Самайн Дара: другие произведения.

Миндаль для слепой волчицы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 8.90*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ослепнуть после трагической аварии, что может быть хуже для человека, чья жизнь есть зависимость от искусства? Потеряв родителей и зрение, и найдя новую семью в лице родной тети и ее сыновей, Динара смогла научиться жить и радоваться этой жизни. И даже выйти замуж и добиться признания в творческой сфере. Но все меняет возвращение в родной городок и женский крик, привлекший внимание Дины. Непонятные убийства, потрясшие население своей жестокостью, свидетелем которых не по своей воле стала девушка, переворачивают ее жизнь с ног на голову. Но что особенного в этих смертях молодых и полных сил женщин? И что скрывается за запахом миндаля? Все это, сама того не желая, узнает Дина. Не пожалеет ли она о своем любопытстве?
    Окончание получат только поддерживающие автора комментаторы. Музу и писцу нужна активная поддержка, знаете ли) Да и не хочу, чтобы разлетелось по пираткам как сейчас часто с произведениями происходит.
    mailorder brides besucherzahler contatore internet

    ЗАМОРОЖЕНО
    Автор обложки Лисовская Ирина


Пролог

  
   Старенькая 'Лада' мчится по ночному шоссе, увозя меня от очередной победы в жизни. Эта выставка творческих работ юного поколения вымотала меня. Безбожно клонит в сон, и я сдаюсь. Прислонившись головой к прохладному стеклу, уютнее укутываюсь в мамин полушубок. От него пахнет миндалем и чем-то пряным. Такой родной запах, только ее.
   Родители, видя мое состояние, делают магнитолу потише и тихо переговариваются, обсуждая очередной выигранный мною конкурс. Мне и самой радостно. Этот приз дался нелегко, но заслуженно. Над картиной я работала полгода, вкладывая в нее частичку собственной души. Просторы Японии, которых я никогда не видела, и гора Фудзияма вдали, скрытая дымкой облаков у вершины, получилась лучше, чем на любой из фотографий. Такая настоящая, живая и манящая. И веточки цветущей сакуры получились как реальные. Кажется - протяни руку, и сможешь прикоснуться к ним, ощутить легкий сладковатый аромат цветущей вишни, почувствовать бархатистость нежных лепестков под пальцами.
   Все вокруг говорят у меня талант, и прочат будущее великого художника. А я...а я просто люблю рисовать. Не ради победы и денег. Картины - мои эмоции. Плохие и хорошие, грустные и веселые, но мои. Это как обнажать собственную душу, показывая весь тот хаос чувств, что творится в тебе смешением красок.
   Краем глаза уловила странную тень, мчащуюся параллельно нам в тени обочины. Сумерки сгустились достаточно, чтобы я смело смогла принять это странное движение лишь за бред сонного мозга. Ведь машина мчится на приличной скорости. Такую не сможет поддерживать ни одно живое существо. Тень метнулась в сторону и пропала. Видимо, действительно привиделось спросонок.
   -Динара, держись! - кричит отец, и начинается ад.
   Внезапный визг тормозов и рывок, кинувший меня вперед, выдирая из полудремы в суровую реальность. Мама закричала, отец выругался, выкрутив руль в сторону. Свет фар высветил на миг силуэт огромного черного животного, замершего прямо посреди дороги.
   Все происходило как в фильме ужасов про страшные автокатастрофы. Машина вильнула, и слетела в кювет. Меня швыряло по салону как футбольный мяч, с силой ударяя то о стекло, то о потолок, то о пластиковые поверхности дверей. Удар в висок, перед глазами вспыхнула россыпь звезд и темнота, поглотившая сознание.
   Когда я распахнула веки, казалось, прошло не больше минуты. Но машина, объятая пламенем, говорила об обратном. Я лежала на потолке, а надо мной нависали ремни безопасности, которыми я никогда прежде не удосужилась воспользоваться. Мысли вяло текли в голове. Все тело нещадно болело, особенно висок, на который пришелся последний удар. По щеке текло что-то неприятное, липкое, резко пахнущее металлом. Но мое внимание было сконцентрировано не на этом.
   Огонь уже объял переднюю часть салона. Там были родители!
   Я видела окровавленную тонкую кисть матери, безвольно повисшую вниз. Ее рыжеватые локоны, выбившиеся из прически, с которых капало что-то темное, тягучее. И рядом сильную руку отца, что так же без движения повисла плетью и была странно изогнута.
   -Мам? Пап? - мой собственный голос превратился в едва слышный хрип. Не обращая внимание на жалящие язычки огня, подползла к родителям, подняв голову. Крик вырвался из горла, и я зажмурилась, лишь бы не видеть той ужасающей картины, что предстала передо мной. Только отчаянная мысль билась в голове. Мертвы! Они мертвы!
   Звук разбившегося стекла, и нечто, больше похожее на стальные лезвия, смыкается на щиколотке, рывком дернув меня назад. Нет, я не могу оставить тут своих родителей!
   Но что-то упорно тащит меня из машины, не обращая внимания на мое упорное и яростное сопротивление. Слышу глухое рычание, и с замиранием сердца оборачиваюсь на звук. Тот самый огромный черный зверь, впившись клыками в мою ногу, с упорством присущим лишь животным, тянет меня на улицу через выбитое окно. Он останавливается, лишь оттащив меня от уже полностью объятой огнем машины на безопасное расстояние. Выпустив из захвата мою ногу, отступает, следя за каждым моим движением пронзительными серыми глазами. В них читается...вина? Да ну, такого не может быть. Это животное. Причем дикое животное! Волк. Огромный, черный как смоль волк.
   Под его тяжелым, будто пронизывающим меня насквозь взглядом, поднимаюсь на ноги. Меня колотит от страха и ледяного холода, с ветром проникающего под шерстяную кофту. Мысли разбегаются как вспугнутые мышки, не позволяя сконцентрироваться на чем-то. За моей спиной жар полыхающей машины. А передо мною опасный хищник. Понимание этого прошило насквозь, и оскаленная пасть тому доказательство.
   Зачем он вытащил меня? Нервная усмешка без спросу искривила мои губы. Не любит хорошо прожаренное мясо?
   Зверь рыкнул, будто уловив мои мысли, и сделал шаг в мою сторону. Я отшатнулась, не в силах отвести взгляда от окровавленных клыков. Ногу, ту самую, за которую тащил меня волк, прострелило болью, и я вскрикнула, заваливаясь назад и нелепо взмахивая руками, пытаясь сохранить равновесие.
   Серые глаза мелькнули и пропали, из моего поля зрения. Подвернувшийся под пятку камень лишь подстегнул мое падение. Голова, и так гудящая после первого удара, с силой соприкасается с чем-то твердым, и я опять проваливаюсь во тьму. На тот момент она показалась мне спасением. Спасением от боли как физической, так и душевной. Ведь там, в полыхающей машине, остались два самых дорогих мне существа. И от клыков дикого животного, вероятнее всего решившего подзакусить мною.
  
  

Глава 1

Дина

  
   -Госпожа Брагина, ваш выход, - раздался рядом тихий шепот, и я кивнула, улыбнувшись в пустоту, уцепившись за прикоснувшуюся к моему плечу руку. - Ступеней шесть, сейчас первая.
   Едва удержалась, чтобы не фыркнуть. Надо же, какой обходительный сопровождающий мне попался. И где носит мужа, когда он так необходим? Устройство зала мне совершенно не знакомо, еще рухну с возвышения. Вот будет потеха!
   -А вот и наша великолепная Дина Брагина! - оглушило меня довольным ревом учредителя выставки, и зал зааплодировал. Все тот же мужчина, что предупредил о начале моего выступления, подвел меня к микрофону и, вручив его в ладонь, повернул лицом к залу. Я и без него прекрасно знала, где находятся люди. Но, тем не менее, забота была приятна. Улыбнулась этому миру, как делала это каждый раз, выступа на публике, и моя благодарственная речь полилась патокой в уши восторженных слушателей и ценителей моих творений.
  
   Вы когда нибудь ощущали себя слепым котенком, вышвырнутым в суровый жестокий мир совершенно без помощи и поддержки? Нет? А мне вот довелось. После аварии, в которой трагически погибли мои родители, и которая снится мне до сих пор в кошмарах, я очнулась в больнице через несколько дней. Сперва показалось, что вокруг непроглядная ночь, так черно было вокруг. Но оказалось, что все гораздо хуже. Дежурившая рядом со мной медсестра, с явным сочувствием в голосе, от которого меня воротило, сообщила, что на самом деле происходит.
   Тот удар, последний удар после которого я потеряла сознание на дороге, вывел из строя какие-то нейроны в моей голове.
   Слепа.
   Это звучало как приговор. Особенно для двенадцатилетнего ребенка, жившего искусством и ради искусства. Ребенка, потерявшего родных людей. Все это огромным ледяным валом накрыло неокрепшее сознание. Зачем жить, для чего?
   Депрессия, отрицание, опять депрессия и полная апатия. Все слилось в сплошную тьму вокруг. Ночь, которая навсегда со мной.
   Лишь яркие цветные сны напоминали о тех моментах, когда я еще могла видеть, как прекрасен мир вокруг. Видела и не ценила, предпочитая прогулкам в парке тесную комнату и полное единение с холстом и красками. И эти сны, и разительно отличающаяся от них чернота реальности, вгоняли меня в еще большую тоску. Я замкнулась в себе. Не желала ни с кем разговаривать и слушать слова соболезнования. Будто бы в насмешку над человеком, потерявшим один из органов восприятия, организм обострил мне слух и обоняние. Но это происходило не сразу, постепенно. Сперва я стала четче различать тихие разговоры в коридоре. Медсестры поголовно жалели меня, не просто оставшуюся сиротой, но еще и калекой. От их жалости становилось еще хуже. А потом улучшился и нюх. Я могла определить, что предлагают сегодня на завтрак уже тогда, когда медсестра с подносом ступала в коридор этажа больницы.
   Так я провела месяц своего лечения и заточения в четырех, провонявших лекарствами и мукой людей, стенах. Похороны того, что осталось от родителей, прошли мимо меня. Может, оно и было к лучшему. Все-равно я больше никогда не смогу видеть. Не увижу их надгробие, как закрытые гробы опускаются в черную землю, пряча от меня тех, кто был так мне дорог и любим. В моей памяти они навсегда останутся живыми, веселыми и добрыми. Ласковые улыбки, горячие слова поддержки. Это теперь только мое, заперто в самом сокровенном уголке моего сердца.
   Да, я плакала по ночам, горюя над собственной судьбой. Рыдала навзрыд, приглушая судорожные всхлипы, перемежающиеся отчаянным воем в подушку, дабы не вызвать еще больший переполох у и так чересчур сердобольных врачей и медсестер. Они даже устраивали мне визиты психолога, волнуясь о моей детской неокрепшей психике. Но мужчина так и не смог растормошить меня, как ни пытался. Я спряталась в надежной раковине отчуждения, притворилась не только слепой, но и глухой. И он ушел ни с чем. Тот визит был единственным, но я не расстроилась. Мне просто хотелось, чтобы никто не трогал меня.
   Как лучик солнца в сумрачный дождливый день, в мою жизнь тогда ворвалась та, кому я и посвящаю каждый раз слова благодарности и любви.
   Моя родная тетя, которую я даже ни разу не видела, потому, как моя мама рассорилась и покинула свою семью ради отца. И обсуждение родственников было у нас под запретом.
   Тетя примчалась сразу, как до нее дошла весть о трагической гибели родителей. Примчалась издалека, пересекая моря и горы, из далекой страны снегов и льдов. Ну, может про горы я погорячилась, но это не главное.
   Просто в одно утро, проснувшись в обычной черноте и с дикой опустошенностью, я уловила до боли знакомый запах миндаля. Я даже на миг зажмурилась, будто это как-то могло мне помочь. Такой знакомый аромат. Казалось мама рядом, и никуда не уходила. Он обволакивал мое измотанное сознание. Слезы градом покатились из глаз вне зависимости от моего желания. Теплые нежные руки обняли мои плечи. Я уткнулась в чью-то грудь и только сейчас осознала, что это просто не могла быть она. Моя мама всегда была миниатюрной, хрупкой, похожей на сказочную фею. Я же прижималась к мягкому, податливому пухлому телу совершенно незнакомой женщины.
   -Ну что, деточка. Давай-ка мы сбежим из этой медицинской вонищи? - уверенный голос женщины ворвался в мое подсознание, и я впервые улыбнулась за такое продолжительное, показавшееся мне вечностью, время. Запах лекарств и впрямь раздражал даже хлеще сочувствующих вздохов и соболезнований. Я тогда кивнула, просто кивнула, не сказав и слова.
   И началась новая жизнь.
   Тетя Милли умудрилась вытащить меня из той пучины отчаяния, где я барахталась, борясь сама с собой и с образами, причиняющими ужасную душевную боль. Она в рекордные сроки добилась не только моей выписки, но и оформления документов на ее имя, как на моего опекуна. А так же моего выезда в другую страну, откуда, оказывается, была родом вся семья. Родная сестра моей матери стала моим ангелом хранителем и феей крестной в одном лице. Она веселила меня совсем не детскими шутками, сразу признав во мне самостоятельную взрослую и оформившуюся личность. Не было никаких запретов, лишь одобрения любых моих самостоятельных решений и поступков.
   Она увезла меня из пахнущего вонью выхлопных газов и потных людских тел города лишь после моего согласия. Да и я с ним не стала затягивать, слушая ее байки и рассказы о великолепных просторах Аляски и большой дружной семье, которая так ждет встречи со мной. По ее словам в баро Номе, где находился дом их семьи, моей семьи, мне будет гораздо проще и лучше. Единственное, что вгоняло меня в полнейший ступор - незнание языка. Английский я учила в школе, и даже слыла отличницей. Но как выяснилось на практике по прибытии на место, я и слова понять не могла из их речи. И первой моей ответственной задачей, которую на меня возложила эта мудрая женщина - стало изучение наречия, на котором разговаривали в моем новом месте обитания. И в этом мне помогали сыновья этой великолепной доброй женщины. Я принялась за ее поручение с энтузиазмом первооткрывателя. Лишенная возможности читать и писать, я много слушала. А мозг, хоть и переживший неслабую встряску, впитывал как губка.
   Лишь спустя несколько лет я осознала, что это задание было хитрым психологическим ходом, одной из первых ступеней высокой лестницы, сделавшей меня тем, кто я есть сейчас. Сильной и уверенной в себе и своих силах женщиной. Второй ступенью было мое возвращение в искусство. Милли придумала, как помочь мне с помощью обострившегося нюха вновь писать картины. Она подмешивала ароматизаторы в масляные краски, для того, чтобы я могла по запаху различать цвета. Так черный цвет для меня навсегда стал ассоциироваться с ароматом кофе, коричневый с терпким запахом корицы и шоколада, а зеленый - с зеленым лугом. Любимый же мною запах миндаля она примешала к белой краске. Не удивительно, что большая из моих работ теперь замешана на светлых тонах, ведь я не могла надышаться этим запахом.
   А через пару лет я с удивлением осознала, что в такой манере приучила свой мозг ориентироваться в пространстве по ароматам. В голове выстраивалась нечеткая картинка комнаты, опираясь на доносившийся до меня запах. Древесина и лак - пол, тот же запах, но с примесью клея для обоев - стены. Крайне неточная замена зрению. Но, даже находясь в незнакомом мне помещении, это помогало мне не натыкаться на предметы, ориентируясь в пространстве подобно летучим мышам, посылающим неслышимые обычным слухом сигналы, но помогающие животным нестись в кромешной тьме, не врезаясь в скалы и деревья.
   Таким же образом мне помогал и обострившийся слух. Не знаю, как обрабатывал поступающую информацию мой мозг, но когда тетя стала настаивать на занятиях по самообороне - я внезапно обнаружила что по скрипу половицы, и даже тихому дыханию собственного партнера по спаррингу могу без проблем определить его месторасположение.
   Я была почти зрячей. Почти, если бы не маленькие детали. Лица, неровности поверхностей и точные очертания предметов на запах, и вкус не определишь. Лишь после тактильного контакта в моей голове появлялся точный образ. А без этой дополнительной подсказки люди для меня были лишь расплывчатыми пятнами.
   Правда, даже с учетом всех этих бонусов от организма - быстро влиться в компанию сверстников у меня не получилось. Я была не такой как они. Отличалась не только своим физическим дефектом, но и интересами. И вот тут мне на помощь пришли мои двоюродные братья - сыновья тети Милли. Джерард и Форс были на несколько лет старше меня и, как и их мать, стали для меня опорой. Они окружили меня заботой и подставляли свои сильные, даже слишком сильные для своего возраста плечи, помогая мне окрепнуть и не стать изгоем. Наказывали каждого, кто осмелился бы нелестное высказывание в мою сторону.
   А вскоре в школе привыкли ко мне, и двум теням, маячившим за моей спиной. Да-да, я училась в обычной школе, но по книгам для слепых. А информацию, что доносили до нас преподаватели - записывала на диктофон.
   Шуточки быстро прекратились, ведь никто не хотел связываться с этой голой мышц, что представляли собой мои защитники. А потом появился Майкл.
   Он переехал в наш городок со своими родителями через несколько лет после того, как я обосновалась там. И как-то так вышло, что мы сдружились. А вскоре мои защитники смогли вздохнуть спокойно и заняться собственной личной жизнью. На тот момент они превратились в высоких сильных парней. И судя по восторженным вздохам девчонок - отличались незаурядной внешностью.
   Но, даже не смотря на мою дружбу с Майклом, который старался заменить мне мою охрану - братья не забывали обо мне. Встречали после учебы, помогали в тренировках. С такими няньками и другом страх снова остаться в одиночестве постепенно покинул меня.
   Поступление в колледж принесло дополнительной нервотрепки в мою жизнь. Но на удивление и с этой задачей я справилась. Преподаватели быстро привыкли к тому, что моя палитра благоухает, а их ученица, прежде чем сделать очередной мазок, тщательно принюхивается к холсту. Наверное, со стороны это смотрелось забавно. Хрупкая, миниатюрная девушка внимательно водит носом над краской и картиной. И, тем не менее, уже через полгода эта специфическая особенность отошла на задний план. Картины пользовались успехом. А то, что написавшая их художница, то есть я, слепа как крот, вносила перчинку, интригующую ценителей. Колледж я закончила одной из лучших, и тут же заключила контракт с ведущей галереей Нью-Йорка. Они были согласны даже на то, что я наотрез отказываюсь переезжать в этот кишащий людьми город. Раз в месяц их представитель связывался со мной, и если очередное творение было завершено - присылали курьера, который и увозил картину. Все же, как может изменить жизнь тепло семьи. Не будь у меня тети и братьев - я не знаю, что бы со мной было.
   И именно своей семье я раз за разом посвящаю слова благодарности, открывая очередную выставку.
  
