Раша Николай Александрович: другие произведения.

Зверушки

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 4.69*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Не знаю, это эротическая фантастика, или фантастическая эротика...? Решайте сами!


Зверушки.

Николай Раша.

1

   Наташа уже несколько лет не бывала у бабушки на даче. Каждый год она обещала ей, что непременно приедет, и всегда находилось что-то, мешавшее осуществить поездку. И вот, наконец, сбылось! Наташа вырвалась в отпуск, она послала всех своих парней "куда подальше" и приехала в этот глухой уголок Новгородской губернии. Притом приехала неожиданно совершенно одна, без папы и мамы. У бабушки был, стараниями Наташиных родителей, вполне современный коттедж, в два этажа и с современными же удобствами. Родители в этот раз, наконец-то, уговорили Наташу поехать с ними. Они всегда приезжали сюда в отпуск в это время года, да и в выходные порой заглядывали. Но именно в этот раз их поездка неожиданно отменилась, им внезапно представилась заманчивая возможность командировки за рубеж, и они с радостью умчались в эту свою заграничную поездку. А Наташа, уже настроившаяся на встречу с бабушкой, решила ехать одна. Теперь весь второй этаж дома оказался в её полном распоряжении на целый месяц, поскольку бабушка всегда жила только на первом, ведь ей уже тяжело было подниматься по лестнице наверх. Второй этаж всегда использовался лишь для проживания Наташиных родителей и их гостей. Наевшись с утра вдоволь свежих ягод с бабушкиного огорода, Наташа рванула на расположенное недалеко лесное озеро, загорать и купаться. Сосед проводил её неодобрительным взглядом и уже вслед что-то крикнул об осторожности и о замеченных накануне летающих тарелках. Половину слов Наташа не расслышала, да и не вслушивалась особо. Мало ли, какие шутки выдумают жители деревни, чтобы попугать городскую девочку! И действительно, до озера она дошла без приключений, никто к ней, за исключением лесных комаров, не приставал, зелёных человечков не встретилось. Да и комары от жары были такие ленивые, что их легко удавалось отогнать сорванной у дороги рябиновой веточкой. На солнышке комаров не было вовсе. Берега у озера были густо заросшие кустами и камышом, только в одном месте был крошечный песчаный пляж. На пляже никого не было, все местные жители предпочитали купаться на большом озере, расположенном ближе к поселку. Но Наташа прошла мимо него, она как раз хотела после шумного города тишины и уединения. Чистый песок был теплым и мягким, Наташа скинула платье и с наслаждением легла на него. Пахло лесом и водой. Было тихо и тепло лежать вот так, ни о чём не думая, от воды веяло приятной прохладой. Так хорошо бывает только в детстве, и Наташа на мгновение ощутила его возвращение. Затем она весь день наслаждалась ничегонеделанием и тишиной. Несколько раз Наташа с наслаждением искупалась в кристальной воде озерца, и лишь назагоравшись вдоволь, ощутила голод и засобиралась домой. Оказалось, что солнце уже клонится к закату. День пролетел совсем незаметно. Наташа неохотно встала с мягкого песка и, надев платье, направилась к лесной дорожке, по которой пришла утром. Тут она и заметила лежащую на песке у самых кустов желтую резиновую зверушку размером с некрупную собаку. Та напоминала диковинную надувную игрушку, вроде мультяшной собачки с необычно длинным, скрученным кольцами, похожим на шланг хвостом. Её ярко-желтая резина была очень гладкой и глянцево поблескивала на солнышке. Наташа подумала, что кто-то из детей, побывавших здесь до неё, забыл её здесь и, решила отнести игрушку в посёлок, чтобы там вернуть владельцу. Девушка подняла зверушку и, сунув подмышку, направилась домой. Похоже было, что игрушка сделана из очень толстой резины, она оказалась холодной и к тому же довольно увесистой.
   - Странно, почему её солнце не нагрело? - мелькнуло в Наташиной голове. Она изрядно притомилась, пока донесла свою приятно холодящую тело сквозь тонкое платье находку до поселка. Поскольку уже вечерело, и Наташа ощущала усталость, она решила отложить поиски хозяина игрушки на завтрашний день и, зайдя домой, бросила зверушку в углу спальни, тут же забыв о ней. Бабушка сытно накормила внучку наваристым борщом, какой умела варить только она. Затем стала потчевать вкусными пирожками с чаем, потом они долго, сидя на веранде, болтали, так что спать к себе наверх Наташа отправилась поздно заполночь, когда призрачный лунный свет уже давно озарял поселок. Ночь почти не принесла прохлады, было по-прежнему душно. Наташа, вошла, не включая свет в свою спальню. Там, скинув легкое платьице, она осталась лишь в белом с красной отделкой закрытом купальнике, в котором она сегодня весь день загорала. Когда она шагнула к кровати, нога задела что-то гладкое и прохладное. В неверном лунном свете девушка разглядела у себя под ногами найденную днем резиновую зверушку.
   - Непонятно, откуда она здесь, ведь я точно помню - в угол её кинула, когда пришла! Почему она теперь лежит посреди комнаты? - удивилась Наташа.
   Она задумчиво подняла тяжёлую прохладную игрушку, а затем непроизвольно обняла её и прижалась к ней щекой. Прикосновение гладкой холодной резины к разомлевшему от душной ночной жары и горячего чая телу в этот момент показалось ей особенно приятным. Она невольно замерла и постояла с минуту, а может и более, наслаждаясь прикосновением к коже прохладной резины.
   - Надо же! Как это здорово! Сейчас бы всей завернуться в такую вот прохладную резину, чтобы избавиться, наконец, от окружающей меня жаркой духоты! - Наташа почти наяву представила, как её тело нежно обнимает эта шелковистая и такая прохладная резина. Но через мгновение Наташа неожиданно осознала, что она ощущает прохладное прикосновение резины там, где этого быть не должно! По крайней мере, там, где секунду назад чувствовала на теле чуть шершавую, влажную от пота ткань купальника. Она опустила глаза и, всмотревшись, невольно вскрикнула от неожиданности. Яркая луна светила в открытое окно, словно гигантский небесный прожектор, освещая Наташу с головы до ног. И в этом свете было отчётливо видно, как прямо на Наташиных глазах с её нейлоновым купальником происходило нечто невероятное, чего реально происходить просто не могло! Словно материализовалась её нечаянная мысль. Вся ткань на Наташе стремительно превращалась во что-то, очень похожее на резину! В чрезвычайно гладкую, довольно толстую и тускло лоснящуюся в ярком лунном свете характерным резиновым блеском. И при этом ощутимо сжимая своим холодящим прикосновением Наташину кожу! Во всяком случае, ткань купальника определённо превращалась во что-то, очень похожее на резину, по крайней мере, по своему внешнему виду и на ощупь! В результате уже через пару секунд Наташино тело туго обтягивал всё такой же белый, всё с той же красной отделкой купальник, что был на ней весь день, но... но только он был уже совсем из другого материала! Он каким-то образом за эти секунды превратился в свою точную резиновую копию. По крайней мере, все органы чувств подтверждали, что теперь Наташин купальник весь состоит из холодной и гладкой, толстой, упруго сжимающей тело резины! Его клейкое холодное объятие, само прикосновение к разгорячённой потной коже было щекочуще-сладостным и приятным, несмотря на охвативший Наташу ужас. Казалось, что тело вдруг покрыла упругая вторая кожа, идеально-гладкая и надёжно защищающая от окружающего мира. Резина по-прежнему приятно холодила тело, именно так, как только что представляла в своих мечтах Наташа. Но хотя ей это было очень приятно ощущать, она вся затрепетала от ужаса. И это было естественно, ведь происходило что-то невозможное, чего не должно было происходить, если только всё это не было сном! Наташа ведь только нечаянно подумала о чём-то подобном и вдруг вот тебе, пожалуйста - холодная резина уже упруго сжимает её стан, обтянув его плотно, словно перчатка руку хирурга.
   - И продолжает обтягивать всё плотнее! - вдруг поняла Наташа. На натянувшейся гладкой поверхности отчётливо проступили мельчайшие детали Наташиного тела. Словно гладкими резиновыми ладошками купальник нежно охватил и легонько сжал грудь, рельефно очертив её своим холодным глянцем. Отчего-то в тот же момент Наташины соски от прикосновения холодной резины увеличились и вмиг затвердели. Они сразу явственно проступили на глянцевой поверхности купальника. Наташа, несмотря на сковавший её ужас ощутила, что страшно возбуждена. Возбуждена сексуально и это возбуждение стремительно в ней растёт. И она догадалась, что это как-то связано с так внезапно завладевшей её телом холодной белой резиной. А тут ещё внезапно "игрушка" шевельнулась в Наташиных руках. От неожиданности та выронила её, но зверушка вдруг ожила и ловко приземлилась на задние лапки, передними внезапно плотно охватив ногу девушки на уровне колен. Совсем обезумев от ужаса, Наташа попыталась завизжать. Но поняла, что лишилась голоса и вместо визга может издавать лишь слабое сипенье. Между тем пришел в движение длинный шлангоподобный хвост, и стремительно обвился вокруг её ног.  [] А затем и вокруг торса, сразу плотно припечатав к нему руки. Наташа попыталась шагнуть, но лишь упала на стоящую рядом кровать, уже прочно связанная по рукам и ногам гибкой упругой резиной. А тут ещё и кончик хвоста скользнул по её лицу и нырнул в широко открытый в беззвучном крике рот. Там он стремительно раздулся, заполнив его полностью и, словно кляп, лишил Наташу малейшей возможности позвать на помощь. Она теперь могла лишь тихо мычать от ужаса. И ей было от чего придти в ужас, ведь теперь она ощутила движение резины ещё и в своём влагалище. Резиновое "нечто", вдруг начавшее расти прямо из перемычки купальника, проходящей между ног, медленно и неумолимо входило в Наташу всё глубже и глубже, пульсируя и раздуваясь, и постепенно наполняя её до отказа. И, несмотря на ужас происходящего, Наташа ощущала растущее сладкое томление. Она невольно начала расслабляться и, несмотря на рот, заткнутый резиной, всё громче сладострастно постанывать. А затем, словно прорвало плотину! Её сексуальное возбуждение вдруг получило выход. Она ощутила нарастающее в ней чувство наслаждения от наполнившей всё её маленькое влагалище тугой пульсирующей резины. И ужас только усиливал это наслаждение. Несомненно, это был секс, и секс очень классный. Только вот с кем? Или с чем? Всё ещё сопротивляясь, Наташа забилась из последних сил, и внезапно ощутила, что ужас куда-то уходит, уходит совсем, и напротив, всё острее становится наслаждение. Уже по инерции с минуту ещё Наташа продолжала бороться с пленившей её тело резиной, ощущая растущее внутри, такое знакомое, но сейчас неизмеримо более острое наслаждение, потом на минуту затихла. А затем вдруг забилась, тихо мыча, с новой силой, но теперь уже не в попытке обрести свободу, а в сладких судорогах от обрушившегося на неё мощнейшего оргазма. Оргазм казался бесконечным, он всё длился и никак не прекращался. У Наташи уже не оставалось сил, но она была не властна над собой. Беспомощно дернувшись ещё несколько раз в резиновых кольцах обвившего её хвоста зверушки, Наташа провалилась в сладостное забытьё. Оргазм был такой небывалой силы, что начисто вырубил её.
  

2

  
   Жора был одним из тех самых парней, которых послала "куда подальше" Наташа, уезжая к бабушке. Главным из них! Они с Наташей работали в уважаемой солидной фирме и давно встречались вне работы. В коллективе все давно ждали, когда же они, наконец, поженятся, уже предвкушая свадебные торжества и обсуждая тему свадебного подарка. Вообще по документам Жору звали Георгием, но на работе его мало кто так называл. Уж больно официально это звучало для молодого и весёлого парня. Когда Наталья вернулась из отпуска неожиданно быстро, Жора, конечно же, обрадовался, но в то же время у него возникли и недоуменные мысли. Что заставило её так быстро вернуться? И почему у Наташи так изменилось поведение? Вместо месяца она отсутствовала всего неделю, сказав, что остальное догуляет потом. На более подробные расспросы Наташа только сверкала глазищами и ничего толком не объясняла. Иногда Жоре казалось, что она хочет что-то сказать, но словно давится словами и испуганно замолкает, тревожно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Не удавалось ему теперь и проводить её домой после работы, с последующей ночевкой, как уже традиционно случалось у них почти каждый день перед её отпуском. Всё это было очень странно. В конечном итоге Жора пришел с цветами и шампанским по знакомому адресу без приглашения и чуть не силком протолкнулся к упирающейся Наташе в квартиру. Поняв, что от него на сей раз не избавиться, Наташа вынуждена была принять незваного гостя. Заметно было, что она рада приходу любимого человека, но в то же время непонятная тревога всё время стояла в её глазах. Словно на первом свидании, Георгий всячески обихаживал Наташу, поил шампанским, танцевал с ней. Когда он стал целовать подругу, опять на мгновение ощутил с её стороны сопротивление, но она тут же сдалась. Когда Наташа тяжело задышала в его умелых руках, Жора плавно перевел дальнейшие действия на кровать и стал там раздевать подругу. Здесь он снова ощутил некоторое робкое противодействие, которое быстро и умело сломил. Когда он снял с Наташи платье, его очень удивила её нижняя одежда. На девушке был надет цельный, плотно облегающий её тело купальник из белой, с красной отделкой, резины, холодный и гладкий на ощупь. Он казался отлитым из резины целиком, на нём не было заметно ни единого шва, ни внешне, ни на ощупь. Гладкая резина идеально, без единой морщинки, обтягивала Наташино тело. Ничего подобного она раньше на себя не надевала. Несмотря на удивление, Наташа в этом необычном резиновом наряде Георгию понравилась даже больше, чем нравилась в своём обычном нижнем белье. Он ничем не показал своего удивления и ничего не стал спрашивать, да и момент не располагал к расспросам. Да и вообще! Мало ли, какая у девчонок мода новая появилась? Может это её последний писк, и он себя выставит полным невеждой, задавая нелепые вопросы! В этой гладкой белоснежной резине Наташа была какой-то новой, непривычной и ещё более волнующей. Жора продолжил свои ласки. Затянутое в холодную резину девичье тело было упругим и скользким, и, вероятно от этого, казалось ему особенно желанным в этой своей резиновой недоступности. Любовники, всё больше и больше распаляясь, сплелись в жарких объятиях и поцелуях. Георгий стал ласкать туго обтянутую резиной грудь Наташи, сразу ощутив сквозь неё, как стремительно твердеет сосок под его ладонью. Отчего-то ему было особенно приятно ощущать его твёрдую горошинку именно так - сквозь гладкую резину купальника. Другая рука Георгия скользнула по гладкой резине на Наташином животике и оказалась у неё между ног. В промежности купальника обнаружилось отверстие, и как раз в нужном месте. Хотя Георгий был готов поклясться, что минутой раньше никаких отверстий в резине не было. Тем не менее, ему было уже не до размышлений о том, откуда оно появилось, ведь оба любовника были к этому моменту крайне возбуждены. Наташа не делала попыток снять с себя странный купальник, но Жоре так понравилось даже больше, ведь тело партнёрши в этой скользкой резине по-прежнему сильно возбуждало его. Необычный Наташин наряд вносил несомненную новизну и пикантность в ощущения. Секс в эту ночь оказался просто потрясающим. Георгий чувствовал себя половым гигантом. Он вновь и вновь испытывал оргазмы вместе с Наташей, но мужская сила его не иссякала и, он продолжал своё дело почти без передышки всю ночь. Наконец, уже под утро, он всё же обессилел и уснул прямо на Наташе, так и не вынув из гостеприимной пещерки наслаждений свою все ещё твердую плоть. Сколько он спал, минуту или час, трудно было сказать. Жору разбудило ощущение некоего движения по его животу чего-то скользкого и холодного. Георгий приоткрыл один глаз и прислушался. Он по-прежнему лежал на любимой, сжимая её в объятьях. А его плоть по-прежнему была тверда и находилась в Наталье. Но он не мог теперь отделиться от своей партнёрши, словно крепко-накрепко приклеился к этому её странному резиновому наряду, или, словно его удерживает присосавшаяся к животу и груди мощная присоска. А ещё он понял, что движение и холодное прикосновение ему не пригрезились. При слабом свете ночника испуганный Георгий различил выползающую откуда-то из щели между ним и Наташей, желтую резиноподобную субстанцию, явно живую. И судя по поведению этой субстанции, ничего хорошего она не затевала! Шелестя и поскрипывая, словно самая настоящая резина, эта субстанция быстро расползалась в стороны, ловко протискиваясь между любовниками и, постепенно, но неотвратимо отгораживая их друг от друга толстым и гладким резиновым полотнищем. Оно было леденяще холодное и сквозь него уже с трудом ощущалось находящееся под ним горячее Наташино тело. Если бы полотнище не шевелилось, как живое, его можно было бы принять за обычную резину. Но эта-то резина была явно живой! И её неотвратимое движение несомненно преследовало какую-то ужасную цель! Самое страшное, было похоже, что цель эта имела отношение к Георгию. Что целью был он сам!!! Георгий в ужасе задёргался, снова пытаясь освободиться от липкого плена, но у него ничего не вышло. Лишь резина ещё быстрее проскользнула между их телами, совсем разделив любовников. Самое ужасное было в том, что субстанция выползала из Наташи! Выползала именно из того отверстия, которое не мог покинуть Георгий. Но тут с ним произошло ещё одно странное событие. Скольжение гладкой резины по его плоти неожиданно для столь пугающих обстоятельств стало вызывать всё более приятное ощущение. Скоро оно стало до такой степени приятным, что уже через минуту он вдруг, помимо своей воли ощутил мощнейший оргазм. Сразу перестав вырываться, Жора беспомощно упал на разделившую его с Наташей холодную резину, не в силах более себя контролировать и содрогаясь в сладостных судорогах. Но щекочущее скольжение гладкой резиновой субстанции по его окаменевшему от возбуждения члену всё продолжалось и оргазм - тоже! Это был самый затяжной оргазм в жизни Георгия. Он бился и стонал в наслаждении, уже не замечая, как полностью отделившее его от тоже сотрясаемой в этот момент оргазмом Натальи резиноподобное полотнище становится все толще, а его края теперь приподнимаются по бокам от него, постепенно заворачиваясь внутрь и обтекая его тело со всех сторон. Он уже почти не ощущал, как эта леденящая своим прикосновением кожу живая резина, неумолимо скользя по телу, движется за его спиной, словно стремясь сомкнуть свои жадно трепещущие края. Вскоре эти края соприкоснулись и действительно плотно сомкнулись за его спиной, мгновенно слившись там воедино, превратив тяжёлое холодное полотнище в гладкий мешок без единого шва и отверстия, с глянцевой желтой резиноподобной поверхностью. Георгий оказался внутри своеобразного резинового кокона, теперь уже полностью изолированным этой живой резиной от окружающего мира. Мешок больше не двигался и только пульсировал от тяжелого дыхания своего пленника, тихо шурша и постепенно опадая. Несмотря на видимое отсутствие отверстий, воздух быстро покидал его. Тишину теперь нарушал лишь шелест резины. Георгий продолжал лежать на Наталье в неумолимо сжимавшемся вокруг него резиноподобном коконе, по-прежнему продолжая содрогаться в бесконечном оргазме и, ничего не замечая вокруг. Да он теперь уже и не мог ничего увидеть в своей резиновой темнице сквозь окружившую всё его тело с головой гладкую непроницаемую оболочку. Постепенно, по мере того, как этот странный резиновый мешок все плотнее сжимал тело Георгия, его движения становились всё слабее. Вскоре он лишь слабо извивался в совсем уже туго обтянувшем и плотно облепившем его тело резиновом свёртке. Затем Георгий совсем затих, его сознание медленно угасло. Резиновая оболочка с жадностью продолжала всё туже стискивать беспомощное тело своего пленника, плотоядно пульсируя и тихо поскрипывая, словно настоящая резина.
  

