# Сказ про то, как жители Диковенного леса Вервольфа Коварного приручали

Наталья Станиславовна Рыжкова

Пятнадцатилетнему юбилею Детектив-Клуба посвящается

В одной далекой-далекой галактике, на одной небольшой, но симпатичной планете располагался ДиКовенный заповедник. Был он не широк и невысок, но много в нем было всяких полянок, пригорков, лужков, местечек, где можно было провести время с приятностью и пользой для души.

А населяли тот заповедник герои, нет те, герои, про которых пишут книжки да фильмы снимают, а простые, скромные герои, которые жили себе поживали, хотели сделать мир лучше, чтобы зло всегда было наказано, а справедливость восстановлена. Для этого не ходили они в походы дальние, а пытались создать такие миры, в которых оживали все их мечты. Рассматривали друзья-приятели эти миры, обсуждали их - который лучше? Знамо дело, случались у них и битвы небольшие, баталии, где многие участвовали, да поединки меж ними, не без того. Случалось, и спорили меж собой, но оберегали свой заповедник от врагов настоящих, которые налетали время от времени, потому что вызывал у них заповедный лес зависть жгучую да злобу лютую. Но отбивались жители от чудовищ, троллей да орков, да иной всякой нечести. А все же чаще в заповедник приходили люди добрые, с намерениям чистыми. Многие так прикипели, что на каждый сбор спешили, и жизни не мыслили себе без состязаний и общения дружеского.

Договорились жители заповедника и выбрали Лесника, коего почитали, уважали, а он за заповедником присматривал, случалось, и друзей разбушевавшихся не в меру, мирил, немало, в общем, работы на нем лежало.

Вот тут и начинается сказка, а доселе присказка была. А сказка-то вот она.

Собрал как-то Лесник жителей заповедника и, печаля брови, поведал, что времена настали непростые, и повадилось в заповедник захаживать некое

существо, природу коего определить пока никому не удавалось. Лесник так сказывал:

- Поскольку существо это зело кусачее и нападает на нас, а потом прячется где-то, предлагаю назвать его Вервольфом Коварным.

- Да, да! - отозвались многие, потирая раны, - Чистый злодей, да еще оборачивается. Придет этакий старичок-лесовичок на состязание, воды не замутит, а потом - раз! Обернулся волком, покусал бедных да и пропал, как по волшебству.

Лесник уж неоднократно слышал стоны да жалобы, потому примирительно поднял ладони:

- Знаю все ваши беды, други, ведаю, что охальник замучил вас, иных так довел до слез, бессовестный, даже дам не жалеет. Надо дать ему понять, что он тут не среди отродья какого-нибудь, и мы не позволим ему ловить рыбку в мутной водице, не по сценарию действовать. Надо бы отловить злодея и судить нашим суровым, хоть и чрезвычайно гуманным судом.

Вслед за Лесником слово взял добрый молодец Кронштад-Шуминский, певец красы старинной любимого города.

- Я мыслю так: Вервольфа Коварного надо отвадить от нашего заповедника. Зачем его ловить? Давайте, заклятие на него наложим, да такой силы, чтобы он пару лет не мог к заповеднику приблизиться. А там, глядишь, и забудет к нам дорогу.

Но Лесник заклятия накладывать не любил и прибегал к чародейству только в самых крайних случаях. Он задумчиво погладил любимую, кошечку, что свернулась у него на коленях, и произнес:

- Дело-то не простое. Помните сказку про красавицу и чудовище? А вдруг этот Вервольф Коварный - заколдованный принц? Вдруг он зло творит против своей же воли. Тут надо осторожно, чтобы не усугубить.

Большим уважением в заповеднике пользовался богатырь Иванов-Молодец, всегда готовый к сражению, всегда на боевом коне и с шашкой наголо. Лихо прогарцевал по поляне Иванов-Молодец и воскликнул, поигрывая шашечкой:

- Никакого Вервольфа Коварного я не боюсь! Пускай-ка сунется, я ему зубы острые повыбиваю да защищу наших дам прекрасных от его злых нападок!

Поклонилась богатырю в пояс одна из заповедных прекрасных дам, звали кою Чужестранка.

- Спасибо тебе, Иванов-Молодец! Верим мы тебе, да согласна я с Лесником нашим - надо бы поближе на этого Вервольфа Коварного посмотреть, что за зверь? Голову-то снести никогда не поздно, а мы - люди мирные, нам насилие не к лицу.

