# Кое-что из повадок млекопитающих

Олег Тот

Жизненное наблюдение

Город изнывал от жары. Чтобы добыть толику сквозняка жильцы открывали окна и входные двери на цепочках. Невесть как в подъезде пятиэтажки оказалась заблудшая уличная крыса. Её спугнули, и зверёк заметался в поисках укрытия. На четвёртом этаже, оказавшись перед гостеприимной тенистой щелью, крыса заскочила внутрь.

Сонный коллектив кумушек на лавке и примкнувшего к ним инвалида Рубахо разбудил истошный женский крик. Взбодрившись, дворовой актив заинтересованно задрал головы вверх. Крик повторился на высокой ноте.

- Кажись, в шестьдесят второй... - определил первым Рубахо.

- Валька орёт, - подтвердила глухая Петровна с первого этажа.

- За что ж её так? - высказала общую озабоченность толстая Сара и пытливо оглядела товарок.

Между тем, к первому женскому голосу добавился второй, ниже тоном, но не менее истеричный:

- А-а, тварь паскудная... Борька! На помощь! Скорее!

- Верка - свекровка Валькина, - охотно пояснила Петровна новенькой Ашургул, которая плохо знала по-русски, но поняла сразу и часто-часто закивала головой.

Пенсионер Рубахо возбуждённо вскочил на ноги и, потирая руки, уверенно заявил:

- Писец Вальке, вдвоём они её враз уделают!

- Где она, сука?! - рявкнул сверху баритон так, что внизу вздрогнули.

- На кухне! - донёсся плаксивый голос свекрови. - Под столом прячется. Ты её шваброй, Борь, шваброй, гадину такую!

Бабы понимающе и многозначительно переглянулись.

Донёсся страшный удар. Завизжала Валька. Ещё удар сильнее прежнего, звон битого стекла, яростная ругань, грохот падения тяжёлых предметов...

- Промазал! - досадливо сплюнул Рубахо, но поймав осуждающие взгляды, быстро добавил: - Слава богу...

Никто не заметил, как из подъезда шмыгнула серая тень и скрылась в зелёной траве. Весьма кстати из-за угла вынырнул и затесался среди болельщиков потный участковый.

- Мать, тащи топор! Не уйдёт, - азартно неслось сверху. - Я выход перекрыл. На пятаки порубаю!

Побледневший полицейский, матерясь и ожесточённо дёргая кобуру, рванул в подъезд.

- Первым делом - Борьку! Без суда и следствия - у него топор, - напутствовал инвалид. Петровна мелко крестилась...