Икс Патрик: другие произведения.

Свидетель - Глава 16

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram

  Рейтинг: NC-17
  Жанры: Гет, Романтика, Ангст, Драма, Мистика, Психология, Повседневность
  ____________
  
  - Марк, куда ты собрался? Подожди до утра, тебе нужно выспаться. Как долго ты нормально не спал и не ел?
  
  - Но она пришла в себя! Как ты не понимаешь?! Вдруг ей станет плохо? Она, наверное, расстроится.
  
  Ариан раздраженно вздохнул, взглянул на измученного друга и захлопнул дверь, чтобы запереть и спрятать ключ. Последние две недели были адом для него. Марк вел себя неадекватно, постоянно нервничал и говорил глупости. Он проводил в больнице по двадцать часов в день, практически ничего не ел, спал урывками и изводил Ариана звонками. Сам адвокат волновался за Марка ничуть не меньше, чем тот волновался за Тэу, но друг не слушал его доводы, не следовал советам, чего раньше с ним не случалось, а теперь и вовсе был похож на умалишенного, когда пытался забрать у Ариана ключи и прорваться к выходу.
  
  - Марк, ты с ума сошел? Что ты делаешь? Мне страшно за тебя. Ты будто...
  
  - Я собираюсь увидеть Тэу, которая после двух недель комы пришла в себя. Что в этом ненормального? - Марк успокоился. Он недоуменно смотрел на Ариана и теребил и без того потрепанный дневник. Он видел страх в глазах друга, видел, что страх этот из-за него и невольно пытался увидеть себя со стороны, чтобы понять причины этого страха, и то, что он видел в своей голове, ему не нравилось.
  
  - Прости. Я понимаю твое беспокойство, - он поднял руку и остановил возражения Ариана, догадавшегося к чему клонит Марк. - Я ненадолго заеду к Тэе. Просто, чтобы убедиться, что все в порядке и ничего не нужно. А потом я поеду домой и высплюсь хорошенько, обещаю.
  
  Ариан неподвижно стоял между дверью и Марком, но в глазах его можно было увидеть зарождающееся сомнение.
  
  - Я не могу не зайти к ней в день, когда она пришла в себя. Ей, наверное, захочется с кем-нибудь поговорить. Я не смогу уснуть, пока не уверюсь, что у Тэи все хорошо.
  
  - Ладно, ладно. Иди! Я не смогу вынести твое бесконечное нытье, - рассмеялся Ариан и выпустил Марка из квартиры. - Только обязательно выспись сегодня!
  
  - Есть, сэр! - крикнули ему в ответ.
  
  Запершись, адвокат тяжело выдохнул, посетовал на свою нелегкую судьбу и отправился в спальню. Размышления о том, что он узнал сегодня, колючим вихрем вертелись в голове, но думать обо всем сейчас совершенно не хотелось, поэтому он выпил снотворное и лег в надежде на скорый сон.
  
  
***
  
  Пол старался быть веселым и разговорчивым, но чем больше проходило времени, тем сложнее становилось сдерживать эмоции. Как бы ни была сильна его решимость, сердце все равно болело.
  
  Красивый зал ресторана, замечательная девушка рядом с ним, ее теплая улыбка должны были отвлечь его от тяжелых дум, и отвлекли, правда, ненадолго. Сдавшись, он небрежным тоном пригласил Абигейл к себе, а она сразу же согласилась, выдвинув лишь одно условие.
  
  - Ты ко мне приставать не будешь! Иначе я уйду.
  
  - Это будет не легко, но раз ты против, тогда давай напьемся!
  
  - Что за странные предложения? - спросила Эбби, но быстро поняла, что Пол решил таким образом заглушить боль от расставания с Кейт. - Ну, ладно, я согласна. Ты ведь все равно напьешься. Со мной или без меня, - исправилась она и улыбнулась.
  
  Парень не заметил ее замешательства и, обняв подругу за талию, потянул ее к бару.
  
  Позже, после нескольких веселых часов, проведенных в играх со спиртным и повседневных разговорах, он, наконец, смог сбросить маску и расплакался, прижимаясь щекой к хрупкому плечу. Чувства, тщательно скрываемые им долгое время, вырвались наружу и хлынули потоком, и в этот момент с ним была самая добрая, умная и понимающая девушка на свете. Она гладила его, словно кота, и говорила, что ничто в жизни не длится вечно, что боль уйдет, что воспоминания выгорят, что все обязательно наладится.
  
  
***
  
  Тэа открыла глаза.
  
  - Эмм... снова ты? - недовольно пробормотал Дрейвен и легонько дотронулся до ее раненой губы.
  
