# Горячие страсти прохладного лета

Наталья Станиславовна Рыжкова

6 место на конкурсе ЛД-9

Когда хозяйка гостиничного комплекса позвонила в ресторан, менеджер Надя с трудом расслышала звонок. Диджей врубил музыку на всю катушку.

- Скажи Ашоту, чтобы приготовил ужин для летнего домика, обычное меню, - прокричала владелица Аннушка в трубку, - и сама отнеси в десять вечера, хорошо? И пусть Ашот не кладет в экзотический салат чеснок и кинзу. Слышишь, Надя, сама отнесешь поднос!

- Да, поняла! - Надя положила трубку и с тоской посмотрела на диджея. А делать нечего - завтра в ресторане свадьба, и он подбирает музыку. Все хотят заработать приличные по масштабам их городка деньги. Встряхнув головой, Надя пошла на кухню, там децибелы были пониже, но тоже немалые.

- Слюшай, красавица, я сейчас этого музыканта зарэжу, - возмутился повар Ашот, называвший красавицами всех работниц гостиницы, начиная от самой Аннушки и заканчивая уборщицей бабой Катей.

- Ашотик, наш "специальный гость" приезжает, Аннушка просила ужин ему организовать, как обычно.

Тот начал привычно ругаться:

- Опять Казанова прыехаль! А у меня завтра банкет! Нэт, Ашот, бросай все и готовь лучшие блюда для дорогого клиэнта, да?

- Ашотик, вы же знаете, какой это человек! - перекрикивала Надя музыку из зала.

- Вот я ему вот подсыплю что-нибудь, чтобы весело ночь провел!

- Ничего такого вы не сделаете, - улыбнулась Надя, - и, пожалуйста, в экзотический салат не кладите кинзу и чеснок, по рецептуре не положено.

- Слюшай, красавица! Что это за салат такой, который без кинзы и чеснока, а? Где такое нашла?

Он часто спорил с хозяйкой, доказывая, что лучше кавказской кухни ничего быть не может. Но Аннушка, считавшая пафосное меню с иностранными названиями верным маркетинговым ходом, стояла на своем

Разумеется, повар, поворчав для вида, дал помощнику указания по свадебным блюдам и занялся "особым" ужином.

Надя давно привыкла к тому, что Аннушка поручала ей некоторые деликатные миссии, потому что были они не чужими людьми: Надя приходилось племянницей мужу хозяйки. Долгое время дядя Юра сам руководил рестораном. Аннушка взяла племянницу на работу, и через несколько лет доверила управление рестораном.

Дела шли успешно, гостиничный комплекс разрастался, а так как находился он на окраине, к ним приезжали те, кто хотел провести досуг, не привлекая внимания жителей славного города Урюпинска. Это не значит, что у них притон, объяснила Аннушка племяннице мужа, но бывают всякие жизненные обстоятельства, да, приезжают к ним парочки, что же их - не пускать?

Парочки не только пускали - им создавали все условия. Весной Аннушка даже погнала Надю в аптеку - купить средство для поднятия тонуса у одного из гостей. Ночью, в непогоду. Надя тогда чуть со стыда не сгорела перед аптекаршей. Не объяснять же, для кого! Аптекарша усмехнулась, оценивши девушку взглядом, и Надя, глотая слезы, подумала, что да, она личиком не вышла, а что фигура хорошая - под безразмерной курткой незаметно. В расстройстве взяла не ту упаковку - на целых четыре таблетки. Пока обратно бежала, пачку измяла в кармане. Хорошо, что такое только раз и было.

Все в комплексе знали, что один из постоянных клиентов - персона особая, большая шишка из соседней области. В Урюпинск он приезжал, не желая "светиться" у себя. Здесь у него родственник на хлебном месте, который помогал Аннушке при затруднениях в бизнесе. Так что между собой в гостинице говорили всякое, но обслуживали гостя по высшему разряду.

Надя не возгордилась, когда Аннушка доверила ей управление рестораном и некоторые деликатные дела. Вот и теперь она вызвалась помочь Ашоту с приготовлением ужина: временных официанток повар к своему святилищу и близко не подпускал. Когда Ашот собрал поднос, Надя вышла с ним в банкетный зал. Лето выдалось дождливым, а рабочие не успели закатать весь двор асфальтом. Пройти к тому, что хозяйка предпочитала называть "коттеджем", можно было двумя путями: прямо из кухни через грязь и лужи, либо через банкетный зал и всю гостиницу к той части двора, что выглядела прилично.

