М.Ю. В первой части два человека с разными целями летят на отдаленную планету...


  

ХРОНИКИ КЛАДА

1 часть: Первая стадия

  
  
  
   ОГЛАВЛЕНИЕ:
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Пролог
  
   - Вы полагаете, что в данный момент полноценный контакт невозможен?
   - Да, несмотря на высокий уровень цивилизации, они находятся в разобщенном состоянии. И дело не только в отсутствии единого органа управления, но и в разных социальных системах.
   - Может быть, сам факт контакта сможет сплотить их?
   - Маловероятно. Все наши стратегии строятся на взаимодействии с единым центром. В противном случае возникают точки напряжения, которые способны полностью уничтожить цивилизационные отношения.
   - Да, нам это не надо.
   - Есть варианты, при которых мы вводим внешнее управление, но это значит, что мы подстраиваем их под себя. А у них должен быть свой путь.
   - Согласен. Тем более, брать на себя ответственность за чужое развитие...
   - Вот именно. Они сами должны выработать у себя необходимую норму ответственности.
   - Значит, других вариантов нет?
   - Нет. Но есть предложение: найти подходящих кандидатов и через них попробовать внедрить базисные установки.
   - Смогут ли они воспринять эти установки... Кто-нибудь на примете есть?
   - Пока нет.
   - Тогда будем продолжать наблюдение...
  
  
  
  
   Эпизод 1
  
   Пустующая, мягкая чернота вселенной разверзла свои холодные объятия над звездочкой корабля. В этой туманной пустоте было что-то манящее, отражавшееся трепетом в сердце.
  
   В конце 23 века человеческая цивилизация раскинулась на несколько десятков световых лет от материнской планеты. И фактически нигде не нашла присутствия жизни. Только голые безжизненные планетоиды или газовые гиганты. Но была только одна планета, на которой нашлась цивилизация, сходная с земной, периода железного века. К этой планете и лежит мой путь, там я должен встретиться со старым другом...
  
   Глеб перечитал написанное. Поморщился. Перечитал заново. Звучало как-то напыщенно и претенциозно. А если так:
  
   ...А там на границе, на дальней границе второго сектора проникновения на "закрытой" планете находился Он. Отдаленный от Глеба толщей времени и расстояния Андрей стал для него почти идеалом. Добрая дружба юности оставляет нерастворимый осадок на души, отданные друг другу. И то, прежнее, не изгладится. А перед глазами у Глеба стоял один из их последних боев в Карпатах, один из последних боев. Тогда, управляясь двумя ятаганами, он ненароком рассек Андрею плечо.
  
   ...нет, все не то. Не получается обещанной книги. Даже ее начала. Отложим до подходящего настроения, все равно путь не близкий. Посмотрим, что у нас есть для души.
  
   Глеб переключил СВИток в положение трансляции. Так, "Гладиатор большого шлема", "Право на жизнь", "Отдаленное настоящее" ... Вот! Откроем-ка старую добрую "Тысячелетнюю тоску": сборник старинных новелл разных авторов. Читано уже неоднократно, а все как-то тянет периодически перечитать. Такое ощущение, что сам писал.
  
   Глеб притушил свет и погрузился в чтение:
  
   Лето...
   Вновь на серебряный Север потянулись гусиные стаи.
   Мне же сердце тоскливой метелью замело и никак не оттает.
   Не залить это пенною брагой, не отделаться легкою вирой.
   Лучше б сакс, в лютой давешней сече угодил мне по шее секирой.
  
   Не томился я тяжко дотоле, и дружина одобрит едва ли,
   Жаль, что скотты в последнюю стычку, мне под ребра копья не вогнали.
   Нынче был бы, надеюсь, в Вальхалле.
  
   Йорвик - город не бедный и славный, только мне здесь и затхло и тускло.
   Шум пиров, славословие ярлов, проку в этом, что в брюкве с капустой.
   Негасимою искоркой память греет явь мою доброй надеждой.
   Пряный бриз италийского брега ощутить я желаю, как прежде.
   ...
  
   Глеб Вершинин познакомился с Андреем Семиреченским во время одной из практик третьего цикла. Тогда они вместе работали по контракту с Корпоративным Альянсом, обустраивая новые миры для вероятных переселенцев. Сложная неприятная работа позволяла отдать долг обществу, которое многое вкладывало в свою молодежь. Планеты разного типа, но все безжизненные, неприспособленные даже для кратковременного пребывания на своей поверхности без защиты. Их названия пока не соответствовали их предназначению, - Правда, Новый Завет, Иллича, - но отражали надежды первооткрывателей.
  
   Все это было в относительной близости от старой Земли, не более 20 световых лет. Один нырок в подпространстве. Теперь Глеб отправлялся практически на край исследованной человечеством Вселенной. Лететь предстояло несколько месяцев. И хотя часть путешествия осталась позади, нужно было выдержать еще немало.
  
   Глеб изначально планировал отказаться от гибернации или гипносна на время полета. Спланировал себе примерный режим дня - сон, подъем, тренировка, прием пищи, изучение старательно собранных архивов, вторая тренировка ... - да что толку! Вдохновение вещь тонкая, а полет в подпространстве - это не легкая прогулка при хорошей погоде. Это скорее тяжелая прогулка с грузом при погоде плохой. Когда ноги скользят, а дыхание сбивается. Попробуй-ка на бегу привести свои мысли в порядок. Но кто сказал, что будет легко?
  
   Первые дни делать вообще ничего не хотелось. Только лежать, закрыв глаза. Без сна. Сна почему-то не было. Можно было воспользоваться стимуляторами компенсационной капсулы, но Глеб не хотел позволять себе никакой слабости. Сначала заставил себя делать разминочные упражнения. Потом перешел к силовым пробежкам. Помещение было достаточно просторным, чтобы трансформироваться в небольшой спортзал. А потом - в уютный холл со всеми удобствами по желанию элитного пассажира. Но вдохновение в эти удобства не входило.
  
   * * *
   Горный лес большой и тёплый раскинул свои хвойные объятья от косогора до косогора, покуда была возможность глядеть. Лес был тёплым потому, что потоки холодного ночного воздуха с вершин не могли продраться сквозь сплетенные кроны высоких деревьев. Но продраться могли лишь те, кто сами себя называли детьми рары. Лес был добрым и всякий двуногий ступая на эту почву мог не опасаться, что вдруг попадётся неведомому зверю. Можно было спокойно собрав съедобных кореньев и грибов здесь же испечь их на углях из хвороста. Можно было улечься прямо на мшистых камнях под деревьями и чутко проспать до следующего дня. Здесь не было ни докучливой мошкары, ни спиногрызов с ногохватами, которыми изобиловали межгорные равнины.
  
   Младшие братья народа Ран, все из разных племён жили на границе этого леса в наиболее тёплый период времени и познавали тяжкую воинскую науку от немногих старших. Но теперь два десятка из них отрядили в самую чащу, чтобы добрались до текущей через лес реки и набили перемётные сумы речными моллюсками и рачками. Отряд вёл Спрада-Гё, наиболее опытный из младших братьев и уже ходивший в этих местах. Хоть и ничего не опасались, шли сторожко, не издавая лишних звуков, будто были на вражьей полосе. Это было частью воспитания будущих воинов, где всякий плат или верзовит тут же и воин, если возникнет нужда. Шли налегке, лишь Спрада-Гё и замыкающий отряд Сейта-Семи-Га имели при себе по дротику и клыку. Остальные несли на поясе лишь хозяйственные ножи и самый упитанный тащил топор. Будущий воин не должен быть толстым...
  
   Спрада-Гё шагнул и остановился. И нагнувшись сорвал несколько тёмных ягод с куста. Вся колонна, не торопясь, сделала то же. Впереди, сорвавшись с дерева, застрекотала лесная крылатка. "Это хорошо... Это чтобы я не забыл." - подумал парень.
  
   Немного выше по течению от обычного места сбора моллюсков был приметный широкий разлив лесной реки. И там на обоих берегах активно гнездилась речная птица и можно было собрать немного яиц. Почему немного? Потому, что никто не ставил целью истребить всё поголовье. Но побаловать себя тем, что ценно, почему бы нет.
  
   Вот, пришлось немного замешкаться, обходя свежий бурелом. Один из парней мигом срезал ветку-рогатульку. Пару мгновений Сейта-Семи-Га прождал его и двинулся дальше, нагоняя колонну тем же порядком. Пожалуй, это важно было понять и ощущать каждый миг. Соблюдая эти невесть кем заведённые правила каждый рарог сознавал, что поддерживает порядок Мировой, чтобы звёзды вдруг не посыпались с неба.
  
   Спрада-Гё шагал знакомой тропкой, которая кое-где уже затянулась кустами. Раз ему попалось сообщество слизней и поскольку он считал главным уделом командира - терпеть, то терпеливо указал это место остальным бредущим. Группа на мгновение сгрудилась. А потом парень с топором на поясе догнал старшего и протянул ему жирного слизня. Слизень аппетитно ворочался. Конечно, это был небольшой болотный слизень. Но в походе сгодится и такой.
   - Ты нам нужен не уставший и довольный и родичи твои, братья старшие всем горам нужны такие же довольные. Ты нам добычу указал, а я с тобой поделился...
   - Спасибо за доброе слово. - И Спрада-Гё принял подношение, однако спросил: Сам то поел что ли?
   - У меня то добрый запас, - и похлопал себя по брюху - когда ещё без него останусь.
  
   Спрада-Гё ухмыльнулся, привычно разорвал слизня пополам и половину протянул топороносцу.
   - Успеешь ещё исхудать...
  
   Все улыбались жуя. Издали потянуло сыростью.
   - Река уже близко. Не мешкаем. Верно, Семи-Га?
   - Верно, Спрада-Гё. Не заплутали.
   - Два дня нам на ловлю, да два дня на дорогу обратно. Не мешкаем.
  
   Светило клонилось к закату. А впереди уже стал различимым шум воды по камням.
  
   Эпизод 2
  
   Здрав будь, друже, во всех пространственных измерениях... как говорят новоисламисты!
   Я тут заинтересовался философией религий - вот и тренируюсь.
   Получил от тебя странное письмо, даже не знаю, как на него реагировать. Я понимаю, что у тебя много всяких дел и забот, не сравнимых с моими, но все еще надеюсь получить от тебя информацию, полезную для моих размышлений. В свободном доступе я этих сведений не нашел. Не потому, что они секретные, а просто потому, что они неинтересны никому, кроме специалистов. Я имею в виду планету, на которой (или у которой?) ты сейчас обитаешь.
  
   Про Клад известны только общие астрономические сведения, которые мне как раз мало интересны. Мне же было бы крайне любопытно, чтобы ты подробнее осветил следующие моменты:
   1) Каковы географические и климатические особенности на поверхности? Я знаю, что там имеется единственный небольшой материк (или, судя по размерам планеты - большой остров), частично окруженный горами. Остальную поверхность занимает неглубокий, но очень соленый океан.
   2) Насколько разнообразен животный и растительный мир? Мне попадались заметки, из которых можно было сделать вывод, что он очень скуден. Что странно, если это так.
   3) Насколько большое разнообразие внутри местной цивилизации? Есть ли отдельные виды, семейства, расы... От кого они произошли?
   4) Особенно интересуют их верования и религиозные обряды.
  
   Не думаю, что тебе будет сложно выполнить мою маленькую просьбу. Часто писать не могу. Ты знаешь, что посылка свифт-сообщений на такие расстояния стоит значительных средств. А посылать их обычным маршрутом и ждать ответа год - малоприятное удовольствие.
  
   Теперь немного о себе.
   Я развязал отношения с женой. "Прошло, прошло очарованье, с цветка осыпалась пыльца"... Пока живем вместе. Но мне это дается с трудом. Периодически думаю о том, что и где пошло не так. Но накатывает такая тоска, что хочется бежать на край света. Кстати, вам там работники на Базе не нужны? Про мои таланты ты в курсе, может быть на что-то и сгожусь. Ну или податься в новый ислам?!
  
   Вот понимаешь, для жены я - мертвый. Говорит, что остановился в развитии. Внимания ей не уделяю. Да и пользы от моих занятий никакой. То ли дело ее новый друг. Он занимается перевозками в пределах нашей системы. А я сижу в своих историях... ну кому это нужно?
  
   Но это - мои проблемы, я их написал тебе не для того, чтобы пожаловаться. Просто уведомляю, что твои ответы смогли бы мне помочь.
  
   Глеб перечитал свое письмо. Вздохнул. Видимо, Андрей его не получил. Ну что ж, бывает, свифты теряются, и никто в этом не виноват. Другой более быстрой связи между различными звездными системами человечество пока не изобрело. Глеб знал в общих чертах по обучению на 2-ом цикле как это происходит. В заранее заданный сектор пространства на сверхскорости, недоступной для живых организмов, выводится автоматический зонд, который уже на месте со световой скоростью передает пакетные сообщения, принимаемые станциями слежения. И так несколько раз, в зависимости от расстояния. Очень похоже на старинную перекладную почту. Это позволяет ускорить обмен информации в десятки раз по сравнению с самым быстрым транслайнером-клиппером, но все равно на доставку даже срочного сообщения могло уходить несколько дней. Нашим предкам на Земле было удобнее в том смысле, что они были заперты в ограниченном пространстве, и получали информацию с помощью радиосвязи моментально.
  
   Раздался сигнал входной двери.
  
   В проеме стоял штурман корабля. Первый штурман, если быть точным. Глеб знал, что всего их трое. И двое механиков, в задачу которых входил контроль внутренних механизмов корабля.
  
   Штурман зашел внутрь, огляделся:
   - Я смотрю, вы настроились серьезно, товарищ Глеб. Весь полет так выдержите? 
   - Так вроде никаких проблем нет, - пожал плечами Глеб, - конечно выдержу.
   - Это ваше право. Но через полчаса мы будем выходить в обычное пространство. Я бы настоятельно вам рекомендовал воспользоваться компенсационной капсулой. Это будет недолго, не беспокойтесь. Потом мы опять уйдем в подпространство.
   - Послушайте, я всегда хотел спросить: почему нельзя сделать один прыжок и сразу попасть на Клад?
   - Вы принцип движения в подпространстве представляете? 
   - В общих чертах...
   - Значит должны знать, что мы не можем постоянно в нем находиться. Периодически необходимо выходить в обычное пространство и корректировать направление полета.
   - Знать-то я знаю, но понять не могу.
   - Тогда такая аналогия. Она не полная, но поможет вам представить суть. Вот вы плывете по воде. Медленно. А чтобы поплыть побыстрее, вам надо нырнуть на глубину. Само погружение практически мгновенно.
   - Э-э-э, так не бывает.
   - Я же говорю: аналогия. Включайте воображение. Вот вы определили, куда желаете плыть, нырнули, и проплыли под водой определенное расстояние. Затем вынырнули. Проверили, что плывете правильно и опять ныряете. И так, пока не доплывешь, куда надо.
   - А почему нельзя так нырнуть, чтобы сразу вынырнуть там, где надо?
   - Потому что на погружение требуется энергия! А она, тьма раздери, тенденцию к убыванию имеет. Бесконечных источников энергии еще не изобрели. И еще технические сложности погружения имеются. Связанные с обеспечением жизнедеятельности живого организма. 
   - Ну хорошо, а почему мы не можем подойти прямо к планете?
   - Потому что у нее нет станции слежения. Мы идем по ее координатам. Также из соображений безопасности не рекомендуется выходить из подпространства вблизи массивных объектов, в частности внутри звездных систем. Но даже если бы мы и захотели, то попасть точно к планете нам бы не удалось. Плюс-минус полтора миллиарда километров. В принципе точность приемлемая, если учесть с какого расстояния мы целимся. Это что касается технических моментов. 
   - А есть и другие?
   - Согласно общим договоренностям между системами, необходимо уведомить о своем приближении. Вы были бы сильно недовольны, если бы я сразу оказался перед вами?
   - Пожалуй, да... Спасибо за объяснение.
   - Не стоит благодарности. У вас осталось 27 минут.
  
   Эпизод 3
  
   "Докладная записка N 17.
  
   Мы имеем дело с одной цивилизацией, изолированной от большой воды, вредных климатических изменений, размножающейся на достаточно большой и плодородной территории. Минусом является отсутствие развитых астрономических наблюдений на равнине.
  
   Зародившись когда-то как одно целое, сообщество аборигенов по ряду внутренних причин распалось на независимые племена, формирующие свой уклад и собственные пути развития. Судя по Эпосу, который известен везде, одной из этих причин было некое "Абсолютное Знание", принесенное гонцом со звезд [возможно, инопланетное вторжение?!]. Это может говорить как о спонтанном появлении разума, так и о классическом религиозно-политическом размежевании.
  
   Однако в рамках наших предварительных гипотез очень трудно объяснить, почему у разных племен практически одинаковый уровень развития. Вообще говоря, на этой планете знание не исчезает вовсе, а неуклонно накапливается. Если им дать нашу базу и несколько десятков лет, они с легкостью догонят нас по развитию. Мне кажется, что они уже сейчас готовы к принятию наших парадигм и концепций, несмотря на очевидную многовековую пропасть между нашими цивилизациями.
  
   Я неоднократно отслеживал беседы между местными "мудрецами" и всегда поражался, как они интуитивно точно схватывают основные законы естествознания. Не побоюсь даже утверждать, что они, в некотором смысле, умнее нас!
  
   Сейчас существует три основных "центра" знаний: город на западе, рароги в горах и кельи в Восточных горах.
  
   Прошу разрешения от наблюдений перейти к непосредственным контактам.
  
   Резолюция: прекратите фантазировать!! Занимайтесь наблюдениями согласно утвержденному плану. Непосредственные контакты запрещаю."
  
   Андрей в очередной раз перечитал записку с резолюцией. Задумался. Нужно больше аргументов! А где их взять, если наблюдения отнимают все рабочее время. Мы сидим тут уже второй десяток лет, а практически не продвинулись в понимании местной цивилизации. А тут еще подкидывают экскурсию с Земли... Они там что, думают, у нас тут курорт? Развлечение нашли...
  
   Нет, конечно, все не так. Андрей подавил невольную вспышку гнева. Негоже проникателям выходить из себя. Терпение -- это наша добродетель. Это наше оружие, которым можно сделать больше, чем мечом. Терпением и наблюдательностью. Аналитики разберутся с той информацией, которую мы им поставляем. Рано или поздно разберутся с тем ворохом сведений, которые поступают по всем возможным каналам. И если наблюдатель видит только кусок картины, то центр обрабатывает сразу несколько планов. У каждого своя работа.
  
   Даже представить сложно, с какими объемами информации им приходится иметь дело. Андрей вспомнил первые дни пребывания на Базе и весь тот объем данных, который обрушился на него. Только через несколько месяцев он научился выделять главное и не отвлекаться на частности. И только через несколько лет смог вычленять добротную информацию, на основании которой можно делать выводы. Никаких инструкций не существовало, Андрей во всем разбирался самостоятельно. Теперь погружение в тему для новичка займет меньше времени. Если, разумеется, найдется желающий вникнуть в положение дел на Кладе. Вникнуть серьезно, а не для того, чтобы просто получить представление, порадоваться и забыть.
  
   Андрей подумал, что надо бы переговорить с Максаром Олоройном, руководителем аналитического центра. Возможно, удастся организовать совещание с представителями КосмоСовета и напрямую донести свои соображения. Сама по себе идея была неплоха, оставалось только поймать вечно занятого Максара и убедить его в важности мероприятия.
  
   * * *
   Кем является для меня Андрей в череде знакомых, приятелей, друзей? Пожалуй, это самый лучший мог друг. Ни с кем мне не было так легко и свободно. Если добавить к этому тот факт, что мы понимали друг друга с полуслова, то стоит найти другое слово, значащее "больше, чем друг". Но я его не знаю.
  
   Несмотря на то, что я не очень люблю общаться с людьми и редко схожусь с кем-то более тесно, чем этого требуют обстоятельства, меня нельзя назвать нелюдимым. Я спокойно поддерживаю диалог с кем угодно, только не пускаю собеседника за барьер. И только с Андреем такого барьера нет и никогда не было.
  
   Забавно, но не все люди ощущают это препятствие в разговоре со мной. Некоторые из тех, кто замечают, начинают злиться. Но в основном реагируют доброжелательно. Обычно так происходит в новом коллективе. В этот раз мне не пришлось прикладывать много усилий. Общение ограничилось только со штурманом рейсового корабля, который везет меня на Клад. Путь предстоит неблизкий, и он должен быть уверен, что я смогу его преодолеть. 
  
   Его удивило мое нежелание использовать специальную технику для обеспечения комфорта полета. Однако он не стал протестовать, намекнув, что я такой не первый. Единственное пожелание, которое он высказал, заключалось в том, чтобы тщательно контролировать свое самочувствие. Физические упражнения при полете в подпространстве нежелательны для неподготовленных путешественников. 
  
   Для поддержания беседы я спросил его о том, почему весь путь занимает так много времени. В ответ штурман разразился длинной лекцией, из которой я мало что понял. Вся эта механика движения в подпространстве, эти моментальные нырки, определения координат, мне совершенно не близки еще со времен обучения на втором цикле. Также как раньше большинство людей не понимали, почему по воде плавают железные корабли или как держатся в воздухе тяжелые самолеты, так и теперь мы в основном принимаем на веру новый способ передвижения. 
  
   Лично мне это понимание не добавит счастья. Это лишь средство для достижения моей цели: встретится с Андреем. И если для этого надо будет идти пешком, я пойду пешком. Или полечу на подпространственном корабле. Это не имеет для меня значения. Важно лишь время, которое есть у меня, чтобы как следует подготовиться к встрече. 
  
   И это даже хорошо, что лететь так долго. Будь у меня возможность мгновенно оказаться на Кладе, я бы взял паузу.
  
   Глеб перечитал последнюю фразу и подумал, что ее надо как-то изменить, чтобы яснее показать, что его обуревают сразу два чувства: желание немедленно увидеть друга и желание оттянуть удовольствие до момента, когда он будет к этому готов. Но как описать это состояние короткой фразой, Глеб придумать не мог.
  
  
   ... Из письма Андрея:
  
   Приветствую тебя, о Галат Великолепный. Еще не забыл свое прозвище? Прошу прощения за то, что долго не встревал в твою жизнь.
  
   Мы все тут несколько потрясены. Я тебе уже писал в одном из посланий, что местные жители не догадались пользоваться луком. Так вот, мы ошибались. И эта ошибка дорого стоила нашим спайдерам-алгоритмистам. Группа Симона сделала потрясающее открытие: у них существует табу на использование лука. Как это в корне меняет наши представления. Несмотря на все различия -- это единственное, что объединяет все племена, расселившиеся на материке.
  
   Кроме всего прочего обнаружены кельи неизвестной секты в Восточных горах. Первая информация весьма скудная, но наши парни не теряют надежды. Между прочим, местные жители о них ничего не знают (или скрывают очень тщательно). Все это вкупе с исследованиями Города на юго-западе окончательно запутывает и без того странную картину цивилизации на Кладе. От первоначальной простоты не осталось камня на камне. Все разработанные программы летят в пропасть. Впрочем, я с самого начала предполагал - внешняя простота сыграет с нами злую шутку.
  
   Я сам продолжаю заниматься персонально рарогами. Однако не могу до конца понять этот спокойный народ. Обилие фактов затрудняет процесс понимания. Помнишь, как говорил наш учитель: "когда уже не остается времени, чтобы выучить, приходится просто понять".
  
   Очень жалею, что тебя нет рядом со мной. Трудно вести живой диалог на таком умопомрачительном расстоянии. Вот уж кого мне не хватает в редкие минуты отдыха, так это твоего дружеского плеча и ехидной улыбки. Но признаться отдыхать по-настоящему приходится мало. С этой дьявольской работой... Впечатлительным становлюсь, что ли? Так ведь рановато. Вопросы начинают беспокоить глобальные. Ведь понимаешь, что нельзя мгновенно провернуть всю историю, а хочется, чтобы так случилось.
  
   Всегда опасно, когда есть желание взяться не за свое дело. Единственное, что мы можем мало-мальски правильно осуществить -- это вести сбор информации. Но ты себе представить не можешь, до чего это бывает подчас тяжело.
  
   Сообщай вести о себе по возможности. Бесконечно буду рад твоим советам. Искренне твой ...
  
   Эпизод 4
  
   Станция медленно приближалась, вырастая на глазах в кружке иллюминатора. Пьер был и рад, и не рад одновременно от нахлынувших на него чувств: вот, решился на такое испытание, но стоит ли оно того? И был ли у него, в сущности, выбор? Можно было отказаться и потом всю жизнь жалеть. Путешествия на край света всегда обходились недешево, так нечего и думать, что когда-то он смог бы его осуществить по собственному желанию. Кроме того, Пьер остро чувствовал социальную ответственность, сильно развитую в его обществе. Если ему доверили, он должен оправдать. Тем более, что от него не требовалось совершать подвиг, а просто выполнить то, что для некоторых являлось обычной работой. Конечно, было бы гораздо удобней попасть на Базу без пересадок. Тогда можно было бы вообще не заметить, что находишься не на Земле. Но передвижение в подпространстве диктует свои правила.
  
   Патрульный корабль не должен подходить близко к станции передового слежения. Этого требует инструкция безопасности. Были и другие причины, о которых временным пассажирам предпочитали не докладывать. Поэтому его посадили в спасательную капсулу и отстрелили в направлении станции, предварительно тщательно заверив, что современные средства наблюдения позволяют засечь иголку в радиусе миллиона километров.
  
