# Именем Корпорации! Глава 36

Марк Александрович Романов

- Придётся пересматривать всю космогонию и картину мира. Теория Всего не то, чтобы мертва, но явно испытывает сложности с самочувствием...

- Опять ты полез в метафизику. Скажи проще: мы не знаем, как это называется, и почему работает.

- Знаем, как работает. А названия придумать несложно. Например, я предлагаю назвать наш мир "Линия Ноль", для упрощения отсчёта.

- Почему "Линия"? Словно на уроке геометрии, ёрш...

- Наши поисковые группы переходят новый мир, но другую линию вероятности. Отсюда - "Линия". Но, если принять во внимание, что каждый мир имеет разные параллельные ответвления... Хм. Пусть будут "Параллели". Да, так проще.

- Стоп. Эксперимент в Эоле?

- Да, верно. Там мы смогли проникнуть сквозь квантовый портал в параллельный мир, где вместо пустыни и источенных ветрами скал увидели зелёную цветущую планету.

- И потеряли там взвод Майрела. Глупо...

- Поверь, они погибли не просто так, а во имя науки. Памятник не обещаю, но мемориальную доску..

- Знаешь, что? Засунь её себе в задницу. И проверни... Ребят это не вернёт...

- Да. Знаю. Прости, друг.

- Э, ладно. Бывает. Что будем делать с...?

- Пусть пока полежит в регенераторе. Он не в лучшей форме, организм изношен.

- Он передал сообщение с Андре, помнишь? Сдаётся мне, что кактусы там не такие безвредные...

- К чёрту кактусы. Он видит, как надо открывать порталы, и Линии, куда они ведут. Это важнее.


Андре отложил в сторону тонкий листок планшета, и вздохнул. Тянуло шею, болела от долгого сидения за столом спина, и ныла поясница. Удобный на первый взгляд стул превращался к концу дня в орудие пыток средневековых маньяков, терзая онемевшую задницу каждым миллиметром покрытия.

"И на кой хрен я согласился сидеть здесь, а не взял отпуск, как предлагали? - Дрезина помассировал переносицу, и прикрыл глаза, откинувшись на спинку стула. До конца реабилитации оставались ещё две недели, из которых большую часть он проведёт тут, в унылых серых стенах аналитического центра Лабораторий Каннингема. - Сам вызвался, идиот. Разобрать материалы по экспедициям, систематизировать и комментировать моменты, связанные с транспортировкой... Эх... Чудила, одним словом".

Да, это было так. Он сам предложил посильную помощь, и Грей, не мудрствуя лукаво, отправил своего протеже в аналитику. Сейчас "в поле" работали все пять групп, и на базе остались лишь несколько сотрудников, не считая нанятых загадочными друзьями доктора охранников с военной выправкой и тусклыми, словно оловянными, глазами. Каждый человек был на счету, но... Андре, попробовав вкус другого мира, ощущал, что его родина порядком потеряла очарование. Ему хотелось снова открыть "дырку", и шагнуть в новую реальность, где ещё не было никого из жителей его планеты.

Он вспомнил приключенческие книжки, написанные век-полтора назад, в которых описывались истории покорения неизведанных земель и географических открытий, и улыбнулся. Тогда, в детстве, он морщил лоб, читая Кука, Кубера и Берна, и откровенно не понимая, что в этих "белых пятнах" такого, что заставляло людей бросать свою устроенную жизнь, и бежать, плыть, лететь туда, в Terra Incognita. И в скудном воображении всплывали туманные картины, как мужчины в тропических костюмах, вооружённые почему-то многоствольными винтовками, верхом на лошадях и верблюдах въезжали на покрытые белым туманом земли, и дымка рассеивалась. Открывались джунгли с древними храмами неизвестных племён, пески пустыни с затерянными городами, полными джиннов и сокровищ, горные ущелья, поросшие кривыми соснами...

Тогда это казалось глупым и скучным. Идти к Эль Дорадо, теряя участников экспедиции от укусов насекомых и отравленных стрел коварных туземцев. Найти остатки стен и разрушенные ступени пирамид, и вернуться назад, оставив в джунглях большую часть отряда... Или вмёрзнуть в лёд вместе с кораблями, и медленно умирать от холода, голода, цинги и полярных медведей, кажущихся злыми духами. Или... Сколько их было, этих историй.

Но теперь Андре понимал, что именно гнало вперёд исследователей. Незабываемое ощущение первооткрывателя и покорителя новых земель. Переживание победы и преодоления самого себя, когда ты вышел за жёстко очерченные рамки, и развеял туман, скрывавший тайны. Возбуждение, сравнимое с сексуальным... И неутолимая жажда.

Доктор Каннингем обмолвился как-то об этом психологическом выверте, объяснив его генетической памятью относительно молодой человеческой расы и стремлением захватывать как можно большие территории, чтобы родное племя могло прокормиться и выжить. "Комплекс пионера" - так, кажется, он его назвал. Что же, хорошее название. Правильное.

На экране развернулись новые интерактивные отчёты, уползавшие ровными строчками, слегка разбавленными видео и графикой, в виртуальную бесконечность. Каждый участник экспедиции оставлял после себя многие мегабайты информации: картинок, записей, текста и телеметрии. Как правило, они были бесполезны в массе своей, содержа ненужный мусор повседневных действий. Но иногда в груде хлама могла блеснуть монетка факта, не замеченная ранее.

