# Успеть на войну ч 19

Владимир Валерьевич Проценко

извините, что не по порядку предыдущие три главы забраковал и позже буду писать повторно


Я смотрел как батальон шел в самоубийственную атаку в длинных шинелях по глубокому снегу, на доты, через стереотрубу было видно когда роты прошли большую половину поля где застыли скорбными памятниками сожженные ранее танки и броневики, заработала финская артиллерия и минометы, перемешивая бегущих людей с землей и снегом. Когда до финских передовых окопов оставалось метров восемьдесят и у бегущих в атаку людей появилась надежда вырваться из артиллерийского ада, ударили их пулеметы. Было хорошо видно как залегших людей несколько раз то тут, то там пытались поднять на последний бросок, как вскакивал один призывно махал зажатым в руке оружием, рядом с ним подымалась небольшая группа несомненно очень смелых людей и почти сразу падала прошитая безжалостным пулеметным огнем. Атака захлебнулась в крови.

-Все, хана батальону, - высказал общее мнение Сеня оторвавшись от бинокля - и отходить наверно уже некому.

- Как же так, целый батальон без подготовки, без зимних маскхалатов, днем, в лобовую, на доты? Мы ведь всего два часа назад им играли и пели, а сейчас они все, понимаете, все лежат там, убитые. - Гитарист группы ,,Молодая гвардия,, медленно съехал спиной по бревенчатой стенки блиндажа, уткнулся головой в колени и тихо заплакал.

Посмотрев на своих бледных артистов и растерянных связистов оставленных уже покойным комбатом на своем НП, решил что нужно их как то встряхнуть, занять делом.

- Отставить истерику, командиром батальона временно до выяснения обстановки назначается старший лейтенант Семин, я беру на себя обязанности комиссара. - Глянув на удивленного Семена я продолжил. - Теперь слушайте боевой приказ, собрать всех оставшихся здесь; связистов, поваров, обозников, врачей, будем готовиться к приему раненых. Нужны бинты, горячая вода, носилки, пока все, разойдись.

Подождав пока все выйдут, подошел к стоящему как столб Сене и сказал.

-Встряхнись, на тебя люди смотрят, давай принимай командование, нам нужно в первую очередь вытащить тех кто ближе всего, остальных только ночью, и еще нужны белые маскхалаты, иначе всех кто пойдет за ранеными положат из пулеметов.

- Ладно, я понял.- Он вышел из НП, затем снова зашел, глянул на меня, сделал круг по блиндажу, подошел ко мне вплотную и тихо спросил.

-Коль, а что сам то....- он недоговорил и внимательно посмотрел мне в глаза.

-Блин, Семен у тебя военное училище за плечами, плюс ротой командовал, а у меня политическое, и я ни чем и не кем не командовал, так что могу быть только комиссаром.

.- Спасибо Коля. - Он повернулся к двум связистам склонившимся над своей аппаратурой и излишне громко стал отдавать распоряжения. - Связь с полком мне, живо, - он ткнул пальцем в одного из них - ты, собрать здесь на НП всех командиров, вплоть до ефрейторов через десять минут, выполнять.

Связист выскочил из НП пулей, второй забубнил в трубку армейского аппарата.

-Сосна, сосна, я ольха, как слышите, сосна я ольха ответьте. Сосна, сосна я ...Сосна? Дайте шестого...товарищ шестой? - он торопливо протянул трубку Семену.

- Товарищ шестой докладывает старший лейтенант Семин, временно принял командование над остатками батальона капитана Фурцева. Что? Нет. Все командование батальоном участвовало в этой атаке, назад ни кто не вышел. Мы группа артистов дававших концерт этому батальону. Да кадровый. Обычное пехотное...комиссар, политрук Чуйко. Понял, понял, сейчас буду.

Семен отдал трубку связисту и повернулся ко мне.

-Значит так Коля нам с тобой приказано принять остатки батальона, собрать всех боеспособных, закрепится, эвакуировать раненых, а мне явится немедленно в штаб полка, все.

Сеня одернул свой белый полушубок поправил буденовку и только собрался выйти из блиндажа как навстречу ему шагнули из проема два младших командира и синхронно приложив руки к своим головным уборам по очереди представились.

- Сержант Иванов помощник командира взвода обеспечения.

-Старшина третей роты Иванов.

-Вы что родственники? - Спросил я разглядывая непохожих друг на друга Ивановых.

-Однофамильцы товарищ политрук.

- Новый командир вашего батальона старший лейтенант Семин, политрук Чуйко назначен комиссаром он ответит на ваши вопросы, - Семен повернулся ко мне и протянув руку для пожатия сказал - ладно давай тут действуй без меня, а я в штаб. - И стремительно вышел из блиндажа.

Проводив взглядом ушедшего Семена я продолжил.

-Сколько у вас людей?

-Со всего батальона в атаку не ходило 44 человека по различным причинам оставленным в тылу. - Начал старшина.

-Это по каким таким причинам?

- Товарищ политрук вам подробно смог бы рассказать только тот кто приказал им остаться, я лишь смогу сказать только о своих. - С какой-то злой обидой ответил старшина.

-Ладно старшина извини, погорячился, говори что знаешь. - Я примирительно хлопнул его по плечу.

-В общем из тех кого мы сейчас собрали, оказались: 22 красноармейца, 6 поваров, 3 связиста, врач с санитаром приползли минут пять назад с ранеными, 9 водителей машин с машинами, а остальные это обозники, 17легко раненых из тех что сами смогли приползти, и нас двое. Да еще ваши артисты с вами и водителями, всего значит 19 человек. И того 80 человек.

- Даа, дела. - Неожиданно вырвалось у меня.- Ну что ж будем воевать с теми кто есть. Нам сейчас нужно в первую очередь вытащить и спасти раненых, больше двух часов они на снегу не выдержат, замерзнут. Поэтому приказываю: старшина Иванов обеспечить маскхалатами, хотя бы штук двадцать, брезентом или плащ-палатками и .....

-Нету маскхалатов товарищ политрук, не получали мы. - Неожиданно перебил меня старшина. - Я как раз ездил на склады за этими чертовыми маскхалатами, их негде нет, а выдали мне вместо них 160 комплектов постельного белья, поэтому-то я и не успел принять участие в атаке батальона.

Говорил он тихо и спокойно но блестящие влагой глаза выдавали его терзания от того что не смог выполнить приказ доставить в батальон маскхалаты, и душевную боль о погибших бойцах его роты которым пришлось идти в атаку по глубокому снегу в серых, длинных шинелях. Мне даже стало жаль его, но он нужен мне собранным и готовым к действию, а скорбеть будем потом, если выживем.

- Хватит терзать себя старшина, ты лучше скажи плащ-палатки у тебя есть?

-Есть, штук тридцать в повозке лежат, я на склад не сдал как чувствовал что может пригодиться, а для чего они?

- Для раненых, для чего еще. - Он посмотрел на меня с недоумением. - Не понял, смотри, берешь простынь и пришиваешь ее к плащ-палатке. Одна сторона получается белой и на снегу незаметна, вяжешь один из углов узлом, привязываешь веревку ползешь к раненому, расстилаешь сбоку от раненого белой стороной вверх, перекатываешь раненого и накрываешь его другой простынею чтобы финны не видели как ты будешь его тащить по снегу и тянешь за веревку. Понятно?

-Понятно товарищ политрук, можно даже две плащ-палатки обшитых брать и одну длинную веревку метров сто, один конец в окопе оставить другой с собой, тогда получится двух раненых вытащить, одного из окопа за веревку будут тянуть, одного я.

-Хорошо, попробуем, тогда ты занимаешься плащ-палатками, а сержант подбирает людей которые поползут. Из простыней, те кто поползет пусть делают себе наподобие накидок, и ищет веревки. Все разойдись, и запомните времени у нас практически нет.