   Это, конечно, сильно сказано... Но, когда говоришь уверенно и дружелюбно, слова приобретают особый вес. Поэтому Пьеру было даже немного неудобно за этих славных парней с патрульного звездолета, которым пришлось убеждать его в абсолютной безопасности способа доставки. Впрочем, убеждать пришлось недолго. Человек, привыкший чувствовать себя на Земле в безопасности, будет автоматически переносить это состояние туда, где властвует спокойствие и порядок.
  
   Космос всегда представлялся враждебной стихией. Но это скорее стихия равнодушная, для которой вся человеческая цивилизация со всеми техническими приспособлениями - бумажный кораблик в тихом спокойном океане. "Мы настолько продвинулись вперед по сравнению со своими предками, но не охватили даже малой доли окружающего нас мира. А что там, дальше? " - такие мысли обуревали Пьера. - "Глупости! Что это все никак не могу сосредоточиться? Полет в подпространстве давно закончен, а у меня все в голове путается. Здесь нет никакой опасности, это не ядро галактики, не область нового звездообразования. А все эти легенды про извергов... это всего лишь страшилки профессионалов для непосвященных."
  
   В голове Пьера крутилось старинное слово, которое вроде точно должно было описывать его состояние, но его было никак не ухватить.
  
   * * *
   Четвёртый день Тиок-Гайук и его зверь, называемый здесь мешконосом, были в дороге. Местное светило жгло немилосердно, но уже приблизилось к горизонту. Значит следовало остановиться и разведя костёр испечь себе на ужин вкусную ящерицу, которую ещё нужно было поймать. Но раз удалец двигался один и никто не следил за ним, можно было воспользоваться белковым батончиком или сосать капсулу неприкосновенного запаса. Хотя реального повода не было.
  
   Так что Костас, точнее путник Тиок-Гайук неторопливо выбрал место на ровной, как тарелка, и пыльной равнине, распряг своего зверя, напоминающего земного верблюда, и пустил его жевать сухую траву. Можно было быть уверенным, что, нажевавшись, зверь попросту придёт к спящему Тиоку и задремлет, стоя подле. Полезная тварь, только глупая. Поклажу таскает исправно, видимо думает, что это его мешок. А вот наездников не терпит.
  
   Костасу не очень хотелось разводить костёр, поскольку дрова в этой местности были реальной проблемой. Должен был попасться кизяк, но и его Костас как-то пропустил. Оставалось воспользоваться сухим спиртом, - горючей жидкости Тиок не прихватил. Ну что, одной таблетки хватит для стандартных тридцати минут горения, и можно проваливаться в сон до следующего рассвета.
  
   ***
   - Ну как наш герой, дошел?
   - Не-а, видно не торопится.
  
   Два человека стояли около камеры, в которой неподвижно лежал человек, опутанный проводами. Он был здесь физически, но мысленно находился в смоделированной реальности. Это было одним из этапов подготовки проникателей.
  
   - Какая у него задача?
   - Дойти до границы оппов, чтобы, продав им вяленое мясо, купить у них муки. Потом нужно просто покинуть земли племени тлегалпов.
   - Несложное задание.
   - Это да. Но неизвестно, что придумают наши аналитики.
   - Что бы не придумали, вряд ли это будет иметь отношение к тому, что нас ждет в реальности.
   - А такой задачи и нет. Ты ж понимаешь, что тренажер может наработать только базовые умения. Закрепить реакцию на нестандартные действия.
   - Ну и развлечение хоть какое... а то захиреешь тут. Ничего не слышал про третью стадию?
   - Нет. Откуда? КосмоСовет требует строгой теории. А без нее даже и слышать не хочет не то, что о прямом контакте, а хотя бы о частичном внедрении. Вот ты вчера отчет подготовил?
   - Я-то подготовил, уже столько отчетов подготовил, что из них роман можно составить. А толку? Давно пора переходить к третьей стадии.
   - А необратимые последствия ты как просчитаешь?
   - Да какие там последствия?! Алфенам, например, все равно, что творится вокруг. Их вообще трудно чем-либо удивить. Поразительно упертый народ. Тлегалпы вообще народ без фантазии. Еще и высокомерный. Если мы у них под носом базовый лагерь поставим, они даже внимания не обратят.
   - Ну это ты так думаешь!
   - Тут и думать не надо, тут все очевидно. Думаешь, зря я тут три года сижу? Могу тебе ответственно заявить, что никому из местных наши идеи и переживания не интересны. У них другие приоритеты. К тому же они самодостаточны. И если кто-то думает, что стоит нам спуститься на планету, как сразу же выстроится очередь из страждущих пообщаться аборигенов, то он глубоко ошибается.
   - Ну так если все так, как ты рассказал, почему же до сих пор не сделали высадку?
   - О-о-о, брат, это высокая политика! Думаю, что просто не могут решить, как поделить Клад. Если его открыть, то ваши ушлые ребята сразу продавят необходимость терраформирования, а потом сюда и переселенцев зашлют. Оставят аборигенов в огороженных заповедниках.
   - По-моему, это у вас на Земле так поступают.
   - У нас на Земле каждый может жить как хочет. Не нужны блага цивилизации - езжай в дебри Амазонии, к аборигенам Австралии, в тайгу, в пампасы. Только на свою ответственность! Это у вас надо соответствовать корпоративным стандартам. И никакого выбора!
   - Наши стандарты - это лучшее, что придумало человечество. В Корпоративном Альянсе заранее просчитывают развитие личности. Каждый найдет дело по душе, если, конечно, будет выполнять нехитрые правила.
   - Это правда, считать у вас умеют. Послушай, не хочу я опять с тобой спорить на голодный желудок, пойдем лучше перекусим. Кстати, ты не в курсе, Лин когда собирался возвращаться?..
  
   Эпизод 5
  
   После того, как капсула остановилась внутри станции и открыла затворы, Пьер вышел наружу. Правда не сразу. На стартовой площадке было тихо и пусто. Лишь невдалеке стоял один человек. Он протянул вперед обе руки и сказал:
   - С прибытием. Аким Абдул Ола Джаббар, смотритель станции. Какими судьбами у нас?
   - Здра... простите, что?
   - Какова цель вашего визита?
   - А. - Пьер замялся, не зная, как вкратце объяснить. - Мне надо на планету... на Базу... Вам, разве, не сообщили?
   - Сообщили, разумеется. - Улыбнулся человек. - Пойдемте уж, отведу вас в индивидуальное помещение. Ваши вещи заберет автоматика. Ваш СВИток уже сканировали. Доступ будет настроен удаленно.
  
   Они пошли какими-то просторными кривыми коридорами, потом не торопясь поднимались на лифте. Все вокруг напоминало катакомбы. Может быть из-за гладких стен. Может быть из-за отсутствия света, который включался только на время прохода, а потом медленно гас. Пьеру было немного неуютно, он бодрился, успокаивая себя мыслями, что смотритель знает, что делать дальше. По крайней мере, выглядел он уверенно, хотя и немного странно. И в чем была эта странность Пьер никак не мог уловить.
   - Так вы, стало быть, с Земли? - Прервал молчание смотритель
   - Да. Точнее из Солнечного Союза. А что?
   - А, СССР. Да нет, ничего.
   - А вы, простите, откуда?
   - Я из Миссии.
  
   Пьер с умным видом покивал головой. Про устройство Миссии он помнил смутно и не знал, как в таких случаях полагается реагировать.
   - Сумрачно тут у вас как-то.
   - Разве? Я не заметил. Наверное, привык.
   - У меня ощущение, как будто я в подземелье.
   - В каком-то смысле так и есть. Станция вырезана в астероиде. С оптимальными вставками пластометаллов. Дешево и практично. Эстетика не главное.
   - Понимаю.
   - Первый раз в дальнем космосе?
   - Я? Нет! В смысле... да. А что, заметно? Скажу правду, полет в подпространстве меня слегка утомил.
   - Бывает. Новички сюда забираются редко. Привыкните.
   - Да я, в общем, не собираюсь часто летать.
   - Как я понимаю, вы планетолог?
   - Нет. Не совсем. Как вам сказать... На третьем цикле обучения я взял себе реферат на тему трансуранов. В частности, разработки по элементу N148. И вдруг - объявление: на планете Клад, находящейся где-то, там есть признаки, что N148 "безымянный" существует в открытом виде! Меня вызывают и самым бессовестным образом требуют, чтобы я летел. Пытаюсь отказаться, основной аргумент - я никогда не был в Космосе, я теоретик, тем более Клад - закрытая зона и вообще. Пустяки, говорят, все уже согласовано. Вы этим делом занимаетесь, а если предоставите отчеты, то все путешествие вам зачтут в качестве финальной практики. Вот я и подумал... Да и когда шанс представится побывать в Дальнем Космосе? Уговорили. Поддался на романтику. Теперь уже отступать поздно.
  
   Смотритель внимательно слушал несвязный монолог Пьера, иногда поддакивая.
   - Понятно. Насколько я знаю, после окончания практики вы станете полноценным гражданином. На три года раньше срока. Тоже хороший аргумент.
   - Ну-у, да. Это даст мне гораздо больше прав и возможностей. Разве так не везде?
   - Ну-у, мы не настолько богаты, как Союз, чтобы посылать в Дальний Космос учеников. - В речи смотрителя проскользнула нескрываемая ирония, но Пьер, озабоченный своими размышлениями, ее не уловил. - У Корпоративного Альянса вообще другая структура обучения. А у Лиги обитаемых миров другая цель. Насчет Последователей Нового Ислама не знаю, но про них мало кто знает. Закрытая система. Вообще говоря, тема обучения подрастающего поколения - это отдельная и довольно интересная тема. Вот, например, наши далекие предки взрослели уже годам к 14-ти. И никаких практик им не требовалось. Это по нашим меркам полноценное детство. Потом уже придумали высшее образование, специализации и взросление оттянулось рубеж 20 лет. Сейчас получается, только к 30 годам человек готов к тому, чтобы вступить во взрослую жизнь. Но с другой стороны и срок жизни в целом увеличился. 100 лет - далеко не предел. Что думаете?
  
   У Пьера голова пошла кругом, и он решил сменить тему.
   -- Да я как-то не думал об этом никогда. А когда я попаду на Базу?
   -- Это зависит от того, каким путем вы хотите туда попасть. Если быстрым, то нужно будет перенастроить стартовую консоль и выстрелить в направлении плоскости звездной системы по параболической траектории. Там вас подберут. Через пару дней будете на месте. Но с перегрузками.
   -- А-а-а...
   -- А второй вариант - подождать, когда с базы вернется челнок. В нем гораздо комфортнее. Лететь на нем 46 часов на полусвете, он прибудет дней через пять.
   -- Да я, в общем-то, не спешу... Не очень спешу.
   -- Я в вас не сомневался. - В глазах смотрителя плясали веселые чертики, но Пьер их не заметил. - Значит, составите мне компанию. Вот, кстати, ваше помещение. Располагайтесь. А потом заходите в зал управления.
   -- А... разве тут... на станции... больше никого нет?
   -- А зачем? Меня и одного много.
  
   6 эпизод
  
   В сущности, это была хорошая идея: чтобы заглушить душевную боль, взвалить на себя запредельные физические нагрузки, да еще в особых условиях. Ну а в довесок, в конце концов - повидать старого друга. Не явишься же к нему, потеряв физическую форму и со своими проблемами? У него своих предостаточно.
  
   С физической формой дела обстояли пока хорошо. Глеб уже вошел в ритм и довольно уверенно выполнял намеченные упражнения, которые в начале полета давались с трудом. Эх, разжирел на семейных харчах, как говаривали предки. Но ничего, это дело поправимое.
  
   Вот со спокойствием духа дела обстояло не очень хорошо. Прямо скажем, неважнецки. Стоило прилечь отдохнуть, как память предательски подсовывала то один, то другой момент, предлагая подумать, а что было сделано не так, а в чем была ошибка? Разум понимал бессмысленность терзаний. Но память успокаивалась только когда Глеб отвлекался на какое-нибудь занятие.
  
   Корабль шел в крейсерском режиме, три сотни светолет. Глеб чувствовал, что набрал неплохую форму и уже практиковался в некоторых боевых искусствах. Сегодня он опробовал упражнения из техники Дмитрия Старкова, философа 21 века, адепта ирландского палочного боя.
  
   Немного пофантазировал, представляя, как окажется в реальной боевой обстановке. Там, на Кладе, не всегда будет возможность использовать настоящее оружие. Нужно владеть всем, что попадется под руку. Вот, например, ты монах с посохом... Это оружие Глеб синтезировал еще до полета. Вроде бы обычная палка, но легкая и по прочности не уступающая стали. Эх, да пустят ли меня на Клад? Можно ведь и всю жизнь просидеть на Базе, составляя отчеты по наблюдениям. Ладно, прорвемся! Андрей что-нибудь придумает.
  
   Закончив занятия, Глеб принял сухой душ и опять взялся за свои мемуары, добросовестно пытаясь понять, что же он хочет в них сказать...
  
   Кто думает, что это легко, вообще о нём ничего не знает. Я полагаю, что знаю его и довольно давно, НО. Конечно, мне прежде всего вспоминается его партнёрство в рукопашных боях. Спокойное и уверенное, даже когда он не знает массы увёрток и отходов с финтами. Он знает главное: уход с линии атаки, если хочешь, чтоб соперник непременно проваливался, не обнаруживая перед собой никого. Но иногда нужно было упереться, и Андрей оставлял о себе впечатление крепостной стены. Это когда отрабатывалась тактика групповых боёв или попросту "свалка". Хотелось бы, чтобы в нём это осталось...
  
   Глеб опять задумался. Вот, он долго бежал от выбора и наконец сделал его в пользу друга. Если не получилось завести полноценную семью, то что еще может стать опорой в этой жизни? И дружеские отношения - это тоже отношения в обе стороны. А если ты давно не виделся с человеком, то есть вероятность, что он уже стал другим. В конце концов мы же часто любим не конкретных людей, а их идеализированные образы в себе. И можем заблуждаться в силе и направленности их чувств. Да в конце концов даже у близкого приятеля могут появиться другие приоритеты. Нет, Андрей не такой. Хочется думать, что мы с ним всегда составляли единое целое, и будем составлять единое целое. Пусть и разделенное временно пространством и обстоятельствами.
  
   Глеб закрыл свои записи и снова взялся перечитывать послания своего друга.
  
   ...из письма Андрея:
  
   Цивилизация на Кладе развивается постепенно, медленно, без возврата и спирали. Сколько ей может быть лет? Рассматриваем диапазоны: от 100 тысяч лет до 10. Из кого и как возникли местные аборигены? Сожалею, что ранее не увлекался фольклором. Это очень может помочь.
  
   Очевидно, 20-30 тысяч лет - начало устных преданий. Я тебе уже посылал кусок. Перевод сложен. Язык рубленый, многосложный. Разные значения для одного слова. Официально выслать не могу, так как работа далека от завершения даже частично. Неизвестно, что может получиться; как трактовать то, что получится; как отсеять ложные впечатления и ассоциации... Большая опасность аналогий с земной историей. Здесь все по-другому!
  
   Марат принес сведения об йо. Похож на медведя. Тангодры его считают хранителем гор. Скрытен. Мелкие разновидности водятся в Фаюмской котловине. Или на местном языке - Дга-Битре.
  
   Группа Виктории сообщает о преданиях тлегалпов, в которых фигурирует мать всех бесконечных матерей, мнущая деревья, которая пьет молоко заплутавших звезд и защищает народ от Демонов Неба. Аналогов среди животного мира найти не удалось. По описанию похоже на гигантского неагрессивного ящера. Вероятно, собирательный образ, созданный на основе природных явлений, после которых остались гигантские просеки в лесу.
  
   Проблема: есть ли аналоги негативного отношения к воде в истории Земли? Как развивался сей народ? Мне не удалось найти полезной информации.
  
   Эпизод 7
  
   (из дневника Пьера):
   "Я довольно равнодушно перенес и сам перелет в подпространстве, и путь в космосе до станции. Изредка поглядывал в иллюминатор, пытаясь разглядеть знакомые звезды. Листал свой дневник, делал пометки. Но когда в зоне видимости появилась станция, мне стало как-то не по себе от безмолвного приближения гигантской юлы. Захотелось куда-то спрятаться. Это было почти физическое ощущение: уйти, скрыться, не видеть... Иллюминатор манил и притягивал, как взгляд змеи. Похожие ощущения я испытывал, когда проходил второй сценарий в "Спасении Галактики".
  
   Так или иначе, первое свое испытания я выдержал. Капсула стремительно подошла к станции, совершила один оборот и мягко вошла в приемный отсек. Или как это у них там называется? Какое-то время ушло на процедуру стабилизации, и вот настало время выходить. И только тогда мандраж прошел. Да! Я все никак не мог вспомнить это старинное слово, точно передающее мои ощущения. Надо было просто успокоиться и зафиксировать твердую поверхность под ногами.
  
   Встречал меня всего один человек (как потом выяснилось, больше на станции никого и не было!). Одет он был в обычную безрукавку светло-коричневого цвета и легкие широкие штаны. Это меня, признаться, удивило, так как я по наивности считал, что в Космосе все ходят в комбинезонах. Хмуро поздоровался, назвал свое имя, которое я, к своему стыду, немедленно забыл. Затем повел показывать мое индивидуальное помещение. Конечно, оно сильно отличалось от каюты на корабле и, тем более от моего земного холла. Впрочем, я и не ожидал, особенных удобств. Но туалет меня все-таки поразил!"
  
   Пьер закончил фиксировать свои мысли, закрыл дневник и решил сходить в зал управления. Все-таки неудобно, звали общаться, а он сидит тут один со своими переживаниями.
  
   Смотритель сидел за пультом и пил чай. У ног его стояла здоровенная коробка, достававшая ему до колена.
   - А-а, пришли. - Он вскинул брови. - Садитесь чай пить. С медом.
   - С медом? Откуда он? ПАС такое синтезировать не способен. Или в оранжерее взяли?
   - Мед с Планеты. Горный мед. - Подчеркнуто авторитетно ответил он и продолжал. - Просил натуральных продуктов. Вот, прислали, теперь не знаю, куда деть. Проникатели - народ душевный, но любят пошутить.
   - А его не опасно употреблять?
   - Его как раз нет. Правда, на земной мед он не совсем похож. Скорее это очищающее и тонизирующее средство. Практически не усваивается нашим организмом и потом полностью выходит.
   - Нет, знаете ли, я откажусь.
   - Как хотите, можете налить себе, чего пожелаете.
  
   Пьер подошел к пищевому автоматическому синтезатору, выбрал себе натуральный апельсиновый сок и кольбас.
  
   - А вам-то тут не скучно находиться вдалеке от цивилизации в открытом космосе?
   - Скучно бывает тому, кто не знает, чем заняться. А у меня тут как раз наоборот: хочешь - спи, хочешь - на небо звездное смотри, а не хочешь - проводи диагностику систем. - Рассмеялся смотритель. - Опять-таки, посетители бывают, правда, не часто. Все идет через станцию.
   - Да-да, нам рассказывали, что это маяк для движения кораблей в подпространстве. Но я думал, здесь много народу должно быть.
   - Первые станции нами так и проектировались. А теперь нужда в команде отпала, все автоматизировано. Собственно говоря, и меня тут быть не должно. Просто это не обычный маяк. Наличие поблизости обитаемой планеты накладывает свою специфику.
  
   Пьер с важным видом покивал головой. Из истории цивилизации на основном цикле обучения он помнил, что Миссия образовалась в конце 21-го века как независимое сообщество ученых. И строительство Станций передового Слежения было целиком их заслугой.
  
   - Вы историей не интересуетесь? - отхлебнув чая, поинтересовался смотритель.
   - Нет, как-то совсем... - смущенно признался Пьер. - Меня как-то больше увлекается современное время и будущее.
   - Ну так чтобы видеть будущее, нужно знать прошлое. Иногда забавные аналогии можно увидеть.
   - Возможно. Не буду спорить. Вам виднее.
  
   Помолчали. Пьер чувствовал, что разговор не клеится. Но что делать в такой ситуации, не знал.
  
   - И как вы думаете, будет развиваться человеческая цивилизация дальше? - Продолжил разговор смотритель.
   - Примерно так, как и раньше.
   - Раньше было по-разному. До 20-го века человек не летал в космос. А после - стал летать.
   - Ну это частности! Прогресс как был, так и остается. Рано или поздно человечество распространится по всей Галактике.
   - Ха, тут вы хватили в сильно отдаленное будущее. Мы сейчас распространились на десятки светолет, но в масштабах Галактики -- это мизер. И учтите - чем дальше мы распространяемся, тем слабее связи между точками цивилизации. Образно говоря, мы сейчас как наши предки в 15-ом веке, которые уже довольно успешно плавали по воде, но для того, чтобы попасть в отделенную точку земного шара, им требовались месяцы и годы. Так и мы сейчас, имеем корабли, двигающиеся быстрее скорости света, но, чтобы попасть из одного мира в другой, нам нужно несколько месяцев. В результате эти миры развиваются сами по себе.
   - Так это вопрос скорости передвижения, и только! Не сегодня, так завтра придумают, как передвигаться быстрее света в тысячи, в десять тысяч раз...
   - Не сегодня. И не завтра. И даже не послезавтра. Уж поверьте мне. И дело не только в скорости. За то время, пока мы научимся преодолевать расстояния быстрее, отдаленные миры могут пойти совершенно разными путями развития, обособиться. Вы меня понимаете?
   - Не совсем. Человек же останется человеком.
   -- Это вас так в Союзе учат? Еще триста лет назад на Земле существовали неразрешимые противоречия. И для их разрешения одна половина землян готова была уничтожить другую.
   - Ну так этого же не произошло?! Мы прошли через бутылковое горлышко...
   - Бутылочное. Но никто не говорил, что оно не может повториться снова. В других условиях.
  
   Пьер задумался, честно постарался вспомнить то, что изучали давно. И авторитетно заявил:
   - Не получится! Тогда основные противоречия заключались в том, что на всех не хватало природных ресурсов. Но изобретение подпространственного двигателя позволило начать межзвездную экспансию.
   - Ну вот, а говорите, что не знаете истории. Между прочим, похожая ситуация возникла в 16-ом веке после открытия Америки, когда туда из Европы хлынули переселенцы. Правда им не нужно было заниматься терраформированием, зато приходилось преодолевать сопротивление местного населения. А потом, буквально через 400 лет, опять возник кризис перенаселения. Но уже в рамках целой планеты. Вот и смотрите, что может случиться через 200 лет.
   - Я думаю, что все будет хорошо.
   - Я тоже думаю... что вы так думаете. - Смотритель подмигнул Пьеру.
  
   И тут на приборной карте замигал сигнал оповещения.
  
   Эпизод 8
  
   Пометка N1: фрагмент обнаружен группой "Дон" при обстоятельствах см. п.02-1-1 инструкции внедрения. Составлено 6 копий.
   Пометка N2: "послание" представляет краткое описание ответов на все случаи жизни, даваемых подрастающему поколению; в данном документе приведен один из фрагментов.
   Пометка N3: перевод осуществлен по системе КОД-2-КОД с уточняющими и тождественными замещениями; Отв. Рея Райферт.
  
   <<Послание Сыну>>
  
   Ты спрашиваешь, Сын мой, как устроен наш мир?
  
   По Всемогущей Воле Сильных устроен он так:
  
   В центре [материка] лежит Благодатная Земля, давшая племя людей всем пространствам. С севера окружают ее мягкие леса, [постепенно] взбирающиеся все выше и выше. Там горы держат твердь неба. Оттуда в урочное время приходят дожди, оживляющие природу.
  
   С юга же лежит неглубокое Песчаное море, вода его непригодная для питья и оставляет после умывания белесый налет. Многие пытались пересечь его, чтобы достигнуть края мира. Но почти все погибли, остановленные на месте ленивыми зелеными змеями [растительные морские образования, типа морских водорослей], затянутые вглубь навечно жадными движущимися песками. А тех несчастных, кто все же достиг дальнего берега, встретил жар непомерный и ветер, вздымающий тучи пыли, заслоняющей [солнце]. Далее мир загибается вниз, внутрь и ведет в [преисподнюю].
  
   На вечном востоке, где [солнце восходит], раскинулись бескрайние степные просторы, которые в период весенних дождей бывают весьма привлекательны. Но близость пустынь и отсутствие бегущей воды делают жизнь там затруднительной. Еще дальше лежат места, где жесткие твердые деревья образуют пространства, полностью лишенные естественного света. Там пристанище не упокоенных душ.
  
   Весь наш [материк] окован с обеих сторон скалами, голыми и безжизненными, тянущимися на долгие дни пути и уходящие за окоем, туда, где небо сходится с землей. Там обиталище злых духов, играющих человеческими судьбами и повелевающих ветрами.
  
   Что происходит за гранью мира, человеку знать не дано. Там, Всемогущей Волей Сильных творящих события в мире и двигающих звезды на небе, вершатся дела...
  
   Место человека - мирно жить в обозначенных ему пределах, совершенствовать самое себя и ждать предназначений свыше. Иначе сойдутся горы, небо сольется с водой и все исчезнет в вечном мраке.
  
