# Именем Корпорации! Глава 31

Марк Александрович Романов

Патрик сидел на летней веранде, потягивая свежевыжатый апельсиновый сок. Планета Гелео Прайм славилась своими курортами и зонами отдыха, к которым слетались, словно пчёлы на мёд, десятки прогулочных яхт и пассажирских лайнеров с туристами. Приятный мягкий климат, множество маленьких озёр в окружении красивых пейзажей в пасторальных тонах, высокое зеленовато-голубое небо и яркое жёлтое солнце, так напоминающее звезду далёкой Терры.

Каждый уголок Гелео Прайм был наполнен домами и домиками отдыха, частными гостиницами и пансионатами, санаториями и специализированными клиниками, где проходили процедуры реабилитации сотни людей. К тому же, эта планета славилась своим статусом нейтралитета, подчёркивая это при каждом удобном случае, отгораживаясь от претензий иммунитетом популярного и обширного курорта трёх ближайших субсекторов.

Гелео Прайм привечала не только людей, но и ксеносов. Конечно, особые требования предъявлялись к ним в жёсткой мере, но не допустить на планету-курорт кого-либо из условно дружественных рас правительство не могло.

Деньги, как и технологии, всегда в цене. С последними эта поговорка становилась особенно привлекательной.

Патрик сидел на плетёном стуле с высокой спинкой, на котором для удобства и приятного расслабления лежали несколько маленьких разноцветных подушечек. Перед ним на таком же плетёном столике стоял недоеденный завтрак, насыщая ароматами превосходного омлета с зеленью и помидорами окружающее пространство. Апельсиновый сок в тонкостенном запотевшем стакане приятно ласкал взгляд задорным оранжевым цветом.

"Просто Рай какой-то, - подумал Патрик, делая ещё один глоток прохладного сока. - Никогда бы не подумал, что могу оказаться в таком месте".

- Причём, совершенно бесплатно, - раздался приятный женский голос. За столик к инквизитору присела стройная брюнетка в лёгком полупрозрачном платье нежно-зелёного цвета. Свои длинные волосы она заплела в сложную причёску, оголив плечи, по которым спускались тоненькие бретельки платья. Патрик взглянул в лицо агента Мольер безо всякого интереса.

- Умеешь читать мысли? - спросил он. Женщина холодно улыбнулась, поправляя волосы.

- Догадалась по выражению твоего лица. Ну да мы не о курортах. Корпорация хочет знать, почему ты бросил преследование и решил отправиться именно на Гелео Прайм?

Патрик смерил агента Мольер взглядом блёклых глаз, склонил голову набок, чувствуя, как отросшие за время его задания светлые волосы щекочут спину под тонкой тканью рубашки.

- Мадмуазель Мольер, - произнёс он, поглаживая кончиками пальцев высокий стакан с соком, - зачем гоняться за какой-то яхтой, способной, прошу заметить, отбиться от превосходящих сил пиратов, если можно просто подождать её в точке окончания регаты? Вашему начальству так принципиально именно преследование объектов или результат?

Брюнетка не показала никакого смущения, лишь коротко кивнула в знак согласия, откинувшись на спинку стула и приглаживая струящуюся ткань платья, расправляя его на груди.

Патрик проследил её жест, едва заметно улыбнулся краешком губ, но взгляд его не потеплел.

- Послушайте, мадмуазель Мольер, - подавшись вперёд и глядя женщине прямо в глаза, произнёс Патрик, - я инквизитор субсектора какой-то там засраной планетки, покинутой вашей Корпорацией хрен знает, когда. И на меня не действуют ни угрозы, ни попытки соблазнения, ни тонкие игры разума с вашей стороны. Вы можете читать мои мысли, раздеться передо мной прямо здесь или выстрелить мне в голову на глазах окружающих. Я знаю, что вас даже не попытаются задержать. Но, - он сделал паузу, - пожалуйста, не надо делать из меня идиота, - закончил Патрик, откидываясь обратно на спинку стула. - "Александрийская Рулетка" выиграет гонку даже при учёте повреждений и потери времени из-за вынужденного срочного ремонта. И ваши объекты никуда не денутся в космосе, если только не выйдут в безвоздушное пространство и не погребут прочь в скафандрах прямо в вакууме. И я не вижу смысла бегать за ними, теряя людей и самоуважение.

Женщина поднялась со своего места, одарив Патрика надменным взглядом.

- Давайте поступим так, инквизитор, - холодно произнесла она, - вы ответите мне только на один вопрос, и я уйду.