И вот ползу я поэтому снежному полю от одного серого бугорка к другому, живых пока не нашел в одной руке веревка с привязанными плащ-палатками в другой телефонный провод. Длинных веревок не нашли зато у связистов было много катушек с телефонным проводом по сто метров каждая, вот их и решили использовать. Вот еще один бедолага, подползаю ближе, прикладываю руку к лицу лежащего на боку красноармейца, ага, лицо теплое. Некогда мне смотреть куда он ранен, если еще не истек кровью значит кровотечение остановилось, есть шанс что выживет. Подтянув и подстелив под спину раненому плащ-палатку, я аккуратно и медленно перевернул бойца, из противогазной сумки достал одну из двух простыней и накрыл ею слабо застонавшего красноармейца. Теперь нужно хорошенько привязать его и простынь к плащ-палатке и к петле сделанной на плащ-палатке привязать телефонный провод. Проверив все еще раз я дернул несколько раз за провод, дождавшись ответного рывка дерну еще два раза. Провод натянулся и плащ-палатка с раненым медленно заскользила по снегу к нашим окопам. Я немного расслабился, думал, отдохну и поползу дальше, одновременно наблюдая как вытягивают раненого. Как вдруг правее меня финны открыли пулеметный и ружейный огонь по группе бегущих к нашим окопам красноармейцам, которые пробежав метров 10-15 попадали на снег, кто убитым, а кто живым. Видимо начали замерзать раз решились на этот рывок, значит мне тоже нужно торопится. Оглядевшись и приметив впереди небольшой сугроб, а за ним небольшую воронку на краю которой лежало два тела я осторожно пополз. Сугроб оказался не сугробом, а убитым в маскхалате красноармейцем, в правой руке он сжимал Шмель - 9 с прикрепленным к нему гранатометом ГП-6. Это наверное боец из штурмовой роты, кто-то мне говорил, что они вчера здесь наступали и почти все здесь же и легли. Такое оружие нельзя оставлять, к тому же у меня только ТТ, а Шмель предаст мне чувства уверенности. ,, Прости ,, - подумал я мысленно обращаясь к убитому, и стал разгибать окоченевшие пальцы с автомата, затем перевернув его на спину отцепил два брезентовых подсумка с магазинами и гранатную сумку с четырьмя гранатами от гранатомета, одна из них оказалась осколочно-зажигательная ГОЗ-2. Кое-как закрепив это богатство под импровизированным маскхалатом и взяв в левую руку автомат в правую веревку с прикрепленной плащ-палаткой, я пополз к выбранной мной ранее воронке. Первое тело лежавшее перед воронкой принадлежало адъютанту старший батальона ( так до 1945 называлась должность начальника штаба батальона). Снаряд разорвался перед ним и он лежал на спине головой обращенной к нашим окопам во взлохмаченной по всей длине осколками шинели и обезображенным лицом. Здесь я нечем помочь не мог, нужно ползти к воронке там еще один лежит, хотя в воронке вроде тоже кто-то лежит. Когда я подполз к воронке я увидел в ней раненого комбата с перевязанной бинтами головой и руками, рядом с воронкой лежал убитый санитар с медицинской сумкой на боку и размотанным бинтом в руках. Как только я дотронулся до комбата проверяя жив он или нет, он тут же открыл глаза. И не узнавая меня, хриплым голосом спросил.

-Ты кто?

-Свой я.

-Вода есть ,,Свой,,?

Молча отстегнув фляжку с водкой, поднес к его губам это ему сейчас нужнее чем вода, дождавшись пока он сделает несколько глотков, так же молча убрал флягу и стал подтаскивать плащ-палатку.

-Слышишь боец? - комбат попытался приподняться оперевшись на перевязанные руки, но охнув завалился на бок с каким-то рычащим стоном.

Вот блин, он сейчас все свои раны разбередит, кровью изойдет, не надо ему сейчас шевелится итак путь в наши окопы не близкий.

-Потерпи комбат, сейчас я тебя вытащу, ты только не шевелись. - Подтянув плащ-палатку и вытащив простынь для того чтобы накрыть комбата когда буду тащить его из воронки, я ухватился за ворот его шинели как он вдруг дернул головой, и хриплым голосом остановил меня.

- Стой боец, стой. - Закашлявшись он сплюнул на снег розовым сгустком и продолжил.- Что там батальон, прорвал оборону, где он сейчас, почему не слышно стрельбы, где комиссар?

- А нет комиссара, - со злостью ответил я - нет и батальона, все легли там, возле дотов.

-Как легли? Ты что такое говоришь? Ты кто? Ты враг!- Он лежа попытался пнуть меня ногой, но нога только вяло ткнулось в край воронки и снова зашелся в кашле.

- Я тот самый артист который несколько часов назад развлекал тебя и твой батальон со своим ансамблем и которого ты пригласил на НП посмотреть как ,, героически ,, ты поведешь батальон в атаку, а теперь пытаюсь собрать то что уцелело от батальона. Ну а кто из нас враг пускай в НКВД решают.

Пока я все это говорил комбат Фурцев смотрел на меня сначала зло, а по мере осмысливания взгляд поменялся на затравленный.

- Я выполнял приказ о наступлении, я не виноват что приданный гаубичный дивизион и танковая рота не успели к началу атаки, а приказ о наступлении я выполнил. - Капитан говорил все это тихо тусклым голосом как бы выталкивая слова из себя, понимая что оправдывается передо мной.

- Конечно, ты выполнял только приказ, а подумать не пытался? Даже я знаю, что при прибытии на место новой дислокации ты обязан произвести разведку, если нужно, разведку боем для выявления слабых мест в обороне и огневых точек противника. Для того чтобы когда подойдут артиллерия и танки передать им координаты этих огневых точек для уничтожения при наступлении. Ты же положил весь батальон, триста пацанов у которых не будет завтра, не будет уже никогда детей, внуков и сам их род прервался из-за твоей некомпетентной дурости, об их матерях и отцах я лучше промолчу.

Говоря все это ему я одновременно укутал комбата простынею и с последними словами выдернул его из воронки, возможно из-за резкого рывка он потерял сознание, ну и хрен с ним, мне проще будет укладывать его на брезент. Перевернув бесчувственного комбата на расстеленный брезент и крепко привязав, я пополз к нашим окопам подтягивая за собой на веревке раненого. Что-то долго я ползаю тут, уже темнеть начало хотя сейчас около четырех часов, нужно торопится, жалко разбил свои часы, где, хоть убей не помню. Выбрав направление на подбитый броневик, я надеялся по его колее быстрее добраться до своих. По колее легче мне тащить комбата будет, да и корпус броневика прикроет немного от финских пулеметов, постреливают падлы. Доползя до сгоревшего броневика воняющего жженой резиной, каленым металлом и еще какой-то химией и затянув комбата в колею решил немного передохнуть а то чувствую, могу не доползти тут правда осталось метров сто ну так и я уже наверное все триста туда обратно прополз. Мокрый весь, вплоть до нижнего белья и усталость навалилась, хочется свернуться в калачик и покемарить. Сейчас еще пару минут отдохну и нужно ползти, а то расслаблюсь и останусь здесь с комбатом в виде замороженных тушек напоминанием для других, о том что сон на снегу это плохо. А что там с комбатом, наверное нужно ему еще пару глотков влить, это я мокрый, а он с утра на морозе раненый в воронке пролежал. Подтянув тюк с комбатом к себе вплотную и откинув простыню с головы сначала прислушался, дышит он или я зря его тащил. Да нет, вон пар изо рта поднимается, живой. Отстегнув флягу и отвинтив пробку, поднес горлышко к его губам.

-Эй, комбат, на, глотни немного, согреешься.- стал тормошить его я.

- Ааа, это ты ,,артист,, - прошептал он.

-На, хлебни. - Поднеся горлышко фляги к губам, дождался пары глотательных движений убрал флягу со словами. - Сейчас дальше поползем, осталось метров сто и мы у своих.

-Подожди. - он закашлялся, отдышавшись, с хрипом продолжил. - Послушай нельзя мне к своим, виноват я, ты правильно все говорил. Я виноват в гибели батальона, хотел отличиться, доказать кому-то что достоин на большее чем быть просто комбатом, славы захотелось. - он опять закашлялся, теперь кашель был какой-то захлебывающийся с минуту он успокаивался затем продолжил. - Ты не тащи меня, здесь оставь с моим батальоном, или пристрели, я сам не могу, рук ниже локтей совсем не чувствую. Помоги ,,артист,,.

