# Бремя Сильных. Глава 11

Андрей Олегович Рымин

Бремя Сильных. Глава 11. Комментарии прошу оставлять в основном файле.

## Глава 11.


- Нехрена себе! Это вам не жилище Мудрейшего. Сколько камней натаскали... А до гор путь неблизкий. - удивлялся Валай во весь голос.

- А я вот чего-то такого и ожидала от главного поселения северян. - поделилась своими впечатлениями Мина. - После тех деревней, что мы видели. Эй, Джейк, я правильно слово сказала?

- Почти. - отозвался дружинник. - Только нужно говорить деревень, а не деревней.

- А... Запомню. - пообещала охотница.

- Ага, запомнишь. Годика через три. - без капли издевки определил сроки Волк. - Тут столько всего надо запомнить, что голова кругом идет. И как мы тут жить будем...

- Как - дело второе. Главное жить. - подключился к беседе Ралат. - Разберемся со временем.

- Это ты верно подметил. - согласилась Мина. - Из Долины сбежать удалось, а остальное не важно. Поперву бы с голода не помереть, а там уж придумаем, как жить дальше.

- С едой проблем не возникнет. - поспешил Джейк развеять опасения девушки. - Сейчас самая сытая пора наступила. Урожай по большей части собрали, а продать еще не успели. Ализия, между прочим, главная житница всей Империи, да и в другие страны от нас много чего идет на продажу. Оливки те же. А уж вино наше южное так и вовсе на весь мир известно. Купцы отовсюду съежаются. Не боись. Хватит жрачки на всех. Раз господин вас привел, значит выделит из запасов. Монки слово держат.

- Это хорошо, что держат. - улыбнулась Мина. - А то нам еще и земли для житья обещали.

- Да все вам будет. - пообещал дружинник. - Земли свободной валом. Бери и распахивай. Я бы вас поближе к предгорным лесам поселил. Там на охоту никаких разрешений не требуется. Не то, что в баронских угодьях. Но решать не мне. Как Его светлость милорд Август скажет, так тому и быть. Потерпите. Недолго осталось. Почитай добрались.

Последняя фраза солдата была уже лишней. Выбравшись из небольшого лесочка дорога только-что явила путникам свое окончание. В паре миль к северу вытоптанная полоса голой земли упиралась в предместья Синара. Низкие, едва различимые с этой дистанции домики окаймляли показавшийся город, как поросль молодых побегов вокруг старой ивы. За ними величественной серой громадой вставала стена. Не такая уж и высокая по меркам Империи, всего-то ярдов пятнадцать до края, но все же способная вызвать у родичей бурю эмоций своими размерами. Дальше и вовсе виднелись какие-то нереальные здания. Башни и шпили взмывали до самых небес. По крайней мере так казалось охотникам, недавно считавшим землянки вершиной строительной мысли.

Уважение к северным людям, и так запредельно глубокое, вышло на новый этап своей силы в сознании прибалдевшего Волка. Да и все остальные южане прониклись похожими чувствами к всесильным создателям этого чуда. Синар - небольшой городок даже в рамках Ализии показался растерянным родичам чем-то великим и древним, буквально божественным. Одновременно прекрасным и страшным. Пугающим жителей леса своими масштабами.

Беседа на время затихла. Все молча глазели на дивное зрелище. Кроме местных конечно. Они-то особых прекрас в пейзаже не видели. Ну Синар, и Синар. Что такого?

А город все рос, приближаясь, и рос. Постепенно глазам родичей открывались все новые и новые детали чарующей картины. Вот за рядами домов, меж которых стелилась дорога, показался распахнутый зев широченных ворот. Сквозь него проступали манящие контуры улицы, уходящей куда-то вглубь города. Мина с Волком переглянулись. В глазах у обоих читался восторг предвкушения. Неужели сейчас им позволят войти в этот чудный поселок имперцев?

Куда там! Не доехав каких-то ста ярдов до края предместий повозки, возглавлявшие колону южан, повернули направо. Луг огромных размеров, служивший общественным выпасом для скота начинался сразу за полосой огородов. Здесь места хватало. Все Племя могло без проблем разместиться, потеснив лошадей и коров. Ручей, протекавший в ложбинке, вконец убеждал - поляна почти идеально подходит под временный лагерь. На ней-то его и разбили. Звать в город гостей не решились. Уж больно их много явилось за раз. Не расселишь.

Весь день до последних лучей из города к лугу возили припасы и всякую нужную всячину. Палатки армейского типа, шатры, что хранились для ярмарок, просто рулоны материи, целые кучи нарубленных дров для костров. Запасов в Синаре хватало, и Монки не жадничали. Внушительный лагерь для беженцев вырос на поле у города буквально за пару часов. Разместились все сносно, без давки. Не сильно стараясь создать полноценный комфорт. Ведь зачем утруждаться? Совсем ненадолго же здесь. Вскоре снова сниматься в дорогу.

Да и выдохлись родичи. Это же сколько в пути? Целый месяц без малого минул с поры, как плоты унесли Племя прочь от родимого берега. Сотни миль позади, и сейчас сил уже не осталось. Самое время устроить нормальный привал. Отдохнуть день другой.