Надя осторожно приняла поднос: горячие блюда были накрыты крышками, как положено, а высокие стаканы с экзотическим салатом (Аннушка где-то такое подсмотрела), опасно скользили по поверхности подноса.

После жаркой кухни музыкальное неистовство особенно ударило по нервам. Теперь диджей собирал "материал" для караоке и сам с удовольствием исполнял хиты. Да еще включил разноцветные огоньки - банкетный зал мерцал и сотрясался. Пройдя несколько шагов, Надя почувствовала головокружение и пошатнулась. Ашот, придерживающий для нее дверь, подскочил и подхватил поднос, спасая блюда.

- Вай, красавица, плохо стало? Присядь, водички попей! - Он аккуратно поставил ужин для благодетеля на барную стойку и погнал молоденькую официантку, блаженно взиравшую на диджея, за водой.

С другой стороны банкетного зала к Наде подбежал дядя Юра - муж Аннушки. Надя выросла без отца и привыкла считать дядюшку главой семьи. Хотя с некоторых пор она поняла, что командует в семье Аннушка, но открытие это держала при себе, не поделилась даже с мамой, которая на младшего брата только что не молилась.

- Эй, Надюха, что с тобой? - Юрий перекрикивал музыку.

Надя подняла на дядю помутневший взгляд.

- На улице что - дождь? - пролепетала она, глядя на старую ветровку, которая обычно висела в подсобке на случай плохой погоды, а сейчас, промокшая насквозь, облепила дядину фигуру.

- Как из ведра. Заводил во двор машину дорогого гостя, - криво усмехнулся дядя, - лужа на въезде, хоть подлодку вызывай. Его величество недоволен, наверное - стекла не приоткрыл, все маскируется! А то мы не знаем, кто у нас летним домиком пользуется.

- Да выключи ты громыхалку! - завопил Ашот диджею, нырнул в кухню и вернулся со своим огромным ножом. Потряс им, выразительно изображая нападение. Не без сожаления парень остановил музыку - все вздохнули с облегчением, кроме юной официантки. Надя отпила прохладной минералки из стакана и откинулась на высокую спинку стула.

Ее преследовали запахи из кухни, хотя дверь туда Ашот закрывал обязательно. Но ароматы, смешавшись, вырвались, когда он выходил, и витали теперь над барной стойкой рядом с входом.

Через некоторое время Наде полегчало. Увидев Аннушку, плывущую через банкетный зал, она поняла, что задержалась с заказом клиента. Глаза хозяйки метали молнии, щеки пылали.

- Вай, красавица, почему такая злая? - встретил ее Ашот. Он мог себе позволить шутку: бизнес-леди неоднократно повторяла, что любой из ее работников заменим, но только не повар.

Но ни на него, ни на мужа Аннушка даже не взглянула, а вскинув брови, обратилась к Наде.

- Что случилось? Почему клиент должен два раза спрашивать про ужин? Ты же меня никогда не подводила!

- Ей плохо стало! - вступился Юрий за племянницу, - Голова закружилась. А клиент потерпит. Успеет еще предаться... Радостям жизни.

- Не нам судить, - Аннушка смягчилась, рассмотрев Надю, - наше дело - гостя на высоком уровне обслужить.

- Ага, хоть лоб разбей, а обслужи...

- Не начинай опять! Будет он любовниц возить в другие места, тебе от этого лучше станет?

- А кого сегодня привез? - весело поинтересовался Ашот, - Что он все дэвушек прячет, другие бы посмотрели, позавидовали...

Юрий повернулся к повару.

- А он любовниц своих никому не показывает. Только Аннушке - она лицо доверенное, перед ней он не скрывается.

Надя встала. Она не любила, когда дядюшка спорил с женой, считая, что Аннушка печется о бизнесе и разбирается в делах, а им всем надо ее слушаться, если хотят зарабатывать.

- Нет, я видела, когда приносила еду в прошлый раз. Мельком, правда, но видела... На модель похожа. Тонкая, высокая.

- Вах, большой началник, а вкуса нет - засмеялся Ашот, - По мне, наша хозяйка лучше этих ходячих скелетов. Все, Юрик, молчу-молчу, а то заревнуешь, буду все время оглядываться со страху.