3

  
   Марина была закадычной Наташиной подругой. Это нисколько не мешало ей пытаться увести у Наташи то одного, то другого парня. Иногда это ей удавалось, иногда - нет. Обе считали, что пытаться не вредно, а если парня удалось переманить, значит, он и не стоит больших сожалений. Пыталась Марина отбить и Георгия, но в этом случае всё оказалось бесполезно. Когда Наташа внезапно вернулась из отпуска, Марина тоже пыталась узнать, чем вызвано это неожиданное возвращение. Наталья, обычно откровенная с подругой, никак не хотела ничего объяснять, отделываясь туманными фразами об изменении здоровья и не подошедших климатических условиях. Марина чувствовала, что это всё отговорки, но так и не смогла вызвать подругу на откровенность. А тут вдруг ещё Георгий бесследно исчез. Не вышел на работу, а когда ему позвонили домой, оказалось, что он ушел ещё накануне вечером и не возвращался. Его родители тут же всполошились, обзвонили знакомых, больницы, потом подключили милицию, но и она никаких следов найти так и не смогла. Спрашивали и Наташу, но она тоже ничего не знала, и, похоже, была искренне расстроена исчезновением Жоры больше всех.
   Примерно через месяц после пропажи Жоры, Наташа пришла к Марине на день её рождения с большим увесистым пакетом. Поздравив подругу, она торжественно вручила ей этот пакет. Развернув бумагу, Марина обнаружила внутри большую резиновую игрушку с длинным шлангоподобным хвостом.
   - Держи, его зовут Жорой, дарю тебе его, теперь он будет твоим парнем! - торжественно заявила Наталья подруге. Шутка с именем пропавшего жениха Наташи показалась Марине не слишком остроумной, но игрушка была симпатичная и большая. А большие игрушки она всегда любила. Подарок понравился, и Марина отнесла зверушку в спальню, положив там на кровать. День рождения удался на славу, гости засиделись допоздна, было весело. Лишь проводив последних гостей, усталая Марина дошла до постели и, почти не раздеваясь, упала на нее. Она явно перебрала сегодня. Именно этим объяснялся её не совсем обычный наряд, в котором она уснула. Она скинула праздничное платье и надела прозрачную шелковую ночнушку и смешные панталончики, в которых обычно спала. Но у неё уже не хватило сил снять чулки, надетые по случаю праздника и она уснула прямо в них. Машинально обняв прохладную резиновую игрушку, всё ещё лежащую на кровати, Марина провалилась в забытьё. Ей снилось, что игрушка в её руках растет и скоро становится размером с человека. Потом она начинает ласкать её тело, нежно обнимая Марину при этом своими холодными резиновыми лапами. Вскоре игрушка в Маринином сне обвила ещё и все её тело своим резиновым хвостом и, более того, используя его конец, словно пенис, стала проникать им в её влагалище всё глубже и глубже. Казалось, что хвост пульсируя, растет, все больше заполняя Марину изнутри. Ей становилось по мере этого всё приятней и приятней, пока внезапно судорога оргазма не пронзила всё её тело. От этого оргазма Марина пробудилась и удивлённо открыла глаза. Игрушка, которую она обняла, засыпая, и которая так странно вела себя в её сне, бесследно исчезла из постели, но ощущение сжавшей тело резины осталось прежним. Марина соскочила с кровати и, включив в ванной свет, зашла туда. Глянув в зеркало, она с изумлением увидела, что её одежда за время, пока она спала, странно преобразилась. Оставаясь всё того же цвета и фасона, что и прежде, она, тем не менее, выглядела теперь совсем по иному! Оставаясь того же цвета и покроя, одежда каким-то образом теперь состояла из плотно облепившей тело Марины полупрозрачной холодной резины! И ночная рубашка и панталоны, и чулки - все было из неё - лоснящейся и гладкой! И это было уже не во сне! Кто переодел её в эту странную одежду? И когда? А главное - зачем!? Марина была уверена - в квартире она одна! И потом, она бы проснулась, начни на неё кто-нибудь натягивать холодные резиновые вещи! Не такая уж она была пьяная вечером! И потом - почему эта резиновая одежда так точно скопирована с наряда, в котором она легла спать? Не найдя ответа ни на один из своих вопросов, Марина попыталась содрать эту странную резину со своего тела, но неожиданно это оказалось совершенно невозможным! Выяснилось, что везде, где её тело плотно соприкасалось с резиной этой необычной одежды, оно крепко-накрепко приклеилось к ней. Словно приросло! Попытки снять с себя хоть что-то из этого резинового наряда вызывали такую боль, словно Марина пытается содрать с себя собственную кожу. Пришлось прекратить это самоистязание. В это время ощущение от обтянувшей тело холодной резины стало постепенно изменяться, Марина вдруг ощутила, что прикосновения резины к телу начинают ей казаться приятными и даже начинают её сексуально волновать. Словно эта странная резина нежно ласкает всё её тело. Марина окончательно прекратила бесполезные попытки содрать с себя резиновую одежду и снова легла в постель. Она затихла и более внимательно прислушалась к своим чувствам, порождаемым обтянувшей её тело гладкой резиной. И тотчас Марина ощутила некую защищённость от всего окружающего и ещё что-то приятное, чего она пока не могла толком понять. Лёжа в своём поскрипывающем резиновом наряде, она ощущала всё большее спокойствие. Появилась уверенность, что всё будет хорошо. Казалось, что это не резина поскрипывает и шелестит при малейшем Маринином движении, а где-то в её голове раздается чей-то успокаивающий шёпот, как будто она в своём теле не одна. Больше всего сейчас её ощущения походили на те, что возникали у неё, когда она лежала после секса в постели и, её обнимал любимый человек. Хотя её в данное время обнимала всего лишь гладкая холодная резина. Обнимала плотно и надежно.
  

4

  
   Сергей пришел к Марине через два дня. Это был её давний, еще со школы, приятель. В выходной он придти не смог, но поздравить подругу, пусть и с опозданием, счёл своим долгом. С Сергеем у Марины были непростые отношения, по принципу "Вместе тесно, порознь скучно". Тем не менее, он периодически появлялся, обычно - без приглашения и, как правило, оставался ночевать. Такой же план у него был и на сей раз. Марина была в растерянности, ведь она так и не нашла способа снять с себя странную резиновую одежду. Да и не очень к этому стремилась, если быть честной! За двое суток Марина совсем сроднилась и свыклась со своим странным нарядом. Даже его постоянный скрип и шелест при малейшем движении не только не раздражал, но и был отчего-то ей приятен. Но как объяснить Сергею этот резиновый наряд, она пока смутно себе представляла. На работу Марина сходила, надев поверх покрывающей её тело резины обычную одежду. Чувство стянувшей кожу гладкой холодной резины стало для неё уже почти привычным, но в то же время, несмотря на привыкание, это ощущение казалось ей всё более и более приятным. Словно кто-то всё время очень нежно гладит и ласкает её тело. Это было приятно, но было в этом и одно большое но... от всех этих резиновых ласк Марина сильно сексуально возбуждалась. А ходить постоянно возбуждённой было ей несколько непривычно - и это еще, мягко говоря! Это состояние меняло всё - походку, манеру держаться, говорить. И, похоже, мужчины чувствовали эти изменения - Марина никогда прежде не ощущала к себе такого обильного внимания со стороны окружающих мужчин. А это внимание, плюс, щекочущее чувство страха, что нечаянно раскроется тайна загадочного резинового наряда, скрывающегося под деловым костюмом, сексуально будоражили ещё более. С Наташей Марине после дня рождения поговорить наедине никак не удавалось, но по тому, какими глазами на неё посматривала подруга, было похоже, что ей что-то известно о произошедшем с Мариной ночью после празднования. Вероятно, что-то, касающееся появления этой странной резиновой одежды. Марине хотелось поговорить об этом, но всё как-то не получалось. Никак не выходило остаться с подругой наедине. А тут теперь ещё этот незваный гость. Однако выгонять Сергея у Марины не было никаких формальных причин, да и возбуждение, которое постоянно вызывало ощущение стесняющей и ласково обнимающей тело резины, настоятельно требовало его присутствия. И не просто присутствия, Марина давно отчётливо понимала, что страстно хочет лечь с мужчиной в постель. За эти двое суток постоянного сексуального возбуждения она уже просто изнемогла! Сил сопротивляться уже не осталось и, Марина решила - будь что будет! Поскольку и Сергей был не против занятий сексом, повторное празднование дня рождения Марины не затянулось и, очень скоро перешло в спальню, где гость сразу стал целовать, а вскоре и раздевать хозяйку. Быстро обнаружив на её теле неснимаемую одежду из полупрозрачной резины, он, если и удивился, то виду не подал. Напротив, Сергей, как ни в чем ни бывало, с удвоенной энергией продолжил свои ласки. Резина тихо попискивала под его ладонями и, Марина вдруг осознала, что ощущать прикосновения любовника сквозь резину на теле ей гораздо более приятно. И возбуждают эти прикосновения гораздо сильней, чем бывало прежде, когда он ласкал её полностью обнажённое тело. Единственное теперь, что заботило Марину, это как Сергей проникнет к ней под панталончики, ведь снять их было невозможно, она в этом не раз уже убедилась. Правда, для естественных нужд в резине странным образом всегда образовывалось отверстие, но сочтёт ли странная одежда секс естественной потребностью? Вскоре Марина успокоилась, под рукой Сергея на панталончиках в нужный момент, как и ранее, раскрылось в нужном месте отверстие, а уже через мгновение она ощутила в своем влагалище мощное поступательное движение его плоти. Некоторое время лишь тяжелое дыхание любовников, да скрип и шелест резинового наряда Марины нарушали тишину в спальне. Затем они оба стали постанывать от наслаждения, и, естественно, с каждым мгновением всё громче и громче. А затем был и оргазм, какого они ещё не знали в своей жизни. Он всё длился и длился, нарастая и ширясь. И не заканчивался, а напротив - становился всё острее и слаще. Такого не могло быть, но было! Любовники всё бились и бились в конвульсиях запредельного наслаждения, уже ничего не замечая вокруг себя. Уже краем сознания Марина заметила, что обнимает не самого Сергея, а какой-то скрипучий мешок из лоснящейся жёлтой резины, медленно сжимающейся вокруг его содрогающегося в оргазме тела. Она даже не заметила, когда и как Сергей оказался внутри этого мешка! Но, всё это лишь чуть коснулось сознания Марины, уже не было сил испугаться, либо удивиться. Отчего-то ей показалось даже более приятно сжимать в своих объятиях именно такое - надёжно пленённое непроницаемой резиной, всё ещё такое сильное, но уже совсем беспомощное перед её властью мужское тело. Прошло ещё несколько мгновений и сознание Марины окончательно растворилось в запредельном наслаждении. Затих и Сергей в плотно обтянувшей его и туго сжавшейся вокруг его тела резине. Он уже не чувствовал, как мешок, в котором он находится, начал жадно пульсировать, постепенно меняя свою форму и быстро растворяя внутри себя то, что ещё полчаса назад было крепким мужским телом....
   Утром, придя на работу, Марина сразу решительно подошла к Наташе, чтобы потребовать объяснений. Но вся её решимость испарилась, едва она заглянула подруге в глаза. Они всё сказали без слов. А когда та ещё незаметно для окружающих раздвинула ворот блузки и показала краешек обтянувшей её тело блестящей резины, стало понятно, что Наташа прошла через то же самое, что и Марина. Она всё рассказала в обеденный перерыв, ведь теперь они были в одинаковом положении, обе были пленницами этой странной резины, приросшей крепко-накрепко к их коже. И между ними теперь не было секретов. И ещё Наташа, наконец, рассказала правду о том, что случилось той ночью с ней и Георгием. А позже, примерно через месяц, рассказал обо всём Марине и сам Жора. И только тогда вся картина случившегося стала совершенно понятна ей.
   На следующее утро после проведённой с Наташей ночи Георгий привычно потянулся и открыл глаза. Он почему-то лежал на полу у кровати, а над ним сидела на краю постели, грустно глядя на него, Наташа, по-прежнему одетая в свой красивый резиновый купальник. У Георгия было странное ощущение. Он ощущал, что всё его тело туго сжимает нечто гладкое и холодное. Словно его всего туго обтянула ледяная упругая резина. Потом он понял, что с телом вообще что-то не так. Это было не его тело! Он с трудом встал и обнаружил, что его рост чуть выше коленей Наташи. С ужасом он бросился к зеркалу и сразу отшатнулся. На него из зеркала смотрела жёлтая резиновая зверушка мультяшного вида, с длинным скрученным в бухту хвостом, похожим на садовый шланг. Он в ещё большем ужасе бросился к Наташе, и понял, что не может говорить - нечем! Но подруга и так догадалась о его состоянии. Она ему тут же всё рассказала. Ещё раньше, тогда, после ночи у себя на даче, Наташа, проснувшись утром, не нашла резиновой зверюшки в комнате. Та исчезла бесследно, оставив после себя только смутное воспоминание о пережитом ночном кошмаре, странную тяжесть в животе и по-прежнему холодящий кожу своими тугими объятиями странный резиновый купальник на теле. И все Наташины попытки снять купальник оказались безуспешны, резина приклеилась к коже, а точнее - она срослась с ней. Когда Наташа попыталась надрезать краешек купальника, она ощутила острую боль, словно резала своё собственное тело. Более того, из пореза показалась кровь! Из резины текла её кровь!! Купальник стал живой частью её организма!!! Больше Наташа не пыталась снять купальник, который почему-то имел странное свойство не нагреваться от тела, всегда оставаясь холодным. В летнюю жару это оказалось даже удобно и приятно, но Наташа с беспокойством думала, каково ей станет холодной зимой? И ещё одно непонятное явление заметила Наташа - она ни с кем не могла говорить о случившемся с ней на даче. Сразу возникало чувство удушья, становилось плохо при одной мысли пойти к кому-нибудь с рассказом о резиновой зверушке. Наташа поспешила покинуть поселок, ведь теперь нельзя было раздеться, не вызвав естественных вопросов своей странной одеждой. А задохнуться и погибнуть от удушья, пытаясь рассказать о приключившемся с ней той ночью Наташе совсем не улыбалось. Тогда Наташа ещё не понимала, что именно с ней произошло. Только теперь всё встало на места. Наташа поняла, наконец, что с нею произошло ночью на даче. Зверушка никуда не ушла, всё это время она оставалась с ней, на ней, внутри нее! Зверушка частично захватила поверхность её тела, приняв вид купальника, потом забралась и внутрь Наташи, пока та была без сознания. Это она, будучи теперь уже частью Наташиного организма, не давала ей говорить о себе, вызывая удушье. Она ждала подходящего момента, используя тело Натальи, как приманку и укрытие для своей охоты на мужчин. И, постоянно вызывая у своей жертвы и пленницы сексуальное возбуждение своими резиновыми объятьями. Впрочем, возможно, последнее происходило невольно, просто так уж совпало, что у земных женщин это постоянное ощущение стянувшей тело гладкой резины неминуемо вызывало весьма приятные сексуальные ощущения. Но это совпадение было лишь на руку инопланетной жизни, завладевшей женским организмом. Да-да, именно инопланетной, это стало ясно Наташе очень скоро. Да и догадаться было нетрудно - замеченная в районе находки летающая тарелка, отсутствие чего-либо подобного на Земле прежде.... Зверушка не были хищником, она искала себе носителя для совместного существования, симбиоза и размножения. Симбиоз зверушек был возможен только с женщинами, но для размножения им были необходимы именно мужчины. Зверушки превращали их в новых представителей инопланетной жизни. Давали им новые, резиновые тела и новые способности. Но разум и самоидентификации новых инопланетян сохранялись, они ощущали себя прежними личностями - просто получившими новое тело. Эти разумные зверушки поодиночке многие тысячелетия путешествовали по вселенной, разыскивая подходящие для себя условия для основания новых своих колоний. Точнее, они тысячелетия лежали в анабиозе, пока поисковые корабли с помощью автоматики просеивали звёздные системы в поисках подходящей планеты, куда можно высадить своего пассажира. Ведь жизнь - такая редкость во вселенной! А зверушкам была нужна не любая, а именно белковая жизнь, и к тому же - разумная жизнь. Земные условия подошли зверушке, попавшей на нашу планету - идеально! Конечно, зверушкам на каждой новой планете приходилось мутировать, приспосабливаясь к местной жизни. Но они обладали весьма широкими возможностями изменяться и приспосабливаться. Труднее всего было самой первой зверушке, она долго в ходе объединения с Наташиным организмом приспосабливалась к их будущему совместному существованию. Её потомству было уже проще. Питательных веществ этим резиновым созданиям требовалось очень мало. Наташиной зверушке легко хватало того, чем делился без ущерба для себя с этим непрошенным сожителем Наташин организм. Более того - зверушка приспособилась питаться, прежде всего, отходами жизнедеятельности Наташиного организма, буквально высасывая из него все вредные вещества и шлаки. Это был выгодный обеим сторонам симбиоз двух существ - земного и инопланетного. Наташа чувствовала себя просто великолепно! Вот только постоянное сексуальное возбуждение из-за ощущения этой прохладной и гладкой "резины" на теле... но оно вскоре стало привычным и доставляло лишь дополнительное наслаждение. Да и тонус повышало! Что касается инопланетности, то после мутаций, произошедших со зверушкой в ходе объединения, она стала вполне земным организмом, хоть и не вполне обычным! Но вот теперь уже и Георгий, сохранив свой разум человека и самосознание своей личности, телесно полностью растворился внутри захватившей его "резиновой" оболочки, оказавшейся органом размножения этих инопланетных существ, он стал теперь новой зверушкой, притом, сразу готовой к охоте, и ощущающей непреодолимую потребность в ней. Нельзя было отказать подобному способу размножения в выгодности. Это ведь так удобно, сразу получать взрослое потомство с готовым жизненным опытом, приспособленное к местным условиям! Так что Наташина зверушка никуда от неё не ушла, она осталась на месте, частично, внутри организма, а частично снаружи, и девушка это теперь знала точно. Они теперь навсегда стали неразделимым единым существом. Существом, которому нужны всё новые мужчины! Нужны для того, чтобы сначала их поглотить, а потом сделать из них себе подобных. Наташа только сейчас постепенно начинала всё отчётливей читать мысли зверушки, ставшей частью её организма, её вторым "Я", смогла вести с ней мысленные беседы. И Наташа узнала от этого своего второго "Я" неожиданно много интересного! В первую очередь со смешанным чувством страха и радости узнала, что обратного пути у неё нет. Теперь до конца жизни она будет укрытием и приманкой зверушки, которая стала её неотъемлемой частью. Наташа могла продолжать жить обычной жизнью, но мужчины отныне для неё стали добычей, объектом бесследного поглощения, трансформации в новых резиновых охотников за людьми. Поскольку то, что испытала Наташа ночью, когда спала с Жорой, было настолько потрясающим, она не слишком огорчилась этой своей новой роли. За свою работу она получала от зверушки плату сполна, испытанное ночью наслаждение было недоступно обычной женщине. Оргазм подобной длительности и силы для обычного человека физически невозможен. А ведь зверушка её теперь ещё и лечила от любых земных болезней, да и стареть, судя по её обещаниям, Наташе теперь предстояло в пять или шесть раз медленней обычных людей. Она узнала, что как носительница инопланетного существа, она сможет жить примерно триста-четыреста земных лет! Наташе было жаль расставаться с Георгием, но он теперь был новой зверушкой, которой была нужна своя носительница! Зверушки не могли долго жить самостоятельно, Георгию теперь надо было искать собственное укрытие, свою приманку и сожительницу, ведь Наташа была уже навсегда занята! В некотором роде она теперь была ему чем-то вроде матери! Ему нужна была новая, свободная от зверушки женщина, чтобы соединиться с нею навеки. И он её нашел. Точнее, Наташа нашла для него, ведь это она его принесла и вручила ничего не подозревающей подруге! Теперь он стал частью организма Марины, и это тоже было навсегда! Но была ещё одна проблема! Ведь у Марины дома теперь лежала на постели новая жёлтая резиновая игрушка, в которой ни один человек не смог бы узнать её школьного приятеля Сергея. И девушкам надо было теперь тоже пристроить его к хорошей женщине, иначе питательные вещества, доставшиеся новой зверушке от переваренного человеческого тела, через пару месяцев истощатся и, если её не подпитывать искусственно, она умрёт. При этом погибнет не только резиновая зверушка, погибнет и Сергей, точнее, его личность, память, хранящиеся теперь в этом резиновом тельце.
  

