# Бег по лабиринту. Глава 8а

Юрий Борисович Салов

## Глава 8


Второе остыло, пока Дмитрий произносил свою речь. Затем он разбирался со своим жареным мясом, обильно облив его ложками пряного соуса.


Федоров рассказал Андрею о том, что произошло после его разговора с Леной Муравьевой в пятницу. Вернувшись к Диане Пительниковой, Лена собрала небольшую сумку и сказала Диане, что отправляется с Денисом Беловым в Макеевку, маленький городок к северо-востоку от Донецка. Она сказала, что вернется в субботу вечером. Когда она не вернулась в воскресенье днем, Диана Пительникова позвонила в квартиру в Макеевке, где, как сказала Лена, они остановятся, и владелец сказал ей, что никто с таким именем никогда не регистрировался. Это ускорило серию отчаянных телефонных звонков Дианы Пительниковой всем, кто мог знать, где находится Лена. Не повезло. В понедельник утром, сегодня утром, она позвонила Федорову. Весь день Дмитрий бегал по своим собственным наводкам, тоже без удачи, а потом несколькими часами раньше, обыскивая комнату Лены, Дмитрий нашел клочок бумаги со своим тайным адресом в Донецке. Он пошел туда, нашел свою квартиру разгромленной, и тут появился Шальнев.


Федоров закончил возиться с мясом и отодвинул свою тарелку, и они заказали еще по пиву.

- Жанна сказала мне, что, по ее мнению, у Лены какие-то неприятности, что Белов тоже замешан, - сказал Андрей, когда Федоров закурил еще одну сигарету. - А что ты насчет этого думаешь?

Федоров кивнул.

- Да, я получил кое-что из этого от Дианы. Она тоже заметила, что что-то происходит, Лена ведет себя жутко, скрытно, все такое. Диана не понимала, что происходит, даже не придавала этому особого значения, пока Лена не исчезла. Тогда, конечно ... - он пожал плечами.

- Но она ничего не знала?

Федоров покачал головой.

- А как же Белов?

- Белов. Там есть мутные пятна. Свободный журналист. Говорил, что работает в странах СНГ уже пять или шесть лет. Журналист-расследователь, знаете ли. Из тех, кто всегда желает "разоблачить" что-то ужасное, бродя по ближнему зарубежью с камерой и магнитофоном. Время от времени он придумывал что-нибудь для новостных служб или нанимался в качестве добытчика информации к наемным журналистам из газет с большими тиражами. Эти люди обычно базируются в более безопасных местах и выскакивают из горячих точек, когда начинает пахнуть жареным. Белов - хороший вариант для них, потому что он остается здесь и слышит вещи и может ввести их в курс дела. Но он никогда не получает "большую" историю.

Федоров не был впечатлен. Никто в бизнесе Федорова не будет. Такие люди, как Белов, были их естественными врагами.

- Ты знаешь, над чем он работал? Были ли у него какие-то особые интересы? Военные? Политические дрязги? Кто-нибудь, над чьими делами он хотел бы поработать?

- Все вышеперечисленное. Парень был рассеянный, просто бегал с головой в заднице, ища неприятностей.

Федоров протянул руку. Шальнев понял, что они говорили о Белове в прошедшем времени. Он посмотрел на Федорова.

- Я его не знал, - сказал Дмитрий.

- У Лены здесь была какая работа?

- Сейчас она собирала данные по производству сельскохозяйственных культур для сельскохозяйственных программ.

- Насколько хорошо ты ее знал?

- Довольно хорошо, и одновременно не слишком хорошо, - сказал Федоров и посмотрел в окно, как будто его не интересовал этот вопрос. Шальнев тоже выглянул в противоположную сторону и увидел, как человек в костюме подошел к нему с другого конца квартала, увидел, как он прошел сквозь мягкую игру света от уличного фонаря и, как раз на его краю, замедлил шаг и остановился. Он с кем-то разговаривал, только его спина была видна на свету. Он двинулся еще немного в тень, пока Шальнев не убедился, что он все еще там или нет. Затем медленно, словно они были заняты обсуждением чего-то важного, она вышла на свет, меняясь с ним позами, словно в каком-то танце. Она улыбалась, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону в манящем разговоре. Но этому не суждено было случиться. Андрей видел только руку мужчины, которая на мгновение исчезла вместе с ней на свету, а потом она повернулась и пошла в противоположном направлении, оглянувшись на него на случай, если он передумает. Но человек уже исчез в темноте.