Юрий оперся на барную стойку и шумно выдохнул. Аннушка махнула рукой и улыбнулась - пару лет назад она родила сына после многолетних неудачных попыток, и теперь всеми силами пыталась похудеть. Это ей удавалось хуже, чем управлять бизнесом.

- Хватит лясы точить, неси ужин, - велела она Наде, но тут диджей, флиртующий с официанткой, зацепил рукой экран, приготовленный для завтрашнего торжества. Экран ударил парня по голове, тот рухнул на музыкальные колонки. Аннушка бросилась к нему, Надя, окончательно пришедшая в себя, рванулась следом. Даже Ашот оставил драгоценный нож на барной стойке и кинулся помогать. Официанточка визжала и металась вокруг упавшего, создавая хаос. Ашот, добежав до центра зала, хмыкнул, сказал:

- Ой, ушибся мальчик, сейчас заплачет! - И, полюбовавшись кучей-малой, вернулся к кухонной двери.

Аннушка быстро навела порядок, сняла поднос с ужином с барной стойки, вручила его Наде.

- Ашот, опять со специями накуролесил? - строго спросила она, потянув носом. - Если у гостей с желудком что-нибудь случится, я тебе зарплату урежу.

- Там все только для здоровья, ничего им не будет! С кинзой и чесноком апельсин и имбирь еще никому не вредили.

Аннушка поморщилась, но, взглянув на часы, отослала племянницу мужа к коттеджу. Выходя из зала, Надя слышала, как Ашот спорил уже с дядей Юрой:

- Ничего я не брал! - бас Юрия перекрыл бархатный баритон повара, - Вот, смотри, валяется!

Огорченная тем, что все сегодня такие нервные, Надя отнесла ужин благодетелю: постучала ногой, скользнула в приоткрытую дверь и, скромно опустив голову, покинула гнездышко.

Наконец-то можно было отдохнуть. Надя часто оставалась ночевать в гостинице, это было удобно, а летом - необходимо из-за потока праздничных мероприятий. Аннушка разрешила ей занять одну из комнат в основном корпусе, что позволяло управляющей рестораном выспаться, оставаясь в то де время под рукой хозяйки.

В летнюю пятницу возвращаться домой не было смысла. Дождь закончился, и как это часто бывает летом, тучи ушли, воцарилась ясная тихая ночь. Надя попыталась заснуть, но успела только задремать.

- Помогите! Помогите! - тонкий, как нож для резки масла, вопль вырвал Надю из обволакивающего флера.

Она накинула халатик и через коридор гостиницы вылетела во двор.

Возле летнего домика в свете луны металась поднявшая крик девушка. Надя подбежала к ней.

- Что случилось?

- Ему плохо! Он умирает, умирает! - Девушка схватила Надю за руку и потащила в летний домик.

- Телефон! Где ваш мобильник?

Но девушка не слышала, только тряслась и цеплялась за Надю, даже оцарапала ее своими длиннющими ногтями. Пришлось пару раз встряхнуть невменяемую. Девица перестала кричать и посмотрела на Надю уже осмысленно.

- Мобильник? Нет, я его не взяла. Виктор... Мой друг... Он запретил. У него мобильник есть, но он выключен. Сказал, чтобы не проследили.

- Он что - параноик?

- Нет, нормальный! Просто... Выборы скоро, а он баллотируется... Не важно, не хочет, чтобы журналисты про нас узнали.

- Надо скорую вызвать!

- Но тогда станет известно, кто он! - разрыдалась девушка.

- А вы хотите, чтобы он умер? Какие у него... симптомы?

- Это сердечный приступ, вероятно, инфаркт, - неожиданно четко ответила красотка, - Да, конечно, скорая нужна.

Через двор прямо по лужам к ним подбежала Аннушка.

- Ты осталась здесь? - удивилась Надя. Обычно хозяйка, если не было банкета, на ночь уезжала с мужем домой.

Аннушка, пропустив вопрос мимо ушей, занялась решением проблемы. Машина скорой помощи приехала быстро - не иначе как бизнес-леди "включила" административный ресурс. "Благодетеля" увезли, его подругу, пожелавшую отправиться за ним, Аннушка предложила отвезти на машине. Надя осталась в комплексе одна, заснуть ей удалось только под утро.

На следующий день было не до обсуждений ночного происшествия - все силы персонала ушли на свадебный банкет. Только утром спавшая с лица Аннушка успела шепотом сообщить, что дорогой гость остался жив, вовремя его привезли: еще полчаса - и на высокий пост баллотировался бы кто-нибудь другой. Его юная подруга не знала, что делать, и Аннушка предложила ей остаться в коттедже до тех пор, пока к чиновнику не вернется способность принимать руководящие решения.