Кое-как обустроив свой быт, второпях затолкав в себя ужин, родичи повалились на землю. Малые дети, часть женщин, да самые древние старцы спали в шатрах и палатках, остальным потолок заменяло далекое звездное небо. На ночь даже постов не оставили. А зачем? Наконец-то опасности нет. По соседству еще не друзья, но уже не враги. Чернюки далеко. Разоряют Долину. Их можно пока не бояться.

- Утром будьте готовы встречать делегатов от церкви. - наказал Альберт родичам, покидая поляну. - Да и я появлюсь. Нужно срочно решать, как нам быть. Долго вас здесь держать мне не хочется, но отец, к сожалению, отбыл в Селину. Вернется на днях. Вот тогда присягнете на верность Империи и станете нашими подданными. А пока отдыхайте. Увидимся завтра. Маргар, что насупился? Все позади. Ты давай-ка, мой друг, веселее. Вы спаслись, и теперь заживете по-новому.

На этих словах баронет улыбнулся, поднял руку в прощании и, тронув поводья, направил коня прочь от лагеря. Остальные имперцы последовали за своим господином, и южане остались одни.

- Ох и пугает же меня это по-новому... - пробурчал вождь себе под нос ели слышно. - Да и все-ли уже позади? Не уверен...


***


После завтрака в лагерь и правда нагрянула целая армия братьев-блюстителей истинной веры во главе с колоритным мужчиной преклонного возраста. Старый Блай моментально привлек к себе взгляды южан лишь одним своим видом. Сухопарые стройные родичи не могли и подумать, что на свете бывают такие объемные люди. Даже мощный, успевший с годами набраться жирка и заметно раздаться в боках, здоровенный Маргар уступал в габаритах пришедшему старцу. Вернее приехавшему.

Необъятную тушу епископа привезла на поляну повозка. Да и другие служители церкви не своими ногами притопали. Транспорт всех их доставил до места, вернет и обратно.

Возницы, оставшиеся ждать у дороги, блуждали по лагерю любопытными взглядами. Дикари из-за гор пробуждали в жителях города неподдельный живой интерес ко всему, что так или иначе касалось южан. Ну, а как же? Подобных гостей ни то, что в Синаре, во всей огромной Империи никогда не бывало. Навязчивое желание - хоть парой слов перекинуться с новенькими одолевало людей, но Его Светлость пока не велели лезть к чужакам с разговорами, да и вообще подходить к дикарям и их лагерю. Приходилось терпеть.

Отстав от церковников самую малость из города прибыл и Монк. Тот, что Альберт, естественно. Догнав толстяка ковылявшего к лагерю, баронет лихо спрыгнул с коня. Точно также стремительно спешились и два десятка дружинников сопровождавших своего господина. Серия быстрых взаимных приветствий, и разросшаяся толпа северян достигла встречавших их родичей.

- С добрым утром всех. - проорал баронет подходя. - Вождь ваш уже, как я вижу, очухался. Смотрит бодрее.

Альберт широко улыбался, но веселым не выглядел. Было видно, что он напряжен. В словах имперца звучали фальшивые нотки. Жесты получались какими-то дергаными и искусственными, выдавая нервозность плохого актера. Видя это волнение, напряглись и Маргар со старейшинами. По всему намечалось какое-то неприятное действо. И следующие слова баронета немедля подтвердили эти догадки южан.

- Отец мой, похоже, вернется нескоро. Присягу принять у вас без него просто некому. Этим правом по нашим законам обладает исключительно хозяин земли, на которой дается обет. То есть барон в нашем случае. И ни я, ни мой брат, ни имперский советник над этим вопросом не властны. Придется дождаться отца. Но раз вы уже здесь, раз решение наше и ваше известно, то тянуть с приобщением к церкви не стоит. Формальность пустая. Я знаю, что в вере мы с вами едины, но все же традиция эта в Империи свято блюдется. Не бойтесь. Вреда никакого не будет. Во всех шести графствах детей при рождении представляют богам, с вами дело другое. Поступим иначе. Сейчас братья разом свершат ритуал над всем Племенем. Епископ Синара брат Блай расскажет подробней. Прошу отнестись с уважением и не перечить. В Империи церковь стоит с властью светской на одной высоте. То есть, что бы вам было понятно, объясню по-другому. Если в братстве сочтут вашу веру крамольной, то придется отречься и тут же принять нашу истинную. И другого пути просто нет.

- Хватит. Хватит. - устал великан в серой рясе выслушивать длинную речь. - Ты зачем так пугаешь людей? Мы уже расспросили дружинников, да и сам говорил - дети Яроса. Мол, учение наше, а только слова чуть другие. Все справим по-быстрому. - пообещал толстяк и, оглянувшись назад, резко крикнул: - Где там мой стульчик? Тащите скорей, а то рухну!

Стульчик, оказавшийся довольно массивным креслом, тот час объявился. Двое братьев подтащили его прямо к Блаю, и старик с облегчением плюхнулся в объятия мягкой обивки.

- Так, приступим. - скрипучим, разбавленным сильной одышкой, но властным уверенным голосом начал синарский епископ. - Альб, мой мальчик, "пустая формальность" - не та пара слов, что подходит к великому таинству представления Пятерым. Потрудись уяснить эту истину, и чтобы мои старые уши такого больше не слышали. Ладно?