А надо сказать, что Чужестранка не простой дамой оказалась. Она-то и была одной из тех, кто когда-то прекрасный заповедник создал. Кудесницей была Чужестранка, но во зло чары свои никогда не использовала. Никто не знал, как попала Чужестранка на эту планету и почему решила здесь остаться, но все любили ее за нежное сердце и спокойный нрав.

Посовещались друзья и договорились, что убивать Вервольфа Коварного, сколь бы злым он ни выглядел, не станут, а вот поймать его многие бы хотели, хотя бы для того, чтобы в глазищи его посмотреть, усовестить. А не ведали жители заповедника, что Вервольф Коварный за деревцами залег, слушал разговоры, усмехался, да лапы потирал. Так что за ним не заржавело, дождался он ближайшего состязания, на котором жители заповедника свои миры друг другу показывали, и покусал одну заповедную гостью.

Гостья эта звалась Прекрасной Дамой Но-Нейм, в состязаниях участвовала редко, но бывать в заповеднике так любила, что со многими его жителями дружбу водила. Напал Вервольф Коварный на Прекрасную Даму Но-Нейм, покусал ее, и никто не знает, чем бы дело закончилось, да подоспел богатырь Иванов-Молодец, Прекрасную Даму Но-Нейм из пасти Вервольфа Коварного спас, и вступил со злодеем в бой.

На шум прибежали другие жители заповедника, и Чужестранка была среди них.

- Не помочь ли тебе, богатырь? - воскликнул добрый молодец Кронштад-Шуминский, размахивая мечом.

- Спра-а-авлюсь! - ответил Иванов-Молодец, уворачиваясь от когтей Вервольфа Коварного.

И была битва великая, и сражался богатырь Иванов-Молодец храбро, но и противник его тоже не у сороки из-под хвоста выпал. Долго бились они, и не уступали друг другу. Наконец Лесник предложил отдохнуть, сил набраться.

- Ага! - возмутился Вервольф Коварный, - А вы на меня тем временем гуртом навалитесь и повяжите! Я вам не пионер, на такие приемчики не ведусь.

- Ты вот пока честно сражаешься, никто тебя не тронет. Битва - она битва и есть, - ответил Лесник, - правила у нас не нарушаются. В открытом бою ты под защитой.

Не ведаю, поверил ли Вервольф Коварный Леснику или просто устал от боя, но прилег он с краю поляны, на всякий случай злобно щелкая зубами время от времени, чтобы про него часом доброе не подумали.

А жители заповедника думали-гадали, кто же таков этот самый Вервольф Коварный да радовались, что удалось его на поле честного боя вывести.

- Сдается мне, что этот злодей состоит в тайном обществе, - сказал один из самых старых жителей заповедника - рыцарь Рысландо, - а если судить по имени, так он и вовсе из Ананэрбе. Очень подозрительно!

Рыцарь Рысландо был большим специалистом по тайным обществам и боролся с ними неустанно. За годы борьбы его доспехи приобрели такую яркость, что сверкали издалека, и рыцаря Рысландо легко все узнавали, когда он ехал по заповеднику.

- Ананэрбе - это, пожалуй, чересчур, - покачал головой добрый молодец Кронштад-Шуминский, - но тайное общество очень даже может и стоит за оборотнем. Подослали его к нам с целью разведовательной.

Кронштад-Шуминский подошел к Вервльфу Коварному и внимательно на него посмотрел. Тот сделал вид, что придремал, но глазом зорким тоже следил за добрым молодцем.

- Тогда возможно, это резидент какой-то враждебной нам разведки, - предположил рыцарь Рысландо.

В разведках он тоже разбирался знатно.

- Нет, все же на агентурную работу не тянет оборотень, - вынес свой вердикт Кронштад-Шуминский, - разве только так, рядовой завербованный.

Обиделся Вервольф Коварный и щелкнул зубами в опасной близости от доброго молодца.

- Нашел рядового! Щас как укушу - крокодилов в Финском заливе узришь!

- Напугал! Я давно знаю, что они там водятся, - усмехнулся добрый молодец Кронштад-Шуминский.

- Фантазер! - фыркнул Вервольф Коварный и очень тихо добавил, - А способный все же.

- Ты глазищами-то не сверкай, а объясни внятно, кто таков есть. А то кусаться мастеров много, ты по делу говори.

- Не состою я ни в тайных обществах и разведкам тоже не служу. Я - сам по себе, - Вервольф Коварный распрямил спину, - я, может, не хуже вас добрый молодец и богатырь, а вы меня обижаете, обзываете, гоните...

- Вот, говорил же я! - обрадовался Лесник. - Как есть заколдовали его злые силы. А зачем же ты кусаешь наших жителей, а? Безобразничаешь зачем?