Измотанные двухдневным банкетом Надя и Ашот к понедельнику совсем забыли о высоком госте, а вот тут-то и пошла свистопляска.

В воскресенье, после второго дня свадебных гуляний, Надя упала на кровать в своей комнатке, крепко проспав до утра. В понедельник у нее был условный выходной. Условный, потому что отдохнуть можно было, но за рестораном летом присмотр все равно требовался. В любой момент могли появиться туристы - с некоторых пор название Урюпинск вызывало не только желание пошутить и процитировать известный анекдот, но и интерес, как принято говорить, культурный. Так что летом Наде редко удавалось вырваться на другой конец городка домой.

Надя сидела в беседке возле гостиницы, наслаждаясь тишиной и теплом. Из приятной дремоты ее вырвал строгий голос:

- Прошу прощения, кто у вас тут главный?

Перед Надей стоял мужчина средних лет с папкой в руках.

- Владелица Анна Борисовна Краснова, я сейчас ее вызову. От ее дома недалеко... А что случилось?

- Это по поводу вашего постояльца. Которого с инфарктом увезли.

Надя вздрогнула:

- Он жив? А вы кто?

- Да, жить будет. А я... Андрей Иванович, представитель, скажем так, некой влиятельной структуры. И очень надеюсь на ваше сотрудничество. Вы здесь работаете?

Надя дрожащим голосом представилась и честно поведала, кто есть кто в их гостиничном комплексе. У нее мелькнула мысль, что надо спросить документы у "товарища из структуры", но она не посмела, надеясь, что появится Аннушка и сама, как обычно, разберется. Андрей Иванович присел рядом с Надей на лавочку и попросил ее подробно рассказать о вечере, когда приехали важные гости. И даже не стал настаивать на немедленном вызове хозяйки. Напротив, сказал, что сначала хотел бы пообщаться со спутницей их важного гостя.

Девушку из больницы выгнали врачи, и с тех пор она сидела смирно в коттедже. Надя, нутром чуя, когда надо слушаться, позвала гостью в беседку, где Андрей Иванович расположился со своей папкой, после чего позвонила Аннушке и рассказала о визите, тщательно подбирая слова, но, кажется, все равно изрядно ее напугала.

По счастью визитер не догадывался, что окошко комнатки, которую Аннушка выделила Наде, выходило как раз на беседку, увитую зеленью. Она быстро пробежала через коридор к себе, тихонько подкралась к окну и стала слушать.

Андрей Иванович вел с подругой пострадавшей вип-персоны спокойную беседу, но девушка заметно нервничала.

- Понимаете, Аллочка - вы позволите называть вас так? Дело в том, что ваш друг не просто так свалился с инфарктом. В больнице провели полное обследование, и выяснилось, что в его организме была... Скажем так, тройная доза известного препарата.

- Какого препарата? Я ничего не знаю, - Надя лица девушки не видела, но хорошо слышала, что голос ее дрогнул.

- Аллочка, я буду с вами откровенен. Меня попросили разобраться негласно. Виктор... Ваш покровитель не сам по себе, он - часть системы, и если кто-то пытается - умышленно или по глупости - навредить, это задевает не только его. Я хочу, чтобы вы честно отвечали мне, хорошо?

Ответа Надя не расслышала, наверное, девушка просто кивнула.

- Скажите, вы знали, что Виктор использует на ваших... встречах виагру?

- Мы об этом не говорили, но - да - таблетку он принимал... Обычно. В этот раз тоже.

- Только откровенно, Аллочка, а вам не хотелось, так сказать, подбросить дровишек? Усилить эффект?

- О чем вы? Вы хотите сказать, что Виктор принял таблетку виагры сам, а я потом ему добавила? Да вы что? Я не сумасшедшая! - Аллочка всхлипнула. - Никогда бы так не сделала, потому что медсестра! С Виктором мы и познакомились в больнице, я знала, что у него гипертония, и сердце не очень! Если честно, я и из-за одной таблетки немного переживала. А Виктор уже может говорить? Он что-нибудь сказал?