- Тогда уж и вы ответите мне на вопрос, - согласно кивнул Вуниш. Тон инквизитора не оставлял сомнений, что иного ответа, кроме согласия, он не приемлет. По сути, Патрик знал, что заставить агента Мольер откровенничать с ним он не в силах. Но и ей вовсе не требовалось узнавать его планы или какие-либо иные сведения, спрашивая о них. Эта женщина, и тут Патрик был почти уверен, могла бы просто извлечь всю необходимую информацию из его мозга. Сохранность черепа при этой процедуре явно не предполагалась...

- Вы собрались просто подойти к объектам и попросить их отправиться с вами? - иронично осведомилась брюнетка.

- Я не просто попрошу, а вежливо, - улыбнулся Патрик, давая понять, что Мольер права, и в этом состоит его план. Женщина посмотрела на инквизитора каким-то странно долгим пронзительным взглядом, в котором явственно читалось осознание сумасшествия Вуниша. Впрочем, ничем иным она не выразила своего неодобрения. Она повернулась и направилась прочь.

- Постойте, мадмуазель! - окликнул её Патрик, - а как же ответ на мой вопрос?

Мольер замерла на месте, медленно оборачиваясь к инквизитору.

- Почему именно Мольер? - с улыбкой осведомился он. - Вы поклонница творчества французского драматурга?

- Нет, - пожала она плечами, - моё имя Ванесса Поклен.

Патрик сдержанно кивнул, приподняв бокал с соком и отсалютовав им агенту Мольер. Женщина снова окинула взглядом инквизитора, словно сомневаясь, стоит ли спросить его настоящее имя, но потом её лицо снова стало непроницаемым и холодным. Она быстро направилась прочь, не оглядываясь, и оставив Патрика в одиночестве наслаждаться чудесным пением ярких птичек в ветвях деревьев, окружавших летнюю веранду небольшой гостиницы.


Спал он плохо. Патрика мучила бессонница, но едва ему удавалось забыться неглубоким беспокойным сном, он то и дело видел, как один за другим гаснут изображения с картинками захвата яхты "Александрийская Рулетка". За этими видениями в мозг настойчиво пролезали воспоминания с родной планеты, попытки захватить Гриффина ещё там, след, приведший инквизитора к убитому дознавателю, красное пятно крови на полу в старом ангаре и настойчивые воспоминания о множестве перекопанных данных в последствие. Да и биоимпланты, поставленные в правое плечо, не давали ему покоя, словно инородные захватчики, проникшие под кожу. За время пути и погони большая часть их давно отслужила своё, а применение мощных стимуляторов роста мышечных волокон и костной ткани довершили процесс заживления. Но ощущение скверны в теле осталось до сих пор, неясным нервным чувством мешая спокойно поспать.

В конце концов, Вуниш сдался, прекратив бесполезные попытки выспаться. Он вышел на летнюю веранду небольшого домика, в котором ожидал последние несколько дней окончания космической гонки. "Осенние Сюрпризы" оказались неожиданными не только для участников регаты. Сам Патрик даже не предполагал, что его устроенная и, в общем-то, размеренная жизнь насытится подобными приключениями, зачастую сопряжёнными с риском для карьеры и жизни.

Он опустился на стул с плетёной спинкой, чувствуя прохладу и свежесть приближающегося рассвета. Опухшие, красные от недосыпа глаза слезились и беспрестанно чесались. Патрик тёр их кулаками, то и дело смаргивая набегающие слёзы. В голове крутились сюжеты из снов.

"Тебе есть, о чём подумать, - говорил он сам себе. - Ведь Гриффину ещё на Малидакане помогли сбежать. Та странная история с его обвинением в смерти майора Вандершанца не показалась тебе странной, - продолжал он внутренний диалог, - да и показания Мак Лифа были весьма убедительны. А ты знаешь правду. Знаешь ли?"

Некоторое время Патрик взирал на разгорающуюся полоску рассвета на востоке. Небо начало светлеть, темнота медленно и неохотно отползала прочь. Звёзды гасли одна за другой, а в ветвях начинали чирикать вездесущие пичуги, приветствуя новый день.

День обещал быть приятным и комфортным, как и вся жизнь в самых обласканных мирах под контролем Корпорации. Курорты, развлечения, наука, техника, развитие на благо будущего. Знакомые и уже порядком набившие оскомину лозунги, лезущие в голову каждого человека из всех унитазов на любой планете.

Пропаганда лояльности и любви, сплочения и объединения. Приходите к нам, у нас есть печеньки! А для особо строптивых они у нас с гвоздями...

До сего дня Патрик особо и не задумывался, как обстоят дела там, далеко, ближе к середине централизации власти Корпорации. На таких вот обжитых и уютных планетах, как Гелео Прайм, снискавшей славу элитного и самого известного места отдыха во всех секторах Корпорации.