  
   [копия N5 сокращенная
   для предоставления координатору КосмоСовета через диспетчера Ирину Амели]
  
   Выдержка из эпоса Рарогов "РАЗРУБЛЕННАЯ СКАЛА"
  
   Меч Героя Войны
   разрубил твердь скалы,
   И возникли долины,
   где камни росли;
   Вдруг возникли народы
   из крови земли
   Там,
   где море безбрежно катило валы
  
   Под надзором светил,
   Цепью гор окружен,
   Мир счастливо зажил
   По законам своим;
   под залогом у жен,
   Что хранили огни мира, счастья, любви
   В темных скалах,
   где не было раньше души,
   Что дышало безгрешным покоем одним.
  
   Но явился гонец - звездноглазый пророк,
   Между светом и миром раскинувший мост.
   Проповедуя тайны грядущих веков,
   Доверял благоверным
   могущество звезд.
   Он народы долины на муки обрек
   Тем,
   что думать заставил о жизни всерьез.
  
  
   Комментарий отдела фольклорной этнографии:
  
   Выделяются 3 основные группы языков (условно: равнинные, горные, степные), схожих по строению, и около 18 диалектов, что облегчает изучение источников и говорит о том, что размежевание племен началось сравнительно недавно.
  
   Исследования затруднены в связи с почти полным отсутствием письменных источников и невозможностью обоюдных контактов. Устная традиция показывает весьма бедный набор преданий. Он является общим для всех племен и народностей, до сего момента обнаруженных на Кладе. Кроме вышеупомянутого эпоса "Разрубленная скала", явно приписываемого рарогам и "Послания к сыну" в обиходе чаще всего упоминаются следующие названия:
   - Легенда о подземном демоне и свете небес
   - Сказания "сеймуков"
   - История о похождениях беспутного путника
   - Сказания тлегалпов
   - Каталог Великих Сил
   - Притчи старого юнца
   - Великий (Древний) Уговор
  
   Особенностью устной традиции является важный момент. Несмотря на всеобщую узнаваемость, предания не являются популярными. Это связано с особенностью менталитета жителей Клада, для которых настоящее важнее прошлого и будущего. В некоторых диалектах отсутствует прошлое время, в некоторых - будущее. Иногда повествование о явно давно прошедших временах ведется как будто слушатели являются современниками описываемых событий.
  
   Проводились исследования для выяснения времени создания вышеупомянутых произведений. Аналогии с земной историей не дают точных сведений. При использовании разных маркеров получаются результаты, значительно отличающиеся друг от друга: от 6-8 тысяч лет до нашей эры, до начала нашей эры. Это плохо коррелирует с технологическим возрастом местной цивилизации, которая по ряду параметров может быть отнесена к земному периоду раннего средневековью с учетом специфических допущений.
  
   Эпизод 9
  
   - Как отдыхалось, товарищ Пьер?! Так ведь вы обращаетесь друг к другу? - голос смотрителя звучал вполне доброжелательно.
   - Спасибо, хорошо. По-разному обращаемся.
   - Чем будете сегодня пополнять углеводно-белковый баланс?
   - Простите? Я не совсем вас понимаю.
   - Кушать, питаться, грубо говоря, есть что будете?
   - Как обычно, после пробуждения, белковый омлет и натуральный сок с булцем.
   - Хм, натуральный он весьма относительно. Скорее, синтезированный.
   - Не вижу разницы. Я пробовал естественную еду. Не скажу, что она мне понравилась. А здесь есть все полезные вещества, витамины и микроэлементы.
   - Да-да, и с виду еда как настоящая, только радости от нее никакой... - Заметив недоуменный взгляд Пьера, смотритель расхохотался. - Да шучу я! Не берите в голову. Еда - это не самое главное в жизни. Как вообще ваше состояние? Как настроение?
   - Спасибо, не плохо. Гораздо лучше, чем во время полета. Эти полеты в подпространстве, ну, вы понимаете, не самое приятное времяпровождение. Если бы недалеко, еще можно перетерпеть. Но сто два дня! Кажется, я еще не до конца пришел в себя. И к тому же пропущу сеанс обязательной медицинской стабилизации. Мне же еще назад столько же добираться.
   - Понимаю. Раньше была морская болезнь, теперь - космическая. Хотя это и неофициальное название. А что до стабилизации, я знаю, что у вас их проводят раз в полгода. Но не беспокойтесь. На Базе есть соответствующее оборудование. Может быть не в полном объеме, но необходимые процедуры вам проведут.
   - А как вы обходитесь без периодической стабилизации? Я так понимаю, вы здесь постоянно находитесь?
   - У меня свои методы. Натуральные.
   - Это как мед с планеты, что ли?
   - Не только. Но я смотрю, вы действительно пришли в себя. Ирония появилась... Это хорошо.
   - Извините, я не хотел вас обидеть.
   - Да полноте! Какая обида. Вам завтра до Базы отправляться. Я должен быть уверен, что вы себя хорошо чувствуете. Перегрузки все-таки будут, хоть и небольшие. Вам предстоит важная миссия. И наша миссия вам эту миссию обеспечить. Такой вот каламбур.
  
   Пьер с глубокомысленным видом покивал головой, не распознав скрытую иронию.
   - Выходит не часто у вас бывают посетители.
   - Теперь уже да. Каждое сообщество занято своими проблемами. Что им какой-то Клад? Ну вот земного обывателя в свое время сильно интересовали, как живут нецивилизованные дикари за морем? Обывателя любой эпохи интересуют в первую очередь его собственные проблемы. Первое время, конечно, прилетали энтузиасты. Но здесь с самого начала была закрытая зона. Так что или подчиняйся общим правилам или лети обратно. Постепенно это почти все поняли.
   - А что, еще остались непонятливые?
   - Да есть... - смотритель состроил уморительную гримасу, - например, один деятель из Лиги Обитаемых Миров разработал теорию, - ну, теорию громко сказано, скорее свою фантазию, - о том, что Клад - это прародина человечества. То бишь, говоря псевдо-христианским языком является Раем, описанным в Библии. И что именно отсюда Бог изгнал Адама и Еву на Землю. И именно поэтому им так тяжело жилось вначале.
   - Оригинально. Никогда не слышал ничего подобного.
   - Ну так вот он с этой фантазией заявился в КосмоСовет и потребовал выдать ему карт-бланш на полноценные исследования. Для подтверждения своей, так сказать, теории.
   - Что он потребовал?
   - Права. И чтобы никакого контроля. Ибо богоугодное дело.
   - Представляю, что ему ответили.
   - Ага. КосмоСовет структура бюрократическая. Но в данном случае это как раз и оказалось плюсом. А вам, кстати, одобрили посещение вообще без проволочек.
   - Так ведь я ничего такого и не просил. Мне просто надо провести исследование.
   - Я знаю.
  
   (из дневника Пьера):
   "Сегодня имел позитивную беседу со Смотрителем. Все-таки он человек неплохой. А что поначалу показался мне хмурым, так это я просто устал с дороги. Настоящий душ, а не порошковый, удобная кровать, а не спальное место, как на звездолете - что еще надо для счастья? Конечно, предоставленное мне помещение совсем не такое, как у меня дома, но я же понимаю, что здесь все должно быть функционально и не отвлекать от работы. Я же именно за этим сюда прилетел. А не развлекаться. Развлекаться будем дома. Здесь же я нахожусь в спартаковских условиях.
  
   Я четко понимаю свою задачу. Главное - найти свое место. Такое, где бы я был незаменим и приносил максимальную пользу. Я сравнительно легко добился своего. Может быть было бы лучше, если бы пришлось, постоянно ошибаясь, искать свой истинный путь.
  
   Отрицательный результат -- это тоже результат. Но только для того, кто готов к нему, кто сможет его интерпретировать. Поэтому важно любое знание, любая информация. Анализ -- это самое главное. То, чему учили на II-ом уровне."
  
   Пьер перечитал текст и почувствовал, что некий момент его коробит. Задумался. Поискал определение слова "спартаковский". Досадливо крякнул. Поискал аналоги. Исправил "спартаковский" на "спартанский" и удовлетворенно закрыл дневник. Надо будет подумать, чем занять себя остаток дня. Можно опять зайти к смотрителю. Или... поискать подробную информацию по Кладу. Интересно же узнать, где мне предстоит проводить исследования.
  
   Пьер представил, как он вернется обратно на Землю. Разумеется, с положительными результатами. Как будет рассказывать приятелям о своих приключениях, вспоминать то, что еще не произошло... Ему наверняка предложат опубликовать заметки о своих впечатлениях. А результаты исследований, несомненно, впишут новую главу в современные научные представления. Может быть даже предложат занять какой-нибудь важный пост. Но это не главное. Главное - приносить пользу обществу.
  
   От этой мысли Пьеру стало как-то тепло и удивительно легко.
  
   Эпизод 10
  
   Сгущавшиеся сумерки окутывали остывавшие горы. По ущельям клубился молочный туман.
  
   День угасал.
  
   Этот час Лода встречал древней молитвой-заклинанием, стоя на гребне небольшого холма в стороне от селения. Старик просил могучих предков охранить жизнь близких в ночной тьме и на границе рассвета, когда духи бездны посылают с поднебесных вершин жестокий холод, сковывающий землю. Горе одинокому путнику, осмелившемуся бросить вызов тысячеглазым хранителям тьмы. Завороженный пронзительными взорами черного безмолвия он может навечно остаться плутать в темной пустыне.
  
   Завидев невдалеке старшего, Одд-Бро приблизился к Лода-Гё на расстояние, достойном воина-рарога при разговоре с высоким родичем. Он не мог пройти мимо, не обратив на себя внимания.
  
   Лода закончил и обернулся, устремив на воина взгляд блеклой бирюзы старческих глаз.
   - Ты выбрал плохое время для далекого перехода, Одд-Бро.
   - Я знаю в ущельях короткие закрытые тропы и должен дойти до заставы к рассвету, отец.
   - Почему так торопишься? Всякое дело лучше начинать утром.
   - Сегодня днем со Склонов пришел Видабра, принес неспокойные вести.
   Лицо Лода-Гё исказилось сетью напряженных морщин.
   - Я стал слишком стар; послушный душе, долгое время провожу в уединении. То, что мне надлежит знать из первых рук, я узнаю слишком поздно.
  
   Старик помолчал. Молчал и Одд-Бро, понимая, что Лода не закончил.
   - А серьезна ли опасность? Может, низовой ветер надул в уши Видабре пустую тревогу?
   - Ты плохо знаешь этого воина, отец. Видабра был со мной на Гремучих камнях, и я верю ему как себе. Он ходил по ту сторону гор на несколько дневных переходов и все видел воочию.
   - Значит снова немирье... Туман поднимается к вершинам. Это хорошо. Иди, Одд. Пусть твои шаги будут легкими, как полет рары. Пусть душа твоя не поддастся ночному искушению.
   - Не бойся, я крепок. Душа моя, как и тело, будет принадлежать земле. Прощай, Лода-Гё.
  
   Ночь приняла мир в свои объятья.
  
   Одд-Бро мерно спускался по откосу ущелья, сжимая в руках дротик; рукояти косорубов покачивались за плечами - один свой, второй нужно будет передать новому воину. Он уже достоин. Со стороны леса раздался одинокий крик ночной Птицы и отозвался протяжным эхом. А наверху, сквозь туман, размытыми пятнами проступали первые звезды.
  
   * * *
   Два молодых стажера сидели перед экраном, транслирующим прямую запись с камеры наблюдения. Было тихо, ночные звуки Клада передавались слегка приглушенно. Одинокая фигурка аборигена постепенно скрывалась из вида в глубине ущелья.
  
   - Скучно. - Наконец сказал один из наблюдателей.
   - Так я к тебе и зашел, чтобы веселей было. - Отозвался второй.
   - Вот кабы ты эля принес с печенежками, тогда бы веселей было. - Заметил первый, не отрываясь от экрана.
   - Наш ПАС разве эль выдает? - Изумился второй.
   - Выдает. Я настроил по рецепту своей бабушки. Только безалкогольный.
   - А "печки" какие?
   - Соленые лучше. Хотя... давай разных.
   - Схожу, только попозже. И что ты там так пристально высматриваешь? Ничего ж не видно толком.
   - Андрей велел смотреть - я смотрю.
   - Какой Андрей-то?
   - Семиреченский. Из 18-ой группы. Ты с ним в зале пару раз бился на секирах.
   - А-а, помню. Суровый дядька. Так ему зачем?
   - Думает, что Одд-Бро уникальный объект для наблюдений. Есть теория, что это будущий вождь объединенных земель. Или что-то вроде этого. Я особо не вникал.
   - И куда он пошел?
   - На заставу. Думает, что готовится нападение, но это вряд ли. Наблюдатели от тлегалпов передавали, что у них все спокойно. Просто сезонные миграции. Согласно их теории, степнякам лезть в горы нет никаких причин.
   - Да уж. В отсутствие настоящих контактов остается только строить теории.
   - А я так скажу - и не будет никаких контактов.
   - Почему так решил?
   - Сам подумай, для контакта нужно согласовать позиции представителей Союза, Лиги и Альянса.
   - Ты про Миссию забыл.
   - Именно! У них разные цели и общую им не выработать. Так что сидеть нам тут до конца жизни, смотреть в экран, да отчеты составлять.
   - Чего ж ты сюда попросился, раз все так плохо?
   - Во-первых, ничего такого не знал. Думал, что экспериментальная история - это интересно. Вот ты тут сколько?
   - Да скоро полгода будет.
   - А я уже год! Ничего не меняется. Во-вторых, если я тут пять лет продержусь, то считай на социальное обеспечение себе заработал. Тогда вернусь на Землю... Знаешь какое у нас там место? Ферма с альпаками, озеро, лес... А то, что сейчас скучно... это не беда. Закончится дежурство - пойду в спортзал. Или в ВиртКом. А там и новое дежурство скоро.
   - Невысокие у тебя мечты. Вот я думаю, что лет через 10 смогу себе планетоид какой-нибудь купить. И начать его обустраивать на свой вкус.
   - Не, 10 мало, тут лет сто сидеть придется. Даже с вашими отчислениями в Альянсе.
   - Так я же не один буду вкладываться... У нас и план уже есть.
   - Ну вот пока не заработал на планетоид, принеси-ка мне эля с печеньками. А мне нужно на другую камеру переключиться, чтобы подопечного своего не потерять.
   - Иду, иду. Слушай, может ты к нам присоединишься? С планетоидом. Там себе какое хочешь озеро и лес сделать можно.
   - Не-е... я за Землю вернусь. Там все свое, ничего терраформировать не надо. Дальний космос не для меня, отработаю контракт и больше меня здесь не увидят.
  
   Эпизод 11
  
   (из дневника Пьера):
   "Все идет через станцию. И я тоже. Мне ведь надо спуститься на Планету. Хм, "спуститься". Здесь в Космосе это звучит как-то странно. А до Планеты сотни миллиардов километров...
  
   Собственно говоря, я не планетолог. Я вообще до последнего времени не имел отношения к другим планетам. Разве что был на экскурсии на Венере две недели, но ведь это в пределах Солнечной системы. Да на Луне... но там все были.
  
   Скоро подойдет срок и меня дежурным челноком отправят на Базу. Нет, я не боюсь, просто не люблю заниматься не своим делом. Как бы это поточнее выразиться? Мне удобно работать, когда все зависит только от себя самого. А на этом самом Кладе столько факторов мешать будет - просто ужас. Это тебе не другой институт. И не Венера. Я вкратце ознакомился с базовой информацией: открыт 45 лет назад, по взаимной договоренности 39 лет назад объявлен зоной, закрытой для освоения и преобразования. Уже 22 года как там устроена База, занимающаяся изучением первобытной цивилизации, происхождением и взаимоотношений местных народов. Что там можно изучать, когда конфликты постоянные и неустроенность? И как только там проникатели работают? Я в истории слабо разбираюсь, и большого интереса к ней никогда не испытывал. Поставить бы купол с защитным полем, авиетки, вездеходы - изучай на здоровье. Да нет, нельзя. Нельзя нарушать основной принцип - невмешательство в дела другой цивилизации. Все должно быть незаметно, чтобы не оставить следов. Хорошенькая философия... Из-за этого я должен подставлять свою жизнь под оружие местного дикаря. Уж да, парадокс. Их спокойствие ценится выше, чем жизнь жителя Земли.
  
   Чего это я разнылся? Значит так надо. Можно подумать, надо мной уже топор занесен. Или как там раньше говорили? Смешно и глупо. Конечно, меня будут охранять. И работать я буду в горах. И недолго."
  
   Пьер перечитал недавние записи и подумал, что надо бы добавить парочку мыслей. Зафиксировать на будущее, чтобы не забыть. Но его отвлек вошедший в зал управления смотритель.
  
   - Как настроение? Самочувствие? Поели на дорожку?
   - Спасибо, нормально. Нет, знаете ли как-то не хочется.
   - Понимаю. - Смотритель подошел к приборной карте, раскрыл один из экранов и проделал несколько манипуляций. Пьеру было любопытно, но он сделал вид, что занят своими записями.
  
   - Чем собираетесь заниматься по возвращении?
   - Пока не знаю в точности. Постараюсь быть полезным членом общества.
   - Вы полагаете это самое главное в жизни? 
   - Конечно! - У Пьера даже перехватило дыхание от такой постановки вопроса. - А какой еще может быть смысл?
   - Есть разные точки зрения. Одни говорят, что цель человека в самосовершенствовании, другие - в следовании неким высоким целям, третьи, что смысла у жизни вообще нет. В конце концов, на каком основании вы думаете, что смысл есть или почему их не может быть несколько?
  
   Пьер молчал, собираясь с мыслями. Как объяснить этому, чужому, в сущности, человеку, все принципы нового солидаризма? В двух словах не получится. А в длительной дискуссии он не силен. Это не учебный диалог в классе, и оппонент явно неглупый.
  
   Смотритель смотрел на Пьера с легкой полуулыбкой, и было непонятно, то ли он специально пытается задеть собеседника, то ли задумался над своим вопросом.
   - Видите ли... - начал Пьер медленно и напряженно, - я знаю ответ на этот вопрос, но не знаю, насколько он вас устроит. 
   - Успокойтесь, я не собираюсь с вами спорить и что-то доказывать. В нашей вселенной хватит места для разных точек зрения. Просто мне всегда казалось странным, что многие обычные люди могут быть так привязаны к своему образу жизни. Между тем, как в наше время им доступны такие возможности, которые раньше было и не представить.
   - Но сами-то вы, по-моему, предпочитаете находиться на станции?
   - Ну-у, одно другому не мешает. Может быть я успел напутешествоваться. А может я не обычный человек. А может быть... у меня все впереди...
   - В каком смысле? 
   - В смысле, что меня одинаково не устраивают существующие общественные формации. Союз с моей точки зрения слишком зажат, Альянс слишком свободен...
   - Почему это Союз зажат? - возмутился Пьер. - У нас каждый член общества может делать все, что хочет, если это не мешает остальным. Если ты осознаешь необходимость наличия свободы для других людей, значит ты сам свободен. 
   И, не удержавшись, добавил через паузу:
   - Свобода - это осознанная необходимость! Тут даже спорить не о чем.
   - Да-а, в чем-то вы правы. Я в курсе основных положений. Но вот какая штука: человеческая психология вносит в теорию большие коррективы. И, как следствие, наличие большого репрессивного аппарата в виде государственных структур. Или корпоративных структур. Даже Лига для своего объединения вынуждена пользоваться особой системой организации.
   - Я не знаю, как там все устроено у них, но лично я не ощущаю никакой несвободы. Если вы видите государственные структуры в виде репрессивного аппарата, то вам стоит задуматься над вашим отношением к обществу. Правила придумывают не просто так. И основной смысл их в том, что их нужно выполнять. 
   - Нужно, согласен. А еще можно осознавать границы применимости правил и придумывать собственные правила. 
   - В таком случае очень быстро можно оказаться вне системы. Человек существо социальное и должен подчиняться общим законам. Тогда общество будет выделять ему блага, охранять и способствовать дальнейшей жизни. А если вы не хотите подчиняться, то, пожалуйста, живите на свой страх и риск, без социальных гарантий.
   - Это понятно. Но вот что делать если я, как благочестивый член общества захочу получить больше благ, чем общество может мне предоставить? Вот что делать мне? И что делать обществу?
   - У меня есть несколько ответов. Ваш вопрос не поставил меня в тупик. Скажу так: общество должно воспитывать у своих членов правильное понимание своих потребностей. А каждый полезный член общества должен думать прежде всего о том, что он может дать обществу.
   - "Не спрашивайте, что ваша страна может сделать для вас, спрашивайте, что вы можете сделать для своей страны", так?
   - Чья-то цитата?
   - Да... не важно. Интересно будет с вами поговорить после вашего возвращения с Базы.
   - Думаете, что-то поменяется?
   - Не обязательно. Но и не исключено. А вдруг вы останетесь на Кладе?
   - Вот уж никогда! Я понимаю, что здесь с важной миссией. И должен вернуться на Землю. К тому же мне нравится дома. 
   - Дома... Дома всем лучше, кто бы спорил. Ладно, ваш вылет через полтора часа. Не забудьте личные вещи. А мне нужно еще кое-что настроить.
  
   Эпизод 12
  
   Из писем Андрея:
  
   ...Элитные воины у рарогов - это щитовые бойцы. Те, что живут на заставах, сторожащих проходы.
  
   Экипировка: большой овальный щит с умбоном (кованый металлический диск в центре). Бронь, разного типа, например, как европейская бригандина (плотная куртка без рукавов с внутренней стороны которой приклёпаны металлические пластины так, чтоб заклёпки на вешней стороне красиво смотрелись).
  
   Оружие: за спиной в ножнах привязан косоруб - типа фракийской ромфеи слегка изогнутого типа, только короче. Прямо на поясе (где горцы носили кинжал) в ножнах короткий клык. Клинок типа древнего махайра, только он не висит, а прикреплён параллельно поясу спереди. Глубокий кожаный шлем с металлическим наносником. Один или два дротика.
  
   Остальной народ при нужде идёт в ополчение. Ополченцы вооружены копьями, дротиками, топорами, тесаками вроде скрамасакса и, естественно, ножами (зубцами). Рароги, пожалуй, единственный народ, который занимается выработкой железа в рудниках, тогда как прочие племена довольствуются болотной рудой (как в средневековье вся Европа, включая славян). Кроме того, они единственные на Кладе амбидекстры. Все это неприкрыто намекает на уникальность, исключительность. Но кто мне даст средства для углубленных исследований?
  
   От тебя давно нет вестей. Вот кабы ты был здесь! С твоей-то энергией мы бы пробили возможность полноценного контакта.
  
   Извини, забыл написать в прошлом письме. Возможные версии развития цивилизации на Кладе:
  
   1) Опойский стан. Расселение из-за истощения почвы. Возраст порядка 30-40 тыс. лет
   Подтверждение: рароги считают, что в этом месте жилище их Предков
  
   2) Отроги Западных гор. Расселение из-за религиозных противоречий. Возраст порядка 12 тыс. лет.
   Подтверждение: более развитый уровень цивилизации в этом месте по сравнению с другими областями.
  
   3) Спонтанное возникновение с взаимной диффузией. Возраст - до 100 тысяч лет.
   Подтверждение: низкий, практически отсутствующий прогресс в развитии цивилизации.
  
   4) Безумный вариант: возникновение цивилизации в горах и опускание на равнину. Возраст порядка 70-80 тысяч лет.
   Подтверждение: наличие такого животного, как йо, негласно почитаемого общим предком всех живущих на Кладе народностей.
  
   Подробности в следующем письме. Пока же желаю удачи сам себе.
   4/1, 97д.
   ...
  
   Разгоряченный физическими упражнениями, Глеб пытался успокоиться. Жаль, что у него не получилось ответить на письма Андрея. Отправка сообщения на такие расстояния стоит очень дорого. Андрей это понимал и не требовал ответа. Но Глеб придумал кое-что получше. Все имеющиеся у него ЭЕ он пустил на то, чтобы самому прибыть на Клад, явиться пред светлые очи своего друга. То-то будет сюрприз! А пока следует подготовиться к встрече. Физическое совершенство ничто по сравнению со спокойствием духа.
  
   Глеб опять открыл "Тысячелетнюю тоску"...
  
   От пределов земли Иберийской мы летели навстречу восходу.
   С сардов взяли немного добычи, но побили немало народу.
   Нам подарком был ветер попутный, крылья весел не рвали пучину.
   И желтея песками, под утро, теплый берег подставил нам спину.
  
   Уперев корабли в побережье, мы рубили и жгли, как бывало...
   Южной ночи сиреневый сумрак выткал звездами нам одеяло...
   А когда кузнецы поднебесья из горнила плеснули зарею,
   Мы, ощерившись копьями вместе, под щербатой стояли стеною.
  
   С башен серых, высоких как ели, из бойниц, из-за каменных зубьев
   Сотни глаз италийских глядели, но не видели в нас миролюбья.
   А на выступе цитадели, с края, словно у неба в объятьях,
   Впереди от щитов хмурой стражи - дева в ярком трепещущем платье.
  
   Глеб внезапно вспомнил одно из своих первых свиданий с женой, когда они гуляли на побережье залива. Было прохладно, резкий ветер рвал серую пелену облаков, низко нависшую над темной водой. А внутри была весна, душа пела от предчувствий будущего. И взгляд любимой женщины, такой родной и проникновенный.
  