  - Что это значит?
  
  - Ты задаешь слишком много вопросов, тем самым доставляешь неудобства и мне и себе.
  
  Дрейвену нравилось злить Тэу, нравилось, как изгибаются в удивлении ее брови, как белеют ее розовые губы, как сжимаются и разжимаются ее длинные изящные пальцы. Пока она была без сознания, он пытался уйти, но не смог. Какие-то невидимые нити тянули его назад, тоска и волнение рвали грудь на части, ноги превращались в бесчувственные поленья. Сначала он злился на себя - за слабость, на Тэу - за то, что она причина слабости, и на судьбу - за то, что она допустила такое безумство. Потом он смирился с беспомощным положением и занял выжидательную позицию, успокаивая себя тем, что любовь не может длиться вечно. Сейчас он откинул все сомнения и сосредоточился только на своих чувствах, на новых ощущениях и мыслях, на той, что возродила в нем человека.
  
  - Неудобства? О чем ты говоришь? Если я доставляю тебе неудобства, то ты просто ломаешь мне жизнь, ломаешь мои планы и ранишь меня!
  
  Дрейвен наклонился так низко, чтобы его губы слегка касались уха девушки, и прошептал:
  
  - Тогда прикажи мне уйти.
  
  Она вздрогнула, закрыла глаза и прошептала.
  
  - Иди к черту.
  
  - Я в тебе никогда не сомневался, - он рассмеялся и принялся расхаживать из стороны в сторону. - И знаешь, я больше не злюсь на тебя.
  
  - В последнюю нашу встречу, ты сказал, что хочешь моей смерти, а теперь...
  
  Дрейвен удивленно нахмурился и перебил Тэу.
  
  - У меня хорошая память, Тэа, и я прекрасно помню, что такого не говорил.
  
  - Ты сказал, что лучше бы я не рождалась. Разве это не одно и то же?
  
  Тэа ничего не могла понять. Когда она брала в руки лезвие, то была уверена в своей ненужности, в своей никчемности и бессмысленности своего существования, а теперь смысл ее жизни, внезапно воплотившийся в Дрейвене, стоит перед ней и утверждает, что больше не хочет ее смерти, более того, он даже не злится на нее. Что это? Сон?
  
  - Если бы ты не появилась на этом свете, я бы не влюбился в тебя.
  
  Тэа громко вздохнула и закрыла рукой рот, только сейчас заметив толстый слой бинтов, опутывающий ее от запястья до предплечья.
  
  Она не могла поверить в признание Дрейвена, не могла верить глазам и ушам.
  
  Дрейвен ожидал такой реакции, замешательство девушки нравилось ему даже больше, чем ее злость.
  
  - Я влюбился в тебя, - повторил он.
  
  - Ты мог сказать мне об этом раньше? Или ты понял это после того, как я в жутких душевных страданиях решилась на самоубийство?
  
  - Нет, я понял это, когда искал номер твоего телефона, а может даже раньше: когда шел вдоль пустой проселочной дороги на встречу твоему лицу, сияющему впереди, словно солнце; когда плохой сон рассеивался с твоим появлением; когда я рисовал много часов подряд, не обращая внимания ни на что, а закончив, видел, как ты смотришь на меня с холста. С тех пор, как мы встретились, я нарисовал двадцать картин, и на каждой из них ты. И с тех пор, моя нынешняя жизнь перестала меня устраивать. Я больше не хочу быть Дрейвеном Фэрлингом - жестоким маньяком-убийцей, не умеющим чувствовать и мыслить.
  
  Тэа же чувствовала, как комната вращается вокруг нее, как мозг отказывается верить в происходящее, как слабость пытается снова завладеть ее телом. Ей не хватало воздуха, и она громко всхлипывала, ее грудь дрожала. Через несколько секунд рыдания вырвались наружу, слезы маленькими ручейками потекли из глаз, нос перестал дышать и безмолвный крик исказил ее губы. Она схватила одеяло за края и натянула его на голову, чтобы спрятаться от реальности хоть на несколько секунд.
  
  - Я делаю тебе больно своими словами? - издевательски прошептал Дрейвен.
  
  Реакция Тэи была непонятна ему, даже неприемлема. Он не мог знать, что творится в ее голове. Не мог знать, что ей никто никогда не признавался в любви по-настоящему. Никто и никогда так искренне не говорил с ней о своих чувствах, и никто и никогда еще не был так важен для нее, как Дрейвен. Она просто не верила в то, что с ней может произойти подобное чудо, не верила в свои чувства и не верила в его только потому, что считала себя сломанной, не способной на любовь. Но он не понимал этого.
  