Патрик порылся в карманах лёгкого халата, наброшенного на узкие голые плечи, чтобы ночная прохлада не отвлекала от размышлений. Достав смятую пачку сигарет, он закурил, медленно и задумчиво выдыхая дым вверх. Сизый туман закручивался причудливыми спиральками, а затем растворялся в воздухе.

Он продолжал размышлять, сосредоточенно и хладнокровно вспоминая все звенья цепочки, приведшей его сюда.

Насколько он мог знать, со слов Давлатова при администрации военного отделения на Малидакане, Гриффина обвиняли в умышленной смерти майора Вандершанца. Дескать, лейтенант Мак Лиф, находящийся под командованием майора, доставил доктору вполне живого и легко раненого начальника. После чего получил назад изуродованное тело майора без объяснений случившегося за дверями доктора Гриффина.

Со слов того же Давлатова, к Льюису было направленно несколько запросов о предоставлении на осмотр его оборудования с целью установления, действительно ли помощь, оказанная Вандершанцу, была квалифицированной.

Патрик вполне понимал, почему Гриффин отказался предоставлять на всеобщее обозрение свои инструменты с маркировкой Корпорации. Один только автохирург мог подвести Льюиса под невыездную статью на Малидакане до конца его дней. А вот запертым в клетке специалистом Гриффин быть вовсе не желал. Свобода, как и незаметность, устраивали его чуть более, чем полностью.

После замятой несколько лет назад истории с доктором Адамом МакФэреллом, пойманном на проведении весьма странных евгенических опытов с людьми и генами ксеносов, подобное положение дел, как и специалист высшего класса, вполне устраивали и военных, и власти планеты.

"Значит, это болото кто-то должен был расшевелить, - подумал Патрик, затушив сигарету в ажурной пепельнице, стоявшей на краю столика. - А не был ли этот некто тем самым, кто повёл линии действий как раз туда, куда ему и было нужно?"

Инквизитор закурил подряд вторую сигарету, потирая слезящиеся глаза и чувствуя, как в голове нарастает боль.

"Сначала ему необходимо было расшевелить наш недалёкий, положивший моржовый хер на Корпорацию, мирок, чтобы выкурить искомый объект и заставить его бежать, проявив себя. Для этого этот Некто и устроил подлог с обвинением, замяв полноценный и подробный донос Вандершанца на своего молодого лейтенанта Мак Лифа о предательстве и покушении на жизнь майора. Иначе добрый доктор просто осел бы в любой другой клинике планеты. Но не тогда, когда за его голову назначена награда, а слава раскурочившего спецтранспорт военных летит впереди прошлых дел. После выманивания настала вторая стадия, а именно, загон. Гриффина вынудили принять помощь некоего агента, чтобы легче было следить за странным доктором Льюисом".

Патрик сдвинул брови, покручивая в руках зажжённую сигарету. Столбики серого пепла не спеша падали вниз, бесшумно рассыпаясь у ног Вуниша.

"А вот насчёт этого самого агента я пока ничего не могу сказать, - продолжал размышления инквизитор. - Вполне возможно, что он вовсе и не отступник, но удачно играет его роль, добиваясь доверия Гриффина. Но вполне возможно, что агенту что-то нужно от доктора. Тогда встаёт вопрос, а что именно?"

Исходя из поступивших отчётов и собранной информации с "Александрийской Рулетки", когда та вежливо сгрузила все трупы в открытый космос, Патрик знал о характере повреждений и нанесённых смертельных ранений отделению десанта, погибшему на борту яхты. И, судя по тому, что сумел увидеть Вуниш, военных порвали на части. Некоторых - в прямом смысле слова. В том, что это вовсе не методы доктора Гриффина, Патрик не сомневался. Да и мирные гражданские яхтсмены вряд ли открыли бы в себе такие стороны. А вот агент Корпорации, пусть и бывший, вполне мог.

Боевая программа под воздействием нанов очень даже соответствовала картине повреждений от рук ликвидатора.

"Значит, у агента наны, - хмуро подумал Патрик. - Что это нам даёт? А даёт многое. Если у агента наны, значит ему нужен доктор, умеющий с ними обращаться. Элементарно проверять новые партии на жизнеспособность. Тогда связка складывается. Агенту нужен доктор, доктору - способный прыгать по порталам агент. Но почему тогда они отправились на яхте?"

Эта часть размышлений Патрика давала сбой.