5

  
   Сергей медленно приходил в себя.
   - Хорошо погуляли вчера! Что же это такое со мной Маринка сделала? - думал он, лежа на кровати. У него было такое чувство, что всё его тело стянуло холодной гладкой резиной. Нельзя сказать, что Сергею это было неприятно, просто ощущение казалось странным. Посмотреть было почему-то лень. Не открывая глаз, он попытался вспомнить вчерашний вечер. Он вспомнил, как они лежали с Мариной в постели, вспомнил странную резиновую одежду на ней.
   - На меня она такую же надела, что ли? - лениво подумал он. Потом он вспомнил ошеломляюще восхитительный оргазм, длящийся почти бесконечно. И ещё что-то.... Неумолимо сжимающуюся вокруг его тела гладкую резину. Подробности произошедшего вчера ускользали. Дальше вообще был провал памяти, только смутные воспоминания чего-то очень приятного и ужасного одновременно. Наконец Сергей открыл глаза и шевельнулся. Тело было какое-то чужое. Почему-то всё вокруг казалось большим, как в детстве. Он соскочил с кровати и тут обнаружил, что действительно стал маленьким, что стал не более полуметра ростом! Этого не могло быть, но было же! А в зеркале стоящего у кровати трюмо он увидел отражение странной резиновой зверушки с длинным шлангоподобным хвостом. Она растерянно ощупывала лапками своё резиновое тельце и мордочку. Не сразу до Сергея дошло, что это его отражение, что это он себя ощупывает, это его резиновое тело. Он с трудом забрался обратно на постель и лёг, прислушиваясь к своим чувствам. Постепенно ощущение человеческого тела начинало отходить куда-то на задний план. Наверное, так чувствует инвалид ампутированную ногу, только у Сергея, похоже, ампутировали всё тело. Он его ещё ощущал, а его уже не было! Странно, что это не казалось Сергею невосполнимой потерей! Наверное, так было потому, что это был уже не совсем он, потому что он уже не был человеком, и это влияло на его эмоции. Но ещё и потому, что Сергей по-прежнему осознавал себя как личность. Он стал вслушиваться в свое новое тело. Постепенно его ощущения стали меняться. Он всё ещё продолжал осязать туго сжимающую его несуществующее уже человеческое тело резину. Но параллельно начал ощущать эту резину как часть себя, как свою живую часть. После нескольких часов самоизучения и разнообразных опытов, Сергей многое узнал о своих возможностях, и они оказались немалыми. Но он узнал и то, что силы его ограничены во времени. Любые физические действия стремительно уменьшали толщину его резинового тельца, жившего лишь за счет энергетических запасов, доставшихся от ещё человеческого тела Сергея. Ни есть, ни пить он не мог, никаких органов для этого он у себя не обнаружил. Он чувствовал, что ему срочно нужна женщина, хотя не совсем понимал - зачем. И ещё почему-то знал, что Марина для него не годится. Зато Сергей обнаружил, что, затратив кое-какие усилия, может изменять на некоторое время форму своей резиновой оболочки. Практически он мог принять на некоторое время любую форму! Правда, это требовало расхода его ограниченных сил. Едва расслабившись, он обретал первоначальный вид зверушки с хвостом. Время шло, а Марина ещё не вернулась с работы. Можно было дожидаться её, но ведь Сергею нужна была другая женщина, он это отчетливо ощущал. До дверного замка было не достать, но под дверью на лестницу была узкая щель. Сплющив свое тело в тонкий блин, Сергей буквально вытек через неё из квартиры на лестничную площадку. Едва он принял обычную форму, снизу послышались легкие шаги. Он застыл неподвижно.
   - Это кто же такую игрушку выкинул? Какая хорошенькая! - поднимающаяся по лестнице белобрысая девушка подхватила Сергея на руки, - Раз тебя выставили на лестницу, значит, никому не нужен! Будешь моим! - объявила она, забирая то, что сочла игрушкой. Девушку звали Катя, она была студенткой и снимала квартиру этажом выше. Её группу сегодня отпустили с практики пораньше, чтобы все подготовились к отъезду. Завтра студенты ехали на месяц в деревню "на картошку" и у Кати были на эту поездку весьма серьезные планы. Главный из них состоял в намерении стать, наконец, женщиной. Все подруги только и трещали вокруг о сексе, и Катя ощущала себя со своей девственностью какой-то неполноценной. Наметила она уже и претендента на роль первого в её жизни мужчины, сокурсника Мишу. Он производил впечатление наиболее солидного парня из всей их группы, был по-мужски молчалив и серьёзен.
   Сергей чуял рядом теплое девичье тело и, его непроизвольно тянуло к нему прижаться и погреться. Он с трудом сдержался, чтобы, не шевелясь дождаться, когда Катя принесет его в свою квартиру. Здесь она на минуту оставила его на диване. Затем скинула футболку, джинсы и, оставшись в шелковых блестящих голубых трусиках и лифчике, понесла "игрушку" в ванну. Там она вымыла её и, вытерев, невольно прижала шелковистой гладкой резиной к телу. Сергей ощутил, что настал самый подходящий момент. Он действовал абсолютно инстинктивно, сам не в силах остановиться. Больше всего ему в ту секунду хотелось обнять девушку, прижаться к ней всей своей поверхностью. Он это и сделал, но уже по-своему, не так, как предшественники. Недавние опыты выработали у него некоторые навыки, он орудовал своеобразно. Резина зверушки вдруг сплющилась в руках у Кати и развернулась в большое резиновое полотнище. В следующую секунду это полотнище стремительно обвилось вокруг ничего не ожидавшей девушки, туго спеленав её с головы до пят. Закутанная в сжавшую её со всех сторон желтую резину, с прижатыми к телу руками и запеленатыми ногами, Катя, словно тяжелый мешок, беспомощно соскользнула по стене на пол. Своей поверхностью Сергей предусмотрительно зажал ей и рот, одновременно ощущая на себе её напрягшиеся, раскрытые, словно в поцелуе, губы. Никогда еще он не чувствовал такого единения с девушкой, такого полного контакта. Никогда так плотно её не обнимал, осязая девичье тело со всех сторон одновременно. Это было сказочное ощущение! Ну, да и не удивительно, ведь человеку подобное недоступно. Сергей почувствовал, как её одежда тоже стала частью его резинового тела, нежно обнимающего твердую девичью грудь, ласкающего крошечное влагалище. Он ощутил, как проникает в него, лаская Катю теперь уже и изнутри. Беспомощная девушка запоздало забилась в холодных гладких объятиях, полностью спелёнатая тугой резиной, затем постепенно её движения ослабели. Вслед за тем она задышала глубже и чаще. А ещё через некоторое время она вновь выгибалась и билась, скрипя ещё более тесно обтянувшей её тело резиной, но уже не от ужаса, а от нарастающего наслаждения. Наконец она содрогнулась в оргазме и, следом содрогнулся Сергей. Точнее, сладкая судорожная волна пробежала по лоснящейся поверхности жадно пульсирующей резины, по-прежнему плотно сжимающей Катю в своих скользких холодных объятиях. Их совместный оргазм всё длился и длился, но вместе с тем Сергей почувствовал, как его резиновое тело самопроизвольно, стремительно уменьшаясь от потраченных сил, плавно перетекает в столь сладостное, горячее и влажное отверстие влагалища. Несколько минут и только узенькие резиновые трусики и такой же лифчик обнимали снаружи юное тело, все ещё находящееся в сладком забытьи. Сергею стало теперь тепло и хорошо внутри Кати. Он почувствовал, как постепенно его тело в ней растворяется, а сознание медленно проникает в затуманенное сознание девушки. Он начинал, как собственные, чувствовать её ощущения, как своё ощущать её тело, медленно проникать в её мысли. Одновременно, его мысли и ощущения тоже становились ей всё более доступны. Чувство единения двух личностей было не с чем сравнить, такого человеку испытать не доводилось. Сергей оставался собой и был теперь ещё и Катей. А она, тоже оставаясь собою, стала ещё и Сергеем. Он смотрел вокруг уже её глазами, осязал её кожей, даже мог при желании немного управлять её телом. Часть его осталась снаружи, обнимая тело девушки под видом резиновых трусиков и лифчика, на самом деле став живой частью Катиного тела. А большая часть его растворилась, никак не проявляясь внешне. И сразу Сергей ощутил охотничий инстинкт. Или это Катя его ощутила? Теперь было трудно различить, да и нужно ли? Им с Катей нужны были теперь мужчины, чтобы делать из них своих детей, смешных резиновых зверушек. Сначала ему было самому непонятно, откуда он об этом узнал. Но по мере растворения его организма в Катином теле, он всё отчетливей чуял рядом присутствие себе подобных. Хотя Сергею казалось, что всё произошло быстро, на самом деле объединение заняло не один день. Лишь много дней спустя Сергей понял, что слышит мысленные голоса своих сородичей, пока немногочисленных, и тут понял, что все они объединены телепатической связью. Если возникал вопрос, на него вскоре приходил ответ. Это было похоже на тихий шепот. Можно было его не слушать, но всегда была уверенность, что рядом есть понимающие тебя, добрые и заботливые друзья. Похоже, что это был некий сверхразум, объединявший всех, кто стал пленниками резиновых существ. Этому не было аналога в человеческом понимании. Можно было это лишь почувствовать, став членом этого сообщества. Все личности были в нем по отдельности, но с единым опытом и памятью. Когда Катя очнулась от забытья, Сергей сначала притаился в ней и никак не проявлял себя. Лишь потом, на первых порах во сне, а уж после и во время бодрствования, он стал осторожно входить в её сознание. Не так-то просто поделить на двоих одно тело, да и смириться с этим непросто. Катя тоже пыталась снять с тела приросшую к нему резину, но это было пустой тратой сил. С тем же успехом она могла пытаться отрезать себе палец. Ей так и пришлось ехать в резиновых трусиках и лифчике на осеннюю практику в деревню.
   Поселили студентов в сельском клубе, а девушек в спортзале школы. Но хотя это было на разных краях деревни, студенты всё равно вечером незаметно перемешивались и преподаватели то и дело выставляли парней из жилища девушек, а порой и девушек от парней. И всё равно среди студентов закипела интенсивная половая жизнь. Да и как иначе? Закоулков кругом множество, а дело-то молодое! Да ещё и не холодно пока что было, осень выдалась сухой и по-летнему тёплой, любой стог - постель. Миша, студент из параллельного потока, давно уже неровно дышал на Катю, так что в деревне сразу начал активно обхаживать её. Она была совсем не против его ухаживаний, ведь это и раньше входило в её планы. Но она всё же оттягивала решительный момент. Останавливала всё та же, что и её предшественниц, причина. Она стеснялась своего резинового нижнего белья. И в конечном итоге управление на себя взял Сергей. Когда на третий вечер Миша уединился с Катей на сеновале, она не стала убегать. Не смогла, хотя и очень хотела. Ноги отказались её слушаться, подогнулись и, девушка упала в пахучее сено. Она ещё не знала тогда, что в этом ей "помог" Сергей, который гораздо лучше понимал, что именно им с Катей нужно. Миша воспринял падение подружки, как сигнал к решительной атаке на Катины прелести. То, что эти прелести оказались обтянуты гладкой голубой резиной, лишь сильней раззадорило парня. И никто не слышал, как в шорох сена и стоны любовников добавился скрип и похрустывание резиновой оболочки, жадно поглощавшей бьющегося в оргазме Михаила.
  
  

6

  
   Капитана Моисеева из местного РУВД, направили в служебную командировку - расследовать чрезвычайное происшествие. По слухам в пригородном хозяйстве при неясных обстоятельствах пропали несколько студентов, прибывших туда на практику. Признаков гибели или иного злого умысла не наблюдалось, но факт пропажи, притом исключительно парней, встревожил местные власти. Приехав, капитан собрал оставшихся студентов и преподавателей. Первое, что выяснил сразу Моисеев, это то, что исчезли и двое преподавателей-мужчин. Среди студентов, собравшихся в спортзале местной школы, капитан, неожиданно для себя, оказался единственным мужчиной. Его внимание сразу привлекла странная мода в этом женском коллективе. Многие девушки были в сексапильных, туго обтягивающих все их девичьи прелести, разноцветных резиновых нарядах. Это зрелище очень отвлекало от работы, капитан с трудом формулировал вопросы, постоянно натыкаясь взглядом на все эти обтянутые гладкой блестящей резиной округлости. Он чувствовал себя, словно в женской бане, потел и даже невольно краснел, чего не наблюдал за собой уже много лет. Постепенно, путем перекрестных вопросов, Моисеев смог всё же выяснить, что парни исчезали постепенно, сперва один, потом ещё двое, потом стали исчезать по нескольку в день, и за последнюю неделю пропали все. На всем протяжении беседы капитан физически ощущал проявляемый к нему девушками интерес и, отнюдь не платонический. Особенно строила ему глазки жгучая брюнетка в черном обтягивающем резиновом сарафанчике, сидевшая ближе всех. Моисеев чувствовал, что ещё немного такого общения, и его штаны начнут предательски оттопыриваться на причинном месте. Он поспешно свернул беседу и чуть ли не бегом покинул этот девичник. Заночевал капитан в правлении. Он долго ворочался на жёсткой лавке, вспоминая странный девичий коллектив, наряженный в эти странные, но такие сексапильные резиновые наряды. Ни одна версия к случившемуся не подходила. Похоже было, что в чем-то тут были замешаны именно девушки. И их странные резиновые наряды тоже имели к произошедшему какое-то отношение. Но, какое? Неожиданно капитан заметил возникшую из темноты фигуру. Она неслышно приблизилась и склонилась к нему. Тут же сработал годами выработанный рефлекс на опасность. Моисеев толкнул неизвестного в грудь, прыгнул и, уже через секунду человек уже лежал в наручниках перед ним на полу. Включив свет, капитан обнаружил, что заковал в наручники ту самую брюнетку в обтягивающем резиновом сарафанчике, что строила ему сегодня глазки. Пока она приходила в себя от неожиданности, лёжа на полу и растерянно шевеля скованными за спиной руками, капитан неслышно скользнул в соседнюю комнату и осторожно выглянул в открытое окно. Неподалеку в тени дерева он различил кучку тихо перешептывающихся студенток. Вроде бы ничто не грозило Моисееву, но он нутром чуял опасность. Тем не менее, и оружие применять повода вроде бы не имелось. Похоже, чтобы не разделить судьбу пропавших студентов, надо было срочно убегать. Быстро одевшись, капитан выскользнул через заднее крыльцо и огородами побежал к лесу. Лежавшая на полу со скованными за спиной руками девушка вдруг ловко изогнулась, и её скованные руки оказались у неё уже спереди. Она снова подёргала их и, убедившись, что стальные браслеты ей всё равно не снять, встала и тихо скользнула следом за капитаном. Он этого не заметил. Несколько раз ему вроде слышались чьи-то шаги позади, но, оглянувшись, он никого не замечал. Достигнув леса, Моисеев перешёл на шаг. Примерно сориентировавшись по звездам, он взял курс в направлении оживленного шоссе, проходящего в нескольких километрах. Конечно, скорее всего, попутку до райцентра там удастся поймать не раньше утра, ну да раньше туда по ночному лесу и не дойти! Пройдя по лесу около километра, капитан остановился перекурить на краю небольшой поляны. Неожиданно его внимание привлек отблеск лунного света на каком-то металлическом предмете. Капитан сделал несколько шагов к нему и пригляделся. Под деревом тихо стояла все та же черноволосая студентка в резиновом сарафанчике. Она выглядела беспомощной и совсем не опасной. Металл, блеск которого заметим капитан, был металлом его собственных наручников, по-прежнему надёжно сковывавших тонкие запястья девушки, тускло поблескивая в лунном свете. Девушка растерянно держала скованные руки перед собой, не зная, куда их девать.  []
   - Капитан, неужели вы боитесь меня? Что я могу вам сделать, тем более в наручниках? Вы можете меня обыскать, я безоружна! - послышался её нежный голосок, - Чего вы испугались? Вы мне просто понравились, вот я к вам и пришла, ведь у нас совсем не осталось парней!
   Девушка медленно подошла к капитану вплотную и заискивающе заглянула в его глаза. Он стоял, завороженный её видом. В лунном свете слабо поблескивал её лоснящийся резиновый наряд, она казалась в нём такой соблазнительной, что милиционер отчего-то ощутил холодную волну в животе. Студентка медленно подняла руки и неловко обняла Моисеева, закинув скованные запястья ему за шею и доверчиво прижавшись к нему худеньким телом. Её губы оказались совсем рядом, они призывно приоткрылись и уже через мгновение слились с его губами в страстном нежном поцелуе. У капитана закружилась голова, он не в силах был больше сдерживаться, забыв в этот миг, и о своей жене, и о пятилетнем сынишке. Жадно тиская и гладя тело девушки, обтянутое скользкой и отчего-то очень холодной резиной, он опустился с ней на усыпанную хвоёй землю. Ещё несколько секунд и он ощутил свою вздыбившуюся плоть, скользящую вглубь тёплой и влажной гавани.
   Утром в поселок вошла растерянная темноволосая девушка. Её руки по-прежнему сковывали стальные наручники, на плече она несла очередную резиновую "игрушку". Лида - так звали студентку, почти до утра проискала в лесу среди обрывков одежды капитана ключик от своих наручников, но так и не нашла его. Теперь, придя и кинув резиновую зверушку в углу спортзала, она пошла в правление. Не найдя ключа в лесу, она резонно полагала, что капитан оставил его там, где ночевал. Но и в правлении ключ не нашёлся. Видимо он всё же остался где-то в лесу. Между тем ходить по поселку с наручниками на запястьях Лиде не понравилось, они ей страшно мешали. Дело в том, что это были не обычные милицейские наручники с цепочкой, а импортная модель, с широкими овальными браслетами, соединёнными шарнирной перемычкой. Эти наручники только накануне Моисееву подарили коллеги из Англии, приезжавшие в управление с дружеским визитом. Благодаря своей ширине и массивности браслеты совсем не врезались в запястья пленницы и были благодаря этому, если можно так выразиться о подобном предмете - удобными. Но руками в этих наручниках Лида могла шевелить совсем чуть-чуть, и только держа их параллельно друг другу. Это причиняло большие неудобства и, едва Лида, забывшись, дёргала рукой, чтобы что-либо ею сделать, наручники напоминали о себе, увлекая вторую руку вслед за первой. Это было неудобно, но отчего-то Лиде было даже приятно ощущать эту несвободу. Но Лида стеснялась своих скованных рук, может быть как раз именно оттого, что её это непонятным образом эротически волновало. Каждый раз, опять осознав невозможность освободить руки из тяжёлых гладких браслетов, она ощущала у себя какой-то щекочущий холодок в животе. Подруги пытались помочь. Но сталь этих наручников оказалась очень крепкой, хотя девушки и пробовали её распилить. Полотно для ножовки по металлу, найденное в кузнице, лишь скользило по оковам, даже не царапая их. Поэтому Лиде пришлось после обеда снова отправляться в лес на поиски ключа. Это было теперь единственной возможностью обрести свободу от оков. Но на сей раз, она даже не сумела найти и того места, где разыгралась любовная бурная сцена. Она проискала до самой ночи, незаметно уходя всё дальше в лес....

Из официальных сообщений:

  
   "В ночь на ...цатое августа две тысячи .... года в районе посёлка N произошла катастрофа. Уклонившаяся во время учебного ночного пуска от заданной траектории, учебно-боевая ракета с зарядом напалма упала прямо на посёлок N. В результате произошедшего взрыва оказались уничтожены все строения вместе со всем населением поселка. Погибли также все члены студенческого отряда, проходившего в это время в посёлке N практику. Данные о погибших уточняются. Правительство страны выражает своё глубокое соболезнование друзьям и семьям погибших. Членам семей будет предоставлена материальная помощь...."

Из неофициальных сообщений, появившихся в "жёлтой прессе":

   "Некоторые недостоверные источники сообщают, что никакой катастрофы в районе посёлка N не было. Имел место факт вторжения на нашу планету некой агрессивной инопланетной формы жизни. Именно её и поспешили уничтожить напалмом власти, попутно стерев с лица земли посёлок со всем его населением...."
  
   Вадим затормозил фуру и выглянул из кабины. На обочине шоссе стояла худенькая симпатичная девушка. Она сразу ему понравилась. Вот только выглядела она странновато для проходящей по густому лесу вдали от населенных пунктов трассы. На ней почти совсем не было одежды, был надет лишь блестящий резиновый сарафан, плотно обтягивающий стройную фигурку. А её запястья были надёжно скованы широкими браслетами блестящих наручников. Девушка выглядела беспомощной и в то же время - очень сексуальной.
   - Наверно, дружки подшутили над девчонкой и бросили. Или от бандитов убежала.... Может, они за ней даже гонятся! - за свою шоферскую жизнь Вадим всякого навидался на трассе. Он уже давно ничему не удивлялся и привык вначале помогать человеку, а потом уже расспрашивать. А тут сразу было ясно, что, судя по всему, девушка попала в беду. Хотя Вадим сегодня ехал без напарника, так как нынешний рейс был короткий, он охотно подобрал девушку. Ведь она не внушала ни малейших опасений, да ещё и закована в наручники была.
   - Садись скорей, потом придумаем, как тебя освободить, а пока по пути расскажешь, что с тобой случилось! - Вадим быстро втянул девушку за скованные руки в кабину и усадил рядом. Взревев мотором, машина рванула с места и скоро уже мчалась по шоссе, все дальше уходя от места "случайного" падения ракеты.
  

7

   Наташа вдруг ощутила толчок, и остановилась, прислушиваясь. Она как раз вышла с работы и направлялась к троллейбусу.
   - Так и есть, что-то произошло! - поняла она. Где-то далеко, но не слишком, на её потомство обрушилось сейчас жгучее пламя. Она это сразу почувствовала, ведь всё сообщество "носителей" объединяла телепатическая связь. И Наташа фактически была первым "носителем", все остальные были в некотором роде её "детьми". Она была в настоящий момент самой опытной и сильной из своего "семейства".
   - Ну, вот, нас обнаружили! - осознала Наташа, - И сразу пытаются уничтожить?
   Ей самой было удивительно, что она воспринимает теперь себя инопланетянкой на родной Земле. И не простой, а самой старшей! Она остро ощущала ответственность за своё "потомство"! Но, кто же она была теперь? Некий гибрид между земной и инопланетной жизнью? Или землянкой, носящей на себе некого инопланетного резинового паразита?
   - Пожалуй, это всё же взаимополезный симбиоз! - решила она, - Ведь никто не погибает! Люди просто становятся другими. И ещё не факт, что это плохо! Ведь мы получаем долгую жизнь, крепкое здоровье, телепатию, наконец! Так почему нас так спешат, не разобравшись, уничтожить? Или это обычная реакция людей на всё непонятное? И вообще, что за идиоты? Они же по своим стреляют! Мы ведь не перестали быть теми, кем были до слияния. Просто объединились парами, как обычные люди, правда, теснее, гораздо теснее! Но разве это плохо? Напротив, это же хорошо! - Наташа теперь часто вела такие мысленные беседы с собой, точнее, со зверушкой, ставшей её частью.
   - Или всё же с собой? - задумалась на мгновенье она, - Трудно это понять, когда в твоём теле настолько перемешались две личности. Притом, что они не подавляют друг друга, нет! Каждая гармонично дополняют и обогащает вторую половину, всё более становясь единым целым. Как супруги, которые прожили вместе всю жизнь. Только здесь тело общее, а так, наверное, очень похоже!
   Наташа двинулась, наконец, в сторону троллейбусной остановки, продолжая размышлять на ходу.
   - Интересно, кто нас засёк и на каком этапе? - она включила на максимум телепатическую связь, выискивая в коллективной памяти слабое звено, приведшее к утечке информации....
  