  - Чтобы ты сейчас не думала, как бы ты не попыталась мне это сказать, я хочу, чтобы ты дала мне надежду на то, что я увижу тебя еще когда-нибудь. Я знаю, что это очевидные вещи, ведь я могу увидеть тебя, когда пожелаю. Но я чувствую неоправданный, необъяснимый страх перед твоими словами, - Дрейвен подошел к кровати, протянул руку вперед, хотел дотронуться до Тэи, попытаться успокоить, но в последний момент передумал и одернул руку обратно.
  
  Из-под одеяла донеслось невнятное бормотание, прерываемое рыданиями.
  
  - Ты что-то сказала?
  
  - Мне покой прописали, - повторила чуть громче Тэа и задохнулась в новой волне кашля.
  
  Дрейвен рассмеялся и сел на край кровати.
  
  - Ты хоть понимаешь, о чем я с тобой разговариваю?! - раздраженно выкрикнул он и стянул одеяло на пол.
  
  Тэа пыталась остановить рыдания. Она закрыла рукой рот и пыталась дышать через нос, все еще приглушенно кашляя. Дрейвен достал носовой платок и швырнул его на кровать.
  
  - Что это за истерика?! Что происходит?
  
  Тэа вытерлась слезы платком и высморкалась. Началась икота.
  
  - Я не могу поверить, - она икнула и замолчала.
  
  Дрейвен решил, что у него нет никакого права требовать ответной любви. Если она ничего не чувствует к нему, что было бы логично (кто может полюбить монстра?), то он должен смириться с этим.
  
  - Я все понимаю. Для тебя будет лучше выбрать другой путь. И тогда я надеюсь, что не увижу тебя больше никогда. Я буду страдать. Да, я буду страдать, выкрикивать ночью твое имя, мечтать о встрече. И я буду ненавидеть тебя. Никто не будет ненавидеть и любить тебя так, как я, потому что на самом деле им всем на тебя наплевать. Они не любят тебя. Они любят другую девушку. Твою внешность, твои слова, но не тебя. Ты другая, неправильная, жуткая. И такую - настоящую - я буду любить тебя.
  
  - Я - ошибка природы, ты прав. Я думала никто... - ее слова полились рекой, подобно его словам, но прерывались икотой. Слезы тонкой струйкой вытекали из уголков глаз. Она вытирала их платком Дрейвена и всхлипывала, - не сможет любить меня, только меня, а не мою фигуру, лицо и деньги отца. Все убегали от меня, боялись моего прошлого и моего отношения к нему, боялись слушать мои слова, выполнять мои желания. Поэтому, возможно, я все время оказываюсь рядом с извращенцами. Только им вообще наплевать на мои чувства. Даже Марк... Ты знаешь, что он тоже ненормальный?
  
  Дрейвен покачал головой, отвечая и на вопрос Тэи, и на свой собственный: "К чему она клонит?"
  
  - Да, он ненормальный, определенно. Думаешь, он любит меня? - Дрейвен хотел ответить, много гадостей крутилось в его голове, но Тэа ответила сама: - Нет. Я не нужна ему. Он устал от правильной жизни, устал от брака, от наставлений отца и матери, от успеха, сопровождающего его во всем, устал от шаблонных представлений о мире. Я для него - просто такой своеобразный способ выразить протест, показать другим, что он тоже может быть неправильным. "Смотрите! Я живу вместе с Тэой Тременд - она такая испорченная, и я, между прочим, ее люблю. Да, да, именно ее!" Правда, сам он об этом еще не знает.
  
  Она вздохнула и тихонько заплакала.
  
  - Он тебе нравится? - ком в горле Дрейвена появился сразу после упоминания имени Марка, а сейчас он с бешеной скоростью увеличивался в размерах, перекрывая доступ кислорода в легкие.
  
  - Да, он хороший, - не подозревая о подвохе в только что заданном вопросе, легко ответила Тэа.
  
  И тогда Дрейвен взорвался изнутри. Он резко вскочил с кровати и зарычал.
  
  - Проклятый Марк! Жалкое, никчемное существо! Если бы я знал, что все так, то я не отпустил бы тебя в нашу первую встречу! Лучше бы я убил тебя, изуродовал, но не отдал бы тебя в лапы этого мерзкого, слизкого существа!
  
  Тэа не слушала безумную речь Дрейвена, она собирала силы, внутренние силы, для того, чтобы сказать то, что еще никому не довелось услышать. Эти слова никогда еще не срывались с ее губ.
  
  - Я тоже люблю тебя.
  
  - Он будет гореть в... - Дрейвен резко развернулся и замолчал.
  