   Казалось, так будет всегда. Но теперь это в прошлом. Остается или забыть неудачный эксперимент с семейной жизнью, или бесконечно терзаться прошлыми ошибками, пытаясь понять, где что-то пошло не так. Практичнее, конечно, забыть, начать все с начала, улетев на край света. Только почему-то не забывается.
  
   Воин жаждет богатства и славы, как бескрайних просторов ветер.
   Если ветер замкнуть в ущелье, ему незачем быть на свете.
   Только дурень исполнен цели, вожделея краткой услады.
   Мир велик, и о деве грезить безбородых юнцов отрада.
  
   Так крепил я рассудком сердце, чтоб не сгинуть в иных пределах,
   Пока хёвдинг не дал отмашку, и дождем захлестали стрелы.
   Вышла рать за ворота гордо, за победою шли, не к плахе.
   Но бежали затем проворно, как лисицы от росомахи.
  
   Я тоже вроде как бегу, думал Глеб. Только это бегство иного рода. Оно вызвано пониманием, что себя не переделать. Ну да, может быть я скучный и неоптимистичный со своими копаниями в древней истории. Но мне так проще и веселей. Не всем же стоять на передовом рубеже, придумывать новые информационные связи или терраформировать планеты. И уж никогда не хотелось присоединиться к Альянсу или другой системе. Для Альянса я слишком неактивный и не амбициозный. Для Лиги - мало фанатичный. Новый Ислам? Это было бы интересно только в качестве исследований, но полностью погружаться в чужой менталитет не самая хорошая идея. Вообще, хорошо бы заниматься только тем, что умеешь, без оглядки на других. Вот в Союзе можно заниматься чем угодно, даже если это совсем бесперспективное занятие. Главное - 2 часа в день выполнять общественные обязанности, и тогда можно ни о чем не беспокоиться - будущее у тебя будет обеспечено. Не хочешь довольствоваться малым? Пожалуйте в Альянс! Там работать надо больше, зато можно больше получить. Но я пробовал такой режим, и мне не понравилось. Хотя... если рядом с тобой будет родственная душа, можно перенести многое.
  
   Эпизод 13
  
   (из дневника Пьера):
   "Даже не знаю, как мне описать свои впечатления. Пожалуй, буду описывать честно, иначе какой смысл от дневника? В конце концов это же мои мысли, а действия свои я смогу подкорректировать с учетом чужой необходимости.
  
   Как мне все это надоело. Просто голова пухнет от новых впечатлений. Свалившаяся на меня новая информация совершенно не вмещается в мою бедную голову. Спрадаты, платы, верзовиты, тангодры. Еще эти, как их, которые кочевники... Забыл опять. Кто с кем в каких отношениях, кому и что, и, главное, как говорить?
  
   Бедная моя Земля, неужели и у нас когда-то было нечто подобное? Просто не верится. Хорошо, что я нахожусь здесь на Базе, а не на этой дикой планете. И моя миссия составить подробные заметки о своем путешествии. Невзирая на перепады настроения. Потому что в данный момент все надоело безмерно. Окончательно и бесповоротно. Уж если я для чего и создан, то только не для подобных мероприятий. А ведь вначале было так интересно. Итак, что же было вначале...
  
   На станции я задержался недолго. Там были свои дела. Я в них не вмешиваюсь. Меня опустили на Базу. Там и находился основной контингент проникателей. Встретил меня один из помощников начальника Базы. Он же был моим гидом на ней: показывал расположение помещений, объяснял их назначение, знакомил с бытом и распорядком. Немного рассказал про методы работы. Вообще все это секретная информация, но я был введен в состав группы управления и должен был иметь представление о том, какими методами ведется проникательская деятельность, сбор и обработка данных.
  
   Всего на Базе около тысячи человек. Основная часть приходилась, как ни странно, на операторов визуальных устройств. Затем сотрудники группы обеспечения и аналитического центра. Отдельную секцию составляли люди, осуществляющие пространственную связь. Проникателей и пилотов меньше всего, как ни странно. В принципе все было понятно, но, в частности, я не понимал ничего.
  
   Основной контингент, как я понял, из Союза Суверенных Солнечных Республик. Немало представителей Альянса. Они, правда, специализируются на терраформировании, но в данном случае востребованы их планетологи. Из Миссии мало народу только потому, что она вообще малочисленная, зато там много ученых самого разного профиля. Несколько человек из Лиги, но только в качестве врачей, наблюдателей и посредников для своих же. Из новоисламистов никого не встречал. Общее управление ведется через КосмоСовет. Это разумно, потому что Клад официально не принадлежит ни одной системе.
  
   Что касается непосредственно моих обязанностей, то пока местный ход событий идет без моего непосредственного участия. Мне предоставили отдельный холл, где я могу работать, изучая полученные снимки и сопоставляя известные факты. Иногда ко мне заглядывали какие-то незнакомые личности и предлагали пойти размяться в спортзал. Благодарю покорно! Одного раза мне вполне хватило. Если я еще как-то выдерживал, что нормальные люди могут бить друг друга, то мне становилось не по себе, когда они еще что-то брали в руки. Эти острые полосы стали, сабли, кажется. Жуть просто! А вдруг кто-нибудь попадет всерьез?!
  
   А эти люди получали явное удовольствие от подобных действий. Поистине, чего только не бывает на свете. Но я понимал, что скоро наши пути непосредственно пересекутся и мысленно готовил себя к этому. Ведь в скором времени мне придется совершить спуск на планету Клад с целью непосредственной разведки.
  
   Да. И еще. Не знаю, стоит ли здесь об этом писать. Но раз уж взялся протоколировать свои чувства... В общем, в группе управления меня познакомили с молодой женщиной. Ее зовут Ирина Амели. Она выполняет здесь функции диспетчера КосмоСовета. Я не понимаю, что случилось со мной, когда она на меня посмотрела. Но мне теперь почему-то хочется еще раз увидеть этот взгляд. От него становится как-то спокойно и восторженно. Наверное, это глупо, но я стараюсь почаще попадаться ей на глаза. Не знаю, что она думает на этот счет. Надеюсь, у меня получается делать это ненавязчиво."
  
   Пьер перечитал последние предложения и решил остановиться на данном вопросе в следующий раз. Пока что он в самом деле не знал, как относится к тому, что с ним случилось. Не сказать, что это его беспокоило, но слегка волновало. Привыкнув к точности в описании своих действий, он был немного растерян от того, что не получалось точно сформулировать свое состояние.
  
   Разумеется, он был в курсе отношений мужчины и женщины, но всегда воспринимал их как бы отстраненно, не в применении к себе. И теперь ему нужно было понять, как поступать в новых обстоятельствах, как правильно расставить приоритеты, чтобы выглядеть достойно и выполнить намеченные ранее планы.
  
   Воспитанный в рамках посткоммунистической морали, Пьер считал, что при возникновении соответствующих чувств следует сообщить о своих чувствах объекту. Раньше это называлось "признаться в любви". Такой прием хорошо работал среди сверстников и предполагал легкое увлечение в виде игры. В данном случае ситуация осложнялась наличием общих планов работы и корпоративной этики. И вероятностью отказа. Это все Пьер пытался учитывать, но никак не мог разобраться в клубке противоречий, кажущихся ему неразрешимыми.
  
   Не надумав сходу ничего практичного, Пьер решил прогуляться перед сном в коридорах базы и зайти наконец в парковую оранжерею, которую ему давно нахваливали. Кроме двух случайных человек навстречу не попалось никого. И это было на руку. В таком смятенном состоянии Пьеру было не до разговоров на посторонние темы. Хотелось просто идти, не привлекая внимания.
  
   Пьеру пришло в голову, что База достаточно велика, чтобы при наличии тысячи человек оставались такие укромные уголки на верхнем ярусе, позволявшие возможность уединения. Наверное, сейчас жизнь кипит внизу, один я тут прогуливаюсь. Это ничего. Надо же прийти в себя после длительного перелета.
  
   Эпизод 14
  
   БАЛКАНСКАЯ ИСТОРИЯ
  
   Жарким летом, через Карантанские земли, дорогою из Любляны в Марибор ехал верхом бравый гусарский поручик. Вез поручик пакет в войсковую ставку, и кое-что важное и весомое должен был передать изустно Его Превосходительству Главнокомандующему Императорской армией. Потому приходилось офицеру спешить и обходить стороной веселые придорожные заведения, чтоб ненароком сорвавшись, не залить вином то, что необходимо было сообщить вышеозначенной важной персоне.
  
   Пока пыльная дорога тянулась долиною Савы, всегда можно было напоить коня и наполнить дорожною флягу. Но дальше пришлось поворотить на северо-восток, через холмы и увалы, тут-то и натерпелись и добрый конь, и удалой всадник. И как-то к полудню, после славной утренней скачки, размазав из фляги последние капли воды по губам, уныло брел поручик, держа коня в поводу, разминая затекшие ноги. И ничто его не радовало: ни свежий ветерок из ущелья, ни буйные красоты вокруг. Присел офицер под старым грабом, узда на руке, оперся спиной о ствол, смежил веки. Спал - не спал, забылся тяжелой дремой. И грезился в дреме поручику не то родник, не то ручей, с чистой и холодной водой ... Как мало порой бывает нужно человеку.
  
   Очнулся офицер оттого, что дернули его за руку. Вскочил он и понял, что это конь потянул за узду. А глянув перед собой, подумал, что ему все еще грезится: подле его коняги стояла девушка и гладила жеребца по рыжей гриве.
  
   Хоть еще молодой - бывалый человек был поручик и думал, будто все, что можно, уже видел в жизни. Все, что хотел, уже ощутил. А тут вдруг не мог понять, что с ним творится. Глядел он на девушку - и будто зимняя стужа сковала его в летний полдень, онемел язык, отнялись руки и ноги. Потом подул резкий осенний ветер и понес в глаза офицеру желтые и красные листья, а утренняя роса обожгла холодной испариной лоб и змеей проползла меж лопаток.
  
   Не мог понять бравый поручик, страшится он или радуется, как однажды, когда безусым корнетом впервые попал в жестокую переделку.
  
   А девушка смотрела на него и улыбалась.
  
   И была ее улыбка светлая и чистая, как первый снег поутру. А глаза сияли, как лучики солнца в брызгах горного ручья.
  
   Смутно помнил поручик, что и как было дальше. Помнил, как вела его девушка по тропе, к колодцу-журавлю. Как поил коня, а пока конь пил, он, что-то бормоча, без нужды проверял, как подтянуты седельные сумки и подпруги. А потом сам припал к ведру, запрокинув голову, и долго не мог оторваться. И только затем уж опомнился. А опомнившись, увидел, как невесомым перышком тает впереди меж деревьев легкое платье.
  
   - Как зовут тебя и где тебя искать? - успел крикнуть поручик.
  
   - Злата!.. А если захочешь, найдешь за этим холмом, в городе Целье, - эхом серебряного колокольчика прозвенел ответ.
  
   Сколько еще стоял, цепенел поручик: миг или час? А когда совсем прояснилось у него на душе - вскочил на коня и погнал прочь. Перемахнул через холм и промчался мимо городка - так, словно вел эскадрон в лобовую на батарею. И одна мысль натянутой струной билась в голове: "Вручить пакет, выполнить приказ и вернуться!".
  
   И ничего больше не было - ни войны, ни мира, ни службы. Ни вина, ни карт, ни породистых коней, ни дорогих клинков, ни милых барышень.
  
   Только девушка у колодца.
  
   А летнее солнце уже западало за снежные горбы Караванке.
  
   Что было потом? Была война - не первая и не последняя на этой Земле. А долгу и чести не впервой перегораживать дорогу мечтам и чувствам.
  
   И уже бравый гусарский капитан, очерствевший от потерь товарищей и обычных мерзостей войны, сидя в чадной корчме на окраине отбитого у неприятеля местечка, пил хмельную горечь, отрешенно глядя в пустоту. И в сухих, усталых глазах его, на недоступной глубине, малой искоркой тлела легкая тень надежды. И виделась капитану тропинка через цветущий луг, роща у холма и тающее меж деревьев легкое платье.
  
   Добрался ли туда вновь бравый капитан - прежний лихой поручик, про то мне неведомо. Может, в одной из атак встретил он грудью свою судьбу - свинцовую пулю. А может, сгинул безвестно в турецком плену. Хочется верить, что доживал свой век офицер, сидя на веранде, позади славного беленого домика, под сенью яблонь и груш.
  
   ... А может не было никакого поручика...
  
   Может это я сам, двести с лишним лет назад, гнал долиною Савы рыжего жеребца. И, по молодецкой горячности и поспешности повернув раньше времени, измотал себя и коня горными переходами. Но иначе я бы не встретил "девушку у колодца". Но иначе я бы не нашел тебя, Злата ...
  
   Здравствуй!
  
   Перечитывая в очередной раз новеллы из "Тысячелетней тоски", Глеб невольно окунулся в старые воспоминания. "Ну вот, я свою девушку встретил... Я обещал отдать ей все, что у меня есть. И я сдержал обещание, даже постарался отдать то, чего не имею, но этого оказалось мало. И как ни крути, выходит, что проиграл, уступил, не дошел до финиша. И дело даже не в этом. Получается, что бежал вообще в противоположную сторону. И вот, когда ты уже близок к победе, расслабился, тебе говорят: эй, послушай! Вообще-то финиш в другой стороне. Так что давай, разворачивайся, беги обратно на старт. И потом еще всю дистанцию! Заново. И тогда может быть есть шанс."
  
   Нет, так не пойдет. Если он опять начнет изводить себя предположениями, как нужно было себя вести, чтобы сохранить отношения... в общем, ни к чему хорошему это не приведет.
  
   Почитаем-ка лучше письма Андрея:
  
   Прошу прощения, милый Глебушка, но ты меня неправильно понял. Вовсе я не раскис. "Людям подобной профессии это не свойственно, но..." Я так же тверд, как и раньше. Жаль, далеко до тебя тянуться - ты бы почувствовал.
  
   Суть проблемы заключается не в том, что мне трудно работать в жестком мире кладской действительности. Историк я еще тот! Но, попробуй понять, очень трудно удержаться от соблазна решить какую-нибудь проблему по-своему. Я тебе так скажу: самое сложное (для меня лично) подавлять в себе этакого бога, всезнающего, всемогущего. И если в локальных ситуациях это еще удается, потому что сама обстановка способствует собранности и самоконтролю, то вот на Базе, когда полностью расслабляешься, голову начинают беспокоить тревожные мысли: "а правильно ли мы поступаем?", "не торопимся? а может опаздываем?", "а имеем ли мы вообще право..." И как наши потомки будут глядеть в глаза будущим жителям этой Планеты?!
  
   Все время кажется, что мы подошли к той черте, за которой все видно, как на ладони. И мы самодовольно строим теории и примеряем их на практике. А потом, сделав два-три шага вперед, вдруг убеждаемся, что теория не работает. Причем не в мелочах, а глобально. И мы строим новую теорию... По большому счету в этом ничего предосудительного нет. Так человечество и движется по пути познания мира. Этот старый добрый способ дает слом, когда его пытаются применить к кому-то другому. Лично я за свои ошибки привык расплачиваться сам.
  
   Извини. Однако я разошелся. Впереди у меня бездна времени. Что касается конкретно кладских событий, то там пока все без изменений. Это не должно нас успокаивать. В качестве тренировки решили смоделировать масштабные военные действия. Вот тебе и задача: как бы ты посоветовал поступать нам? Небезызвестный тебе Джафар Неёлин сразу заявил, что мы не должны этого допустить. Значит моментально надо свернуть основные программы исследований и направить силы на предотвращение. Скажу тебе как специалист - сделать это было бы непросто. Скорее всего невозможно. Кроме того, теми скромными ресурсами, что имеются у нас, никак не обойтись. Да и люди не машины.
  
   Пока же глобальная война Кладу не грозит. Бывают, конечно, локальные конфликты. Но они не выходят за рамки межплеменных отношений. Возможно, в будущем, когда природные ресурсы начнут исчерпываться и начнется переселение народов, возникнет и почва для серьезных конфликтов. А будет это нескоро, и к этому моменту у нас уже будет теория. Я на это надеюсь.
  
   Эпизод 15
  
   (из дневника Пьера):
   "В один из будничных дней моего пребывания на Базе, меня познакомили с очаровательным проникателем, русским по национальности. Андрей Семиреченский его фамилия. Также он отзывается на прозвище Град. И на проникателя он совершенно не похож! А когда я его наивно спросил: умеет ли он все ЭТО, Андрей улыбнулся своими лучистыми глазами и сказал, что это только минимум.
  
   А затем началась теоретическая подготовка.
  
   Андрей рассказывал мне ближайшую историю Клада, вводил в курс текущих событий, творящихся там в данное время, знакомил с помощью видео с особенностью местности и природы. Особенно распространялся он по поводу нравов и обычаев того района, в котором мы должны были действовать. Знал он действительно немало, а рассказчиком был великолепным. Надо ли говорить, что в моем лице он встретил самого благодарного слушателя. И самого бестолкового!
  
   Когда я спросил его однажды, сколько времени он здесь находится, он молча показал две растопыренные ладони и добавил: "Скоро будет. Но если мерять по местному летоисчислению, то в полтора раза меньше. Я после выпуска только здесь и работал."
   - И что? Ни разу не тянуло домой? - почти ужаснулся я.
   - Почему, - спокойно ответил он. - Был два раза в командировках.
  
   Нет, положительно он жил в каком-то другом мире, совершенно мне недоступном. И все равно он мне нравился."
  
   ***
   Андрей пристально посмотрел на Пьера:
   - Я вижу, вас что-то беспокоит. Вам хочется задать мне вопрос. Это так?
   - Да, - вздохнул Пьер, - я не знаю, как его правильно сформулировать... Зачем вот вы здесь все это... делаете? Какая цель? Они же совсем как мы, почему нельзя просто спуститься на планету, войти в контакт, объяснить, кто мы такие. Дать им наше понимание, технику, возможности. Неужели они не поймут?
  
   Андрей усмехнулся и потер щеку. Ему не первый раз задавали такой вопрос. И каждый раз он немного терялся, пытаясь объяснить собеседнику очевидный для него ответ. Но совсем неочевидный для человека с другими установками и приоритетами.
   - Скажем так: у нас нет цели искусственно поднять их на следующий уровень. У них свой путь, и они имеют право пройти его самостоятельно. Наша цель, во-первых, создать общую теорию развития местных народов, во-вторых, понять, как они здесь появились. Это две параллельные задачи. Хотя они и коррелируют друг с другом. Если бы у нас была задача вытянуть их на наш уровень, мы бы просто отобрали наиболее достойных представителей, поселили бы их в обособленном месте, обучили так, как следует. И затем уже они осуществляли бы обучение. Так, через поколения вполне возможно было бы помочь им пройти путь, на который может понадобиться полторы-две тысячи лет.
   - Разве одни лишь наблюдения помогут нам получить ответы?
   - Наблюдение - это только первая стадия проникновения. Она не отменяет остальных. Мы присутствуем на планете, проводим исследования в местах, недоступных для местных жителей. Фактически мы в процессе перехода во вторую стадию: полевые исследования на всей поверхности планеты.
   - А третья стадия тогда что?
   - Если говорить просто - непосредственное проникновение в местные племена под видом наблюдателей.
   - По правде сказать, я думал, такое внедрение уже ведется.
   - Да? Интересно... Почему вы так думаете?
  
   Пьер, слегка смущаясь, напел сперва "Мир окружает тебя иной, и солнце над миром чужое", а потом "Не ищите меня на счастливых планетах".
  
   - Ах, это! Это лирика. Не знаю, кто первый пустил информацию о том, что на Кладе ведется полноценная проникательская деятельность, но это не верно. Мы строго следуем рекомендациям КосмоСовета. Работа Базы ведется в полном соответствии с его директивами.
   - Но случайные контакты возможны?
   - При действии на местности у нас используются особые протоколы безопасности. Так что обоюдные контакты абсолютно исключены. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос?
  
   Андрей постарался сказать это максимально вежливо, чтобы не было ощущения, что он собирается отвязаться от Пьера. Нужно было приступать к очередному наблюдению, а он еще не обработал предыдущие записи.
  
   - Наверное... в общих чертах. Мне нужно подумать.
   - Это никогда не помешает. Тогда до завтра.
  
   Андрей посмотрел вслед уходящему Пьеру и подумал, что сам был когда-то таким мальчишкой. Вроде бы недавно по времени, но сколько событий успело пройти. Заинтересованность Кладом началась с небольшой научно-популярной заметки. Больше достоверной информации сходу найти не удалось. И когда сверстники занимались изучением современной науки и техникой, планируя стать спайдерами, аналитиками, супервайзерами, Андрей грезил возможностью воочию соприкоснуться с живой историей. Практичности в этой идее было немного, перспективности - еще меньше, поэтому и настоящих единомышленников у него не появилось. Точнее был всего один - Глеб Вершинин. Но их дороги разошлись, едва сойдясь, больше десяти лет назад. Глеб выбрал теорию в центре цивилизации, Андрей - практику на удаленной планете. И никто в этом не виноват. Просто так сложилось. Однако поминать прошлое некогда, планов впереди много, и надо бы заняться приведением в порядок своих заметок.
  
   Эпизод 16
  
   Андрей сидел в своей комнате, листая архивные записи, часть которых он сам и сделал по данным камер наблюдения.
  
   "Итак, легендарное событие одиннадцатилетней давности если считать по земному времяисчислению. Почему в народной памяти это событие осталось именно как свалка, а никак не битва? Хотя ради истины стоит сказать, что иногда её называют и битвой, но битвой по-старому. Так что, собственно, там произошло?
  
   "Преодолевши гор отроги,
   Спустившись на равнину в ночь,
   На битву двинулись рароги,
   Тангодрам доблестным помочь.
   Их было мало, но в сраженьи
   Обычный воин стоил трех.
   Они не знали поражений,
   Поскольку вел их горный бог.
   Под знаком шерстокрылой Рары
   Мужи войны спустились с гор.
   Их воевода вел бывалый,
   Хранивший дедовский топор.
   Двумя мечами каждый воин
   Почти с рождения владел.
   А если был того достоин,
   То выбор - воинский удел.
  
   Рароги вышли к перевалу
   И встали там, где бьет ручей.
   И все их воинство встречало
   Бряцаньем копий и мечей."
  
   Это, так сказать, вольно переложение эпоса. А на самом деле вот что удалось выяснить.
  
   "Гремучие камни" - это удобный и не крутой перевал на юго-западе горной страны. Это место, куда из разных населённых земель в начале осеннего цикла съезжаются торговые люди со своим товаром. Как было и в этот раз. И вот эти купцы, а именно тангодры и тлегалпы повздорили между собой. Упёртость тангодров нам известна, и это помножилось на высокомерие тлегалпов. В совершенстве языков друг друга купцы не знали и это осложнило конфликт. Осложнило настолько, что произошла драка между зависимыми от купцов людьми. Но славно, что явных идиотов среди них не было, потому никто не стал прибегать к помощи боевого оружия. Итак, поначалу поле осталось за тлегалпами, но несколько позже тангодры взяли своё. И взяли настолько, что к исходу дня разогнали всех не рарогов. Досталось также мирнейшим оппам. Те, кто знал речь и привычки тлегалпов сообщили, что стоит ждать продолжения. Но все уверяли друг друга, что неписанный кодекс чести нигде не нарушен. Но всё же сообщили на ближнюю заставу, где воеводой был небезызвестный Одд-Бро. С помощью четырёх сотен тренированных бойцов Одд-Бро оперативно перекрыл перевал и стал ждать. За время ожидания к перевалу подтянулись охотники из разных горных племён. По истечении декады, прикончив все запасы, охотники стали потихоньку разбредаться. Но для поддержки воинов тангодры отдали нескольких быков. И вот к исходу двенадцатого дня дозорные разглядели внизу войско тлегалпов.
  
   "Тлегалпы, ревностью гонимы,
   Толпой перевалил ров.
   И вдруг внезапно явно, зримо,
   Увидели стену щитов."
  
   "Ещё через два дня войско поднялось на перевал и поднявшись увидело стену щитов. Жаль, что тогда ещё это были не такие щиты как теперь. Одд-Бро был опытным воином и знал ситуацию. Он приказал никому не обнажать косорубов и не метать дротиков. За стеной щитов находились бойцы с дубинками, потому что не было реальной причины проливать кровь. Сосредоточив в центре наиболее опытных воинов, Одд-Бро первым ударом тлегалпов и опрокинул. Но намеренно не преследовал. Теперь это событие обросло множеством легенд."
  
   "Рароги шли сплошной стеною
   В блестящем зареве клинков
   И оставляли за спиною
   Тела поверженных врагов.
   Они спокойно продвигались,
   Как смерть, в железном звоне жал.
   Сердца теснимых содрогались.
   А кто не дрогнул, тот лежал.
  
   И силы не было на Свете
   Остановить живой напор
   Тех, кто родились на планете
   И для войны спустились с гор."
  
   ...когда-то мы так и думали, принимая эпосы за чистую монету. - Усмехнулся Андрей, вспоминая свои первые месяцы на Базе. - Еще ничего не зная точно, анализировали на основе своего опыта. А какой он у нас был? Только тот, который мы знали из истории Земли. И на основе этого опыта мы и рассматривали Клад. И вот прошло более 10 лет, а что мы знаем сейчас?
  
   "Но нельзя не отдать должное предусмотрительному расчёту командира и не желанию тлегалпов воевать без видимой причины.
  
