# Сефелим Дебют. Начало партиии.(рабочее, а потому незаконченное)

Антон Павлович Петровский

Фигурки персонажей расставлены на шахматной доске судьбы. Кто ими играет: жестокий фатум-рок или милосердный случай? Чёрно-белая клетчатая дорога уводит в неведомые дали, и её придётся пройти Серафиэлю - герою этой истории.

Сефелим. Дебют - начало партии.


## Глава 1. "В начале..." или по разные стороны баррикад.


Шахматы -- это крестики-нолики Всевышнего.


Ашот Наданян


Война войной, а обед - по расписанию.


Жующий солдат в окопе


"В начале сотворил Бог небо и землю", а потому я начну эту историю с их описания.

Необъятная степь с колосящимися золотистыми стебельками пшеницы; возле неё - громадные изумрудные ели, подпирающие кронами свод небес и обрамляющие зелёной окантовкой часть драгоценного ковра; голубая гладь зеркально чистого озера, тихим мелодичным плеском вплетающая в музыку тишины свою ноту. И облака, облака, облака... Всех мастей и видов: перистые полупрозрачные россыпи, пушистые с вкраплениями тучной синевы и белоснежные, неспешно плывущие к закатному солнцу, постепенно окрашиваясь рубиновым цветом. Высоко-высоко алый диск затмевается чёрным провалом луны, и крона светила кровавым нимбом тускло освещает небесные пилигримы.

Угадайте, где будут разворачиваться события, и в каком месте фигуры персонажей встанут на шахматную доску судьбы? Нет, не угадали, не на земле, а девственно-чистых небесах...


***


Лишь одно облако, напоминающее неведомую птицу, отличалось от иных некоторым постоянством формы. Что ж, заглянем внутрь его и увидим не пыль мелких капель воды, а...квартирку. Кхм, точнее, по обстановке - келью. Убранство единственной комнатушки было небольшим, зато вокруг веяло тихой благодатью и покоем.

Огонёк лампады трепетал возле лежащей на столе книги с гусиным пером в чернильнице. Страницы с блёклой вязью букв шелестели мудростью под пальцами хозяина жилища - ангела. Уже настоящий нимб (а не астрономическое солнечное подобие) блестел и озарял светом эфемерные невесомые белые стены. Маленькая свеча плакала восковыми слезами от того, что больше сгущала мерцающее тени по углам, а не разгоняла.

Божий вестник оторвался от книги и возвёл очи к небу. Он почувствовал ослабевающую силу солнечных лучей и наступающую вслед за этим тьму. Про этого ангела нельзя было сказать, что "его вид подобен молнии и сам он как огнь". Нет, хозяин облачка был скорее тихой искрой, затерявшейся в зеленоватом стекле лампады. В нём не было не только пламенеющей стремительности Серафимов или древней мудрости Херувимов из Первых сфер, но и власти управлять Вселенной и стихиями природы и учить людей, кою имеют Начала и Архангелы.

Ангел Михаэль был одним из неизвестных новомучеников за веру. Не сказать, чтоб его жизнь отличалась большой праведностью. И если б не мученический венец, сплетённый из свинца десятка револьверных пуль, и не милость Всевышнего, то ему для прощения потребовались бы многие молитвы Церкви. Он был просто ангелом, а не Силой, Господством, Властью или Престолом.

Собственно говоря, хозяин облачка читал труд Дионисия Ареопагита "О небесной иерархии", кое представлялось ему весьма интересным как мысли венца творения (человека) о духах. Михаэль принадлежал низшей ступени Иерархии и смиренно осознавал свою недостойность. Выполнял свои обязанности как подобает, не пытаясь продвинуться вверх по лествице Небесной Канцелярии.

Но не успел сияющий лик склониться над книгой, как в дверь кельи постучали. Брови посланника Божией воли немного удивлённо приподнялись. Он не ждал гостей. Не говоря ни слова, хозяин воздушную, словно сотканную из света, дверь.

Его взору открылась такая картина: на существе, похожем на помесь птеродактиля с крокодилом, что махало кожистыми нетопыриными крыльями, сидел ёрзающий на своей летающей твари...чёрт. Хрестоматийный, с рогами, копытами и хвостом. С наглющим взглядом из-под чёрных кустистых бровей, развязной позой и оскалом во всю ширину физиономии морды с демонстрацией внушительных клыков.

- Спаси Господи, - на автомате приветствовал гостя ангел. Транспорт угрожающе зашипел на неприятные ему слова, но его наездник и глазом не моргнул - он хоть тоже мелкая сошка в аду, но всё же посильнее бесов будет, а потому не реагировал на имя Врага, тем более произнесённым в качестве банального "зрасьте".

- Хай чистюлям! Приютишь на 5 сек бедного страждущего? И чё ты так долго возился? Я что, до второго пришествия ждать буду? Или ты меня, сэра Мефистофельского Волондовича ибн Веельзевулус д'Асмодея, не уважаешь?..- сразу затараторил чёрт. Из-за его болтливости он как-то вдруг стал занимать очень много места, хоть и был щупленький.

- Милости просим, проходите, Чертополох, - прерывая поток слов, произнёс ангел. Нечистый скривился - он не любил своего настоящего имени. Если, конечно, их бессовестный род вообще может что-то любить.