- Я познакомился с Леной года три назад, - продолжал Федоров, поворачиваясь к Андрею. - Диана Пительникова - одна из тех женщин, которые коллекционируют людей. Она знает всех среди новоприбывших россиян здесь. Если вы приедете сюда с визитом, Диана познакомится с кем-то из ваших коллег, или она познакомится с кем-то, у кого есть совместимый интерес, или кто знает только то, что вам интересно, или кто знает кого-то, кого вы знаете или когда-то знали или хотите знать. Она развелась с бывшим сотрудником посольства России в Украине, а ныне куратором местных 'вагнеровцев'. Она прожила в этих местах большую часть своей жизни. Двадцать лет назад ее отец возглавлял крупный угольный консорциум, ему принадлежали месторождения к югу от Донецка. Он построил здесь дом, и с годами в этом районе было построено много частных резиденций, в том числе бизнесменов, связанных с Ринатом Ахметовым что сделало этот район шикарным местом. Когда он вышел на пенсию и вернулся в Россию, Диана получила дом.


Федоров показал фото эффектной женщины.


- Это Диана. Я не помню точно, как она познакомилась с Леной, но это было в одном из тех отпусков, которые волонтеры получают время от времени. Кажется, это было на вечеринке у Ахметова. Во всяком случае, Диана вроде как удочерила ее. Однажды, когда я ехал в район Саур-могилы, Диана попросила меня отвезти что-то Лене, которая была там со своими добровольцами, из разных батальонов. Так я и сделал, нашел ее там, блин, в горах, в какой-то глухой деревушке, в редеющих сосновых и еловых лесах, куда не доставала украинская артиллерия. Она была хорошенькой девочкой, коричневой, как ягода, от ясного высокогорного солнца. Там были добровольцы из многих стран, а тут еще и Лена в этих проклятых грязных штанах цвета хаки. Но...- Дмитрий смотрел через клубы дыма, ничего не видя, просто вспоминая - ... у нее были длинные светлые волосы, заплетенные в косу, идеально уложенные.


Федоров пожал плечами, но не раньше, чем Андрей заметил в его рассказе нечто большее, чем просто описательный интерес.

- Так или иначе, - продолжал он. - я остался на ночь, потому что это была поездка на целый день вниз до следующего груза. Она оказалась не такой, как я ожидал. Совершенно неприхотливая. Она не была застенчивой, ей было наплевать на свои грязные брюки цвета хаки, короткие ногти и необходимость мочиться за кустом. И бойцы уважали ее, особенно молодые парни, которые относились к ней с любовью. Я уже навещал этих ребят раньше, или других приезжих в глуши, авантюристов, идеалистов-одиночек, кто через несколько месяцев предпочел бы оказаться где-нибудь еще на этом чертовом земном шаре, чем там, где они были. Только не она. За все время моего пребывания там она не задала ни одного вопроса о жизни за пределами республики. На самом деле, я был для нее чем-то вроде отвлекающего маневра. Она больше беспокоилась о том, где они смогут найти лучшие позиции для ракетных установок, которые они установили на этих проклятых продуваемых высотах, и была озабочена здоровьем заболевших бойцов в холодную погоду, за которыми они ухаживала постоянно. Дерьмо.


Андрей был удивлен, услышав нотки неохотного восхищения в голосе Федорова, и он наблюдал, как Дмитрий сделал несколько глотков из своей бутылки, и оглядел помещение, пока глотал его. Андрей сделал то же самое. Ему показалось, что Дмитрий старается говорить об этом небрежно.

- В следующий раз я увидел ее, - продолжал Федоров, - несколько месяцев спустя и в совершенно иных условиях. Она закончила свою работу, и Диана устраивала ей вечеринку "прощание с группой" перед тем, как улететь домой в Москву. Модная одежда и прическа преобразили ее, но это нисколько не изменило ее личности. Она по-прежнему была непритязательна, но чувствовала себя совершенно непринужденно в хорошем ресторане, питаясь дорогой кухней со всеми привилегированными местными богачами,кто еще не уехал, военной верхушкой, сотрудниками российских предприятий, постоянно живущими в ДНР. Знаешь, на нее было забавно смотреть. Вот все эти поверхностные тусовщики и вот Лена, близкая им по духу, но не слишком щедрая на себя. Она чувствовала себя непринужденно, но не так, словно одобряла все это дерьмо. Она не была простой. Парни были старше ее по возрасту, но никто, казалось, этого не замечал.