   Даша совершенно не хотела ехать "на картошку". Она вообще была малообщительной девушкой. А тут шум, гам, парни, пристающие с недвусмысленными предложениями.... ко всем, кроме Даши! Нет, это было ей совсем неинтересно. Насчёт своей внешности Даша не питала особых иллюзий, видимо это про неё сочинили популярную несколько лет назад песенку:
   - Ну что ж ты страшная такая,
   ты такая страшная....
   Даша и правда, пыталась макияжем подправить своё корявенькое обезьянье личико, но оно от этого становилось только хуже! Увы! Тогда она решила, что мужчины не для неё и с головой погрузилась в учёбу. Именно поэтому поездка на картошку была для неё бездарной тратой времени, которое можно было израсходовать на приобретение дополнительных знаний. Но, увы, согласия Даши никто не спросил, пришлось ехать. А на четвёртый день практики Даша нашла вечером в своей постели милую резиновую "игрушку". Нетрудно понять, что ночью она проснулась, обвитая холодной резиной, с закупоренным ртом. Она ощутила, как в неё проникает эта пульсирующая гладкая резина, заполняя через влагалище её тело изнутри, и забилась в долгом оргазме. Обнаружив утром, что её розовая пижамка отчего-то стала резиновой и не снимается, Даша панически перепугалась. Она спешно натянула прямо поверх своего резинового наряда верхнюю одежду и незаметно сбежала. Её пижама, довольно свободного покроя, теперь жутко шуршала при малейшем движении, издавая весьма характерный резиновый скрип. Даша прокралась мимо спящих подруг, обливаясь потом от ужаса, что кто-нибудь проснётся и по звукам догадается о резине под одеждой.
   - А если спросят? Что сказать, как объяснить этот странный наряд из розовой резины? - думала она в ужасе. Даша на первой же электричке уехала в город. В вагоне она забилась в уголок и сидела, боясь шелохнуться, чтобы не выдать нечаянным резиновым скрипом и шуршанием свою постыдную тайну окружающим. В городе Даше пришлось пережить ещё много неприятных минут, прежде чем она оказалась дома. Ей казалось, что при ходьбе резина на её теле издаёт чудовищно громкие, и весьма характерные звуки, и все вокруг оглядываются с осуждением, догадываясь о Дашином резиновом наряде. Примчавшись домой, она заперлась у себя в комнате и, скинув одежду, снова попыталась снять с тела приросшую к нему резину. И когда Даша окончательно убедилась, что эта тонкая розовая резина - теперь живая часть собственного тела, которую нельзя даже разрезать, ужас окончательно затопил её сознание. Обезумевшая от страха, не слушая внутреннего голоса, она побежала в больницу. Там в приёмной дежурного врача она разделась и с ужасом стала тыкать в розовую резину на своём теле, невнятно мыча и выпучив от страха глаза. Поначалу докторша ничего не поняла.
   - Ну, мало ли кто как сейчас одевается? - подумала она, - Но с девушкой явно что-то не то, надо её осмотреть!
   И вот, когда она более внимательно обследовала Дашу, вот тут-то недоумевающая врач и обнаружила странные свойства этого резинового облачения.  [] И то, что резина срослась с телом, и то, что кровеносная и нервная система пациентки проросла в эту странную "резиновую одежду". Даша ничего не могла объяснить, её голосовые связки по-прежнему блокировались, но телом своим она пока ещё владела лучше, чем слившаяся с ней зверушка, той требовалось время, чтобы подчинить себе чужой организм. Впрочем, особых объяснений в этот момент перепугавшаяся врач и не стала требовать. Едва поняв, что перед ней нечто совершенно неизвестное, она заперла Дашу в стерильном боксе для больных опасными инфекциями и сообщила о происшествии своему руководству. Дальше информация пошла по инстанциям и быстро достигла высшего руководства. Всего через пару часов Дашу уже осматривали несколько седовласых профессоров, для безопасности одетых в герметичные прорезиненные скафандры биологической защиты, привезённые ими с собой. Учёные взяли на анализ кровь и кусочек странной "резины", покрывающей тело пациентки. Дашу оставили одну, все устремились в лабораторию. Одного взгляда в микроскоп оказалось довольно, чтобы все профессора пришли к единому мнению - перед ними нечто совершенно необычное, не имеющее аналогов на земле!
   - Ну что тут скажешь? - подвёл час спустя итог первых исследований Даши академик Фадеев, главный специалист города по опасным инфекциям, - Девушка явно чем-то инфицирована! Если считать, что она вообще всё ещё является человеком! И инфицирована она каким-то видом жизни, не имеющим аналогов на Земле. Вы сами, коллеги, видели в микроскоп, клетки явно человеческого типа у неё соседствуют с очень сложными клетками совсем неизвестного происхождения, похожими внешним видом на мозговые, но гораздо сложнее устроенными и насыщенными коллагеном странного вида. Именно этот коллаген и выглядит, словно каучук. Это совершенно особый коллаген, я такого не только никогда не встречал в природе, но и упоминаний о подобном не припомню. Совершенно ответственно заявляю, что и клеток с таким строением до сего дня на земле не обнаруживали, они не похожи ни на одни клетки, известные науке, у земных живых существ таких клеток просто не может быть. Это, в свою очередь, даёт мне право предположить внеземное происхождение наблюдаемого объекта! Как мы видели, эти таинственные клетки тончайшими "корешками" проросли во все человеческие клетки наблюдаемой пациентки, став с ними единым целым. То же самое мы наблюдаем и в резиноподобной субстанции, только там "чужих" клеток и коллагена намного больше, чем клеток, подобных человеческим. Отсюда я уже сейчас могу сделать вывод! Составляющая единую биологическую систему с этой своей странной резиновой одеждой девушка теперь только выглядит как человек, большинство клеток в её теле не имеют аналогов среди земных организмов. Перед нами уже не человек! Вопрос серьёзный и любое промедление чревато катастрофой всепланетного масштаба. На основании имеющихся в нашем распоряжении фактов я склонен уже сейчас утверждать, что мы столкнулись с некой агрессивной формой инопланетной жизни, питающейся человеческими организмами и мимикрирующей под поглощаемые экземпляры!
   Учёные заволновались, некоторые заспорили, но, в конечном итоге, все согласились с маститым учёным. Немедленно было решено оповестить службу МЧС, и её представители не замедлили появиться в медицинском центре. Даша, по-прежнему сидевшая запертой в стерильном боксе, уже сама понимала что совершила немыслимую глупость, помчавшись со своей проблемой в больницу, но остановить запущенную лавину событий она уже не могла. Следом за прибывшими представителями МЧС появились военные и люди в штатском с профессионально незапоминающимися лицами. Затем в бокс вошли несколько человек в скафандрах. Они бесцеремонно схватили Дашу и, несмотря на её громкие крики и отчаянное сопротивление, быстро и больно завернули её руки за спину. Даша ощутила, как её запястья туго сжали холодные стальные браслеты наручников. Она снова рванулась, но руки были уже надёжно скованы у неё за спиной. Затем люди в скафандрах другими, чуть большими по диаметру браслетами, сковали её лодыжки. Даша продолжала отчаянно биться, несмотря на то, что теперь она всё равно не смогла бы и шагу шагнуть. Ведь стальные браслеты на её руках и ногах, соединённые попарно жёсткими шарнирами, почти совсем не давали пошевельнуть руками и ногами. Увидев, что девушка продолжает биться, несмотря на строгие оковы, люди в глухих скафандрах положили её животом на пол, и ещё одними наручниками приковали руки к ногам. Теперь Даша лежала, выгнувшись дугой, и совсем не могла пошевелиться. Её погрузили в металлический контейнер, похожий на большой металлический гроб и герметично закрыли крышку. Наступила полная темнота. Откуда-то с лёгким шипением в контейнер поступал свежий воздух. Затем Даша ощутила, как контейнер с ней куда-то несут, потом куда-то грузят, вероятно в автомобиль. Её долго везли на машине, потом перегрузили. Вероятно, в вертолёт, судя по проникавшим в контейнер звукам. Куда отвёз Дашу вертолёт, неизвестно. Но, вероятней всего на какую-то секретную военную базу, и об этом она догадалась несколько позже. Когда Дашу вынули из контейнера, она догадалась, что находится в каком-то подземном бункере. По крайней мере, в кинофильмах они выглядели именно так. Похоже, судя по толщине стен, что этот бункер мог бы выдержать даже небольшой ядерный взрыв. А может, и большой! Но у Даши с собой не было атомной бомбы, чтобы это проверить! Она вообще ничего не могла. Её не стали полностью освобождать от наручников, только оцепили руки от ног, и руки сковали теперь спереди. Свободы это прибавило немного, учитывая, что надетая на Дашу строгая модель наручников почти не давала двигать руками. Да и ноги, мало того, что были скованы в лодыжках, так их теперь ещё и туго стянули широким ремнём в коленях. Пряжка ремня была с замком, его невозможно было снять теперь без специального ключа. Даша повертела головой. Она находилась в большой герметичной комнате. Посреди этой комнаты находилась привинченная к полу металлическая кровать. Точнее, ложе в виде жёсткого жёлоба из нержавейки. Больше мебели не было. Впрочем, со скованными и стянутыми ремнём ногами всё равно невозможно было ходить! Под высоким потолком вдоль всех стен находились узкие, как бойницы, окна с зеркальными стёклами. Из-за их зеркального блеска было невозможно понять, есть ли кто-то с другой стороны. Даша неловко села на краешек кровати, положила свои скованные руки на колени, и впервые спокойно задумалась.
   - Похоже, я сваляла большого дурака! - подумала она, нервно теребя на ноге розовую резину своей пижамки, - Никто не собирается здесь мне помогать, никто не пытается меня освободить от этой холодной гладкой резины, приросшей к телу. Ещё и руки вон сковали наручниками зачем-то.... А ноги? Ноги-то мне зачем так упаковали? Куда здесь бежать-то? Несомненно, они меня боятся! Вот только почему? Я страшная, возможно, но чтобы настолько? - Даше вдруг стало смешно от её мыслей, и она невольно хрюкнула. Её ужас сразу куда-то пропал, и к Даше вернулась её обычная рассудительность. Она крепко задумалась.
   Между тем среди руководства "органов" нарастали панические настроения. Что не мешало слаженно действовать механизмам этих "органов". Было быстро выяснено, откуда прибыл "объект" и туда была выслана группа для разведки. Разведчики не стали заходить в деревню, где размещались студенты, они расположились поодаль, в лесу, замаскировались и установили наблюдение. Их доклады начальство не обрадовали, в деревне на момент установления слежки осталась только женская часть населения, которая уже открыто расхаживала в своей "резиновой одежде". Доложили о случившемся президенту, оторвав его ради такого случая от важного государственного банкета. Тот даже слегка протрезвел, услышав, что речь идёт о применении ядерного оружия на собственной территории. Потом он категорически запретил наносить ядерный удар, приказав обойтись неядерными средствами.
   - Обалдели, понимаешь? У меня же Гельмут в гостях! Делайте, что хотите, но чтобы без международной шумихи! - и президент нетвёрдой походкой удалился допивать коньячок с высоким гостем. Между тем, пока на самом верху решали, что делать с вторгшейся на землю инопланетной живностью, наблюдение продолжалось. Разведчики видели, как приходил милиционер, как он сбежал, как вернулась закованная в наручники Лида с новой зверушкой. Правда, они просмотрели, что она снова ушла в лес. Но это было неудивительно, разведчики в тот момент как раз получили приказ о срочной эвакуации и сами спешно уходили подальше от деревни. Самолёт с напалмом был уже на подлёте к цели.
  
   Подошедший троллейбус раскрыл двери и Наташа, очнувшись от раздумий, шагнула внутрь.
   - Вот значит, как всё это было, - пробормотала она, - Теперь нас будут искать, люди из "органов" обязательно захотят убедиться, что ни одной "инопланетянки" не осталось на свободе. Ведь они не могут быть абсолютно уверены, что уничтожили нас всех! Надо срочно продумать меры безопасности и всех предупредить. Впрочем, раз я об этом подумала, значит это уже сделано! Хорошая вещь - телепатия. А ещё неплохо бы помочь этой глупышке Даше, она ведь не специально нас выдала, это, скорее, наша недоработка! Её сейчас начнут подробно изучать, а нам лучше, чтобы о нас знали поменьше! А лучше бы о нас вообще не знали, но тут уж ничего не сделать, что теперь-то об этом говорить!
  

8

  
   - Ну и что с тобой такое произошло? - Вадим первым решил прервать затянувшееся молчание. Он уже полчаса ехал молча, лишь искоса поглядывая иногда на свою попутчицу. Девушка тихо сидела, положив закованные в наручники руки на колени, и задумчиво смотрела на дорогу. Обтягивающий сарафанчик из чёрной резины на ней был совсем короткий и его подол заканчивался почти там же, где начинались стройные ножки попутчицы. Сквозь тонкую блестящую резину отчётливо проступали соски маленьких девичьих грудей. Вадим ощущал неудобство, когда смотрел на девушку, она в своей резине казалась даже более обнажённой, чем, если бы была совсем голой. Да ещё эти скованные наручниками руки... девушка была такая беззащитная! - Меня, кстати, Вадим зовут! - представился он, - А тебя как звать?
   - Лида! - прервала, наконец, своё молчание девушка.
   - Очень приятно! Я уж думал, ты немая! Так что с тобой случилось-то? Кто тебя в наручники заковал? И почему на тебе такая странная одежда?
   - А что, разве некрасиво? - Лида вдруг улыбнулась очаровательной смущённой улыбкой.
   - А что красивого-то в наручниках на твоих руках?
   - Да нет, я не про наручники! - Лида засмеялась над шуткой Вадима, - Я про одежду тебя спросила!
   - Гм. Ну, как тебе сказать? Красиво, конечно! Пожалуй, даже слишком красиво, можно сказать, немного вызывающе! - Вадим смущённо отвёл взгляд от туго обтянутого резиной тела, - От дороги, между прочим, отвлекает! - добавил он.
   - Ничем не могу помочь! - с деланным сочувствием вздохнула Лида, - У меня больше нет с собой ничего. Да и вообще, пока с меня наручники не снимем, я переодеться не смогу!
   - Да, насчёт наручников! Ты так и не сказала, почему они на тебя надеты? Да ещё необычные такие, как для особо опасных преступников. Может, ты и есть опасная преступница? - шутливо заметил Вадим, сам совершенно не веря в подобное предположение. Девушка была такая худенькая и безобидная на вид, что всерьёз её опасаться ему даже в голову не пришло.
   - Да, я страшная маньячка и людоед! - рассмеялась Лида, - Питаюсь исключительно шоферами-дальнобойщиками! Вот остановимся на ночёвку, и всё, съем тебя! Ам!!
   - Слушай, ну скажи ты серьёзно, кто тебя в наручники-то заковал? И зачем?
   - А-а, глупая история. Милиционер один заковал, по ошибке! Главное, он ещё и ключ потерял, вот что обидно-то! А теперь ещё и сам потерялся, так что ныне у меня вся надежда только на тебя!
   - Ну, давай остановимся тогда, я попробую распилить эти наручники, у меня есть ножовка по металлу! - Вадим начал притормаживать машину.
   - Без толку! - махнула Лида скованными руками, словно отгоняя муху, - Тут сталь специальная, особопрочная, да ещё калёная, наверное, только алмазным кругом можно разрезать, и то, очень долго пилить придётся!
   - Откуда ты знаешь? - Вадим недоверчиво повернул голову к собеседнице.
   - Да уж, знаю! Милиционер рассказал, да и пробовали мы пилить, наручники даже не поцарапались! Вон, сам смотри! - приподняла руки с коленей Лида, демонстрируя сияющую, без единой царапины, поверхность сжимающих запястья браслетов.
   - Ладно, приедем в город, я лучше в гараже тебе ключ к этим наручникам сделаю, это проще будет! И быстрее! Наручники-то прочные, а замок, я смотрю, тут не сложнее, чем у ящика почтового! За пять минут тебе ключик выточу!
   Вадим не хвастался. Когда вечером, уже в сумерках он остановил фуру возле своего дома, они с Лидой, никем не замеченные, проскользнули к стоящему в углу двора у забора железному гаражу.
   - Заходи, сейчас всё сделаем! - Вадим гостеприимно распахнул дверь крохотного гаража и зажёг свет. Внутри у входа стояла старенькая "копейка". Протиснувшись вдоль машины, спутники оказались у задней стены, где был небольшой верстачок и полки с инструментом. Пять, не пять, но минут через пятнадцать замок сдался, и Лидины руки обрели свободу.
   На, держи на память! - Вадим протянул ей открытые наручники. И ключ возьми, только смотри, чтоб больше не потерялся! - он прицепил ключ от наручников на тонкую цепочку и повесил Лиде на шею, - В гости зайдёшь? Весь день ведь не ела. Деликатесов не обещаю, но пельмени будут!
   Лида только сейчас ощутила зверский голод и охотно приняла предложение. В однокомнатной "хрущёвке", доставшейся Вадиму по наследству от его бабушки, нашлись не только пельмени. Стол получился достаточно разнообразным, хотя изысканным его было назвать трудно. Когда под обнаруженные в холодильнике маринованные огурчики Вадим предложил "по пятьдесят грамм", Лида не стала ломаться и первой лихо опрокинула в себя рюмку жгучей влаги. Горячие пельмешки под водочку пошли "на ура", да и сама водочка пошла неплохо. Так что ничего странного не было, когда Лида очень скоро, и как-то незаметно для себя, оказалась со своим спасителем в одной постели. Вадим был уже под хмельком и не придал значения тому, что ему не удалось снять с девушки её резиновое одеяние. Списав неудачу на своё пьяное состояние, он решил оставить всё как есть. Тем более что ему Лида в этой гладкой и скользкой резине понравилась гораздо сильнее, чем если бы девушка была обнажённой. Да и трусиков он на Лидочке не обнаружил. Едва жадно обняв обтянутое странно-холодной резиной тело, он ощутил сильное возбуждение и немедля овладел девушкой. Секс был превосходен и уже скоро Вадим достиг оргазма. Лида тоже забилась под ним в сладких судорогах. Но, едва ощутив, что теряет над собой контроль, Лида сделала невероятное усилие и прервала соитие. Ей отчего-то не хотелось превращать этого симпатичного парня в безликую резиновую зверушку. Тело, пленённое резиной, диктовало делать одно, а чувства - совсем другое. Лида внезапно поняла, что безумно влюблена в своего спасителя, и поглотить сейчас Вадима, заключив его в переваривающую тело резиновую оболочку, означало потерять его навсегда. Потерять в том виде, в котором она его только успела полюбить. С огромным усилием Лида оторвалась от своего возлюбленного. Усталый и слегка выпивший, Вадим ничего необычного в поведении девушки не заметил. После оргазма он расслабился и, нежно обняв её затянутое в гладкую резину тело, прижал к себе и задремал. Лида подождала, пока он заснёт покрепче и, тихо выскользнув из объятий, бесшумно соскочила с постели. Сил у Лиды для борьбы с той своей частью, которую олицетворял сросшийся с телом резиновый сарафанчик, почти не оставалось, и надо было срочно что-то сделать, чтобы эта её резиновая составляющая не пересилила в ней чувство любви и не заставила поглотить любимого, пока тот спит. Тут Лида заметила лежащие на столе наручники. Решение пришло в голову мгновенно. Ни минуты не колеблясь, она схватила их и, поспешно, пока не передумала, туго защёлкнула холодный браслет на своём запястье. Затем подошла к кровати, где спал Вадим, и села на пол за спинкой у его ног. Дальше всё было просто - Лида просунула руки сквозь металлические прутья спинки и решительно сковала их тяжёлыми наручниками вместе. В следующее мгновение её резиновая сущность одолела сопротивление и Лида отчаянно рванула руки, но было поздно, широкие стальные браслеты плотно сжимали оба её запястья, не оставляя ни малейшего шанса на освобождение. Отчаянно дёргая скованными руками, Лида беспомощно и тихо захныкала от бессилия. Понимая уже, что все усилия бесполезны, она всё равно продолжала свои безуспешные попытки вырваться из оков. Лишь спустя полчаса Лида прекратила свою заведомо бесполезную борьбу со сковавшей её руки сталью. Теперь она твёрдо знала, что при всём своём желании не сможет попасть в кровать, и ей осталось лишь с вожделением смотреть на своего спящего возлюбленного сквозь решётчатую спинку. Ключик от наручников остался лежать далеко на столе. Всё было кончено, Вадим был в безопасности. Свернувшись клубочком, Лида устало опустила голову на вытянутые вперёд скованные руки и скоро задремала. Утром проснувшийся Вадим обнаружил свою возлюбленную спящей всё в той же позе. Другая в её положении была просто невозможна. Он бережно освободил Лидины руки из оков и перенёс её на кровать. Проснувшейся девушке пришлось снова начать тяжёлую и неравную борьбу со своей резиновой оболочкой, ведь Вадим лежал теперь рядом, обнажённый и такой желанный! И снова такой доступный!! Лиде страшно хотелось его обнять, а затем охватить со всех сторон жадно пульсирующей резиной и слиться с ним воедино.
   - Нет! Я не хочу так!! Он ведь тогда исчезнет, а я люблю его, люблю именно таким, какой он сейчас! Зачем мне резиновая зверушка, такая же, как все другие? - Лида отчаянно сопротивлялась своим желаниям. На вопрос Вадима, зачем она приковала себя в такой позе к кровати, она ответить не смогла. Едва она пыталась рассказать об опасности, грозившей ему, её дыхание прерывалось и из горла раздавалось только шипение.
   -Так было надо! Просто поверь и не спрашивай больше! - вот и всё, что смогла прошептать несчастная девушка. Больше ей ничего сказать не удалось. Заглянув в её глаза, несчастные и влюблённые, Вадим прекратил свои расспросы. Он крепко обнял Лиду и стал её страстно целовать. И через минуту возлюбленные уже слились в новом соитии. И снова Лида чудовищным усилием воли оторвалась от своего любимого во время тягучего оргазма, когда трепещущая резиновая оболочка уже готова была приступить к поглощению ничего не замечающего вокруг себя Вадима. А когда он, уже блаженно расслабившийся после новой разрядки, попытался нежно обнять Лиду, та последним усилием спихнула возлюбленного с кровати на пол. Затем схватила лежавшие на полу рядом с кроватью наручники. Их там к счастью оставил лежать Вадим, когда снял с Лиды. Она вынула из них и отбросила подальше от себя ключ, а сами наручники поспешно защёлкнула на своих запястьях, предварительно просунув руки сквозь решётчатую спинку. Теперь ей было невозможно встать с кровати.
   - Умоляю, не подходи! Уйди!! - крикнула она удивлённому Вадиму. И, скрежеща наручниками, забилась бессильно на постели, пытаясь освободиться из своего добровольного плена. Вид бессильно бьющейся в оковах девушки, её беспомощно выгибающееся тело, затянутое в лоснящуюся чёрную резину, были такими возбуждающими! Вадим с огромным трудом сдержал себя. Он чудом не бросился обратно в постель, и, вняв мольбам возлюбленной, поспешно выскочил из комнаты. И этим он спас себя от неизбежного поглощения, ведь Лида не смогла бы уже сдержаться, приди он к ней сейчас в постель. Не помогли бы и надетые на ней наручники. Лишь спустя полчаса Лида успокоилась. Она позвала Вадима и позволила себя освободить. Они позавтракали, избегая говорить о случившемся. За завтраком Вадим сообщил, что вечером снова уезжает в рейс.
   - Вот ключи от квартиры, хозяйничай тут пока. Только не приковывай себя больше к кровати, а то освободить некому будет! Я ведь теперь только через неделю вернусь!
   - Не бойся! Без тебя не буду приковываться! - успокоила Вадима Лида. Она хотела добавить, что делала это для его же безопасности, но её резиновый "сожитель" не дал ей больше издать ни звука. Лида лишь судорожно вздохнула и махнула успокаивающе рукой.
   - Надо бы тебе переодеться, жарко ведь, небось, в резине-то всё время ходить? Второй день ведь этот резиновый сарафанчик носишь, не снимая ни на минуту!- перевёл разговор на другую тему Вадим, - Эта резина к тебе уже, наверное, приросла за это время! - продолжил он, даже не подозревая, насколько его слова близки к истине. Лида снова вздохнула и не в силах издать ни звука, лишь отрицательно помотала головой - мол, не сниму.
   - Нет, ну если тебе это так нравится, пожалуйста, дома ходи в резине хоть всё время! - Вадим тоже вздохнул, - Я не против. Красиво и что-то в этом определённо есть возбуждающее. Но, ты пойми, мне-то ты и так очень нравишься, а уж в этом своём резиновом сарафанчике - особенно сильно, только ведь не будешь же ты в нём ходить на улицу? Ведь надо же тебе будет выходить хотя бы в магазин? Согласись, ты одета не совсем обычно для похода за продуктами. Да и холодно уже на улице для подобного наряда становится, осень ведь! Давай, схожу в магазин, куплю тебе что-нибудь из нормальной одежды, пока у меня до рейса время есть! - он вопросительно посмотрел на Лиду. Та лишь развела руками.
   - Вообще-то я могу сверху надеть что-нибудь! - к Лиде вдруг вернулся дар речи - Запиши мои размеры.
   - В каком смысле сверху? Ты имеешь в виду, надеть что-нибудь прямо поверх этой твоей резины? Ты что, вообще не хочешь снимать с себя этот резиновый сарафанчик? Или не можешь?! - до Вадима что-то начало доходить. Лида смогла только кивнуть головой, подтверждая его предположение. Она снова онемела и больше на вопросы не отвечала. Но Вадим и сам догадался подойти к ней и попробовать отковырнуть краешек сарафанчика, чтобы просунуть свой палец между Лидиной кожей и плотно обтягивающей её резиной. И сразу убедился, что резиновый сарафанчик крепко-накрепко прирос, или, по меньшей мере, очень прочно приклеен к Лидиному телу. Однако, кроме того факта, что полюбившаяся ему девушка по какой-то, неясной причине, обречена постоянно носить на себе, не снимая ни на минуту, свой сверкающий резиновый наряд, Вадим ничего больше не выяснил. На все расспросы Лида лишь вздыхала и разводила руками, давая понять, что не может говорить на эту тему. Время, между тем, поджимало, и Вадим, тщательно измерив Лиду портновским метром, помчался в магазин, решив отложить выяснение подробностей, касающихся Лидиного наряда, на другое время. Вернувшись, он молча вывалил на кровать гору свёртков и пакетов, горячо поцеловал Лиду на прощание и умчался в очередной рейс. Лида осталась одна. Она смахнула покупки на пол, легла на кровать и погрузилась в задумчивость. Она понимала, что влюблена в Вадима, и разрывалась теперь между своими желаниями. Она горячо хотела дождаться любимого из рейса, в то же время понимая, что для его безопасности лучше бы было, если бы она сейчас же скрылась и никогда более не приближалась к этому дому. Лиде снова уже хотелось заняться с Вадимом сексом, но разум подсказывал ей, что это может для него стать последним сексом в его нынешнем облике. А именно его облик больше всего и привлекал Лиду! Так ничего и не решив, она незаметно уснула на кровати.
  