   Я не писал об этом ранее. А на это стоило бы обратить определённое внимание. Дело в том, что народы, условно трактуемые нами как кочевники, а именно тлегалпы, ботогалпы и кхунсегеры в своей хозяйственной деятельности, как видимо и на войне активно используют такое ударно-дробящее оружие как кистень. Никто из окружающих народов кистень не использует. И дело видимо вот в чём. Тех мешконосов, которых кочевники используют как вьючных животных порой довольно сложно вывести из определённого ступора. Для этого тлегалпы и прибегают к кистеню, никогда не пользуясь для этого кистенём боевым. Можно также сказать, что боевые кистени находятся у них под определённым запретом. Так камеры слежения в процессе длительного времени фиксировали у кочевников боевые кистени лишь дважды, тогда как бытовая разновидность используется постоянно.
  
   Возвращаясь к описанной свалке у Гремучих камней, стоит назвать обратимые потери. Около трёх десятков рарогов было выведено из строя использованием против них бытовых кистеней. Несмотря на то, что мы знаем результат этого побоища. Стоит отметить, что Одд-Бро, наблюдая за поднимающимся по склону войском тлегалпов, обратил внимание на отсутствие звона цепей при движении. Из этого был сделан однозначный вывод - тлегалпы не стремятся умереть, потому идут на свалку с бытовыми кистенями. После этого был отдан приказ не обнажать клинков и не метать дротиков.
  
   Бытовая разновидность кистеня отличается от разновидности боевой материалом изготовления. В первом случае это верёвка или плетёный в косицу кожаный ремень, на конец которого подвешена костяная гирька. В отличие от стальной цепи и кованой металлической гирьки, которые крепятся к деревянной или роговой рукоятке на кистене боевом."
  
   * * *
   В это время Глеб был близок к заключительному этапу своего пути. Книга не получалась, но это уже было и неважно. Он привел себя в форму. Освежил старые знания по истории. Даже прошел несколько занятий на виртуальных тренажерах, стараясь научиться управлять десантным катером. Удивительно, сколько всего может сделать человек, запертый в ограниченном пространстве и не ограниченный бытовыми трудностями. Единственное, что его слегка беспокоило, это аргументы, с которыми он явится на Базу. Здрасьте, мол, я - такой-то, прилетел повидать старого друга, а что у вас тут за дела, а то может у вас работников не хватает, так я могу помочь, все равно у меня старая жизнь кончилась, а новую надо как-то начинать...
  
   Смешно.
  
   Глеб потянулся:
   - Нет уж, чего тут думать? Все равно я ничего не знаю точно, как там и что устроено. Следовательно, смысла нет беспокоится. Будем действовать по ситуации.
  
   "Свере третью неделю вел своих людей в Викен. В феврале горные перевалы встречали их колючим пронизывающим ветром. В Нурдале, в одном их ущелий их встретил Карл из рода Виде вкупе с крепкими бондами."
  
   Эпизод 17
  
   Андрей нашел Максара недалеко от главной обсерватории. Тот, как всегда, куда-то торопился, поэтому сразу поинтересовался:
   - Как дела с высадкой?
   - Нормально. Я только не пойму, зачем весь этот маскарад. Хватило бы меня и одного пилота.
   - Распоряжение руководства. Считай это тренировкой в условиях, приближенных к экстремальным. Никогда не знаешь, что может пойти не так. И потом, надо оказать помощь земному посланнику для составления отчета.
   - Я и так ему много рассказал. Даже то, чего и сам не знал.
   - В каком смысле? А, шутка... хорошо. Пусть видят, что мы здесь работаем.
   - Уж не думаешь ли ты, что это какой-то особый агент-куратор? - Андрей придал своему голосу столько ироничности, сколько смог.
   - Я думаю обо всем, работа такая. Если хочешь знать мое мнение, то лучше отработать программу по максимуму, не задаваясь подобными вопросами. - Максар шутки не понял. Или просто решил остаться серьезным.
   - Хорошо. По максимуму значит, по максимуму. Погоди, я хотел спросить, ты меня в список внес?
   - Нет, извини. Забыл. В следующий раз. Спешу.
  
   Андрей остался наедине со своими мыслями. "Жаль, что на совете опять выступить не получится. Но это не к спеху. По максимуму... что ж, а это даже хорошо. И ребята развлекутся, и я вместе с ними. Ресурсов у нас хватает. Пойду, порадую Пьера."
  
   * * *
   (из дневника Пьера):
   "План всей операции вкратце сводится к следующему. Сначала нам предстоит совершить поверхностный облет планеты с целью выявления побочных источников. Затем второй облет для рекогносцировки основного района действий. И уже потом непосредственно должны высадиться на поверхность.
  
   Для подобных целей здесь используются специальные антигравитационные катера системы "Стелс". В операции должны принимать участие еще пять человек. Меня прикрывают Андрей Семиреченский и Джафар Неёлин по кличке "Малыш". Пилота катера и группу страховки я еще не знаю. Их определят в последний момент. Таков протокол взаимодействия для особых ситуаций на планете.
  
   И вот эта заключительная часть моего приключения никак не влезает в мою бедную голову. Пока разговор идет в общем, все более-менее хорошо, но как только начинаются частности, становится худо.
  
   Дело в том, что, как я неоднократно замечал, я способен переваривать подобную информацию в качестве интересного фильма или для того, чтобы рассказать кому-то. Но вот чтобы оперативно пользоваться ей - в этом моих способностей не хватает. Я до сих пор не могу запомнить название племени, которое там самое главное, что ли. Или известное. А уж местные имена - сущая пытка. Их суть просто не проникает в мой мозг. Ума не приложу, как я буду работать на Планете. Андрей явно огорчен, но успокаивает меня. Возможно, никаких контактов не будет, все обойдется тихо, в крайнем случае просто надо молчать, а уж он сам ответит за обоих. Вообще, мне кажется, мы с ним неплохо сдружились. Не знаю, как он относится ко мне, но я ему доверяю полностью.
  
   Итак, самое главное - успокоится. Начало операции скоро. В конце концов, это ведь нужно не только мне. Успех операции двинет вперед земную науку. И я почти уверен в успехе. Не может же мне не повезти за все мои страдания в самый распоследний момент?! И предварительный прогноз положительный. Единственное, что меня смущает -- это возраст планеты. Будем надеяться, что он не имеет решающего значения.
  
   Так-так, надо еще раз повторить названия местных племен и места их обитания. Пока это самое главное на данные момент. Так сказал Андрей."
  
   * * *
   В помещении для пилотов было шумно. Решался вопрос, кто примет участие в очередном спуске на Клад. Полетов последнее время было мало. Тренировочные начальство не одобряло, а тренажеры всем давно надоели.
  
   - Предполагается транзитный маршрут по классу А-ноль. - Говорил невысокий плотный мужчина в возрасте.
   - Ого! Неужели все-таки решили перейти на третью стадию?
   - Пока нет. Насколько я понимаю, это всего лишь тренировка. Собираются использовать тяжелый десантный катер с полной экипировкой и защитой. Поэтому участвовать смогут не все.
   - Да сколько можно ждать? Неужели нет других вариантов? Почему раньше спуски были чаще? - Раздалось сразу несколько голосов.
   - Спокойнее, коллеги. Все знают, что ваша оплата не зависит от количества полетов. А что до частоты, то в ближайшее время планируется три научных спуска. Еще должен быть заказ на несколько полетов по системе. И стандартный грузовой рейс до станции передового слежения. Кроме того, мне стало известно, что прямо на Базу должен прибыть частный лайнер. Нужно будет организовать обзорную экскурсию для команды.
   - Везет же некоторым, - заметил один пилот, - мне вот за всю жизнь не накопить на свой корабль.
   - Это потому, что не в том месте контракты берешь. - Ответил собеседник.
   - Ты так на Бора намекаешь? Нет уж, на такой риск я не пойду. Мне стабильность важнее. Да и когда третья стадия начнется, полеты будет чаще. Там и контракт пересмотреть можно.
   - Ну, жди. А я вот собираюсь податься в грузовой флот. Там, говорят, несколько ходок сделаешь - и можешь о будущем не думать.
   - Тут как посмотреть! Может случиться, что и полжизни пройдет. И к чему тебе тогда все заработанные "эники". Мне так и здесь неплохо живется.
  
   Они еще немного поспорили о смысле жизни, скорее по привычке, не особенно слушая, о чем говорят в помещении. Работа в любом случае предполагалась простая, можно даже сказать рутинная. Но это было всяко лучше, чем просто находиться на Базе.
  
   Эпизод 18
  
   (из отчетов Андрея Семиреченского)
  
   Если вы не бывали на континенте Клада, в горах народа Ран, мне будет не так просто объяснить вам простые вещи. Но пусть будет как будет, мне остаётся лишь сказать вам, что нас землян туда никто не звал и наша главная задача была не нарушить. Такой эта задача остаётся и по сей день.
  
   Северные или, как говорят рароги, Срединные горы представляют собой довольно обширную горную страну с широким поясом хвойных и смешанных лесов. Эти самые леса и есть основная зона обитания народа Ран. Выше, в зоне альпийских лугов живёт только одно племя этого народа - тангодры. Там они выпасают своих быков. Но речь здесь не о них.
  
   Западный и юго-западный склон этой горной страны занимают рароги. Их зовут также "сидящими у обрыва".  Дело в том, что рельеф этой страны таков: резкое поднятие западной и северо-западной оконечности и плавный спуск к востоку и югу. Сейсмическая активность здесь довольно высокая, то есть выше, чем в среднем по континенту. Можно сказать, что в недалёком будущем на континенте возможны геологические казусы, но этот вопрос пока можно опустить.
  
   Итак, юго-западный склон гор отличает заметная разница. Он чрезвычайно обрывист западнее и плавно сходит на нет ближе к югу. Именно здесь находится основная стоянка, говоря археологически, того рода, который играет всё большую роль в жизни племени рарогов и народа Ран вообще.
  
   Неформальным лидером или патриархом рода Гё является жрец (волх, кудесник, рунолог) по имени Лода. Как в сказке он имеет троих сыновей. Это Эда, Тонда и Квада. У Эды есть сын, подающий большие надежды, Спрада. Здесь следует сказать, что усилиями всего рода налажено достаточное производство железа вообще и металлоизделий в частности и конечно оружия тоже. Именно на землях рода Гё производятся знаменитые боевые щиты овальной формы, обтянутые бычьей кожей, а также защитная амуниция всякого рода. Остаётся также добавить, что легендарный перевал "Гремучие камни" теперь принадлежит народу Ран.
  
  
   "Одд-Бро - последний в своем роду"
  
   Да, Лода-Гё тоже когда-то был молодым и тоже любил путешествовать. И расстояние, равное пяти дневным переходам проходил за четыре дня несмотря на то, что путешествовал он в горах. Так от подножий рарогов Лода-Гё поднимался туда, где тангодры пасли своих быков. Поднимался налегке, только дротик для упора да клык на поясе и скатанный козий тулуп через плечо. Кровь молодого горяча и гонит его ноги в далёкие дали, хоть и ждёт его дома молодая жена да первенец Эда. Но близкие никогда не останутся одни, за ними присмотрит род и, пожалуй, это не плохо. Плохо то, что ждёт впереди, когда ты, упираясь в горы, держишь путь к далёкому побратиму.
  
   Тонда-Бро и его родичи поднимались сюда на зелёное разнотравье из уже прогретых светилом долин. Так было всегда пока стоят горы. На высотных лугах быки скорей набирали вес, а коровы изрядно доились. Тонда-Бро умело изготавливал из молока сыр и оставлял его дозревать до полной готовности. Он был так же молод как Лода-Гё и уже имел сына и дочь. Возможно, нужно было оставить жену и детей дома, но ничего нельзя знать наперёд. Невесть откуда на летовку Тонды-Бро пришла чёрная хворь. По-хозяйски побродила по округе и свалила сначала тех, кто всё время был на лугах. Потом добралась до тех, кто работал в сыроварне. Тонда-Бро был уже тяжко недужен, когда вечером спустился в свой длинный сруб. Жена при свете очага и лучины перебирала собранные загодя горные травы. Но Тонде-Бро помочь она уже не могла, и он это знал, потому что от чёрной хвори нет спасенья. Тонда-Бро думал не долго, а потом сгрёб в охапку сына, уже пожелтевшую сырную рульку, свежую лепешку и поднялся на воздух.
  
   Ты - будущий воин Одд, - хрипло сказал отец, - и вот тебе воинское задание. Сейчас ты пойдёшь вниз один. Только пойдёшь не туда, где твой очаг, а на юго-запад, туда, откуда дует сейчас тёплый ветер. Найдёшь место, где рождается тёплый ключ и пойдёшь дальше вниз вдоль ручья. Там на кустах растут ягоды широколапника. Они кислые, но ты их ешь обязательно. Они помогают при разных хворях, может, помогут сейчас. Там, возле ручья можно спать прямо на траве. Дальше не ходи и жди моего побратима Лоду-Гё, скоро он должен подняться сюда... только бы ты был жив.
  
   - Папа, а клык?
   Тонда-Бро снял с пояса короткий клинок в ножнах и, будто заклиная, произнёс.
   - Только бы ты был жив.
  
   Одду-Бро было в ту пору семь лет.
  
   Минуло три дня пешего перехода, прежде чем Лода-Гё очутился в знакомом приметном ущелье, с тёплым ручьём, пронизывающим его от начала до конца. Шаг Лоды-Гё был уже не таким лёгким, как в начале пути. Все устают, даже Творец всего сущего, бродя по созданному им лесу, присел на поваленное дерево, чтобы послушать жалобу йо на укус кровососа. С той поры ветер унёс всех кровососов в Дга-Битре.
  
   Предания, предания. Быть может когда-то придёт такое время, что и наши дела станут для кого-то преданием. А пока остаётся просто шагать дальше.
  
   Уже давно перевалило за полдень, можно было где-то присесть и передохнуть немного. Лода-Гё осмотрелся и увидел впереди нечто непривычное. Прямо у ручья лежал кто-то двуногий и, кажется, не шевелился. Лода-Гё подошёл ближе и узнал в лежащем сына своего побратима. Было похоже, что мальчик спит. Одд-Бро действительно спал, поскольку был обессилен. Лода-Гё привёл его в чувство.
   - Что случилось Одд?
   - Так велел отец
   Лода-Гё достал из поясной сумки кусок вяленого мяса.
   - Только не спеши. Просто так бы отец тебя не отослал.
   - Отец велел мне ждать тебя.
  
   Через день, когда Одд-Бро смог идти, Лода-Гё прошёл с ним ущелье и поднялся на летовку Тонды-Бро. И сразу понял, что здесь произошло. И потому пришлось уходить обратно. Что бы сразу вернуться с родичами и сжечь трупы всех, кто был на летовке. Быки и коровы дождались Лоду-Гё, он угнал их вниз к себе. Скот теперь принадлежал сыну побратима, который, несмотря на возраст, слыл теперь состоятельным парнем, только родичей у него уже не было
  
   Позднее, когда у Лоды-Гё родится средний сын, он назовёт его Тондой, в память о побратиме.
  
   Эпизод 19
  
   Адски болит затылок. Томная тягучая боль во всем теле. Я так и знал! Катер потерпел аварию. Пилот в неведении - это никакое не энергетическое кольцо, трансураны существуют, они здесь есть! И побочный эффект - причина катастрофы.
  
   Как все-таки болит затылок. Ничего себе - побочный эффект... На Земле бы такого не произошло. Андрей и Джаффар бодры и спокойны. Но как выбираться?! Катер все, сдал. Такое ощущение, что его тащили по каменистому склону. Да так оно, в сущности, и было. Мы как горнолыжники спланировали на почти отвесный склон и прокатились до самого конца ущелья. Мрачновато здесь. Андрей предлагает идти к выходу из ущелья, - оттуда сообщить наверх, и нас заберут. Надо же, энергетическое кольцо в таком месте, кто бы мог подумать. Служба наблюдения передавала, что грозы здесь не было. Я молчу.
  
   Идти долго. Андрей с сожалением смотрит на меня. Ничего, выдержим. На Земле я, бывало, и по 10 километров проходил. Правда, по ровной поверхности. Вот пилота жалко - катер надо обязательно уничтожить.
  
   Туман глушит отзвуки взрыва. Интересно, что подумают местные жители? Хотя кто тут может жить - мрачнее глуши и не придумаешь. И холодно. Если бы не защитная сетка под хитоном - замерз бы в пять минут. И как они только без нее выдерживают? Ах, да, все должно быть естественно. На мгновение кажется, что все это сон: серая мгла, хруст камней, трепещущие куски тканей на плечах... И это тоже?
  
   Нас окликают. Аборигены тут как тут. Тольке их и не хватало! Андрей делает незаметный жест рукой, потом делает несколько шагов навстречу троих вооруженным до зубов воинам. Это, несомненно, рароги. Покатые надбровные дуги, плавно переходящие в нос; лицо умное, но доброты в нем незаметно. Они что, всех так встречают? И что они делают так далеко от своего месторасположения?
  
   Андрей в очередной раз объясняет, что мы - жрецы с Дальнего Святилища, что за большой Бороздой, возвращаемся с паломничества, недавно попали под обвал, едва спаслись. Начальник согласно кивает и делает резкий жест. Молодой гибкий юноша исчезает в тумане. Начальник предлагает нам зайти в селение. Это не по пути, но отказываться нельзя. Пара мечей устрашающе покачивается за его спиной. Да и дротик не будет лишним. Один воин идет неспеша впереди, другой сзади. Интересно, куда они послали юношу?
  
   Впереди небольшая долина. Она почти сплошь уставлена высокими конусообразными шалашами. Или чем-то вроде вигвамов на манер древних индейцев. Тянет чем-то кислым и острым. У самого входа в поселок нас нагоняет юноша. Оказывается, его посылали к месту обвала. Юноша что-то показывает начальнику и отчаянно жестикулирует. Великий космос, да это же кусок лобового стекла катера! Как оно уцелело после взрыва?
  
   Андрей пытается что-то объяснить, но его не слушают. Конвоиры ожесточаются. Как я понял, нас принимают за порождения Бездны. Это невежество может дорого стоить. Из ближайшего шалаша выходит десяток воинов и направляется к нам. Нет, в селение идти уже нельзя.
  
   Пилот нагибается. Идущий сзади конвоир пытается толкнуть его ногой и, попавшись на прием, падает на скользкие булыжники. Мгновенный удар - на два часа минимум противник выведен из строя, я-то знаю! Два меча наши. Тяжелый, однако.
  
   Начальник оборачивается и с пронзительным визгом кидается на Андрея, выхватывая мечи. Удары как молнии, но грозное оружие рубит пустоту. Андрей неуязвим. Вот он уже сзади, резкий точный удар - и рослый воин валится как подрубленный, получив удар по затылку. Джаффар уже справился с юношей - это легко.
  
   Бежать по мокрым камням неудобно, но страх добавляет ловкости, будто еще две ноги выросли. А сзади - толпа, человек двадцать. Чего это они остановились, решили, что нас не догнать? Андрей оборачивается. Еще чего? Они готовятся кидать дротики! Дайте мне щит!! О, Великий Космос, они уже кидают...
  
   В наших проникателей не так-то легко попасть. Вот Андрей перехватил один дротик на лету и начал крутить его перед собой. Да, очень эффективно. Теперь им уже нас не догнать, но почему так болит плечо? О-о-о... меня чуть не пригвоздили к огромному валуну. Спасла защитная сетка. Она мелкоячеистая и очень прочная. Все равно перед глазами плывет. Я теряю сознание. Выплывает образ Ирины Амели. Что она здесь делает? Впрочем, неважно. Теперь я достоин ее.
  
   * * *
   (из дневника Пьера):
   "Когда я рассказывал этот сон Андрею, он долго смеялся. Я высказал предположение, что меня так проверяли. Гипнообработка и все такое. Андрей ответил, что в принципе ничто не запрещает проводить такие проверки, но настолько глупые - никогда. Все это обычная фантазия и острое восприятие.
  
   Незачем идти к выходу из ущелья. Надо просто ждать на месте аварии. Зачем тогда нужна группа спасения? И уж никто никогда катера не уничтожают. Просто маскируют. Даже если аборигены на него наткнутся, то никакой реакции у них не возникнет. Рароги в тех местах не живут, разве что заходят изредка. И дома у них совсем на шалаши не похожи. Они предпочитают естественные убежища, либо стараются не выделяться из окружающей местности. А вот насчет запаха Андрей сказал, что запах я уловил правильно? С чего бы это?
  
   Больше он ничего не исправил, только заметил, что рароги бегают по горам не хуже проникателей. И даже лучше.
  
   Про Ирину я ничего не сказал. Это мое личное дело. И, похоже, останется со мной навсегда. Даже если бы это все произошло в реальности, в ее глазах я бы не поднялся. Точнее, я бы сам не поднял бы себя до ее уровня. Она вообще ничего про меня не знает. Мы пересекались предметно всего раз пять. Один раз у начальника Базы в день моего прибытия. Второй раз во время совещания. Думаю, она не обратила на меня внимания, точнее, не выделила из остальных. А я-то, дурак, расстарался, когда она на меня посмотрела. Даже вспоминать не хочу, что я тогда нес про трансураны в перспективе развития человеческой цивилизации. Не-е-ет, мне до нее далеко. Вот если бы я был, к примеру, начальником лаборатории...
  
   Тьфу ты, при чем тут лаборатория? Как можно сравнивать какую-то там лабораторию и Диспетчера КосмоСовета, выполняющего специальные задания на других планетах?! Вот будь я как Андрей... или вообще - Начальник Проникателей... Да нет, все это пустые мечты. Кем бы я не был, я все равно бы не осмелился к ней подойти. И из головы никак не выкинуть - вот ведь напасть какая. Взгляд как магнит - так и стоит перед глазами. Как я тогда на совещании сдержался. Да-а, а потом я вернусь на Землю, буду смотреть какую-нибудь передачу, да знакомым говорить: вот, мол, Ирина Амели, мы с ней вместе на Кладе были. Аж тошно! А ведь буду говорить... я себя знаю.
  
   Вот ведь анекдот. Как в старинных романах про любовь. Да почему в старинных? И не расскажешь никому. Ужас, ужас. Делом, делом нужно заниматься, а о чем я думаю? Пойти, что ли, к Андрею в спортзал. Движение утрамбовывает мысли. Когда ты на площадке - о постороннем думать не получается. Даже трансураны вылетают из головы. Это точно.
  
   Так что пойду в спортзал, морду набью кому-нибудь, может, успокоюсь. А то разбередил себя этим дневником."
  
   Эпизод 20
  
   Одд-Бро едва смежил веки, как провалился в глубокую черную пропасть сна. Усталое тело медленно наливалось тяжестью, но сознание спящего воеводы тревожили обрывки видений.
  
   ... Растрескавшийся ледник, сползающий в зеленую долину. Там, среди камней, молодой Спрада-Гё, к его ногам жмутся детеныши рары. Спрада-Гё оборачивается и видит ледовую гору, нависающую над головой. Он хватает маленьких, лохматых рарогов на руки и бежит по ущелью. С одного гребня ущелья падает, пересекая леднику движение, громадный каменный исполин. Лед с грохотом врезается в камень, и откуда-то со стороны пробивает сонное сознание крик: "Воеводу!"
  
   Одд-Бро проснулся, привстал с покрытого шкурами ложа и услышал крик стерегущего: "Буди воеводу! С Низа потянуло недобрым." Как был босой упругими быстрыми шагами вышел из логова и наткнулся на Видабру. Тот, не тревожа лишними словами, шагнул в сторону.
  
   Одд-Бро не влез, влетел на сторожевую вышку и окинул взором черную темень вокруг. В стороне Большой Борозды, а вернее у нижнего ее основания, маячили огни, много огней... очень много. И, казалось, нет, так оно и есть - огни все прибывали.
   - Говори.
   - Огни появились в начале третьей четверти ночи. Я заметил, когда их было шесть. Огни прибывали, я считал. Считал, пока не сбился со счета. После четвертой сотни. Потом позвал Видабру.
  
   Отд-Бро запрокинул голову, глядя на темное небо, усыпанное блестящими блестками - третья четверть ночи была в разгаре. От дыхания клубился белый пар. Он сейчас только ощутил холод и стал спускаться. Уже подходя к логову, бросил спокойно ждущему Видабре:
   - Пусть стерегут... - и откинул тяжелый полог врытого в землю сруба. Больше он не сказал ничего.
  
   Видабра понимал воеводу с полуслова, с взгляда, брошенного как бы невзначай, с нечеткого жеста. В который раз восхитился он простому его поведению, за которым чуял железную волю и твердость духа. "Пусть стерегут" и все. Спокойствие его от знания. От неприятеля до нас четыре дневных перехода. Спокойствие его от веры. От веры в тех, кто с ним здесь на заставе, в тех, нам на перевалах и на горах, окаймляющих Большую Борозду, Свагры, Горный Ров, многих больших и малых переходах бережет границу, нашу границу. Так пусть идут! Встретим.
  
   * * *
   Катер пригрунтовался в проверенном подготовленном месте, демаскировался и высадил экипаж. Природа подавляла суровой монументальной простотой. Немного закладывало уши. Пьеру стало как-то не по себе реальности материализовавшихся рассказов.
  