- Приношу извинения, Ваше Преосвященство. - немедля откликнулся Монк. - Я просто неудачно выразился. Впредь такого не повторится.

Обращаясь к епископу, Альберт упрямо рассматривал свои сапоги, словно слова извинений предназначались не Блаю, а именно обуви. Улыбка, пусть даже фальшивая, пропала с лица баронета, и родичам сразу же стало понятно - толстяк обладает значительной властью. Пожалуй, не меньшей, чем есть у того же наследника Августа Монка Альфреда. В общении с таким человеком следует проявлять осторожность. Маргар торопливо обвел взглядом старейшин родов. Похоже, все разделяли разумные мысли вождя. По крайней мере, явного вызова в глазах присутствующих не читалось. Родичи смотрели на Блая спокойно и даже смиренно. Решившись покинуть Долину, люди Племени давно уже убедили себя, что потеря свободы - достойная плата за жизнь для себя и семей.

"Пререкаться не станут". - подумал Маргар, успокаиваясь. - "Скорей бы уже все закончилось. До зимнего холода еще нужно успеть кучу дел переделать, а мы здесь торчим".

- Не будем тянуть. - словно услышал мысли вождя северянин. - Мои братья пройдутся по лагерю и наскоро проведут ритуал. Звезд достанет на всех. Кузнецы постарались. Выделяйте им в помощь людей, чтоб водили, а сами ко мне. Вас я лично представлю богам и законы зачту. По-хорошему надо бы в целом ученье услышать, но то мы отложим на будущее. Расселитесь, братьев пришлю. А пока же, хоть так. Больно время настало недоброе. Что поделать? Пойду на уступки. Много вас заявилось конечно. Ну, да ладно. До вечера справимся.


***


- Подходите поближе. - сиплым голосом обратился синарец к собравшимся возле шатра, где недавнюю ночь в тесноте провели три десятка южан. В основном стариков и детей.

- Кто внутри, пусть выходят. И тех позови. - человек в сером балахоне указал на стоявшую слегка в стороне группу родичей.

Явившийся вместе с северянином охотник из рода Змеи поспешно бросился выполнять эту просьбу мужчины.

- Те вон, тоже пусть к нам. - продолжался отбор. - И старуху ведите. Потом доготовит. А которые справа уже не ко мне. Пускай к брату Югеру топают. Де не к этому брату. К тому, что у серой палатки.

Постепенно вокруг северянина в рясе собралась небольшая толпа. До полсотни различного пола и возраста родичей обступили худого, как щепка, мужчину. Сутулого, бледного, с реденькой куцей бородкой и крупной залысиной на продолговатой, напоминающей кабачок, голове. Дети постарше протиснулись в первый внутренний ряд и стояли к пришедшему ближе всего. Дальше расположились все те, кто был ростом пониже: старики и подростки, женщины, часть из которых держала на руках малышей. Ну а по периметру круга выстроились охотники. Мина, Валай и Ралат тоже тянули усиленно шеи из заднего ряда, с любопытством разглядывая чудного имперца.


***


По всей ширине луга, то тут, то там возникали такие же малые сборища. Братья цепью шагали по лагерю, совершая обряд. Где-то уже все закончилось, и церковник с помощником двигались дальше. Где-то процесс еще длился. Ну а где-то священный, пусть и упрощенный сегодня по ряду причин, ритуал еще только собирались начать. Блай не врал. В таком темпе, и правда, все Племя еще до вечерней зори приобщится к имперской религии. Если только помех не чинить.

А никто и не думал мешать серым братьям в их деле и хоть как-то перечить. Вопреки опасениям Альберта, дикари с интересом внимали церковникам, ну а маленьким жестяным звездочкам, что вручались представленным, искренне радовались, и дети, и взрослые. Символ веры с отверстием в верхнем луче, сквозь которое продевался короткий и тонкий шнурок, каждый родич торжественно вешал на шею и каких-то душевных терзаний при этом, похоже, не чувствовал. Даже наоборот. На бесхитростных лицах южан за улыбками пряталась плохо прикрытая гордость. Амулеты красиво блестели на солнце металлом, да и ощущение сопричастности к чему-то большому и новому приятно грело нутро. На душе становилось спокойней. Люди верили, что проходя через этот обряд они сразу становятся для имперецев своими. Или хотя бы, уж точно, перестают быть чужими и чуждыми. Что само по себе тоже очень немало.

Все шло гладко и чинно. Солнце в небе уже проскочило зенит. Братья тоже проделали большую долю работы. Дикие чужаки из загорья постепенно превращались в полноправных, представленных Пятерым, детей церкви, пополняя синарскую паству. Старый Блай был ужасно доволен. Он даже на радостях задремал в своем кресле, над которым заботливый служка распахнул парусиновый зонт.

Вся нервозность Альберта давно улетучилась. Опасения, что случится конфликт не нашли подтверждения. Баронет уже час, как покинул поляну, ускакав восвояси. После личной беседы епископа с главами Племени и надетых на шеи вождя и старейшин блестящих кулонов, окончательно стало понятно, что проверку южане прошли. Церковь вынесла свой приговор - принимаем! Веру родичей не сочли за крамолу. А главное, ересь с признанием некого Проклятого сыном Ярада, по-местному Яроса, была прощена и забыта.

