# Глава двадцать вторая

Ливо Эри

План готов, герои собираются отправиться спасать тех, кто им дорог, но внезапно открывшаяся правда встает перед ними.

Глава двадцать вторая

Предатель

-А получше плана ты придумать не мог? - в который раз спросил брат, упрямо глядя на меня.

-О, Великий папочка, дай мне сил не прибить его прямо сейчас, - я со вздохом закатил глаза.

-Я все слышу. - Буркнул Отис и с особой яростью провел точильным камнем по лезвию и без того острого меча.

-Похоже, что не все, раз считаешь мою идею никудышной! Послушай, Твое Светлейшество, иного пути нет. Мы сами должны открыть Врата в Междумирье, сами войти туда, вытащить Лиатрис и Олессана, а затем вновь запечатать вход! Иного варианта нет. Ждать, пока Гончая соберет свою кровавую жатву и откроет Врата? Тогда, возможно, все будет потеряно не только для тех, кого мы идем спасать, но и для мира вообще! Анимус готовится к битве, но мы не можем позволить ему спуститься сюда и учинить драку с Иноодой. Они оба слишком сильны и способны, сами того не желая, уничтожить Халу. Тебе это надо? Скажи.

Ох, надо запомнить этот день, когда я начал приводить разумные доводы в поддержку своих идей. И запомнить вот это вытянувшееся лицо Императора, бессильную злобу в его глазах и его тщетные попытки дать достойный словесный отпор.

-Предположим, что иных вариантов нет, - брату удалось умерить пыл, он отложил клинок и точильный камень в сторону и сомкнул руки в замок, устроив их на коленях. - Каким образом ты предлагаешь открыть Врата?

-О, вот это уже другой вопрос. Наша кровь, братец, послужит заветным ключиком.

-Ты... с чего ты взял это?

-Одна небезызвестная, ныне покойная, волшебница сказала это. Не мне, правда - я лишь оказался в нужное время в нужном месте. Врата были запечатаны кровью Анимуса. Открыть их можно только с этой стороны и только Его же кровью. А мы, как известно, Его детишки. Понимаешь, о чем я?

Отис призадумался. Я буквально представлял себе, как (со скрипом, правда) пришли в движение маленькие шестеренки у него в голове. Его взгляд устремился в пламя костра, да так и застыл.

-Я понял, - сказал Император спустя минуту. - В таком случае, нам необходимо отправляться уже сейчас. Чем быстрее мы разрешим проблему под названием "Врата", тем быстрее сможем вернуться к привычной жизни.

-Ну, говорил бы за себя, братец, - я горько улыбнулся. - Моя жизнь прежней не станет.

-Конечно, не станет. Ведь ты проиграешь мне в сражении, - Император одарил меня насмешливой улыбкой, на что в ответ я лишь фыркнул.

-Посмотрим-посмотрим.

Повисла тишина. Ночь уже давно опустилась на поляну и окутала собой лес. Вся дневная живность попряталась в свои убежища до рассвета, но природа все равно была полна звуков. К треску пожираемых огнем веток добавился стрекот сверчка, возня грызунов в траве, шум ветра в верхушках деревьев, хлопанье крыльев и редкие крики ночных птиц и загадочные шорохи где-то в чаще леса. Изумрудный и сапфировый драконы вместе со своими Наездницами спокойно спали рядом с костром, а мы с Белым Императором остались хранить их покой.

Не знаю, сколько бы и дальше длилась эта идиллия, но внезапно В'рон и С'тер одновременно подскочили, а плечи Отиса напряглись. Наездники при этом даже не пошевелились. Все трое тревожно переглянулись, а затем Император изрек единственное слово:

-Калеб...

И, разом сбросив с себя одежду, принял облик белоснежного дракона и взмыл ввысь с тревожным ревом. Все произошло так быстро, что я не сразу сообразил, что именно, собственно, случилось. Я вопросительно посмотрел на братьев-драконов.

-В Хаттенлиде случилась беда. - Пояснил В'рон. - М'луд сообщил об опасности.

-Значит, нужна наша помощь! - Я подскочил, было, но под взглядом драконов сник.

-Тебе нельзя куда-либо лететь в таком состоянии, парень, - сказал С'тер. - Нужно восстановить силы, иначе ты станешь только обузой. Ты этого хочешь?

Я отвел взгляд и в бессильной ярости вонзил когти в землю рядом с мечом брата.

-Нет. Не хочу.

-Тогда доверь это дело Белому Императору и нашему брату. Мы отправимся следом завтра на закате, обещаем.

Я с тоской взглянул на небо, в ту сторону, куда умчался брат, тихо вздохнул и лег на землю, устроил голову поудобнее и с мрачным видом приготовился ждать.