   Было холодно. Особую неприятность доставлял резкий ветер. Если бы под местной одеждой не было надето согревающей сетки - совсем беда. Ладно аборигены, но как здесь собираются действовать проникатели, думал Пьер, ужасно негостеприимный мир. А, впрочем, он и не обязан быть гостеприимным. На спутниках одежда жрецов с Дальнего Святилища. Практичная, но вряд ли теплая.
  
   Пьер поднял голову вверх. Какое здесь низкое небо! И везде туман. Потянуло сыростью. Порыв ветра едва не сбил с ног. Пьер восстановил равновесие и вгляделся в ближайшую скалу. Она казалась не настоящей, а как будто нарисованной. Это неЗемля! Попытался представить себе все расстояние, перебирая каждый светогод... и стало еще жутче от неизмеримого сравнения. Пустое пространство давило миллиарднотонной громадиной. А вся окружающая местность казалась игрушечной. Все-таки хорошо, что не придется столкнуться с туземцами. Предварительная разведка показала, что в окрестностях ущелья нет ни одной живой души. Но мало ли что может случиться...
  
   Потемнело в глазах. Или это солнце зашло за горы? Ах, да, это не Солнце, то бишь как называется местное светило? Андрей говорил... "Глупости, о чем я думаю," - одернул себя Пьер: "Надо работать. В конце концов люди ждут". Он установил несколько приборов, замаскированных под обыкновенные булыжники, проверил сигнал, начальные показания. В принципе, эту работу мог выполнить любой проникатель, даже любой сотрудник базы, но Пьер настоял на том, чтобы все сделать самому. В конце концов не затем же он сюда добирался почти полгода, чтобы проторчать на Базе. Тем более его учили, что самостоятельность - это одно из основных качеств гражданина Союза.
  
   Ветер дул все сильнее. Пьеру стало совсем неуютно, и он поспешил закончить работу.
  
   Весь обратный путь проделали молча. О чем думали проникатели - неизвестно. А Пьеру лезли в голову всякие мысли о единстве всего сущего во Вселенной, об антропном принципе и сходных путях развития человеческих обществ. Но ничего путного так и не оформилось, поскольку Пьер пытался думать обо всем сразу и ни о чем конкретно.
  
   Можно было считать, что первая вылазка закончилась удовлетворительно. Пьер был совершенно уверен, что в пластах этой планеты сохраняется определенное количество трансуранов. Еще пара вылазок, и станет ясно, где следует бурить пробную скважину.
  
   * * *
   Андрей нашел Пьера в гостевом зале обсерватории. Тот смотрел на звездное небо в направлении Солнечной системы. Почувствовав, что рядом кто-то есть, обернулся:
   - Говорят, что отсюда Солнце выглядит так же, как эта система с Земли.
   - Не совсем, но разницы визуально не увидишь.
   - Мне сказали, что есть возможность отправить меня домой пораньше.
   - Я как раз по этому поводу. Скоро тут будет пролетать транслайнер-клиппер, он сможет тебя забрать. Иначе придется задержаться минимум на две неделю. Свободных кораблей у нас нет.
  
   Пьер задумался. Андрей истолковал молчание по-своему:
   - Да ты не беспокойся, последнюю высадку я смогу сделать и без тебя. А как только получим информацию по результатам из скважины - сразу же тебе отправлю. Я же вижу, как ты хочешь домой.
  
   Пьер повернулся к Андрею:
   - А ты не хочешь?
   - Для меня дом тут.
  
   Пьер покачал головой:
   - Не понимаю, что здесь может быть хорошего. На орбите быть запертым в стенах Базы, на планете быть ограниченным негостеприимным миром Клада и директивами КосмоСовета.
   - Насчет негостеприимности ты не прав, но это субъективное мнение. Мне, например, на Земле негостеприимно, а тут я занят делом, которое мне нравится.
   - Неужели ты готов здесь пробыть всю свою жизнь?
   - А что здесь странного? Здесь есть все, что мне нужно. Но это не главное. Вот что ты будешь делать, когда вернешься на Землю? В перспективе.
   - Ну... Надеюсь, от моих рефератов будет польза. Возможно, удастся стать ученым, попасть в лабораторию... На худой конец, можно стать транслиттером, говорят, у меня неплохой слог. В любом случае гражданство Союза дает большие возможности в свободное время заниматься любимыми делами.
   - Так вот, я уже прямо сейчас занимаюсь любимым делом. И ни за какие энергетические единицы не хотел бы его променять. Но и это не самое главное...
   - А что - главное?!
   - Чем больше я изучаю рарогов, тем больше вижу в них прообраз мира будущего. Говоря высокопарно: это у них настоящий коммунизм, а не в СССР.
   - Андрей, а ты не заработался? - Пьер был испуган и смущен одновременно. - По-моему у тебя естественная профессиональная деформация.
   - Я знаю.
   - Но ты же как историк должен понимать, что у нас не коммунизм, а солидаризм. Коммунизм исторически недостижим. Это же теоретический образ. А у рарогов тоже не коммунизм, насколько я знаю. Да, денег у них нет. И вообще... Но суть-то вовсе не в деньгах. А в отношениях между людьми. ЭЕ всего лишь способ взаимодействия между разными общностями людей. Ну вот у Союза их больше, и что такого? Это просто дает нам больше возможностей. А какие возможности есть у твоих рарогов?
   - Пьер, ты не заметил, как сам себе противоречишь? Я же тебя ни к чему не призываю, а просто описываю свое настроение. У каждого своя дорога. Тебе ближе Земля, а мне - Клад.
   - Да, извини, я что-то погорячился.
   - Не страшно, у нас у каждого своя правда. Уж я-то, как историк, это понимаю.
  
   Эпизод 21
  
   Завтра должны прибыть. - Думал Глеб. - Правда, не на базу, а всего лишь на станцию передового слежения. Но там уже и рукой подать, как говорили предки. Сегодня тренировок не будет. Физических тренировок. Нужно отдохнуть. Настроиться. Приготовиться к встрече.
  
   И не сказать, что устал лететь, или что надоел однообразный интерьер корабля, а все ж таки хотелось перемен. С другой стороны, если бы лететь пришлось в два раза дальше, можно было бы осилить и такой путь. Но только если знаешь, куда должен прибыть. Полет в неизвестное, за дальние рубежи, нет, это точно не для меня, думал Глеб.
  
   Спартанские условия не беспокоили. Минимальный комфорт был обеспечен, остальное представлялось незначительным, не стоящим внимания. Глеб не даром попросил, чтобы в полете его не беспокоили. Так и было. Он и сам не беспокоил команду. Каждый занимался своим делом. А что еще нужно в замкнутом пространстве на протяжении длительного времени?
  
   Глеб полистал СВИток. Опять открылась "Тысячелетняя тоска" рассказ "Побратимы". Вот, это как раз под настроение.
  
   Бьёрн безвылазно жил на своём хуторе в диких лесистых горах. Выпасал коз на горных лугах, косил травы, собирал коренья, да изредка ходил на охоту. Всегда отчищенное и смазанное кремнёвое ружьё тускло поблескивало воронёным дулом и медной насечкой на стене, в горнице его приземистого сруба.
  
   Однажды летом, когда в горах только сошли снега, к Бьёрну вместе с почтовой повозкой приехал его старый друг и побратим Хельге. Немного времени прошло с той поры, когда они вместе на фрегате "Святая Бригитта" бились со шведами в Категатте. Хельге тогда ранили в голову.
  
   После войны судьба разлучила их. Хельге вернулся в Нидарос, а Бьёрн поехал в горы, поправить дела на хуторе Свейдаллер - своём наследном имении. Да вышло, что поправлять оказалось нечего... Да и немудрено в этих диких местах было забросить хозяйство старому работнику, который после смерти Свейдальсена-старшего убрался куда глаза глядят.
  
   Бьёрн был несказанно рад такому гостю. Два дня побратимы поминали старое, суровое время, славные бои. Утром третьего дня Бьёрн повёл Хельге на охоту. Но за весь день не удалось добыть ничего. То ли высокий и жилистый Хельге, непривычный к этому делу ходил слишком шумно, то ли Бьёрну просто не везло.
  
   Солнце стало клониться к закату, и Бьёрн решил не испытывать более судьбу. Частым ельником побратимы спустились в длинное узкое ущелье, за которым уже был виден хутор на гребне пологого холма. В ущелье было глухо, то там, то здесь из земли торчали горбатые бело-серые валуны в бородах лишайника.
   Дурное место, - заключил Бьёрн, - Я сюда редко забредаю.
  
   Хельге, однако, не находил в этой замогильной тиши ничего скверного, а может просто бодрился. Он попросил у Бьёрна ружьё и, лихо вскинув, пальнул в валун с покатым отточенным брюхом. Пуля взвизгнула о камень. Молчаливый Бьёрн зарядил сызнова и повесил кремневик на плечо. Но бодрый Хельге пристал к нему, требуя показать верность руки. Бьёрн покачал головой, ему было неловко. "Не объяснять же Хельге, он не мальчик, что человек в горах должен жить разумно и не тратить время и заряды попусту".
  
   Бьерн не был суеверным. Он не боялся, что потревоженный валун обратится в тролля и придёт к нему ночью. "Даже пусть так, есть, чем встретить". Жизнь в горах приучила всегда думать о завтрашнем дне. Да дело даже не в пуле, хоть и были они здесь на вес серебра. Бьёрн знал, что коли нужда - рука твёрдая, и глаз не подведёт. А что весит пустое бахвальство?
  
   Но Бьёрн не хотел обижать Хельге нравоучениями. Он молча зашагал по тропинке вперёд. Хельге побрёл следом. Они молча миновали ущелье, спустились вниз и поднялись на холм. И перед самым хутором Хельге сказал:
   - Ты изменился, Бьёрн... я тебя не понимаю.
  
   Бьёрн остановился и пристально посмотрел побратиму в глаза.
   - Ты устал, Хельге, мы оба устали.
  
   Что он мог ещё сказать?
  
   * * *
   Лода-Гё сидел на теплом валуне недалеко от своего логова, встречая утреннюю зарю. Горячий ключ, который бил из-под камня, делал это место удобным для каждоутренних посиделок. Последние несколько лет Лоде вполне хватало 6 часов на сон ночью. И даже днем можно было не укладываться.
  
   Звезды уже были практически не видны не бледном небе. Лода сидел и думал, что неспроста образовалось это место. Сколько он помнил по преданиям, всегда оно было именно таким, и почиталось как источник силы рода. Сюда приходили перед дальними странствиями, чтобы прикоснуться к камню и набрать воды "на удачу". Говорят, на чужбине она становилась во много раз полезней и не раз спасала чью-то жизнь. Лода и сам по молодости исходил все соседние предгорья. Бывал и в дальних местах. Однажды даже дошел с друзьями до Великого Обрыва на юге, за которым неоглядные водные просторы. Гиблые места! Но это было так давно, что уже и не верилось.
  
   Теперь не то. Теперь его предназначение мирно сидеть в своем селении и наставлять молодых. Всех их тянет в другие места. Это ничего. Пусть пошастают. Настоящий рарог всегда возвращается в свою обитель. В край, где он родился и который должен защищать. Бывало, что некоторые и не возвращались. Предки им судьи. Каждый выбирает свою дорогу. Может быть в чужих краях они найдут свой дом? Это всяко лучше, чем смущать соплеменников странными речами. А ведь бывало и к нам заходили чужаки, но оставались редко. Лода помнил только два случая. Один раз молодой тлегалп, спасаясь от преследования сородичей забрел в горы, нашел себе девушку да так и остался с ней жить. Кажется, он уже умер... В другой раз рарог привел из странствий оппку, и тоже у них все сложилось хорошо. Вроде, он еще жив. Как же его звали?
  
   Лода-Гё задумался, но никак не мог вспомнить имя. Неприятная мелочь. Пожалуй, придется завести себе ученика, которому следует передать знание. Сколько не оттягивай момент, а рано или поздно он наступит. Хоть и молод душой, память начинает подводить. Только кого же выбрать? Юноши нынче озабочены ратным мастерством благодаря Одду-Бро, пусть его путь будет долог и легок. Другие все хотят повидать дальние места, недосуг им со старцами общаться. Есть и такие, которые сызмальства знают, что заведут семью и будут продолжать род.
  
   И это хорошо. Не стоит никого принуждать. Пусть все идет своим чередом. И тогда Предки нас не оставят.
  
   Эпизод 22
  
   "Анализ камер спутникового слежения: Селение, которое можно назвать городом"
  
   В широком и протяжённом ущелье, которое надвое делит река Ттингра, по краям жмутся лесные массивы. Основная площадь занята жилыми, большими и малыми логовами. Это примерный прямоугольник на два метра врезанный в тёплую почву и возвышающийся на полметра над поверхностью. В этом возвышении проделаны дневные оконца, а тесовая крыша ещё покрыта дёрном, на котором растут кусты и активно пасутся козы. На некотором отдалении от жилищ, ближе к реке находятся мастерские металло-и-деревообработки. Это простые строения, представляющие собой несколько вбитых столбов, держащих деревянную крышу. Такие же простые строения на юге и на востоке ущелья собрали в себя кожевников и гончаров. За каждым общественным строением находятся врытые в почву отхожие места. Рароги здесь живут широко, стараясь ничем не стеснять друг друга, а потому занимают довольно обширную площадь. Но поскольку селение расположено в трёх дневных переходах от границы расселения, то оно ничем не обнесено.
  
   Как мы знаем из истории Земли, город - это прежде всего обнесённая крепостной стеной территория, на которой находятся административные центры и затем уж цеха ремесленников. Здесь же главное место занимают именно ремесленные мастерские, а далее жилища мастеровых. Единственное возвышающееся над остальными строение не ясного предназначения (возможно культовое здание) слеплено из утрамбованной сырой глины, около трёх метров высотой, крытое деревянной крышей. С таким типом сооружений земляне сталкивались при раскопках могильников в Китае. То есть строительным материалом служила сильно утрамбованная земля. Но это не имело широкого распространения. Так же стоит отметить, что в жилой полосе находятся кормовые луга, и жилые логова находятся порой среди этих лугов. А уже за полосой обитания, ещё южнее цеха гончаров находится компактное злаковое поле. Причина такой компактности пока не ясна и возможно восходит к обычной привычке рарогов не брать лишнего и ограничивать себя. Хотя возможны и другие объяснения.                                                     
  
   "Истоки боевого мастерства."
  
   Теперь Одд-Бро жил у Лоды-Гё в так называемой усадьбе рода Гё в лесистом ущелье. И несмотря на то, что он стал фактическим членом другого рода и рода далеко не захудалого, звался он по-прежнему, в память об отце. Лода-Гё сильно не обременял своего приёмыша. За быками Одда-Бро присматривали работники пока он с другими мальчишками тешился игрой. Только уже не хохотал и не смеялся. Так повелось, что теперь Одд-Бро стал молчуном, хотя и молчуном горячим. Всё равно ловил ли он моллюсков на отмелях речки или охотился за грибами в лесу. Этим занятиям Одд-Бро отдавался с молчаливой страстью и часто не слышал криков его окликающих. Так было до того времени, пока Лода-Гё не подарил Одду-Бро дротик. Вообще надо сказать, что дротик - необходимая вещь для походов по горам. Он был не слишком длинный, по возрасту, аккуратный и упругий. Древко из твёрдого дерева каорга, длинный стальной наконечник и медный шип на другом конце древка. В спокойное время наконечник покрывался кожухом. По понятиям рарогов это уже было оружие и оружие не простое. Одд-Бро с благодарностью принял подарок и сразу сделал несколько воинских движений. Лода-Гё смотрел на это удивлённо, насколько он знал, Одда-Бро специально никто не учил. "Откуда знаешь воинский танец?" - спросил у мальчишки Лода-Гё. "С ребятами в лесу играли, я перенял. Но уж коли дротик мне подарил, тогда сам и учи." - ответил Одд-Бро. А Лода-Гё усмехнулся. "Добро! Только танец освоишь сам. А начнём завтра спозаранку."
  
   Когда настало утро Лода-Гё попросил Одда-Бро пометать дротик. Поправил стойку, показал несколько новых замахов. Объяснил, что замах завит от того, в кого дротик мечешь. Одно дело метать в козерога на охоте, другое дело во врага. И показал, как этого врага ткнуть, если он рядом. Одд-Бро почтительно молчал и слушал внимательно. Потом взял древко без наконечника и попросил поучить дротик отбивать и выкручивать. Лода-Гё показал, что знал. "Раз ты такой дотошный да упорный, вставай с утра и начинай заниматься. В помощники возьми хоть Гриду-Гё скотогона, он поправит если что." Одд-Бро был доволен и горд и с той поры каждое утро начинал с занятий. А когда Лодин первенец Эда вошёл в лета, уже не стояло вопроса кто будет его учить. Но если Одд-Бро хотел освоить нечто новое, например, биться дротиком из-за щита, он обращался к Лоде-Гё.
  
   Надо сказать, что щит во времена юности Одда-Бро был небольшим деревянным или плетёным из прутьев прикрытием корпуса кладянина. Потом Лода-Гё решил это прикрытие обтянуть кожей. Сначала козьей. А потом и бычьей. Одд-Бро упражнялся с плетёным из прутьев щитом. Такое прикрытие было легче для подростка. Но очень скоро он попросил изготовить ему деревянный щит и обтянуть его кожей. Лода-Гё тихо радовался видя, что у Одда-Бро к чему-то серьёзному проснулся настоящий интерес. И не только у него. Теперь все подростки рода знали, что здесь происходит утром и захотели принять участие. Лода-Гё это одобрил. А уже гораздо позже, когда Одд-Бро сам стал мужчиной и имел определённый вес, он распорядился, что все подростки-рароги обязаны проходить специальный военный лагерь несколько раз в году. Так это стало обычаем и принималось без обсуждения. На собственной долгой практике поняв суть щитового боя, Одд-Бро ввёл в обиход длинный овальный щит рарогов и неизменный косоруб. К помощи коего рароги прибегли лишь в последнее время. Когда обстановка с тлегалпами обострилась до самого предела. Постепенно другие племена народа Ран приняли с рарогов пример воинского воспитания молодёжи и стали отправлять своих подростков в военные лагеря. Но всё это было гораздо позже. А пока юный Одд-Бро построив мальчишек спокойно и усердно осваивал приёмы рукопашного боя с дротиком, копьём и кинжалом. Знание и привычка эта теперь среди них. Среди щитовых бойцов рарогов - гордости всего народа Ран.
  
   Эпизод 23
  
   В последний день пребывания Пьера Шатона на Базе Андрей пригласили его на "вечеринку". Пьер никак не мог понять, причем тут вечер, тем более что в космосе смены дня и ночи были условны, но решил поприсутствовать. Оказалось, это что-то вроде неформальной встречи, без повода. Точнее, поводом был юбилей одного из проникателей, плотного человека с рыжими волосами и слегка раскосыми глазами. Имени его Пьер не запомнил. Да никто и не выделял юбиляра. Ходили, потягивали какой-то странный напиток, обсуждали какие-то свои узкопрофессиональные вопросы. Пробовали расспрашивать Пьера о его впечатлениях, но тому нечего было рассказать. Он чувствовал себя неловко в такой незнакомой ситуации и больше отмалчивался или пожимал плечами. Его оставили в покое.
  
   Постепенно у проникателей сформировались "группы по интересам". Одни обсуждали технологические аспекты местной цивилизации, другие географию и животный мир. Все это было Пьеру безразлично. Он подошел к группе, в которой находился Андрей как раз в тот момент, когда высокий черноволосый человек со смуглыми чертами лица начал рассказывать о проникновении 3-ей степени:
  
   - Какие варианты можно предложить для сценариев контакта? Я вижу пока следующие:
   1. "Тамерлан" - прикинуться новым племенем из дальних гор, заручиться согласием и начать исследования. Есть минусы (риски) - нельзя использовать современные технологии. Но часть можно будет завуалировать под магию.
   2. "Пришелец" - рассказать все как есть и не скрываться. Минус - необратимое воздействие на среду и верования местных жителей.
   3. "Черная стена" - ничего не объяснять, не вступать в диалог, просто делать свою работу. Минус - негативное отношение местного населения.
   4. "Агент" - тайное внедрение в племена под видом потерявшихся родственников. Минус - большой риск для жизни агента, сложная система связи. Небольшие возможности для исследования.
   5. "Тайное око" - продолжать наблюдения дистанционно издалека, в контакты не вступать, в крайних случаях немедленно сворачивать.
   6. "Тихий кот" - комбинация всех предыдущих сценариев в зависимости от места и времени. Минус - не поддаются оценке из-за сложности реализации. Но интегрально самые высокие. Однако и эффект от комбинирования сценариев может быть выше.
  
   Проникатели реагировали шумно. В чем-то соглашались с собеседником, в чем-то критиковали.
  
   - Разве проникновение уже переходит в третью стадию? - отважился спросить Пьер у Андрея.
   - Пока нет. Это всего лишь теоретические изыскания. Думаю, до реального дела руки дойдут лет через 20-30. А может и не при нашей жизни. Помнишь, я тебе говорил про рекомендации КосмоСовета, которые мы не можем нарушать?
  
   Пьер с умным видом покивал головой, хотя помнил об этом только в общих чертах. Видимо, Андрей это плчувствовал, поэтому решил пояснить:
   - Клад представляет для всего человечества уникальный мир. Если мы вторгнемся в него без оценки последствий, мы можем совершить необратимый поступок и навсегда потерять часть информации, которую мы могли бы получить, ведя независимые исследования. Независимые от нашего присутствия. Хотя, не скрою, есть соблазн использовать очевидные преимущества этой планеты. Она нуждается в минимальном терраформировании, богата природными элементами, которые приходится с трудом добывать на других планетоидах. Нам уже не раз поступали предложения оградить регионы обитания местных жителей, а на оставшейся территории начать освоение. Затраты будут минимальные. Вот только...
  
   Андрей задумался, как бы подбирая правильные слова.
  
   - Это будет не честно по отношению к коренному населению? - попытался угадать Пьер.
   - Ну, и это тоже, - улыбнулся Андрей, - но главное, мы можем потерять возможность получить ответ на вопрос, как возник этот мир.
   - А разве до сих пор этого не поняли? У нас же такая техника, современные методы исследований.
   - Все так. У нас есть несколько теорий, но для их подтверждения требуется полноценный контакт на планете. Или придумывание новых дистанционных методов.
   - Понятно. - Протянул Пьер, хотя и не совсем представлял, что это должны быть за методы. В данный момент его более заботило возвращение домой и обработка результатов исследований. А Клад? Ну что - Клад. У него своя история. Он как-нибудь обойдется без исследователя трансуранов.
  
   Пьер прогулялся по залу и решил попробовать напиток. Взял бокал, отхлебнул и сразу закашлялся. Напиток имел приятный сладковатый вкус, но при этом странным образом горчил. Незнакомый проникатель, проходя мимо остановился и постучал Пьера по спине.
   - Что, первый раз пробуете особый проникательский ликер?
   - Да. Раньше не проходилось. Из чего он?
   - Старинный рецепт, - подмигнул собеседник, - сами настаивали.
  
   Пьер откашлялся и, чтобы не расстраивать окружающих, сделал вид, что продолжает пить. Впрочем, на него не обращали внимания. У проникателей было полно тем, которые нужно было обсудить.
  
   - ... исследование поверхности это самое простое, есть неопровержимые факты наличия под поверхностью планеты значительных пустот. Вот что находится там - интересно было бы изучить!
  
   - ... то, что животный и растительный мир на Кладе беден по сравнению с Землей, ни о чем не говорит. В конце концов у них вполне естественная и воспроизводимая система. А то, что местные жители не смогли за столько времени нанести ей экологический урон...
  
   - А я говорю, что проникновение на Кладе уже давно ведется. Только не нами. Просто наши средства наблюдения не могут это зафиксировать! - горячился невысокий жилистый человек.
   - Успокойся, Сеньо. Мы все в курсе этой теории, и знаем откуда и как она появилась. Но у нее нет никаких доказательств.
   - Напрямую нет. Но что вы скажете на уменьшение смертности среди тлегалпов? Раньше у них выживал 1 из 10 детей, а сейчас 4. Почти половина. Неудивительно, что они так размножились, что претендуют на чужие области.
   - Откуда сведения про 1 из 10? По мне так у них всегда двое из семи дорастало до взрослого возраста. Я смотрел отчеты.
   - По преданиям. Я анализировал предания и мифологию. Раньше, два-три поколения назад у них были сложности, они даже покупали детей у других племен. А сейчас так расплодились, что дай им волю, за пару сотен лет заселят всю пригодную для обитания землю на Кладе.
   - Но согласись, это не может быть аргументом в пользу того, что на Кладе действует неведомая нам сила. Может быть они просто стали чаще мыть руки.
   - Вам бы все посмеяться... А с чего они вдруг стали так размножаться? Откуда у них появились идеи избранности, что они должны владеть всеми землями Клада?
   - И тут ничего удивительного. Такие идеи рано или поздно приходят в головы любого народа.
   - Да? Вот что-то у других на Кладе я таких идей не встречал! Например, у рарогов наоборот нет культа материнства и деторождения. Поэтому их численность практически не меняется. И культа захвата чужих земель у них нет и никогда не было. Если бы в КосмоСовете внимательней читали мои докладные...
   - ... то тебя давно бы выслали с Базы! Замучил ты уже своими безумными подозрениями.
   - Протестую. Мои подозрения обоснованы. Взять хотя бы график технологической развитости и посмотреть индекс Панферова-Миллера...
  