   -Надеюсь, мои картины подарят вам наслаждение, и вы сможете погрузиться в мир бескрайнего океана так же, как это делаю я, слушая шум прибоя. Спасибо! - я отдала микрофон стоящему рядом распорядителю и, широко улыбнувшись, кивнула рукоплещущей публике. От резких контрастов ароматов стала побаливать голова. Все же в России с этим делом зачастую перебарщивают. Надо возвращаться в офис, подписать очередную партию бумаг о продаже, и в отель. День потерпеть, пока Майкл утрясет еще какие-то формальности, и домой. Не хочу опоздать на свадьбу Джерарда, и так он со скрипом отпустил меня в эту поездку, волнуясь, что город, где я родилась, всколыхнет неприятные воспоминания.
   Но нет, ничего внутри не екнуло. Все же прошло почти десять лет, а за такое время все произошедшее темной далекой ночью стало восприниматься более тускло. Хотя тоска иногда приходила по мою душу. Как и мысли о том, что мог забыть волк вблизи от города. И зачем он вытащил меня из машины? Но все эти размышления так ни к чему и не приводили.
   Покинув душное помещение и выйдя на улицу, вдохнула полной грудью вечерние ароматы города. И не смогла сдержать улыбки. Скоро будет гроза. Запах озона уже ощущался.
   -Вас подбросить? - опять этот парень. Он что, из жалости такой приставучий?
   -Нет, спасибо. Меня должен забрать муж, - я покачала головой и спустилась по ступеням. Запах застарелой краски был совсем рядом, и мое обоняние сформировало образ скамейки неподалеку. На нее-то я и уселась, нащупывая в сумочке телефон.
   -Как вы узнали, что тут скамья? У вас же нет... - парень, проследовавший за мной, запнулся.
   -Палки? - я улыбнулась. - Этот вопрос мне часто задают. У меня отличный нюх, а скамья пахнет краской, - постучав пальцем по кончику носа, вскинула брови.
   Потому, что он уселся рядом. И по тому, что уловила странный прерывистый вздох. Что опять не так? Я уже привыкла к постоянному сочувствию новых знакомых, и не раздражалась так, как раньше. Но сочувствие это одно. А от этого человека внезапно повеяло тяжелым запахом возбуждения, а еще странно знакомым ароматом лакрицы. -Кхм, простите. Я должна позвонить мужу и сообщить, что закончила, - отодвинувшись от парня, все же нашарила в сумочке телефон. Два долгих нажатия кнопки, и вот я уже слышу длинные гудки. А странный парень, пробормотав извинения, стремительно уходит. Вот и отлично, а то он начал меня напрягать.
   -Привет, муженек! Я уже закончила! - возвестила, как только благоверный поднял трубку. На той стороне послышалось странное пыхтение.
   -Дина, у меня еще переговоры. Я тебя забрать не смогу, прости. Вызвать тебе такси? - в голосе Майкла прослеживались виноватые нотки.
   -Да, вызывай, - вздохнула. - До офиса и с предоплатой, как ты помнишь. К ужину то будешь?
   -Да, Дин. К ужину разберусь с документацией и приеду. Ну все, меня ждут. Не скучай там!
   Послушав короткие гудки, скинула вызов и убрала телефон в сумочку. Ну что за невезение? Еще и гроза скоро громыхнет, а у меня зонта ссобой нет.
   Судя по запахам и звукам, вокруг меня у галереи людей не было. Лишь голуби ворковали на невнятном для меня памятнике.
   Но ожидание можно разнообразить, ведь так?
   Из кармашка сумки был извлечен небольшой МП3 плеер. Наушники в уши, частично отгораживая меня от мира. Ну, привет, 'AC/DC'. Давненько я вас не слушала.
   Через минут 15 уловила аромат горячего автомобиля. Еще через минуту меня нагло выдернули из мира музыки, осторожно прикоснувшись к плечу. Вытащила наушники и подняла голову, делая вид, что внимательно смотрю на незнакомца. Людям от чего-то важен зрительный контакт. Видимо в глазах собеседника можно что-то увидеть. Жаль, мне уже не понять каково это.
   -Девушка..ээ..вы такси ждете? - хрипловатый прокуренный голос и неприятный запах пота, одеколона и сигарет, исходивший от этого мужчины, слегка покоробили.
   -Да, я. Вы быстро приехали, - пробормотала, пытаясь сохранить на лице нормальное выражение и не скривиться. Неужели ему самому не противно? Или он уже привык и не ощущает этой кислятины сигаретного запаха?
   Те полчаса, что заняла поездка до офиса, мне пришлось едва ли не прилипнуть к открытому окну, лишь бы не вдыхать неприятный запах, исходящий от водителя. Не знаю, что на тот момент читалось на моем лице, но стоило мне выскочить из автомобиля и захлопнуть дверцу, водитель дал по газам с такой силой, что меня даже немного оглушило от свиста прокручивающихся по асфальту покрышек.
   Нащупав первую ступеньку входа в здание, легко взбежала по лестнице и едва не запнулась от разорвавшего тишину холла звонка собственного мобильного. Нащупав истерично вибрировавший пластик в сумочке, нажала кнопку приема вызова и поднесла к уху и толкнула створку двери, безошибочно определив ее по свежему запаху лака для древесины.
   -Привет, дорогая, - теплая улыбка растянула мои губы при звуках голоса тетушки. - Как твои дела?
   -Привет, Милли. Вам же дорого звонить в Россию, зачем? - на том конце трубки вздохнули, потом послышались звуки борьбы, чье-то невнятное восклицание, а потом меня едва не оглушило ревом, внезапно раздавшимся казалось прямо в мой мозг:
   -Привет, Динозаврик Дино-о-о-о! - проорал кузен, и я даже представила, как он радостно скалится, думая, что напугал меня до чертиков. Хотя, так и было, по сути. Трубку я на всякий случай от уха подальше отнесла и, нашарив рукой прохладный камень стены, прислонилась к ней спиной.
   -Джер, ты чего орешь? И сколько я раз просила, так меня не называть? - пробурчала я для острастки, но моему угрюмому тону никто не поверил.
   -А это был СЮРПРИ-И-ИЗ! - торжественно возвестили мне. - И прозвище еще долго будет висеть на тебе как липкая бумага. Лично у меня еще свежи воспоминания о том, как ты при своих передвижениях по дому обязательно что-нибудь крушила!
   -Джер! - я одернула брата, но на моих губах заиграла предательская улыбка. - Так что за сюрприз? Как подготовка к свадьбе?
   -Тут такое дело, - голос брата как-то сразу утратил веселость и потускнел. - В общем, свадьбы не будет.
   -Как? - ахнула я, и тут же прижала ладонь к губам. - Вы же столько времени вместе! Что случилось?
   -Кайла нашла своего мужчину. И, как выяснилось, этим мужчиной оказался не я, - с той стороны трубки послышался грустный смешок, а затем его голос вновь наполнился весельем. Хотя я знала, что ему сейчас нелегко приходится и вся радость напускная. - Короче она собрала вещи и уехала! Я свободен как ветер, и вообще сейчас в аэропорту! Так что скоро буду у тебя!
   -Ты с ума сошел? Зачем? - я покачала головой на такую бесшабашность. - Хотя прости, кажется, понимаю. Ну, что-ж, прилетай. Мы с Майклом будем тебе рады.
   -Вот и ладненько! Тогда до встречи завтра! - опять на том конце трубки послышался звук борьбы, будто трубку перетягивали или выдергивали из рук. И я услышала строгий голос тетушки:
   - Вот оболтусы! Едва догнала!
   -Он что, на бегу со мной разговаривал? - я рассмеялась, представив эту картину.
   -Именно так! А мне, старой, догоняй этого вертлявого верзилу! У-у-у! Уши надрала бы, да не допрыгну! - мы с тетей дружно расхохотались ее шутке. Джер и Форс вымахали огромными мужиками под два метра ростом, и мы с Милли на их фоне наверняка смотрелись малость..шмакодявками, в общем.
   -Не такая уж ты старая, теть, - женщина пробормотала невнятное ругательство и я фыркнула.
   -В общем так, я ему там собрала кое-что для тебя. Надеюсь, не сожрет в пути. Ты ж его знаешь. Еда как в колодец ухает. Список написала шоколадным маркером, так что сверишься. И если чего-то будет не хватать - разрешаю его как следует выпороть, ясно? - голос мили был строг как никогда, но я опять рассмеялась.
   -И как ты себе это представляешь? Ну, поест наш 'малыш Джерчик', с меня не убудет.
   -Зато с меня убудет! Я два дня пекла твои любимые пирожки, и еще с трудом договорилась, чтобы их на таможне пропустили! - перед глазами возник образ тетушки, грозно размахивающей кульком с пирогами перед носом растерянного таможенника.
   -Я поняла тебя, не бушуй, - Милли фыркнула.
   -Все, его пора на рейс сажать. Еще следить, чтобы не всех стюардесс потискал. Ты не представляешь что он тут творил, после того, как эта вертихвостка собрала шмотки и сбежала!
   -Могу только догадываться. Пошел по тем самым хвостам? Или опять в бои ввязался? - я, наконец, нашла в себе силы отлепиться от стены и двинуться на звук лифта.
   -Вот пусть он тебе и расскажет сам! Все, родная. Целую тебя, управляйся с бумагами, вытряси дурь из своего братца и возвращайся! Я ужасно соскучилась по тебе. Про Майкла не скажу, а по тебе точно.
   -Целую, теть, - я вздохнула и завершила вызов. Да, не смотря на то, что муж мой, еще не будучи им, был принят семьей довольно тепло - тетушка постоянно находила к чему придраться. То он слишком щуплый для нормального мужчины, то глазки у него бегают. Мне было жаль, что она была против нашего брака, но приятный бархатный голос, вкупе с оберегающими и дающими поддержку руками Майкла все же подтолкнули меня в сторону согласия.
   Едва слышный звонок прибывшего на место лифта, и скрип стареньких створок этого доисторического агрегата вывел меня из задумчивости и я поспешила в тесное помещение, насквозь пропахшее людским потом. Еще полчаса общения с менеджерами, подпись долгожданных договоров, и я все на том же стареньком лифте спускаюсь вниз. Глоток свежего воздуха стал спасительным. Голова нещадно болела от терпкого парфюма одного из сидящих в тесном пространстве офиса мужчины, а уши резало от непрерывающегося звука принтера и гудения компьютеров. Вот не зря поговаривают, что тараканов в квартирах больше не осталось. Я сама как таракан стремлюсь быть подальше от этого, едва уловимого обычным человеческим слухом, противного писка приборов.
   До дома было рукой подать - пара перекрестков и один длинный, очень длинный участок стройки. Проверив наличие ключей в сумочке, и насвистывая прилипчивый мотивчик, услышанный мною в недавнем такси, я уверенно двинулась по улице, улыбаясь лучикам заходящего солнца, скользящим по лицу. На душе было воздушно и от чего-то радостно.
   Радостно было до тех пор, пока я не услышала истошный женский визг, доносившийся с того самого участка долгостроя, что был недалеко от моего дома.
   Не знаю что меня дернуло туда. Ведь если подумать логически - чем могла помочь слепая девушка той, кто вероятнее всего попал в серьезную переделку? Но я побежала. Касаясь кончиками пальцев холодного бетона ограждения, бежала туда, где как раз вчера случайно натолкнулась на проход в стене, вероятнее всего выломанный какими-то вандалами.
   Наконец, я нашла то, что искала. Ощупав довольно широкий разлом, нырнула в него и принюхалась. Слева повеяло тяжелым металлическим запахом, и по спине прокатилась волна мурашек. Кровь! И, судя по насыщенности аромата, много. Очень много.
   Я слышала странные хрипы и постанывания. Перед глазами сложилась картина окружающего меня пространства стройки, но она была смазана из-за запаха, пророчащего смерть. По моим венам пробежал адреналин, сердце испуганной птицей затрепетало, но отступить я не могу.
   Нащупав в сумочке перцовый баллончик и сжав его в кулаке, готовая в любую минуту выпустить в обидчика полный заряд, пошла на звук. Пару раз чуть не споткнулась. Под ногами загромыхали какие-то металлические трубки, или что-то вроде того. Я почти ничего не 'видела', нос забился металлическим, тяжелым ароматом.
   Неожиданно справа, там, где я еще хоть как-то различала стену, что-то захрипело. Я двинулась на звук и опустилась у размытого силуэта. Ощупала руками, и мои брови в удивлении поползли вверх. Шерсть? Да, шерсть. И она в чем-то горячем и липком. Судя по всему кровь...
   Нечто под моими руками дернулось, и рыкнуло так, что на затылке волосы встали дыбом. Я отшатнулась, неловко упав на пятую точку и судорожно нашаривая руками выпавший баллончик.
   -Беги...отсюда, - донесся до меня со стороны мохнатого нечто явно женский голос, и новый хрип. Потом что-то забулькало, и я похолодела.
   На девушку напали, и она сказала бежать. Значит, напавший на нее все еще тут? Но откуда тогда шерсть? Хотя, к черту шерсть! Опасность! Я буквально затылком ощутила чей-то пристальный пронзительный взгляд!
   Наплевав на средство самозащиты я, кое-как, поднялась на подгибающиеся ноги и ринулась в обратную сторону, не переставая принюхиваться и прислушиваться.
   Идиотка! И зачем полезла вообще? Кому я тут могла помочь?
   За моей спиной послышалась быстрая поступь. И принадлежала она не человеку, а скорее какому-то животному. Люди на четырех ногах точно не ходят. Но оборачиваться смысла я не видела. Рык придал мне ускорения, и на третьей космической скорости, сметая на своем пути все, что попадалось мне под ноги, и подстегиваемая угрожающим рычанием в спину, я вылетела в пролом. Как в стену не вписалась - удивительно.
   Ноги без остановок несли меня вперед по улице. Сигналили машины, радостно смеялись на площадке моего двора дети. Я пролетела мимо них, и от ужаса даже не запыхалась, взлетая на пятый этаж к спасительной двери своей квартиры.
   Ни звуков преследования, ни рычания уже давно не доносилось мне вслед, но паника захлестнула сознание, до которого только дошло, что я только что чуть не стала еще одной жертвой взбесившегося животного.
   Трясущимися руками достала из чудом не потерявшейся сумки ключи, и минуты две пыталась попасть в замочную скважину. Ключи выскальзывали из липких пальцев, с глухим звоном падая к ногам. На очередном их падении, внутри будто рубильник переключили. Я резко успокоилась и выдохнула, упершись лбом в прохладный металл двери.
   -Вашу ж мать, Дина, и куда тебя понесло, идиотка? - прохрипела сама себе, переводя дыхание. Сердце постепенно замедляло свой сумасшедший ритм, приходя в норму.
   Дверь внезапно щелкнула замком и открылась. Не ожидав подобного коварства, я с визгом упала в прихожую квартиры.
   -Дина? - удивленный голос Майкла, и сильные руки подхватывают меня, спасая нос от 'приятной' встречи с половичком.- Ты чего как бизон ломишься в квартиру? И почему не позвонила, что домой идешь? Я тут сюрприз готовил.
   Я унюхала запах сюрприза, и выдавила слабую улыбку. Ужин готовил, видимо отпраздновать хотел, а тут я...вляпалась...
   -Майкл, - меня поставили на ноги и обняли. Тепло окутало тело, позволяя расслабиться. Все хорошо. Теперь я точно в безопасности и никакие дикие звери меня тут не достанут как бы не старались.
   Черт побери! Опять! Дикое животное врывается в мою жизнь и все идет кувырком!
   Переживания накатили вновь, и я всхлипнула.
   -Дин, ты чего? - муж откровенно переполошился и, отстранившись от меня, схватил за запястья. - Это что, кровь? Что с тобой, Дина? Эй!
   От его взволнованного голоса, такого родного запаха и ощущения надежных рук, что подхватили меня и понесли в сторону ванной, меня заколотило.
   -Майки, там...девушку убили...кажется, - как я нашла в себе силы это выговорить - не знаю. Но этот тихий хрип точно был мой.
   -Черт...Точно? - это было самое приличное, что высказал мужчина, после данного известия. Я кивнула, сжавшись. От рук все еще пахло ее кровью. Бедная девушка.- Где? И как ты там вообще оказалась? Надо вызвать полицию...или нет...Черт!
   Я ощутила запах страха от мужа, пока меня ощупывали и раздевали. Майкл поставил меня в ванную, и в следующую секунду в лицо ударила струя теплой воды.
   -Любимая, мойся, а я позвоню в полицию, хорошо? - он так стремительно вышел, хлопнув дверью, что я и слова произнести не успела.
   -Он что, сюда их вызовет? - меня еще потряхивало, но ясность рассуждений постепенно возвращалась. В квартиру полицию я пускать не хотела точно. Да и что я им скажу? Услышала крик и побежала спасательную миссию проводить? Ага, слепая супервумен. Ой, ду-у-ура...Зная доблестных сотрудников местных органов правопорядка - меня скорее саму в убийстве обвинят не заморачиваясь с 'висяком' или службами по отлову животных. Черт!
   Выключив воду, нащупала пахнущее хлопком полотенце и, обмотавшись в него, пулей выскочила из ванной.
   -Майк, не звони! - внеслась в комнату, на всем ходу врезавшись носом в широкую грудь своего мужчины. И второй раз за день меня успешно спасли от падения.
   Кто бы меня еще от глупости и любопытства спас.
   -Ты чего кричишь? - пальцы ласково прикоснулись к моей щеке, и я невольно улыбнулась этому жесту. Но сразу нахмурилась.
   -Ты уже вызвал полицию? - закутавшись плотнее в полотенце, принюхалась. Не смотря на весь ужас произошедшего, как бы ни было стыдно признаться, есть хотелось жутко. А аромат фирменного блюда Майкла - запеченной в рукаве говядины - аж желудок свело.
   -Да, - муж хмыкнул на мой судорожный вздох и, подхватив на руки, опять меня понес. Теперь на кухню. Любит он меня на руках таскать. Скоро ходить разучусь.
   -Блин, - не выдержав, я сокрушенно покачала головой. - Не стоило, наверное. Когда приедут? Может, девушка еще жива. Я же не врач, хотя крови судя по запаху много было.
   -Не приедут, - голос Майкла прозвучал спокойно, и мои брови недоуменно поползли вверх. Меня усадили в кресло, и вручили в руки бокал. - Милая, я же не идиот звонить с мобильного. Мы с тобой граждане другой страны, между прочим. А разбирательство с посольством и дача показаний как-то не входит в мои планы. Связался с городского и на их местный номер. Россия не Америка, и определителей у них, насколько мне известно, не стоит.
   -Хм..Логично. Но что ты им в таком случае сообщил? Я не говорила где...
   -Боже, Дин, когда ты научишься доверять людям? Тем более любимому мужу? - с явной обидной в голосе возмутился Майк, приобнял меня за плечи и потерся кончиком носа о висок. - Кровь на руках у тебя была свежая. И я воспользовался элементарной логикой, решив, что ты от офиса пошла пешком. Места там людные, и единственное где бы ты могла наткнуться на...проблемы - стройка неподалеку. Я ведь прав?
   Я виновато вздохнула и кивнула, уткнувшись носом в бокал. Майк едва слышно хмыкнул и, растрепав мне волосы, поднялся с подлокотника. А мне стало стыдно. Понавыдумывала тут не пойми что, мужа родного обидела. Совсем мозги отказали из-за стресса, видимо.
   Пока занималась самокопанием, на стол передо мной, с тихим стуком, опустилась тарелка с ароматнейшим содержимым, от чего желудок свело голодным спазмом.
   -Жаль, романтика ужина испорчена. Так что придется перенести торжественный ужин на завтра. - огорченно выдал муж, и я услышала посторонний голос в помещении, вещающий о каких-то биржевых сводках. Видимо, Майкл решил узнать последние новости, и включил телевизор.
   Под мерный стук приборов о тарелки мы отужинали. Майк периодически возмущенно что-то бурчал себе под нос, негодуя на очередные изменения в пошлинах на ввоз тех или иных товаров. Вечер принимал обычный оборот, и я окончательно расслабилась, наслаждаясь божественным сочным нежным мясом с ноткой тмина и базилика.
  Напряженность пережитых совсем недавно моментов на стройке схлынула, и вместо нее пришла сытая усталость. Глаза слипались. Я упорно прятала зевки в кулак, устроившись в кресле на коленях у своего мужчины и пригревшись в теплых объятиях. Резкий, тревожный голос диктора вырвал меня из дремы, в которую я успела провалиться.
   -Мы прерываем выпуск новостей биржи срочным сообщением! - заголосила ведущая, и я вздрогнула, резко подняв голову и вслушиваясь в звонкий голос. - Сегодня в отделение полиции по Кировскому району поступил анонимный звонок. Неизвестный сообщил о предположительном убийстве молодой девушки. Оперативная группа, взявшая на себя это дело, немедленно провела поиски по указанному адресу. Тело неизвестной было обнаружено на заброшенной стройке по ул. Громова. По предварительным данным, девушка погибла в результате нападения дикого животного. Рядом с останками найдены множественные следы крупной особи волка...
   Девушка еще что-то говорила, но я уже не слушала, зажав уши руками и пытаясь удержать накативший штормовой волной ужас. Опять волки! Меня совсем недавно перестал мучить тот кошмар про аварию и того огромного зверя с оскаленными клыками и моей кровью на них. И вот, опять!
   Как бы я не крепилась, как бы не уговаривала себя что все закончилось, и скоро мы покинем этот город...От мысли о том, что где-то неподалеку от дома, где я сейчас нахожусь, бродит опасный дикий зверь меня начало колотить.
   Майкл выругался, и быстро подхватив меня на руки, метнулся в спальню. Усадил на кровать, подтолкнув под спину ворох подушек и практически силой разжал мои стиснутые зубы, вливая успокоительное. А ведь я уже год как его не использовала.
   Апатия настигла меня мягкой походкой, утаскивая сознание в полудрему, а затем и в яркое забытье сна.
   Может, это действие успокоительного. А возможно мое яркое воображение художника, сыграло со мной такую шутку. Не знаю. Но снился мне невероятно реальный, яркий и насыщенный сон, заполненный ароматами свободы и ни с чем не сравнимого счастья. Я бежала по лесу. Бежала, быстро перебирая ногами. Внутри все ликовало. Казалось, вся моя сущность рвалась сюда, будто ее держали в глухой темной камере, и это первый раз, когда она вырвалась на волю. Под ногами похрустывали ветки и шуршала опавшая листва. В лицо бил ветер, принося с собой непередаваемый и неповторимый запах хвои, прелых листьев, грибов и чего-то еще, мне не знакомого.
   Рядом со мной тоже кто-то бежал. И я ощущала, что радовался этому бегу он не меньше меня. И мне было так легко, хорошо...Пока я не посмотрела себе под ноги.