- А я, может, добра хочу. Вы тут разбаловались, забывать стали, что лекарство - оно и горькое бывает. Знаете - если Вервольф кого укусит, тот и сам станет...

- Я не хочу быть оборотнем! - рассердилась Прекрасная Дама Но-Нейм, - А ты, не спросив, кусаешься!

- Тьфу, какие вы злые! - расстроился Вервольф, - Вот вы тут миры творите целые, друг дружке их показываете. А знать того не хотите, что мои миры - самые лучшие, самые-самые... Я их придумывать умею и разбираюсь в них единственный в мире. А если я вас кусаю, так для того, чтобы передать хоть слабую толику моего несравненного таланта, вот. А с вас как с гуся вода. Уйду я от вас, жестокие вы.

- Да-а-а, дела... - огорчился Лесник, - Что же ты сразу не объяснил? Ишь, ты, какой обидчивый. Да ты вызывай нас на бой, мы же с радостью силами с тобой померяемся. Взять вот хоть богатыря нашего, Алешу Филипповича... Ау, Алеша-а-а! Ты где?

- Здесь я, - отозвался Алеша Филиппович.

Богатырь сей разговоры разговаривать зело не любил, зато на ристалище на него любо-дорого было посмотреть.

- Готов ли ты, богатырь, с Вервольфом Коварным сразиться? - спросил Лесник.

Алеша Филиппович кивнул да подкинул свою палицу в небо чистое. Но Вервольф Коварный напомнил, что он еще с Ивановым-Молодцом битву не завершил, ловко ускользнул от копыта молодцовова коня и язвительно сообщил:

- А я вот еще подумаю, кого кусать, а кого нет. Ничего в ваших волшебных мирах я не нашел такого, чтобы внимания заслуживало. Я буду кусать только тех, в чьих мирах увижу намек на мои высокие стандарты. Так что я туточки в сторонке постою, понаблюдаю. А там решу: кто моего укуса достойный есть.

- Экий ты, оборотень! Ну, делай, как хош, - махнул рукой Лесник,- и так уже устроился уютно без приюта.

Чужестранка жалостливо прошептала:

- Он же оголодает, сердешный! Надо его прикармливать понемногу. Живое создание все-таки!

С ней согласился Сказочник Добранвар. Когда-то Добранвар был бродячим менестрелем, случайно забрел в заповедник, спел свои песни, рассказал сказки. Его сочинения полюбились многим в заповеднике, так он и прижился, довольно скоро научился создавать свои миры, хоть и витиеватые, но необыкновенно душевные.

- Да, надо Вервольфа Коварного кормить, а чтобы он не чувствовал себя одиноким - гладить по загривку.

- Кормить согласен, но тискать - увольте! - высказался Кронштад-Шуминский, - Но вообще... Если Вервольф Коварный будет вести себя прилично, то... Посмотрим.

Лесник решил, что большой беды не будет, если оборотень со стороны за жизнью заповедного леса наблюдать станет, на том и порешили.

Хотя долго еще жители Вервольфа Коварного сторонились, да и он иной раз дюже страшно зубами щелкал, некоторые еще от него шарахались, особенно Прекрасная Дама Но-Нейм.

А все же стали потихоньку общаться с Вервольфом Коварным, некоторые даже обнаружили, что уворачивание от его зубов оказывает живительное действие на здоровье и не дает крови застояться.

- Он исправляется, наверное, злые чары улетучиваются, - молвил как-то добрый молодец Кронштад-Шуминский, - подумываю его даже пригласить на мой цветник посмотреть.

- Это заповедный воздух чудеса творит, - обрадовалась Чужестранка, - пора Вервольфа Коварного поставить на усиленное питание.

- Я намедни бумеранг запустил, так он не набросился, буркнул, что ладная вещица, - добавил маг и чародей высокого дана Андреус Верехотус, - добреет волчара.

Сей чародей обладал такой силой, что от миров, им создаваемых, порой даже на ногах устоять было трудно.

- Ты подожди, Верехотус, - усмехнулся Вервольф, отдыхающий на ветке раскидистого дуба, - скажи спасибо, что я сытый, Чужестранка меня подкармливает. А не тот пустил бы тебя на холодец!

- Какая тема! - восхитился чародей Андреус, - Мясо на холодец... Или на консервы... Надо сотворить новый мир! Но назвать как-то красиво...

Сказочник Добранвар заломил руки:

- Господин Верехотус! Вы же так талантливы! Неужели вам интересно создавать всякие ужасы! У вас даже Нью-Йорк такой серый получился, жутковатый. Воспользовались бы акварелью фирмы Виктора Лемана. Вы можете создать что-нибудь прекрасное?