Я лежал рядом и думал, вот лежит человек осознавший свои ошибки, совесть у него проснулась, не хочет он возвращаться и смотреть в глаза выжившим, просит помочь уйти, искупить так сказать свою вину пулей. Вроде нужно помочь, пожалеть, избавить его от страданий, от угрызения совести, от допросов в НКВД. Но, если я его сейчас не вытащу, не сдам особистам, не доведу дело до трибунала, а пожалею и пристрелю, то возможно какой-нибудь другой комбат Фурцев пошлет свой батальон в лобовую на пулеметы ради своих амбиций и желания получить награду. И плевать ему на горе матерей, отцов, жен плачущих над полученными похоронками. Не чего не ответив комбату я молча поправил простынь ухватился за веревку закрепленную на плащ-палатке и пополз к нашим окопам подтягивая комбата. Еще дважды я останавливался на отдых пока не дополз до окопа, и два бойца помогли мне в него спустится, усадили, аккуратно прислонив к стенке, потому что стоять я не мог, ноги от слабости подгибались. Следом втянули комбата.

- Так бойцы, это ваш комбат, он ранен в обе руки несите его скорее к медикам.

Один из них наклонился, откинул простынь, что он там делал мне было не видно, затем он поднялся и повернувшись ко мне сказал.

-Та товарищу комадыр вин вже нэ живый, у него куля у грудях, вин мабудь у дорози ще помер, чого его до мэдиков нэсти, мы его зи всэми поховаем в братской могылы.

- Не судьба значит. - Я вздохнул и попытался вытянуть ноги, как ко мне подошел второй боец.

- Товарищ политрук комбат приказал как только вы появитесь срочно прибыть вам на НП.

- Тьфу ты, - в сердцах сплюнул я. - Хорошо, сейчас иду, помоги встать. - И протянул ему руку, что тут поделаешь нужно идти.

Не доходя до НП повстречал устало шагавшего доктора направлявшегося на НП для доклада.

- Доктор вы к комбату?

-Да товарищ комиссар к нему.

Идя друг за другом по траншее я вдруг вспомнил что не знаю как прошла наша операция по спасению раненых, не зря ли мы весь день ползали на нейтральной полосе. Нужно спросить доктора, он обязан быть в курсе.

-Много раненых удалось вытащить, а то я сам только приполз, вас вот первого вижу из командиров.

-Это как посмотреть, вынесли 47 человек, вроде бы и много но на фоне погибшего батальона это очень мало ну там еще около десятка сами приползли.

Пока он это говорил мы подошли к НП доктор пропустил меня вперед придержав край плащ-палатки заменявшей входную дверь. Не успел я войти как подскочивший ко мне Семен схватил меня за грудки и с яростью принялся меня отчитывать.

-Ты какого хрена полез на нейтралку, ты чего себе позволяешь, я тебя спрашиваю, а если бы тебя там грохнули или в плен увели, ты где должен был находиться, ты вообще понимаешь что бросил вверенное тебе подразделение на произвол судьбы, а?

Все это он выкрикивал мне в лицо приподняв меня над полом и с силой встряхивая так что моя голова моталась из стороны в сторону, таким Сеню я видел впервые, медведь, натуральный медведь.

- Се-е-е-ня от-п-у-у-у-сти-и-и.

Он перестал меня трясти, внимательно посмотрел на меня, затем аккуратно поставил, подскочил к сколоченному из снарядного ящика столу, схватил стоящий там чурбачок заменявший табурет, поставил его возле меня и мягко надавив мне на плечи усадил на него.

- Коля ты как цел, не ранен,- повернувшись к стоящему и офигивающему от всего увиденного здесь врачу, крикнул - доктор, что вы стоите, посмотрите его, он наверное ранен.

Доктор метнулся ко мне пытаясь снять с меня тряпки заменявшие мне маскхалат, но я остановил его.

- Все в порядке со мной, я не ранен, я просто устал, док ты же шел со мной, видел же что я не ранен, так что не суетись, присядь вон лучше, тоже ведь устал, целый день на ногах. Ну а ты товарищ комбат, - я посмотрел на почти успокоившегося Семена - расскажи что тебе хорошего в штабе сказали.

Семен снова внимательно посмотрел на меня, хлопнул по плечу, прошелся туда-сюда, подошел к столу уперся об него руками....

- В общем так, сначала доктор расскажет что там с ранеными, а затем я расскажу какой получил приказ, давайте доктор докладывайте.

Доктор вскочил с импровизированного табурета, одернул шинель, поправил портупею и чуть усталым голосом стол докладывать то что я уже от него узнал.

- В результате проведенной спасательной операции, с поля боя было вынесено 52 человека с различными тяжестями ранения и обморожения, из них умерло 5 человек, остальные после оказания им первичной неотложной помощи машинами отправлены в корпусной госпиталь. Еще к нам обратилось 11 человек самостоятельно приползших с нейтральной полосы с различными степенями переохлаждения, им тоже оказана медицинская помощь, оставлены мною в батальонном медпункте.

-А почему этих оставили?

- Обморожения у них не сильные, в основном они сильно замерзли, их напоили горячим, растерли спиртом, жиром, и уложили в тепло спать. Завтра если не будет температуры они могут вернуться встрой.

-Хорошо, - Семен махнул доктору чтобы тот сел, прошелся до двери, откинув плащ-палатку выглянул наружу, вернулся к столу и продолжил - теперь слушайте что мне сказали в штабе. Нам поставлена задача имитировать активные наступательные действия на нашем участке, для сковывания финских резервов и содействию настоящего наступления. Нам выделено две роты из резерва, гаубичный дивизион, рота танков. Завтра вечером звено бомбардировщиков нанесет на нашем участке бомбовый удар, затем артиллерия двадцать минут будет обрабатывать финские позиции, потом пойдем мы и танкисты. На подготовку нам дали весь завтрашний день, атака назначена на семнадцать часов, как раз наступят сумерки и финским пулеметчикам будет трудней в нас попасть. Да, чуть не забыл, пополнение прибудет через три часа, танки и артиллерия утром. Вопросы?

Сеня оглядел наш небольшой военный совет и остановил взгляд на мне. Ну что ж не буду его разочаровывать.

-Скажи-ка Сеня когда запланировано настоящее наступление, сколько раз нам ходить в атаку, на какую глубину, будет ли еще пополнение и какое?

Он вздохнул и начал.

-Настоящее наступление начнется через три или четыре дня, сам понимаешь точную дату мне некто не скажет, все эти дни мы должны ходить в атаки, столько сколько нужно чтобы приманить сюда как можно больше войск и резервов противника. А вот на счет пополнения знаю точно, все из запаса, кадровые только эти две роты из резерва которые должны скоро подойти.

-Это сколько же народу положат здесь за эти три- четыре дня? Сень, надо что-то думать, а то мне немного страшно становится, как мы потом жить то будем?

-Что тут думать, приказ нужно исполнять, или вон как старый комбат самому на пулемет идти. ЭХ. - Махнул он рукой.

-О, а это идея. - Сказал я.

-Что, под пулеметы идти?

-Почти, сейчас подожди немного. - Я выскочил за дверь и заметил топтавшихся не далеко связистов. - Эй, бойцы, ко мне.

-Товари...

-Погодите, - я не терпеливо махнул рукой перебивая их доклад - вы сержанта Иванова знаете?

-Знаем. - Хором рявкнули они.

- Вот, найдешь его и скажешь, - я ткнул пальцем в ближайшего ко мне красноармейца - нужно достать автоматы и снаряжение погибшей здесь штурмовой роты, передашь ему что мы понимаем как все устали но это очень нужно, передашь чем больше он найдет автоматов сегодня тем меньше народа погибнет завтра. Все давай беги.

Я вернулся назад в землянку, где под вопросительными взглядами усевшись на чурбачок сказал.

- У меня есть идея!

-Какая? - в один голос спросили Сеня с доктором.

- Авантюрная, но если она получится то мы и приказ выполним и людей в атаках не положим. Слушайте, только чур не перебивать, идея еще сыроватая. Для начала формируем штурмовую группу 15-20 человек, вооружаем ее автоматическим оружием которое сейчас собирают на нейтральной полосе, одеваем ее в маскхалаты и завтра вечером после бомбардировки и артобстрела финских позиций вместе одной из рот идем в атаку, но рота пойдя метров 100-150 залегает и потихонечку отползает на исходные позиции поддерживаемая из наших окопов стрелковым оружием. Штурмовая группа остается на месте, ждет темноты, а затем незаметно преодолевает оставшееся расстояние и врывается во вражеские окопы зачищая их от противника одновременно блокируя дот.