   От увиденного я резко затормозила и, не рассчитав, полетела кувырком по траве и черничным кустам. Но тут же подорвалась и встала, с ужасом рассматривая собственные конечности. Справа раздалось ворчание, и я метнула быстрый взгляд в сторону кустов, из-за которых оно шло. Ветки зашевелились, и на поляну вышел...мой ночной кошмар - огромный черный волк. А следом еще один, такой же громадный и смолянисто черный. Они смотрели на меня внимательными желтыми глазищами, все ближе и ближе подходя ко мне. Я попятилась, но отступление окончилось крахом. Моя пятая точка уткнулась в широкий ствол дерева, вынуждая застыть и сжаться.
   Звери все наступали. Я видела, как их ноздри подрагивают, принюхиваясь к моему запаху. Как шевелятся уши, улавливая любой посторонний шорох. А глаза неотрывно смотрели на меня, будто пронизывая насквозь, читая мои мысли.
   Они были совсем близко, уже в шаге от меня, когда вдруг резко одновременно вскинули головы в рассветное небо, и лес огласил сдвоенный торжествующий вой.
   Он нашел меня. Они нашли. Свою добычу.
   Я проснулась от того, что кто-то резко встряхивает меня за плечи. Прервала крик, рвущийся из горла, и застыла, вздрагивая. Опять чернота, но теперь, после пережитого во сне, мне она казалась такой спасительной. И запах мужчины рядом, крепко прижавшего меня к своей груди, тоже быстро привел меня в чувство.
   -Дин, опять этот сон? - с тревогой прошептал Майк, поглаживая мои волосы. Я слышала, как суматошно бьется его сердце, как прерывисто его дыхание. Да и сама дышала как загнанная лошадь, а тело покрылось мерзким липким потом.
   -Прости, разбудила тебя. Громко кричала? - выдохнула, пытаясь утихомирить собственные скачущие мысли и изгнать замерший перед глазами образ, победно воющих диких зверей.
   -Все в порядке. Я не спал, - муж отстранился, видимо рассматривая меня. В такие моменты близости я отчасти жалею, что не могу увидеть его глаз. Мое своеобразное восприятие не передает подобные нюансы. Лишь смутный серый силуэт с ароматом дорогого парфюма - все, что мне доступно.
   -Который час? - я прокашлялась, прогоняя хрипотцу в голосе и уткнулась в надежное плечо носом.
   -Семь утра. Если получится, тебе лучше еще подремать. Выглядишь неважно, - Майк хмыкнул, и получил кулаком в грудь от возмущенной меня.
   -Ну спасибо, дорогой. Обласкал, так обласкал, - я фыркнула, высвобождаясь из его объятий, но меня лишь сильнее притиснули к широкой мужской груди.
   -Зато настроение поднял, - в голосе слышна улыбка, и я невольно сама улыбнулась, но тут же нахмурилась, кое-что вспомнив.
   -Черт! Семь? Разломай ваш мольберт! - все же вырвавшись от опешившего на подобную реакцию мужа, чуть не кувырнулась с кровати и подскочила к шкафу, едва не влетев в пахнущую застарелым лаком поверхность лбом.
   -Ты чего всполошилась, Дин? Что за внезапный апокалипсис? - видимо вываленная на пол в хаосе одежда вызвала именно такую ассоциацию. Отыскала бриджи и тунику, быстро натянула на себя, и ломанулась на выход.
   -Джер прилетел еще полчаса назад! А я должна была его встретить! - в отчаянии шаря руками по полу прихожей, попыталась отыскать кеды, но они куда-то запропали. - Черт, где эти долбанные кеды?! И где мой телефон? Я же будильник ставила!
   -Ты почему мне не сказала? - муж поднял меня с пола и усадил на пуфик. Сам быстро одел мне кеды, не упустив шанса поцеловать обнаженную щиколотку, и продолжил отчитывать. - Я телефон вчера выключил. Ты была вымотанная и уставшая. Так почему не сказала?
   -Ты думаешь, мне было до того? - огрызнулась больше на автомате, подскочив и нащупывая куртку. - Блин! Он там наверное уже всех служащих на ноги поставил! Он русского не знает!
   Я в панике запустила пальцы в волосы, ероша нехилое воронье гнездо, что осталось после сна.
   -Так, угомонись, егоза, - перехватив меня поперек туловища, муж отнес мое брыкающееся тело на кухню, усадил за стол, и вручил в руки кружку с кофе. Видимо готовил для себя и собирался завтракать, когда я дернула его своим воплем. - Я сейчас ему позвоню и вызову такси. Сам поехать с тобой не могу. У меня переговоры через час. Кстати, хотел с тобой поговорить по поводу завтрашнего вылета.
   -А что с ним? - я постепенно успокаивалась, вдыхая терпкий аромат, от которого мир окрасился в бежевые и коричневые тона.
   -Вечером поговорим. Сиди и отдыхай, ураганчик, - Майк хмыкнул и, судя по шагам, удалился с кухни. А я, тяжело вздохнув и примерно зная, о чем пойдет разговор, решила утопить печали и переживания в горьком свежемолотом кофе. Майк вернулся, когда я уже доедала любезно выставленные на стол круассаны и допивала вторую чашку кофе. Поцеловал в кончик носа, обдав свежей порцией парфюма, окончательно растрепал волосы, и возвестил:
   -До кузена твоего я не дозвонился, но такси вызвал, оно подъедет минут через пятнадцать. Мне пора убегать, - вложив в ладонь мой сотовый, Майк еще раз поцеловал, на этот раз в висок, и направился в прихожую. - Машина приедет и тебе позвонят. Нигде особо не задерживайтесь. По новостям сказали, что волк еще не пойман.
   Он ушел, а я так и осталась сидеть, с крепко стиснутыми зубами, сжатым до хруста мобильным в руке, и вставшими дыбом волосами.
   Сегодняшний сон доказал, что моя крыша опять решила дать стрекача, раз во сне я подсознательно примерила на себя образ животного, которого боюсь до дрожи. А уж наличие в нем уже двух черных волков, мне кажется, так и вовсе доказывало, что рановато я перестала пить таблетки. Ибо мои страхи множатся...
   Из ступора меня вырвал пронзительный звонок в дверь. Громкий грохот, и звук разлетающегося по полу фарфора доказал, что нервы мне все же вновь предстоит подлечить.
   Хотя, я вроде никого кроме такси не жду, а таксист должен был прозвониться на телефон. В доме знакомых у меня не осталось с тех пор, как много лет назад я покинула эту квартиру. Так кого в таком случае могло принести в столь ранний час?
   Прокравшись по коридору, я прильнула носом к двери. И с радостной улыбкой распахнула дверь.
   -Динозаврик Дино-о-о! - громоподобно взревело у меня над головой, и меня смело в сильные крепкие объятия кузена, сжав до хруста в костях и обдав запахом леса и свежести. Дверь захлопнулась, отрезая нас от любопытствующих соседей, что выглянули на площадку узнать, кто так орет по утрам.
   -Ох, Джер! - я, смеясь, уперлась ладошками в широченную грудь мужчины. - Поставь, а то уронишь. Или люстру моей многострадальной головой разобьешь! Ты вообще как тут очутился?
   -Приехал! - хохотнул Джер, смачно поцеловав меня в нос и возвращая меня на свои конечности. - Понял, что ты, вероятнее всего, с муженьком своим переотмечала вчера и сам на такси добрался. Ох и намучался я, пока втолковать пытался водиле что баксы настоящие и меня не в бордель а в жилой район надо везти! Они же нишиша на нашем не разговаривают!
   -А что ты хотел? Для них все иностранцы - шпионы, и им надо если не в КГБ проникнуть, то их женщин соблазнить! - я хмыкнула, с содроганием прислушиваясь к тяжелому звуку опустившейся на пол сумки. - Ты что, всю кладовую тетушки привез?
   У меня зазвонил телефон, и ответа кузена я уже не услышала, потому как, метнувшись в сторону кухни, где надрывался гаджет, запнулась о свежее препятствие и таки рухнула на пол.
   -Динзавричек, когда ж ты осторожнее будешь? - засокрушался мужчина и, подняв меня на руки, бодро пошагал на кухню. Звонил таксист, как раз подъехавший к дому. Пришлось попросить его подождать пару минут.
   -Ты очень устал с дороги? Или готов к подвигам и прогулке по городу? - я улыбнулась, и в голове сложилась картинка Джера, чешущего в затылке.
   -А что! Поехали! Я читал, что у вас тут неплохой парк аттракционов! Самое оно проветрить голову от... - он запнулся, скатившись на шепот, но продолжил вновь, наигранно бодрым голосом - В общем, погнали!
   Мда, хорошо хоть так пытается отвлечься, а не стандартным способом брошенных мужчин - алкоголем. Хотя у нас у всего семейства своеобразная аллергия как на алкоголь, так и на табак. От первого даже после нескольких глотков сметает напрочь все барьеры, и дабы не натворить бед мы решили исключить зеленого змия из меню. Ну а на запах табака неимоверно хочется чихать и слезятся глаза.
   Теперь вы понимаете, каково мне было вчера ехать в прокуренном салоне такси?
   Пока я отзванивалась таксисту и сообщала о смене маршрута, Джер уже успел распаковать передачки от тети и, разместив большую часть в холодильнике, впихнуть мне в руку пирожок.
   Путешествие на плече брата вниз по лестнице, потому как, видите ли, так быстрее, я перенесла стойко. Не впервой так кататься, хотя пирожок есть было жутко неудобно. Зубы клацали мимо, норовя прихватить собственный палец.
   -Гоу-гоу! Паехальи! - на исковерканном русском возвестил братец, затолкав меня на заднее сидение машины и втиснувшись рядом, от чего меня вжало в пластик двери прямо с пирожком во рту.
   Таксист решил не спорить, тут же дав по газам.
   -Так что случилось с Кайлой, Джер? Она, конечно, дамочка с прибабахом была. Но накануне свадьбы...Я не ожидала, - да, не стоило бередить свежую рану, но лучше я задам этот вопрос сейчас и узнаю из первых рук, чем услышу обрывки слухов. В данный момент, находясь в чужом городе и явно убегая от плохих воспоминаний, брат видел во мне предмет опеки, с которым можно хоть на время отрешиться от всего. Но я-то знаю, душевную боль это не уменьшит. А по возвращении в баро Ном в таком случае ему будет еще хуже, чем, если он выговорится сейчас, хоть и при ничего не понимающем свидетеле-таксисте.
   Джер ощутимо напрягся, и в ноздри ударил запах горечи и обиды. Нащупав руку брата, стиснула эту медвежью лапищу в своей ладони, пытаясь хоть как-то подарить поддержку. Когда Джер все же решился заговорить, его голос звучал глухо и отстраненно.
   -Ты знаешь, что у нас в Номе не принято просто так играть свадьбу. Пары проходят проверку на крепость отношений, долго притираются друг к другу. И ты сама знаешь, как быстро у нас тем не менее с Кайлой все развивалось. У меня просто дух выбивало от ее улыбки, жестов, голоса, - я кивнула, вспоминая, каким счастливым возвращался брат после каждой прогулки с этой дамочкой. Хотя сама она мне не понравилась. Веяло от нее чем-то странным, с таким запахом я еще не сталкивалась, а от того и не могла правильно расшифровать. Но аромат мне определенно не нравился, хотя я и не говорила об этом окружающим, не желая портить настроение брата.
   -Да, я помню, что как и с Майком тетя была против вашей спешной свадьбы, но ты ее уговорил, сказав что время ничего не решает. Так что произошло? - Джер привлек меня к себе. Я слышала, как быстро бьется его сердце, изредка замирая и прерывая свой ритм. Он переживал. Их разрыв явно ударил по мужчине сильнее, чем, если бы это произошло раньше.
   -Да, мама была против, и оказалась права, как и всегда, - столько горечи было в его словах, что и у меня самой слезы навернулись на глаза. Брат, заметив это, переполошился, - Ты что! А ну не вздумай реветь! Не реви, я сказал!
   Мое лицо вытерли бумажным платком, и заставили высморкаться, попрекая излишнюю чувствительность к рассказам. И даже пригрозили ничего не рассказывать, если продолжу огорчаться сильнее него. Пришлось выдавливать из себя улыбку. Моя большая нянька всегда пеклась о моем душевном равновесии больше меня самой.
   -Рассказывай давай, - мы прибыли на место, и расплатившись с водителем, я вытащила Джера из машины.
   -Да, в общем-то, и рассказывать нечего. Мы обсуждали расстановку столов и последний вариант расположения приглашенных, когда Кайле кто-то позвонил. Самого разговора я не слышал. Уловил только фразу 'Все готово, вылетай'. Кайла засияла и даже не скрывая своей радости, просто посмотрела на меня и сказала, что между нами все кончено. Что она нашла своего истинного мужчину, с которым она будет жить долго, счастливо и безбедно. А мы все потом будем ей завидовать. И уехала. А я, как идиот, стоял и молчал. В голове будто переклинило что-то, руки опустились. Когда очухался, рванул к ней, хотел обсудить, выяснить что это все значит, но ее дом был пуст. Она собрала вещи и уехала. Вот как-то так.
   -Вот стерва! - я выругалась, за что тут же получила по губам, а в голове возник образ внушительного кулака, зависшего перед моим лицом.
   -Еще раз услышу от своей маленькой сестренки подобные слова - не посмотрю, что ты у нас именитая художница! Выпорю прямо на улице! - грозно буркнул Джер, и приобнял меня за плечи, ведя по направлению к грохоту аттракционов и визгу восторженных голосов. - Все, мы хотели отдыхать - значит, отдыхаем и развлекаемся! И давай больше не поднимать это тему! Не могу видеть, как еще и ты грустишь. Мне хватило сочувствия от мамы.
   -Сколько пирогов она в тебя впихнула? - я хмыкнула, и повисла на локте этого двухметрового амбала, прекрасно зная, какие методы утешения может задействовать тетушка.
   - Почти с десяток, - фыркнул братец, - Я думал живым из-за стола не уйду!
   -Ба-а, да ты еще долго держался! - мы расхохотались, и наш смех вкупе с воспоминаниями о доме, смыли неприятный осадок неприятного разговора.
   -Так, мелкая! Я просто обязан посетить Американские горки! Ради только одного названия! - послушав мой перевод местных аналогов аттракционов, заявил братец, и утащил упирающуюся меня по направлению к этому рельсовому исчадию ада, от которого у меня дрожали ноги еще с тех самых пор, как я прокатилась на них со своим отцом.
   Да, я до сих пор помню миг неимоверного счастья, когда контролер билетиков, приставил меня спиной к ростомеру, и с улыбкой сообщил, что пропускает меня на Горки. Как довольно подмигнул отец, покосившись на новинку сезона - босоножки на платформе, скрытые моей длинной юбкой. И как вытянулось лицо у парнишки, когда уже усевшись и закрепив поручни безопасности, я продемонстрировала ему свою ногу, даже не собираясь скрывать ликования и восторга на собственном лице. И как я потом орала, чувствуя что сердце выпрыгивает наружу, застревая в горле, как обжигающе бьет ледяной ветер в глаза, вызывая неконтролируемые слезы. Стремительное движение состава, и прилипший к позвоночнику желудок. Завтрак тоже не смог спокойно усидеть, от тех кульбитов, что выделывал этот аттракцион с моим телом.
   Восторг, перемешанный со страхом скорости, и паникой что вот сейчас крепления безопасности раскроются именно в тот миг, когда мы несемся, перевернутые вверх тормашками на очередной мертвой петле. Все смешалось в непередаваемый коктейль эмоций и чувств, приводило в трепет, и я захлебывалась, выражая свое счастье и ужас визгом.
   Уже потом, когда я на трясущихся ногах выползла из замершей машины смерти и ринулась к ближайшей урне - все эти радостные чувства схлынули, оставив лишь приятные воспоминания, в то время как организм строго наказал больше не влипать в подобные авантюры. И я больше не влипала. Я вообще не посещала этот, да и другие парки аттракционов, лелея тот счастливый солнечный день с родителями, заполненный голубым небом, радостным смехом и запахом сладкой ваты и попкорна.
   И вот сейчас одни из самых близких мне людей практически насильно, а по факту даже не замечая моего сопротивления и призывов о помощи, радостно смеясь, усадил меня в кабинку и лично закрепил и проверил крепления безопасности.
   -Джер, я предупреждаю... - прокашлявшись, патетично начала я, и со стороны брата послышался смешок. - Я буду крича-а-а-ать!
   Как и в прошлый раз я визжала до боли в горле и кома в легких. Хотя сейчас и не было стремительно крутящихся и сменяющих друг друга неба и земли. Я не видела стремительно летящих мимо красок парка, но ветер в глазах и визги соседей по составу, немного злорадный хохот братца и свист в ушах, все так же сжимали мое сердце. Никаких картинок окружающего пространства в голове. Лишь белый туман, из-за отсутствия запахов и перекрывающего остальные звуки собственного крика.
   -Ну вот, а ты боялась, - изрек довольный Джер, помогая моей желеобразной от пережитого тушке вытряхнуться из кабинки. - Зато орала то как! Не знал, что у тебя таланты в оперном пении!
   -Не смешно! - внутренности мои ощутимо перемешались, и единственный съеденный за день пирожок рвался на волю. Лишь силой воли и глубоким дыханием успокоила головокружение. Но наверняка мое зеленое лицо посмешило Джера. Больше на этот адский аттракцион мы не ходили. Но я, не предполагавшая, что за десять лет люди могут придумать столько рискового для жизни и приносящего адреналин, еще не раз поорала. На катапульте, в кабинке свободного падения, на некоем шейкере, что практически вытряс из меня душу, и я все же отправила пирожок в урну.
   Даже не смотря на это, и на хохочущего Джера, к которому после каждого аттракциона я кидалась с кулаками, день прошел на удивление светло, и даже доставил удовольствие. Все же давно я так не развлекалась.
   Мы гуляли весь день, изредка прерываясь на легкие перекусы в кафешках, пока меня не вызвонил Майкл и не поинтересовался, не собирается ли его жена сегодня появиться дома. Пришлось заверить мужа, что мы уже выдвигаемся, и спешно собираться. Мы с Джером как раз отдыхали на берегу небольшого озерца. Все загорающие и купающиеся разошлись, когда солнце стало клониться к закату, а мы все сидели. Просто молчали, наслаждаясь наступившей тишиной и прохладным ветерком, перемешивающимся с шумом волн.
   -Давай-ка я схожу машину поймаю. А то пешком мы долго ведь добираться будем. Особенно с твоей травмой, - Джер накинул мне на плечи свою куртку и растрепал волосы. - А ты сиди тут, отдыхай. И в следующий раз одевай более удобную обувь!
   Ну да, отвыкшая от таких продолжительных прогулок я умудрилась сперва натереть пятки до крови, а потом еще и ногу подвернула, оступившись на камне. Именно из-за этого мы и расположились у озера, а не поехали кататься на роликах, как изначально предлагал Джер.
   Он то знал, как я люблю ролики и велосипеды, ведь даже моя слепота не мешает наслаждаться жизнью благодаря обонянию и слуху.
   -Может, я все же с тобой? - я поежилась от особенно пронзительного порыва ветра, теснее запахнув полы куртки брата. Оставаться тут одной было страшновато.
   -Нет, отдыхай, а я поймаю машину и на ней сюда приеду за тобой, - я услышала, как он поднимается с травы, и поймала за руку.
   -Постарайся тогда побыстрее. А то холодает, - Джер сжал мою руку, и я немного расслабилась.
   -Мерзлячка, - он фыркнул и ушел, а я еще долго вслушивалась в его стремительные шаги, отличая их сначала по шороху травы, а потом и по звукам подошвы по асфальту.
   Время текло медленно, капая в пространство как густая карамель. Я успела сильно продрогнуть, а Джер все не шел. Попыталась ему дозвониться, и едва не подпрыгнула от неожиданности, когда карман куртки внезапно завибрировал, издавая адские звуки тяжелого ирландского рока.
   В конце концов, когда зуб на зуб уже не попадал, я поднялась с остывшей земли, и побрела в ту сторону, куда ушел этот растяпа. Лучше бы я с ним пошла, честное слово! Даже мысль в мою пустую голову не пришла, что не знающий языка мужик двух метров в росте и столько же в ширине плеч в это время суток запросто машину поймать не сможет. Примут за бандита, и хорошо, если не собьют, а просто мимо проедут.
   В парке уже было тихо, и лишь кроны шелестели листвой над моей головой. Шум из парка аттракционов давно стих, и ориентироваться приходилось лишь по запаху, да ощущению асфальта под ногами. Машины по этой дорожке не ездили - слишком много было выбоин и ухабов, и автовладельцы предпочитали ездить в объезд, не желая портить рессоры и подвески.
   Я все шла и шла, недоумевая, почему же не слышно запахов и звуков оживленной улицы, которая по моим расчетам должна была быть не так далеко от озера. Подвернутая нога нещадно горела, как и стертые пятки. Воздух становился все холоднее, от давящей тишины было жутковато, и я непроизвольно стиснула в руке мобильный, хотя никакой фактической защиты он бы мне не дал, а баллончик остался где-то там на стройке.
   Когда рядом со мной громко затрещали кусты, а потом уши болезненно ударило волной женского крика - сердце ухнуло в пятки.
   Я приросла к месту, не в силах пошевелиться. Поджилки тряслись, и только сейчас накатило осознание: я одна, в парке, а где-то в городе ходит дикий опасный хищник, что еще накануне загрыз девушку!
   Собственный крик застрял в горле, а вот та, что кричала, судя по звукам, сейчас ломилась через густой подлесок в мою сторону.
   Ноги меня не слушались, и когда девушка вывалилась на дорогу, опрокинув и меня, я не смогла даже отшатнуться. В нос ударил запах страха, крови и неизбежности. А потом к нему примешалась вонь собачьей шерсти. И громкий рык, последовавший за этим запахом, оборвал у меня что-то внутри.
   Я замерла, придавленная телом обнаженной девушки, которую непроизвольно обхватила руками при столкновении. Рчание все приближалось, а в голове было пусто, и ни единой мысли о том, как спастись!
   Девушка пошевелилась и села. Ее тело сотрясала крупная дрожь, прошивающая и меня. Она сползла с моего примерзшего к асфальту тела и странно захрипела. Ранена?
   Зверь зарычал. Звук когтей по асфальту все приближался.
   Дальше все смешалось. Мне показалось, что рядом сошлись в яростной битве два мощных тела, и тела эти были не человека и хищника. Рыки, поскуливания, визги и звуки с лязгом смыкающихся челюстей. Топот ног, и треск кустов. А потом все стихло, и лишь тяжелое дыхание кого-то рядом.
   Я пошевелилась. В голове все же созрела одна единственная мысль - как можно незаметнее отползти к кустам, и позвонить мужу, в полицию, в скорую. Да хоть куда-нибудь, лишь бы забрали меня отсюда!
   Но попытка не увенчалась успехом. Неподалеку от меня вновь послышалось рычание. Причем оно было не одно. Стая! Тут целая стая диких животных! Мне не уйти живой...
  
