# Страница пятнадцатая. Ледащёв Александр Валентинович

Татьяна Резникова

Стихи этого поэта острые, колкие, часто ранящие, очень проникновенные. К нему нельзя оставаться равнодушным, даже если захочешь...

Ледащёв Алексей Валентинович


'Любовь Н'даку-ванга'


Эти девы, конечно же, все и всегда испоганят:

Ведь сказали же четко - ребенку ни рыбы ни мяса!

А о том, что не знала, наивная, с кем проживает,

Так сама ведь не дура, возьми и сама догадайся!

А о том, что ребенок в кровавую ярость впадает,

И на мясо кидается, словно ни в жизнь не кормили,

Это дева со временем тоже в процессе узнает,

А селяне ей скажут: а мы ведь тебе говорили!

Эти властные боги, акулы ли, тигры ли, псы ли,

Все они лишь один чтут закон - да и то свою волю,

А безвестные девы, что им койкой-местом служили

Канут в Лету - такая безвестных дев тяжкая доля.

Упаси меня Боже игрушкой в жестокие руки

Угодить - поиграют и бросят, всю жизнь поломают.

Да и то не со зла, а любя, или просто от скуки,

Что им дева безвестная, кто вообще ты такая?


'Кот'


А может правда есть страна,

И даже мир такой,

Где кормят каждого кота

Сарделькой и треской,

Где люди гладят всех котов,

Не только лишь своих,

Где всем хватает чердаков

Уютных, на двоих?

Не знаю, как страна котов,

Но добрые сердца

Помогут зиму пережить

И избежать конца...

И дочка вынесла для кис

Тарелку с молоком,

Немного супа, с рыбой рис

И ряженку потом:

Для нас убыток не большой,

Все пропадет к утру,

Для кошек диких пир горой,

Шанс пережить пургу...


'Я привык...'


Доверие, порою вопреки,

Но через это ты находишь друга,

Встречаешь деву, делаешь супругой,

Заводишь кошку, создаешь стихи...

Ты веришь, что поверят и поймут,

Ты душу ненадолго открываешь,

Сиянием надежды привлекаешь,

Ведь на него летят, как мотыльки...

И если нет доверия, тогда

Знакомый никогда не станет другом,

А девушка партнером и супругой -

Орбиты будут разные всегда...

Зачем и для кого писать стихи,

Никто ведь не поймет, не станет ближе...

И даже кошка руку не оближет,

По дружески, по братски не мурчит..


'Татуировка на плече...'


Какие разные поэзии адепты,

Пьеро домашние и Дикие Коты,

Объединяет всех лишь то, что мы - поэты,

Плетем в слова следы своей мечты...

Плетем в слова следы любви и боли,

И ярость и печаль и снова боль...

Когда любовь нам жизнь навстречу посылает,

Сплетаем мы в слова саму любовь...

Проклятье это или дар небесный

Не мне решать, мне в этом только жить...

Адепт поэзии, ее служитель честный,

Я продолжаю дальше ей служить...


'Предрасстрельная. Разговор с собой'


Я смерти в глаза не смотрела... кажется,

Только родные глаза закрывала,

Но почему же читаю, и блажится,

Словно последний день проживаю?

И хочется, хочется жить - до чертиков,

И срочно успеть все то, что мечталось,

Обнять любимых спеть снова "Зонтики",

Любить до хруста, сколько осталось!

В парной - в последний, в последний - в проруби,

Чтоб снова почувствовать лед и пламень,

В последний раз помолиться Господу,

Поставить свечку отцу и маме...

Разлить и выпить - мы скоро встретимся,

Смотреть на небо до темных точек,

И удивиться - Земля все вертится,

Благословляя сынов и дочек.


Аксиома джунглей


Душераздирающее продолжение "За куколкой"...


Только то, что отдано добровольно - имеет цену, и воистину велико.

Любовь под магией, принуждением - это больно, ибо души не касается свет богов.

Если рядом с тобой не мать, а твоя рабыня - ты не будешь счастлив подняться ввысь.

Это рабство - в любви ему рабство имя, это словно приказ собаке, пустой каприз.

Только с равным, равновеликим, духовным кем-то хочешь тоже поднятся в небо, взмахнуть крылом...

Если только любим всем сердцем ни разу не был - жаждешь власти, взлетать и падать и выть потом...


А, да наплюй


Кто-то носится над сердцем,

Как зеницу бережет,

Кто-то сердцем даже смотрит,

Только сердцем и живет...

Кто-то - так:

Наплюй, и ладно...

Только редко громко, вслух,

Вроде ж сердце, вроде ж надо

Как-то бережней? Тук...тук......


Ландскнехт


Я вот думаю...надо ли стать на какой-то момент

Идентичным с героем, чтоб стали бы чувства твоими?

Чтоб мир его стал на какое-то время - но твой,

И забыть про себя, воспитание, опыт и имя?

И не страшно ли маску такую себе надевать,

Ведь те маски слезают порой вместе с плотью и кровью?

Не приходят ли ночью те образы, чтобы сказать:

Ты нас создал, решили остаться навеки с тобою...


Нити Мюнхгаузена


Чудаки от начала времен

Раздражали сообщество чинное,

Их учили: "Ну будь же умен,

Будь как прочие, будь же мужчиною!"

(В смысле пей по обедам вино,

Волочись за красивыми дамами).

Чудаки же - они все равно

Все мечтали о чем-то, все плавали,

Все пытались достать до луны,

Все стремились к чему-то, болезные...

Только где сейчас были бы мы,

Стань тогда чудаки вдруг "полезными"?

Посвятят повседневному дни,

Перестнут искать и надеятся?

К переменам ступеньки они,

И Земля из-за них еще вертится!


Мимолетное


Одиночество - наша одежда,

Перед Богом, перед людьми,

Как пришли в этот мир с надеждой,

Обнаженными - так и уйти.

Одиночество - наша истина,

И в толпе ты всегда один,

Одиночество было выстрадано:

Ты един, и Бог тоже един.