  Тэа дрожала. Она обхватила руками коленки, поставила на них подбородок и восхищенным взглядом смотрела на него.
  
  - Я сказала, что никто не любил меня. Так вот и я никого не любила до встречи с тобой. Я миллион раз возвращалась в день нашей встречи, и каждый раз жалела о своем поступке. Мне хотелось вернуться назад во времени и остаться сидеть на мокрой, холодной лавочке вместе с тобой.
  
  - Не говори об этом никому, даже Марку. Не говори обо мне и о своих чувствах.
  
  - Что? Почему? О чем ты?
  
  Дрейвен тяжело вздохнул, принимая решение. Он не мог оставаться таким, какой он есть. Не мог, потому что его цели изменились, его чувства изменились. И теперь он боялся, что существо, живущее в нем в этот раз, может действительно навредить Тэе.
  
  - Мне нужно будет уехать. Не знаю на сколько, но, думаю, не на долго. И когда я вернусь, у тебя уже не будет возможности убежать.
  
  - Куда ты поедешь? - переходя на фальцет, спросила Тэа.
  
  - Я уже сказал, что не желаю больше быть Дрейвеном Фэрлингом. Когда я принимал его личность, мне казалось это хорошей идеей. Но когда он практически полностью завладел мной и я лишился себя, пусть и ненадолго, это чуть не обернулось катастрофой. Мне нужно разобраться со всем, что я наделал. Когда я вернусь, ты все узнаешь. Я тебе расскажу, обещаю.
  
  Он подошел к ее кровати, поднял с пола одеяло и бросил на кровать. Его взгляд скользнул по перевязанным рукам девушки, он улыбнулся и наклонился к ее губам.
  
  - И не делай так больше никогда!
  
  Тэа кивнула и поцеловала его так нежно, как только могла. Ее хотелось понять его, о чем он говорит, о чем думает, но пока это был невозможно, пока ее устраивало и то шаткое перемирие, которое произошло благодаря их чувствам друг к другу. А еще хотелось продлить их прощальный поцелуй, застыть в этом прекрасном мгновении навечно.
  
  
***
  
  Марк бежал по коридору больницы быстрее ветра. Его не волновали осуждающие взгляды и злые оклики, не волновало ничего, кроме горящих в нем нехороших предчувствий. Неприятное жалящее ощущение охватило его с тех пор, как он покинул квартиру своего адвоката. Эти почти предвидения были настолько сильны, что невозможно было даже идти пешком, казалось, что еще немного, и Марка просто разорвет от беспокойства.
  
  Писателю повезло, медсестры не было на месте, и не пришлось останавливаться, но у входа в палату он все же притормозил и отдышался, чтобы не выглядеть идиотом в случае провала. Сердце забилось медленнее, дыхание выравнивалось, и, встряхнувшись, Марк открыл дверь в надежде, что предчувствие его обмануло.
  
  - Тэа?
  
  Она развернулась в его сторону и улыбнулась легкой спокойной улыбкой, но его тревога не исчезала.
  
  - Я так волновался за тебя! Так переживал! Ты себе не представляешь...
  
  - Прости, - перебила она его и раскинула свои израненные руки в разные стороны. Злиться было невозможно, да и не за что. Каждый сам выбирает свой путь, чтобы бы там кто ни говорил.
  
  Марк подошел к ней и крепко сжал ее хрупкое тело в своих огромных, по сравнению с ней, руках. Теперь, обнимая свою любимую, он понял, почему его всю дорогу одолевали жутко неприятные ощущения, и решил рассказать Тэе о дневнике как-нибудь в другой раз. Например, когда ей станет легче или ее выпишут, или когда она снова освоится дома, или ну его уже этот дневник...
  
  
***
  
  "Дрейвен Эдмунд Фэрлинг родился 18 декабря в небольшом городке на севере. Детство его было неблагополучным. Его мать, Мелиса Роза Фэрлинг, практиковала жестокие наказания даже за незначительные провинности. Он боялся ее и ненавидел, но в то же самое время любил и дорожил ее мнением. Родители запирали Дрейвена в маленькой темной комнате, иногда даже на несколько дней. В детстве он мучил животных, играл с огнем, однажды чуть не сжег весь дом.
  
  Свое первое убийство Фэрлинг совершил в возрасте семнадцати лет. Ее звали Саманта, ей было шестнадцать, она училась с Фэрлингом в одной школе. Многие ученики утверждали, что между Самантой и Дрейвеном были своеобразные романтические отношения. По словам самого маньяка, Саманта просто вывела его из себя, и он задушил ее, после чего увез в лес и закопал, но так как точного места он вспомнить не смог тело не нашли.
  