  

Глава 2

Давлат

  
   Я стоял по щиколотку в еще рыхлой влажной земле и, не обращая внимания на хлещущий в лицо дождь, смотрел на свежее надгробие. Здесь покоится Лилея Вровская, убитая сегодня ночью обезумевшим новообращенным оборотнем. Моя сестра, смелая и безрассудная, отправившаяся на самостоятельные поиски убийцы ее единственной близкой подруги, и разделившей ее судьбу. И я не смог ее от этого уберечь.
   Сердце рвалось на куски, легкие распирало от едва удерживаемого скорбного воя по той, кто был мне ближе всех, кроме моего брата. Она была еще совсем юной волчицей. Прошло всего пару лет с ее первого оборота, с первой пробежки по родному лесу владений нашей стаи. Черт, она даже не успела влюбиться и найти свое счастье!
   Кулак с силой опустился на холодный мрамор, едва не раздробив его на куски.
   Ее убил этой ночью чужак. И я сложу с себя полномочия Альфы, если не найду этого урода и не вырву ему глотку собственными зубами!
   И дело даже не в том, что он посмел войти на нашу территорию и посягнуть на наших самок, которых и без того осталось всего пятеро. Дело даже не во власти, которую я стремительно теряю, потому, как совет старейшин усомнился в моей силе и возможностях охранять вверенных мне волков, ставших на мою защиту как одна большая семья.
   Это, мать вашу, моя сестра! И я просто обязан за нее отомстить!
   А ведь мы почти успели. Я гнал стаю со всех лап, услышав тоскливый вой Лили даже на расстоянии несколько километров. Мы почти успели...Почти.
   Если бы она не обернулась, и не ринулась на защиту какой-то человечки, а спасала свою шкуру, то, возможно, была бы сейчас жива!
   А эта слабая человеческая особь даже не знает, как ей повезло. Она свалилась в обморок при нашем приближении. Мы ворвались в битву уже в тот момент, когда чужак, явно новообращенный, сжимал горло лежащей безвольной куклой мертвой Лили. И явно намеревался полакомиться человечкой. Этот трус сбежал, но он оставил мне оружие против себя. Его мерзкий кислый запах безумия и страха, казалось, проник мне под кожу. Я запомнил его, и теперь не спутаю ни с кем.
   -Давлат, нам пора возвращаться. Тебя ожидают старейшины, - на мое плечо легла тяжелая рука, но я не шевельнулся, продолжая смотреть себе под ноги на холмик свежей могилы. - Ты уже не чем не сможешь ей помочь, Дав. Идем. Ты нужен стае, брат.
   Я кивнул, не в силах произнести и слова. Тоска душила, сердце болело и ныло, остро переживая потерю. Скинув руку Вита, хладнокровно сжал кулаки, и быстрыми шагами направился к машине, больше не оглядываясь. Потому что если я обернусь - я не смогу больше сделать и шага в сторону. Если я обернусь - то тоска окончательно завладеет мной, мутя разум и лишая сил. А я нужен стае, сдаваться еще не время. Я обязан отомстить.
   Вит молча шагал рядом. Ему, как и мне, было горько и больно. Он любил сестру не меньше меня, и ее смерть стала для него очередным ударом судьбы. В отличие от брата я не видел еще одной гибели дорогого нам существа. Не видел, как охотники безжалостно убивают и свежуют тело нашей матери. Мы были маленькими волчатами, я охотился с отцом тогда, отдельно от мамы, которая натаскивала Вита. Не знаю, как бы я поступил на месте брата, но с самого детства знал - он сильнее меня.
   Один маленький волчонок сумел отогнать не ожидавших нападения людей. И, хотя, уже было поздно, но тело он сумел отбить. Именно тогда пробудилась его сила Альфы, и он смог призвать стаю. А вместе с его силой появилась и моя. Мы с ним связаны навеки, мы из одного помета и чувствуем эмоции друг друга как свои.
   Как получилось, что место лидера занял я?
   Я давно задаюсь этим вопросом. Ответ знает лишь отец, но его я спросить уже не смогу. Он тихо угас, и ушел следом за матерью, успев лишь провести обряд передачи власти. С семнадцати лет мы, с Витом и Лилей остались одни в этом мире, стараясь быть опорой и поддержкой друг другу. А теперь и ее нет.
   Вит, не отрываясь от дороги, молча протянул мне платок. Уйдя в свои горькие мысли, я и не заметил, как перемежаясь с каплями воды с волос, по щекам заструилась соленая влага слез. Я плакал лишь дважды в этой жизни. И глядя на напряженную фигуру брата рядом, могу с уверенностью сказать - Вит не плакал никогда. Может, стоит отдать место Альфы ему? Он более гибок, он всегда может приспосабливаться и не показывать своих истинных чувств, что бы ни произошло. В его руках стая будет надежно защищена. А я отойду от дел.
   -Даже не думай, Давлат. Я не приму на себя такую ответственность, - как всегда, брат явственно уловил мои мысли и высказался. - В отличие от тебя, я не связан узами с самкой. И не готов к этому. Я хочу найти свою пару, а не кидаться в омут страсти с первой попавшейся волчицей. А статус Альфы обяжет меня это сделать по нашим традициям. Моя свобода мне дорога.
   -Эгоист, - я фыркнул, и перебрался на заднее сидение, извлекая из сумки запасной комплект одежды.
   -Ничерта подобного. Просто я не смогу всем этим управлять так, как ты. Так что подбери сопли и огрызайся на этот мир, как и раньше, братец. И будь уверен, за Лилю мы отомстим. И да, ради этого я возвращаюсь в стаю.
   Я в неверии уставился на Вита. Он это серьезно? Я не мог заманить его ничем, а теперь он сам возвращается? Бросает свою перспективную карьеру и останется в стае? Лиля была бы рада.
   -Да, Дав. Она была бы рада. Но теперь ее нет. Смирись с этим, - его руки на руле сжались с такой силой, что треск пластика заполнил салон. - Я возвращаюсь. И еще кое-что. В городе несколько волков с Аляски. Они почтили меня своим вниманием, приняв за тебя. Ты не против, что я одобрил их нахождение на нашей территории?
   -Я в курсе кто это, - кривая усмешка расползлась на моих губах. - И я слежу за ними. Один из них был вчера в том самом парке, Вит. А та самая человечка, что мы оставили там, приехала с ними. И именно с их появлением в городе начались убийства.
   -Ты считаешь, что это взаимосвязано? - брат напряженно побарабанил пальцами по треснувшему рулю - Я проверю. Кстати, что за человечка?
   - Дина Брагина. Не знаю, как она связана с этими двумя волками, Вит, но я выясню. Обязательно выясню все, и найду ублюдка, что лишил жизни нашу сестру.
  
  

Вит

  
   Слова брата окунули меня в воспоминания. Действительно, как так получилось, что я покинул стаю, отдав ему главенство? Я помню тот день, а точнее ночь, когда принял это решение. И дело было даже не в свободе, и не в поиске истинной пары, на которую ссылался.
   Десять лед назад, а кажется уже целую вечность, мы только познавали себя и свои способности. Прошло два года со дня убийства матери. Отец, который до того дня не торопился обучать нас и передавать бразды правления, сломался. Стоя на ее могиле, он поклялся, что сделает нас своими преемниками и сложит с себя все обязательства. Так он и сделал. В восемнадцать лет пора беззаботной юности для нас закончилась. В двадцать мы были в первом рейде, вдвоем с братом. Я помню тот день, когда мой нос уловил запах незарегистрированного чужака, осмелившегося зайти на нашу территорию и посягнуть на одну из самок.
  
   Сумерки сгущались. Но это не помеха для нас. Лапы сминают пожухлую листву, ветер бьет в морду, обтекая два черных мощных тела, гонящих свою жертву. Серый бежал на пределе своих возможностей, но мы были быстрее, сильнее, моложе его. Я вырвался вперед и почти нагнал эту паршивую шавку, когда он решил метнуться через трассу и попытаться укрыться на территории соседней стаи. Я выскочил следом.
   То, что произошло следом буквально выбило почву из под моих лап. Глаза ослепило ярким светом. Рев машины, в пылу погони не замеченной мной, ослепил. Визг тормозов и грохот улетевшего в кювет автомобиля оглушил чувствительные уши. Больше на инстинктах я прижался брюхом к нагретому за день остывающему асфальту. А когда оклемался - машина, которая ради спасения моей полиморфной жизни вильнула в сторону, уже горела. А внутри еще были живые. Брат выскочил из подлеска стремительнее пули, метнувшись к автомобилю, и заметался вокруг. Я ощущал его панику. Он, как и я, не желали быть причиной гибели. Даже если это будут слабые людишки. Мы живем с ними бок о бок, и привыкли сотрудничать, хоть и не уважать этих двуногих.
   Я ощущал отчаяние брата. Видел, что в горящем нутре кто-то двигается, но меня будто приморозило к земле. А Давлат...Он просто пробил собой стекло, и выволок кого-то. Кого-то упирающегося. Присмотревшись, увидел длинные темные разметавшиеся волосы, и уловил сладковатый аромат миндаля, крови и гари, исходящий от этой малышки. Совсем еще юное создание, но она так отчаянно рвалась к горящему автомобилю.
   Девочка увидела, кто ее тащит и перепугалась еще сильнее. Запах ее страха окутал коконом и поверг в шок. Кроме ее природного аромата был еще один. Тот, от которого у меня на загривке шерсть встала дыбом, а клыки засвербели от желания разодрать, порвать, убить. От нее пахло охотником! Тем самым, что несколько лет тому назад единственный ушел от возмездия и скрылся в неизвестном направлении. Именно того, который увидев щенка рядом с раненой самкой, отдал приказ не трогать мальца, то есть меня.
   Озноб прошиб тело, и я перевел взгляд на уже полностью полыхающий автомобиль. Он там...и он получил по заслугам, черт побери! Со стороны брата послышался короткий вскрик и рык брата. Как в замедленной съемке я вижу, что маленькая худенькая девочка, прижав руки к груди и болезненно морщась от укуса клыков Давлата, отступает от него, оступается на подвернувшемся камне и падает. И кровь, растекающуюся вокруг маленькой темноволосой головы.
   Странная боль обуяла меня, и я понял, что это не моя боль. Янтарные глаза стоящего напротив волка наполнились отчаянием.
   -Вит, мне нужна помощь! Я не могу ее бросить! - молит он, а я же недоумеваю. Зачем? Зачем спасать и помогать той, кто является плотью и кровью убийцы нашей матери?
   Именно тогда я понял, что не смогу принять на себя груз ответственности. Брат тоже узнал этот запах, но переборол зверя и попытался помочь. В то время как я был обьят лишь одним желанием мести. Ее тьма затопила разум.
   Вызвать самостоятельно спасателей мы не смогли, да и не успели. Машина взорвалась, опалив мою шерсть, а Давлату подпалило морду, когда он закрыл своим телом едва живую бессознательную девчушку.. С тех пор его обоняние работает не в полную мощь, а я ощущаю вину перед ним. Я должен был помочь, но не смог.
  
   -О чем задумался? - уже полностью одетый брат похлопал меня по плечу, вырывая из гнета воспоминаний.
   -Да так...Рад, что возвращаюсь домой, - улыбнуться стоило мне неимоверных усилий, и брат понял мое состояние по-своему.
   -Мы узнаем, зачем приехали эти аляскинцы, и зачем привезли с собой девушку. - Дав ухмыльнулся в явном предвкушении охоты.
   -Я знаю, зачем приехала она. А вот что нужно им, мы узнаем, - я хмыкнул, притормозив перед коваными воротами на территорию нашей стаи.
   -И кто она? - брат всегда был чересчур любопытен. Я передернул плечами, вспоминая первую встречу с девушкой, покорившей меня силой воли и оптимизмом, и уже настоящая улыбка расползлась на моих губах.
   -Знаешь, я думаю, она тут не причем, брат. Просто неудачное стечение обстоятельств...
   Давлат ничего не ответил. Но прежде ем покинуть салон машины и поприветствовать охранников, внимательно посмотрел на меня.
  
  

Давлат

  
   Стая встретила скорбью и гнетущим давящим ощущением тоски и безнадежности. И я их прекрасно понимал. Вторая самка за неделю погибла от зубов свихнувшегося оборотня. Вторая самка НАШЕЙ стаи, не пришлая. А значит, генофонд нашей семьи находится под угрозой. Положение может спасти брат, если найдет себе пару, но пока такой волчицы, увы, еще не встретилось на его пути. Я же, хоть и был женат, но не мог пополнить семью потомством. Я не хотел детей не от истинной пары, а Виви ею не являлась. И я не скажу, что не рад этому факту.
   А вот тому, что Вит вернулся - рад несказанно. Мне жутко не хватало этого обормота. И даже с учетом того, что мы часто пересекались с ним в городе - не сравнится с тем, что теперь он будет рядом. Его дом так и стоял пустым почти десять лет, с той аварии, где едва не погиб невинный ребенок. Девочка, от запаха которой у меня подгибались лапы и сносило крышу.
   И я до сих пор жалею, что погрузившись в дела стаи, и уговоры брата не уходить - упустил момент. Она пропала из города, и больше я ее не видел.
   Брат объяснил причину, почему не помог мне тогда. В машине был тот самый охотник, единственный, кто ушел от расплаты. И нашедший свою кару таким нелепым образом. Я отчасти понимал Вита, а отчасти противился его уверенности в том, что и семья этого убийцы должна умереть.
   В той девушке, что ночью стала свидетельницей смерти Лили, было нечто, что напомнило мне о той девчушке. Что-то неуловимое. Возможно, если бы мой нюх был бы столь остр как тогда - я был бы уверен. Но, увы, даже наша сверх регенерация не смогла его восстановить в полной мере. А поиски следов той девочки никуда не привели. Да и что бы я сделал, найдя ее? Она человек, и даже если бы мой укус подействовал - гарантии благополучного обращения были равны трем из тысячи. Укус альфы способен запустить этот процесс, но люди столь слабы, что их психика попросту не выдерживает. И на свет появляются такие сумасшедшие агрессивные ублюдки как тот, что загрыз мою сестру.
   Я тряхнул головой, отгоняя невеселые мысли и, махнув удаляющему в сторону своего дома Виту, взошел на крыльцо.
   Усмешка исказила мои губы, когда я распахнул дверь и прошел на кухню. Мне и раньше говорили, что Виви раздвигает ноги перед всеми подряд, но она давила на мою ущербность, утверждая, что запаха нет. А раз его нет - значит все обвинения бездоказательны. Сейчас и без острого нюха, имея лишь пару глаз, доказательств было предостаточно. Обнаженная парочка сплелась в страстных объятиях прямо на нашем обеденном столе. Я с минуту пронаблюдал это отвратительное действо. Скрип ножек по кафелю и хлюпающие звуки заставили брезгливо поморщиться.
   Оперся на косяк, и постучал по дереву, привлекая к себе внимание любовников. Дождался когда оба выплывут из своего тумана страсти, и ухмыльнулся.
   -Евгений, покинь тело моей жены и собирай манатки. Ты отправляешься на службу родине и стае, - злой оскал я не сумел удержать, глядя в растерянные серые глаза парня. Он совсем недавно прошел оборот, и гармоны бурлили в молодом теле. Именно поэтому он еще жив. Сложно удержаться, когда к тебе клеится грудь четвертого размера, строя глазки и сверкая обворожительной улыбкой. У молодняка в этот период все мозги в трусах. Ничего, посидит на границе полгодика, придет в себя.
   -Да, альфа, - парень спешно натянул штаны, и склонил голову, раскрывая шею. Что ж, хоть тут проявил благоразумие и не стал спорить. Вечером переговорю с его семьей.
   Похлопал парня по плечу и отпустил с миром. Молодые воины мне еще понадобятся. Парниша пулей вымелся из моего дома, даже дверь за собой прикрыл осторожно, боясь навлечь на меня свой гнев. Взгляд переместился на вальяжно разлегшуюся все на том же столе женщину.
   Абсолютно не стесняясь ситуации, и без страха, она смотрела мне прямо в глаза и насмешливо ухмылялась.
   -Что до тебя, Виви...Собирай свое барахло и ты свободна на все четыре стороны. Подальше от моей стаи. Шлюху в доме я терпеть не намерен.
   С грациозностью хищной кошки блондинка слезла со стола и, поблескивая бисеринками пота на еще не остывшей после секса коже, покачивая бедрами подошла ко мне.
   -Ты не посмеешь меня выгнать, Давлат, - алые губы еще шире растянулись в ухмылке. - Ты знаешь, кто моя мать. И стоит мне хоть слово сказать - она перестанет предоставлять вам самок, муженек. А без самок весь ваш род загнется. Твоя стая не может себе этого позволить, милый мой.
   Ее пальчик скользнул по вырезу моей футболки, но я перехватил ее запястье, отведя подальше и ответил, насмешливо вскинув брови.
   -Так ведь ваша стая не единственная, Виви. У нас как-раз в гостях волки с Аляски. И я слышал, у них очаровательные самочки, ищущие себе пару. А ты можешь идти, и жаловаться мамочке. Договор расторгнут. И поверь, я свяжусь с ней и доложу, чем тут занималась ее тихая и скромная доченька. Верховной с такой славой тебе не стать.
   Кукольное личико исказилось злой гримасой. Клыки удлинились. Выдернув руку из моей ладони она зашипела разъяренной кошкой и отступила на шаг.
   -Ты не посмеешь! Я доложу в совет, Давлат, что альфа стаи Черных неполноценен и не может ею управлять!
   -Рискни, - я безразлично пожал плечами и, больше не оборачиваясь, пошел к входным дверям. - Только учти, что Вит вернулся. - бросил я напоследок. - Я вернусь через час. Чтобы духу твоего на территории моей стаи не было.
   В душе было пусто. Я не испытывал к этой волчице ничего. Это был брак по расчету, не более. Но такую откровенную измену я потерпеть не могу. Это подрывает мой авторитет. А от всего, что мне мешает, я буду хладнокровно избавляться. Хватит мотать сопли на кулак.
   С такими мыслями я уверенным шагом направился в дом к Виту.
  
  

Дина

  
   Опять этот сон. И опять я бегу по лесу, в обличье волка. Лапы, белоснежные лапы, которые ощущаются частью меня и такими правильными, будто я всю жизнь только и делала, что бегала по лесу, взбивают пожелтевшую листву. Воздух пропитан осенью. Запах прелой травы, первого мороза, подкисших ягод и готовящейся к зиме живности вторгается в легкие.
   И восторг. Ни с чем не сравнимый восторг этого легкого стремительного бега и свободы. Справа несется уже знакомая черная тень, сверкая янтарем глаз сквозь пожелтевшую листву кустарника. Следит, будто боясь, что я отстану. Давая мне фору вырваться вперед, но не терять из виду.
   Слева мчится такая же черная тень. Этот зверь смотрит с опаской, но так же не убегает вперед и не отстает. Бежит наравне.
   И мне это не нравится. Внутри будто поселился маленький демоненок, горяча кровь и нашептывая, что этим двоим надо утереть нос. Мне уже не страшно, мной правит восторг и безнаказанность. Этот бег - игра, а не гонка на выживание. Тут есть место шалостям.
   Прибавляю скорости, несясь на пределе возможностей. Воздух уже не кажется таким упоительным. Он разрывает легкие, печет, но я не сбавляю темп.
   Внезапно лапы проваливаются в незамеченную мною яму, и я кубарем лечу в кусты, сминая тонкие ветки и выкатываясь на залитую заходящим солнцем поляну.
   Вскакиваю быстро. Азарт все еще бурлит во мне. Подстегивает не останавливаться и вновь пуститься в бег. Но на поляну, двух сторон, выскакивают волки. Шерсть на загривках взъерошена, в глазах тревога. Хотя, кто бы знал, как выглядит волнения в желтых звериных глазах? Как можно так четко улавливать эмоции?
   Но я от чего-то знаю - волновались.
   Они даже не запыхались, гоня меня через лес, в то время как в мои легкие воздух врывается с хрипом. Грудная клетка ходит ходуном. Но я не намерена так легко сдаться!
   Припадаю на передние лапы, оскалив клыки. Они сейчас тоже сами собой разумеющееся, хотя раньше подобный оскал саму меня бы перепугал до чертиков.
   Не успеваю прыгнуть, перелетев через одного из приближающихся зверей, как они замечают друг друга.
   Черная шесть встопорщилась на их телах подобно иглам. В глазах жажда убийства моментально сменила былую тревогу.
   Они больше не смотрят на меня. Рык разносится над поляной оглушая и придавливая меня своей силой и властностью. Я знаю, что они оба равны посиле. И они это знают. Но припав к земле тем не вене кружат друг напротив друга.
   Еще миг, и лапы отталкиваются от земли, взметая в воздух чернозем вперемешку с листьями. Я вижу как челюсти одного стальным захватом впиваются в холку другого. Ужас застилает разум, и я прыгаю.
  