Последнее было проницательным наблюдением Федорова, которого Андрей от него не ожидал. Не то чтобы он не был проницательным, Федоров не прожил бы так долго в своей сфере деятельности, если бы не был восприимчив к человеческому поведению. Дело было в том, что Дмитрий дал трещину в монолитном фасаде, который он построил для себя. Но трещина была не из тех, что выдавали слабость, а из тех, что позволяли заглянуть внутрь. Федоров докурил последнюю сигарету и затушил окурок.

- Итак, она уехала домой и через три года вернулась сюда. Бывший муж Дианы устроил ее снова на работу в добровольческий корпус, доставлявший гуманитарные грузы из России сюда. Это было больше трех месяцев назад, я думаю. С тех пор как она вернулась, я видел ее всего раз или два.


Федоров резко, с усилием достал из кармана рубашки небольшой блокнот, вырвал из него листок, щелкнул шариковой ручкой, нацарапал что-то на бумаге и протянул ее Шальневу.

- Это адрес Дианы Пительниковой, - сказал он. - Если ты думаешь обратиться за помощью к местным властям, подумай еще немного. Подумай об этом в течение двенадцати часов. За двенадцать часов здесь многое может случиться. А местные власти ...у меня есть свои предубеждения относительно того, как новое руководство ведет свои дела в республике.

Последнее было огромным преуменьшением. Андрей ничего не ответил.

- Подумай об этом, - повторил Дмитрий. - Это может избавить тебя от некоторых огорчений.

- Как ты думаешь, что с ней случилось?

- Понятия не имею.

Андрей протянул руку и развернул листок бумаги, не поднимая его. Он увидел, что адрес тот же, что дала ему в Волгограде Жанна. Федоров посмотрел на него.

- Какие у тебя отношения с ...

- Плотское знание, - сказал Федоров. - Но теперь мы все уладили, и это уже в прошлом. Это был восхитительный роман, но Диана гораздо лучший друг, чем любовница. Кроме того, это было немного кровосмесительно, когда я работал под началом ее мужа. Я не возражаю лгать для бизнеса, но ложь для удовольствия тоже сбивает с толку. Я порвал с ней до того, как он узнал. А потом Диана развелась с ним, что не имело никакого смысла, но тогда это еще одна вещь о Диане: она обычно не имеет смысла.

- Ты работал под началом мужа Дианы?

- Борис Пительников, бывший резидент ГРУ.

- Твою мать.

- Да, без шуток.

Это было уже слишком. Андрей допил свое пиво, чтобы скрыть удивление. Интересно, догадывается ли Дмитрий Федоров о том, во что он ввязался? И тут Андрей понял, что, скорее всего, так оно и было, что открывало перед ним целый лабиринт возможностей.

- Жанна сказала мне, что ты писал ей по электронной почте.

Федоров кивнул.

- Она сказала, что ты сказал ей, что наткнулся на кого-то, спрашивающего о Лене.

Федоров снова потер лоб большим пальцем.

- Совершенно верно, я так и сделал. Мои люди наткнулись на запросы. Оказалось, что это некий Александр Зильбер, он же Зурахов. Бывший владелец сыскного агенства "Редут-антитеррор" и ЧОП "Бастион". Ты, возможно, знаешь его.

- Зурахов был единственным, кто задавал о ней вопросы?

- Не единственным. - Колебания Федорова были почти незаметны. - МГБ ДНР. Военная разведка. Отдел уголовных расследований - это местный эквивалент гестапо. Все, кого ты хотел избежать, были на хвосте у нее. Что бы она ни сделала, она полностью облажалась. Я не мог в это поверить. Я, черт возьми, не мог в это поверить.

Федоров казался рассерженным больше всего на свете. Или, по крайней мере, Андрей думал, что это гнев.

***