***

Дворец был охвачен огнем. Это кроваво-алое зарево Император увидел, еще издалека. Белого дракона тут же охватила паника, а его сознанием завладела одна единственная мысль: лишь бы с Калебом все было в порядке. Он прибавил скорости и из последних сил рванул вперед, надеясь, что не опоздал.

Он успел. Успел к самому началу главного действа, в котором, сам того не подозревая, оказался главным действующим лицом.

Горели южная и восточная башни. Огонь с них перекинулся на ближайшие постройки, и теперь на их стенах и крышах так же расцветали смертельно-опасные алые цветы. Люди безуспешно пытались погасить пламя, но оно, словно подпитываемое кем-то, становилось только яростнее. Здесь же был и рубиновый дракон вместе с Наездником. Они тоже принимали участие в тушении, пытаясь погасить пламя с воздуха при помощи бочек с водой.

"Где он?" - спросил М'луда Император.

"В центральном корпусе", - последовал короткий ответ. - "Он установил невидимый барьер, через который мы не можем попасть внутрь, прости".

"Я сам разберусь", - Винсент тихо рыкнул и заложил крутой вираж, идя на снижение.

Его барьер пропустил, и это позволило Императору сделать определенные выводы. Его ждали. Именно его, и никого больше. Оставался один вопрос: зачем все это вытворять?

Винсент мягко опустился на широкую дорогу перед входом в главный корпус и осмотрелся. Не смотря на то, что совсем неподалеку бушевал огонь, здесь царила могильная тишина. И было холодно, как будто вдруг наступила зима в самом начале лета. Не было и ветра. Казалось, что все вокруг замерло. Двери же в здании оказались распахнутыми настежь.

Осторожно ступая, белый дракон двинулся вперед. Он настороженно озирался по сторонам и заметил наблюдателей. Ищейки. Полулюди, полуящеры стояли по обе стороны дороги, в упор глядя на Императора, и выходили на дорогу лишь тогда, когда там прошел он. Таким образом, когда Винсент поднялся по мраморным ступенькам и поравнялся с дверьми, позади него полукругом собралось около четырех дюжин Ищеек. Каждая тварь была вооружена. Кто-то держал в руках-лапах копья-яри, кто-то - мечи, топоры и секиры. У некоторых обнаружились луки и колчаны со стрелами. Но Ищейки вели себя на удивление спокойно, ожидая чьего-то приказа.

Винсент уже знал, чьего именно приказа ожидают эти твари. Знал он и имя того предателя, который посмел взять в заложники ребенка. И он был... расстроен тем, что этим человеком оказался его ближайший друг и советник - Райвин. Именно от него Император в последнюю очередь ожидал предательства.

Советник стоял в центре тронного зала. Спокойный и непоколебимый, как скала. У его ног, сжавшись в комок, лежал рыжеволосый мальчик. Его глаза были закрыты, ресницы подрагивали. Пальцы одной руки ребенок сомкнул на древке посоха Райвина.

Заметив Императора, маг улыбнулся своей привычной, по-змеиному хищной улыбкой.

-Я ждал тебя, - сказал он. Голос советника звучал уверенно и громко. - И знал, что именно заставит тебя отложить все дела и примчаться сюда максимально быстро.

Носком сапога Райвин толкнул мальчика в бок, и Император, зарычав, метнулся, было, к нему, но натолкнулся на незримую стену и, взвыв от боли в обожженной морде, отскочил назад.

-А-а, - покачал головой Советник. - Так не пойдет, мой друг.

-Да как ты смеешь называть меня так после того, как совершил... такое??? - ярости Императора не было предела, но это ничуть не смутило мага. Напротив, он лишь рассмеялся, и навершие его посоха отозвалось на это пульсирующим багровым свечением.

-Правильно, Ваше Светлейшество! Беситесь. Выплескивайте свою ярость на меня. Она дает мне сил, и скоро их будет достаточно для того, чтобы открыть Врата без Жатвы или крови Анимуса.

-Зачем тебе это?

-Как это "зачем"? Чтобы Госпожа, наконец, смогла отомстить и занять принадлежащее ей по праву место на Пике Богов.

-Она уничтожит Халу, глупец!

-Только тех, кто окажет Ей сопротивление, - Райвин равнодушно повел плечами. - И ты окажешься в первых рядах.

-Не мы с братом, так Анимус сразит ее, - Император и не думал сдаваться. Сейчас он тянул время, одновременно с тем пытаясь сообразить, как обойти барьер.