   Чернота. Уже знакомая чернота, так разительно отличающаяся от ярких красок сновидений окружает меня и приводит в чувство. Пытаюсь унять разбушевавшееся сердце, что набатом стучит в ушах. Да и дышу я так, будто действительно бежала по лесу со всех ног.
   Во рту вязко, горло дерет, а в затылке стреляет от боли.
   Воспоминания возвращаются урывками, как и слух.
   Парк, прогулка с Джером и его попытка поймать машину. Девушка бегущая от зверя, и сам зверь. И волки. Вой целой стаи.
   Так вот, почему мне опять снился этот сон! Он приходит ко мне каждый раз, когда я вспоминаю ту аварию, или сталкиваюсь с этими животными. Каждый раз он немного разный, но каждый раз я в обличие волчицы.
   В свое время я пыталась анализировать происходящее во сне, но так и не разобралась в себе, просто махнув на это рукой. И вот опять этот сон. Я столько лет его не видела.
   -Майк, как ты можешь так поступать? Мы приняли тебя в семью, Дина доверяет тебе, а ты втыкаешь нам нож в спину! - на периферии слуха услышала я приглушенный голос брата. Он явно пытался не кричать, но эмоции били через край.
   -Тише, ты ее разбудишь. А она еще не оправилась от вчерашнего. И давай поговорим про мою фирму потом. Ты мне лучше скажи, зачем потащил ее в парк, да еще и оставил одну, зная, что за хрень происходит в городе? - голос Майка наоборот звучал размеренно и спокойно.
   -Этот псих охотится на волчиц, а ты знаешь, что Дина...
   -Знаю, но это не отметает того факта, что ее могли растерзать за компанию, - прервал Джера мой муж. - Мне, знаешь ли, жена нужна целая и невредимая. Я больше ее с тобой никуда не отпущу.
   -Это уже мне решать, - я, как можно более незаметнее пробралась в сторону говоривших, и скрестив руки на груди, оперлась плечом о косяк. - Ты прекрасно знаешь, что Джер не специально это все сделал. И уж тем более знаешь, что я ненавижу, когда мою свободу действий ограничивают.
   При моем появлении об их споре тут же было забыто. На мои вопросы о том, что происходит с фирмой и от чего они спорили, оба отмолчались, попытавшись перевести тему на мое самочувствие. Меня споро подхватили на руки и вернули в спальню, усадив на кровати и вручив в руки какой-то жуткий горький отвар, сказав, что это необходимо для моего выздоровления.
   Джер извинялся, наверное, с полчаса, что оставил меня одну на берегу. Угомонился, только когда получил подушкой по голове и заверения что еще хоть слово - и я и впрямь больше никуда с ним не пойду. После этого брат затих и, пообещав проведать меня завтра, уехал в снятый для него Майклом номер в отеле.
   -Детка, как ты себя чувствуешь? - уже в сотый раз спросил Майк, и я закатила глаза, подавляя порыв врезать и мужу за чрезмерную опеку.
   -Живая, почти здоровая за исключением шишки на затылке. Лучше расскажи, что в парке произошло? - поинтересовалась я, когда умостившийся рядом Майк приобнял меня за плечи к себе, целуя в висок.
   Иногда я даже жалела, что дальше обычных прикосновений и поцелуев у нас с ним не заходило. Было бы неплохо сейчас снять накопившийся стресс с помощью плотских утех. Но увы, данный вид удовольствий был мне не доступен. И не из-за моей слепоты, или каких-либо физических проблем.
   Мы с Майком в данном плане нашли друг друга. Я - инвалид по зрению, хотя сама себя таковой не считала. А муж...Его жизнь потрепала даже сильнее, чем меня. Когда он мне впервые поведал свою историю - я даже не поверила. Попыталась проверить, и полезла к мужчине в трусы. Да, совершенно бесцеремонным образом полезла! Правда, проверку мне совершить не удалось. Дело было накануне свадьбы, и в доме было полно народу. А потом стало как-то не до того.
   В общем как поведал мне Майк, именно из-за его травмы он и его семья и были вынуждены в свое время покинуть родной город. Его семья занималась разведением и объездом животных для родео. И в один не очень прекрасный день, любопытствующий Майк упал за изгородь.
   В общем один из быков...повредил мужское самое ценное, и оно теперь было недееспособно.
   Так, за все пять лет брака, я все еще оставалась девственницей. Данный факт меня не особо угнетал. Но это меня, а вот муж в начале наших отношений пару раз предлагал мне найти любовника. После нескольких сотрясений головы, ибо мною подобные предложения были восприняты крайне негативно, он все же успокоился, поверив мне и словам о том, что секс в отношениях не главное, а ребенка при желании можно и усыновить.
   Так вот именно сейчас я жалела, что мои натянутые в струнку нервы разрядить подобным образом не получится. А ласки - это немного не та страсть, которой я сейчас желала.
   Встряхнувшись от собственных пошлых мыслей, я передернула плечами, и прислушалась к рассказу Майка.
   Оказалось, что когда я упала - то непостижимым образом оказалась в небольшой канаве у дороги. И если бы спешно возвращающийся ко мне Джер не услышал волчий вой, и не увидел бы свою куртку на асфальте неподалеку - то меня бы или сожрала бы стая, или я бы околела к утру.
   Понятное дело, обнаружив мое неподвижное тело, брат струхнул не на шутку, и тут же вызвал Майка, вытащив того с какого-то важного совещания. В больницу меня не повезли, так как без местной страховки сунуться побоялись. А вызванный Майком какой-то ему знакомый врач констатировал легкое сотрясение мозга и нервное истощение.
   Веселый отдых в родном городе у меня выдался, ничего не скажешь.
   Ночью меня опекал Майк, а днем, когда ему надо было на работу, его сменял Джер. Брату я обрадовалась, не смотря на его явно виноватые интонации, которые раздражали меня безмерно.
   -Хватит квохтать надо мной, как наседка! - я возмущенно пихнула брата ногой. Он уже в который раз пытался подоткнуть мне одеяло и накормить с ложечки куриным супом, больше напоминающим по запаху чесночное варево с легким ароматом курицы. Видите ли он вычитал где-то, что чеснок может спасти от простуды, а я ей подвержена наверняка, так как долгое время провалялась на промозглой земле в кустах.
   От чеснока свербело в носу и слезились глаза, и данный супчик был воспринят мной как отрава в чистом виде.
   -Я же как лучше хотел! Ну, давай, хоть одну ложечку! - умолял Джер, тыча в мои плотно сжатые губы ложкой. Я мотнула головой и отвернулась, пытаясь вдохнуть хоть каплю не провонявшего чесноком воздуха.
   -Ты смерти моей хочешь! - мрачно изрекла я, отползая к краю кровати. - Я не умираю, в конце-концов! Лучше выведи меня на свежий воздух!
   -В прошлый раз уже вывел на свою голову, - парировал Джер, и я рыкнула от досады. Это что, из-за одного инцидента меня под домашний арест посадят? Не согласна!
   Соскочив с кровати, я скинула пижаму и, не обращая внимания на протестующее мычание брата что творю обнаженный беспредел, быстро натянула джинсы и футболку. Сидеть дома я не намеревалась. Сейчас мне как никогда хотелось пройтись. Двое суток в постели под постоянным присмотром едва не свели меня с ума от скуки.
   -Мы идем гулять! И это не обсуждается! - уперла руки в бока, встав у входной двери. - Иначе я с тобой больше не разговариваю! - добавила я веский аргумент, пока Джер не успел отвергнуть мою очередную попытку выбраться на улицу.
   -Шантажистка мелкая. Знаешь же, как на больное брату надавить...
   Так, под непрерывное ворчание брата, я все же покинула застенки собственной квартиры.
   В этом режиме пролетела неделя. Ночью меня и мою больную голову с сотрясением, которое лично для меня никак не ощущалось, караулил муж. А днем я вытаскивала брата на длительные прогулки по городу. Мы обошли, казалось, каждый закуток этого небольшого городишки. Даже побывали в местном муниципальном бассейне, где меня чуть не утопил один прыгнувший с трехметровой вышки индивид под сто килограмм веса. Побывали на велодроме, по которому прокатились на роликах и попытались поездить на лошадях.
   Брат пытался отговорить меня от этой затеи, но я твердо вознамерилась воплотить свою детскую мечту в реальность.
   Не получилось. При нашем приближении лошади, визгливо заржав и задрав хвосты унеслись галопом на другой конец загона, оставив меня, Джера и крайне удивленного такому поведению обычно спокойных лошадок тренера глотать пыль.
   И вот неделя расслабления подошла к концу. Выставка моих работ закрывалась. Распродали к моей радости почти все картины. Причем большую часть работ приобрел некто Виталий Вровский, местный учредитель художественных галерей. Как нашептал мне на ушко аукционист, данный мужчина относится к редкому типу коллекционеров, чьи сокровища с годами приобретают невероятную ценность. Сам господин Вровский при этом какая-то важная шишка в Муниципалитете города.
   Данную информацию я прослушала скорее из уважения к престарелому аукционисту. Кто и для чего приобретает мои работы - меня мало интересовало, особенно в данный момент, когда все мысли были сконцентрированы на скором возвращении домой.
   Получив оформленные документы и чек оплаты, я радостно помахала ручкой и покинула опустевшее помещение галереи. А на выходе столкнулась со старым знакомым - тем самым мужчиной, что на открытии помог мне взойти на помост и потом позабавил разговором на скамейке.
   -Добрый вечер, Дина. Как ваши дела? - передо мной учтиво открыли дверь на улицу, а я невольно принюхалась. Тот тяжелый запах, который исходил от мужчины в прошлый раз сейчас был практически неуловим, а вот от тягучего аромата лакрицы рот моментально наполнился слюной. Я чертыхнулась про себя, в сотый раз делая в голове пометку вовремя есть. А то уже мужики чужие аппетитными кажутся, причем совсем не в эротической составляющей этого слова.
   -Добрый...Простите, не знаю, как вас зовут... - я безмятежно улыбнулась, поправив сумочку на плече и плотнее запахнув куртку. На улице жутко похолодало с тех пор, как я зашла в здание галереи, а мне еще до офиса мужа идти. Жаль что Джер за билетами уехал, прогулка с братом казалась мне более увлекательным занятием чем простое быстрое передвижение по ночному городу.
   -Вит, меня зовут Вит. И можно на ты, - судя по интонациям улыбнулся мужчина, придержав меня за локоть и помогая спуститься по лестнице. Руку я тут же отдернула.
   -Не стоит так навязчиво помогать. Я прекрасно ориентируюсь в пространстве самостоятельно, - ответила я на удивленное мужское 'хммммм'. - Так вы что-то конкретное хотели, Вит? Или просто поговорить? Вы простите, но я тороплюсь.
   -Думал предложить свои колеса для ваших целей. В городе сейчас неспокойно, а вы довольно милая девушка. Не хотелось бы наутро увидеть в газете новость о вашей безвременной кончине, - меня вновь довольно настойчиво ухватили за локоть, направляя движение в сторону парковки. Пришлось опять вырывать руку, нащупывая в кармане мобильник. Вот чего он пристал? Да еще так настойчиво? И принюхивается! Я же слышу!
   -А может вы и есть тот самый маньяк, что девушек убивает, и теперь заманиваете меня в свое логово? - добавив в голос побольше ехидства высказалась, возвращаясь на изначальный курс следования - к ожидающему меня у дороги такси.
   -Я могу вас уверить, что на каждый случай убийства у меня есть железобетонное алиби, - Вит хохотнул. - Вы меня испугались? Вроде я не давал к этому поводов.
   -Настойчивого приглашения от незнакомца прокатиться в его машине достаточно, - я поджала губы, радуясь приближению к такси и даже жуткому запаху бензина и пота исходящему от стоящего на улице таксиста.
   -Так мы же знакомы! Я - Вит. Вы - Дина Брагина. Какой же я незнакомец? - явно издевался этот тип, не отставая от меня ни на шаг.
   -Девушка, вам помочь? Этот типчик к вам пристает? - неожиданно пробасил мужик таксист, шагнув в нашу сторону.
   -Все в порядке. Молодой человек просто провожал меня до машины, - я передернула плечами, делая два последних спасительных шага к такси и открывая дверцу. - Вит, если не хотите, чтобы девушки от вас сбегали еще до первого свидания - научитесь заинтересовывать. Пока у вас получается изображать только маньяка! - с этими словами я нырнула в теплый салон авто, быстро захлопнув за собой дверцу.
   -Обязательно научусь и позову вас на первое свидание! В людном месте! - донесся до меня откровенно веселящийся голос мужчины, и такси рвануло с места.
   Я откинула голову на спинку и улыбнулась. Забавный тип. А главное каков нахал! Ведь знает, что я замужем, так нет! Все-равно на свидания решил звать!
   Даже на секунду пожалела, что уже возвращаюсь на Аляску. Было бы интересно понаблюдать за попытками завоевать мое расположение. Но это было лишь секундное помутнение. В конце концов, у меня есть муж - идеальный для меня мужчина во всех отношениях. Заботливый, умный, понимающий, прекрасно организованный, в отличие от меня. А как он готовит! Просто божественно!
   И главное на все находит время. Ну, по крайней мере старается. С тех пор, как ему выделили четверть акций в нашем с братьями бизнесе - времени, конечно, на меня у него стало меньше. Но я не в обиде. Кроме меня и Майка русский в нашем маленьком семейном сабантуе никто не знает. Я больше времени провожу в мастерской, чем интересуюсь делами компании. Именно поэтому муж сейчас тут - налаживает контакты с местными. И, судя по его рассказам, налаживает вполне успешно.
   Этот город - бывшее военное подразделение оставшееся в этих местах после войны. Поселение разрослось, многие приехали сюда с надеждой на светлое будущее. Рядом, кроме нескольких закрытых территорий, где живут и работают военные биологи, сплошь леса и поля. А это именно то, на чем строится наш бизнес. Мы расширяем границы города за счет вырубки деревьев, а остатки производства, так сказать, перепродаем в строительные компании. Не подумайте, что вырубка проводится хаотично и бесцельно! Вырубается и облагораживается только тот участок, который либо был заболочен, либо был близок к этому.
   Наши филиалы благополучно процветают во многих городах Аляски и Америки. Там постоянный рост демографии приводит к необходимости расширения и новым застройкам. И мы в этом благополучно помогаем.
   Кстати кроме той квартиры непосредственно в городе, у нас еще был домик на одной из закрытых территорий биологических баз местных военных. Он принадлежал отцу, так как он работал биологом, но незадолго до той злосчастной аварии отец тот домик продал. И этому, как сейчас помню, предшествовал скандал. Первый скандал, да вообще первая крупная ссора в нашей семье. Крики и оскорбления матери периодически звенят в ушах до сих пор, хотя сейчас мне кажется что ссорой послужила вовсе не продажа дома.
   Но былого не исправить. Буквально через несколько дней после этого, когда мы ехали в новый дом в соседнем округе, черный волк выскочил на дорогу, спровоцировав вечную тьму перед глазами и долгие годы скорби утраты.
   Я встряхнулась, отгоняя грустные воспоминания как раз тогда, когда такси затормозило, и водитель помог мне выбраться из салона. Как-то не вовремя я погрузилась в тоску, а ведь мне нужно радоваться! Сейчас у меня любящая семья, с обожаемыми мною старшими братьями. Картины пользуются популярностью именно из-за моих особенностей восприятия, а еще у меня есть твердая опора в этой жизни - мой муж!
   Рассчитавшись с таксистом, я улыбнулась, вдыхая морозный ночной воздух, и буквально взлетела по ступеням. Я жутко соскучилась по мужу, практически не заставая его дома, и сейчас просто хотела его крепко обнять и...уговорить лететь домой вместе. Хотя и знала, что тут его удерживают несколько незавершенных контрактов. И продлится это как минимум неделю. Но попытаться то стоило? Всегда ведь можно перепоручить часть своих обязанностей личному помощнику. Тем более дело то осталось за малым - выбрать участки для осушения и вырубки.
   Лифт пиликнул, и дверцы с приветливым гудением расползлись в стороны. Металлическая коробка вознесла меня на самый последний этаж новомодного офисного центра, который был возведен совсем недавно. В коридорах стояла немного гнетущая тишина, хотя учитывая позднее время, это было не удивительно. Дорогу к кабинету майка я знала назубок. Длинный коридор, поворот, и еще один коридор, и я утыкаюсь в деревянные дверные панели. Я уже протянула руку, чтобы повернуть ручку и обрадовать любимого своим появлением, но ладонь зависла в воздухе. Чуткие уши уловили разговор двоих. И то, что я услышала - выбило почву у меня из под ног, разрушило мой внутренний радужный мир, распылило его на миллиарды осколков, которые уже врят ли удастся собрать воедино.
   -Ну, любимый, я и так слишком долго...ох...ждала! - раздался полный страсти, с хриплыми нотками, девичий голосок, прерывающийся постанываниями и характерными шлепками. Я невольно вслушалась в происходящее. Каждое слово, каждый звук, каждый вздох и стон впитывались в подкорку, сокрушая жестокой реальностью.
   -Милая, мы можем поговорить об этом не сейчас? Я слишком долго тебя не видел и соскучился по моей страстной паре, - вторил ей низкий мужской голос, и я с трудом узнала в этом голосе Майка. Но узнала.
   Сердце болезненно сжалось, ногти впились в ладони, протыкая кожу. К доносящемуся до меня аромату секса, пота и похоти вплелся новый аромат - аромат моей крови.
   -Нет, я хочу поговорить об этом сейчас! - раздавшийся за дверью грохот заставил меня невольно отступить на шаг назад и немного прийти в чувство. - Я могу определить, что ты не был с ней. Неужели эта дурочка до сих пор не опровергла твою недееспособность?
   -Ну, раз ты решила прерваться...Да, она верит. Мне всего-лишь стоило надавить душещипательной историей, и она приняла ее за чистую монету. И тебе, дорогая моя, придется еще немного потерпеть. Пока я не завершу то, что я начал для исполнения своих планов.
   Я узнала оба голоса. Оба, мать их раздери! И, получается, все вокруг меня, вся дружба, все ухаживания и нежные признания - все было ложью! У него не работает мужской орган? Три раза ха! Я прекрасно слышу, как хлюпает нутро этой похотливой твари!
   Она любила моего брата? Очередное ха! Зато теперь понятно в связи с чем, а точнее кем, было связано ее стремительное бегство со свадьбы! Только зачем? Для чего все это? Это так...мерзко и грязно, поступать подобным образом! И в случайно воспылавшую любовь я тоже не поверю, потому, как еще шесть лет назад я слышала его отговорку о невозможности нашей близости, а с ней же все великолепно работает! Не мог же он чудесным образом исцелиться? Не мог, а значит, он попросту хранил ей верность, а я верила! Как полная идиотка верила, да еще и жалела его!
   Мотнув головой и зажмурившись, я вновь вслушалась в ужасающие для меня откровения любовников.
   -Я не могу дождаться, пока она подпишет это, - мурлыкнула Клери из-за двери. Я скривилась, улавливая влажные звуки поцелуев и шорох ткани.
   -Ты проделала отличную работу. Всего за какой-то год сумела охмурить сперва одного братца, а затем и другого. Две подписи на передачу акций у нас есть, - вновь чавкающие звуки, и я едва сумела подавить рвотный позыв, так отвратительно было все происходящее. И так больно и горько Слезы неконтролируемо катились по щекам. - Она подпишет бумаги не глядя! Не видя подмахнет, и весь бизнес будет в моих руках!
   Раздавшийся далее полный торжества и явного презрения ко мне хохот, сменившийся скрипом кожаного дивана, и новой порцией запаха страсти подтолкнул мое тело сделать два шага назад.
   -А теперь иди уже ко мне. Я слишком долго тебя хотел, и не имел возможности заполучить, моя девочка...
   -А она не почует? У не же отличный нюх, Майк..
   -Нет, детка. Ты от меня не отделаешься. И у меня великолепный дезодорант. Он всегда срабатывает...Иди ко мне...да, так...как я тебя люблю...ох...да, детка!
   Больше я ждать была не в силах. Из меня будто выдернули стержень, лишили опоры, и я решительно шагнула...
   Нет, я не ворвалась в кабинет и не устроила скандал. Сейчас в моей голове была такая каша, что ноги сами понесли меня на выход. На воздух, подальше! Прочь из этого зловонного места, где разрушилось мое с трудом выстроенное счастье. Из офисного здания, где мне открыли глаза на жестокость этого мира, где никому нельзя верить.
   Холодный ветер бил в лицо, которое, казалось, стало стеклянной маской из-за заливающих его слез. Сердце ухало в груди, вопя, моля о пощаде. Но ее не было. Реальность свалилась бетонной плитой, придавливая к земле.
   Не знаю, сколько я так бежала, не разбирая дороги. Сумка болталась за спиной поникшим флагом капитуляции. Кто-то пытался остановить меня, но я лишь выдергивала руку и неслась дальше, задыхаясь и судорожно проталкивая застрявший в горле комком воздух.
   Мой стремительный бег прервало дерево, внезапно выросшее на пути. Я со всего маху врезалась в него плечом, и то подозрительно хрустнуло, ослепив и окончательно дезориентировав меня вспышкой боли. Под подогнувшимися ногами оказалась мягкая трава. Нос заложило от слез, а тело сотрясалось от дрожи. Казалось, меня сковало холодом. Он проник под одежду, впился в кожу, проникая в самую суть меня, и лишь пламя костра разгоралось в поврежденном плече, напоминая, что я еще жива.
   В кармане пиликнул мобильник. Едва справившись одеревеневшими пальцами с застежкой, извлекла аппарат, и, мало что еще соображая, приняла вызов.
   -Дина, ты сейчас где? - услышав вместо обычного приветствия рваные всхлипы, тут же встревожился Джер. - С тобой все в порядке? Дина?
   -Д-да...нет, я не в порядке, - остатками воли подавив рвущуюся наружу новую волну рыданий ответила я. - Забери меня отсюда. Забери меня домой, Джер. Только не в ту квартиру. Там он...На Аляску. Я хочу домой...сейчас!
   -Ох, Господь Всемогущий! Что случилось с тобой? Где ты, откуда тебя забрать, Дина?!? - крик брата перекрыл мои всхлипы. Я закусила губу, сдерживая рвущийся из груди вой, и попыталась принюхаться.
   -Не уверена точно...Вроде какой-то парк. В городе их всего два. В глубь я убежать не могла, значит где-то на окраине. И тут не пахнет карамелью, значит не тот, где мы были в прошлый раз... Джер, тут рядом нет людей, мне не у кого спросить... - я села, и привалившись спиной к остановившему мое бегство дереву прикрыла глаза. - Найди меня, пожалуйста...
   Телефон пискнул, и затих. Понажимав кнопки, я со стоном отшвырнула ныне бесполезный разрядившийся аппарат в сторону.
   Боль пульсировала в груди, растекаясь изморозью по телу. Перед внутренним взором стояло марево из хаотичного смешения запахов. Но от самого ужасного - запаха секса, ИХ секса и лжи, я так и не смогла избавиться, как бы ни бежала. Он будто впитался в меня, въелся, и шанса избавиться у меня не было.
   В следующий момент я услышала то, что понадеялась больше не слышать никогда. Крик девушки, вопли людей, и полный ярости и бешенства звериный рык.
   И все это было в паре десятков шагов за моей спиной....
   Происходящее казалось каким то безумием. Рев зверя оглушал. По спине уже не бегали, а хаотично волнами прокатывались ледяные мурашки ужаса. Попыталась встать, но плечо вновь обожгло, и я рухнула на холодную землю, сжимаясь в комок. Топот, рычание и крики все приближались. Еще немного, и они будут тут. Зверь несется на меня, в нос уже набился запах крови и собачьей шерсти. Ярости и полного безумия. Но зато теперь тот мерзкий гнилостный запах страсти меня больше не беспокоит.
   -Не дай ему уйти! Загоняй! - крикнул чей-то громкий голос, и я вздрогнула. Мимо будто пронеслось стадо обуреваемых паникой бизонов, такой топот стоял вокруг.
   Рык раздался в паре шагов передо мной, и я вжалась спиной в жесткую кору дерева. От страха даже боль предательства и жжение в руке отошли на второй план.
   Звуки смешались. Запахи размылись, и лишь металлический аромат крови настойчиво прорывался в мозг, окрашивая все в алые тона.
   Визги, вой безнадежности, странное тявканье и звук ломаемого дерева, хотя мне показалось, что это трещат чьи то кости. Я не знала, радоваться мне тому, что не вижу происходящей буквально перед носом битвы, или огорчаться. Ведь любопытство оно присуще женщинам даже в самых экстремальных ситуациях. И именно любопытство в итоге привело к тому, что я сейчас сижу под деревом в ночном парке и слушаю хруст, скулеж и рычание.
   Не знаю, сколько продолжался этот хаос, но я так и замерла, не находя в себе сил даже пошевелиться. Было ощущение, что стоит мне обнаружить себя - то и меня сметет этой непонятной охотой. Охотой на обезумевшего зверя, с которым я, по стечению обстоятельств, постоянно сталкиваюсь.
   - Опа, а это что за находка? - я вздрогнула от раздавшегося в непосредственной близости от меня мужского голоса, но тут же расслабилась. Не зверь, это человек. Он поможет мне выбраться отсюда. Найдет Джера, и я покину этот город, в котором нет больше никаких светлых воспоминаний. Лишь потери и боль.
   -Помогите мне, - губы едва слушались, а голос, сорванный от рыданий, хрипел и дрожал. Протянув здоровую руку, ожидала, что мне помогут подняться на ноги, но незнакомец неожиданно отпихнул мою ладонь в сторону. И, мне даже показалось, сплюнул на землю рядом, отойдя на пару шагов.
   - Босс, тут какая-то человечка! И она все видела! - крикнул мужчина. Интуиция завопила с новой силой. Что-то тут не так! Кто эти люди?
   А если это фанатики, решившие своими силами убить дикое озверевшее животное? В таком случае они могут устранить и меня. Ведь разрешение на это от властей пока не получено...А значит это браконьеры. Нелегалы. И я свидетель...
   -Что там у тебя, Молох? - услышала я еще один голос, и мне захотелось скрыться, убежать. Да просто зарыться глубоко в землю, таким холодом и безразличием он был пропитан. Шаги еще одного мужчины, явно крупнее первого, судя по поступи, приблизились. - Опять она! Забирайте. Допросим вместе с этим...ублюдком. И сумку ее прихвати. Может найдем и там что интересное.
   Дина, ты полагала, тебе было страшно, когда на твое немощное и ослабшее тело несся взбешенный зверь? Нет, вот теперь действительно страшно! Потому как голос некоего 'босса' наполнился таким злорадством и ненавистью, что волосы на затылке встали дыбом, а поджилки затряслись. И я даже не сразу осознала, что этот тип меня, судя по всему, уже где-то встречал.
   Но сделать даже с этим знанием я ничего не успела.
   Когда меня, не обращая внимание на ругань и крики, вздернули на ноги и закинули на чье-то плечо, я сопротивлялась. Кусалась, брыкалась и царапалась, даже не смотря на головокружение и тошноту, что накатывали от резких движений травмированной рукой.
   Пронесли сопротивляющуюся заложницу в моем лице недолго.
   Тряхнуло, мир, только начавший обретать очертания, перевернулся. Спина ударилась о твердое покрытие, а через мгновение в бедро укололо что-то острое.
   - Вы не имеете права...! - это последнее, что я успела выкрикнуть. Над головой послышался смешок, грохнула захлопывающаяся крышка, судя по всему, багажника, в ушах зазвенело, и сознание покинуло меня.
  