Андреус Верехотус улыбнулся мягко и светло:

- Конечно, могу, - он взмахнул палочкой, и перед зрителями засияли яркими красками великолепные картины, - НО НЕ ХО-ЧУ! - Верихотус широкими зловещими мазками перечеркнул все, и потоки крови залили предыдущие его миры.

Сказочник Добранвар в отчаяние прикрыл глаза.

- Это можно назвать антидаром!Пусть Вервольф Коварный покусает Андреуса Верехотуса, что ли!

- Да кусал я его и неоднократно. Похоже, у него иммунитет. Наверное, его в детстве оборотни уже покусали... - неохотно признал Вервольф Коварный.

Лесник покачал головой:

- Да уж, каких только миров наш господин Верехотус не придумывал! Одна Белль Престон чего стоит!

- Белль Престон была прекрасна! - воскликнула Чужестранка.

- Белль Престон была опасна! - не согласился Лесник.

- Ах, у меня никогда не получится так мощно, как у Верехотуса, - расстроилась Прекрасная Дама Но-Нейм.

- О, Белль Пре-е-естон, я отдал тебе свое се-е-е-ердце-е-е-е... - пропел сверху Вервольф Коварный, аккомпанируя себе на неизвестно откуда взявшейся гитаре.

Лесник погрозил ему пальцем:

- Смотри, забодает тебя сия особа!

Вдруг по заповеднику пронесся вихрь, визг и хохот, захватил жителей, закружил.

- Что это? Кто это? - заволновались все, пытаясь понять, что происходит: ведь Вервольф Коварный был у всех на глазах.

Но Чужестранка успокоила друзей:

- Все в порядке, это Ясенке снова волшебной мазью намазалась! И где она ее только достает? Вот и носится на метле.

- И-и-и-и! - пропела ведьмочка, проносясь над верхушками заповедных деревьев.

Вервольф Коварный пытался цапнуть Ясенке, но ведьмочка громко расхохоталась, резко развернула метлу и сделала большой круг сразу над несколькими соседними заповедниками.

- Хм, а неплохо пошла, - задумчиво потер подбородок добрый молодец Кронштад-Шуминский, - вот этот поворот у нее удался... И остренько, и фантастично.

- Да, из этой ведьмочки толк будет, - согласился Лесник.

- О, у меня никогда не получится так, как у Ясинке! - огорчилась Прекрасная Дама Но-Нейм, - Вы заметили, какая у нее помада? Красная... И где только берет такую?

- Сама делает, как и мазь для метлы, - съязвил Вервольф Коварный, - хотя цвет красивый, признаю. Но Ясинке еще учиться и учиться.

- Но я же смогу-у-у-у-у... - ведьмочка, проносясь мимо, сбросила несколько созданных ею для заповедника миров - уж когда только успела?

- Там посмотрим, - буркнул Вервольф Коварный и зловеще облизнулся, заметив, что в заповедный лес забрели сразу две Прекрасные Дамы.

Они с интересом оглядывались, внимательно изучали миры, созданные жителями заповедного леса и стали пробовать свои миры создавать. Подкрался к ним Вервольф Коварный да как щелкнул зубами страшно, из-под когтей землю комьями расшвырял!

- А ну говорите, кто такие? Что вам в заповедном лесу надо? - прорычал он страшно.

- Смотри, не пугай Прекрасных дам, - пригрозил ему Лесник, - не то я богатыря Алешу Филипповича позову - вон он доспехи начищает перед новой битвой.

Богатырь Алеша Филиппович кивнул и для острастки рассек мощным мечом воздух с лихим свистом.

- Ой, не страшно, - хмыкнул Вервольф Коварный, - и вообще, чего это у вас богатырь русский нынче в античных боевых доспехах?

Лесник оглядел Алешу Филипповича.

- Осваивает новые рубежи, так ведь, Алешенька? Он у нас в историю глубоко копает.

Богатырь Алеша Филиппович кивнул и продолжил готовиться к будущим сражениям.

А между тем Прекрасные Дамы отчего-то не испугались Вервольфа Коварного, а повели с ним светскую беседу.

- Меня зовут Страстьяна Правдова, - молвила одни Прекрасная Дама, - и хочу я научиться создавать миры, подходящие для заповедного леса.

- А меня зовут Славьяна Размышляева, - молвила вторая Прекрасная Дама, - и я тоже хочу в заповедном лесу прекрасные миры создавать.