Андрей Иванович помолчал и тихо ответил:

- Утром я был у него, он еще слаб, в реанимации, но мы поговорили. Он уверяет, что принял только одну таблетку. Откуда взялась двойная доза сверх этого? Все вместе и спровоцировало приступ. Я вам верю - на подосланного злодея вы мало похожи, но откуда тогда взялись таблетки? Вопрос ведь в том, как он их не заметил? У виагры есть привкус?

В своем закутке Надя вдруг ощутила холодок на спине, хотя погода поворачивала на жару. Интуиция у нее была развита, это и помогло ей стать хорошим управляющим, улавливающим настроения капризных клиентов. Она вся сжалась, даже зажмурилась от нахлынувшего страха.

- Да, - после некоторого раздумья ответила Аллочка, - вкус не ужасный, но достаточно сильный. Можно не почувствовать, если таблетки размельчены и подсыпаны в еду... Такую - специфическую.

- Та-а-ак, - Андрей Иванович шумно выдохнул, - кажется, мы выходим на верную дорогу. А что вы вчера ели?

Аллочка перечисляла, а Надя загибала пальцы, повторяя шепотом меню, которое знала наизусть.

- Жульен с грибами, стейк средней прожарки с овощами, а еще какой-то странный салат - я его есть не стала. Вино Виктор с собой привез - риоха красная, дорогая. Он говорил, что в этом "Дырюпинске" в винах ничего не понимают. Да и ресторан у них - смех один с претензиями. Делали бы, что попроще. Но Виктор, он сюда расслабляться приезжает, так что... Все съел, настроение у него хорошее было.

- А вот с этого момента поподробнее. Вино ваше, так что оно исключается. А в еду можно было подмешать порошок из таблеток?

Надя зажала рот рукой и, немедленно отбросив мысли, вроде: "А сами, можно подумать, из Парижа!", отчаянно вспоминала вечер перед свадебным банкетом.

- Я мало ела, только жульен, и на вкус ничего лишнего не почувствовала. Мясо не подходит для такого... Салат был с резким запахом, мне показалось - противный. Виктору понравилось, что остренько. А зачем острота, если там апельсины, помидоры, имбирь вроде бы? И еще чего-то набросано было. Чеснок - вот! Это же надо придумать - чеснок к апельсину и творогу! Бред.

- Ашотик! - прошептала Надя, у которой перед глазами проплыли стычки Аннушки с поваром, а заодно и приговорки темпераментного Ашота по поводу "старых козлов", которых надо бы проучить.

- Что же, если Виктор выпил вина и съел непонятно что с тройной дозой виагры, приступ не удивляет, хорошо, что жив остался. Стало быть, надо проверять, что у них тут с кухней.

- Может, это какое-то недоразумение? - Аллочка снова всхлипнула, - Кому надо таким странным способом травить? Виагра же не цианид, не кураре какое-нибудь. Сложно рассчитывать, что человек умрет.

- Недоразумение - это сомнительно, а вот пошутить могли. Займусь-ка я здешним персоналом. У вас конфликтов с ними не было?

- Нет. Виктор говорил, что хозяйка у него в долгу и знает, с какой руки ест.

Надя на четвереньках отползла от окна до двери и вихрем промчалась через банкетный зал на кухню.

Официанток на понедельник отпустили, а Ашот только что пришел, чтобы навести ревизию в холодильниках. Надя чуть не сбила его с ног.

- Ашотик, что вы натворили? - простонала она, - Сейчас вас допрашивать будут из-за нашего благодетеля!

- Слюшай, красавица, я тут каким боком? Казанове надо дома сидеть на диване, а не скакать с любовницами по отелям. Сколько ему лет, а сердце не бережет?

- Нет, вы не понимаете! У него инфаркт случился из-за того, что вы ему в еду подмешали! Вы же сами говорили!

- Да ты что! - завопил Ашот, - Что я такого подмешал? Подумаешь, чеснок и кинзу - от этого не бывает приступов. А говорить - не обязательно сделать!

С заднего двора в кухню вошли Аннушка и дядя Юра. Хозяйка комплекса казалась постаревшей на несколько лет. Но, услышав Ашота с Надей, набросилась на повара так яростно, что всем стало понятно - она будет бороться за свое дело, как тигрица:

- Вот как! Ты еду испортил? Тебе кто-то заплатил, чтобы нас погубить? Говори - кто?

Ашот оказался между двумя женщинами, каждая из которых смотрела на него, по меньшей мере, недружелюбно. А за спиной Аннушки возвышался мрачный Юрий. Впервые за долгое время повару стало не до шуточек, его нарочитый кавказский акцент растаял как дым.