Затем, после зачистки окопов, занимает круговую оборону и ракетой подает сигнал. Комбат увидев ракету посылает нам подкрепления мы закрепляемся и тем самым приковываем противника к себе заставляя его бросать против нас свои резервы. А оборонятся это вам не в атаку ходить, потери будут конечно но не такие большие. Так мы и приказ выполним и людей сбережем. У меня все.

Минут пять стояла полная тишина, все обдумывали предложенную идею, затем поднялся доктор и обратившись почему-то ко мне сказал что он поддержит любое наше решение, но так как не имеет военного образования, то не может давать грамотных советов просит отпустить его к себе в медсанчасть. Что ж придется решать самим.

- Нам не кто не даст разрешения провернуть это. - Сказал Сеня после ухода доктора.

-А мы не будем спрашивать это разрешение, доложишь когда мы будем уже в финских окопах. Ну а если нам не удастся, доложишь что мы погибли во время атаки.

-Ты что, собрался сам идти в штурмовой группе? - с недоумением посмотрел на меня Сеня - не пущу, не имеешь права идти, на тебе целый батальон, вот и соответствуй, а туда пойдет кто ни будь из пополнения, лейтенантов там хватает.

- Нет Сеня, абы какой лейтенант не подойдет, ты не забыл чем я занимался до войны с финнами, так я тебе напомню, пока кто-то кабелировал, - я выразительно посмотрел на Семена - я учился у лучших разведчиков, снайперов, таежников, танкистов и артиллеристов, так кто же если не я?

- Коля, - Семен позвал меня каким-то тихим и грустным голосом - ты понимаешь что на смерть идешь? Я не буду тебя отговаривать, ты верно все сказал и на счет меня и на счет себя, и на счет подготовки, только ты сможешь провернуть это дело, но я хочу чтобы ты знал такого друга как ты у меня никогда не было. - Он помолчал немного, видимо ему тяжело давалось откровение. - Ты для меня стал больше чем друг, ты для меня стал братом, все что я сейчас имею это только благодаря тебе, мне тяжело посылать тебя на смерть, но запомни, - Сеня встал, ухмыльнулся и добавил - если тебя убьют, я тебя удушу! А теперь давай брат обнимемся. - Он подхватил меня с чурбачка на котором я сидел и крепко прижал к своей огромной груди до хруста моих костей.

-Сеня, брат, ты решил меня сейчас удушить, или все-таки дождешься когда меня убьют, а? - прохрипел я.

-Ой, прости Коля я нечаянно. - Он наконец выпустил меня из своих объятий и оглянулся на двери через которые входили два командира.

-Командир взвода лейтенант Иванищев прибыл в ваше распоряжение.

- Командир взвода лейтенант Спиридонов прибыл в ваше распоряжение.

Подготовка к завтрашней атаке шла полным ходом, из простыней шились маскхалаты так как обе роты прибыли без них и без полушубков, длинные шинели я приказал обрезать под сапог, останемся живы заменим, а нет так и суда нет. Отобрал себе добровольцев в штурмовой отряд, добавил пару саперов, взрывчатку нашел старшина Иванов где-то в обозе, вообще интересный дядька, ничего у него нет но если очень нужно быстро находит и в нужном количестве. Сейчас вот принес шесть автоматов ППД и двенадцать пистолетов ТТ к тем двенадцати нет к тринадцати, свой Шмель забыл посчитать, автоматам добытыми на нейтралке. На 25 человек автоматов не нашлось и шестерых решил вооружить пистолетами ТТ по два на каждого. Когда заварится каша им сподручней будет с пистолетами чем с винтовкой или наганом, только вот запасных магазинов нашлось всего по пять штук на человека. Предлагали заменить один ТТ на наган но я отказался, пока этот наган перезарядишь не один раз смогут убить, а с пистолетом, нажал кнопку магазин выпал, сразу новый вставил и стреляй. На 25 человек включая меня пришлось шесть ППД, шесть Оса- 15 и семь Шмель- 9, из них только два с подствольным гранатометом ГП-6, правда гранат на подствольник оказался целый ящик. Снова отличился старшина Иванов, где он только этот ящик достал, ведь нет на вооружении батальона подствольных гранатометов, я ж говорю что непростой дядька. Еще он умудрился найти на всю штурмовую группу полушубки, валенки, по шесть магазинов на каждый автомат и пять цинков патронов к автоматам, и это все сделал не какой-то там зампотыл, а простой ротный старшина как говорится не сходя с места, уважаю. Ну а я пока показывал своим добровольцам как пользоваться автоматами, они ведь видели их в первый раз, одновременно рассказывал как нужно вести себя после крика ,, граната,, мы ведь берем с собой Ф-1 (ручная противопехотная оборонительная граната, радиус поражения осколками -30-40 м) она не безопасная в атаке, но очень удобна в обращении, дернул за кольцо и кидай, а вот РГД-33 это реально геморрой. Перед использованием гранаты необходимо было взвести пружину в рукоятке, поставить гранату на предохранитель, вложить в неё запал, а перед броском освободить предохранитель на ручке. За счёт взмаха внешняя часть рукоятки с ударником соскакивала с боевого взвода и накалывала капсюль запала. Я как только представил, что это нужно делать лежа под обстрелом, сразу сказал нафиг-нафиг обойдемся. Пока я рассказывал парням что они должны делать, как действовать в той или иной обстановке, нам шили маскхалаты и готовили из брезента пять гондол набитых под завязку патронами, гранатами, взрывчаткой для уничтожения дота, немного продуктов и медикаменты с бинтами. Их мы потащим за собой так как на себе мы это не унести, а так на длинной веревке потянем потихонечку, там это нам, ой как пригодится. Вот так мы и готовились, примерно в полночь пришел Сеня и отдал приказ всем кто завтра а может уже и сегодня пойдет в атаку немедленно лечь спать в землянках, меня шатающегося от усталости он заручку как ребенка отвел в облюбованную им землянку находящуюся недалеко от НП. По-моему, я заснул еще на подходе к землянке так как абсолютно не помню как туда попал, отключился. Мое пробуждение было тяжелым меня кто-то толкал, пихал, бубнил что-то на ухо, а я элементарно не мог открыть глаза, как только меня прекращали трогать я снова проваливался в сон. Выстрел над ухом подкинул меня, я вскочил с деревянных нар очумело вертя головой и не чего не соображая, но запутавшись в шинели которой был укрыт рухнул на земляной пол, вскочил, и опять упал, и только с помощью Семена я смог подняться и очухаться.

- Колька, угомонись, все нормально, это я стрелял, ты не просыпался вот и пришлось...

-Придурок, я чуть не обгадился со страху. А если бы я тебя пристрелил спросонья, ты об этом подумал?

- Сам дурак, я из твоего стрелял, все, давай приводи себя в порядок, до начала атаки осталось три часа, минут через сорок прилетят бомбардировщики и начнется... Я на КП, как соберешься, подходи.

Бросив на нары мой пистолет и разогнав толпившихся возле входа бойцов прибежавших на выстрел, ушел. Не спеша одевшись и позевывая от недосыпа направился к своему отряду. На улице было морозно, ветра не было, срывался небольшой снежок, красота, идти в атаку и умереть в этот день абсолютно не хотелось. Дойдя до своих добровольцев уже одетых в белоснежные маскхалаты, получив от старшины Иванова такой же приготовленный для меня, сшитый в виде большой рубахи и таких же огромных штанов с завязками, тут же с помощью бойцов напялил этот костюм Ильи Муромца на себя.

- Ну что братцы-кролики, повторим пройденный материал? Иванищев, как ты будешь бежать в атаку?

- После преодоления первых пятидесяти метров подаю и сразу откатываюсь влево на пару метров, считаю до десяти, вскакиваю, пробегаю семь-десять шагов падаю и откатываюсь вправо.

- Молодец, Спиридонов когда ты должен прекратить перебежки, затаится и по возможности замаскироваться?

- Когда увижу красную ракету означающую, что рота прекращает атаку и начинает отступать.

- Хорошо, а где наши саперы?

-Здесь мы, товарищ политрук. - Раздалось у меня из-за спины.