- Вам долгие годы чудовищно лгали. - сделал выводы толстый старик. - И не ваша вина, что поганые речи замутили умы ваших предков. Эти дети Зарбага коварны. Только церкви по силам бороться с нечистыми. Там за горами управы на Проклятых не было, но время придет... Светлый Ярос открыл нам дорогу. Скоро братство туда доберется, и все переменится.

У Маргара по этому поводу имелись совсем другие мысли, но мудрый вождь промолчал. Из старейшин же тоже никто не решился перечить епископу, и толстяк посчитал немоту дикарей за согласие. Заблуждения Блая рассеивать не было смысла, как и глупостью было бы лезть на рожон, защищая свою правоту.

Вечер все же явился быстрее, чем братья покинули лагерь, но пришедшую следом ночную пору Племя встретило в новом полученном качестве. Спасть сегодня ложились уже не какие-то пришлые люди, а представленные богам дети истинной церкви. Еще не имперцы, но братья по вере и уже наполовину свои.


***


- То есть ты предлагаешь ослушаться старших? - с сомнением в голосе обратился к Волку Ралат.

- Вот не надо придумывать то, чего нет. - возмутился Валай. - Кто тебе говорил, что нам в город нельзя? Что-то я не припомню такого.

- Ладно, правда твоя. - после паузы сдался Орел. - Может прямого запрета и не было. Но подумай, хотели бы северяне нас видеть в Синаре, так давно бы уже пригласили. Да не тебя, а Маргара. Вождь, как я знаю, из лагеря носа не кажет. Вот и мы подождем.

- Надоело мне ждать. Трое суток сидим на проклятой поляне. Я всего и хочу-то взглянуть одним глазом. Чего же в этом плохого? - продолжал возмущаться охотник. - Воротится барон, и отправят нас к лесу селиться. Ничего не увидим. А до чудес-то рукой подать. Вон они рядом. Глупо такой шанс упускать. Соглашайся.

- И куда вы собрались? - неожиданно прозвучало за спинами родичей. - Без меня.

Мина, ходившая к ручью за водой, умудрилась вернуться в самый неподходящий момент. Девушка с укором смотрела на обернувшихся спорщиков, а Валай неумело скрывал огорчение мимикой, борясь с упорно ползущими вниз уголками губ.

- Ну? Чего мы молчим? - напирала охотница.

- Да вот в город хотели наведаться. - пришлось Волку признаться. - А вдвоем, потому что... Ну мало ли что там случится. Вдруг проблемы какие?

- Ты не ври. Сам хотел, а меня уговаривал. Но я против. Не время еще. - отстранился Ралат от товарища. - Нас не звали. Так будет неправильно. Нечего лезть поперед остальных.

Волк взбрыкнул и по новой принялся, теперь уже Мине, приводить свои аргументы в пользу прогулки к воротам Синара, а может и дальше, коль пустят. Девушка выслушала, а потом в свойственной себе ироничной манере посмеялась над замыслом друга:

- Да куда тебе в город, такому балбесу. Только народ тамошний рассмешишь, а заодно и всех нас опозоришь. Ты же главный дикарь во всем Племени. - Мина торжественно взмахнула руками, возводя Волка в придуманный титул. - Знаешь, что это значит? А я, вот, знаю. Подслушала, как тот плешивый, что нам звездочки раздавал, потом другому серому брату шепнул: "Дикари вполне смирные". Это он про нас так. То есть дикие мы. И правильно. Вот, ты в город собрался, а даже местных законов не знаешь. Натворишь чего и не заметишь. Будешь потом рассказывать, что не со зла это сделал, а по глупости. Только поверят ли?

- Как это законов не знаю? - искренне удивился Валай. - А о чем по-твоему нам тот худыш толковал? О законах как раз. Я все вообще-то запомнил.

- Так то божьи законы, дубина. - расхохоталась охотница. - Им надо следовать, чтобы в посмертии рай обрести, как плешивый сказал. То есть к Яраду на небеса попасть. Это не то. Да и что-то с трудом мне верится в твою память. Их же целых шесть штук законов этих. Для тебя многовато.

- Да иды ты! - отмахнулся от наглых обвинений Валай. - Повторю слово в слово. Вот, пожалуйста, слушай, коли не веришь. Сей смерть во имя жизни. Воруй у грешников. Люби по согласию. Ври во спасение. Не обидь безвинного. Почитай богов. - протороторил силач. - Чего тут запоминать? Любой дурак запомнит.

- Запомнить - одно, а понять - совсем другое. Это уже дуракам не под силу. - намекнула Мина на свою оценку умственных способностей Волка. - Не пытайся казаться глупее, чем есть на самом деле. Даже я в этих законах не все разумею. Вот, что значит, к примеру - "Воруй у грешников"? И кто они вообще такие эти грешники? То-то же. Можешь на меня обижаться, но в город я тебя не пущу.

- Правильно! - обрадовался поддержке Ралат.

- Одного. - добавила девушка. - Вместе пойдем.


***


Выбраться из лагеря оказалось совсем нетрудно. Идти к дороге и покидать поляну на глазах у вождя и старейшин, разместившихся у того края стойбища, друзья по стеснялись. Трое товарищей направились к противоположному окончанию выпаса, где без труда отыскали тропинку ведущую меж огородов к ближайшим домам. Мина, Валай и Ралат, все- таки увязавшийся следом за "пустоголовыми дурнями", как Орел в сердцах обозвал парня и девушку, без проблем миновали пустое пространство и смело шагнули к кому-то во двор через незапертую калитку.