- А я вот сейчас вас покусаю! Вы должны знать, что я - Великий и Ужасный, и здесь все меня бояться! - Вервольф Коварный оскалился.

- Ой, он улыбается! - рассмеялись Прекрасные Дамы, - Такой славный волчок!

Вервольф Коварный отступил немного и провыл:

- Укушу-у-у-у-у...

Стастьяна Правдова протянула руку:

- Давай, кусай. Так я понимаю, на пользу мне это пойдет, а то я тут убийство в Версале задумала...

Славьяна Размышляева чуть не в пасть Вервольфу свою руку сама запихнула:

- Раз ты оборотень, так и кусай, я согласна. Меня инквизиторы не испугали, хотя я и проходила свидетелем по делу о шабаше. После такого ваши укусы, гражданин Коварный, как бокальчик шампанского.

- "Вдова Клико", надеюсь? Я других марок не признаю, - быстро перевел беседу в другое русло Вервольф Коварный, - А еще бельгийское пиво... У меня очень высокие стандарты.

- Ты кусать нас собираешься? - спросили Страстьяна Правдова и Славьяна Размшляева, - Нам такие ужасы про тебя рассказывали! А оказалось, ты совсем не страшный!

Сказочник Добранвар погладил Вервольфа Коварного за ушами:

- Он очень симпатичный, наш Вервольфчик, только ранимый, и душа у него нежная. И кусается совсем не больно - мне ли не знать!

- Ладно-ладно, - пробормотал оборотень, - меня не боитесь, так у нас еще тут Училка есть - она за вас возьмется!

- Она тоже кусается? - спросила Славьяна Размышляева.

- Не-е-ет, куда ей, зубами не вышла! Но бросается книгами, особенно многотомными собраниями! Кант ужасно тяжелый.

Страстьяна Правдова обрадовалась:

- Это тоже полезно, пойду поищу Училку - пусть в меня книжками пробросается.

- Ничего эти Прекрасные Дамы нынче не боятся! И молодцов уже я не пугаю. - задумался Вервольф Коварный, - Пришли иные времена...

Пролетавшая мимо Ясинке взъерошила Вервольфу загривок, крикнула Страстьяне Правдовой: "Эй, рыжая, летим со мной!" и, заливаясь смехом, унеслась куда-то. А Вервольф Коварный в очередной раз не понял, успел ли он Ясинке цапнуть, или она опять серебряную маску надела против его целебного яда.

- Что это ты, Вервольфушка, пригорюнился? - спросил оборотня Лесник, - Нешто тебе кусаться хочется да пугать честных людей? Нет ли какого более тихого способа?

Вервольф Коварный вздохнул.

- Да-а-а, нападения не очень помогли. А когда-то я думал, что это хороший способ научить жителей заповедника создавать идеальные миры. Но зато по свободному времени бальзамчик чудодейственный сварил, вот дарю безвозмездно!

- Покажи, что за бальзам? На чем ты его сделал? - заинтересовался добрый молодец Кронштад-Шуминский, - Надеюсь не на яде со своих зубов?

- Да ты что! - обиделся Вервольф, - Экологически чистый продукт растительного происхождения, смотри, написано: "трава вердес". Совершенно безопасно. Принимать лучше залпом и, переваривая, ни с чем не смешивать. Аллергии не замечено.

- Так это же совсем другое дело! - обрадовались жители заповедного леса, некоторые стали бальзам на травах принимать регулярно.

Так и повелось с некоторых времен в заповеднике, что Вервольфа Коварного бояться перестали, а он и Прекрасную Даму Но-Нейм похвалил, как она все краски осени для своего мира ловко смешала. Отношения меж ними заметно потеплели на радость всем.

И потекла жизнь в заповедном лесу своим чередом. Богатырь Иванов-Молодец по-прежнему гарцевал на своем боевом коне, защищая обиженных, добрый молодец Кронштад-Шуминский слагал складные песни, а богатырь Алеша Филиппович немногословный побеждал в состязаниях дружеских. Ясинке время от времени намазывается чудесной мазью и таинственным образом время растягивает, успевает и на метле поноситься, и мирами новыми похвастаться.

Каждому было, чем заняться в заповеднике, и Вервольф Коварный себе дела нашел, снял свои устрашающие доспехи, маску с клыками да лапы накладные с когтями. В состязаниях участвует, свои миры показывает, чужие все больше поругивает, но совсем уж необидно. А старожилы в шутку пугают оборотнем Вервольфом Коварным всех, кто впервые в заповедник заходит, рассказывают страшные сказки про то, что он творил в давние времена. Не желаете ли на ночь послушать? У нас их много-о-о-о...