   Пьер посмотрел на Андрея. На его лице блуждала скептическая улыбка. Поймав взгляд Пьера, Андрей еще шире улыбнулся и покачал головой, как бы извиняясь за коллегу. А того уже было не остановить. Он сыпал терминологией и аргументами, которые должны были доказать его точку зрения. Пьер потерял нить разговора и перешел к другой группе.
  
   Эпизод 24
  
   (из дневника Пьера):
   "В этот раз провел на станции меньше одного дня. Наверное, всего несколько часов. Даже не уходил в свое индивидуальное помещение. Сидел вместе со смотрителем в центре управления. Разговаривать нам было не о чем, так, перекидывались односложными фразами. Мне было грустно и немного не по себе. Вроде как бы хотелось домой, а с другой стороны, было жаль, что завершалась необычная страница моей жизни. Не знаю, буду ли я скучать по Андрею и другим проникателям, с которыми познакомился. Обидно, что к Ирине я так и не подошел. Но что бы я ей сказал?
  
   Я видел, как приходили сигналы от проходящего транслайнера-клиппера. Как смотритель контролировал ситуацию, делая пояснения, но все пропускал как-то мимо себя. Не скажу, что мне было не интересно, но не запомнилось ничего.
  
   Я хотел даже уйти, зачем мешать человеку? Но развитие событий меня заинтриговало. Транслайнер должен был остановиться не только, чтобы забрать меня. Он передавал на станцию пассажира. Это уже было интересным. Кому еще понадобилось лететь в одиночку на край Вселенной и зачем? Ведь проникатели и обслуживающий персонал как правило летают сменами на специальных дежурных транслайнерах.
  
   Пассажиром оказался высокий широкоплечий мужчина с прямым честным взглядом. Представился Глеб Вершинин, историк. Мы обменялись стандартными приветствиями. Затем Глеб со смотрителем ушли в зал управления, а я перешел в спасательную капсулу, чтобы начать свой обратный полет к Земле. Поговорить не удалось - маршрут пилотов расписан по минутам. Это мне уже некуда спешить.
  
   На обратном пути нужно будет взять себя в руки и заняться обработкой результатов."
  
   ***
   - Что это за мальчик? - спросил Глеб у смотрителя, когда они поднимались в зал управления.
   - Так... на экскурсию прилетал.
   - На Клад уже летают экскурсии? Я думал, он интересен узкому кругу ученых.
   - Нет, но вы же тоже с Земли, знаете, как у них там сейчас принято на третьем цикле обучения. В качестве практики. Типа того...
   - Вообще-то я с Плутона. Я там родился. И практика у нас была совсем другая. На самой Земле давно не был. Лет 12 уже, наверное. Последнее время жил на Новой Земле. Той, которая планета в системе...
   - Да-да, у меня есть эта информация. Ох, уж мне эта мода давать земные имена космическим объектам!
  
   Глеб пожал плечами. Он никогда не задумывался над такой проблемой. Место жительства для него всегда было не названием, а обстановкой.
  
   - Насколько мне известно, на Плутоне есть и территории Альянса. - Не то спросил, не то утвердил смотритель.
   - Да. Но я родился на территории Союза. - ответил Глеб.
   - И тем не менее сейчас вы формально без гражданства?
   - Так сложилось. Это оказался единственный способ попасть к вам.
   - Кардинальный подход - Уважительно отозвался смотритель. - Так с какой целью прибыли на Клад? Вы не похожи ни на романтика, ни на ученого, ни на расстроенного обстоятельствами человека.
   - Друга старого повидать. Так получилось, что он мне сейчас нужнее всего. Андрей Семиреченский, проникатель. Не пересекались?
   - Было дело. Пару раз. Значит - повидать? Ну, это недолго, пару-тройку дней, я думаю, вам выделят. Возможно, неделю. А дальше?
   - Собираюсь остаться на Базе.
   - Это не так просто, как вы думаете. Запрещать вам ничего не будут, но и разрешения не дадут.
   - Я надеюсь, мы как-нибудь сможем договориться.
   - А что вы им можете предложить? Полагаю, их не слишком интересуют кабинетные историки, тем более по земной хронологии древнего мира.
  
   Глеб задумался на секунду. И постарался ответить уклончиво, дабы его речь не выглядела пустой похвальбой:
   - Ну... я еще занимался терраформированием, практиковал боевые искусства...
   - Боевые?.. Хм. Любопытно.
   - А вы что, сомневаетесь? Хотите проверить?
   - Не думаю, что мне было бы это интересно. Между прочим, насчет терраформирования - что слышно про Венеру? Вроде бы там собирались сделать водный курорт. Вот, кстати, ваше помещение. - Смотритель остановился и сделал приглашающий жест.
   - Спасибо. Я не в курсе про Венеру, - развел Глеб руками, - я все-таки занимался этим по необходимости, чтобы потом пойти в историки.
   - Понятно. А на исторические темы поговорить не желаете?
   - Не возражаю.
   - Тогда располагайтесь и поднимайтесь в зал управления, когда будете готовы.
  
   Глеб остался один. "Какой интересный человек." - Подумал он, усмехнувшись: "А поговорить мы можем. Только себя в порядок надо привести".
  
   Смотритель Глебу понравился. Чем-то неуловимо он напоминал его самого. Или так просто казалось из-за длительного отсутствия общения. Имя немного странное, на араба он не похож. Разве что потомок переселенцев из Северной Африки. А, в общем, какая разница?
  
   Не торопясь осматривая предоставленную комнату, Глеб отметил, что помещение было небольшое, но функциональное, со всеми необходимыми удобствами. Разве что без индивидуального ПАСа, как было на корабле, и без возможности трансформации. Ну так на корабле Глеб проходил как пассажир первого класса. А здесь он обыкновенный временный посетитель. День-два, вряд ли больше.
  
   У Глеба в памяти почему-то всплыло старинное слово "бытовка". Наверное, в таких условиях наши предки и бытовали в свое время. Что же, основная часть путешествия позади. Еще немного и он окажется на Базе. А пока можно расслабиться. Кстати, пилоты говорили, что на станции какие-то особенные водно-паровые зоны. Надо попробовать. Глеб не был любителем банных процедур, но иногда под настроение позволял себе и контрастный душ, и жаркую сауну. А сейчас у него было такое расположение духа, как будто он в детстве, завтра день рождения, который наверняка принесет множество положительных эмоций. Надо только немного подождать.
  
   Эпизод 25
  
   Глеб сидел в удобном кресле, потягивая любимый напиток. Смотритель оказался любопытным собеседником. Такие встречались разве что на первом цикле обучения в среде наставников. Когда стоит задача раскрыть ребенка, войти с ним в контакт, выявить его склонности и стремления. А если необходимо, то и спровоцировать на действие. Краем сознания Глеб замечал психологические уловки, которыми смотритель пытался его разговорить, но его это не беспокоило. Скорее, он благодушно плыл по течению, не особо скрываясь и не думая, куда выплывет.
  
   Поговорили о последних новостях, о современных семейных отношениях и отличии их от дружеских. О перспективах развития космоса, об исторических параллелях. Между делом коснулись устройства станции, но смотритель сразу заметил, что этот вопрос Глебу не интересен, поэтому сменил тему.
  
   - Вы когда-нибудь думали, как развивалась бы история, если бы события пошли не так?
   - Не вижу смысла. Прошедшее не изменить, оно уже зафиксировано, а будущего в каком-то смысле вообще нет. То есть может произойти все, что угодно. В рамках разумного, естественно.
   - А меня, знаете ли, всегда интересовали ключевые события, после которых все могло бы быть не так.
   - Ну в качестве развлечения, игры ума... может быть. Но меня больше занимает собственная жизнь, а никак не вероятностная история. То ли дело - история древнего мира. И то в плане узнавания новых фактов, построения взаимосвязей, но не альтернативных возможностей прошлого.
   - А меня как раз наоборот: собственная жизнь интересует мало, она предопределена моим отношением к жизни, а вот разбираться в вариативности развития исторических процессов бывает занятно. Тем более времени у меня много, ресурсы есть. Это новости до нас доходят не сразу, а о события многовековой давности информации хватает.
  
   Свободного времени у меня много, так что начал моделировать. Главное, определить реперные точки и правильно выбрать базис.
  
   - То есть ваши предположения, это исключительно предположения, основанные на вере?
   - В каком-то смысле... Для уточнения критерия нужен образец. То есть сделать предположение и подождать лет 50-100, как будут развиваться события. Но проблема в том, что мы получим инструмент, который можно будет применить как раз 50-100 лет назад.
   - В прошлом в ходу была пословица: если бы я был такой же умный до, как мой эксперт после...
   - Именно. Но есть вариант. Имея перед глазами похожий мир, мы можем на нем отработать базовые критерии, а потом надеяться, что они, с кучей поправочных коэффициентов, сработают в нашем. Но все это, сами понимаете, ненаучно. Так, игра ума.
   Вам знакомы события 20-го века?
   - В общих чертах... это было на втором уровне... в основном, войны, революции, экологические проблемы.
   - Понятно. Главное - это противостояние двух систем. Грубо говоря, СССР и США. Когда жизнь на планете в буквальном смысле висела на волоске, когда постепенно стало приходить понимание хрупкости нашего мира. Очень интересное было время с точки зрения вероятностного развития.
   - Я где-то знакомился с теорией, что иначе и не могло произойти.
   - А, это... Это теория. Мы из настоящего всегда можем показать, что события должны были развиваться именно так, а не иначе. Обладая послезнанием, естественно. Предкам было куда сложнее принимать решения, и любой пустяк, какая-то мелочь могли повлиять на судьбу планеты.
   - Роль личности в истории? Хм-м...
   - Нет, дело не личности. Просто история человеческой цивилизации так устроена, что в ней существуют бифуркационные точки, когда самая малость может изменить ход истории. А есть периоды, когда, когда все настолько равномерно-непрерывно, что никакая личность ничего не сделает. Вспомните, например, древнеримскую цивилизацию. Изменить ее не смогла даже такая личность, как Спартак. Разве что какой-нибудь глобальный земной или космический катаклизм.
  
   Вот я с помощью моих инструментов выделил в прошлом несколько таких точек неустойчивости. В 22, 21 и 20 веке. Вас какое в первую очередь интересует?
  
   - Времени у нас много. Давайте начнем с 20-го.
   - Тогда вопрос: как могли бы развиваться события, если бы покушение на Брежнева в 1969 году не удалось?
   - Как оно могло не удаться?
   - Как угодно, любой случай мог все перевернуть. Спецслужбы заметили бы человека, он мог где-то задержаться или наоборот прийти раньше. Я предположил, что из соображений безопасности Брежнева просто пересадили в другую машину, которая поехала другим маршрутом. В результате имеем цепь событий, которые, развиваясь взаимосвязано, порождают другую реальность. Дальше просто: применяем критерии, перебираем варианты, считаем вероятности.
   - Я надеюсь, вы не собираетесь мне поведать всю альтернативную историю с точностью до дня?
   - Да нет, наверное. Пробежимся по верхам. А дальше - как пойдет.
   Итак, покушение на Брежнева не удалось и Косыгин, соответственно, не стал руководителем СССР. Никаких реформ не произошло. Наметившаяся разрядка с США была прервана вводом советских войск в Афганистан, пошел очередной виток нарастания напряженности. Американцы пытаются блокировать Олимпиаду в Москве в 1980 году. В ответ СССР и страны его окружения бойкотируют Олимпиаду в Лос-Анджелесе. В реальности, как мы знаем, отношения были ровными как раз до Олимпиады 1984 года, когда случился прибалтийский кризис, из-за которого несколько спортсменов отказались возвращаться в СССР. Впрочем, напряженность довольно быстро удалось погасить. Дальнейшее соперничество происходило только в космосе. СССР выводит несколько орбитальный станций, американцы первыми строят лунную базу, СССР первым осуществляет пилотируемый полет к Марсу, США отправляю экспедицию к спутникам Юпитера.
   - Ну, а что было в вашей реальности?
   - А ничего такого не было, Советский Союз разваливается в 1992 году. Как следствие, никакой гонки в космосе не получается, человечество оказалось озабоченным ширпотребом. Соответственно, никакого подпространственного двигателя не было изобретено. Просто не было нужды. Зато гораздо раньше появились средства индивидуальной коммуникации и виртуальной реальности. Тот мир был бы более пластичный и менее предсказуемый. Я смотрю на результаты уравнений и вижу, что наш мир - это как дорога с двумя обочинами. Направление движения можно сменить, но только слегка. В моделируемом - очень большая свобода движений, что, как ни странно, не приводит к прогрессу. Хотя, что такое прогресс? Мы и сейчас в этом твердо не уверены.
   - Да уж, картинку вы нарисовали неприглядную.
   - Такая получилась. За исключением частностей и мелочей, все решения показывают именно такое развитие событий. Конечно, есть определенные вероятностные интерпретации...
   - Так ведь я говорю, это всего лишь игра ума. Мы знаем только одну историю - ту, которая у нас была. Все остальное - это лишь предположения, основанные... Да, в общем, ни на чем не основанные. Взять хотя бы, как вы говорите, развал СССР. Думаете, не нашлось человека, который смог бы его предотвратить? Даже если предположить, что все бы пошло так, как вы описываете. Роль личности в истории нельзя недооценивать.
   - Тут я с вами соглашусь. Кстати, относительно личности в истории. Вот вам пример... Помните, кого в 20-ом веке назвали Спортсменом Столетия?
   - Кажется... нет, не помню.
   - Американского профессионального баскетболиста Ларри Берда, 12-кратного чемпиона НБА. Правда, два последних титула он завоевал, будучи играющим тренером. А в моделируемом мире - лучший спортсмен Майкл Джордан.
   - Кто это?
   - Неудивительно, что вы о нем не слышали. Он некоторое время играл в баскетбол, а потом ушел в бейсбол.
   - Что же изменилось бы для него в другой реальности?
   - Цепочка случайностей. Ларри Берд играл за "Бостон Селтикс". У них была хорошая команда. Но никакая команда не вечна. Постоянно нужно обновление. Сперва они взяли в команду Лена Байяса, а потом получили права на Сабониса, молодого центрового из Прибалтики, который остался в США после Олимпийских игр 1984 года... В результате возникла династия, которая доминировала почти до конца века. В сконструированной реальности Сабонис никак не мог бы попасть в НБА раньше 1993 года, когда Ларри Берд уже закончил играть. Лен Байяс умирает от передозировки наркотиков. Это удивительно, но все линии сводятся именно к этому. А Джордан получает свой первый титул, а потом еще семь.
   - Я смотрю, у вас тут много свободного времени...
   - Да, есть немного. Но извините меня, я слегка увлекся. Вам, может быть, интересней было бы узнать, что будет, если применить мои формулы для цивилизации на Кладе?
   - Было бы любопытно.
   - Я проверил несколько вариантов. И везде получил, что буквально в сегодняшнее время там должен случиться какой-то глобальный кризис.
   - В каком смысле?
   - Не могу сказать определенно. У меня нет полноценных данных. Сведения, которые я получаю, отрывочны и бессистемны. Я думаю, что нечто вроде мировой войны, которая положит начало новому витку цивилизации, предварительно уничтожив большую часть населения. В общем, это уже будет не тот мир, который сейчас изучают. Многие племена просто исчезнут.
   - Хм. Не думаю, что люди это допустят. Одно дело смотреть за развитием... ну, мелкие стычки бывают, не без этого. Но так, как вы описали... маловероятно.
   - От людей мало что зависит. Инструкции запрещают вмешиваться. Конечно, может найтись парочка сумасшедших. Но что они сделают без санкции, без современного вооружения?
   - Хотите меня отговорить от спуска на планету?
   - Ну что вы! Это ваше дело. Я вам просто рассказываю свои рассуждения. Надо же иногда с кем-то делиться. Люди здесь бывают редко и ненадолго. А вы - удивительный собеседник.
   - Спасибо за комплимент. Считайте, что вы меня напугали.
   - И не думал!
   - Да я шучу. Вот если бы мы точно знали, что ваши шаблоны верны, что мир в 21 мог бы развиваться так, как вы недавно рассказывали, и земляне не смогли бы выйти к звездам... Вот тогда, пожалуй, я бы точно испугался.
   - А знаете что? Давайте спать. Вам осталось всего пара часов до спуска на базу. Да и я, если честно, притомился.
  
   Эпизод 26
  
   Поспать не удалось. Только Глеб смежил глаза, расслабился и приготовился провалиться в сон, как услышал сигнал, призывающий его прийти в зал управления.
  
   Смотритель выглядел озадаченным.
   - Понимаете, какая штука... Боюсь, я не смогу отправить вас на Базу.
   - Почему? Что случилось?
   - Пока не знаю... Если бы мы были на морской поверхности, я бы сказал, что надвигается шторм. Но мы в открытом космосе.
   - Никогда не слышал о шторме в космосе. - Глеб попытался придать фразе иронический оттенок.
   - И не могли. Это теоретические изыскания. Практически возможно в местах повышенной гравитации.
   - Но здесь же нет ни черных дыр, ни других нестабильных объектов.
   - Нет. Вы правы. Остается что?.. теоретическая возможность флуктуации вакуума, спонтанное нарушение пространственных связей, какое-то неизвестное современной науке событие... да хоть вмешательство сверхъестественных сил.
   - И как мне это как помешает попасть на базу?
   - Не то, чтобы помешает, но не поможет, это точно. Начнем с того, что я не знаю точно, где сейчас находится база. Не пришло уже три дежурных пакета. Четвертый пришел с задержкой. В принципе, пакеты могут теряться, вероятность этого есть. Но не два. И, тем более, не три подряд. Это может значить, - отвечая на немой вопрос Глеб, продолжал смотритель, - что База резко поменяла свое местоположение, не уведомив станцию, и продолжая слать пакеты по старым координатам. Или же мы могли поменять местоположение. Но это не так. Если же предположить, что База на месте и системы связи работают в штатном режиме, то значит, как говорили раньше, "неполадки на линии". В такой ситуации я не могу вас послать в никуда. По крайней мере до того, как смогу понять, что происходит.
   - Сколько на это уйдет времени?
   - Может быть час. Может быть день... Ситуация настолько нештатная, что предсказывать сроки - дело неблагодарное.
   - Хорошо, допустим, этот, как вы говорите, шторм, продлится несколько дней. А если он не закончится вовсе?
   - Нам-то ничего не грозит. Дождетесь здесь дежурного патрульного лайнера и отправитесь домой. Или останетесь помогать мне заниматься теоретическими изысканиями в области вероятностной истории.
   - Я бы предпочел попасть на планету.
   - Понимаю. Но обещать не могу. Давайте еще подождем пару часов. В нашей ситуации ничего другого не остается.
  
   Глеб пошел в свое помещение. Ждать получалось плохо. Спать - тем более. Это надо же, проделать такой путь и вернуться обратно?! Может быть, все еще обойдется? Как там Андрей? Может быть действительно что-то случилось с Базой? Боевые действия в космосе? Это нерационально. Вторжение? Ну-ну-ну, глупости. Обычная неисправность. Может быть даже человеческий фактор. Кто-то что-то забыл, не учел, сделал не так. Но возвращаться?! Нет. Об этом не могло быть и речи.
  
   Когда Глеб вернулся в зал управления, смотритель встретил его взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.
   - Что-нибудь удалось узнать?
   - Достоверно - нет. Но есть предположения. С очень хорошей вероятностью.
   Смотритель помолчал, подбирая слова.
   - Пакеты приходят. С задержкой и не все, но приходят. Это навело меня на одну мысль, и я проверил спектр звезды. Она удаляется от нас. Не быстро, но удаляется. Такое ощущение, что звездная система проваливается в какую-то пространственную яму.
   - И что можно сделать?
   - Ничего. Станция не предназначена для действий в такой ситуации. Вот если бы наоборот...
   - Но я могу попасть на Базу?
   - Нет. Потому что я не возьму на себя ответственность отправить человека неизвестно куда.
   - Погодите, вот вы сказали, что система проваливается...куда-то... но это же не точно.
   - Не точно. Но высоковероятно.
   - Отправить вы меня не можете. Но на станции же есть средства экстренного спасения: капсулы, челноки, катера?
   - Есть, разумеется. Но я не пойму, на что вы намекаете? Здесь мы однозначно в безопасности. В крайнем случае отойдем на безопасное расстояние.
   - Дайте мне катер или челнок! Я сам попробую добраться до базы.
   - Хм. Вы пилот?
   - Нет, но в полете проходил виртуальные курсы.
   - В полете, хм. Курсы. Виртуальные. Вы разницу понимаете между симулятором и полетом в реальном пространстве?
   - Конечно. Просто мне очень надо попасть. Туда.
  
   Они посмотрели друг другу в глаза. Глеб молчал. Смотритель молчал тоже. Неизвестно, о чем он думал, но вдруг сказал:
   - На базу я вас отправить не могу. Вас там могут не принять. Но могу помочь отправиться на орбиту планеты. Там на синхронной орбите расположен орбитальный блок. Сейчас его используют для обеспечения работы камер слежения. Они работают в автоматическом режиме, но периодически там бывают техники. Это может быть даже лучше, если с базой вдруг что-то случится. Но учтите, перегрузки будут запредельные.
   - Я готов.
   - Прекрасно. Только я не готов. Нужно перенастроить челнок. Я вас выстрелю в направлении планеты, но на последнем этапе управлять будете сами. И еще: вы понимаете, что можете не вернуться?
   - Понимаю. - Улыбнулся Глеб.
   - Тогда нам придется погрузить в челнок некоторое количество дополнительного груза. Идите к стартовой площадке.
  
   И Глеб пошел. Сердце его бешено колотилось.
  
   Эпизод 27
  
   (из дневника Пьера):
   "Я продолжаю свои заметки в расстроенных чувствах. Перед тем, как уйти в подпространство, пилот мне сообщил, что в системе Клада случилось что-то непонятное. Никто не знает точно, что там могло произойти, но произошло что-то неприятное. Пока мы находимся в подпространстве, никаких новых известий получить не можем. Нужно ждать выхода в обычное пространство.
  
   Очень тревожно. Меня терзают разные мысли. Я ведь был там несколько дней назад, мог бы остаться и со мной тоже что-то случилось бы. Но я возвращаюсь на Землю, а люди остались там. Повезло ли мне? Не знаю. Но мне теперь с этим жить.
  
   Главное, там нет Ирины. По крайней мере я не видел ее последние три дня. В принципе, ее миссия была окончена. Она должна была улететь.
  
   А тех, оставшихся на Кладе, должны спасти. Пилот сообщил, что выслали специальный спасательный корабль. Там крупные, знающие специалисты, они догадаются, что надо делать. Вроде бы удалось получить какие-то данные с камер наблюдения о событиях на планете, но камеры не настроены получать сигнал извне. А связи с Базой нет. Это тем более странно, потому что она находилась над плоскостью системы. Визуально ее тоже не могут найти.
  
   Я не знаю, что еще заметить по этому поводу. Почему-то в голову приходит мысль об извергах, но это наивно. Ведь они никогда не прибегали к глобальным воздействиям на среду обитания. И вообще последнее время слухи о них утихли.
  
   Еще меня донимает мысль: почему эксперименты дали отрицательный результат? Точнее, почему они не дали положительный. Либо не верны исходные посылки, либо наблюдения были проведены нечетко, с ошибкой. Может быть нужно было провести больше измерений? Теперь этого уже не узнать.
  
   Остается только привести в порядок путевые заметки. Напишу про Клад, про Андрея, про деятельность проникателей, возможно, это зачтется выпускной комиссией. Иначе, что мне остается? Только уйти в транслиттеры. Или стать вирт-артистом на Марсе.
  
   Сейчас у меня все путается в голове. Я никак не могу уловить суть. Вот, кажется, где-то рядом, и... нет, не то. Наверное, я устал от обилия впечатлений - слишком много на меня свалилось в последнее время. Новые факты, необычные догадки. Надо осмыслить. За долгий обратный путь будет время. Сейчас я только рад, что Ирины нет на Кладе. Возможно, я встречусь с ней... где-нибудь... но что я ей скажу?
  
   Досадно, но я всегда мыслю сегодняшним моментом, как будто будущее не связано с прошлым. Мне всегда кажется, что в будущем что-то решится, что-то важное. До Земли еще далеко. Мне кажется, что за это время обязательно произойдет что-то серьезное."
   ...
   "До Земли еще далеко.
   Чувствую себя плохо: вялость и общая слабость. Но использовать гипносон не планирую. Раз уж обещал себе - значит так и будет. Обычный сон облегчения не приносит, и мысли постоянно путаются. Впрочем, не это самое противное. Я провел несколько статистических расчетов по имеющимся параметрам, но так и не уловил закономерностей. В принципе, можно использовать еще несколько неочевидных вариантов, только мне почему-то кажется, что результат будет тот же. А именно нулевой. Обидно. Но не смертельно.
  
   Недавно выходили в обычное пространство для очередного прыжка. О судьбе Базы и самого Клада никакой информации получить не удалось. Может быть, это был секретный эксперимент? Боюсь, я этого никогда не узнаю. И если это так, то получается, что и мои заметки насчет проникательской деятельности теряют смысл. Конечно, можно попытаться на их основе создать визиотурное произведение, но кому это может быть интересно? Наверное, прав был Макс, когда отговаривал меня от этого путешествия. Все эти расы, миссии, тема контакта - это не для меня.
  