  Прошло несколько лет. Дрейвен переехал в соседний город, освоился и "вышел на охоту". Его жертвой тогда стала пятнадцатилетняя Лиона. Она познакомилась с Дрейвеном в городском парке. На сей раз, убийство было совершено с куда большей жестокостью. Фэрлинг изрезал до неузнаваемости лицо жертвы, после чего долго и мучительно душил девушку, а когда она умерла, спрятал тело в принадлежащем ему подвальном помещении, где оно пролежало несколько дней. После чего убийца отделил руки, ноги и голову от туловища и, предварительно разложив части тела в полиэтиленовые пакеты для мусора, вывез их в лес.
  
  Перед следующим своим преступлением Фэрлинг выждал несколько месяцев, опасаясь подозрений. Однако никаких указаний на то, что его в чем-то заподозрили, не было. Новой жертвой маньяка стала двадцатипятилетняя Хилари. Дрейвен также познакомился с девушкой в городском парке, они разговорились, он пригласил ее к себе, и она пошла. Там он привязал ее к столу и пытал на протяжении недели, затем девушка умерла. От тела Фэрлинг избавился так же, как и от тела предыдущей жертвы.
  
  Через месяц полиция нашла останки обеих девушек, но версия о серийном маньяке-убийце так и не рассматривалась.
  
  В следующие два месяца жертвами маньяка стали еще две девушки (Дрейвен действовал в привычной для него манере): двадцатитрехлетняя Розалин и шестнадцатилетняя Элис. Он познакомился с ними в парке, пригласил к себе и там жестоко расправился, после чего избавился от тел.
  
  У следствия, наконец, появилась версия о серийном убийце, но они располагали только общими соображения по поводу личности преступника: он был осторожен, вел себя естественно, вероятно, обладал приятной внешностью, а его жертвами оказывались только молодые красивые девушки. Фэрлинг был практически неуловим, и он продолжал убивать.
  
  Следующими его жертвами на протяжении трех лет стали еще шесть девушек. Убивая последнюю девушку, Мэти, Фэрлинг совершил ошибку. Он назначил ей встречу, на которую та пришла вместе с подругой Николь. Вскоре Николь ушла, а Дрейвен привел Мэти к себе в подвал. Там они занимались сексом, после чего убийца ударил девушку по голове, и она потеряла сознание. Он вывез ее в лес, издевался над ней, а после убил и закопал тело. Подруга убитой долго не обращалась в полицию, так как Мэти часто уезжала со своими многочисленными парнями в длительные путешествия и могла не звонить месяцами. Но когда ее отсутствие затянулось, начальник фирмы, где она работала, написал заявление в полицию, после чего там появилась и Николь. Через несколько дней расследования Фэрлинга нашли и арестовали.
  
  В течение трех дней Дрейвен описывал свои преступления и взял на себя вину за убийства всех вышеупомянутых жертв. Он был признан психически здоровым человеком, которого можно судить. На суде Фэрлинг грамотно и разумно защищал себя, однако это его не спасло: он был осужден на три пожизненных срока. В настоящее время Дрейвен Эдмунд Фэрлинг находится в лечебнице для опасных преступников".
  
  
***
  
  Ариан закончил чтение и неуверенно посмотрел на оторопевшего Марка.
  
  - А-адрес т-той квар-тиры? - наконец начал заикаться тот.
  
  - Квартира принадлежит Мелинде Грин. Она сдавала ее молодому парню по имени Дрейвен почти год, но два дня назад он уехал, - Ариан говорил успокаивающим тоном, внимательно наблюдая за реакцией Марка.
  
  Тот закрыл глаза и медленно втягивал в себя воздух, пытаясь успокоиться. Затем он резко выдохнул и вскочил с кресла.
  
  - Не сходится! Ничего не сходится!
  
  - Конечно, не сходится. Я просто ждал, когда ты, наконец, это поймешь, - Ариан улыбнулся и жестом попросил Марка вернуться в кресло. - Во-первых, Дрейвену Фэрлингу сейчас за сорок. Во-вторых, он находится в лечебнице для преступников. В-третьих, он никогда не был в Эилмэйне. А в-четвертых, почему ты дал мне именно это имя?
  
  - Тэа сказала, что так зовут того парня, когда мы ехали в больницу.
  
  - Ты видел его документы? Он сам говорил тебе свое имя?
  
  - Нет. Но почему тогда Тэа его так называет? И кто он на самом деле? Я ничего не понимаю...
  
  - Есть еще кое-что, - выждав несколько минут, заговорил Ариан. Марк поднял опустившуюся от отчаянья голову и вздохнул.
  