Покидающих лагерь друзей несомненно заметили многие, но окриков не последовало. Приказа все время оставаться на поле, действительно, никто не давал. Так что первый отрезок пути, от шатров до забора, товарищи проделали быстро и без происшествий. Неприятности начались дальше.

Буквально на первых шагах по чужому двору родичи столкнулись с неожиданным препятствием. Маленький коричневый зверек выскочил откуда-то из-за угла и, с яростным звонким лаем, принялся бросаться на растерявшихся чужаков, норовя укусить. Оружия у друзей не имелось. Копья и луки ребята решили не брать, рассудив что идут не к врагам, потому отбиваться от злобного зверя сейчас приходилось ногами.

Проворная тварь умудрялась ловко уворачиваться от пинков, не сдавая при этом позиций. Валай уже было приметил тяжелую палку, лежавшую возле забора чуток в стороне и пятясь направился к ней, но тут раздались голоса. На помощь к зверьку подоспела подмога.

Пузатый мужчина с дубинкой в руке возглавлял небольшую гурьбу домочадцев обоих полов. Все, включая девчушку семи-восьми лет, потрясали различным оружием. Паренек, чуть помладше незваных гостей, даже меч притащил и теперь неуклюже пытался принять подсмотренную профессиональную стойку. Старый дед опирался на вилы, дородная женщина среднего возраста вцепилась в рукоять топора, высокая девушка, видимо старшая дочка пузатого, воинственно выставила вперед длинный кухонный нож, малышка же, выглядывая из-за спины матери, грозила недругам обычной металлической вилкой. Выглядело это боевое семейство довольно забавно, только вот никто не смеялся.

- Мы не враги! Мы просто в город идем! - опередила всех Мина, демонстрируя прибежавшим раскрытые пустые ладони.

- А во двор к нам зачем залезли? - справедливо поинтересовался хозяин, опуская дубину.

- Так открыто же. - буркнул Валай, уклоняясь от очередного выпада собаченки. - Вы бы зверя убрали куда-нибудь. Он что, бешеный?

- Чапик, фу! - прикрикнул на питомца мужик. - А ну уймись!

Собака тот час перестала напрыгивать на незнакомцев и, погавкивая для вида, с достоинством, отступила за спины людей. Родичи наконец-то смогли хоть немного расслабиться, да и сами хозяева дома, оценив ситуацию, окончательно успокоились. Оружие опустилось. От былой воинственности не осталось и следа. Испуг и злость сменились на любопытство.

- А не проще ли вам было в город по дороге отправиться? - иронично осведомилась хозяйка. - У вас за горами так принято? Напролом лезть? Подумаешь, забор. Раз калитку забыли закрыть, значит можно вломиться?

- Ой, Марла. Да ладно тебе. - упрекнул супругу пузан. - Ты же видишь, что молодые люди без злого умысла к нам забрались. От незнания, да и только.

- Все верно, уважаемый. - подхватила Мина. - Мы думали, раз тропинка от луга ведет к этой... калитке, значит это и есть проход к городу. Изгородь-то вдоль огородов сплошной стеной тянется. Ни единой дыры.

- В город с разных сторон аж четыре дороги ведет. До ближайшей полмили не будет. - вежливо разъяснил хозяин двора, ставшего вдруг проходным. - В обход-то я вас теперь не отправлю, конечно. Но впредь уж запомните. Люди-то, они разные. Могут сначала и из арбалета стрельнуть, а только потом начнут разбираться. Да и Чапик наш самый малыш на всю улицу. Нарвались бы на Смитовского Палача... Подрал бы неслабо.

- А чудища точно придут? - вмешался подросток. - Мы видали тех черных, что Его Светлость привезли. Жуть...

- Ох, да что же мы во дворе стоим? - не дал ответить ребятам хозяин. - Давайте уж в дом пройдем. Мы как раз собирались обедать. За столом-то вы все и расскажите.

Смущенные таким предложением родичи вопросительно переглянулись. С одной стороны перспектива зайти в эту странную просторную хижину, пообщаться с простыми синарцами, да еще и отведать неведомой местной еды безусловно манила охотников. Но с другой, было жалко терять драгоценное время. Солнце в небе уже миновало зенит, а до вечера нужно вернуться.

- Спасибо за приглашение, добрый человек. - определилась в решении Мина. - Но мы нынче торопимся. Если очень хотите послушать про чудищ, так мы завтра зайдем. Все, что знаем, поведаем.

- А, тогда в другой раз. - расстроено согласился мужчина. - Завтра в это же время вас ждем. Гарри вас до ворот проведет. Чтоб уже не блукали.

- Это будет прекрасно. - расплылась в улыбке охотница. - Заодно про Орду поболтаем. - подмигнула Мина подростку, безошибочно определив, кто здесь Гарри.

Проводив за ворота гостей, хозяин пожелал им удачи, а Валай напоследок решивший блеснуть своей вежливостью важно молвил за всех:

- И вам, господин, удачной охоты.