- А ну расскажи как будете двигаться вы?

-Ну мы идем вторым эшелоном, эта, бежим и разматываем веревку за которую привязан груз, как веревка закончилась так мы груз к себе и подтягиваем и так пока рота не начнет отступление, затем с наступлением темноты ползем в точку сбора правее подбитого танка метров тридцать и ждем вас.

- Хорошо, вижу, запомнили, запомните еще, до темноты лежать где упали и не шевелится. В точке сбора я буду вас ждать до полуночи, кого ранят, выбирайтесь сами мы помочь вам не сможем. Моим замом назначается лейтенант Иванищев. Все, разойдись, можете покурить, чуть не забыл, оружие проверти, и снаряжение подтяните чтоб не бренчало.

Сам тоже решил еще раз проверить свое снаряжение, подтянул ремень на гранатной сумке, там у меня лежало пять осколочных и одна осколочно-зажигательная для ГП-6. Проверил набивку магазинов для моего Шмеля-9, по три в двух подсумках и один вставленный в автомат, попробовал как входит и выходит нож из ножен, попрыгал, вроде нормально, не бренчит не звенит. Взял одну из касок, специально приготовленных для нас и покрашенных известью или мелом в белый цвет, и только хотел нацепить как услышал...

-Летят! Наши летят!

Повернувшись на голос и проследив за взглядом восторженного бойца, увидел три высоко летевшие, увеличивающиеся точки. Летевшие почему-то с финкой стороны. Точно, наши, СБ (СБ -скоростной бомбардировщик), одно звено, три самолета. Что интересно они одним звеном сделать смогут? Как-то в интернете читал о СБ, так там бомбовая нагрузка что-то около шестисот килограмм, одним словом шесть бомб по сто килограмм или две по двести пятьдесят. А бомбить им придется дот, финские позиции и предполье вычищая его от минных и проволочных заграждений, а также от бетонных надолбов. Вот они довернули, теперь они летели вдоль линии фронта уступом приближаясь к нашей полосе наступления. Сам момент сброса бомб я не видел, заметил только как на финских позициях заплясали султанчики небольших взрывов прокладывая огненную дорогу от одного края финских позиций до другого. Вероятно ошибся, столько соток в бомбардировщик просто не влезет, возможно я стал свидетелем применения кассетных бомб РРАБ-3 (РРАБ-3- ротативно-рассеивающая авиационная бомба - тип советского авиационного боеприпаса для массового применения малогабаритных авиабомб, ранняя кассетная бомба.), РРАБ-3 калибром 250 кг. Она представляет собой тонкостенную оболочку (контейнер), которую снаряжали мелкими авиабомбами. Отбомбившись самолеты развернулись на второй заход, а окопах красноармейцы от лицезрения результата бомбежки, пришли в неописуемый восторг и повели себя прям как дети на утреннике, разве что хороводы не водили, а так также прыгали, кричали, свистели, подкидывали вверх каски и буденовки.

- А ну угомонились все. Прекратить, я кому говорю. - Я сделал строгое лицо, хотя губы сами растягивались в улыбку смотря на радостные лица этих в сущности еще мальчишек.

- Товарищ политрук да после такой бомбежки там и финнов уже живых нет, во, опять заходят на бомбежку, щас опять каа-к дадут.

Стоящий в паре шагов от меня красноармеец пританцовывал на месте от избытка переполнявших его эмоций, не понимая что финнов в окопах скорей всего нет, а сидят они в надежных укрытиях и ждут окончания авианалета чтобы встретить нашу атаку во всеоружии.

- Дадут, - со вздохом сказал я - затем артиллерия даст, но дот останется не поврежденным, значит, действуем по ранее отработанному плану. И никакой отсебятины, это приказ.

Сделав два захода бомбардировщики улетели на свой аэродром, а за финнов принялась наша артиллерия. Двадцать минут долбили они позиции финнов, за пять минут до окончания артподготовки по цепи передали команду: приготовится к атаке! Я подошел к ближайшей лесенке изготовленной из снарядных ящиков, поставил ногу на ступеньку примеряясь как мне ловчее выскочить из окопа, глянул на часы, как тут слева послышалась повторяемая по цепи команда,, в атаку,,! Проорав для своих ,, в атаку,, я оттолкнулся от лестницы и выпрыгнул на бруствер окопа одним из первых. Теперь вперед, слева и справа от меня бегут слегка пригнувшись мои бойцы, хотя слово бегут слишком громко сказано, скорее быстро идут, по глубокому снегу бежать наверное можно, но очень не долго. Финны пока молчат, видимо еще не оклемались, хотя нет, вон правее нас скорее всего из ДОТа засверкал вспышками пулемет. Добежав до отмеченного мною рубежа сразу рухнул на снег и перекатом ушел в лево, приподнявшись на локтях оглядел свое воинство которое в это время падало и перекатывалось четко выполняя мои инструкции. Не дав им отдышатся, подал команду: слева по два мелкими перебежками - вперед! Дождавшись своей очереди вскочил и пригибаясь рванул к намеченной мной небольшой воронке оставленной миной или небольшим снарядом. Передвигаясь таким макаром мы преодолели почти половину нейтрального поля под огнем очухавшихся финнов. Ракету я увидел когда перебегал к следующему укрытию, красная ракета прочертила кривую в начавшем темнеть небе осветив кровавым светом поле боя, бойцов стреляющих по врагу, сгоревшие танки и трупы красноармейцев погибших в своей последней атаке. Устроившись за немного занесенным снегом трупом погибшего вчера красноармейца, я стал крутить головой стараясь одновременно наблюдать за отступающей ротой и за действием финнов. Финны в это время подключили орудия и минометы, стреляющие по пустому месту, туда где по логике должна находиться наступающая рота, они или не придали значения нашей ракете, или не заметили нашего отступления. Что ж, это хорошо, значит рота сможет спокойно отойти на ранее занимаемые позиции, а значит потери будут небольшие, ну а нам остается дождаться темноты при этом не выдать своего присутствия.

--------------------------------------------------------


- Все, пора, больше ждать нельзя, будем считать что они ранены и вернулись назад. Спиридонов, Иванищев давайте со своими вперед, саперы вы на месте, если что прикроете, с богом ребятки.

На место сбора нас приползло двадцать два человека, троих мы скорее всего потеряли во время атаки, не критично, но чем нас меньше тем нам тяжелее придется у финнов в окопах. Подождав лишние полчаса, вдруг объявятся и оказав помощь саперам подтянув сюда все баулы, я дал команду на выдвижение. Первой пошла группа Спиридонова, ее задачей была подготовка относительно безопасного маршрута к позициям финнов. Ведь чем ближе к окопам тем больше понатыкано разной гадости в виде мин, колючей проволоки, спиралей Бруно и тд и тп, задача группы Спиридонова как раз и была убрать все это тихо и аккуратно. А вот группа Иванищева должна не поднимая шума снять часовых, наблюдателей и блокировать блиндажи и землянки с финнами до подхода основной группы во главе со мной. Ну а дальше, блокируем ДОТ, минируем, подаем сигнал своим и пытаемся продержаться до подхода подкрепления. Подождав десять минут, я шепотом подал команду на движение. Переползая по примятому бойцами и слегка поскрипывающему снегу невольно прислушивался ожидая выстрела или взрыва, но пока было тихо, вот мы уже добрались до группы Спиридонова, что там впереди, сколько нам еще ждать сигнала? Эта неизвестность и ожидание начали потихонечку заводить меня, мозгами я понимал если тихо значит все идет хорошо, но вот воображение рисовало совсем другую картину: всех поймали и впереди нас ждет засада.

- Товарищ политрук, сигнал. - Рядом лежащий Спиридонов тронул меня за руку.

-Где?

- Вон, правее смотрите.

Глянув туда куда указывал лейтенант успел заметить синий кружок фонарика мигнувший последний раз.

-Сигнал саперам, все вперед.

Перевалившись через бруствер, я тихо спустился в глубокий окоп обшитый с двух сторон досками, при этом чуть не наложил в штаны когда сзади меня кто-то придержал чтобы я не упал и быстрым шепотом попытался сделать мне доклад.

-Товарищ политрук все в порядке часовые, сняты блиндажи блокированы но надо торопиться, мы не знаем когда они будут менять часовых и наблюдателей.