  - Мелинда сказала, что Дрейвен работал в библиотеке, недалеко от его дома. Я был в той библиотеке.
  
  - И?
  
  - Ничего. Он не был оформлен, работал вместо какой-то девушки. Я точно не узнавал, это не важно. Две недели назад эта девушка вернулась. Дрэйвену собирались предложить остаться и перейти в штат, но он таинственно исчез. Никто из персонала не смог вспомнить его фамилию. Хотя некая Аманда Кромбэ показалась мне подозрительной. Она явно знает больше, чем говорит, - он помолчал немного и, не дождавшись реакции Марка, продолжил: - Если ты хочешь знать мое мнение, то оставь этого парня в покое. Он уехал и слава Богу. Тэу скоро выписывают, она возвращается домой. А то, что приключилось с этим Дрейвеном, не вызывает у меня никаких подозрений. Его тогда избили футбольные фанаты, и он, кстати говоря, был не первой их жертвой. Все, дело закрыто.
  
  Марк не был удовлетворен рассказом своего адвоката. Он кивнул и улыбнулся, притворившись поверженным. На самом же деле он уже собрался навестить Аманду и попытаться выведать у нее всю кем-то так тщательно скрываемую информацию. "Аналогия с серийным маньяком-убийцей не может быть простым совпадением", - подумал Марк и улыбнулся.
  
  Теперь он никогда не говорил сам с собой. Для этого ему было достаточно огромного пространства в его голове, нового, никогда ранее не используемого.
  
  
***
  
  Дрейвен шел, четко выверяя каждый свой шаг, по узкой дорожке, по обеим сторонам которой располагались небольшие гладкие камни, на каждом из них были выбиты имена, даты и пожелания.
  
  "Самому любимому и дорогому. Пусть там тебе все удастся"
  "Любящему мужу и отцу от жены и детей"
  "Ты навсегда осталась самой красивой!"
  "Единственному сыну от любящих родителей"
  
  День выдался солнечный и теплый, в лесу, недалеко от кладбища, пели птицы, шуршали листья старых деревьев и шумела река.
  
  "Покойся с миром"
  
  - Здравствуй, Кэмерон, - сказал Дрейвен и сел рядом с надгробием. - Я пришел, чтобы поговорить с тобой об одном очень важном деле, - он достал из кармана два маленьких белых камешка и положил их на траву, затем накрыл руками. - Твой последний совет очень помог мне. Помог понять, что я есть на самом деле. Хладнокровный убийца никогда не смог бы жить в моем теле - видеть моими глазами, слышать моими ушами и говорить моими устами. Он не способен был бы чувствовать то, что чувствую я. Я больше не хочу быть им. Мне больно чувствовать его ненависть, - его дыхание стало прерывистым, он злился, но не брата, на себя. Зачем он пошел на это? Почему он выбрал именно Фэрлинга, ведь тот даже не был мертв. Может поэтому все пошло не по плану?
  
  - Прости меня, Кэмерон, прости, я не могу. Не могу смириться с его жестокостью, с твоей жестокостью. Выпусти меня, прошу. Я хочу закончить уже этот эксперимент. Теперь я готов быть собой, - Дрейвен закрыл глаза и застыл.
  
  Солнце спряталось за маленьким облаком, все погрузилось в тень, за исключением маленькой надписи "Кэмерон Эйден Хэдвин, 13 сентября **** года - 21 июня **** года. Ты не нашел покоя в мире света, так обрети покой во тьме".
  
  Дрейвен взглянул на светящуюся надпись, вспомнив, как впервые услышал увидел брата после его смерти. Он вспомнил, как Кэмерон попросил его именно об этих словах. Вспомнил, как удивилась мама, услышав о последней просьбе ее любимого сына.
  
  
***
  
  Кейт открыла глаза.
  
  - Привет, я уж думал, ты никогда не очнешься! - недовольно пробормотал мужчина и протянул девушке бутылку с дурно пахнущей грязно-коричневой жидкостью.
  
  На вид ему было лет сорок пять, глаза говорили о нелегкой жизни, практически все лицо покрывали волосы, он проводил по ним рукой, собирая в длинную бороду, и ухмылялся.
  
  - Ты кто?
  
  Кейт присмотрелась. Она лежала на грязном, усыпанном песком и землей коврике, за ней стоял небольшой столик, а перед ней сидел еще один мужчина, такой же жуткий на вид, как и первый. Комната была маленькой, свет шел из небольшого наполовину заклеенного пожелтевшими газетами окошка и в нос бил резкий гнилой запах.
  
  - Где я?
  