- Девушки, мамой клянусь, ничего в еду не клал! В салат этот кинул чеснок с кинзой - я их в блендере смешал. Но такой паршивый вкус уже не испортить, скажите, как апельсин с помидором можно вместе подавать, а?

Надя вспомнила, что никто, кроме нее, еще не знает, что ищет приезжий "из структур". Она замахала руками, привлекая к себе внимание Аннушки и дяди Юры.

- Я слышала, что гость наш виагры слишком много принял, это спровоцировало сердечный приступ. А его девушка говорит, что он только одну таблетку мог принять - не больше. И она ему ничего не добавляла, потому что сама медик и в курсе, что много виагры нельзя сразу. И на дуру не похожа.

- Да уж, ей совсем невыгодно то, что случилось, - согласилась Аннушка. - А клиент наш тоже не идиот, чтобы самому виагру горстями жрать. Надя, не знаешь, сколько он принял?

Надя с тоской оглянулась на дверь в банкетный зал. Где-то сейчас бродит присланный сыщик, нацеленный на успешное выполнение просьбы таинственного от начала времен "сверху".

- Понимаете, я подслушала его разговор с нашей гостьей, - она понизила голос, и все дружно склонились к ней, - врачи говорят, что доза тройная. И этот Андрей Иванович, который приехал, думает, что виагра была в еде. Сейчас примется за нас.

Аннушка схватилась за голову и застонала.

- Все пропало! Сколько лет я билась, сколько сил положила!

Надя посмотрела на нее в отчаянии и пролепетала:

- Аннушка, я ничего не делала, правда! Ничего не добавляла, только ужин отнесла в коттедж.

Аннушка обернулась к ней:

- Ты и не могла. У тебя руки были заняты - по дороге к коттеджу возможности не было. А до этого?

- До этого поднос я Наде отдал, - нахмурился Ашот, - она ничего туда не бросала. Вышла в зал, ей стало плохо...

- И поднос у меня взяли вы, - тихо, но внятно сказала Надя.

Все разом повернулись к Ашоту. Аннушка зло прищурилась:

- Все-таки конкуренты тебя подкупили? Думаешь, получше работу найдешь?

- Нет у тебя конкурентов здесь! Сама подумай - хотели бы нишу занять, сначала поторговались бы. У нас в городе населения меньше сорока тысяч, и все знают, что у тебя связи! И потом, вот интересно: мне орудие убийства принесли заказчики, или я сам в аптеке виагру покупал? Надеюсь, никто не думает, что я ношу ее с собой в кармане на всякий случай! Да я бы скорее ему слабительного подлил, чтобы всю ночь на толчке просидел. Но это если бы я был дебилом, потому что с меня первого и спросили бы. Вы и так спросили - больше ничего в голову не приходит, а?

Ашот демонстративно сложил руки на груди и замолчал, обиженно сопя. Надя лихорадочно прокручивала в голове все сказанное. По лицу Аннушки было понятно: она уже не знает, что и думать. Обижать зря хорошего повара, конечно, было бы неразумно.

- Ладно, попытаемся рассуждать спокойно... Но времени у нас нет, вот в чем дело! - Аннушка оглянулась на мужа, и Юрий обнял ее за плечи.

Надя наморщила лоб, пытаясь собрать картину воедино.

- Подождите, а откуда вообще взялась эта виагра? Ведь получается, что добавили две таблетки, значит, они должны были быть под рукой. Это странно, правда? Таблетки были у благодетеля, но к нему в домик никто не ходил до меня.

- Аннушка ходила, - вставил Юрий, заслужив сердитый взгляд жены.

- Я на минутку заскочила, узнать, всем ли гости довольны. И ужина там еще и в помине не было. Правда, я отдавала поднос Наде. Но даже если не учитывать, что мне пакостить самой себе без надобности, как я могла что-то подсыпать в еду? Блюда были закрыты крышками, и все бы заметили, что я их открывала.

- Салаты были в высоких стаканах - ты же сама на этой дичи настаивала, - мстительно вставил Ашот, - А как раз в салат и можно было кинуть таблетки.

- Нет, - покачала головой Надя, - целые таблетки наш гость заметил бы. Их еще надо было растолочь в порошок. А вот насчет салата я согласна: девушка сказала, что ее покровитель съел салат, а она отказалась, потому что... Ашотик, не обижайтесь, запах и вкус показались ей мерзкими. Там ведь и правда всего было намешано.