- Иванищев, ты? Напугал меня, черт. - Также шепотом начал я - не делай так больше а то у меня с собой запасных штанов нет. Зови, давай Спиридонова и помогите саперам.

Дождавшись когда подойдут командиры групп я решил подкорректировать план так как мы вышли немого правее ДОТа.

-Значит так, ты, - я ткнул пальцем в Иванищева остаешься со своими здесь, постарайся первым огня не открывать, действуйте ножами или штыками. После открытия огня уничтожай тех кто в блиндажах и землянках, потом проверишь чтоб живых не было, пленные нам не нужны, а раненые могут нам в спину стрельнуть. Спиридонов, ты начинаешь первый, занимаешь окопы слева от ДОТа, я с саперами занимаемся ДОТом. Все мужики, начали.

Группа Спиридонова шла первой, мы за ними, по пути пару раз пришлось переступать через трупы часовых и наблюдателей, встретили двух бойцов из группы Иванищева караулящих вход в блиндаж. Один из них держал в руках по здоровенному тесаку, это если кто решит вдруг выйти из блиндажа убрать его не поднимая шума, второй держал в руках по гранате готовый забросить их в блиндаж по сигналу.

Вот мы подобрались к ДОТу не встретив не одного живого финна, я сразу послал двух саперов минировать боковые амбразуры закрытые тяжелыми стальными заслонками, фронтальные пока подождут нам сейчас главное себя обезопасить, а потом можно заняться и фронтальными. Сам же с двумя бойцами направился ближе к ДОТу. В конце траншеи виднелась закрытая железная дверь. Подошли, прислушались. Внутри тихо, спят. Показав жестом на вещмешок одного из бойцов, дождавшись когда он его развяжет и достанет подготовленный заряд - скрепленные между собой несколько двухсот граммовых толовых шашек и примотанный к нему штык вместо деревянного колышка( земля то мерзлая). Сам воткнул его возле двери налегая всем телом чтобы штык глубже вошел в померзшую землю. Второй заряд установил рядом, ну теперь осталось только ждать.

Стрельба началась как всегда неожиданно, хотя мы к ней готовились, ждали. Оттуда куда ушла группа Спиридонова сначала раздались крики хорошо слышимые в тихую морозную ночь, затем прозвучал винтовочный выстрел и сразу же в ответ закашлял наш автомат. Все, началось. Сзади где осталась группа Иванищева загрохотали приглушенные гранатные взрывы, чиркнув теркой по капсулю - воспламенителю я бросился со всех ног к ближайшему окопному повороту чтобы укрыться от взрыва и ударной волны, мои уже были там. Заскочив за угол чуть не перелетел через голову присевшего бойца державшего в руках по гранате но меня вовремя притормозил второй боец уперев в мою грудь свои руки.

- Пригнитесь товарищ политрук сейчас ... - он хотел еще что-то когда за моей спиной прозвучал сдвоенный взрыв и через пару секунд еще один но немного в стороне, - боковые амбразуры взорвали.

-Вперед! - выдохнул я из себя непонятно кому так как рядом со мною уже никого не было. Оглянулся, а мои ребята уже подбегали к сорванным взрывом металлическим дверям ДОТа держа в руках гранаты.

Когда я подбежал они уже были внутри, нырнув в дверной проем я оказался в тамбуре где с одной стороны оказался тупик с амбразурой дававшей осажденным безнаказанно простреливать этот тамбур, а с другой вход в боевое отделение возле которого и примостились мои бойцы готовя к броску гранаты. Как в руках у меня оказалась граната я не помню, но забежал в ДОТ я уже с ней, поэтому недолго думая катнул ее за угол, следом один из бойцов катнул другую. Два взрыва прогрохотали почти синхронно в замкнутом помещении почти оглушив нас, кричали ли финны не знаю, у меня заложило в ушах, я выскочил вслед за своим бойцом из-за укрытия готовый стрелять во все что шевельнется, следом за мной двигался второй боец прикрывая мне спину. Стрелять не в кого не пришлось, две гранаты Ф-1 в закрытом помещении превратили доблестных финских солдат в кровавый фарш с элементами униформы. Кошмар и ужас. Осторожно переступая через еще парящие лужи натекшей крови и борясь с рвотными спазмами я пробираться к пулеметам для того чтобы осмотреть их на пригодность ну и чтобы скрыть от своих свое жалкое состояние. Выстрела из пистолета я не услышал, меня что-то дернуло, повалило на коробки с пулеметными лентами. Падая, я больно ударился плечом об пулеметный станок и услышал короткую автоматную очередь, а затем какой-то приглушенный взрыв гранаты.

- Товарищ политрук, вы живы? - один из моих бойцов кинулся ко мне на помощь.

Я прислушался к себе, вроде все в порядке.

- Жив и наверное здоров, только не понял что это было, наверное поскользнулся? Ну-ка помоги подняться.

- Да не поскользнулись вы, по вам финн стрельнул из пистолета, высунулся из какого-то люка и стрельнул. Мишка его из автомата срезал а потом гранату в тот люк закинул, щас проверяет есть еще кто там или нет. А вы пока полежите, а я вас осмотрю. - Говоря все это он умудрился всего меня ощупать на предмет лишних дырок и наконец вытащил у меня из-за пояса ракетницу с деформированным стволом. - Во, куда пуля попала, чуть-чуть в сторону и хана - показывая мне смятый ствол ракетницы восторженно тарахтел он.

- Ладно, видишь у меня все в порядке, - я неуклюже попытался встать с коробок на которых лежал, но у меня ничего не получилось, тогда я протянул ему свою руку - а теперь помоги мне встать, и пойдем, глянем куда это твой Мишка бросал гранату.

Пока поднимался, Мишка сам пришел.

- Товарищ политрук, вы как?

-Нормально Миша, докладывай.

-Значит так, там есть люк он ведет на нижний ярус, внизу две комнаты, одна заставлена кроватями в два яруса, во второй боеприпасы и небольшая коморка с сухим пайком. Живых нет, все здесь легли, кроме одного, того который стрелял. Все. - И протянул мне Lahti L-35 -( финский пистолет)

- Нет Миша оставь себе, это твой трофей и спасибо.

-А спасибо за что?

- За меня, за то что не дал ему второй раз выстрелить. Ладно это все лирика, ты, - я пальцем указал на второго моего бойца - как звать?

-Костя, ой, красноармеец Макаров.

- Вот что красноармеец Костя, ракетницу мою видишь, испортили - я покрутил в руках изуродованную ракетницу и отбросил ее в сторону - я не смогу подать нашим сигнал что дот уничтожен, а они естественно не придут нам на помощь. Твоя задача вернутся к нашим живым и здоровым, и передать что мы их очень сильно ждем, что будем держаться сколько сможем. Все, иди Костя, иди, вернее ползи той дорогой которой мы пришли, саперы там дорогу проверили - мин нет.

Хлопнув его по плечу я развернулся ко второму.

- Миша, твоя задача проверить какие пулеметы целые не посеченные осколками, снять их, вынести из дота и установить. Они нам скоро понадобятся, если что, я наверху рядом.

Когда я вышел из ДОТа на воздух меня дожидались двое посыльных и два сапера копавшихся в своих вещмешках. Небо стало немного сереть, мороз крепчать, а с лево и право слышалась какая-то вялая стрельба. Странно, финны не контратакуют, спят что ли?

- Товарищ политрук - подскочил ко мне один из связных - я из группы Спиридонова, нами захвачены около пятидесяти метров окопов первой линии, три пулемета из них один неисправен, пять пленных много боеприпасов и оружия, уничтожено четыре блиндажа с живой силой. У нас двое убитых и два легкораненых. Какие будут приказания?

Кивнув ему мол я понял, посмотрел на второго, он торопливо шагну ко мне и начал докладывать.

- Товарищ политрук, группа лейтенанта Иванищева захватила около восьмидесяти метров окопов, уничтожила четыре блиндажа, захватила два исправных пулемета, а также другое вооружение и боеприпасы. Убитых и раненых нет.