Так, несколько дней назад, проматывая видео из нагрудной камеры одного из учёных-зоологов группы 54, изучавших скалистые ущелья, Андре с удивлением обнаружил, что полосы на одной из скал выглядят, как нанесённые рукой человека. Прикрытые козырьком каменного выступа, они попали в кадр ненадолго, но качество записи позволило сделать выборочное увеличение, и, после обработки на графической станции, на стол профессора Каннингема легло изображение наскального рисунка, серьёзно повреждённого временем и погодой. Полосы краски выцвели, но удалось восстановить фрагмент картины, изображавшей сильно упрощённый набросок какого-то травоядного животного, украшенного рогами, и фигурку человека с копьём или палкой в руке. Так рисуют дети, или представители первобытных племён...

Рисунку было несколько столетий, если принять во внимание действие дождя, солнца и ветра. И было неизвестно, откочевало ли племя художников, или, может быть, вымерло от голода и болезней...

Ещё Андре помнил, как совершенно случайно, глядя на карту лагеря экспедиции 12, стартовавшей через несколько недель после возвращения его группы, он увидел что-то знакомое. Большие базальтовые плиты и вытянутые валуны задели какую-то струну в памяти. После нескольких часов напряжённых поисков перед ним висели два рисунка - один из нового мира, а другой - из старого исследования Фон Дённикена, посвящённого дольменам Старого Света. Перед Андре был план Стоунхенджа, повторённый в ином мире с достаточно высокой точностью. Не совпадали только внешние кольца камней, имевшие в тамошней версии большие промежутки, и положение "алтарного камня" в центре кромлеха. И синие в этом мире валуны были зеленоватыми там...

"Сколько же незамеченного осталось в этих записях и отчётах? - подумал Андре, отхлебнув кислого кофе, и снова закапываясь в тексты. Ему отчаянно хотелось в спортзал, и на стрельбище, но до конца фрагмента оставалось ещё много. - Чёрт, мне кажется, что учёные смотрят куда угодно, но не туда, куда нужно! Ну как можно было не заметить таких артефактов?"

- Дрезина, бросай свои бумажки и дуй в оперативный центр! - рявкнул, подпрыгнув, интерком голосом Грея. - Пять минут! Время пошло, агент!

- Так точно, капитан... - Андре недоумённо пожал плечами, и, встав со стула, подхватил куртку. Набросив её на плечи, он поёжился - в комнате было тепло, но коридоры центра почему-то охлаждались до неприличной температуры в семь градусов, и передвигаться по ним было неприятно. Снаружи крепких стен жарило июльское солнце, и после рабочего дня выход из лаборатории был сродни погружению в расплавленную магму. - Ладушки, сейчас буду.

- И что вам понадобилось? - спросил он у молчавшего интеркома, и подмигнул куску пластика с выдавленным логотипом производителя, направляясь к выходу. Ответа Андре не ждал.


- Позвольте представить, - доктор Каннингем, сидевший во главе стола, махнул рукой в сторону кресла для перевозки больных, в котором, скособочившись, сидел знакомый Андре по одному давнему глюку загорелый худющий нарк из пустыни, сейчас завёрнутый в одноразовую больничную робу, - Альф Йоргенсон, один из первых испытателей.

Альф, стараясь не потревожить трубки старомодных капельниц, торчавших из разноцветных катетеров в руках, под ключицей и под коленом, помахал ладонью, и улыбнулся. Взглянувший на чёрные пеньки зубов во рту чернокожего и слегка красноглазого исследователя Андре внутренне содрогнулся, но потом подумал, что сам бы выглядел не лучше в такой ситуации, и улыбнулся в ответ. Дюжий санитар, стоявший за спинкой кресла, посмотрел на него тяжёлым взглядом, и поправил капельницу.

- Гхм... - откашлялся капитан, и, окинув взглядом присутствующих, развернул на стене экран с тактической схемой. - Альфа обнаружила экспедиция на Эол. Группа 34 смогла открыть переход и, после развёртывания временной базы и термоядерного энергоблока для обеспечения возвращения, локализовала местонахождение испытателя в расположенном неподалёку храмовом комплексе...

Каннингем, который слушал Грея, положив подбородок на сплетённые пальцы, перебил капитана:

- К сожалению, процесс реабилитации и хелатирующей детоксикации проходил сложно, и только сейчас пациент пришёл в достаточно хорошую форму.

Грей, проглотивший окончание своей фразы, пожевал губами, и продолжил:

- В итоге мы смогли ответить на ряд вопросов, связанных с перемещением, и, после контакта с местным условно дружественным населением, выявили...

- Что, оказывается, мы - далеко не первые, кто освоил перемещение через порталы, - улыбнулся Каннингем, наблюдая за побагровевшим Греем. Капитан очень не любил, когда его прерывали, а доктору нравилось бесить своего старого друга. - Туземные легенды говорят, что много поколений назад через аномалии приходили добрые люди с дарами и товарами. А потом торговля и обмен внезапно прекратились, как будто их и не было.

Альф пошевелился в неудобном кресле, и поднял иссохшую руку, обтянутую почти чёрной кожей:

- Док правду говорит, да. Приходили, учили, ели кактусы, - негр сморщился, скривив губы. - Потом, через много-много лун перестали приходить. Последний из чужеземцев ушёл в дыру, чтобы выяснить, что случилось... И не вернулся. Чуваки, там не круто...

Андре задумался. Последние находки укладывались в теорию об обмене и торговле. Два похожих мегалита, ступенчатые пирамиды на Эоле, украшенные финикийскими буквами, металлические орудия из бронзы в захоронении, найденном группой 12...

- Но кем они были, эти путешественники? - спросил он у своих начальников. - И почему перестали ходить сквозь порталы?

- Этнографы на Эоле пока смогли выяснить только одно название, местности или города... - Грей вывел на экран снимок высеченных на камне знаков. - Александрия...