  Девушка с трудом двигалась, ее тело из-за долгого лежания в неудобной позе на твердой поверхности онемело так, что теперь каждое движение сопровождалось покалыванием в мышцах.
  
  - Джек попросил за тобой присмотреть, а то ты совсем не своя была, - он хихикнул. - Такого тут наговорила, - захихикал и второй незнакомец.
  
  Кейт села, по левой волнами расползалась боль. Она приподняла свое некогда шикарное белое платье и увидела, что от коленки до щиколотки тянется широкий багровый синяк. Мужчина с бутылкой свистнул.
  
  - Жутковато, - пробормотал он и снова протянул Кейт бутылку.
  
  Она помахала головой из стороны в сторону, отказываясь от пойла и заодно пытаясь вспомнить причину, приведшую ее сюда.
  
  Вечером прошлого дня в редакцию приехал владелец. Все просто сошли с ума, бегали из стороны в сторону, пытаясь изобразить бурную деятельность и привести в порядок и без того идеальные столы, хотя были и такие, кто старался не обращать внимания на окружающую напряженную атмосферу и продолжал просто выполнять свою работу, а не просто создавать видимость. Она была в числе спятивших. Сам Джек Тременд расхаживал по коридором с умным видом, раздавая указания, как лучше будет сделать то или как переделать это, и жаловался на плохую работу всех и вся, будто тут все ничего не делают, грозил сократить штат. Единственной, кого он похвалил, была Кейт, но она не заподозрила в этом ничего странного. Даже, когда он пригласил ее в кафе, эта самоуверенная в себе дурочка решила, что так и должно было быть, ведь она старалась лучше остальных и работала интенсивнее и продуктивнее всех. И только когда с разговоров о будущем журнала Тременд перешел на саму Кейт, когда он стал расспрашивать ее о бывшем муже, ее осенило.
  
  - Мистер Тременд...
  
  - Прошу, называй меня просто Джек, - он улыбнулся и допил свое неприлично дорогое вино.
  
  - К чему ты ведешь Джек? Зачем я тебе?
  
  Джеку уже давно наскучило разговаривать о не интересующем его "Sense body". Он вздохнул и выложил перед Кейт Кристенсен все карты, и тогда с девушкой случилась истерика. Она кричала, обзывала Джека последними словами, забыв о том, что он может сделать с ней, с ее карьерой и с ее жизнью, отказалась от всего, что он ей предлагал, и даже пыталась с ним драться, но телохранитель сработал на славу.
  
  - Так вот откуда этот синяк и головная боль, - Кейт закрыла лицо руками. - И почему я не согласилась? Что такого ужасного он мне сказал? - спрашивала она у себя и не находила ответа.
  
  - Выпей, говорю. Легче станет, - снова предложил ей мужчина.
  
  Она подняла глаза и заинтересованно посмотрела на бутылку.
  
  - Что это?
  
  - Овощной коктейль. Говорят, помогает от похмелья, - он отхлебнул и скривился. - Но предупреждаю сразу - гадость редкая!
  
  Кейт улыбнулась, забыв о том, где она.
  
  - Как вас зовут?
  
  - Я - Гейб, - ответил первый.
  
  - А я - Кларк.
  
  - Кейт, - выдохнула она и потянулась за бутылкой, но остановила руку на полпути. - А что-нибудь покрепче есть?
  
  Мужчины рассмеялись.
  
  - Так с этого и надо было начинать!
  
  
***
  
  - Я не понимаю ничего. Что я должна делать? Как долго тебя еще не будет?
  
  На другом конце кто-то громко вздыхал и быстро говорил.
  
  - Я постараюсь. Что значит вынюхивает?
  
  И снова быстрое бормотание.
  
  - Я верю только тебе....
  
  Возражение.
  
  - Дрейвен! Слушай меня! Мне плевать на все, ясно! Только ты!
  
  Недовольный вздох и тишина. Она посмотрела на экран, разговор был прерван.
  
  - К вам посетитель, - неожиданно громко сказала вошедшая в палату медсестра.
  
  Тэа не успела возразить, лишь открыла рот и махнула рукой, но девушка уже впустила нежеланного гостя. Никого не хотелось видеть, не хотелось говорить, Тэу переполняло волнение, и причина этого волнения было то единственное, что занимало ее сейчас целиком. Что-то странное происходило с Дрейвеном, он просил ее ждать, просил молчать и не верить никому, но разве она не делает это уже много месяцев?
  
  - Здравствуй, дорогая.
  
  - Ты переигрываешь, - ответила Тэа, не дожидаясь ухода медсестры, и улеглась на кровать. - И почему ты такой довольный? Марк согласился написать книгу?
  