- Молодцы, а теперь слушайте приказ. Группам закрепится, поставить на флангах по пулемету, завалить ходы сообщения и заминировать, приготовится к отражению атаки. Держатся до последней возможности раненых отправлять сюда в ДОТ, это будет наш последний рубеж. Все разбежались. Теперь вы братцы саперы, - развернулся я к ним - почему не взорваны фронтальные амбразуры, почему я должен .... - я не успел договорить как недалеко рванул снаряд. - Все в укрытие. - И первым ломанулся в ДОТ, по пути чуть не сбив выходящего Михаила с какой-то бандурой в руках.

- Товарищ политрук, вы куда?

- Давай обратно Миша, обстрел начался, давай - давай быстрей, сзади еще люди.

Мы ввалились обратно сзади подталкивая меня в спину заскочили саперы. Успели. Пока над нами грохотало я решил узнать что за карамультук тащил Мишка. Оказалось это чудо финской мысли ручным пулеметом Lahti-Saloranta M-26 (Лахти-Салоранта М-26 ) с коробчатым на 20 патронов магазином.


Лахти-Салоранта М-26

- Миш, а нормального пулемета не смог взять, а? Вон же два ,, Максима,, стоят, или похожие на него.

- Товарищ политрук, они не рабочие, у одного кожух осколком разрезало, а второму ствольную коробку помяло. Остались целыми только эти с боковых амбразур, и магазинов к ним много, я внизу собрал уже снаряженных. - Немного обиженно ответил он.

-Ну что ж, тогда будем воевать тем чем снабдили нас финны. Значит так бойцы, за подкреплением я послал, нам главное продержатся до подхода этого самого подкрепления. Поэтому один сапер остается в ДОТе уничтожает оставшиеся амбразуры чтобы враг если мы погибнем не смог ими воспользоваться, второй после артобстрела минирует подходы к ДОТу со стороны финнов. Ну а мы с красноармейцем Мишей будем это дело прикрывать пулеметами. Да, еще, уберите здесь, скиньте все это - я обвел рукой на останки гарнизона ДОТа - в подвал, здесь будут наши раненые и я не хочу чтобы их кровь смешивалась с финской, к тому же это будет наш последний рубеж обороны. Все понятно? Тогда готовимся.

Взял протянутый мне второй пулемет, тяжелая дура, по весу наверное как наш ДП-27 (Дегтярев пехотный) но у нашего 47 патронов, а здесь только 20. ну как с таким воевать? Правда магазин менять и набивать удобно примерно как в АК ( автомат Калашникова), но кто ж мне даст во время боя набивать магазины. Прислушавшись, я понял, скоро артподготовка закончиться, взрывы стали раздаваться за ДОТом, значит сейчас горячие финские парни пойдут в атаку.

-Приготовится к отражению атаки, сейчас закончится обстрел и на нас полезут, Миша бери больше магазинов, как выскочим из ДОТа ты направо занимаешь позицию, я налево, стрелять начнешь когда финны подойдут на 150 - 200 метров.

Говоря все это я набивал карманы маскхалата магазинами для пулемета, хорошо что я настоял на том чтобы мне на маскхалат нашили эти самые боковые карманы, а то куда б я все это рассовывал. В это время над нами прозвучало два взрыва и наступила тишина, обстрел закончился.

- Пора парни, пошли.

И первым выскочил из ДОТа в серый морозный сумрак начинающего утра, сразу повернув налево по ходу сообщения, выискивая себе удобное место для стрельбы. Место которое я себе нашел, была ровная тыльная не оборудованная стенка окопа. Ну не готовились финны отражать атаки с тыла. Поставив этот недопулемет на сошки, определив для себя сектора стрельбы, я заметил впереди какое-то движение, присмотрелся, - Ба, да это же финны. В белых маскхалатах, с оружием обмотанным бинтами или чем они там его обматывали, очень грамотно используя складки местности, небольшими перебежками, без криков, шли в атаку на нас. Повернув голову на сдвоенный глухой взрыв в ДОТе, это саперы уничтожили амбразуры, я заметил одного из саперов который дербанил контейнер с боеприпасами перекладывая в противогазную сумку гранаты.

-Сапер, сапер, - дождавшись когда он посмотрит на меня, крикнул - принеси пару гранат.

Тот понятливо мотнул головой и побежал ко мне.

-Слушай сапер, беря из его рук две Ф-1,- минировать нет времени, поэтому находишься возле контейнера и оттуда бросаешь гранаты, понял? Будешь нашей артиллерией, не стреляешь, не высовываешься, только бросаешь гранаты, понятно? Ну тогда с богом.

Поймав его изумленный взгляд на мое пожелание, я занялся своим автоматом, а именно вставил в гранатомет осколочную гранату, снял с предохранителя и прислонил к стенке окопа в шаге от себя, чтобы не мешался под ногами но был в досягаемости, а то на плечо его не повесишь - свалится, за спину закинешь - быстро не снимешь. Затем достал пару магазинов к пулемету и положил их рядом с левой рукой, так быстрее и удобнее будет перезаряжать этот ,, карамультук,,. Слева и справа затарахтели пулеметы, это группы Спиридонова и Иванищева вступили в бой. Получается финны нас с трех сторон атакуют, решили значит одной атакой с нами покончить. Оглянулся назад на наши позиции, невидно ли подкрепления, по времени связной должен уже дойти если не погиб по дороге. Если подкрепления не будет значит ляжем здесь все зря, финнов еще раз провести не удастся и придется потом другим идти в лоб на пулеметы и ложится навечно в этот снег.

Взяв на мушку особо ретивую небольшую группу финнов, дождался когда они начнут перебежку и нажал на спусковой крючок, одной очередью опустошая магазин.

- Блин, он же лягается как дикая лошадь из дикого леса, чуть плечевой сустав мне не выбил, не ожидал я такой отдачи - не ожидал. Нужно сильнее прижимать приклад, а то останусь без руки.

Справа заработал пулемет красноармейца Миши, он не в пример мне стрелял короткими в два- три патрона очередями. Прижав приклад, я тоже стал короткими очередями прочесывать место где по моим прикидкам залегли финны. Затем взяв автомат и выстрелил гранатой туда же. А еще через минуту со стороны финнов раздался свисток и они начали отползать назад в свои окопы. Первую атаку мы отбили, хотя атакой это назвать трудно скорее разведка боем. Они выявили наши огневые точки, вооружение, количество активных штыков, в данном случае стволов, подтянут подкрепления, артиллерию, и попытаются задавить нас пока мы не успели укрепиться. Оглянувшись на наши позиции и не заметив там движения, подумал, наверное не дошел красноармеец Макаров до наших, сложил где-то свою голову. С этими невеселыми мыслями сняв с бруствера пулемет и подхватив автомат я направился к саперу который разложив перед собой с десяток гранат наблюдал за мной.

- Сапер, зови второго и подходите сюда, и пусть пулемет заберет с собой.

Сам плюхнулся на грязный снег, достал два расстрелянных магазина и стал набивать патронами поглядывая в сторону куда ушла группа Спиридонова там еще раздавались редкие выстрелы.

- Товарищ политрук, мы пришли.- Раздался неожиданно у меня над головой голос сапера, что я аж дернулся.

-Фух, напугал ты меня сапер, пригнитесь, или вон лучше присядьте на снег.

Дождавшись когда Миша сел напротив меня примостив пулемет между ног, а сапер присел на корточки с ожиданием посмотрели на меня, я продолжил.

-Значит так бойцы, первую атаку мы отбили, теперь они на нас пойдут большими силами, теперь они примерно знают сколько нас здесь. Поэтому когда начнется артподготовка мы уходим в ДОТ, пережидаем ее, затем возвращаемся на свои места. Ты, - я пальцем ткнул в сторону сапера - располагаешься между нами и прикрываешь нас гранатами. Финнов будет много, гранат не жалей. Да, кстати, а где второй сапер, которого я посылал минировать проходы?- Я вопросительно посмотрел на своих бойцов.

Миша пожал плечами, а сапер оглядевшись по сторонам неуверенно сказал.

- Я его видел последний раз когда он набрал взрывчатки, гранат, и срезал ножом большой кусок телефонного провода, а потом начали стрелять и куда он делся я уже не видел.

Следующий мой вопрос был прерван разрывом снаряда в метрах в ста от нас.

-Начинается, давайте в ДОТ.- И первым встав на ноги заскочил в черный провал двери.