Родичи зашагали по узенькой улочке вслед за хозяйским мальчишкой. Пузатый башмачник, ни разу в жизни не участвовавший даже в охоте на кроликов в своем собственном огороде, растеряно пробормотал в пустоту:

- Господин... Надо же. Я господин.

***

По дороге к воротам сын башмачника выпытал у охотников много всего интересного про Орду, про побег из Долины, про недавнюю битву в каньоне. Гарри мало того, что без умолку сыпал вопросами, так еще успевал объяснять на ходу, где чей дом, и зачем над дверями висят деревянные щитки с разными, иногда даже резными, рисунками.

- Вон, где ножницы, Смиты живут. У которых Палач. - тыкал в вывеску Гарри. - Здоровенная псина. Да и все там здоровые. Барни, даром что младше меня, а уже ростом вымахал с нашего папку. Ну, а батя его, так и вовсе, с тебя. - кивнул паренек на Валая. - Только шире. Ему кузнецом впору быть с такими ручищами, а не портным. Но нет. Всей семьей шьют.

Пока родичи недоуменно разглядывали нарисованные на табличке ножницы, стараясь понять, что это за штука такая и как она связана с шитьем, мальчишка уже рассуждал о достоинствах булок у пекарей в доме напротив и о вредности здешней девчонки, что дразнит его дохляком. Новая, по большей части совершенно бесполезная, информация лезла в головы южных гостей, вытесняя оттуда загадочных "кузнеца" и "портного", а болтливый подросток в это время уже вновь возвращался к вопросам. Причем, ширина интересов паренька просто поражала. Он желал знать, и скольких черных уродов охотникам лично довелось умертвить, и какого цвета шкура "драконов", и растет ли за горами хурма?. В общем, путь до ворот промелькнул незаметно. В сплошных разговорах.

Людей по дороге встречалось немного. Все, или обедали, или работали, или еще по каким-то причинам отсутствовали на улице. Несколько раз тройку пришлых охотников, шагающих мимо, провожали любопытные взгляды прохожих, но заговорить с иноземцами никто не решался. В пригороде стояла обычная полуденная тишина, нарушаемая только лишь голосами самих чужаков и их провожатого, да редким лаем собак.

Все изменилось, когда четверка идущих выбралась на большую дорогу, упирающуюся в восточные городские ворота. Здесь уже народу хватало. Пешие и конные, большие широкие телеги и маленькие ручные тележки, экипажи и тачки двигались в обоих направлениях, как в Синар, так и в обратную сторону. У каменной арки прохода так и вовсе образовался затор. Стража сверяла грузы с бумагами, где нужно взимая положенные пошлины. Повозки купцов занимали проезд, и толпа продиралась среди деревянных бортов, кто как может.

- Сейчас самый торг. - объяснил толчею паренек. - Держитесь за мной. С пеших мзды не берут. Вход свободный.

Мальчишка смело полез вглубь людского потока, и родичи устремились за ним. Хоть народ и шел плотно, а пихаться друзьям не пришлось. Замечая одежды из шкур, северяне шарахались в сторону. Про гостей из-за гор ализийцы, конечно, слыхали, но в живую видали немногие. Да к тому же так близко. Страха вроде и не было, но опаска у местных пока-месть присутствовала. Дикарей сторонились.

Не укрылось появление чужаков и от стражников. У ворот свою службу несли не дружинники Монков, а люди Советника. Не солдаты в прямом смысле слова, но близко к тому. Имперская служба охраны. В их ведении были: налоги, таможня, законность во всех проявлениях, контроль за порядком на улицах, тюрьмы и прочее.

Сейчас под началом у Жерарда в Синаре осталось всего-то две сотни служивых на весь регион. Смешно для баронства на чуть ли не сто тысяч жителей. Но что тут поделаешь, если война началась? Охранники регулярам не ровня, да только среди ополченцев и таких "мастеров" не найти. Так что выбора не было. Вместе с форменным сбродом, отправленным Августом к графу, в Селину ушло и две трети подчиненных Советника.

Оттого-то на въезде в Синар и сгустилась толпа. Шестерым-то управиться сложно. Люд течет, что река. У служивых забот - выше крыши. Не до пришлых южан им сейчас. Пробежались глазами, и все. Без оружия вроде. Пусть топают. Не пускать дикарей за ворота никто не приказывал, да и некогда с ними возиться. Купцов бы успеть всех проверить до вечера. Как никак пик сезона.

- Глянь-ка, еще лесники. - ткнул локтем охранник соседа. - Ну, прям зачастили сегодня.

- Да ладно тебе. - отозвался служака. - Всего-то вторые. Небось не разграбят Синар.

Начавший разговор стражник сдавленно хохотнул, и имперцы вернулись к работе. Бочки с вином в трех повозках сами себя не сочтут. И хартийский торгаш что-то больно уж нервный. Неспроста это...

Каменный свод ненадолго укрыл в своей тени охотников. Десяток шагов, пять секунд, и широкая улица, стрелой убегавшая в даль, встретила чужеземных гостей. Обомлевшие родичи, как зачарованные, глядели на, раскинувшийся перед ними, рукотворный каньон.