- Сенкью, но чур без тройного чмоки-чмоки, а то у нашей тёмности на щёках будут выжженные пятна от твоей...бррр...блягодати.

- Твоим ланитам ничего не грозит. Да я и не собирался тебя лобызать.

-Ню-ню.

- А как вы...

- Сколько раз можно повторять: обращайся ко мне на "ты"? Мы ж друганы, верно?

- Дань вежливости и земная привычка.

Михаэль хотел бы называть его не другом, но братом (так принято у христиан), однако Чертополох обиделся ("Ишь, родственничек нашёлся!"). Посему был найден компромисс - "друг".

-А ни чё так, скромно, но со вкусом, - нечистый дух пробежал оценивающим взглядом по столу, кровати, окнам и единственному стулу. Поморщился, щёлкнул хвостом и в вонючем облаке серы невесть откуда возникло роскошное кресло, в которое чёрт и плюхнулся. Ангел дунул - и в келье исчез неприятный запах.

- Как ты попал в сей дом?

- Хе, я же "дух злобы поднебесный".

- Но ты не настолько лютый и сильный, чтоб преодолеть такое расстояние.

- Разуй глаза! Щас затемнение главной лампочки космического масштаба!

- Но ты мог послать мне сообщение, и мы бы встретились на земле. К чему такие сложности?

- Хи-хи, не боись, сморкаться в занавески и харкать на пол не буду. Захотелось к тебе в гнёздышко припереться, блажь такая, - ухмыльнулся чёрт.

- А если честно?

- "Честно" к нам не применимо. Я лучше фактами буду оперировать, потому как "правда" категория светленьких хмырей. В общем, наклёвывается сурйозный разговор без лишних ушей, рогов и пятачков. Патаму маляву тебе чиркануть - ни-ни, перехватили бы, казлы. Ну-с, покалякаем о делах наших скорбных, - нечистый распустил пальцы веером, - Но до важного базара я хотел бы узнать как дела на чистоплюйском фронте.

Ангел молча сунул появившийся свиток под любопытный нос со статистикой духовности в подотчётном регионе. Лукавый только хохотнул

- Как говорит один мой вумный клиент: количество праведников тута равняется пределу тангенса при икс стремится к пи на 2!

- А у вас, искусителей и злопыхателей, как продвигается порабощение людей страстями и пророками?

- Зырь, - Чертополох пододвинул возникший планшетник с кучей адской документации в средине железно-электронной начинки с печатями из тартара, - вот это работёнка! - он гордо выпятил колесом тощую грудь.

- Насколько я разумею, - спокойно ответствовал ангел, - эти души и так будут наказаны, а ты ради их совращения и палец о палец не ударил. Чёрт скривился.

- На последней сходке девятого чина искусителей и злопыхателей тринадцатого отдела (дробь шесть) легиона мрака предпоследнего круга ада я снова получил промеж рогов, как, впрочем, и многие наши лентяи-работнички. Один теракт организовал, другой десяток аварий, третий разрушил дюжину семей. Но все они получили звездюлей как недостаточно расторопные. Не видать мне повышения, как своих рогов.

Один только князю угодил - монаха всего за 7 лет соблазнил на блуд. Последний раз такая радость была когда пал 'воин Врага', искушаемый аж 15 лет.

- Не может быть! - гневно воскликнул ангел.

- Везунчик схалтурил. Если его предшественник имел в своём распоряжении сотню другую суккубов, то этот просто сыпанул в воду мощнейшее зелье, не впасть в грех от которого можно лишь в 2-х случаях - если ты, пардон, кастрат или святой. Ты не парся, дрюг, монах уже покаялся и исповедался. Но всё равно тому хмырю обеспечены почётные витые рога и толстый хвост с элегантной кисточкой и ядовитым шипом, - завистливо вздохнул Чертополох.

Тут он заметил лежащую на столе книжку:

- Ба, мы шо, таки ликбезом занимаемся?

- Сие пища для ума и живительный источник вод знаний.

- Опля, насчёт 'пищи и пития' - передразнил чёрт, - Я сегодня совсем не жрамши. Да и горло промочить хочется. А потому, - он щёлкнул пальцами - и на столе появилась бутылка водки 'Водица огненная адская'.

- Я не употребляю, - ангел покосился на прозрачную тару с изображением саблезубой рогатой белочки и надписью 'Я пришла!'.

- Будь спок, ща исправим, - щелчок - и надпись изменилась на 'Кровь Христова (неразбавленная)', а в ёмкости заплескалась красное вино.

Ангел побагровел: терпение терпением, но всему есть предел. Чёрт трусливо пискнул и надпись изменилась на нейтральное 'Кагор'. Но бешеная белка осталась. Ангел покачал головок и перекрестил бутылку. Теперь там была святая вода. Чертополох поморщился, но промолчал.

- А с тебя жратва! - нахально заявил он.

Михаэль пожал плечами, перекрестил стол - и на нем появились яства, именуемые манной небесной. Как говорит один мой вумный клиент: количество праведников тута равняется пределу тангенса ёжика при икс стремится к пи на 2!