В ДОТе было темно и холодно, правда в одной из ниш светился тусклым мерцающим светом толком нечего не освещающий, чудом уцелевший плафон, забранный в защитную металлическую сетку. Наверное гореть ему осталось немного, пока в аккумуляторе не закончится заряд питавший этот светильник. Пропустив всех в глубь ДОТа сам вернулся ко входу, прислонив рядом пулемет к мелко вибрирующей от близких разрывов стене попытался согреть замерзшие руки засунув их под одежду, одновременно прислушиваясь к разрывам снарядов. Жалко, что где-то посеял свои рукавицы. Руки уже отогреваются и ладони начинает жечь огнем, всю кожу с ладоней я оставил на металле оружия, а еще на патронах которые набивал в магазины. Вытащив руки из-под одежды и набрав снега заброшенного сюда взрывом стал катать снежок чтобы приглушить немного начавшую усиливающуюся боль в моих ободранных ладонях. Пока катал снежок пришла мысль, что возможно мы здесь остались одни, что группы Спиридонова и Иванищева уже погибли. Стрельба с их сторон прекратилась, раненых они сюда не привели и посыльных не прислали. Значит получается, или у них нет раненых, или их всех там накрыло.

- ...трук.

Я напрягся, прислушиваюсь к канонаде, разрывам снарядов, свисту осколков. Показалось.

- Па-ли-трууук.- Голос был сиплый, толи простуженный, толи сорванный.

Нет не показалось, точно зовут, и где-то рядом с ДОТом.

- Здесь, - Крикнул я - кто зовет?

-Помоги, я с раненым.

Придвинувшись ближе к выходу, я быстро осмотрелся, и у ближайшего поворота траншеи увидел лежащего на боку человека в красном от крови маскхалате подтягивающего за собой толи брезент, толи шинель. Крикнув своим чтобы прикрыли сам быстро пополз навстречу раненому бойцу моля об одном чтобы финны не перенесли обстрел влево иначе нас накроет. Ну вот и боец.

- Ты как, сильно ранен?

- Нет, контузило только, а Игнат без сознания. Давай браток помогай, я уже выдохся.

Перехватив у него край брезента я пополз назад к ДОТу подтягивая его за собой, сзади полз контуженный как бы прикрывая нас с тыла. Когда до входа в ДОТ оставалось несколько метров, сапер с Мишей выскочили, перехватили у меня раненого и пригнувшись затащили его в ДОТ. Ну а мне пришлось на карачках тащить второго ухватив его за воротник, сам ползти он уже не мог, выдохся. Чуть придя в себя я сразу спросил прибывшего скорее всего из группы Спиридонова.

- Ты от Спиридонова?

-Да.

-Докладывай.

- Группы нет, погибла, прямое попадание снаряда в блиндаж. Меня оставили наблюдателем в окопе, а они все спустились в блиндаж когда начался артобстрел. Почти сразу в дверной проем залетел снаряд и разорвался на входе, в живых остались Спиридонов и Игнат, обоих посекло осколками. - Он тяжело вздохнул. - У Игната вся спина посечена и в сознание до сих пор не пришел, а у Спиридонова ноги побиты сильно. Он мне и говорит...

- Кто говорит, Спиридонов?

-Ага, Спиридонов. Тяни, говорит меня к пулемету, а сам с Игнатом к политруку. Я его перевязал, перетащил, две ленты пулеметных ему оставил, автомат и три гранаты. Он сказал что минут двадцать у нас будет, а дальше мол сами. Ребят, попить нету, а?

Он с мольбою посмотрел на нас.

- Откуда, все замерзло. Сами снег жуем. - Миша набрал горсть серого, наметенного внутрь ДОТа снега и сунул тому в руки. - На, пожуй.

Тут меня за рукав дернул сапер.

- Слыш политрук, вроде артиллерия огонь перенесла, в атаку щас пойдут. Выбираться надо.

Я прислушался, точно, огонь стал пожиже и немного в стороне.

- Ну что мужики по местам, возможно это наш последний и решительный...

Подхватив пулемет и запасные магазины пригибаясь побежал не оглядываясь к своему, ранее облюбованному месту. А чего оглядываться все всё знают, ну кроме пришлого но он сейчас нам не помощник сам еле на ногах стоит. Добежав, первым делом глянул что на нас идет. А шло на нас примерно около роты, даже наверное чуть больше, наверное собрали всех свободных и наименее нужных. Эта толпа которая шла на нас была одета разномастно, кто в чем: в шинелях, полушубках, маскхалатах, в каких-то куртках, я такие видел у водителей. Скорее всего тех что маскхалатах усилили тыловиками, чтоб выбить нас до подхода подкрепления как к нам так и к ним, не думаю что командование этим участком обороны похвалят за то что они нас прошляпили, а потом сразу не выбили из ДОТа. Стрелять начал сразу стараясь в первую очередь выбить тех в белых маскхалатах. Эти в маскхалатах самые опытные, передвигались броском, падали, откатывались и снова бежали, поливая пространство перед собой из автоматов, пули которых начали посвистывать непосредственно возле моей головы.

- Приготовить гранаты. - Повернув голову к своим бойцам проорал я. Сам же схватив автомат упер приклад в бруствер и из подствольного гранатомета произвел выстрел в сторону финнов.- Гранатами огонь. Я и забыл что у меня заряжена зажигательная граната ни какого урона финнам она нанести не могла но зато своим ярким горением помогла мне скорректировать дальнейшую стрельбу. Выстрелив предпоследнюю гранату по уже залегшим финнам услышал как с лево затарахтел захлебываясь длинными очередями Спиридоновсий пулемет.

- Сапер - закричал я, стараясь перекричать звуки боя. - Сапер, мать твою! - Дождавшись когда тот найдет меня глазами, продолжил. - Влево смотри, от туда щас полезут. - И не дожидаясь его ответа стал заряжать последнюю гранату. Спиридоновсий пулемет видимо дожевав ленту смолк, а затем через минуту в той стороне прозвучал сдвоенный гранатный взрыв. - Все, хана мужику. Поднявшись над бруствером я выпустил веером весь магазин в набегавших финских солдат и последнюю гранату крича от накатившей на меня ярости. - " Это вам за Спиридонова, суки, это вам за всех нас". После этого я плохо помню что было дальше, я стрелял, менял позицию, опять стрелял, что-то кричал, рядом мелькали лица моих бойцов. В себя я пришел от близкого разрыва который кинул меня на дно траншеи. Грохотала по-моему вся финская артиллерия, разрывы вставали и справа и слева и еще где-то за траншеей. Было страшно, от разрывов дрожала земля, я прижался спиной к обшитой не струганными досками стене траншеи. Метров через пять от меня кто-то из моих бойцов - кто я так и не узнал, с черным от дыма и грязи лицом, с сумасшедшинкой в глазах, радостно, сверкая белыми зубами, улыбаясь во весь рот что-то мне кричал, тыкая пальцем в противоположную стену траншеи.

- Извини парень, но понять я тебя пока не могу. - То ли крикнул ему, то ли подумал я, подтаскивая к себе за ремень свой автомат лежащий от меня на вытянутую руку.

Беда, автомат был безнадежно испорчен, осколком вмяло ствольную коробку. Оглядевшись по сторонам дергая не произвольно головой от близких разрывов, в надежде найти что-нибудь из оружия откинул в сторону искореженный автомат, мне вдруг пришла нелепая мысль.- Финская артиллерия помогла нам отбить атаку начав стрелять по своим. Да нет, это бред, должно быть другое объяснение. Тут передо мной упал ком земли, посмотрев туда от куда он прилетел я снова увидел своего бойца делающего мне непонятные знаки и что-то при этом кричавшего.

- ...трук, ...шиии.

Только после третьего его крика я догадался что он кричит " НАШИ ". Устало сев на корточки прислонившись плечом к стенке траншеи и переждав пару недалеких взрывов я выглянул чтобы посмотреть. Да, это действительно наши. По полю широким фронтом вздымая за собой снежный шлейф, стреляя на ходу двигались наши танки, около полутора десятка, за ними густо бежала пехота. На мой взгляд пехоты было примерно раза в три больше чем у нас оставалась с Семеном. Сами собой мои губы растянулись в счастливую улыбку.

- Наши! Ребята, это наши! - заорал я оглядываясь через плечо.