  

Глава 3

Давлат

  
   Мы загнали его! Жгучая смесь ярости и удовлетворения от свершенной мести кипели в крови, и лишь одно не давало мне окончательно расслабиться - неожиданная свидетельница, оказавшаяся в очередной раз не в том месте и не в то время. Или все это было проделано специально, и она всегда выступала наблюдателем тому, как этот рехнувшийся новообращенный раздирал своих жертв на кусочки?
   Одна мысль о том, что эта, невинная на вид девица упивалась сценой смерти моей сестры - вскипятила мою кровь и поставила на порог неконтролируемого оборота. Я стиснул зубы, едва не раскрошив их, и впился отросшими когтями в руль.
   На плечо легла тяжелая ладонь моего беты - Молох был еще совсем молод по меркам оборотней. И тем не менее я доверял ему как себе самому - он не раз доказывал как свою преданность, так и великолепный аналитический ум.
   - Шеф, не горячись так. Ведь все просто отлично! Новообращенного поймали, ну а свидетельница... - он фыркнул, сдувая седую прядь с лица. - Выпытаем что видела, а потом наш шаман над ней поработает и отпустит на все четыре, подумаешь...Мало ли в наше время обдолбавшихся наркоманок потерявших память?
   -Эта, как ты выразился, обдолбавшаяся наркоманка, связана с северной стаей с Аляски, Молох, - я повел плечом, скинув напрягшуюся руку беты с плеча. - Так что ее пропажа, а затем появление после обработки шаманом может вызвать конфликт. У меня и так шаткое состояние в стае из-за этих смертей Юрас намеревается бросить мне вызов, да и бывшая моя женушка имеет на меня зуб. Да кому я это говорю? Ты и сам в курсе дел...
   -Давлат, ты знаешь, что я, как и многие, будут на твоей стороне. Ты поставил стаю на ноги. Уберег территории от покушений на границы, обеспечил нам безбедное и свободное существование за счет торговли с людьми. А эту девушку....Допросим, и передадим с рук на руки Северным.
   -Я подозреваю, что они связаны с появлением этого, - я мотнул головой в сторону багажника, где находился связанный и усыпленный новообращенный. - Не знаю, чего они добивались подобным образом, но...Надо быть настороже. Вполне вероятно и то, что они в сговоре с Юрасом.
   -Да, дела, - Молох откинулся на сидение и прикрыл глаза, закинув руки за голову и взлохматив черные волосы. Седая прядь опять упала ему на лицо, и бета досадливо поморщился. Эту седину он получил в детстве, при стычке на границе, где его родного брата растерзали соседские волки прямо на глазах у трехлетнего волчонка. Она служила ему напоминанием о том, что доверять можно лишь самому себе и своему альфе, и категорически отказывался закрашивать ее, с кривой улыбкой отмахиваясь, что привлекает своей не стандартной внешностью молодых волчиц, и тем самым улучшает демографию стай.
   Впереди замаячили границы деревни, и я прибавил газу, спеша поскорее оказаться если не дома - то на родной территории. Завидев принадлежащий мне джип, постовые поспешили открыть ворота, и я стремительно промчал по тихим улочкам, затормозив лишь у здания клиники. Увы, полиции или тюрем у нас не было. Все, кто смел нарушить правила стаи или совета изгонялись. Хотя некоторых лично я предпочел бы убить, дабы они не марали имя моей стаи своими проступками в дальнейшем. Но, к моему величайшему сожалению, Совет Старейшин категорически не приветствовал убийства сородичей, ссылаясь на нашу малочисленность.
   Да, нас мало. И становится все меньше. И во всем виновата физиология оборотней. Волки - однолюбы, и если мы находим свою пару - то больше ни одна самка нас не интересует. Только вот пару встретить становится все сложнее - самок рождается все меньше, а попытки потомства с людьми ни к чему не привели. Нет, женщины беременели, но не выживал или плод, или мать умирала в процессе вынашивания. Причину выяснить так никто и не смог. В какой-то момент наши свободные самки устали от происходящего вокруг них сумасшествия самцов и ушли. Виви была дочерью их альфы - первой женщины альфы, основавшей исключительно женский клан. Мы выделили им участок земли для их нужд и не трогали их в обмен на встречи с мужчинами. Исключительно по их желанию. Очень редко, но от таких встреч появлялись дети. Самочки оставались в стае Велоры, а мальчиков торжественно вручали отцам. Иногда приходящий в их стаю мужчина мог встретить свою пару - и тогда счастливые молодожены переезжали на мою территорию...
   Этим порядкам больше чем мне, и я никогда не пытался вернуть женщин в свою стаю. Да, у нас спартанские условия, и молодые волки росли как в военном лагере, лишенные материнской заботы и нежности. Но не обременять же пары чужими детьми? Да и мужчинам было проще так, чем отвлекаться на чей-нибудь виляющий из кустов хвост и проворонить вражеского лазутчика. На территорию моей стаи зарились многие. И лишь благодаря установленным еще моим отцом порядкам стая живет в мире и спокойствии.
   Пленника мы разместили в блоке для молодняка. Лишь там были наручники и условия, при которых можно провести допрос. Этим я поручил заняться Молоху, наказав выпытать все, что известно этому новообращенному. После этого мы передадим его с рук на руки старейшинам, и он станет уже их головной болью. Подобных ему необходимо уничтожать, ибо эти уроды - полные психи. При обороте их мозг повреждается, и они уже не могут адекватно воспринимать реальность, ведомые лишь инстинктами живущего в них волка.
   Молох кивнул на мои указания и ушел. Вскоре из комнаты донесся первый вопль допрашиваемого. Поморщившись, я покинул здание клиники. Никогда не был склонен к насилию. Это Вит у нас непоколебимая скала, которой что море крови, что убийство - все нипочем.
   Бессознательную пленницу было решено разместить в пустующем доме моей сестры. Ведь мы пока не выяснили, как она связана с этими убийствами, и действительно ли замешана в этом стая с Аляски - а значит нужно быть обходительными.
   Сердце защемило, когда я вошел в дом Лили. Она - единственная, кто не покинул стаю и не ушел к самкам. Моя сестричка. Милое светлое создание, сочувствующее и готовое усыновить всех и каждого из новоприбывших мальчишек. С каминной полки в гостинной на меня смотрели наши улыбающиеся фотографии. Небрежно брошенный на диван плед и перевернутая недочитанная книга так и остались тут с момента последнего появления хозяйки в доме.
   Я глухо рыкнул, быстро стирая выступившие на глаза слезы. Сейчас не время предаваться сантиментам. Я должен выяснить, кто за этим стоит, и отчитаться перед старейшинами. А после, я обязательно наведаюсь на могилу сестры, и в одиночестве уйму свою тоску.
   Поднялся на второй этаж, и вновь глухо зарычал. Какой идиот разместил пленницу в спальне Лили? Было же сказано - гостевая! Этой подстилке не место на кровати сестры!
   Но стоило мне войти в комнату, я едва не споткнулся о порог.
   Пленница была в сознании, хотя и пыталась не подавать никаких признаков этого. Я отчетливо видел, что она...принюхивается? Да, именно это она и делала, медленно поводя носом.
   Странно, ведь она человек? При моем появлении девушка застыла, и зажмурилась сильнее.
   -Можешь не притворяться. Я вижу, что ты очнулась, - придвинув стул к кровати, на которой таки умудрились привязать допрашиваемую, я вольготно расположился на нем и откинулся на спинку. С глухими подчиненными, не умеющими слушать и правильно выполнять приказы - разберусь чуть позже. А сейчас - допрос.
   Еще раз внимательно осмотрел девушку, отмечая, как блуждают взглядом по потолку ее открывшиеся глаза, как она закусила губу и сжались маленькие кулачки. В принципе ясно, из-за чего она могла приглянуться самцам северной стаи. Девушка была хрупкой и миловидной. И совершенно не тянула на тот возраст, что сообщили мне мои поверенные. И от чего-то казалась знакомой. Хотя где я мог ее видеть, практически не выбираясь из стаи никуда, кроме как на последнюю охоту за укушенным.
   -Кто вы, и что вам от меня надо? - девушка дернулась, когда я чуть склонился над ней, пытаясь уловить аромат. Увы, мой нос не сообщил мне ничего, кроме едва уловимого запаха миндаля.
   -Расскажи-ка мне, малышка. Зачем на самом деле стая с Аляски посетила мой город? И как вы причастны к свихнувшемуся укушенному? - я впился взглядом в ее лицо. Порой мимика может поведать даже больше, чем слова. Но девушка лишь в недоумении приподняла брови, а в глазах не отразилось и проблеска эмоций. Странно, но за все это время она вообще кроме как на потолок никуда больше не взглянула.
   -Что за бред? Какая стая? Какой укушенный? Вы о том взбесившемся волке? Я и так вам все расскажу, только отпустите! - девушка дернулась, натягивая веревки, и я недоверчиво хмыкнул.
   -Расскажешь. Конечно расскажешь. И можешь начинать уже сейчас, - частичная трансформация всегда давалась мне легко. Острый коготь заскользил по бедру пленницы, пока не раня, но предупреждая. - Мы не выпустим тебя отсюда до тех пор, пока не узнаем мотивы твоих покровителей...Дина, кажется?
   -Что за чушь? - девушка вздрогнула, и повысила голос, пытаясь отползти от моей руки. - Вы спятили тут все? Я услышала крик и по глупости свернула на стройку! А там девушка вся в крови и волк. Я едва сама успела удрать! В парке я брата искала, когда из кустов на меня кто-то выпал. И опять этот жуткий волк! Я сама не понимаю, как жива тогда осталась! Их там целая стая была! А сегодня...Я вообще заблудилась, услышала вой и тут вы... Зачем я вам? Я никому не скажу, что вы незаконно убили животное! Да я только рада, что взбесившегося зверя больше нет! Я даже ничего не видела! Вообще ничего!
   Прочувствованная речь, полная нервного напряжения и горечи. Странно, но фальши я не уловил. И даже, возможно, мог бы поверить...Если бы не знал, что эта человечка состоит в тесных отношениях с волками Северной стаи. А значит - все это ложь. Она не может не знать, с кем связалась.
   Глухой гнев заворочался внутри. Я был уверен, что Северные замешаны в этом. После их появления начались эти убийства волчиц! Погибла моя сестра!
   Рычание вырвалось непроизвольно, и когти полоснули по нежной девичьей ножке. Она мне все расскажет! Не хочет по-хорошему? Значит, будет по-плохому!
   Запах крови и миндаля ударил с такой силой, будто мне выбили пробки, всю жизнь затыкающие нос. Волк во мне взревел, и я неожиданно для себя самого впервые в жизни потерял над ним контроль.
  
  

Дина

  
   Пришла в себя я, когда кто-то, довольно грубо швырнув меня на что-то мягкое, наскоро привязывал мне руки и ноги. Я не дергалась, выжидая. Кто их знает, этих ненормальных, что им от меня надо? Да и что я могу сделать, совершенно ничего не видя?
   Но...Меня больше не тронули. Тяжелые шаги, приправленные ругательствами стихли. Хлопнула дверь, и я осталась одна. Ничье больше присутствие в помещении не ощущалось. А еще тут пахло девушкой. Точнее ею пахло то, на чем я лежала. Лаванда и сирень. Очень нежный тонкий аромат.
   Я явно в чужой комнате и на чужой постели.
   Только вот для чего?
   В прочем, ответ нашелся быстро. Дверь скрипнула, и новый запах ворвался в сознание. Злость, растерянность, я все это ощутила так же ярко, как и запахи кофе и чуть сладковатый запах пота. А еще ваниль. Она совершенно не вязалась с тихим, хриплым, но твердым голосом визитера.
   Он не представился. Пытался выспросить про каких-то покровителей, Северных и стаю. Может, тот взбесившийся волк пришел с северной границы города и привел стаю? Да откуда мне знать, слепой художнице вечно оказывающейся не в то время и не в том месте?
   Но, видимо, мои ответы его не устроили. В нос ударил резкий запах псины, похоти и крови. Моей собственной крови! А потом пришла боль.
   Он больше ничего не спрашивал. Он больше вообще не говорил, лишь рычал. Или рычал не он? Не важно. Моя одежда рвалась на клочки рывками, не оставляя и миллиметра неприкрытого тела. И опять рычание, и сильный запах псины. Он притащил сюда этого волка? Или другого? Не знаю. Страх затопил сознание. Я кричала, всхлипывала и умоляла не делать этого, не трогать меня. Но эта пытка не прекращалась.
   Боже, да я в чем угодно бы сейчас призналась, лишь бы живота не касалось что-то влажное, а бедра перестали терзать, будто когтями. Страх и ужас нахлынули волной, когда по груди скользнул чей-то язык, обдав дыханием. И опять рычание, стоило попытаться отползти. Тихое, предупреждающее. От него мурашки высыпали на теле, и интуиция завопила что есть мочи. Хищник! Спасайся!
   И опять боль, но уже там, куда не проникал даже муж. Мне казалось, что я схожу с ума. Сознание плавало, будто в тумане.
   Я слышала, секс может приносить удовольствие. Но это был не мой случай. Тело ломало и корежило, веревки стирали запястья и щиколотки в кровь, когда я попыталась вывернуться и не допустить проникновения. Это страшно, до омерзения страшно. Это выворачивает от отвращения и скручивает внутренности.
   Слезы лились по щекам нескончаемым потоком, и мне казалось, что ад длился вечность.
   Но глухое рычание внезапно перешло в полузадушенный вой, а затем была острая боль в плечо. И все закончилось. Навалившееся на меня тело исчезло, как и запах псины. Бедра, который стискивало чем-то острым, ныли и жгли. Плечо горело огнем, между ног все странно пульсировало, а сознание меркло, погребенное шоком понимания.
   Меня только что изнасиловали! И, судя по всему, укусили!
   За что? Что я им сделала? Почему они так со мной?
   Грохот и возобновившееся рычание, только почему-то двойное, вывело меня из транса. Помещение наполнилось не только запахом похоти, крови и страха. Ворвался, сметая все на своем пути аромат хвои, беспокойства и...ярости. Опять ярость. Все окружающее меня пространство было будто пропитано негативом, и воспринималось в негативе. Хотя, куда уже хуже?
   -Дина!! - обеспокоенный и такой голос брата, и я сорвалась. Да, если до этого я хоть как-то цеплялась: за запахи, за боль и ощущения, чтобы банально не рехнуться - то теперь меня накрыло.
   Провалилась в истерику, как в пучину никогда не виденного мною океана. Меня кто-то тормошил. Онемевшие руки и ноги освободили из пут, вокруг тела закрутили что-то теплое, и меня стала колотить дрожь. Только сейчас осознала, что дико замерзла. А мозги отказывались воспринимать все творящееся вокруг. Кто-то ругался, кто-то рычал, что-то билось и грохотало. Но звуки удалялись, как и запахи. Моя истерика, так же как пропадали они, сходила на нет, превращаясь в глухую апатию.
   Какая разница, что будет со мной дальше, после того, что сделали со мной сейчас? Как я смогу вообще общаться с людьми, когда хочется закрыться, забиться в самый темный уголок на необитаемом острове и никогда оттуда не выходить?
   Даже ползущая по телу боль, казалось, притупилась. Даже после той аварии мне не было так...пусто внутри.
   -Дина, он тебя укусил?! Дина, ответь! - меня тряхнуло, и я вяло кивнула головой. Наплевать. Уже на все наплевать. Скажу все, что угодно, только оставьте меня в покое...
   Мама, папа..я хочу к вам...
  
  

Вит

  
   Звонок Джерарда - волка из Северных, вырвал меня прямо из когтистых лап акционеров. Не знаю как со всей этой сворой справлялся братец и его бывший бета - но уже через десять минут я был готов взвыть. А потому, хоть и внезапную, но спасительную телефонную трель воспринял как манну небесную.
   Только вот вести были не из радостных. Братец девушки, что недавно подозревалась в сговоре с помешанным волком, сообщил, что она пропала. Сигнал привел Северного на окраину парка, где и обнаружилось присутствие моей стаи. А связавшись с бывшим бетой Давлата я вызнал, что Дину захватили как свидетельницу, отловив новообращенного.
   -Господа, я вас покину. Неотложные дела. Я понял вашу позицию и передам ее господину Вровскому. Результаты ожидайте на следующей неделе, - быстро закинув документы в портфель я откланялся, сопровождаемый изумленными лицами акционеров.
   Джерарда я вызвонил по дороге в стаю и подхватил явно нервничающего оборотня на окраине города. Вот тут-то я и узнал, что Дина не просто человеческая женщина, примкнувшая к стае. Все гораздо, гораздо сложнее и...хуже для брата, если он хоть пальцем коснулся художницы. Нервное напряжение Северного передалось и мне. На территорию стаи я въехал едва не снеся ворота, моля Луну о том, чтобы мы успели до непоправимого. Ведь если мои выводы верны - то девчонка та самая.
   Но мы опоздали. Запах крови я учуял еще на улице. Вокруг дома Лили собралась недоумевающая толпа, а доносящийся изнутри чуткий волчий слух плач и мольбы заставил нас с Джером взлететь на второй этаж быстрее скорости света. Все было даже хуже, чем я мог представить. Зверь брата полностью вышел из под контроля, учуяв кровь пары, и он банально насиловал девушку, потакая инстинктам быстрее спариться с ней и поставить метку.
   И как он мог упустить контроль?
   Почуяв наше присутствие - Давлат и вовсе взбесился. Слава Луне, что моя сила альфы хоть немного, но больше чем у брата. Лишь благодаря этому, мне удалось приструнить это чудище, с грозно оскаленной окровавленной пастью, с капающей на ковер с клыков розовой пеной и вздыбленной шерстью. А когда Джер подхватил полубессознательную девушку и понес на выход, кивком головы дав мне понять, что свяжется по поводу произошедшего, Давлат взбесился похлеще прежнего. Сила тут уже не помогала, и я поступил проще - огрел собственного братца по голове настольной лампой. Давлат как подкошенный рухнул на ковер, и только тогда я смог устало опуститься рядом.
   На переваривание событий потребовалось пара минут. То, что случилось сейчас, вкупе с безнаказанно орудовавшим целую неделю в городе новообращенным, выльется в нехилую головомойку от старейшин. А что они решат по поводу поступка Давлата и вовсе страшно представить. И нам еще повезет, если Северные спустят это на тормозах...хотя я очень в этом сомневаюсь...Все же внучка их альфы...и такое. Дьявол!
   Но сперва - дела насущные.
   Устало растерев лицо, я кое как поднялся на подрагивающие ноги. Все же выбило меня из колеи спокойствия произошедшее. Распахнув окна, свистнул пару молодых волков и попросил их транспортировать бессознательного альфу в его дом, а сам принялся устранять любое упоминание о том, что тут случилось. Совсем юные волки, явный молодняк у которых с первого оборота прошло лишь пара лун, со священным ужасом косились на окровавленную постель и застрявшего на середине трансформации Давлата. Пришлось рыкнуть, дав силой им пинка для ускорения. Щенков вымело на улицу, и забавно покряхтывая они поволокли тушу их альфы по указанному адресу. А теперь пара срочных звонков, и начинается мой персональный ад. Вернуть мозги Давлата на место, связаться с альфой Северных, изложив ему ситуацию, и вымолить у старейшин минимального наказания. Надеюсь лишения места альфы для них будет достаточно, и мне не придется изгонять собственного брата из стаи.
   Ох и принесла бед ты девочка своим появлением. И себе и нам. И не впервые....
  