-Брат, говоришь? - Райвин зло сощурился. - Так он еще жив? Что ж, это ненадолго. Гончая никогда не оставляет своих жертв в живых.

-Ну, значит, в этот раз она решила внести разнообразие в свои будни и сделала исключение. - Раздался знакомый голос, а затем через пролом в крыше, прямо на мага, обрушился черный дракон. Его синие глаза полыхали яростным огнем, из ноздрей тянулись вверх струйки дыма, по черной чешуе проходили волны серебряного света. Когтями дракон метил в мага.

Не ожидавший такого вероломного нападения, Райвин враз позабыл о своем пленнике и резво отпрыгнул в сторону, поэтому острые когти дракона загребли лишь воздух в том месте, где только что стоял мужчина. Но его время было потеряно.

Спасая свою жизнь, маг позабыл про барьер. Винсент, едва ощутив это, ринулся вперед, сбил своего бывшего советника с ног и, скалясь, навис над ним. Дальнейшее произошло в считанные мгновения. Мелькнуло бледное лицо мага, послышалась сдавленная мольба "Пощади", а затем челюсти белого дракона сомкнулись на шее предателя. Раздался неприятный хруст, в разные стороны брызнула горячая кровь, тело Райвина вздрогнуло несколько раз и замерло, а пульсирующий свет в навершии его посоха погас навсегда.

Мигом исчез куда-то весь холод. Испарилась без следа и тишина. Теперь, сквозь окна, открытые двери и пролом в кровле центральной залы доносились крики людей, звон оружие и рев огня.

Постепенно все стихало. Император стоял в луже крови того, кого ранее считал своим другом, и смотрел в синие глаза брата. Тот, не отрывая взгляда, сделал шаг в сторону, отступив мальчика, и кивнул в ответ на невысказанную вслух благодарность. Оба посчитали, что слова здесь излишни.

Калеб между тем пошевелился. Он медленно сел, потряс головой, а затем открыл глаза. Не привычные зеленые, а золотые, не человеческие. Он, по-птичьи склонив голову набок, посмотрел сначала на Винсента, затем - на Итеса. Губы его тронула улыбка.

-Вы - вместе. Идите так до самого конца. - Этот голос и эти слова не принадлежали ребенку. Их говорил кто-то другой - его тень, внезапно увеличившаяся в размерах и принявшая очертания огромной птицы. - Отправляйтесь в путь сейчас же, а дворец доверьте мне.

Сказав это, мальчик раскинул руки в стороны и в безмолвном крике открыл рот. Его окутало золотисто-белое свечение, и из груди ребенка, в распахнутые двери вырвался белоснежный сокол, оставляя за собой золотое свечение.

Богиня Света, младшая дочь Анимуса, Хикари, все это время присматривала за своим младшим братом. Теперь, выполнив свой долг, она вновь обрела возможность вернуться на Пик Богов.

Едва соколица покинула его тело, мальчик безвольно обмяк и рухнул на колени. В его глаза вновь вернулась прежняя зелень, но под ними появились темные круги, кожа побледнела.

-Калеб! - Винсент, не медля, бросился к нему, и тот, услышав знакомый голос, поднял на него взгляд и улыбнулся.

-Хранящий Солнце, - вымолвил он Истинное имя дракона и протянул к нему руку. - Ты пришел.

-Конечно, глупый мальчик, - Император обхватил ребенка лапой за пояс, прижав к себе. - И больше не оставлю.

-Нет, ты должен улететь сейчас, я знаю. - Голос Калеба стал крепче. Мальчик отстранился от жесткой чешуи на груди дракона и поднял на него голову. - Птица верно сказала. Не теряй времени.

-Он прав, брат, - подал голос до того смиренно молчавший Итес. - Ситуация накаляется. Кто знает, сколько еще сторонников у Инооды. Мы должны успеть попасть за Врата раньше, чем их откроет кто-либо другой.

-Я не могу оставить ребенка одного здесь!

-И не оставишь, - позади раздался голос М'луда. - Мы с Арваром позаботимся о нем. Рубиновый дракон приблизился и встал напротив Винсента. - Отнесем его в Гнездо. Там мальчик будет в безопасности.

-В таком случае, - Император помедлил. - Хорошо, доверяю Калеба вам. Идем, Итес.

Он подтолкнул мальчишку к рубиновому дракону, развернулся и пошел прочь. Итес последовал за ним, но вдруг замер - это маленькая ладонь мальчика легла на его плечо.

-Присмотри за ним, ладно? - попросил Калеб.

-Обязательно присмотрю, - Итес клыкасто ухмыльнулся и поспешил следом за братом, что, не дожидаясь того на пороге, взмыл в предрассветное небо.