  

9

  
   С шипением отворилась герметичная дверь бункера. Даша вздрогнула, просыпаясь, и рванулась, сразу ощутив свои скованные сталью руки, стянутые вместе ноги, и обтянутое холодной резиной тело. Она, после пары неудачных попыток, всё же неуклюже села на неудобном железном ложе. В этом большом гулком помещении при малейшем движении особенно вызывающе и громко шуршала покрывающая её тело скрипучая резина. Даша сидела, в ужасе оглядываясь вокруг и не зная, куда ей деть свои руки в этих ужасно неудобных, тяжёлых наручниках. Похоже, её собирались всерьёз исследовать. Да и боялись её тоже всерьёз! Приближающиеся к ней фигуры в чёрных резиновых скафандрах волокли с собой тележки с какими-то приборами. А на одной тележке лежали весьма устрашающего вида инструменты. Даша была не сильна в медицине, но, судя по лежащим на столике железкам, учёные собирались распилить её на составные части с целью тщательного изучения. Дашу такое развитие событий совсем не устраивало, и она рванулась со своей лежанки. Но бежать со скованными наручниками в лодыжках и стянутыми в коленях ремнём ногами было абсолютно невозможно, скованные руки тоже давали мало возможностей сопротивления, так что её сразу подхватили и водрузили обратно на ложе, больше напоминающее разделочный стол на кухне. Даша беспомощно забилась, удерживаемая десятком рук в толстых чёрных резиновых перчатках с сосиськообразными пальцами. Из-под ложа извлекли спрятанные там широкие кожаные ремни, наподобие того, что стягивал Дашины ноги в коленях. Этими ремнями пленницу накрепко притянули к ложу, так что она теперь могла лишь слабо извиваться. Тогда она мысленно взмолилась о помощи и неожиданно услышала ответ. Помощь пришла. Никто сначала не понял, что же произошло. Тело Даши вдруг начало скукоживаться, словно она не человек, а резиновый шарик, из которого быстро выходит воздух. Люди в скафандрах из последних сил пытались удержать тающую в руках плоть, но она через мгновение совсем исчезла. Только брякнули металлом, упав на ложе, две пары пустых наручников. Стальные браслеты были по-прежнему надёжно закрыты, все ремни были надёжно затянуты, но в них никого не было! Люди растерянно закрутились, оглядываясь. Факт был налицо - инопланетное существо, которое считалось надёжно пленённым, исчезло из герметичного бункера, несмотря на окружающие сталь и бетон, несмотря на надетые на него путы и оковы! Исчезло у всех на глазах. Такого не смог бы проделать даже знаменитый Гарри Гудинни! После многочасовой проверки неудавшихся исследователей выпустили из бункера. Они сняли свои скафандры, не заметив, что те стали чуть тяжелее и толще, и оставили их в раздевалке. На всякий случай исследователей решили поместить на несколько дней в карантин, опасаясь инопланетной заразы. Но искали не там. Именно скафандры обследовать сразу и не догадались, ведь внешне они совершенно не изменились. Однако уже на следующий день выяснилось, куда пропала пленница. Дело в том, что во всех помещениях стояли камеры слежения, информация с них записывалась непрерывно и по утрам просматривалась дежурным офицером безопасности. Вот он-то и заметил на одной из записей какое-то необычное движение в раздевалке, где остались скафандры. Когда плёнку просмотрели дальше и внимательней, обнаружили, что ночью в какой-то момент со скафандров вдруг что-то стало стекать. Что-то, похожее на жидкую чёрную резину. Словно верхний слой скафандров начал плавиться и стекать на кафельный пол, образуя небольшие чёрные, маслянисто блестящие лужицы. Лужицы весело катались по полу, постепенно сливаясь вместе. А затем из образовавшегося чёрного озерца в какой-то момент вдруг поднялась тонкая девичья фигура, чёрная и блестящая, словно вся полностью отлитая из упругой резины. Она грациозно, словно кошка, скользнула к наружной двери, быстро проверила запор и, убедившись, что через эту дверь не пройти, прошмыгнула в душевую. Там странная резиновая фигура снова растеклась в чёрную маслянистую лужу и весёлым ручейком утекла в сток для воды.
   - Ну, вот она и попалась! - обрадовались охранники, просматривавшие запись, - Сток идёт в закрытую пластиковую ёмкость, из которой собирающаяся там дезинфицирующая жидкость раз в месяц вывозится на специальный полигон для обеззараживания! - охранники, на ходу проверяя оружие, гурьбой побежали наверх, туда, где находилась накопительная ёмкость.
   Однако на поверхности всех ожидало большое разочарование. Ёмкость могла удержать жидкость, но не рвущуюся на свободу девушку, обладающую неведомыми способностями. Крышка ёмкости оказалась сорванной, будто внутри рванула граната. И, судя по следам, пленница, выйдя на поверхность, снова потекла ручейком, и протекла по всей территории военной базы, под которой находился бункер. И успешно покинула строго охраняемый военный объект, никем не замеченная. Ну, да и не удивительно! Ну, кто в дождь, ночью в темноте, заметит на земле слегка поблескивающий резиновый ручеёк угольно-чёрного цвета? Никто и не заметил!
   Но наши военные не были бы военными, если бы легко сдавались. Хоть и запоздало, но была поднята тревога и организована погоня. Командование базы логично рассудило, что в пустынной степи, при отсутствии вокруг на многие десятки вёрст даже намёка на человеческое жильё, есть шанс обнаружить беглянку. Дорога к базе здесь была вообще одна единственная, по ней и рванулась погоня на автомашинах и БМП. А прочёсывать местность сверху вылетели вертолётчики с ближайшего аэродрома. Приказ был суровый - задержать беглянку, а при невозможности задержания и отказе подчиниться, уничтожить на месте из огнемётов. План был вполне реален, но Даша тоже сообразила, что за ней будет погоня. Она ещё ночью обнаружила, что произошедшая с ней в бункере и вызволившая её из плена трансформация необратима - Даша теперь довольно легко при желании переходила в жидкое состояние, а затем снова обретала человеческую фигуру.  [] Но в любом виде её тело сохраняло чёрную сверкающую поверхность без единого просвета, и при всём желании она больше не могла принять свой прежний человеческий вид. Похоже было, что всю оставшуюся жизнь Даше предстояло проходить в виде большой чёрной резиновой куклы, не имеющей волос, глаз и ушей, и при опасности сразу растекающейся в чёрную резиновую лужицу. Нечего было и мечтать остаться в таком виде незамеченной и затеряться среди других людей. Впрочем, до людей ещё надо было дойти. Зато от погони Даше удалось скрываться весьма легко. Ночью в темноте её чёрную фигуру было всё равно совершенно не видно, а едва рассвело, Даша нашла глубокую узкую норку, вырытую каким-то степным зверьком, и весёлым ручейком ушла под землю. Там, глубоко под землёй, она и провела весь день, и даже ухитрилась отлично выспаться, сохраняя при этом своё жидкое состояние. И напрасно военные с земли и воздуха целый день осматривали дорогу и прочёсывали окружающие степные просторы, они не обнаружили ни малейших следов беглянки. Ночью Даша покинула своё подземное убежище и двинулась дальше. Ей показалось странным, что она не ощущает голода, хотя ещё перед тем, как скрыться на день в норе, она явственно хотела есть. Она проанализировала свои ощущения и вдруг вспомнила, что когда занимала нору, ощутила под собою некое движение, быстро стихшее. Вероятно, нора не была пустой, и когда этим утром Даша в неё внезапно проникла, там уже был хозяин, вероятно, крупный сурок. Но когда она покинула нору, там уже никого не было, это было точно! Постепенно Даша стала понимать, что она в жидком состоянии становится в чём-то подобной простейшим земным существам. И может питаться любой органикой, просто обволакивая собою потенциальную пищу. Именно так Даша и поступила, даже не заметив этого - бедный сурок был ею просто удушен и переварен, и она этого даже не поняла поначалу, всё произошло инстинктивно, на уровне условного рефлекса. Вероятно, это пробудились древние инстинкты зверушки, возможно, именно так её предки когда-то давно охотились за своей добычей на далёкой родине этих существ. Странно, но Даша не ощутила никакой брезгливости. Вообще не ощутила никакого неудобства от подобного образа питания, напротив, даже обрадовалась, поскольку отныне вопрос с пищей решался очень просто. Ещё несколько ночей Даша выбиралась из пустынной степи, двигаясь к цивилизации, теперь уже намеренно под утро обследуя все попадающиеся ей норы в поисках пропитания. Днём она теперь спокойно спала, переваривая очередную свою добычу. Спокойная жизнь закончилась, когда в одну из ночей Даша завидела огни небольшого станционного посёлка. Теперь надо было придумать, как проникнуть на поезд, идущий домой. А потом ещё как-то скрываться в этом поезде, и не только от проводников, но и от пассажиров - ведь нынешний облик Даши неизбежно бы их изумил, а внимание к себе привлекать не хотелось. Не нужно было быть "семи пядей во лбу", чтобы понимать - беглянку продолжают искать и поезда находятся под пристальным контролем "органов". Проникнуть в город ночью оказалось не слишком сложно, освещение было слабым, да и закоулков хватало. Сложнее было попасть на ярко освещённый вокзал. Возле него постоянно курсировали милицейские патрули, и наверняка велось ещё и скрытое наблюдение. Но Даше повезло, внезапно полил холодный осенний дождь, и вокруг вокзала моментально образовались огромные лужи. Вот по дну этих "водоёмов", скрываясь под их поверхностью, и "протекла" незаметно на вокзал Даша. А возле платформы ей повезло ещё раз, какой-то бородатый дядька с удочками как раз выволок огромный рюкзак с привязанной к нему свёрнутой надувной лодкой. Даша мгновенно вспомнила свой фокус со скафандрами. Пока пассажир ходил в здание за остальными своими вещами, его резиновая лодка стала значительно тяжелее. Впрочем, рыбак этому значения не придал. Мужик он был здоровый и только озадаченно крякнул, поднимая свой потяжелевший багаж. Очевидно, он решил, что его ноша стала тяжелее оттого, что намокла. Путешествие получилось не слишком комфортабельным, к тому же за двое суток, пока оно длилось, Даша порядком проголодалась. Наконец - родной город, краткая поездка на такси, и вот уже лодка лежит в тёмной кладовке на антресоли. Даша беззвучно "стекла" на пол и приняла "человеческий" облик. Через неплотно прикрытую дверь доносились голоса и звяканье посуды. Вкусно запахло едой. Есть от этого захотелось ещё нестерпимей. Но Даше пришлось затаиться и ждать, пока все улягутся спать. Лишь когда погас свет, и всё стихло, она тихо выбралась из кладовки и чёрной тенью выскользнула из квартиры. На улице её уже ждала Наташа. Они поспешно сели вместе в стоящую у парадного машину. За рулём машины сидела незнакомая Даше девушка в блестящем резиновом плаще. Машина рванула с места и помчалась в неизвестность. Даша доверчиво склонила свою голову на плечо к Наташе и задремала. Она наконец-то ощутила себя в безопасности, теперь она была не одна.
  10.
  