- Они экономят, - пробормотал он, затушив и вторую сигарету. - У них нет запасов нанов. И они могут двигаться только туда, где они есть. Значит, конечная точка побега пока не определена? - спросил он сам себя.

По всему выходило, что сейчас два бывших сотрудника Корпорации просто бежали, сломя голову, в никуда. Без цели, средств, чёткой задачи и намерений. Но если бы Патрик мог оставить их в покое на некоторое время... он сумел бы понять, куда движутся объекты.

Единственное, что пока оставалось неясным для Вуниша, чем именно так уникален Гриффин, что даже агент Корпорации решился прибегнуть к его помощи и изменить своим хозяевам. Ещё одна вещь, тёмным пятном ложащаяся на разум инквизитора, состояла в том, что он не мог не замечать некоторых совпадений.

Гриффина выкурили из обжитого гнезда тогда, когда это понадобилось. В этом Патрик почти не сомневался. Вопрос в том, почему понадобилось именно сейчас. Далее доктора вынудили сотрудничать с агентом, упрочив их связь взаимной необходимостью. Но для того, чтобы эти двое пустились в бега, должно было удачно сложиться несколько факторов.

Первое - спецтранспорт с Гриффином подбили из законсервированных звуковых пушек, установленных в горной зоне приграничья с сектором владения повстанцев. Вернее, кто-то очень хотел, чтобы это выглядело именно так. Патрик лично осматривал транспорт на месте падения и знал, что импульс был слишком маломощным, чтобы долететь с приграничья.

Транспорт просто уничтожили, оформив всё, как случайность или действия несуществующих сообщников Льюиса. Далее Гриффин получил обвинения, после которых не мог оставаться на планете. И именно Патрика направили решать дело местных вояк, уведомив его о том, что подозреваемый является первым звеном, опять же, к несуществующей группе заговорщиков, подозреваясь в нелегальном использовании биоматериала, смены личности или захвата чужой оболочки с целью скрыться от властей. Именно такая формулировка и обязывала передать дело инквизитору Корпуса на Малидакане, а не оставлять его в руках обычных военных или сил полиции.

Патрик припомнил тот день, когда его информатор определил местоположение Гриффина в клинике. Будучи инквизитором Корпуса, Патрик Вуниш был единственным, кто имел возможность облачиться в действительно подходящую защиту для операции по аресту Гриффина.

Только вот сама идея о наличии некоего общества заговорщиков казалась ему теперь навязанной кем-то. Кем-то, кто подделал дело Гриффина с ложными обвинениями. Кем-то, кто сумел сбить спецтранспорт с заключённым на борту так, чтобы сам заключённый уцелел и начал дёргаться. И ещё этот кто-то потрудился организовать дееспособность звуковых пушек на крыше клиники, заменив недостающие детали в них, давно уже разворованные местными умельцами.

Что и сказать. Малидакан не ждал возвращения Корпорации, не следил за оставленным оборудованием и тихо разбирал его на части.

Но больше всего Патрика интересовала его нынешняя роль в этом деле. В том, что его вели, охраняли и вовремя подсовывали информацию, он был уверен.

Вуниш припомнил высокого худощавого мужчину с острыми чертами лица, который дал ему некий медальон на короткой цепочке со стилизованной буквой "I" и тремя косыми чёрточками на ней. Своеобразное удостоверение полномочий агента Корпорации, нанятого для особых случаев, оказывалось полезным вне Малидакана, так как иных документов и полномочий Патрик не имел.

"Почему же игра началась именно сейчас? - думал он, чувствуя, как медленно выползающее из-за горизонта солнце начинает согревать озябшие плечи первыми лучами. -Что же вы там раскопали такого, что вам понадобился этот самый Гриффин, ради которого вы даже пожертвовали агентом?"

Инквизитор понимал, что найти ответ на этот вопрос самостоятельно он не сможет. Оставалось только одно: пойти и спросить. Только вот у кого? Передать свои мысли через Мольер? Вряд ли тогда он дотянет до следующего утра живым. Обратиться со своими размышлениями к своему начальству на Малидакане? Вуниш даже тихо засмеялся, представив это. Провинциальные вояки с отдалённой и всеми забытой планетки это вовсе не то, что способно было защитить Патрика.

Оставался последний вариант - обратиться к беглецам. Вполне возможно, что те даже и не догадывались о причинах своих же действий. Впрочем, как и о том, зачем нужны Корпорации, спокойно мирившейся с их жизнью столько лет.

Но для того, чтобы воспользоваться этим вариантом Патрику Вунишу предстояло решить, готов ли он присоединиться к компании беглецов, если никак не сможет оправдать своего разговора с ними перед лицом Мольер или её неприятного начальства.