  

Дина

  
   Дорога до аэропорта, сам перелет, и дорога до баро Нома - прошли мимо меня. Вроде как Джер меня переодел и вытер лицо, иначе бы мы привлекли слишком много внимания. Казалось, у меня атрофировалось все: тело само по себе, нюх, мозги. Я и существовала и нет, зависнув в прострации. Может оно и к лучшему - не знаю. Не было истерики, возвращения которой явно ожидал и боялся Джер, не было слез, не было слов или боли. Ничего не было.
   Мне кто-то что-то говорил? Трогал? Лечил?
   Не знаю.
   Не помню.
   Внутри билась единственная мысль: 'Мне все-равно'. И выбил из колеи не столько факт насилия над телом, нет. Давно пора было расстаться с таким совершенно лишним атрибутом, как девственность. Но нет. Я, как долбанная верная супруга, своего лживого, мать его, мужа, хранила верность! Верила, терпела. Даже к врачам предлагала обратиться!
   Идиотка.
   А ведь так просто найти подходящего для этого мужчину...как оказалось. Меня и мою веру в мир пошатнули скопом навалившиеся события морального плана. Боль предательства от человека, которому доверяла. Страх смерти, а затем неизвестности в плену у убийц того волка.
   На этом фоне секс, хоть и кровавый и против воли, выглядит не так страшно и не приносит той обреченности, что вылилась в мою душу до этого события.
   Я криво ухмыльнулась, вызвав очередной шквал явно взволнованного бубнежа в непосредственной близости от себя, но из черноты вокруг выбираться не пожелала. Зачем? В конце концов, для чего я вообще живу?
   Если так подумать - ни для чего. Ну рисую. Ну тетя с братьями меня любят...Но вот что я могу сделать для них в ответ? Просто слепая калека, возомнившая себя художницей. Вообразившая, что мир не жесток. Ага, а еще в нем живут пони и какают радужными пряниками.
   Бред.
   Из раковины отчуждения меня выбили. Хлестко и сильно, до звона в ушах впечатав ладонь мне в щеку.
   Задыхаясь, я втягивала воздух, впитывая до защемившего сердца родные ароматы. Миндаль и выпечка с корицей. Цветущий куст декоративной розы, что мы сажали прошлой весной в кадку на кухне. И не меньшим шквалом ворвались в сознание голоса. Обеспокоенные, теплые и такие...родные, что на глаза все же навернулись слезы. Хотя я не думала, что вообще смогу чувствовать хоть что-то. Но нет, вытащили, вернули.
   -Рассказывай, девочка, - тетя твердо приобняла меня за плечи, увлекая на диван. В руки втиснулась чашка с горячим глинтвейном, и только сейчас я поняла, как замерзла. Голос ломался, как у подростка в пубертатный период, хотя слезы уже высохли. Но спазмы сжимали горло, а перед внутренним взором опять вставали сцены, расцвеченные ароматами. Страсть, похоть, обида - измена мужа. Страх, земля, кровь - волк и его поимка. Паника, лаванда и сирень - неизвестное место, в которые вплетается запах кофе, дикого зверя и крови. Моей крови.
   Тело отреагировало на воспоминания и рассказ куда более бурно, чем сознание. Низ живота скрутило горячей волной боли и чего-то странного. А укус на шее обожгло, будто плеснули кипятка. Непроизвольно потерла шею.
   -Он ее укусил! - тетя ахнула, схватив мою ладонь, и осторожно погладила пальцами саднящую кожу. - Это уже ни в какие ворота, я свяжусь со Старейшинами и потребую самой высшей меры наказания! Бедная моя девочка, как же ты там натерпелась. Вот чуяло мое сердце, что не стоит тебе туда ехать. Даже Джера отправила. Но не уследил, оболтус.
   -Ма! - брат возмущенно засопел. - Я в тот момент покупал нам билеты, и даже не предполагал, что Динку вынесет на такие неприятности!
   -Голова дана для того, чтобы ею думать и просчитывать вероятности, а не только жрать! - отрубила Милли.- А с альфой Вровских я еще разберусь! На кого он вообще лапу свою кривую поднял? Оскоплю лично! Под корень ржавыми ножницами!
   -Хватит! - я жахнула чашкой по столу, поднимаясь. Тетю надо отвлечь, пока она окончательно не раздухарилась. А она явно уже на взводе. - Не знаю о каких там альфах и омегах ты сейчас вещала, но не надо ничего предпринимать. С Майклом я разведусь, факт...мм...моего первого полового опыта прошу не распространять. По поводу акций - другой разговор. Джер, где была твоя голова, когда ты передавал свои права, а?
   -Ясно где она была. В штанах, - тетя фыркнула.
   -Ма! Кто же знал, что она просто притворяется? Ведь все так идеально было... - тетя фыркнула повторно и громче, выражая весь спектр скепсиса, а Джер подскочил и заметался по кухне. - Выходит у него сейчас треть акций..
   -Нет, - тетя фыркнула в третий раз, и я улыбнулась. - Я же не такая идиотка, как ты. И от ваших мужиков и баб головы не теряла. На меня записано тридцать процентов акций, сынок.
   -У Дины двадцать...-добавил Джер, с облегченным вздохом упав обратно на стул.
   -А это значит, что у нас решающее право голосов, - довершила я, зевнув. Меня отпускало после пережитого, и тело разомлело после алкоголя. Глаза непреодолимо закрывались. - Тетя, я прошу без меня никаких решений не принимать. Если объявится мой, пока еще, муж - гоните взашей. Можете ему даже что-нибудь сломать. А я пока отдохну и...теть, можешь вызвать свою подругу? Арибел, кажется. Она же медик?
   - Конечно, милая. Я все сделаю. А ты отдыхай и...ты точно в порядке? Обычно на то, что с тобой сделал этот неотесанный мужлан, реагируют немного иначе... - голос тети был растерян, а пухлая ладошка крепко держала мою руку.
   - Это - всего-лишь тело, - я качнула головой. - И его можно подлечить. А психику секс потряс не так сильно, как моральное изнасилование в течение почти десяти лет мужчиной, которому я верила.
   Родственники моему заявлению явно не поверили, но убеждать в чем-либо или просить посетить психолога не стали. Выходя из кухни, я уловила странную, едва слышимую даже моим хорошим слухом фразу тети:
   -Сильная выросла девочка. Ох и натерпится от нее этот плешивый...Даже меня зацепило мощью.
   Отмывать натерпевшееся за последние сутки тело - было верхом блаженства. Я с остервенением намыливалась, подставив лицо под тугие струи и размышляла. Судя по реакции тети - моя реакция должна быть совершенно другой. Но какой? И не предвзятое ли это мнение, навязанное книгами, теми самыми пресловутыми психологами и прессой?
   К себе, после той аварии, смерти родителей и слепоты я отношусь...как? Тело и тело. С ним может произойти все, что угодно. Пребывая в шкуре незрячей калеки, я впитываю любые как тактильные ощущения, так и звуки и запахи. Это помогает лучше воспринимать мир. А тело - лишь инструмент. Тот, кто им воспользовался - не сломал, это главное. А все остальное мишура и самокопание. Этого мне достаточно.
   Уже засыпая в родной постели, я улыбнулась.
   Что ни происходит - все к лучшему. Я стала злее и ярче понимать этот мир, а не ходить с зашоренными на происходящее глазами. Кто знает, сколько бы еще скрывался Майк, прежде чем все всплыло бы. И кто знает, не было бы мне хуже, чем сейчас. Но зато теперь я вцеплюсь в то, что дала мне моя семья еще сильнее.
   И целым этот обманщик не уйдет.
   Муженек заявился спустя два дня. И все эти два дня он не переставал обрывать телефон. Дошло до того, что Джер как-то сдавленно булькнул...или булькнул все же многострадальный мобильный, с особым хладнокровием утопленный в чашке с кипятком. Хотя на мой непритязательный взгляд достаточно было его просто выключить.
   Не суть важно. Муженек почуял-таки неладное, побросал все свои важные сделки и примчал на Аляску, чинить разборки. Прорвался на территорию поселения, громоподобно жахнул дверью в дом и, оттеснив возмущенную, пытающуюся его не пропустить тетушку с дороги, вломился ко мне.
   Если бы брат не умотал с утра пораньше к каким-то старейшинам, прихватив с собой второго моего телохранителя, Форса - то дело бы выбитой дверью в дом и ограничилось. Хотя возможно, к ней бы еще приплюсовались и пара выбитых зубов. И лишенцами были бы уж точно не мои кузены. Но именно в этот неудачный момент мы находились в доме с тетей лишь вдвоем.
   Нападения со спины я не ждала, хотя грохот и слышала. Просто не могла и подумать, что Майк примчится так скоро, выяснять, что случилось с его такой финансово полезной женой.
   -Ты почему на звонки не отвечаешь? - Майк довольно грубо ухватил меня за плечи, отрывая от свежего холста, за которым я решила скрасить досуг и выплеснуть эмоции, и развернул к себе. Я аж зубами клацнула от резкости и неожиданности, но быстро взяла себя в руки.
   Мне сейчас не было так плохо от его предательства. Переболела, охладела, выплюнула и растерла. Точнее нет, не так. Это боли не осталось, а вот чистая кипучая ярость тут же дала о себе знать, застилая внутренний взор алой пеленой. Но я быстро взяла себя в руки, не дав ей сразу выплеснуться.
   -Надо же, а тебе есть до меня какое-то дело? - я высвободилась из стального захвата и, приподняв брови, пожала плечами, вновь поворачиваясь к холсту. - Или ты вспомнил, что кроме телесных удовольствий где то там, есть еще и документально подтвержденная в наличии жена?
   -Дина, ты что несешь? Я с ног сбился, тебя разыскивая! Сутки по больницам мотался, подняв всех знакомых на уши! Ты с братцем своим меня даже не предупредили об отлете! Как думаешь, что я мог подумать, обнаружив пустую квартиру и не тронутые при этом вещи, с учетом опасного хищника лютующего в городе? - Майк едва не брызгая слюной обошел и заслонил собой тепло, идущее от окна. Я скрипнула зубами, сжав кисть.
   -В вечер моего отлета животное поймали и убили, - муж замер задержав дыхание, и недоверчиво хмыкнул. А я добавила, задумчиво мазнув по полотну кистью с ярко алой, пахнущей гранатом, краской. - Хотя, как по мне, не то животное пристрелили...Как отдохнул с Клери? Я давеча много интересного узнала о ней. И о тебе. А еще о пакете акций, что вы методично отжимали у моей семьи.
   -Что? Милая, ты о чем?
   О, да ты растерян? Не знаешь что ответить? Я прямо слышу, как судорожно и натужно скрипят шестеренки в твоей голове, придумывая очередную ложь.
   -Я сказала все именно то, что и имела в виду...муженек. Кстати документы на развод уже готовы. Зайдешь в офис к МакДуглу и подпишешь. И если не хочешь скандала - рекомендую выполнить все условия, что там прописаны.
   -Ах ты сучка! - Майк задохнулся от возмущения, порываясь еще что-то сказать, но я лишь указала ему пальцем на выход. Средним. Международный знак взаимопонимания.
   Иногда я даже рада, что ослепла. Во-первых, я избавлена от пытки лицезреть мерзкие лица, хотя как контраст и приятных лиц тоже лишена. А во-вторых - организм взамен этому упущению даровал мне другие способности. Колебание воздуха я ощутила, по-моему, даже раньше, чем Майк занес руку для удара. И уклонилась, усмехнувшись своей маленькой победой над его хваленым самообладанием. С заднего двора уже были слышны встревоженные голоса соседей и тетушки, которая видимо, вызвала подмогу. А значит надо поторопиться.
   -Пошел вон из моей комнаты, из моего дома, и из моей жизни, брехливый кобель! Через два дня чтобы все документы были подписаны, иначе я за последствия не отвечаю! - с этими словами я сорвала с мольберта тяжелую деревянную раму с холстом. Картину было не жаль. Я чирикала бездумно, не вкладывая особого смысла. Да и краска еще не высохла, что являлось несомненным плюсом в малюсенькой мести - пусть побудет пугалом у половины баро Нома, который сбежался на поднятый Милли шум.
   Именно в тот момент, когда дверь в мою комнату грохнула во второй раз за день, едва не снесенная с петель взволнованными соседями, Майк с рычанием бросился на меня, ну а я....Мило улыбнувшись, я просто одела свеженькое не произведение искусства на голову бывшему муженьку, еще и поелозив холстом по его голове и шее. Для лучшего распределения краски, так сказать. И пока эта скотина не опомнилась, потянула за раму, воспользовавшись силой инерции и посылая дезориентированного Майка прямиком в 'теплые' объятия соседей.
   -Забирайте этого урода. И спасибо за оперативность, - я махнула рукой осторожно закрывающейся за уволакивающими орущего муженька соседями двери, и устало выдохнула.
   Это была маленькая такая мстя. Чтобы не расслаблялся. А вот когда Майкл дойдет до адвоката и взглянет на подготовленные бумаги...Вот тогда я оторвусь по полной.
  
  

Давлат

  
   Всю ту неделю, что я ожидал прибытия членов совета, я не мог найти себе места. Совет созвал я сам, сразу после того, как пришел в себя и выслушал мнение брата о произошедшем. Какой же я идиот! Немощная оболочка, которая не в силах удержать свою животную сущность! От одной капли крови девушки попросту слетел с катушек! Изувечил судьбу и душу собственной пары!
   Такому как я самое место в клетке из толстых серебряных прутьев без еды и воды, а не управлять стаей и мечтать о прощении!
   Именно потому вторым моим решением стал отказ от места вожака. Стая и так знала о моем проступке. Слухи тут, в закрытом поселении разносятся моментально, а многие ко всему прочему еще и лично лицезрели, как из дома моей сестры вынесли окровавленное бесчувственное тело девушки, а потом и застрявшее в полуобороте тело их альфы. Теперь уже бывшего альфы. Как только я смог более-менее усмирить своего зверя - я собрал оборотней и объявил о своем уходе с поста и передаче прав альфы Виту. Брат, хоть и не одобрял происходящее, вынужден был смириться. Если я не уйду по своей воле - меня снимут решением совета. И вот тогда начнется грызня. А я предпочитаю видеть своих близких и друзей в целости, а не с ударившей в голову мочей с начинающейся звездной болезнью. Мою последнюю волю и передачу места, если это объявлено публично и претендент явил свою силу стае - никто не осмелится нарушить. Да и народ прекрасно понимает, что от незнакомого альфы можно будет ждать чего угодно, в то время как Вит рос вместе с ними, пока не покинул поселение. Хотя и в те времена он поддерживал связь. Так вот лучше он, чем неизвестно кто. Ведь претендовать может даже пришлый. Хотя и после передачи власти ему могут бросить вызов, но уже не свои.
   Волк тянул меня на северо-восток, неистово прорываясь на волю и огрызаясь. Мне даже пришлось на ночь просить брата приковать меня, дабы звериная часть сознания не воспользовалась моментом моего сна и не взяла контроль в свои лапы. В душе царило смятение. Я всегда ладил со своим волком, а даже если и были расхожие мнения - мы постоянно находили альтернативные варианты. Но именно сейчас сознание будто раздвоилось. Я - человек, корчился в муках совести и самобичевания. Стая Северных так и не связалась с Витом и своего решения не огласила. А я-зверь тосковал и рвался на волю, дабы воссоединиться с только найденной половинкой. И его совершенно не интересовали какие-то там моральные проблемы, не волновало то, что девушка после произведенного нами с волком насилия не то, что видеть нас не захочет - нас просто не пропустят и на шаг на территорию стаи! Волку было плевать как на то, что девушка оказалась незрячей, хотя этот факт меня пришиб к земле даже похлеще совершенного моим зверем изуверства. Ведь когда Дина говорила, что ничего не видела - она и впрямь не видела, а я тогда ей не поверил и на секунду! Но это волновало лишь меня - человека. А волк...даже то, что его пара являлась необращенкой - оборотнем, по той или иной причине потерявшим свою вторую сущность - зверю было наплевать. Его вели инстинкты.
   Хотя где были эти демоновы инстинкты, когда он терзал тело собственной единственной??
   Но спустя шесть суток притих и он. А мне было все хуже. Я корил себя за каждую рану, за каждое прикосновение к невинной девушке. За то, что не смог спасти ее зрение - ведь, как выяснилось, именно она была той, кого я вытащил из полыхающей машины. И это из-за меня она потеряла сознание, ударившись головой о камень. Я втянул ее и в допрос, даже не проверив факты, а положившись лишь на домыслы. А ведь обычно я за собой подобного легкомыслия не наблюдал! Хотя брат считал иначе. Но я не слушал его. Да и не слышал.
   Даже вернувшийся ко мне самым неожиданным образом нюх не радовал. Мне везде мерещился ее запах. На собственных волосах, в собственном доме, на своих руках. Хотя первым делом, очнувшись и ужаснувшись содеянному, я с остервенением оттирал себя в душе, внутри надеясь что все происходящее лишь кошмарный сон. Что этот тонкий аромат миндаля, замысловато перемешанный с густым тягучим металлическим и горьким запахом крови - лишь плод моего спящего воображения.
   Но наступало утро. Это долбанное утро наступало шесть раз - а сон все не заканчивался! И аромат моей пары, везде следовавший теперь за мной и будто въевшийся в кожу, лишь усугублял желание покончить со всем этим.
   Да, лишить себя жизни малодушно. Но и спокойно жить с таким грузом на сердце я не смогу. Хотя существует и более страшная кара за совершенное мной. Смерть - это слишком просто. Осталось лишь услышать вердикт Старейшин. Возможно, они придумают достойное наказание для моего проступка.
   В Дом Суда, куда препроводили совет, я вошел быстрым и четким шагом, и был готов сделать все, что бы мне ни приказали. Северные так и не отвечали на звонки, и игнорировали письма, и мы с Витом уже отчаялись связаться с ними.
   И именно из-за этого я споткнулся на ровном месте, увидев, как уже знакомый мне оборотень усаживается за стол в части пострадавшей стороны. А рядом с ним сидел светловолосый мрачный не знакомый мне волк, недружелюбно оскалившийся при моем появлении и огласивший зал угрожающим рычанием. Все собравшиеся повернули голову в мою сторону, а Джер, кивнув мне, наградил рычащего смачной затрещиной, что-то быстро зашептав своему соседу. И даже звериный слух не помог разобрать быструю и явно крайне эмоциональную речь обвинителя.
   Волк Северных бросил на меня еще один испепеляющий взгляд и отвернулся, но мне было уже наплевать. Я судорожно выискивал глазами хрупкую темноволосую фигурку в правой стороне зала, но увы. Ее не было.
   Впрочем, на что я надеялся и что бы сказал? Никакие слова не исправят сотворенного мной ужаса. Пара - это продолжательница рода. Это одна единственная, та, кого надо холить и лелеять, оберегая ее и потомство от невзгод. И уж точно не полосовать когтями юное тело, которое даже не в состоянии сопротивляться!
   -Начнем заседание, - сидящий во главе стола на возвышении пожилой индиец величественно качнул головой, как только я уселся на место обвиняемого. Я ничего не отрицал и со всем соглашался. С каждым, еще глубже загоняющим кол в мою душу словом. И тем неожиданней была речь поднявшегося со своего места Джерарда и вердикт, вынесенный Старейшинами.
   Этого просто не могло быть в реальности!
  