  Девушку в плаще звали Соней. И с Наташей она встретилась буквально за час до того, как они вместе приехали встречать Дашу. А ещё всего только месяц назад Соня была внешне ничем не примечательной сотрудницей лаборатории большого, но бедного института. Несомненно, она была очень хорошим специалистом в своей области. Только вот лаборатория, где трудилась Соня, была не слишком престижной в плане зарплаты её сотрудников. Из бюджета на работу лаборатории и на оклады работников выделялись в последние годы сущие крохи. Но поскольку Соня с детства была увлечена темой поисков инопланетной жизни, а её идеалом была Дана Скалли из "Секретных материалов", это не имело для неё решающего значения. Несмотря на смехотворную зарплату, она пошла после института, который закончила с "красным" дипломом, именно в эту полунищую лабораторию космобиологии и теперь повсюду гордо именовала себя космобиологом. Правда, до последнего времени работа её постоянно разочаровывала - в изучаемых лабораторией образцах метеоритов и лунного грунта никак не удавалось обнаружить надёжных признаков инопланетной жизни. Даже в виде микробов или хотя бы аминокислот. Что уж тут говорить о "зелёных человечках", которыми с детства бредила Соня.... Никаких подтверждённых наукой данных о посещении Земли внеземными цивилизациями не оказалось. И даже само существование жизни где-то, помимо Земли, оставалось под большим вопросом. Всё оказалось плодом фантазии и домыслами на основании непроверенных фактов. Но Соня всё ещё не теряла надежду.
  И вдруг, совсем недавно - эта секретная командировка! В лаборатории внезапно в сопровождении военных появился директор по режиму - никто даже и не знал, что в институте имеется такой. Он взял с Сони и ещё нескольких сотрудников лаборатории подписку о неразглашении секретных данных, после чего они от одного из прибывших военных с изумлением узнали, что несколько дней назад имело место вторжение на землю инопланетной формы жизни. И хотя военным пришлось эту инопланетную форму жизни из-за её крайней агрессивности уничтожить, теперь они собираются выслать совместную экспедицию для изучения её возможных останков. И Соню, как и ряд других гражданских специалистов, включили в состав этой экспедиции. О том, что именно собой представляла эта самая внеземная форма жизни и как она выглядела, гражданских сотрудников экспедиции, тем не менее, не проинформировали, велев им просто искать на месте всё необычное. Возможно, военные и сами толком не знали, что именно нужно было искать. Но на первое время приказано было соблюдать крайнюю осторожность.
  Местность Соню разочаровала - оцепленная колючей проволокой, тщательно охраняемая военными, выжженная, местами оплавленная земля, с чудом сохранившимися обугленными пнями ближе к краям охраняемой зоны. Изучать, собственно, кроме золы и углей было особо нечего. Напрасно участники экспедиции в тяжёлых резиновых скафандрах прочёсывали день за днём выжженную местность. Кроме углей и золы попадались лишь прокалённые и искорёженные жуткой температурой до неузнаваемости куски металла - в них, хотя с трудом, но угадывались останки какой-то вполне земной сельхозтехники. Угли и зола тоже были вполне обычными - древесными. Вероятно, военным в первую очередь именно подтверждение о полном уничтожении всякой жизни в этом районе и было нужно от экспедиции. Что ж, они это подтверждение скоро получили. Оцепление вокруг зоны вскоре после этого убрали, а душные и тяжёлые скафандры участникам экспедиции разрешили снять. Впрочем, военные и большая часть космобиологов вообще вскоре уехали изучать собранные образцы золы в лабораторных условиях - подальше от неустроенной жизни в палатках. Только двое, самые упрямые - Соня и её научный руководитель Сергей Петрович, пожилой уже дяденька с вечным насморком, остались ещё на недельку. Было уже довольно холодно, особенно по ночам. В распоряжении энтузиастов оставили большую армейскую палатку с печкой, но Сергей Петрович, узнав, что совсем близко, за небольшим леском, проходит оживлённое шоссе, предпочёл по вечерам уезжать на попутках в райцентр, где у него жили, как оказалось, дальние родственники, приютившие его. Появлялся он только в середине дня и в основном перепроверял собранные Соней образцы.
   Так что Соне после отъезда основной группы приходилось ночевать одной, что её, впрочем, нисколько не волновало. Палатку перенесли внутрь огороженной территории, туда, где было не совсем ещё выжженное место и даже местами сохранились обгоревшие пни. Бояться Соне было там некого, поскольку местность была совершенно пустынной. О том, что оцепление снято, никто ещё не знал, да и что делать людям в этих местах поздней осенью? Грибы и ягоды уже отошли, да и какие грибы на выжженном пожарище? К тому же территория огорожена в два ряда колючей проволокой с табличками "Яды", "Осторожно, радиация" и "Не заходить. Стреляют без предупреждения!". Да только кому было заходить, когда все погибли?
  Впрочем, ещё через неделю и Соня с Сергеем Петровичем потеряли всякую надежду на обнаружении хоть каких-то следов от чего-нибудь инопланетного. Стало ясно, что если тут и побывало нечто инопланетное, оно испарилось от страшного жара совершенно бесследно. В субботу последние члены экспедиции решили тоже заканчивать бесполезные раскопки и возвращаться в город. В пятницу Сергей Петрович уехал ночевать к своим родственникам в райцентр, откуда утром должен был на поезде ехать домой. Соня заночевала в последний раз в армейской палатке, утром собираясь присоединиться к нему на вокзале, либо выехать следом. Палатку военные ещё раньше пообещали забрать сами, когда в ней отпадёт надобность.
  А ночью внезапно пошёл дождь. Да такой сильный! Он лил и лил, как из ведра, совсем не по-осеннему. Соня проснулась от стука первых капель по натянутому брезенту и долго лежала, слушая, как этот стук становится всё чаще, постепенно переходя в мерный гул. Под этот гул она снова заснула и проспала уже до утра. Надо заметить, что с погодой экспедиции до этого везло, за всё время её работы дождей не было совсем, хотя это тоже создавало некоторый дискомфорт - при малейшем ветерке поднимались тучи пепла, и только благодаря скафандрам люди не дышали этой гарью. Когда разрешили снять скафандры, пришлось надевать респираторы. Но, возможно, хлюпать при дождливой погоде по чёрной горелой жиже было бы ещё хуже.
  Рассвело поздно. Дождь продолжал идти, хотя уже и не такой сильный, как ночью. Соня надела тонкий плащик, взяла зонтик и вышла из палатки. Именно в этот момент дождь внезапно прекратился, словно где-то наверху вдруг завернули кран и, вокруг сразу посветлело. Вокруг палатки стояли огромные маслянисто-чёрные лужи. Воздух был влажный и тёплый, а гарью пахло ещё сильнее, чем прежде. Внезапно Сонино внимание привлекло какое-то цветное пятно, отчётливо выделяющееся среди окружающей чёрной гари. Она могла поклясться, что ещё вчера его там не было. Что-то жёлтое отчётливо выделялось среди черноты возле одного из обгорелых пней.
  - Опята? Не похоже... - Соня решительно направилась к цветовой аномалии, чтоб рассмотреть её лучше. Подойдя близко, она изумлённо остановилась. В ложбине на поверхности огромной лужи плавал желтый двухметровый блин овальной формы из чего-то, больше всего похожего на резину. Похоже было, что толщина "блина" составляла около одного миллиметра.
  - Вероятно, под воздействием дождя из-под пня ночью вытекла какая-то жидкость и, разлившись по поверхности воды, застыла во что-то резиноподобное... или это просто упал лопнувший шар-зонд? - Соня присела на корточки и осторожно коснулась, сначала зонтиком, а затем и пальчиком глянцевой поверхности "резины". Ничего не произошло, "резина" лишь слегка всколыхнулась от прикосновения. Поверхность оказалась гладкой и чуть упругой, словно это была действительно самая обычная резина. Надо было что-то решать.
  - Наверное, это всё же лопнувшая оболочка резинового шара, ведь самое простое объяснение часто и самое верное - решила Соня, - но всё равно изучить это "нечто" надо. Хотя бы для того, чтобы убедиться в его вполне земном происхождении...
  Уже смелее Соня провела ладошкой по шелковистой холодной и мокрой резиновой поверхности. Эта "резина" казалась совершенно безопасной и, скорее всего, действительно была лопнувшим резиновым шаром. Правда - очень большим шаром. Соня положила зонтик на ближайший пень и уже решительно взялась обеими руками за скользкий край "резины". Подтянув её к себе, девушка решительно подняла свою странную находку из лужи, сложив при этом в несколько раз. Получившийся свёрток, мокрый и довольно увесистый, она отнесла в палатку и шлёпнула на походный складной стол. Упруго подпрыгнув от шлепка, свёрток с шелестом развернулся и накрыл весь стол, свисая по краям до самого пола, точно большая резиновая скатерть.
  - Ну, прям как живая эта резина! - хмыкнула Соня, даже не подозревая, насколько же она сейчас права. Включив яркий фонарь над столом, она склонилась совсем низко над своей находкой, чтобы лучше рассмотреть её гладкую блестящую поверхность. Какая-то точка на дальнем конце стола привлекла её внимание и девушка, опираясь ладонями на край стола возле себя потянувшись к дальнему краю. При этом, не рассчитав равновесия, она невольно легла на покрывающую стол резину животом и всей грудью. И сразу ощутила под своим животом холодное и мокрое прикосновение. В этот момент ей поначалу показалось, что вся её одежда просто внезапно промокла от нечаянного прикосновения к влажной "резине" и сразу прилипла к животу. Резина действительно была только что вынута из воды и на ней всюду блестели крупные капли, а Соня сейчас фактически легла на неё животом и грудью. Но всё же она не могла быть настолько мокрой..., ведь пока Соня несла её в палатку, основная влага должна была стечь на землю. Девушка инстинктивно отпрянула от холодного и мокрого прикосновения, но тяжёлая резина отчего-то с шуршанием потащилась следом за ней, словно прилипнув внезапно к её животу и к груди.
  - Что за чертовщина? Я что, приклеилась к этой резине? - Соня, нервно хмыкнув, снова дёрнулась и попыталась приподняться над столом, но вдруг не смогла этого сделать. Её ладошки тоже накрепко прилипли к резиновой поверхности у края стола, словно приклеенные суперклеем. Затем она внезапно с изумлением поняла, что это не мокрая ткань одежды касается её живота. Это было совсем другое ощущение, несомненно, это было влажное прикосновение к её телу гладкой и холодной резины, вроде той, на которой она лежала. И к тому же возникло отчётливое ощущение, что эта холодная резина стремительно движется и быстро обволакивает собой всё Сонино тело. Она покосилась на свой плащ. Поверхность плаща прямо на глазах заблестела глянцевым блеском, ткань одежды изменялась, стремительно превращаясь в глянцевую блестящую резину. Стало ясно, что именно прикосновение резиновой одежды Соня и ощущала! Она оцепенела и с ужасом почувствовала, как всё её нижнее бельё тоже стремительно становится резиновым. Вот - ледяная резиновая волна пробежала по футболке, затем по трусикам - холодной щекочущей ладошкой проскользнув между ног, которые Соня непроизвольно сжала плотнее, затем по колготкам - вниз по ногам, холодя влажным прикосновением уже и ступни ног. Теперь всё Сонино тело ощущало на себе холодное прикосновение гладкой резины. Это было невозможно, происходящее походило на страшный сон или на кадры из фантастического фильма. Соня, придя немного в себя, в ужасе снова рванулась что было сил и, забилась на столе, словно муха, прилипшая к паутине, громко шурша прилипшей к ней резиной. Чтобы оттолкнуться от стола и встать, требовалось передвинуть руки ближе к центру стола, но сделать этого из-за приклеившихся к резине ладошек никак не удавалось. Поняв, что так просто от намертво приклеившегося к ней тяжёлого и холодного резинового блина ей не освободиться, она решила скатиться со стола на пол, а уже оттуда - встать и продолжить борьбу с приставучей резиной. Она стала делать попытки кататься по столу, невольно наматывая при этом на себя прилипшую "резину". С третьей, или четвёртой попытки Соня скатилась, наконец, со злосчастного стола, но это мало ей помогло. Встать на ноги теперь оказалось совсем уже невозможно. Перекатываясь с боку на бок, Соня значительно усугубила своё положение, так как от её движений жёлтая "резина" плотно обмоталась не только вокруг всего тела и уже со всех сторон, но теперь и вокруг ног, совершенно спеленав собой свою невольную пленницу. Соня очутилась в душной темноте, вся обмотанная с головы до ног упруго пружинящей, но не поддающейся под её усилиями резиной. И отчего-то шевелиться ей среди этой скользкой и холодной резины становилось с каждой минутой всё труднее! Девушка из последних сил растягивала упругую резиновую "пелёнку", удерживающую её в плену, но едва она ослабляла свой натиск, как тугая резина неумолимо сжималась до прежнего объёма, и даже, казалось, ещё туже. Или Соне это не показалось? Определённо - чем отчаяннее теперь девушка билась, тем плотнее становились наводящие на неё ужас резиновые "объятия", уже вполне ощутимо сжимающиеся всё туже с каждой минутой. Теперь "резина" действительно вела себя, как живая, напоминая своим поведением удава, поймавшего жертву в свои объятия. А очень скоро пленница оказалась уже и вовсе не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, теперь она лишь слабо и беспомощно извивалась в шуршащем и поскрипывающем при каждом её движении узком резиновом свёртке, туго обтягивающем её тело со всех сторон. Её руки оказались плотно прижаты к бокам, ноги теперь тоже невозможно было раздвинуть, резиной их туго спеленало вместе. Соня уже ничего не ощущала, кроме туго обтягивающей её со всех сторон холодной резины.
  - Да что же это происходит? - Соня с опозданием решила попытаться позвать кого-нибудь на помощь - Помо... ап-буп-буп! - неизвестно откуда возникший тугой резиновый кляп стремительно заполнил открытый в ужасе для крика рот. Впрочем, помочь всё равно было некому, вокруг на многие километры не было ни души! Теперь Соня могла только тихонько мычать и беспомощно хныкать, продолжая безвольно трепетать в безжалостных резиновых объятьях. Затем Соня ощутила движение упругой резины уже у себя между ног. Нечто вроде гибкого резинового пениса стало медленно, но неумолимо протискиваться в её влагалище, несмотря на плотно спелёнатые вместе ноги. Не в силах помешать наглому проникновению, девушка, тем не менее, снова беспомощно затрепыхалась в своём тугом резиновом свёртке. Но, своими движениями она только ускорила проникновение упругой резины в себя. Затем Соне показалось, что резина внутри неё раздувается, заполняя её собой изнутри всю, без остатка. Сначала Соня билась только от охватившего её ужаса и чувства бессилия. Но в какой-то момент она вдруг с изумлением ощутила, что происходящее с ней начинает вызывать в ней некие приятные ощущения. И не просто приятные, Соня вскоре почувствовала отчётливое нарастающее наслаждение, которое всё росло и росло. Теперь она постанывала уже от наслаждения, ужас незаметно исчез. Наслаждение всё продолжало расти, пока не взорвалось внутри неё потрясающим оргазмом. Она всё ещё продолжала биться в своей тесной резиновой тюрьме, но теперь уже она из последних сил извивалась от охватившего её неземного наслаждения, которое превосходило все мыслимые аналоги, как по силе, так и по длительности. Оргазм её всё длился и длился, пока не померкло сознание.
  Когда Соня очнулась, было уже далеко за полдень. Она лежала на полу, рядом валялся опрокинутый стол. Надо ли говорить, что вокруг не было и следа от жёлтой "резины", но зато вся одежда девушки была резиновая и, эту одежду было теперь невозможно снять? Всё было так же, как это всегда бывало в подобных случаях до этого. Попытки снять резину, разрезать её... всё было, как у всех предшественниц. Но Соня недаром была отличным специалистом, она очень быстро разобралась в том, что с ней произошло. Было ещё и нечто новое. Ведь уцелевшая "резина", пленницей которой так внезапно стала Соня, объединила всё, чему удалось уцелеть после напалмовой атаки. В том числе и коллективную память. Вместе с "резиной" Соне достались и личности погибших существ. Или людей? Впрочем, они, в общем-то, и не совсем погибли. Не полностью, во всяком случае. И если обычно девушки становились носителями двух личностей, то Соне достался целый "колхоз", со всеми знаниями и воспоминаниями, имевшимися у всех людей на момент "гибели". Ей было теперь очень сложно думать, но и её возможности возросли несравнимо. Ощущение было слегка похоже то, как когда ты вслух решаешь какую-то задачу, а кругом толпа советчиков, наперебой предлагающих свои решения. Трудно выбрать правильное решение, да и с собственных мыслей сбиваешься. Впрочем, скоро Соня научилась этим пользоваться и, это перестало ей мешать думать. Даже напротив, стало ощутимо помогать. В чём-то она теперь превосходила даже Наташу, хотя и признала её первенство в иерархии, когда они вступили в телепатическую связь. Помимо всего, сумевшая выжить в условиях напалмовой атаки коллективная "зверушка" сильно видоизменилась и обрела новые качества, в которых Соне ещё только предстояло разобраться. И которыми можно было поделиться с другими "зверушками". Впрочем, для изучения возможностей и качеств неведомой формы жизни именно Соня и была самым подходящим человеком. Впрочем, ... человеком ли она теперь была? В этом тоже ещё только предстояло разобраться Соне.
  
  11.
  
  Неделя пролетела незаметно, а Лида так и не придумала, что ей делать. Со дня на день должен был вернуться Вадим из рейса, а она так и не решила, как же ей поступить. Уходить не хотелось, но и подвергать Вадима опасности было тоже страшно. Правда, последние дни стала приходить интересная телепатическая информация, и появились некоторые идеи. Но их ещё только предстояло проверить, притом, что не было гарантии, что что-то получится. Во всяком случае, оставался проверенный фокус с наручниками, хотя и тут был шанс - можно было заиграться и не остановиться в нужный момент. Решив максимально обезопасить Вадима, Лида дрелью просверлила недалеко от кровати отверстие в стене и вмуровала в него массивное стальное кольцо. Подходящее кольцо нашлось в гараже. К нему она прицепила замком короткую цепь с намертво прицепленными к ней наручниками. У стены Лида положила матрац с подушкой, и получилось вполне комфортное "лежбище". С этого места никак невозможно было дотянуться до лежащего на кровати человека.
   - Единственно, что руки всё время в одном положении придётся держать, а так - можно даже спать! - решила Лида, любуясь на своё "творение".
   Надо сказать, что сделано всё было как нельзя более вовремя. Вечером Лида закончила свои приготовления, а уже следующим утром раздались шаги на лестнице, заскрежетал ключ в дверном замке и на пороге появился Вадим.
  - Привет! Если честно, я очень боялся, что ты убежала за это время и квартира будет пуста! - Вадим весь сиял от счастья - Как я рад, что ты осталась.... В рейсе я окончательно понял, что влюбился в тебя. Я просто не смогу теперь без тебя жить.... Выходи за меня замуж! - он обнял Лиду и стал жадно её целовать, видимо, опасаясь услышать "нет", и не давая ей говорить. С трудом она выскользнула из его объятий.
  - А ты сможешь останавливаться каждый раз, когда я буду тебя об этом просить? Это очень серьёзно... тебе, наверное, придётся каждый раз приковывать меня к стене в самый разгар секса и уходить на кровать. Я серьёзно, можешь посмотреть сам, я всё для этого приготовила! - Лида указала на приготовленное "лежбище" с наручниками.
  - Это будет трудновато и вообще, я не понимаю.... - Вадим осёкся, когда Лида умоляюще заглянула ему в глаза.
  - Хорошо, если именно это так важно для тебя, я согласен каждый раз приковывать тебя к стене наручниками. Учти, мне придётся делать это очень часто! Но я согласен на всё, ведь я же люблю тебя!! - Вадим снова попытался обнять Лиду.
  - Это важно и для тебя тоже! - Лида снова ускользнула из объятий. - Когда-нибудь ты всё узнаешь, а сейчас просто поклянись! И отнесись к этому максимально серьёзно, у меня ведь может не хватить в нужный момент сил....
  - Клянусь! Всё будет так, как ты хочешь! - Вадим поднял руку в пионерском салюте.
  - Тогда я согласна стать твоей женой, но никогда не расспрашивай меня ни о чём.... Просто помни свою клятву и никогда её не нарушай. Иначе ты меня потеряешь, впрочем, как и я тебя! - Лида позволила, наконец, заключить себя в объятья. Целоваться удобнее оказалось сидя, а потом и лёжа на кровати. Уже через десять минут влюблённые забыли обо всём. Сладкие стоны делались всё громче, затем и вовсе наступила кульминация, которая и не думала заканчиваться. Спохватившись в последнюю секунду, Лида с усилием оттолкнула Вадима.
  - Всё, скорее, надевай на меня наручники! - шепнула она и скатилась с кровати на свою лежанку. Вадим послушно выполнил просьбу, плотно застегнув стальные браслеты на руках возлюбленной.
  - А теперь быстро уходи на кровать и не приближайся ко мне! - простонала Лида. Силы её оставили и она забилась в оковах, пытаясь достать до Вадима, послушно отпрянувшего от неё.
  - Странно, а ведь мне же приятно, когда он меня заковывает в эти наручники! И приятно ощущать неумолимую власть металла, надетого им на меня! - именно тогда впервые мелькнула у неё в голове сквозь волны жгучего желания эта мысль.
  Две недели влюблённые продержались, хотя каждое утро Лида просыпалась прикованной к стене. Но это то ей как раз всё больше и больше нравилось! Она стала во всём происходящем ощущать какое-то странное, и весьма утончённое наслаждение. Эта игра "на грани" несла в себе какие-то особенно острые ощущения, до сего времени Лиде незнакомые. К концу второй недели Лида стала получать от своего беспомощного состояния вполне ощутимое наслаждение, уже сравнимое с наслаждением, получаемым ею от секса. Это было для неё, как несильный, но постоянный оргазм. Звон цепей, сжимающая запястья сталь оков, блеск металла, всё это вызывало в животе у Лиды какое-то томительное и сладкое щекочущее ощущение, доставляющее ей непрерывное наслаждение. Будучи прикована наручниками к стене и не в силах даже поменять положение своего тела, она просто таки истекала всю ночь любовным соком. Ей было приятно зависеть от Него, быть Его рабой, закованной Им в оковы и такой беспомощной перед Ним. Кажется, Вадим тоже всё больше входил во вкус происходящего, замечая ощущения своей возлюбленной, которые передавались невольно и ему. Теперь, если он решал заняться сексом, то сначала приковывал Лиду наручниками к стене и, уже в процессе этих его действий она начинала трепетать от возбуждения. Он специально делал всё неспеша, тщательно подгоняя браслеты к её запястьям и одновременно лаская затянутое в резину тело. Она только тихо постанывала, покорно подчиняясь ему, сдаваясь на милость бездушного металла, в который он её заковывал и, уже изнывая от желания. Затем Вадим, тоже возбуждённый её доступностью и беспомощностью, ещё некоторое время ласкал её тело, потом неспешно овладевал ею, постепенно распаляясь всё больше и наращивая темп. Он уже сам угадывал момент, когда надо было покидать гостеприимную норку. Он получал затем ещё и психологическое наслаждение, наблюдая с кровати, как бессильно бьётся очередной раз в своих оковах Лида. Он, казалось, совсем не удивился, когда она попросила его сделать ей оковы и для ног. Просто ушёл в гараж и гремел там железом до вечера. Зато, когда он вернулся и, опустившись перед ней на колено, надел ей на лодыжки массивные стальные браслеты, соединённые небольшой цепью, Лида ощутила самый настоящий оргазм! Несильный, но вполне отчётливый. Теперь она могла ходить дома только мелкими семенящими шагами и при каждом её шаге по полу гремела ножная цепь, напоминая ежеминутно о Нём и Его власти над ней. Ведь эти оковы были сделаны и надеты Им! И всё это доставляло Лиде огромное наслаждение, она позволяла теперь освобождать себя из этих ножных кандалов только для выхода на улицу. Затем Вадим снова уехал в рейс а, вернувшись, привёз подарок. Это оказались полицейские наручники, самые обычные - два изящных "женских" браслета с короткой цепочкой. Похоже, влюблённые уже начинали понимать друг друга без слов. Ведь Лида как раз подумала о том, что неплохо бы было иметь именно такие наручники, чтоб можно было иногда ходить в них днём по дому. И вот - пожалуйста! В этих наручниках хоть и было неудобно, но всё же не так, как в жёстких "хаггетс", которыми её приковывали к стене на ночь. Когда Вадим прямо с порога надел новые наручники на Лидины запястья, она просто больше не захотела их снимать в тот день. Впрочем, как и на второй, да и на третий день. Эти наручники сразу стали постоянным и излюбленным "украшением" её рук. Оказалось, что все домашние дела прекрасно можно выполнять прямо в этих наручниках. Это было не совсем удобно с непривычки, но именно это неудобство и доставляло Лиде вполне ощутимое наслаждение, напоминая о Вадиме. Ей было даже жалко, что она уже на четвёртый день совершенно перестала ощущать в этих наручниках неудобство. И даже почти перестала их замечать. Чтоб освежить и усилить свои ощущения, Лиде пришлось попросить Вадима поменять "хинджед", которыми её приковывали к стене, с этими наручниками местами. И впоследствии она уже именно в "хинджед" проводила дома весь свой день, ведь в них у неё оставалось гораздо меньше свободы! А это вызывало у Лиды чувство наслаждения, которое она теперь уже не променяла бы ни на что иное. Впрочем, иногда даже и "хинджед" на запястьях Лиде становилось мало. Скованные "хинджед" спереди руки её уже не удовлетворяли и, тогда она просила сковать её руки на пару часиков наручниками за спиной. Затем настал черёд и другим "подаркам". После очередного рейса на Лидину шейку был надет массивный стальной ошейник, закрывающийся на замок, что тоже добавило ей приятных ощущений. Этот ошейник Вадим впоследствии не снимал с Лиды ни днём, ни ночью, и это ей тоже понравилось.
  К тому же появились новые варианты для неволи. Иногда Вадим на весь день приковывал наручники к ножной цепи и, Лида не могла поднять руки выше пояса, если только не приседала при этом. В другие дни, напротив, наручники приковывались короткой цепью к ошейнику, что тоже было жутко неудобно, так как руки всё время находились у подбородка. Был ещё вариант, когда Вадим прицеплял к наручникам длинную цепь, которую туго затягивал Лиде вокруг талии. Приходилось весь день держать руки на уровне талии, в районе пупка, исхитряясь продолжать делать работу по дому. Эти игры в "обмани оковы" доставляли теперь Лиде огромное наслаждение, она окончательно втянулась в них, и прекращать не планировала. Благо, подобные игры позволяли ей держать себя на безопасном расстоянии от Вадима, да ещё и наслаждаться этим! Нравилось всё это и Вадиму, иначе с чего бы он привозил своей возлюбленной из своих рейсов всё новые и новые "подарки"? Через полгода у них собралась весьма солидная коллекция "металла", позволявшая без конца разнообразить так полюбившиеся парочке "игры". Несмотря на все эти свои странные развлечения, а скорее, именно благодаря ним, влюблённые были вполне счастливы, а Вадим оставался всё это время - цел и невредим.
  