- Ха! Адское зелье, - не стал спорить повар, - чеснок и кинза хотя бы свежий аромат внесли. Но почувствовать вкус лекарства было бы сложно, да.

- Хорошо, мы все согласны, что виагра, растолченная в порошок, была добавлена в салат. - вмешалась Аннушка, - Но главного не объясняет: какая сволочь это сделала? И зачем?

- А если дядька из структуры прав, и это была шутка? - спросила Надя, - Просто глупая и неудавшаяся шутка.

- Так шутить может только мужик, который не мужик, - Ашот распрямил плечи, - который в себе не уверен. И если кто-то сейчас скажет, что это я - зарэжу своим любимым ножом!

Надя и Аннушка переглянулись: они так давно работали вместе, что иногда понимали друг друга без слов. Аннушка язвительно сказала:

- Мне кажется, Ашот намекает на тебя, Юрочка.

Муж владелицы усмехнулся.

- Ну, если ты считаешь, что я принимаю виагру, да еще таскаю ее с собой, чтобы чувствовать себя мужиком, который мужик... Меня всегда зовут для грязной работы, и тут все довольны: я продукты разгружаю, под дождем ворота для гостей придерживаю, машины их отмываю...

- Точно! - воскликнула Надя, - В пятницу шел дождь! И было прохладно.

- Да, и что? - удивилась Аннушка.

- Я поняла, откуда взялась виагра! Ашотик был прав - у кого доступ к таблеткам был, тот их и подсыпал! Ой! - Надя испуганно замолчала и прижала ладони к лицу.

Аннушка подскочила к ней и отодрала руки от лица девушки.

- Говори, давай! При чем тут дождь и откуда таблетки? Говори, пока нас не прижал "решала"!

- Помнишь, я в мае бегала в ночную аптеку? Нужна была одна таблетка, но ты мне пятерку дала, и я купила упаковку с четырьмя. Так три таблетки и валялись в куртке - тогда тоже дождь лил. А куртка у нас висит в подсобке для плохой погоды. И в пятницу шел дождь...

Аннушка хмурилась, пытаясь найти суть в лепете помощницы, но Ашот уже подхватил мысль Нади.

- Ага, Юрий машину нашего благодетеля встречал, и был в этой старой куртке. И вы с ним поругались! Я помню - Юра вошел весь такой мрачный, ты потом прибежала злющая, как мегера. И не на Надю ты сердилась, а на муженька. И вы не разговаривали друг с другом. Что - не так?

- Да-а-а. - протянула Аннушка и повернулась к Юрию. Тот угрюмо молчал, барабаня пальцами по разделочному столу. Надя смотрела на дядю с сочувствием и пониманием, и ей совсем не хотелось добивать его. Но на кону стояло все их дело.

- Дядь Юра, ты ведь к диджею не побежал, когда он упал, а остался у барной стойки. В зале было довольно темно, ты растолок таблетки рукояткой ножа. Я слышала, как Ашот нож искал на стойке. Ты растолок таблетки и кинул в открытые салаты. Но пассия благодетеля салат есть не стала, и виагра досталась только ему.

- Так и было, - согласился Ашот, - я помню, что нож на край стойки положил, а потом он оказался на другом конце. И ты сидел тут один несколько минут.

- Боже мой, Юра - за что?! - закричала Аннушка, - Что я тебе сделала?

- Ничего!!! - взорвался Юрий, - Просто-напросто низвела до какого-то подсобного рабочего. Да, вот такой я никчемный! И даже Надюха с рестораном лучше меня управляется! Затмение нашло в тот момент, да и полаялись мы. Аннушка, я так боюсь тебя потерять! Виноват я перед всеми. Что же теперь делать?

Помимо него на Аннушку умоляюще смотрели и Ашот с Надей.

Хозяйка обвела взглядом кухню и похлопала мужа по руке.

- Ладно, чего уж там. В жизни всякое бывает, глупость каждый может сделать. Где присланный "решала"?

- В банкетном зале, говорил, будет тебя дожидаться и нас допрашивать, - Надя оживилась, глядя на начальницу.

Аннушка расправила плечи, потрясла сжатым кулачком, сказала:

- Сидите здесь, носа не высовывайтесь, а уж я как-нибудь да разберусь! Она выдохнула и отважно шагнула в прохладу банкетного зала.