Две сплошные стены по бокам от дороги поднимались на уровень трех-четырех этажей. Вереницы домов не имели разрывов, только арки ворот меж торговых витрин и ряды разномастных окон по фасадам. Монолитное царство камней... Мостовая и та вся покрыта булыжником. Тротуары, а здесь и такие имелись, повсеместно застелены плиткой и подняты выше дороги на несколько дюймов. По краю - массивы бордюра. Вдоль них желоба, по которым стекает вода и не только. Все убрано в камень. Ни деревца.

Прохладная серость пропитана множеством запахов, и главный из них - смрад помоев. Три лавки, трактир, снова лавки. Народ, как рой пчел. И гудит, и снует, и летит непонятно куда. Все будто торгуют со всеми, а кто не участвует в этом бедламе, тот топает мимо. И медленный шаг не заметен. Торопятся все. Для праздных прогулок в Синаре сейчас неудачное время. Людской муравейник бурлит по всей улице. Пройти и проехать непросто.

До площади родичи добирались едва ли ни час. Глаза разбегались, носы заставляли нетвердые ноги шагать от прилавка к прилавку. Диковины города лились рекой на гостей из-за гор. Восторг детей леса, попавших в прекрасную сказку, с лихвой покрывал неприязнь, что бывало всплывала на лицах у части синарцев, при виде троих дикарей.

Ухмылки прохожих разнились окрасом эмоций. Кто-то, видя обряженных в шкуры людей, не скрывал своего отвращения к ним, кто-то просто косился с упреком, мол, шастают всякие, кто-то вовсе глаза отводил, ну а кто и, напротив, смотрел с добротой и сочувствием. Ведь бедняги дома потеряли, а многие, так и родных. Отнюдь не по собственной воле явились южане в Империю. Спасаться за горы погнала большая беда.

Уже все в Синаре слыхали историю Племени, хоть и в сильно урезанной версии. Часть людей она тронула, у других только вызвала смех недоверия, но таких было мало. Большинство отнеслось равнодушно, ну а кто-то и вовсе злорадствовал. Лишь одно неподдельное общее чувство ощутили решительно все, выслушавшие рассказ о судьбе дикарей. Страх. Противный навязчивый страх, пробирающий холодом даже в полуденный зной, при одной только мысли, что твари Орды проберутся на север, и участь Долины постигнет Ализию.

В это верилось слабо. Дружина барона недавно смогла доказать превосходство людей над зверьем. Про ту битву в трактирах судачили круглые сутки. И не только в трактирах. Не по годам рассудительный Альберт велел своим людям специально по чаще маячить в местах, где толкется народ. Младший Монк дальновидно решил раздувать болтовню о столь легкой победе, дабы среди горожан не возникло панических настроений. Пока план работал. Спокойствие удавалось поддерживать. Некоторые синарцы, из тех, что по трусливей и по богаче, все же "сделали ноги", но втихую. Да и сейчас продолжали бежать по ночам. Днем же ропота было немного. Но это, опять же, пока...

Одним из сочувствующих южанам оказался и толстый кондитер, чьей лавке не повезло встретиться на пути у Валая. Охотник, плененный чудесными запахами, буквально застыл у прилавка. Друзья безуспешно пытались оттащить обалдевшего Волка, но тот упирался, как мог. Пока сын башмачника понуро серчал на отсутствие денег, хозяин сластей не стерпел и угостил всех троих дикарей пахлавой и медовыми пряниками. Сказать, что охотник был счастлив, было бы ничего не сказать. Огромный Валай, как ребенок, запихивал в рот незнакомые лакомства и чавкал с таким наслаждением, что люди собрались вокруг, посмотреть на потешное зрелище. Товарищи ненамного отстали от Волка, и даже столь сдержанный обычно Ралат позволил лицу отразить все блаженство, которое он ощущал поглощая чудесные яства.

Другой добродетель из местных, следивший за пиршеством родичей, не поленился и сбегал в ближайший трактир. Три больших кружки с квасом были встречены дружным восторженным ревом зевак, ну а сам меценат удостоился искренних слов благодарности от польщенных охотников. Не стоит и говорить, что терпкий напиток тоже пошел на ура. Настроение ребят подпрыгнуло к верхней границе "хорошести", и хотя бы на время все их страхи, проблемы и горести улетучились, уступив место радости. Здесь, сегодня, сейчас - жизнь казалась прекрасной. Завтра, позже и там - все, возможно, изменится. Но пока...

Площадь! Три грандиозных внушительных здания высятся с разных сторон. Замок Монков похож на скалу испещренную дырами окон. Или даже скорее бойниц, что в три ряда идут по над крышей. Десяток же ярдов под ними, лишь ровные стены. Все комнаты смотрят во внутренний двор витражами, как дал пояснения Гарри.

- Постройка еще доимперских времен. - с важным видом вещал паренек. - Замку тысячи лет, если верить молве. Но его много раз починяли. Батя наш говорит, что от той первой крепости Монков может пара камней и осталась. Остальное новье.

Справа к небу взмывали блестящие шпили пяти одинаковых башен. Храм Великих пестрил разноцветной мазайкой, но лишь та его часть, что смотрела на площадь. Тыл же Дома Богов облепляли пристройки весьма аскетичного вида. Где-то там проживал старый Блай и другие служители веры. Так сказать, возле места работы. Удобно. Но не стоило верить такой внешней скромности здания. По убранству обитель всесильного Братства состязаться могла с цитаделью барона. Что опять же поведал мальчишка.