  
  12.
  
  Соня сразу же поняла, что стала "жертвой" уцелевшего в пожаре инопланетного организма. И что это симбиоз, а не поглощение одного организма другим. Уж что-что, а способность к самопознанию у "зверушек" была очень высокая, да и Соня была не самым худшим биологом среди людей. Напротив - одним из лучших. Она сразу узнала, что некие частицы гибнущих в жутком огне "зверушек" стремительно ушли очень глубоко в почву в момент взрыва и спаслись там. Это были специальные "аварийные" частицы, хранители информации и "семена" для возрождения в благоприятных условиях. По отдельности эти частицы были слишком слабыми и были слишком малы для продолжения активного существования. Они впали в сухой почве в некий анабиоз, и только дождевая влага пробудила их от него. Да и Соню они почуяли. Частицы слились в единое целое и, уже именно этому целому удалось довольно легко захватить Соню. Свои возможности она осваивала очень быстро, вероятно, у её "сожителя" после пережитой катастрофы выработалась усиленная живучесть, ускоренная реакция и главное - произошло ускорение эволюции. В общем, если до этого скорость эволюции "зверушек" можно было сравнить с гоночной машиной, то теперь она и вовсе рванула с космической скоростью. И быстро выйдя "на связь", Соня моментально выяснила, что она не одинока. И, разумеется, её возможности немедленно стали достоянием коллективного разума. Соня сразу поняла, что не в её интересах раскрывать тайну своего перевоплощения перед своими знакомыми и родными. Она моментально просчитала возможные последствия разоблачения произошедших с ней событий для своего будущего и содрогнулась. Тем более, уже был пример Даши, и было ясно, что второго случая для побега "подопытной" люди не дадут. Соня, как ни в чём не бывало, вернулась в институт, немедленно отнесла начальнику заявление с просьбой об отпуске "за свой счёт" и поехала на встречу с Натальей. Впоследствии она тихо и незаметно уволилась. Нужно было срочно предпринимать меры, чтоб не вступать снова в конфликт с землянами. Однако поговорить толком они не успели, пришлось срочно выручать Дашу. Только выйдя втроём из машины возле Наташиного дома, они смогли перевести дух. Непосредственная опасность захвата кого-либо из инопланетного "семейства" вроде бы миновала. Надолго ли? Ведь из-за Даши люди теперь многое знали о возможностях зверушек, знали они и о том, что как минимум, одна зверушка находится на свободе. А значит, они будут их искать и новое столкновение, это только вопрос времени. От самой главной приметы, "резиновой одежды", избавиться было невозможно, и по этой примете их должны были обнаружить, рано или поздно.
  Всё это девушки успели мысленно обсудить ещё на пути к Наташиной квартире. На Дашу перед тем, как выйти из машины, надели длинный плащ с глубоким капюшоном, скрывающим лицо в тени, так что даже с нескольких шагов было трудно заметить её чёрное "резиновое" лицо. Быстро проскочив лестницу, девушки вошли в квартиру, где наконец смогли чуть расслабиться. Они присели на кухне перекусить, одновременно продолжая своё телепатическое обсуждение ситуации. Проиграли все возможные варианты, и всё равно выходило, что бесконечно скрываться не удастся. Надо было придумать, как замаскироваться под обычных людей, но как? Резиновые наряды выдавали их с головой, и даже если в холодное время года резину можно было скрыть под верхней одеждой, то с наступлением летней жары это становилось очень сложной задачей.
  Неожиданно Наташа оживилась.
  - Мы не можем бесконечно маскироваться под окружающих нас обычных людей.... Но ведь можно попробовать сделать наше окружение похожим на нас! - она радостно хлопнула ладошкой по столу - Да-да! Уже и сейчас многие люди, особенно за границей, используют в своих сексуальных играх одежду из латекса, становясь в ней неотличимыми от нас. Игра в фетишизм становится модной. Надо только слегка подтолкнуть и ускорить этот процесс! Если одежда из латекса станет у нас модной и многие начнут в ней ходить, станет невозможно понять, где мы, а где просто обычные модницы, решившие слегка эпатажно нарядиться!!
  Идея всем пришлась по вкусу. Девушки немедленно начали разрабатывать более подробный план, теперь уже к телепатическому обсуждению подключились и находящиеся далеко. Оказалось, что отдельные представительницы зверушек имеются даже границей (и когда только успели просочиться?), в том числе несколько человек живут и вращаются в высших кругах на "Голливудчине". Было решено, что для продвижения моды на резиновые наряды необходимо убедить популярных режиссёров в нескольких потенциальных блокбастерах нарядить героинь в красивые и сексуальные наряды из латекса. Это не пройдёт незамеченным, всегда находятся фанатки, стремящиеся походить на любимую героиню. А значит, непременно появятся девушки, не считающие таким уж неприличным делом появляться в латексе на улице или в других общественных местах. А там и массовая мода возникнет, если приложить определённые усилия! Большие надежды возложили и на интернет, там тоже решили дополнительно создать привлекательные сайты с фотографиями множества красавиц в латексных нарядах. Модельеры тоже не остались без внимания. Предложений оказалось множество, и вполне реальных. План всё больше обретал определённость и уже казался совершенно выполнимым.
  Когда все детали этого плана были проработаны и назначенные исполнители приступили к активным действиям, встал второй, и главный вопрос - а что будет дальше? Далёкая перспектива, на самом деле, тоже была пока не очень радостной.
  - Хорошо, вот мы замаскируемся, и нас не найдут! Перестанут нас замечать среди множества модниц в резине и, мы спокойно продолжим своё размножение, быстро поглощая землян... - слово взяла Соня - Что дальше? Если ничего не менять? Через какое-то время уже все женщины будут щеголять в резине, притом уже в той, которую не снимешь. А мужчины вообще исчезнут с лица земли! И что дальше? Размножение ведь станет невозможным! Ни для людей, ни для нас! Мы долго живём, но не бесконечно... вымрем ведь все!! И не останется на Земле в результате никого - ни людей, ни зверушек. Выход у нас остаётся один. Нам надо менять себя, благо, что мы можем теперь очень быстро эволюционировать целенаправленно. Изменить себя надо так, чтоб можно было сосуществовать с людьми бесконечно долго и без вреда для них и нас. И напротив, только с обоюдной пользой. Предлагаю начать экспериментировать в этом направлении и - немедленно!
  Общее мнение с Сониным предложением оказалось солидарно, и в нужном направлении тоже закипела незримая, но каждодневная и упорная работа. Задачи по изменениям ставила Соня, она же систематизировала результаты опытов и обобщала новые предложения. Появление новых зверушек свели пока до максимально возможного минимума, почти прекратили. Инопланетная жизнь притаилась.
  Сразу неплохо пошла работа по продвижению в массы моды на ношение одежды из латекса. Вышла целая серия фильмов с героинями, щеголявшими в латексе, на экранах телевизоров стали регулярно появляться музыкальные видеоклипы, в которых популярные исполнительницы тоже красовались в латексных нарядах. Некоторые модельеры выпустили большие и красивые коллекции латексной одежды, другие просто стали вносить элементы из латекса в свои обычные коллекции - одевать девушек-моделей при показах новых коллекций в латексные чулки и перчатки. Латекс становился моден! И потихоньку, хотя и медленнее, чем хотелось, эта мода пошла в массы. Пока публично в латексе решались появляться только наиболее смелые девушки, но дело явно двигалось! В крупных российских городах, по крайней мере, теперь уже не особо-то и обращали внимание на столь необычно одетых девушек. И если их первое время и проверяли на их инопланетность, то делалось это очень незаметно. А когда таких модниц стало больше, такие проверки и вовсе потеряли смысл в виду их безрезультатности.
  Люди привыкли к новому материалу. А уж в какой-нибудь Германии, или Англии, латексным нарядом и вовсе стало трудно кого-либо удивить! Там уже вообще - чуть ли не в магазин за картошкой стали в латексе ходить! Продвигалась работа и по изменению самих зверушек. С этим было сложнее, но уже первые успехи всех воодушевили. Началось с того, что, используя полученный Дашей опыт трансформации, все девушки научились изменять цвет, а затем и форму своих "резиновых" нарядов. Убрать "резину" полностью с тела оказалось невозможным, но "переодеваться" стало после некоторой тренировки вполне по силам каждой, что внесло в резиновый гардероб каждой девушки значительное разнообразие. Конечно, это не имело отношение к основной задаче - приспособлению организма зверушек к сосуществованию с людьми. Но, это помогло лучше замаскироваться. Теперь многие девушки смогли днём минимизировать свои резиновые "наряды" до размера боди или вовсе до трусиков, и легко скрывать резину под обычной одеждой.
  Правда, удержание таких изменений первое время требовало от них небольшого, но постоянного усилия. Стоило девушкам расслабиться или уснуть, и их наряд возвращался к своему первоначальному виду.
  А вот первой по-настоящему успешной "ласточкой" в изменениях организма, как ни странно, стала Лида. Она уже полгода играла с Вадимом в столь полюбившиеся им садомазохистские игры. Они стали самыми настоящими садомазохистами и прекрасно это осознавая, ничего не собирались изменять. Она была счастлива, Вадим - тоже. Их всё устраивало, и они вносили всё больше разнообразия свои сексуальные игры. Их опыт внимательно изучался всем сообществом. Ведь это была первая пара, в которой обошлось без трансформации мужчины в зверушку. И вдруг.... Ох уж это "вдруг", как часто оно бывает не вовремя! В данном случае ни о чём подобном Лида просто вообще не думала, потому что такого вроде не могло быть. Но случилось! Внезапно Лида обнаружила, что беременна, и довольно давно. Беременна, как самая обыкновенная земная женщина! Беременна от Вадима - обычного земного мужчины. Конечно, Вадим по-прежнему не знал, какой опасности он подвергается, живя с Лидой. И даже не представлял, что она такое на самом деле. И когда по возвращении из очередного рейса он узнал от неё о беременности, совершенно искренне обрадовался.
  - Здорово! А это уже точно? Покажи животик... ой, правда, смотри, какой стал кругленький! А когда примерно ты родишь? Интересно, кто у нас будет, мальчик, или девочка? - вопросы так и сыпались из обрадованного Вадима.
  - Рожу, наверное, осенью. А вот, кого? Хотела бы я сама это знать... - Лида замолчала. Её интересовал сейчас не пол будущего ребёнка. Она уже знала, что будет мальчик. Но вот какой? Обычный человеческий ребёнок, резиновая зверушка, или что-то ещё... никто пока точно не знал. Всё сообщество зверушек сейчас усиленно помогало Лиде настроить свой организм и измениться в нужном направлении. Но получится ли всё, как задумано? Этого пока никто предсказать не мог.
  
  13.
  
  Из всех девушек Даша оказалась в самом сложном положении. Она была не такой, как остальные и, вынуждена была поначалу сидеть безвылазно у Наташи дома, ведь с чёрным резиновым "лицом" и думать было нечего выйти из дома незамеченной. Оставалось сидеть дома и копаться в Интернете, да ещё тренировать свои способности к трансформации. Наверное, из-за обилия свободного времени, да ещё и по причине своего богатого опыта этой самой трансформации, Даша скоро натренировалась до таких высот, что смогла создавать себе вполне человекоподобную внешность. Она первой научилась изменять цвет покрывающей её "резины" и стала придавать ей розоватый, вполне телесный цвет. Ведь в отличие от других девушек, Даша не могла открыть даже малую часть своего собственного тела, поскольку у неё его просто не было. В этом и было её отличие от остальных. Её трансформация стала необратима и Даша вся состояла фактически из сплошной "резины". Не было теперь в её "организме" ни костей, ни внутренних органов, ни кожи. Она только могла всё это имитировать из живой резины, которая была теперь единственным "строительным" материалом её организма. Это была её плата за спасение, за её возможность произвольного изменения формы.
  Тем не менее, через месяц упорных тренировок Даша научилась за пару минут формировать из себя каждое утро розовокожую голубоглазую красавицу с прекрасной фигуркой и кукольным личиком. С белым париком на голове и приклеенными ногтями она издали выглядела вполне обычной блондинкой, похожей на куклу Барби. Единственными недостатками оставались, как внешне, так и на ощупь - "резиновость" её кожи и "нарисованные" на резиновом лице брови и глаза. При близком рассмотрении всё это было хорошо заметно. Её "кожа" сохраняла характерную для резины гладкую глянцевую поверхность. Вблизи Даша больше всего походила на ожившую дорогую и качественную резиновую куклу из сексшопа. И, разумеется, засыпая вечером, Даша через некоторое время снова становилась вся глянцево-чёрной и безликой.
  Тем не менее, достигнутое было важным успехом, имевшим для всех большое значение. Теперь Даша могла по вечерам и особенно ночью довольно спокойно гулять с другими девушками по улицам, не привлекая к себе внимания случайных прохожих. Ведь при беглом взгляде в сумерках её лицо особо ничем не выделялась среди подруг. Зато все остальные девушки, благодаря Дашиным успехам научились "переодеваться".
  Кроме тренировок по изменению своей внешности, Даша много "сидела" в интернете. Там у неё постепенно сложился свой круг общения, немного специфический, но вполне её устраивающий. Она сразу заинтересовалась фетишистским сообществом. Особенно - резинофетишистами. Там ценилась как раз "резиновая" внешность, и было много мужчин, но мало женщин. А свободных девушек там не было почти совсем.
  Даша зарегистрировалась в сообществе под многообещающим ником Rubber_doll, что переводилось, как "Резиновая кукла". Большинству мужчин в её сообществе нравилась резиновая одежда, а особенно в нём ценились девушки, одетые в резину. И чем более обтягивающим был наряд, тем красивее это считалось. В идеале резина на теле должна была выглядеть, как вторая кожа - гладкая и сверкающая. Среди участников этого сообщества оказалось и несколько парней, пределом мечтаний которых была не просто обтянутая резиновым нарядом девушка, а именно ожившая резиновая кукла. Они женщину своей мечты представляли только такой - затянутой в сплошной резиновый костюм телесного цвета, похожей на живую резиновую куклу. Сначала Дашу это совпадение поразило, но потом она искренне обрадовалась. Ведь именно таким образом она и выглядела, как этим ребятам хотелось! Значит с её внешностью можно тоже пользоваться успехом у мужчин!! Для Даши, всю жизнь комплектовавшей из-за своей внешности, это оказалось важным и приятным открытием.
  Особенно ей понравился в сообществе один парень, которого в сети все звали Михмихиком. Уже позже Даша узнала, что в реале его зовут просто Михаилом. Вначале Михмихик просто показался Даше интересным собеседником. Затем они и вовсе подружились. Он был совершенно нормален во всём, кроме одного - ему непременно хотелось, чтоб его любимая девушка постоянно ходила вся в резине и выглядела как резиновая кукла. Одна только мысль о такой возможности, по его словам, страшно заводила его. К большому сожалению Михаила, все девушки, с которыми он встречался до знакомства с Дашей, категорически отказывались даже обсуждать возможность осуществления его мечты. Некоторые всё же соглашались поначалу примерить отдельные резиновые вещи, но восторга от их ношения явно не испытывали. И быстренько старались их с себя снять, а затем сворачивали и свои отношения с Михаилом. Уже то, что Даша не отвергала с порога возможности для женщины хоть иногда так выглядеть - сильно его воодушевила.
  У Михаила был свой небольшой бизнес, и он был вполне обеспеченным человеком, к тому же, образованным и интеллигентным. Они много болтали вечерами и по ночам с Дашей по "аське" о литературе и театральных постановках, о новых и старых кинофильмах, о музыке. И, разумеется, о том, как можно сделать для женщины "кукольный" костюм из резины. Он готов был сделать его на заказ, и за любые деньги, если Даша, хоть иногда, согласится его надевать. Та каждый раз полушутя отвечала, что она и так постоянно ходит в таком костюме и второй ей не нужен. Михаил ей, конечно же, не верил. Много раз он предлагал Даше встретиться "в реале", но она всё тянула с согласием.
  Во-первых, она могла придти на встречу только именно в виде резиновой "Барби", что, несомненно, порадовало бы Михаила, но могло показаться ему несколько странным для их первой встречи. Тем более странной её внешность могла показаться окружающим людям, ведь Михаил всё время предлагал встретиться в ресторане, театре, или другом людном, ярко освещаемом месте.
  Во-вторых, Даша не хотела превращать этого, едва обретённого ею друга - в резиновую зверушку. Она никак не могла придумать, как этого избежать. Ведь для неё совершенно не подходил способ, которым пользовались вполне успешно Лида с Вадимом. Поскольку Даша, в отличии от Лиды, из любых наручников могла совершенно легко "вытечь". А когда она совершенно серьёзно сказала Михаилу, что не может придти на встречу с ним в очередное, предложенное им людное место именно потому, что она практически всегда выглядит именно так, как, по его мнению, должна выглядеть женщина его мечты, он не поверил ей. Михаил решил, что она его издевается над ним и, обидевшись, на некоторое время перестал с ней общаться.
  Целую неделю он дулся на Дашу, но потом не выдержал и снова "постучался" в "аську". Целый вечер он избегал разговора о том, что стало причиной его обиды, и лишь под конец не выдержал.
  - Ты что, в самом деле, всё время ходишь в костюме резиновой куклы, не снимая его? Ты мне не врёшь? Откуда этот костюм у тебя взялся? Насколько я знаю, женщинам никогда не нравится ходить в резине! А ты говоришь, что носишь её, не снимая... ведь это, наверное, невозможно?! - спросил он.
  - Да, это так. Я не вру. И это вполне возможно. Откуда я этот костюм взяла, тебе лучше не знать. А вообще я эту резину с себя совсем не снимаю и хожу в ней постоянно - и так уже месяца два. И мне в ней вполне нравится! Более того, мне в таком виде нравится ходить всё больше и больше!! - тут Даша нисколько не слукавила. Ей действительно нравилась её нынешняя кукольная внешность. Она была не идеальна, но Даша казалась себе теперь гораздо привлекательней. Всяко, это было лучше, чем то, что она видела постоянно в зеркале до последних событий в течение многих-многих унылых лет. А уж фигура у резиновой Даши была теперь вообще нереально красивая - кукла из неё получилась стройная, длинноногая, с узкой талией, с высокой и довольно большой грудью.
  - Я живу сейчас совершенно один, в загородном доме, моя сестра недавно вышла замуж за англичанина и уехала жить в Англию. Если я приглашу тебя сегодня вечером к себе домой, это будет достаточно безлюдное для тебя место? - переварив Дашины ответы, снова спросил Михаил.
  - Я подумаю.... Если ты поклянёшься не приставать ко мне с разного рода домогательствами, возможно, я приеду к тебе в гости. Мы просто посидим и пообщаемся... - Даша сама сомневалась, что так оно и будет, но ей тоже очень хотелось увидеть Михаила "живьём". Тем более что она по нему сильно соскучилась за эту неделю.
  Михаил назвал адрес и время. Пути назад больше не было, надо было ехать на свидание. Даша пребывала в большой растерянности. Это было её первое в жизни свидание с мужчиной. И оно могло для этого мужчины стать последним. А Даша этого очень не хотела, совершенно не хотела! Но ещё больше она не хотела обманывать ожидание Михаила и срывать своё первое свидание. Едва сгустились ранние зимние сумерки, как Даша, низко надвинув капюшон пальто, выскользнула их дома и зашагала на автобусную остановку.
  Дом Михаила, окружённый высоким забором, стоял на окраине, рядом виднелось ещё несколько похожих домиков за такими же глухими высокими заборами. Остановка автобуса была довольно далеко от них, пришлось идти через пустырь по узкой заснеженной тропке. Ничего удивительного - хозяева таких домов не ездят на общественном транспорте, для их автомобилей проведена дорога с ответвлениями к каждому дому. Только она оказалось совсем с другой стороны и, Даша не захотела делать круг. Она подошла к небольшой калитке рядом с воротами и робко нажала кнопку домофона. Вероятно, домофон был снабжён видеокамерой, потому что дверь открыли, ни о чём не спрашивая. Даша пересекла небольшой двор и поднялась на невысокое крылечко. Дверь перед ней тотчас распахнулась, и она нерешительно шагнула в тёплую и светлую прихожую.
  Михаил оказался плотным симпатичным мужчиной с коротким "ёжиком" волос на голове и с умными зелёными глазами. Впрочем, Даша уже видела его фотографию, правда сейчас Михаил оказался чуть старше, чем выглядел на фото. Они были почти одного роста, она отчего-то думала, что он немного выше. Но, в общем - вполне приятный человек, и он не разочаровал её своей внешностью.
  - Ты действительно пришла в резине? Я не верил до самой последней секунды, думал, что это шутка! - Михаил жадно рассматривал резиновое лицо своей гостьи - Теперь я вижу, что это правда!
  -Ты раздевать меня собираешься? Или так и будешь только пялиться на меня? - Даша от смущения заговорила в нарочито-грубом тоне. Михаил поспешно помог своей гостье раздеться. Его руки заметно дрожали от волнения, когда он принимал её пальто. Даша осталась в толстом сером свитере и чёрных джинсах. Даже такая одежда не могла скрыть её великолепную фигуру. Даша спросила, где находится ванная комната, и на минутку туда зашла. Вышла она оттуда уже совсем другой. Зимние сапоги и джинсы со свитером остались на полу ванной. Теперь Даша осталась только в красном "резиновом" платьице, с длинными рукавами и воротником "стойкой", очень облегающем и весьма коротком. На ногах у неё теперь были красные, в тон к платью, длинные резиновые чулки и туфли на высоком каблуке и платформе. У Михаила от открывшегося зрелища просто перехватило дыхание. С трудом сглотнув, он осипшим голосом пригласил гостью в холл, где уютно мерцал камин, а на столике возле удобного дивана стояли напитки и лёгкая закуска.
  Разумеется, платье и чулки Даша "отрастила" на своём теле за то время, пока снимала сапоги и джинсы со свитером. И смотрелся её наряд убийственно даже для глаз обычного мужчины. А уж для помешанного на резиновой одежде Михаила это было нечто и вовсе запредельное! Он так смущался и волновался, словно был не солидным мужчиной, а четырнадцатилетним подростком, пришедшим на своё первое в жизни свидание. Перед ним сидела его мечта - живая резиновая кукла, блондинка с шикарной причёской в алом латексном платье. И неважно уже было, что на голове - парик, а под резиновым лицом скрываются неизвестно какие черты. Михаил был безмерно счастлив и с обожанием смотрел на свою резиновую повелительницу, готовый ради неё на всё.
  Такого отношения к себе Даша еще никогда в жизни не ощущала и даже не мечтала ощутить! Всю предыдущую жизнь на неё, если и обращали внимание мужчины, так только чтоб посмеяться над ней. А чаще её просто в упор никто не видел, словно она была пустым местом. И вот вдруг, будто по мановению волшебной палочки она - богиня, небожительница, её обожает и хочет весьма симпатичный мужчина, которому она к тому же совершенно не прочь отдаться. Что уж тут удивительного в том, что она начисто забыла обо всех своих опасениях и благих намереньях, и скоро оказалась в объятиях Михаила, жадно целующего её в резиновые губы? Скоро он сорвал с себя одежду и уже намеревался раздеть Дашу, хотя, что там было с неё снимать? Но вдруг он обнаружил, что на ней уже ничего нет, и только телесного цвета резина плотно покрывает стройное тело, словно это и есть настоящая Дашина кожа. Он не стал гадать, когда и как она успела раздеться, а овладел ею прямо на том же диване, и их секс был великолепен. Едва Михаил испытал оргазм, Даша поспешно его оттолкнула, и он не обиделся, поскольку уже удовлетворился. Ему видно было, что она это делает против своего желания, но зачем-то ей это было необходимо.
  Немного полежав рядом с ней, Михаил подхватил Дашу на руки и перенёс в спальню, которую специально подготовил к свиданию. Кровать там, как нетрудно было догадаться, была застелена не обычным бельём. Всё - простыни, наволочки, одеяло - было из гладкой и холодной белоснежной резины, столь обожаемой Михаилом. Впрочем, это имело значение только для него самого, Даше было всё равно, на чём спать, ведь она сама была вся из резины, хотя и ненастоящей, но такой же гладкой и скрипящей. В постели Михаил снова овладел своей возлюбленной, и снова она сумела прервать соитие в нужный момент. Оказалось, что это ей вполне по силам, хотя она прекрасно ощущала, что промедли ещё хоть минуту и, с Михаилом в его человеческом обличье можно будет распрощаться навсегда. Любовники так и не уснули в эту ночь. Даша не могла уснуть, потому что превратилась бы в чёрную безликую фигуру, и неизвестно, как бы на это отреагировал Михаил. А тот, безмерно счастливый "сбычей мечт", пребывал в почти непрерывном возбуждении, он снова и снова овладевал своей резиновой куколкой, и спальня опять наполнялась сладкими стонами и скрипом резины. Утром он отвёз Дашу на машине к Наташиному дому. Она поднялась в квартиру и, с трудом добравшись до кровати, наконец смогла уснуть, усталая и счастливая. Кажется, жизнь начинала потихоньку налаживаться. Пока было неизвестно - как это будет, но было ясно, что всё будет хорошо.
  