   Вообще говоря, не хочется думать о том, что произойдет по возвращении. Можно сказать, что мне все равно, можно сказать, что я устал. Как получится, так и получится. В конце концов, отчеты я предоставлю. Это не сложно. А то, что в них нет ничего оригинального, не моя вина. Я просто делал то, что должен."
   ...
   "Последнее время мне совершенно не хочется думать о своей работе, об отчетах. Меня все больше занимает идея, а что было бы, если бы я остался на Кладе? Ну, не совсем я, как сейчас, а скорее - более подготовленный. Конечно, до Андрея мне далеко, но, если предположить такой фантастический сюжет, что я как бы стал проникателем и вынужден выживать в жестоком древнем мире. Я даже придумал сюжет, как такой герой спасает Ирину... ну, то есть, ее прототип. И еще несколько человек, которые приземлились на планету. Хм... точнее, прикладились. Потом он организует местные племена, устанавливает современные правила поведения, развивает науку и производство. Да, находит на Кладе источник, дающий продолжительную жизнь, чтобы править долго и счастливо. Ведь все описываемые события будут длиться очень долго. Конечно, ему придется столкнуться с местными ренегатами. Но у произведения должен быть счастливый конец. Я его еще не придумал, но должно быть что-то оптимистичное. Например, удается найти трансураны и установить мгновенную связь с цивилизацией! А потом переделать потерпевший крушение катер в межзвездный корабль и научится передвигаться в подпространстве со скоростью в несколько тысяч светолет! Это я только что придумал. И вот прилетает он на Землю... То-то удивленные лица будут у всех.
  
   Да нет, чепуха, наверное. Одно дело придумать, а другое - это все собрать. У меня же всегда так, что начинаешь излагать - такая ерунда получается. Наверное, все-таки воспользуюсь гипносном на остаток пути. Не вижу смысла дальше мучить себя."
  
   Эпизод 28
  
   "Почему так получилось, почему?" - Думал Глеб, направляясь на орбиту Клада. Он пришел в себя сразу же, как только закончилось стартовое ускорение. - "Каждый раз, когда я, кажется, достигаю желаемого, оказывается, что нужно сделать еще шаг. Или два. Ну хорошо хоть не выяснилось, что я шел в другую сторону... Хороший человек этот смотритель. Мог бы и запретить мне, сославшись на инструкцию. Но может быть в исключительных ситуациях другие инструкции? Что я, в сущности, знаю о таких ситуациях".
  
   Времени на подготовку было мало. Пока в челнок грузились контейнеры, Смотритель инструктировал Глеба. Да разве все упомнишь? На Кладе есть две законсервированные стационарные станции. Одна, в безжизненном острове в Океане. Там просто склад на всякий случай, минимально приспособленный для жизни внутри. Снаружи не больно погуляешь из-за невыносимых погодных условий: давление в 2 атмосферы, температура плюс 40-50 градусов, высокая влажность. Но и местные ее скорее всего никогда не обнаружат. Вторая - в Глубоких горах. Туда местные сейчас не заходят, для них это все равно что для землянина Эверест. Зато нам там жить можно, высокогорье, холодно, но удаленность от центров цивилизации делает место удобным для работы. Замкнутая экосистема, можно попробовать культивировать земные растения, определенные опыты на Базе проводились, но как оно будет в реальности, никто не знает. И если с Базой что-то случится - это станция фактически может стать спасением. А вообще, все нужные данные - вот тут. Запаса энергии хватит лет на сто, если не тратить попусту. Все доступы на СВИтке имеются. Ну а если ничего страшного не произойдет, то СВИток надо уничтожить, и самоликвидироваться.
  
   Шутник этот смотритель. Это все не секретные сведения. Просто о них знают те, кому нужно. Остальным они бесполезны. Конечно, рано или поздно проникновение перейдет в третью стадию. Для этого и задел. Или на крайний случай, если с базой что-то случится. Клад, конечно, не рай, но на твердой поверхности с возможностью свободного дыхания выжить проще, чем в космосе. И все-таки, почему он послал меня? Не проще ли было использовать автобот? Какая от меня может быть польза в критической ситуации? Эх, вот если бы раньше решился полететь, да что теперь... раньше были другие дела.
  
   Узкая рубка челнока, ставшая еще меньше из-за втиснутой в него медицинской капсулы, не давала возможности полноценно заниматься физическими упражнениями. Искусственную гравитацию Глеб отключать пока не стал, но просто бродить в прямоугольнике 2 на 3 метра было невыносимо. Оставались изометрические упражнения. Глеб попытался добросовестно выполнять те из них, которые пришли на ум.
  
   Пытаясь отрешиться от мучающих его вопросов, незаметно для себя окунулся в прошлое. Как все странно изменилось за прошедший год! Еще недавно он был счастлив с любимой женой. Потом остался один. Потом решился лететь к Андрею. Теперь он находится в дежурном челноке, и неизвестно, что его ждет впереди. Понятно только одно - это единственный шанс встретится с другом, а значит все правильно. Как говорили древние - "делай, что должно и будь что будет".
  
   Незаметно пришло чувство голода. ПАС на челноке не установлен, Глеб наскоро перекусил набором из неприкосновенного запаса. Лететь еще часов 10... Скорее бы уже! Что там смотритель говорил про будущую ситуацию на Кладе? Глебу стало любопытно, он открыл свой СВИток и нашел соответствующую запись. Это не был текст, адаптированный для непосвященного читателя. Скорее расчеты, заметки и комментарии по мотивам, изложенные языком, понятным только специалистам-спайдерам: конвергенция-дивергенция, морфизмы, алгоритмы. Глеб понимал не все, но общую идею уловил. Миру на Кладе, в обоих смыслах, должен был прийти конец. Прогнозировалось очередное изменение климата: понижение средней температуры планеты, смещение стабильных воздушных потоков, обилие осадков и все вытекающие отсюда следствия. Обитаемые зоны теряют свои преимущества, зато у ранее необитаемых появляется шанс на освоение. Все это так или иначе повлияет на жизнь сообществ Клада. Грядущее переселение народов должно перемешать существующую структуру племен. Западные обитатели берут верх над восточными, поддерживающие последних горные племена постепенно ассимилируют и исчезают. Центры цивилизации размываются, складывается единое сообщество на равнине, которое можно назвать государством. Начинается освоение ранее неиспользуемых земель, что способствует увеличение численности населения, которое, в свою очередь приводить еще к одному кризису, за которым должен последовать регресс. Размер континента слишком мал, выхода в океан нет, далее возможно полное угасание цивилизации. Или, как вариант установление жестокой диктатуры с тотальным контролем. Но горным племенам все равно мало что светит, слишком они малочисленные, да еще оказываются фактически на стыке интересов обоих сторон. Плюс изменение климата, делающее жизнь в горах более суровой.
  
   "Да уж... а я мне попадалась информация, что на Кладе чуть ли не рай с точки зрения взаимоотношений и природных условий. - Подумал Глеб. - Даже какой-то деятель из Лиги Обитаемых Миров предлагал издать об это официальный эдикт. И под это дело запустить на планету официальных евангелистов. Через КосмоСовет такой фокус, конечно, не прошел."
  
   Рекомендаций в тексте не давалось. Да и какие тут могут быть рекомендации? Вмешательство строго запрещено. Так и будут наблюдать да изучать. "Дрожите же ветхие стены, Лети, роковая стрела. Какие нас ждут перемены, Какая глубокая тьма!" - усмехнулся Глеб, внезапно вспомнив прочитанные ранее строки. Постепенно его сморило. Сказывалось и напряжение последнего времени, и несколько занудный текст. Глеб впал в забытье, даже не раскинув кресло.
  
   Сколько прошло времени, он не понял. Только осознал, что уже не спит. На приборной карте мигал сигнал остановки. Система управления утверждала, что челнок прибыл в пункт назначения. Глеб активировал экраны. Экая оказия! Нигде не было видно никаких признаков планеты или какого-нибудь искусственного объекта. Только прямо по курсу сиял яркий круг местного светила.
  
   Стало немного не по себе. Глеб покрутил головой, разминая мышцы шеи. Потом потер лоб рукой. Делать-то что? Навигационная система определяет данное место пунктом прибытия. Потому что в нее заложены такие координаты, это понятно. Откуда ей знать, что координаты могли измениться. И вот это вот место Глебу совсем не нужно. А нужно другое. Как запустить гравитационные двигатели Глеб примерно представлял, но куда лететь в пространстве, где все направления одинаковые?.. Этому никакие виртуальные курсы не учили. Там просто предполагалось, что пилот знает куда летит.
  
   Глеб постарался успокоиться, и подумал, что второй раз перекусить будет не лишним. В неприкосновенном запасе еще осталось на пару приемов. Распаковывать контейнеры, приготовленные на станции нужды нет.
  
   Медленно пережевывая пищу, Глеб пытался соображать.
  
   Так, чтобы определить, куда лететь, надо запустить навигационную систему. Это понятно. Непонятно, где она тут запускается? Да-а, пожалуй, прав был Андрей, когда советовал больше внимания уделять современной технике. Но не современная история всегда была интересней. Немного помучившись с картой управления, Глеб нашел похожий значок и с третьего раза смог его нажать.
  
   Получилось! Андрей мог бы быть доволен. Но дальше что? Координат я не знаю. Ага, вот тут вроде можно ввести пункт назначения буквами. Забавно... Попробуем "Клад". "Неизвестный объект" ... Гм, странно. Попробуем "База". "Неизвестный объект". "База проникателей". То же самое! Глеб попробовал еще два десятка вариаций. Везде результат был одинаков - "Неизвестный объект".
  
   Глеб в отчаянии склонился над картой управления и потер руками лицо. Чего-то я не понимаю... Но чего я не понимаю - я не понимаю. Надо как следует подумать, чтобы выйти из этого замкнутого круга. Может попробовать другие варианты? Летать кругами, авось удастся найти планету - не вариант. Даже со своим гуманитарным образованием Глеб это понимал. Можно послать сигнал бедствия. Но это даже как-то обидно. Если на Базе сигнал засекут, и спасут его, то как в глаза глядеть проникателям? А если не засекут, то и смысла нет. Можно попытаться самостоятельно найти Клад. Но как это сделать, Глеб не представлял. И всего навыки оказывались бессмысленными.
  
   Помучившись некоторое время, Глеб опять обратился к системе навигации, вводя уже использованные пункты назначения. Не столько с целью получить результат, сколько чтобы занять время.
  
   Вдруг что-то неуловимо изменилось. Появилась надпись: "Орбитальный блок: объект назначения принят". Челнок пришел в движение и устремился в выбранном направлении. Ну да! Конечно! Смотритель же говорил, что направил меня к орбитальному блоку. Но я же, кажется, вводил это значение?! Получается, система его распознала не сразу. Да и какое мое дело? Летим! Настроение Глеба резко улучшилось.
  
   Эпизод 29
  
   Дурук сидела на высоком берегу Быстрой Воды.
  
   В этом месте река делала плавный поворот и немного замедляла движение. Но все же течение было достаточно быстрым, чтобы подхватить человека и унести его за предел. Другой берег был едва заметен, но было хорошо видно, что там нет леса. Если построить плот, можно попробовать переправиться на другую сторону, но придется очень сильно грести поперек течения. А если попробовать также вернуться обратно, то обратно в лес уже не попадешь.
  
   - Эх, хорошо тут у нас, - думала Дурук. - Быстрая вода ограждает нас с двух сторон. Лес с третьей. А с другой стороны и нет никого. Хотя, говорят, что если долго идти, то можно встретить странных людей, которые постоянно ходят туда-сюда со своими животными. Так ведь жить неудобно! Хотя и там есть лес, но как бы не настоящий, маленький. Не то, что наш. И много открытых мест. Еще там, говорят, водятся животные, которые прыгают на спину, и нет от них спасенья. Дальше на севере, в горах, живут рогатые люди, которые знают горячее железо и искусны в обращении с холодным железом. Брат видел человека, который ходил к ним и рассказывал много интересного.
  
   Нет, что ни говори, а здесь у нас самое лучшее место. Лес дает все, что нам нужно. Защиту от непогоды, одежду, еду: ягоды, орехи, снадобья, земляные варенки и грибные яйца... А что может дать река? Там, конечно, водится водоглот, но поди, поймай его! А если поймаешь, как разделать толстую шкуру? И мясо его жесткое и невкусное. Говорят, что там на севере некоторые собирают в прибрежной воде плоскодонов и заднеходов, но разве ж это еда? Только ради забавы. Хуже только болотные слизни. Еще в прибрежном песке можно поймать мордорыла. Он забавный. Но в пищу совершенно не пригоден.
  
   И все-таки интересно, есть ли еще где-нибудь такой же мир, как и наш? Когда-нибудь и я отправлюсь в путь, как Дядька. Но не раньше, чем через 7 зим. Нужно подрасти, окрепнуть и когда бабки скажут, что можно, зачать наследника и выкормить его. Так делают все. Такое правило испокон веков. Заведи наследника, а потом можешь делать, что хочешь - племя воспитает его.
  
   Нет, на восток идти не стоит, там пустые земли. На юге слишком жарко. А если идти вдоль Быстрой Воды, то она все убыстряет свой ход и берега становятся обрывистыми. На север идти долго, придется переправляться через Быструю Воду... и там много разных племен, к тому же горы до неба, между которыми придется плутать. А вот на запад идти придется по лесу. И это будет приятно. И очень хочется узнать, что же там, за лесом. Или он тянется до скончания мира? А может там есть такая же река и тоже кто-то сидит на берегу и смотрит вдаль, думая о чем-то своем.
  
   * * *
   Путь до орбитального блока занял еще пару часов. Глеб с любопытством смотрел в экраны, наблюдая, как постепенно увеличивается, еле заметный сперва, диск планеты. Вот ведь, как, оказывается все просто, если знать! Ну ничего, это не такая сложная наука, освоим. Первый раз самый трудный, а потом уже пойдет. Люди летают, а я чем хуже? Покажут, что делать, а там буду рассекать не хуже заправского пилота. Это ж совсем другие ощущения, когда ты все делаешь сам, а не летишь как пассажир.
  
   Челнок, выполняя одному ему известные маневры, вышел на орбиту Клада и предложил выбрать варианты дальнейших действий. Так, стыковка с орбитальным модулем, то, что надо. Из информации, выводимой на экран управления, Глеб понял, что в модуле никого нет, и стыковка будет вестись в автоматическом режиме. Это было странно, но не беспокойно. Пусть техника работает, ее для этого и делали. А мы подумаем, что нам делать дальше. Все-таки орбита планеты - это нечто устойчивое, это вам не в космосе болтаться неизвестно где.
  
   После выполнения стыковки и открытия шлюзов карта управления челнока погасла и перестала реагировать на внешние команды. Глеб воспринял это как сигнал, что миссия закончена, нужно переходить в модуль. Он встретил Глеба тишиной, пустотой и автоматически включившейся гравитацией. В основном блоке было гораздо просторнее, чем в заставленной контейнерами рубке челнока. Так. И что дальше? Попробуем подключить СВИток.
  
   Пусто. Никакой информации. Никакой полезной информации. Да, камеры, что-то передают с Клада. Уровень энергии в порядке. Системы жизнеобеспечения в норме. А делать-то что? Глеб ощутил раздражение и легкое разочарование. Такой путь проделан, а толку? А не мог смотритель от меня отделаться, чтобы не мешал на станции? Кто знает, какие у них инструкции для чужаков. Или это такой розыгрыш? Ну-ну, глупости. Я же сам напросился. Но мне надо на Базу, к Андрею. А я торчу тут в этом модуле.
  
   Глеб рубанул рукой воздух, пытаясь сосредоточится.
  
   Модуль тут не просто так. Здесь бывают техники. И, судя по всему, были они тут недавно. Что из этого следует?.. Ничего. Может они скоро прилетят, а может и наоборот. Я ж не знаю режима их работы. Но чего это я так разнервничался? Просто думал, что путь закончен. А надо сделать еще шажок. Или два. Самое главное сейчас успокоится и немного подождать. А ждать веселее тут, а не в узкой рубке челнока.
  
   Глеб наскоро перекусил остатками НЗ. Проделал несколько упражнений. Осмотрел внимательно отсек. Может быть он что-то упустил? Что-то важное... Нет, в голову ничего не приходило. Лучше бы уж лететь куда-то. А тут ты на месте, но надо ждать. А сколько? А чего? И не посоветуешься ни с кем. Вот если бы была связь...
  
   СВЯЗЬ! Вот дубина стоеросовая, про самое главное-то и забыл. Глеб активировал пульт управления и попытался найти карту связи. Как-то все непонятно. Не то, что дома. Логично, в общем, тут работают профессионалы. Может это? Нет. Или вот... нет, искусственную гравитацию отключать не будем. Пока не будем. Вот камеры передают информацию. А куда? Если бы я смог залезть в систему и разобраться в настройках. Но я не могу.
  
   От нечего делать Глеб стал просматривать визуальный ряд с камер. Как включить звук, он не знал. Зато догадался, где можно смотреть титры-комментарии. Было непонятно, но любопытно. Глеб и раньше видел картинки жителей Клада, но теперь он наблюдал их воочию. Даже попытался угадать, кто из какой местности, из какого племени/роду, но все они были на одно лицо. Вот, значит, чем занимаются проникатели! Да-а, тяжело сидеть перед экраном и скрупулезно фиксировать разные мелочи, а потом составлять отчеты. Рутина. Но кому-нибудь, возможно, нравится именно это.
  
   Глеб потянулся, с хрустом разминая затекшие мышцы. Вот заставь меня дни и ночи пялиться в экран без возможности физического контакта, может я и сам сбегу через неделю. А может и не сбегу... может, привыкну. Может, разберусь, что к чему, буду замечать разные подробности, которые мне сейчас на глаза не лезут. Да о чем это я? Это все могло бы быть, если быть, если бы все было по-старому, как раньше. А сейчас все-таки главное дать о себе знать. Глеб опять попытался разобраться в системе связи, но всего, чего удалось добиться, это получить сообщение о том, что все системы работают в штатном режиме. Ну так может, если все в порядке, система как-то сама дала знать, что в модуле человек? Значит, будем ждать!
  
   Глеб то нервно дремал, то бесцельно шлялся по отсеку, периодически просматривая информацию с камер, то листал свой СВИток. Если бы знать, что так случится, загрузил бы туда полезной информации по настройке связи орбитального блока. Какие-нибудь сведения технического характера... Но та информация, которую он взял с собой, помочь не могла. В какой-то момент Глебу показалось, что на карте управления мелькнул какой-то сигнал. Только что он означал, Глеб понять не успел. Попробовал зайти в технический отсек. Но наличие аппаратуры непонятного назначения привело его в уныние. Глеб не решился там что-то нажимать. Оставалось одно - ждать.
  
   Эпизод 30
  
   Ожидание тянулось мучительно. Нужно было придумывать какой-то новый план. Но, как назло, в голову ничего не лезло. Глеб даже стал подумывать вернуться обратно в челнок, активировать карту управления и попытаться совершить посадку на планету. Как это будет происходить, и что он будет там делать, Глеб представлял смутно. Но находится на орбите и ждать неизвестно чего было невыносимо. Не для того он пролетел такое расстояние.
  
   Убивая время, Глеб переключился на одну из камер с планеты, где, как ему показалось, происходит тренировка молодых бойцов. Камера давала не слишком удобный ракурс, зато охватывала большое пространство. Разбитые на небольшие группы местные жители под руководством, очевидно, более опытных, разучивали совместные движения в строю. Кто-то работал индивидуально или в паре. Подробности лиц не проглядывались, но сам процесс завораживал суровой решимостью. Глеб попытался представить себя на месте ученика, мысленно повторяя движения. Постепенно это занятие его завлекло.
  
   Внезапно ожил один из боковых экранов. Глеб вздрогнул от неожиданности и пока пытался сосредоточиться, на экране промелькнула какая-то информация, а затем появилось незнакомое бородатое лицо. Они несколько секунд вглядывались друг в друга. Затем Глеб выдавил:
   - Добрый день.
   - Здравствуйте. Вы кто? Как оказались в орбитальном модуле?
   - Я Глеб Вершинин. Направлялся на Базу. Недавно прибыл на станцию передового слежения. Сюда меня отправил Джафар.
   - Какой Джафар?
   - Извините, Джаббар. Смотритель станции. - Глеб уже полностью овладел собой. - Мне нужно встретиться с Андреем Семиреченским.
  
   Собеседник мигнул. Если он и был растерян, то виду не подавал.
   - Минуточку. Мне нужно кое-что уточнить.
   Экран затуманился, и оставался в таком состоянии минуты две. Затем он вновь ожил.
   На экране появилось знакомое лицо.
   - Глеб, ты?! - изумился Андрей.
   - Я. - Улыбнулся Глеб.
   И было непонятно, то ли он извиняется за неожиданное появление, то ли торжествует "достал все-таки тебя, бродяга".
   - Как же тебя жена отпустила... в такую даль?
   - Так ведь нет у меня жены, - и отвечая на немой вопрос, добавил, - разошлись мы. Разве ты не получал моего сообщения?
   Андрей покачал головой.
   - Я так и понял. Повторное посылать не стал. Дорого.
   - А сюда добраться не дорого?
   - Так ведь я же теперь один стал. Да и возвращаться мне некуда. Вот обменял все единицы, что есть и сюда.
   - А как же вы не...
   Глеб поднял руку, прерывая Андрея:
   - Не надо, не спрашивай. Дело прошлое. Каждый сделал свой выбор. Если я опять буду об этом вспоминать, ни к чему хорошему это не приведет. Да и время дорого.
   - Да, пожалуй, в последнем ты прав.
   - Андрей, ты понимаешь, что тут у вас происходит? Смотритель говорил о каком-то "шторме".
   - М-м-м, не совсем. Мы улетели с базы три дня назад. Сняли визуальщиков с модуля, совершили плановые облеты планеты. Сейчас собирались возвращаться, но не можем определить местоположение базы.
   - Да, да. Смотритель говорил про что-то такое. Поэтому он и отправил меня на орбиту.
   - Мы уже поняли, что челнок был запрограммирован добраться до системы, автоматически определить местонахождение модуля, пристыковаться и подать радиосигнал. Его-то мы и поймали.
   - Запрограммирован?! - На лице Глеба явно проступило разочарование.
   - Ну да. Это часть базовых функций. Смотритель же знал, что на челноке летит не профессиональный пилот. Значит так, ты никуда не лезь, сиди спокойно. Там слева от тебя есть миниПАС. Это у нас на крайний случай. Им техники практически не пользуются. Выбор пищи ограничен, но тебе это сейчас не важно. Короче, нам сейчас надо слетать... кое-куда. А ты нас дождись. Обязательно дождись. Ничего не предпринимай самостоятельно, слышишь? Мы скоро вернемся. Давай!
   - Давай, Андрей. - Ответил Глеб, и экран погас.
  
   Вот хорошо, когда все хорошо. Нет, конечно, могло быть и лучше. Но и так неплохо! Глеб почувствовал, как тяжесть буквально спадает с его плеч. Одновременно навалилась истома. Жутко захотелось спать. Ну так теперь можно. Глеб раскрыл кресло, устроился поудобнее и тотчас провалился в сон.
  
   * * *
   Последние лучи заходящего светила красным золотом отразились на оружии воинов рарогов, стоящих на высоком песчаном всхолмлении посреди равнины. Частый лес копий и дротиков колыхался так, что издали холм казался громадным шевелящимся иглоносом. А внизу, слева, у самого подножия, за чахлым кустарником полого сходящего со взгорка в лощину кипел звериный водоворот сечи.
  
   Мрачные серые облака полыхали закатными красками. Битва была в разгаре. Тлегалпы ломили, запрудив лощину, топча своих мертвых и раненых, из задних рядов летели дротики. Спрадаты изгибались подковой. Три линии воинов, связующих их боевой порядок с рарогами, грозили быть прорванными.
  
   Глеб рубился в болотистой лощине на внешнем выгибе спрадатской подковы. Холодящая душу дрожь сменилась клокочущим жаром в теле. Не давая волю ярости, трезвая голова направляла верные удары. Горячий пот заливал глаза. Рубанув вправо, подался вперед, вслед повалившемуся телу. Головой в низком костном шлеме уперся в панцирные бляхи чей-то брони, скрежетнув медной оковкой. Резко увернулся в сторону, отражая падающий на него меч.
  
   Вместо послесловия
  
   Фигура в сером балахоне стояли на камне, легкий ветер шевелил складки одежды.
  
   Раг-вай смотрел вниз с утеса. Там в туманной дымке горели огоньки. Это земледельцы после трудового дня вернувшись домой готовили еду. "Вот мы дали им знание, - думал Раг-вай, - но они не пользуются им. Также копаются в земле, как их предки. Им не интересны философские истины, высоколобые рассуждения, их интересует только насущный день: поесть, попить, заготовить еды на потом. Есть, конечно, несколько человек, которые много любопытствовали, но в глазах их горит нетерпимый огонь. А значит они не смогут применить знание на пользу всем. Они думают только о себе. Значит, нужно ждать и наблюдать. Рано или поздно желание к совершенству овладеет ими. Тогда мы и сможем им помочь. Иначе зачем мы тут?"
  
   Он не в первый раз задавал себе этот вопрос. Нам не дали на него ответа. Нам поставили цель и предоставили средства. Они не ошибаются. Они всегда знали, что делают. Они верят в нас! Значит мы сами должны решить, как получить результат.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"