Ну а слева от родичей серой безликой громадой возвышалось прямоугольное здание имперского представительства. Резиденция Жерарда не блистала нарядным фасадом. Ни балконов, ни арок, ни портиков. Голые стены. Но зато нижний ряд узких окон, прижимавшихся к самой земле, забран толстой железной решеткой. Там в подвале тюремные камеры. Хоть какой-то преступникам свет.

Дожидаясь суда и дальнейшей, обычно безрадостной, участи люди могут сидеть под охраной неделями. Не держать же несчастных во тьме.

На пяти этажах необъятного "казенного дома", как в народе прозвали огромное здание, размещались: казармы охранников, тот же суд, филиал казначейства, почтовая служба, палач и конечно же сам Жерард Лэнге уполномоченный Имперский Советник, чья приемная считалась в Синаре самым таинственным местом. Вопреки своему назначению, помещение это немногие в городе видели. Эксцентричный чиновник проводил встречи в зале собраний, а к себе в кабинет не пускал даже собственных писарей. Вот такой вот он был человек.

Весь рассказ паренька о Жерарде и здании худо-бедно запомнил лишь только Ралат. Волк и Мина мальчишку не слушали, отрешенно кивая не в такт. Опьяненные видом синарских чудес дикари не могли уже больше сегодня усваивать новые знания. Голова у Валая и так запредельно распухла. Куда там еще запихнуть и каких-то Имперских Советников? Силы есть только пялиться.


***


Намек на тот факт, что прогулка весьма затянулась пришел, как ни странно, от Гарри. Ралат, осторожный обычно сверх нужного, и тот, так увлекся прикрасами города, что напрочь забыл обо всем, в том числе и о времени.

- Уже скоро вечер. - с грустцой сообщил сын башмачника. - Меня батя так-то послал вас к воротам свести. Поди, дома все уже нервничают. Не пора ли обратно?

С этим спорить не стали. Наваждение с родичей схлынуло, и к воротам четверка ребят возвращалась уже не прогулочным шагом. Торопились. Едва не бежали. До вечерней зори на поляну попасть успевали... казалось бы. Но вмешалась нежданная встреча.

Проходя переулок, связующий крупные улицы, дети леса услышали крики. Кто-то громко ругался, причем, распаляясь все больше и больше. Голосов было несколько, и один показался Валаю знакомым.

- Ну ка, стойте. - замер Волк на углу перекрестка. - Мне послышалось, или там дикарей помянули? Не про нас ли орут?

- Там питейный притон из дешевых. - глянул в глубь переулка мальчишка. - Ничего интересного нет. Лучше мимо пройти.

- Хрена с два! Там же наши! - наконец разглядел Волк в тени все подробности склоки.

В тот же миг, не сговариваясь, тройка родичей бросилась к месту событий. Подбегая, охотники стали свидетелями, перехода словесной разборки в кулачную стадию. Изначально у местных имелся большой перевес - на десяток синарцев всего двое юношей в шкурах. Быть бы паре охотников битыми, но подмога явилась удачно, нежданно и вовремя.

Несмотря на по-прежнему вескую разницу в силах сторон, драка быстро сместилась к примерному равенству. Здоровенный Волчара в побоище шел за троих. Шустрый, точный в ударах Ралат тоже лихо работал руками, стараясь держать расстояние от более тяжелых противников. У Мины чуть меньшую силу с лихвой дополняли природные гибкость и ловкость. Охотница вилась юлой меж фигур. Причем, очень больной юлой. Да и двое южан, что наверное знали в чем суть этой битвы, не особо срамились, до сих пор продолжая стоять на ногах. Хоть уже и с трудом.

Шум сражения мигом привлек в переулок зевак. За минуту собралась довольно большая толпа, но никто в потасовку не вмешивался. Все смотрели на драку, которая шла с переменным успехом, улюлюкали, что-то кричали в поддержку обеих сторон, даже делали ставки. А как же. Хорошая драка - веселое зрелище. Особенно, если в ней не участвуешь.

Ушибы и ссадины множились. Кровь из разбитых носов оставляла следы на камнях мостовой. Неизвестно кому в этой свалке досталась бы сегодня победа, но в проулок нагрянули стражники. Блюстители порядка не задумываясь пустили в ход копья, хорошо хоть, что били тупыми концами, и всего за десяток секунд прекратили сее непотребство.

Никаких разбирательств. Драчунов всем составом немедля куда-то погнали. Гарри, как раз и позвавший охранников, пробовал втолковать командиру идею, про местных зачинщиков, но все было тщетно. Десятник упорно твердил: - "Разберемся", отмахиваясь от паренька.

Потрепанная процессия медленно ковыляла по улице. Не особо побитые поддерживали своих более пострадавших товарищей. Пятеро родичей топали сами. Им досталось чуть меньше. Мина косо смотрела единственным видящим глазом, второй совершенно заплыл, на двоих своих сверстников из рода Лисы. Коренастый Матук и худой долговязый Майно молча топали рядом, пряча хмурые лица от взглядов зевак. Разговоры вести не давала охрана, но Валай, схлопотавший за это удар рукояткой копья, все же выкрикнул просьбу о помощи, обращенную к сыну башмачника: - Гарри, найди Джейка из дружины барона! Расскажи ему!