  
  14.
  
  Света работала врачом в обычном районном роддоме. Работу свою она любила, но вот зарплату любила гораздо меньше. Её часто приглашали перейти в частные клиники, но она неизменно отказывалась. Жалко было покидать любимый коллектив, да и жила она через дорогу от своей работы. Но вот, наконец, она всё же не выдержала и, уволившись таки из большого государственного роддома, перешла в маленькую частную клинику. С крошечным коллективом, но с большой зарплатой. Повлияло на решение то, что эта клиника открылась всего в одном квартале от Светиного дома и, расстояние до работы почти не изменилось.
   Коллектив новой клиники оказался стопроцентно женским и очень доброжелательным. Чистые палаты, современное оборудование, всё было, как в любой процветающей частной клинике.
  Единственное, что показалось Светлане в новой клинике немного странным, так это то, что все сотрудницы - и врачи и медсёстры, здесь постоянно ходили в стильных обтягивающих фигуру коротких халатиках из белоснежного, с голубой отделкой, латекса. Некоторые в дополнение к ним ещё и белые латексные чулки носили, а порой и длинные, до самого плеча, резиновые перчатки. Конечно, последнее время одежда из латекса стала жутко модной, но Светлана считала, что для работы такая одежда не слишком удобна. Да и дороговато стоила такая одежда, чтоб покупать её при прежних-то её доходах! Впрочем, никто и не настаивал, чтобы Света тоже немедленно облачилась в латекс.
  Но, когда все вокруг ходят исключительно в латексе, в обычном белом халатике начинаешь невольно чувствовать себя неудобно. Словно все вокруг одеты, и только ты ходишь голым! Светлане никто ничего не говорил, но она с каждым днём всё сильнее ощущала это неудобство. Наконец, через две недели она не выдержала, и решила поговорить с Мариной Сергеевной, хозяйкой клиники и её главным врачом в одном лице. Они уже встречались в тот день, когда Светлану принимали на работу. Марина Сергеевна приняла Светлану в своём кабинете почти сразу и, прежде чем начать беседу, даже любезно угостила её кофе.
  - Марина Сергеевна, тут вот какое дело... - Света замялась, не зная, как лучше подойти к вопросу, который доставлял ей дискомфорт и, невольно покосившись на глянцевую резину халатика, в котором её принимала хозяйка клиники.
  - Не стесняйся, Светочка! Я догадываюсь, что тебя смущает. Тебя наверняка интересует, почему весь персонал, включая меня, ходит у нас в латексе? - директор решила придти к смутившейся Светлане на помощь.
  - Ну, в общем-то, да! - Света отчего-то слегка покраснела - Вообще-то я хотела поговорить немного о другом. Дело в том.... Я ощущаю некоторое неудобство оттого, что одета не как все. Где я могу получить, или купить... правда, у меня пока ещё с деньгами не очень! - она окончательно смутилась.
  - Ну, что же... - Марина Сергеевна задумчиво посмотрела на Светлану, что-то прикидывая, затем глянула почему-то на часы - Наверное, уже можно выдать тебе нашу униформу. Это бесплатно, ты не беспокойся! - она подняла телефонную трубку - Ксюша, зайди на минутку ко мне!
  Через минуту в кабинет без стука впорхнула молоденькая санитарка.
  - Ксюша, проводи Светочку в кладовую и помоги ей там подобрать и надеть униформу! - хозяйка поднялась из-за стола, показывая, что аудиенция закончена. Светлана покинула кабинет и пошла следом за санитаркой.
  Кладовая оказалась на том же этаже, что и кабинет главврача, только в самом дальнем конце коридора. За белой дверью, обитой зачем-то изнутри белым дерматином, оказался небольшой тамбур, вторая такая же дверь вела в небольшую комнатку с большим квадратным шкафом у стены. Ещё в комнате стоял стол с настольной лампой и стул. В углу за ширмой виднелась вешалка и угадывалась обычная больничная кушетка, застеленная жёлтой резиновой простынёй. В общем, здесь всё было похоже больше на обычный кабинет врача, чем на кладовую.
  - Проходите за ширму, Света! Раздевайтесь там, я сейчас вам всё дам! - санитарка достала ключ и направилась к шкафу.
  Светлана прошла за ширму и нерешительно сняла халат.
  - Догола, догола раздевайтесь! Латекс носят на голое тело, иначе он некрасиво выглядит! - послышался из-за ширмы требовательный голос санитарки, уже вовсю шуршащей резиной в шкафу.
  Вздохнув, Светлана разделась догола. Как раз в это время к ней за ширму впорхнула Ксюша и шлёпнула на кушетку ворох белой резины.
  - Так, сначала надевайте трусики и бюстгальтер! Вроде я угадала с размером... - санитарка критически окинула взглядом Светину грудь.
  - И почему все санитарки всегда такие горластые и бесцеремонные? - размышляла Света, натягивая шуршащие холодные трусики - Профессия, что ли, накладывает отпечаток? Или напротив, только такие и идут работать санитарками?
  Халатик показался Свете немного маловатым, но Ксюша её заверила, что так и должно быть, иначе в обтяжку не будет. Халатик показался странным, он был совсем без застёжек. Скорее это было узкое платьице, надеваемое через голову. У санитарок халатики были попроще, больше похожие на традиционные. Света с трудом влезла в это платье, да и то, только с помощью санитарки.
  - Как же я теперь каждый день переодеваться буду? Мне что, каждый раз придётся санитарку звать на помощь? - недоумевающее подумала Светлана, расправляя на себе скользкую резину и поправляя грудь.
  - Так, теперь резиновые чулки надеваем! - вывела её из задумчивости санитарка.
  - Может, чулки не надо? - попыталась робко отказаться Света.
  - Не понравится, потом снимете! А сейчас надо посмотреть, чтоб подошли по размеру!! - резонно возразила Ксюша - Ложитесь на кушетку, я сама их на вас натяну. Скорее будет! - и она подтолкнула Свету к кушетке. Той ничего не оставалось делать, кроме как лечь спиной на холодную резину.
  - Выше, выше ложитесь! Вот так! - Ксюша ловко, одним движением, натянула чулок на Светину ногу.
  - Действительно, быстро! - подумала та, протягивая вторую ногу санитарке.
  Второй чулок та надела так же ловко и быстро. Но когда Светлана хотела подняться с кушетки, санитарка внезапно остановила её.
  - Постой, это ещё не всё! - она легонько толкнула Свету в грудь, заставляя снова откинуться на кушетку и, склонилась над нею. Дальше произошло нечто странное. Ксюша неожиданно взялась за края жёлтой резиновой простыни, на которой лежала Светлана и ловко, всего несколькими движениями, туго спеленала ей ноги этой резиной. Светлана даже не успела ничему удивиться, но снова попыталась сесть. Но санитарка снова не позволила ей этого сделать. Она взяла Свету за руку и, положив её ей вдоль тела, тут же туго припеленала резиной, а в следующее мгновение так же поступила и со второй рукой. Света оказалась завёрнутой в "конвертик", словно новорожденный младенец. Правда, запеленали её не в пелёнку, а в резину. И когда она очнулась, наконец, от неожиданности и попыталась пошевелиться, из этого свёртка оказалось невозможно выбраться, хотя сверху он не был ничем завязан. Словно вся резина моментально склеилась в узкий резиновый мешок. Тут ещё в довершение всего санитарка вытянута из-под Светиной головы нечто вроде резинового капюшона, который тут же натянула ей на голову. Впрочем, скорее это оказался узкий мешок, скрывший всю голову пленницы. Светлана теперь ничего не видела, скользкая холодная резина упруго сжала её лицо. Пленница запоздало забилась в резиновой тюрьме, в бесплодной надежде на освобождение. Она уже не видела, как санитарка деловито достаёт из-под кушетки широкие чёрные прорезиненные ремни и накрепко ими притягивает к ложу беспомощно извивающийся резиновый свёрток, из которого начинают всё громче раздаваться стоны мучительного наслаждения.
  Когда Светлана очнулась, она всё ещё лежала на кушетке. Жёлтого резинового мешка на ней уже не было, но она была по-прежнему в белом латексном платье и чулках. Её тело было туго привязано несколькими широкими ремнями к кушетке и, она не могла пошевелиться. Ксюша сидела за столом и читала книжку. Заметив, что Светлана открыла глаза и пытается пошевелиться, она отложила книгу и подошла к пленнице.
  - Привет! Ты не пугайся, я сейчас тебя отвяжу. Но сначала выслушай меня! - санитарка принесла стул и села рядом с кушеткой - Теперь ты не обычный человек. Или даже не совсем человек,... в общем, ты теперь одна из нас. Детали ты поймёшь со временем сама, благо теперь у тебя будет телепатический контакт со всеми нами, но в общих чертах мне надо тебе рассказать. Ты ведь никуда не спешишь? - Ксюша хихикнула и погладила туго натянутый ремень, удерживающий Светлану на кушетке. Затем стала серьёзной, словно её одёрнул кто-то незримый, и уже без шуточек, коротко и деловито пересказала Свете всю историю появления зверушек на Земле.
  - Так что теперь мы научились передавать зверушек без помощи мужчин! - закончила она свой рассказ - Просто рожаем, когда у сообщества возникает в этом необходимость, некий кусок живой резины, из которого формируется такое вот резиновое полотно. Да-да, именно то, в которое я тебя и запеленала сегодня. Родить его может любая из нас. И может это делать почти каждый месяц, если хорошо кушает. Это теперь и есть модифицированная зверушка, продукт нашей эволюции! Она рождается у нас теперь безмозглая и бесформенная, и сама охотиться не может, но если ей немного помочь, она легко поселяется в нужной нам женщине. Но пути назад после этого по-прежнему нет, так что ты теперь наша навсегда! А вот мужчин мы теперь не поглощаем, исключили их из цепочки размножения. Научились сдерживаться во время секса с ними, уже почти и не тянет на это. Пусть живут и просто радуют нас! А мы будем рожать им детей, как и обычные женщины... наверное. Сейчас мы как раз работаем над этим. Поэтому и ты понадобилась. Мы уже почти нашли путь к мирному сосуществованию с человечеством. Остался последний шаг. Ладно, я уже вижу, что ты всё поняла. Сейчас освобожу тебя... - и Ксюша с некоторым сожалением стала расстёгивать скрипучие ремни - Ага! - неожиданно подтвердила она, явно прочтя Светину мысль - Я действительно чуток садистка. И немного лесби - тоже! Так что мне моя работа нравится, ты ведь не первая у меня, - она засмеялась - Привыкай, мы ведь читаем мысли друг у друга. И ты научишься этому быстро. Зато мы не врём никогда друг другу, не получится!! - Ксения подмигнула и весело рассмеялась.
  
  
  Эпилог.
  
  Скорее! Ох-х! Да скорее же ты! Я же сейчас прямо здесь и рожу! - Лида, с большим животом, но не потерявшая от этого своей привлекательности, сидела на кровати и хватала ртом воздух. Рядом суетился Вадим, спешно снимая с почти уже рожающей возлюбленной железные "игрушки", которые Лида не давала с себя снять до самого последнего момента.
  - Да иди ты дверь открывать, там Наташа со Светланой, поднимаются уже к нам, давно подъехали на машине! Мне этот ошейник рожать не мешает, а девчонок он нисколько не удивит. Они давно всё знают про нас! - отогнала она решительно от себя возлюбленного, который никак не мог найти давно затерявшийся, в виду его хронического неиспользования, ключ от её ошейника и теперь пытался подобрать подходящую отмычку. Вадим понял, что так Лида и впрямь родит дома, и побежал открывать дверь.
  Лиду, в конечном счёте, так и отвезли в том ошейнике в маленькую частную клинику, принадлежавшую сообществу. Это был первый случай рождения ребёнка у женщины со зверушкой. Рождения от обычного земного мужчины! Такое нельзя было оставлять на самотёк. Ведь никто не знал, что же получится. На подходе было ещё несколько будущих мам и надо было знать, чего ждать и в каком направлении меняться зверушкам, если не всё окажется так, как планировалось. Поэтому обычный роддом отпал сразу - и мама необычная, и ребёнок может вызвать ненужные вопросы. Давно была куплена клиника, где все сотрудницы были только членами инопланетного сообщества. В неё были собраны лучшие специалистки. Теперь они все пригодились.
  Роды прошли нормально, как у любой земной женщины. Но только когда Лида родила, все смогли вздохнуть с облегчением. Правда, не сразу.... Мальчик родился здоровым, хотя в первый момент после рождения он выглядел совершенно необычно. Это заставило всех изрядно поволноваться. Ребёнок оказался весь, с головы до ног покрыт тонкой чёрной "резиновой" кожей. Он был похож на Дашу. Все вздрогнули. Но неожиданно, когда Лида взяла резиновое тельце на руки, ребёнок начал меняться. Резиновая оболочка вдруг стала с него быстро сползать. Сначала открылась головка, а затем и тельце очистилось от "резины". Оболочка втянулась куда-то в анус, и ребёнок принял обычный, совершенно человеческий вид.
  За ту неделю, что Лида с ребёнком провела в клинике, было проведено огромное количество исследований, подтвердивших - всё получилось! Этот мальчик стал уже от рождения носителем зверушки, она передалась ему от мамы. И он имел все те же преимущества от такого симбиоза, что и его мама, да и другие женщины. И Лида могла наслаждаться постоянным телепатическим общением со своим ребёнком. Но, он не мог эту зверушку передать кому-либо. Во всех своих человеческих качествах он был обычным мальчиком, из которого должен был вырасти обычный мужчина. От которого тоже смогут рождаться обычные дети, если мать будет обычной женщиной. Но одно качество делало этого человечка уникальным. Он не был "съедобным" для женщин со зверушкой, будучи сам носителем оной.
  Теперь вырисовывалось вполне перспективное для землян и зверушек будущее. Когда-нибудь, возможно, что и не слишком скоро, всё могло теперь придти в равновесие. Тогда все женщины и мужчины станут носителями зверушки, и это не прекратит обычного человеческого размножения. Просто зверушку будет иметь каждый, уже при рождении. Хуже от этого станет людям, или лучше? Кто знает... у них появятся новые качества, они перестанут болеть и будут дольше жить. А ещё они перестанут обманывать друг друга, это станет невозможным, и даже одно это уже, пожалуй - хорошо!
  
  
  Конец.
Оценка: 4.69*9  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"