  Джек ухмыльнулся.
  
  - Я довольный, потому что тебя скоро выписывают.
  
  - Какая забота! Ты ударился головой?
  
  - И еще, потому что жена нашего многоуважаемого Марка не сказала мне ничего интересного. Знаешь, она очень привлекательная женщина.
  
  Тэа приподняла голову и испепеляющее посмотрела на отца, пытаясь прочитать его мысли, но он и сам жаждал сообщить ей свои новости.
  
  - У нее был нервный срыв, а сейчас она пьет вместе с Гейбом и Кларком.
  
  Тэа понятия не имела, чем Кейт так развеселила отца, и в этот самый момент она вдруг решила, что ей вообще все равно. Пусть Марк пишет биографию Джека, где не будет ни одной правдивой главы, где он выставит свою дочь сумасшедшей идиоткой и поставит себя на одну ступень с богом. Пусть Джек радуется, что победил их невидимую войну. Ей все равно. Зачем ей забивать голову тем, что она не может изменить. Ей важен только Дрейвен, так пусть ее мысли, идеи, дела, пусть все принадлежит только ему.
  
  - Я тоже решила книгу написать. О своей жизни. Она будет похожа на дневник. Давно у меня уже была такая идея, я даже завела тетрадку специальную, где записывала интересные мысли, чтобы не забыть включить их в книгу. И людей нужных я уже нашла, посылала им несколько первых глав, им понравилось.
  
  - Марк должен согласиться, - не слушая задумчивой речи Тэи, сказал Тременд.
  
  Со стороны они так походили друг на друга, и сейчас, когда вот так разговаривали каждый на своем языке, в атмосфере летало странное спокойствие, единение, никакой вражды, будто так и должно было быть. Никто не мог понять, что происходит внутри их безупречного дома, никто не находил входа в этот мир и никто уже никогда не найдет. Потому что нет никакой тайны, нет секрета, нет отношений. Есть только макет здания, большой, красивый и пустой. Лишь макет. Нет даже полноценного проекта.
  
  - Я уеду скоро куда-нибудь, и ты не найдешь меня. Сменю имя, образ жизни, буду искать себя, и книгу выпущу под псевдонимом. Ты даже не поймешь...
  
  - Книга? - Джек рассмеялся. - Как ты можешь написать целую книгу, с сюжетом и главными героями, вплетенными в него, если даже твоя жизнь состоит из маленьких бессмысленных рассказов, где нет ни одного постоянного персонажа.
  
  - Есть я - постоянный непостоянный персонаж, у которого имеются некоторые соображения о том, как описать и объяснить свои поступки, а еще есть ты и твоя идеальная, насыщенная никому не известными событиями жизнь, которая иногда переплетается с моим персонажем. Из нее я возьму сюжет, и приправлю все это маленькими историями второстепенных, но очень ярких персонажей, ранее встречавшихся мне. Добавлю немного секса, немного насилия и страданий. И приятного аппетита.
  
  - Ты сегодня какая-то слишком спокойная, - вдруг заметил Джек. - Ты решила завершить начатое после выписки? - он глянул на ее руки и приподнял брови.
  
  - Нет, умирать я не собираюсь. Я только что рассказала тебе о своих планах.
  
  - Книга? Очень смешно.
  
  Тэа перевернулась на бок, натянула на голову одеяло и собиралась заснуть, когда в голову вдруг пришла одна тихая фраза Джека.
  
  - Ты что похитил Кейт? Ради этой чертовой книги? Сдался тебе этот Марк! В стране пруд пруди писателей, а ты вцепился в этого бездаря!
  
  - Я хочу Кристенсена не из-за его сверх достижений в области литературы, а из-за достижений его отца в области рекламы. А на счет бездаря ты ошибаешься. Его новая книга вызвала настоящий фурор и критики соревнуются друг с другом в красноречии, пытаясь как можно сочнее описать новый шедевр мировой литературы.
  
  - Шедевр?! Да по сравнению с первой его книгой это просто ширпотреб какой-то! Да я таких книжонок...!
  
  - Мне плевать на твое мнение, Тэа, и ты это знаешь.
  
  - Какого черта, Джек?!
  
  - Ничего не случиться с этой девушкой! Я ее не держу. Она сама осталась.
  
  - Мерзкая натура! Меня от тебя тошнит. Ты мог бы прекратить меня навещать? Хочешь, я сейчас же позвоню Марку и попрошу с тобой встретиться? Только оставь меня и Кейт в покое.
  
  Джек улыбнулся и вложил Тэин телефон в ее руку, этого-то он и добивался.

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"