  

Дина

  
   В жизни каждого случается момент, который делит тебя надвое: на того, кем ты был раньше, и того, кем ты стал. Для меня этим моментом был тот злополучный день. Именно он изменил меня, окончательно сломав. Или наоборот, сделав сильнее, подмяв робость и неуверенность под трезвостью понимания - ничто уже не будет как прежде?
   Возможно. Только вот во мне изменилось еще кое-что. Хотя выплыло на поверхность и не сразу. Да, тетушка все же позвала свою знакомую, работавшую врачом в местном медицинском центре. Миссис Арибел тщательно осмотрела меня, не задавая ненужных вопросов, чему я была несказанно рада. Особое внимание, к моему удивлению, было уделено не самому сокровенному, и даже не к ранам на бедрах и боках, а к укусу! След которого, кстати сказать, очень уж быстро зажил и зарубцевался. Всего шесть дней, и по ощущениям под пальцами лишь едва заметные, чуть выпирающие шрамики. Остальные раны еще ныли, и заживать так же шустро не спешили. Осмотрев шею и что-то невнятно пробормотав, врач утащила тетю на кухню. А вот оттуда уже через минуту я уловила разговор если не на повышенных тонах, то крайне громкий и нервозный.
   -Я немедленно с ним свяжусь, но этого не может быть! Она необорот! - Милли была явно взволнована и, судя по попискиваниям кнопок на телефоне, набирала чей-то номер. - Арибел, ты уверена?
   -Более чем. Так что завтра или послезавтра у вас будет крайне напряженная ночка, - врач фыркнула. - Если что - звони. Миссис Арибел покинула дом, так и не рассказав мне, что такого в этом укусе и даже не попрощавшись, а взбудораженная Милли унеслась наверх в свою комнату. Над головой послышались ее торопливый топот, она явно мерила шагами комнату находясь в смешанных чувствах.
   'Ну укус и укус' - подумалось мне. - 'Не в волка же я превращусь, в самом деле? А вот проблем поважнее этого у меня более чем...'
   Я даже нервно рассмеялась, вспоминая, как Джер описывал мне очередной ужастик про оборотней.
   А вот вечером мне стало не до смеха. Тетя застала меня за очередным полотном, и предупредила, что у нее неотложные дела в ратуше и ей срочно необходимо уехать. При этом от нее разило пустырником так, что у меня даже глаза заслезились, и я расчихалась. А еще она раз десять зачем-то спросила все ли у меня хорошо. Все было прекрасно, даже легкий подъем творческого вдохновения был, чем я и спешила воспользоваться, отмахнувшись от тетиных расспросов быстро орудуя кистью. Милли странным тоном попросила без отлогательств позвонить ей, если меня вдруг что-то будет беспокоить или болеть и, поцеловав в макушку, убежала. А я даже не задалась вопросом - как я ей позвоню, когда мобильного у меня больше нет, а новый я приобрести так и не удосужилась?
   И вот я осталась в доме одна. Братья как умотали в неизвестном направлении - так и не появлялись. На мои вопросы, где их носит - тетушка отмалчивалась или спешно меняла тему, так что я решила, что проще будет вытрясти с них самих, когда вернутся. Тетя уже часа два как ушла в ратушу. За окном явно вечерело, судя по потянувшему с улицы прохладному ветерку и запаху первой росы. Часы в гостинной пробили десять вечера, и я отложила кисть. Картина была еще не окончена, но чем дальше - тем смазаннее становились запахи красок, будто притупляясь. И работать, не распознавая палитру, становилось все сложнее. В довесок начала болеть голова и зачесалось место укуса.
   Потерев рубец, я собрала краски, заварила чаю и уселась на открытой террасе. Головная боль чуть поутихла на свежем воздухе. Но шрам чесаться не переставал. Даже тогда, когда я, наощупь найдя аптечку, намазала его мазью от зуда.
   И чесотка становилась все интенсивнее, сменяясь жжением. Рубцы будто пульсировали под ладонью, растекаясь болезненными спазмами от шеи к ключицам, постепенно охватывая все большую область.
   Я запаниковала не на шутку. Надо было срочно звонить тете! Она как чуяла, что мне может стать плохо, но тем не менее ушла именно сегодня! Что за несправедливость? И городского телефона у нас в доме не было и в помине.
   Жжение перешло в тупую пульсирующую боль и чесалось теперь все тело. Неимоверно, просто дико! Казалось, чешутся даже кости. Хотелось снять с себя кожу, лишь бы добраться до этого источника неумолимого зуда.
   Я не нашла в себе сил даже переодеться. Так и вышла из дома в домашних майке и шортах, плотно стиснув зубы и едва переставляя ноги. Каждое движение приносило новую волну боли, жжения и чесотки, но надо было добраться до соседей и вызвать если не тетю, то хотя бы Миссис Арибел! Она что-то говорила о ночном ухудшении сегодня или завтра. Уж не оно ли это? А если я все же подцепила какую-то заразу от того типа, и окружающие не говорили ничего, не желая меня пугать, а на самом деле там какая-нибудь мерзость?
   Хотя нет. Ведь оно сразу должно было болеть, но признаки появились только сейчас!
   Черт, больно было неимоверно. И везде!
   Я уже не шла - ползла, жадно хватая ртом воздух. Тело крутило и ломало. Разум туманился и будто бы раздваивался. Зуд усилился, как и головная боль. Череп будто разламывался напополам.
   От очередной волны я закричала, упав посреди пыльной дороги не дойдя каких-то пару шагов до порога соседского дома. Внутренний взор застлало алым, и тело скрючило от очередной волны моего личного ада. Укус полыхнул, и мир померк. Я плыла в сером мареве. Не было ни звуков, ни запахов, ни движений. Лишь боль осталась со мной и тут. Я именно плыла, находилась в этом безлико ничто. Я, и моя боль, россыпью лавовых искр впивающаяся в замутненное сознание. И где-то далеко мерцало белое пятно с двумя желтыми точками. Оно - то приближалось, то удалялось. И пришло осознание.
   Оно было внезапно, как прозрение. Как глас свыше: 'Позови! Позови, и все закончится! Боль уйдет!'
   Я не могла сопротивляться. Да и не хотела. Это было так правильно, так необходимо. И я позвала.
   Белое марево вдали дрогнуло и чуть приблизилось, уплотняясь. Я звала и звала, ощущая, как ко мне будто бы возвращается давно утраченная частичка меня. И чем ближе и плотнее становилась белое нечто - тем меньше боли клубилось внутри. Существо обрело очертания, и я хмыкнула, вглядываясь в янтарные глаза волчицы, замершей всего в паре шагов. Не знаю, как я поняла, что это не волк, а именно волчица. Это знание просто было во мне, со мной.
   Боль практически ушла, туман вокруг сгущался, поторапливая с решением, а волчица ждала. Ждала моего выбора. Осторожно и медленно, чтобы не спугнуть свое избавление, я протянула руку и прикоснулась к снежной и на удивление мягкой шерсти.
   Вспышка огня перед глазами и звездное небо над головой.
   Мир. Я вижу мир, а мир видит меня. Я - частичка него, его продолжение. Вид бархатного синего неба, круглого серебристого диска луны, проливающего свой мягкий свет на землю и придающего всему неуловимое, но волшебство. Шум травы и многообразие запахов. Все это хлынуло волной, грозя погрести меня под своим изобилием. Я дернулась, ощущая остаточную, но стремительно покидающую слабость в теле. Медленно перекатившись на бок, осмотрелась.
   В сознании что-то изменилось, и зарычав, я подорвалась. Чужаки!
   Вокруг много чужаков! Эта мысль свербела в подкорке, заставляя судорожно принюхиваться. Рядом была чья-то нора. Из нее и шел запах чужаков. Трое - две взрослые особи и детеныш. Это моя территория!
   Человеческий разум будто отступил на задворки, и инстинкты взяли надо мной верх, заполонив яростью все мое существо. Ощерившись, я рванула в сторону входа в нору чужаков, осмелившихся устроить логово на моей территории! Когти скребли по загораживающей вход древесине, оставляя глубокие борозды, но преграда не поддавалась. Я взвыла в отчаянии. Меня тянуло туда, подчинить или разорвать, если не последуют за мной, не покорятся!
   Но как войти?
   Неожиданно ветер переменился, ударив в спину. Исходящий из норы запах смело новым, и я застыла, недоверчиво принюхиваясь. Прыжок, разворот, и я нос к носу оказываюсь с волчицей. Но в этот раз агрессии нет, лишь странная теплота внутри. Да и даже если бы эта волчица была чужой - она мне уже не противник. Поджарое, но явно не имеющее былой силы тело, покрытое белоснежной шкурой, и два забавных темных пятнышка у правого глаза. Что-то мне эти пятнышки напомнили, но я мотнула головой, отгоняя ненужные сейчас мысли. Животное было спокойно, и лишь в глазах читалось любопытство.
   Это своя, и она поможет мне разобраться с чужаками! Я встопорщила шерсть и нарочито медленно вернулась к входу в чужое логово. Рыкнула, скребанув по изрядно поврежденной древесине когтями, и вопросительно уставилась на ту, от кого так знакомо пахло миндалем и мятой.
   Но волчица в ответ лишь мотнула хвостом и, развернувшись, потрусила в другую сторону от жилища чужаков. Я недоумевающе дернула ухом. Как так? На нашей территории чужие волки, а она спокойно идет к лесу? Будто почуяв мою растерянность, волчица остановилась, и выжидательно посмотрев на меня, коротко рыкнула, опять мотнув хвостом и тут же продолжив путь.
   Внутри меня происходила борьба. Остаться тут и попытаться в одиночку разобраться с чужаками, или последовать зову родственной крови, что неумолимо подталкивал меня следовать за волчицей? Между мной, и почти скрывшимся за границей леса животным будто натянулась невидимая нить, а в голове прозвучал чужой голос:
   -Иди же!
   И лапы сами понесли меня следом. Туда, откуда тянуло хвоей, миндалем, мятой и...водой.
   Я на удивление быстро догнала волчицу. Или лапы несли меня быстрее ветра, или она притормозила, дожидаясь родственную душу - не знаю. Но факт оставался фактом: к моменту, когда я вихрем ворвалась в наполненную упоительными осенними ароматами лесную чащу, волчица успела углубиться в нее всего на пару сотен метров. Легкие наполнили запахи, ударив в голову похлеще пузырьков шампанского.
   Хм. А что такое шампанское и почему оно должно бить в голову? Внутри что-то заворочалось, но я мотнула мордой, отгоняя ненужные мысли.
   Лес, свобода и бег! Волчица, стоило мне радостно запрыгать вокруг, припадая на передние лапы и довольно тявкая, рванула с места через овраг. В крови вскипел азарт, отодвигая все иные мысли и желания. Догнать!
   Две белые тени неслись через чащу, оставляя за собой лишь едва заметный след в опавших листьях. Луна сопровождала нас, подсвечивая своими серебристыми нитями неотличимую для обычного взгляда тропу. Легкие жгло огнем, бока ходили как меха, а ветер упоительно бил в морду.
   Да! Свобода! Я так хотела насладиться ей, заточенная в неуклюжей оболочке!
   Стоп, что за оболочка? Внутри опять что-то шевельнулось, уже более уверенно продираясь наружу. Ну уж нет!
   Затормозив всеми четырьмя лапами и вздымая ворох листвы перекувырнулась через себя по инерции, и прокатившись немного вскочила на ноги. Ощерилась, сосредоточенно заталкивая поглубже то, что тоже хотело жить и дышать. Но оно и так нагулялось! Моя очередь!
   Волчица, заметив что я остановилась, не сбавляя скорости прыгнула, и оттолкнувшись от поваленного ствола развернулась, сменив траекторию. Настороженно поднятые уши, чуть прижатый хвост...Хм...
   И опять это шевеление внутри. Сильнее чем до этого. Глаза заволокло алой пеленой отчаяния. Не хочу опять уходить и прятаться!
   Холки неожиданно что-то коснулось, заставив меня взвизгнуть и отскочить, клацнув зубами.
   -Тише, это всего-лишь я... - передо мной, на том месте, где недавно стояла великолепная волчица, теперь находилось странное лысое существо, опирающееся на задние лапы. Фу, неудобно же! - Дина, ты не должна бояться...
   Кто такая Дина? Что это за создание? И я не боюсь!
   Зарычав, припала на передние лапы и прижала уши. Я - свободная волчица! И никто не будет мне указывать! Особенно то, что сейчас испуганно жмется внутри, пытаясь выбраться наружу!
   -Если ты сейчас не пройдешь обряд - уже никогда не станешь собой, Дина, - в глазах создания, которое по запаху определялось как самка, да еще и родная мне по крови, скопилась вода. Болеет? Больным не место в моей стае, они слабые!
   Не желая больше слушать странную двуногую самку, я побежала. В принципе, зачем мне кто-то? Мне и одной великолепно! Вот так, бежать по необъятному лесу, вдыхать полной грудью ночь и свободу. Деревья, воздух, вода. Чем не стая?
   Загривок неожиданно пронзило болью. Лапы подогнулись, и уткнувшись носом во влажную землю я, скуля, проехалась брюхом по листве. Боль не отпускала, еще и в голове будто стиснуло. Глухое ворчание, что-то среднее между рыком и скулежом проникло в уши. Кое-как извернувшись, посмотрела на обидчика.
   Волчица? Зачем, ведь она одной крови, одной стаи? Зарычала в ответ, пытаясь вывернуться, но волчица лишь встряхнула меня, и дернула в сторону. Странная теснота в голове отступила, а боль в загривке сменилась назойливой, но явно чужой мыслью: 'Иди за мной!'.
   И опять бег в ночи. Я теперь не пыталась сопротивляться. Просто что-то, или кто-то внутри твердил, что так правильно. Так надо. И вновь рвался наверх, подавляя мою суть, стоило воспротивиться и замедлить бег.
   В морду ударил ледяной ветер и брызги воды, когда за очередным резким поворотом мы неожиданно выскочили к быстрой реке. Ее ход преломлялся, срываясь куда-то вниз, в расщелину меж огромными камнями. И как я не услышала раньше этого грохота, что издавал бурный поток, срывающийся почти что в пропасть? Волчица рыкнула, мотнув головой. И прыгнула. Лишь хвост мелькнул в широком разломе. Я в изумлении склонила голову набок. Вот и стоило тащить меня через лес, чтобы вот так...просто...самоубиться?
   'Иди!'
   Это было похоже на крик. Крик, исходящий изнутри меня, и толкнувший следом за старшей стаи. Страшно? Да, мне стало страшно, когда в ушах зло засвистел ветер, вода разомкнула свои ледяные объятия, и сомкнула их у меня над головой. Когда эта обычно ласковая стихия безжалостно закрутила меня в водовороте стремительного потока. Когда вместе с водой внутрь хлынуло иное. Воспоминания.
   Маленькая девочка, совсем еще щенок, но такая же, как та странная самка, сидит на спине у матерой белой волчицы и заливисто хохочет, вплетая в густую шерсть синие цветы. Та же девочка, но уже чуть постарше, прячется за подолом сарафана высокой строгой женщины, а стоящий перед ними злой самец трясет двумя какими-то странными палками, явно раньше бывшими единым целым. Виток водоворота, и опять девочка, почти девушка, испуганно расширив глаза, смотрит на черного волка с окровавленной пастью. Она явно его боится, а я понимаю что зря. От него пахнет печалью и отчаянием. Еще виток, и вокруг наполненная запахами и прикосновениями тьма. Резкая боль у шеи, и я забилась, ощущая, как воздух, еще держащийся в легких, стремительно покидает тело. И рывок вверх, даже не рывок - толчок. Будто сама вода исторгает меня из себя, выполнив свою миссию.
   Я вынырнула, судорожно откашливаясь, и с удивлением нащупала под ступнями дно. Странно, а казалось что это место бездонное. Но сейчас даже не это волнует меня больше всего. Я стою на двух лапах, а вокруг непроглядная тьма! Забившие нос брызги мешают принюхаться, да и легкие жжет, и я судорожно дышу.
   -Добро пожаловать в стаю, девочка! Ну и заставила же ты свою старую тетку побегать и поволноваться!- добрый мягкий голос, нежные руки, и дезориентированную меня настойчиво тянут куда-то в сторону. Оказалось - на мягкий песчаный берег.
   А вокруг грохот падающей воды и темнота, так контрастирующая с недавними просторами леса и бескрайним ночным небом.
   -Что происходит, тетя? Что со мной? - голос неожиданно сорвался на рык, лицо перекосило, и я явственно услышала, даже через шум воды, как хрустнула моя челюсть, деформируясь и выдвигаясь вперед. Дальнейшие вопросы закончились, не успев начаться - стремительно изменяющийся прикус был только первой ласточкой.
   Меня усадили на песок. Тело колотила дрожь, вперемешку с жаркими волнами, прокатывающимися по коже. Кости опять ломало и выворачивало, как в самом начале этой безумной ночи. Не хочу опять!
   -Тише, маленькая, тише. Не борись с ней. Она - это ты, а ты - это она. Если не хочешь боли, то вам лучше подружиться. Не сопротивляйся, ощути ее как часть себя. Прими ее... - голос тети обволакивал, проникал в подкорку. А там, где-то в глубине, билось и металось что-то необузданное, свободолюбивое...и очень обиженное на то, что прогулка так быстро закончилась. Я несмело потянулась к этому. Мне не было страшно из-за того, что кто-то еще неожиданно делит со мной мое тело. Это скорее было непонимание, вперемешку с неприятием болевых ощущений и любопытством. И то, что жило внутри явно поняло, что я не буду его запирать. Не буду противиться, а лишь хочу наладить контакт и просто понять, как нам сосуществовать дальше вместе. В голове проносились яркие, до ужаса реалистичные картинки: ночной лес, не смотря на полумрак, яркий и живой. Высокая трава, хлещущая по брюху и щекочущая нос, бескрайнее бархатное небо над головой и свобода!
   В какой-то миг я захотела ощутить это, увидеть это своими слепыми глазами. Пробежать по полям, гонять мелкую живность и вкусить азарт охоты. И живущее внутри существо радостно бросилось навстречу. Я даже испугаться по-настоящему не успела такой прыти. Лишь отстраненно пронаблюдала, как жар уходит из тела, слух становится острее, а запахи приобретают более насыщенную гамму...Как в мое сознание вплетается чье-то еще, а тьма перед глазами светлеет, мутнеет и исчезает.
   Это было как открытие нового мира. Как второе рождение, или воскрешение феникса из праха прямо на моих глазах! Восторг забурлил в крови, эйфория захлестнула все тело. Взвизгнув, я отскочила от сидящей на корточках совершенно обнаженной женщины, и закрутилась волчком, стремясь осмотреть всю себя.
   Волчица! Я и в самом деле стала волчицей! Или...это она стала мной? Или мы теперь и в самом деле одно целое, как и говорила тетушка?
   В голове кто-то явно насмешливо фыркнул, и я улыбнулась. Ну, точнее попыталась улыбнуться. Все же волчья пасть не приспособлена для подобных мимических изысков.
   Но какой восторг! Я вижу, и..это был как глоток свежего воздуха после долгого погружения под воду! Захотелось обнять весь мир и поделиться с ним своим счастьем и захлестывающим сознание блаженством.
   Но вместо этого я припала на лапы и зарылась носом в белоснежный песок. Тут же скосила глаза на эти самые лапы, пристально изучая их, переступая, пытаясь скоординировать движение. Фыркнула, взрывая целый фейерверк мерцающих песчинок вокруг, опять крутанулась, теперь уже усиленно оглядываясь и кося глазами на новую, такую непривычную часть тела - хвост. На пробу вильнула, и обрадовалась как ребенок леденцу! Мой собственный, пушистый белоснежный хвост!
   Что-то подтолкнуло меня, и я скачками понеслась по короткой прибрежной черте, взметая в воздух песок и мелкие брызги воды. А упершись едва ли не мордой в отвесную скалу на пробу прыгнула и, оттолкнувшись от преграды лапами перекувырнулась в воздухе.
   Невероятно! Это похоже на сон! Сказочный, нереальный сон!
   И помчалась обратно, окатив наблюдающую за моим сумасшествием, хохочущую Милли брызгами с головы до ног. Тетя, отфыркиваясь и погрозив мне кулаком, расхохоталась пуще прежнего.
   -Вижу, ты рада, - встряхнув влажными волосами, она поманила меня к себе. - Думаю все вопросы, а они у тебя наверняка есть, отложим на утро. Это полнолуние полностью твое, Дина. Твое, и твоей волчицы...Как ты похожа на мать... - с тоской в голосе добавила она, но тут же широко улыбнулась, а черты ее тела будто поплыли, изменяясь. - Поохотимся?
   Это была самая невероятная ночь из всех, что я помнила в своей жизни. Стремительный бег через лес, по побережью оказавшегося так неожиданно близко пролива, по необъятным полям. Азарт погони и ликование от первой добычи. Я не знала мир с этой стороны, но даю на отсечение свой новоприобретенный хвост - никому не позволю отнять у себя этот потрясающий кусочек сказки. И наблюдая со скал за занимающимся рассветом в обличие белоснежной волчицы я была благодарна судьбе за ту боль, что испытала всего неделю назад посетив родной город. Ведь именно через боль мы познаем истинную свою суть. Именно она открывает нам глаза и дает возможность взглянуть на все с иной стороны. И я ни о чем не сожалела, любуясь и впитывая в себя свет яркого дневного светила, окрашивающего этот непостижимый мир в розовые тона.
   Положив голову на холку мирно дремлющей рядом белой волчицы, я блаженствовала. Крепкая любящая семья, готовая принять тебя любым, и этот мир. А о большем и просить не надо.
  
  
  

Глава 4

Вит

  
   Нервно простукивая пальцами по столешнице, я внимательно изучал светловолосого мужчину, расслабленно расположившегося в кресле кабинета. Моего нового кабинета, насильно впихнутого мне братцем вместе с обязанностями альфы. И вот если бы не любовь к обитателям стаи - черта с два я бы взвалил на себя все это.
   -И как это понимать? - Джерард хмыкнул в ответ, по-птичьи склонив голову и просканировав меня ответным взглядом. - Ты не подумай, что я не благодарен тебе за такое предложение Совету Старейшин...Но с моей стороны ваши с Форсом действия никак не соответствуют действиям братьев, глубоко возмущенных тем, что их сестру...обесчестили. Кстати ты так и не ответил, как Дина?
   -Брось, - блондин отмахнулся, поднимаясь на ноги и подходя к окну. - Ни тебе, ни нам война стай не нужны. А как бэта Северных, после согласования с нашим альфой, было решено именно такое решение. Зато смотри, с какой радостью восприняли известие твои волки, и с какой прытью твой братец собирает вещи.
   Джер фыркнул, и я тоже невольно покосился в окно, за которым братец планомерно и едва ли не с маниакальной скоростью грузил чемоданы.
   -Тем более Давлат проделал это все, не удержав обретшего пару зверя. Да и укусил он Дину, а укус альфы...хоть теперь и бывшего...
   -Дает вам шанс, что из необорота она станет той, чью судьбу пресекла авария? - я грустно усмехнулся и, все же встал рядом с мужчиной. - И не смотри на меня так.
   -Собирали досье? - Джер понятливо кивнул. - Даже не удивлен. Стая Вровских всегда отличалась дальновидностью, и тем не менее конфликтными вы не были. А нашим решением мы просто поддержали традиции. Да и...Кем бы я был, лишив любимую сестру шанса на счастье?
   -Досье мы и в самом деле собрали, но причина была иной. И хотя теперь ясно, что ваши за этими нападениями не стояли...
   -Да понял я, - Джер отмахнулся, и хохотнул. - Ты смотри, как спешит! Во истину, любовь делает и людей идиотов. - последнюю фразу оборотень пробормотал с долей грусти.
   -Ты не ответил, что с Диной? Как она? - не став заострять внимание на личных проблемах Джера, напомнил я об озвученном ранее вопросе.
   -Ты не поверишь, - блондин фыркнул. - Никого не винит, Даже братца твоего простила. А ведь я сперва решил - сломалась, так заморожено она себя вела. А она, знаешь что?
   -Что? - я попытался скрыть интерес, но смешинки в глазах собеседника дали понять, что моя заинтересованность от него не укрылась и позабавила.
   -Нарычала на меня, что я слил бывшей невесте все активы, нарычала на альфу и ушла творить, предварительно выяснив, есть ли нам чем крыть предательство ее муженька! - я непонимающе вскинул брови, но Джер лишь отмахнулся. - Семейные дела, забей. Но братцу передай, что его суженая по решению совета свободна как ветер, так как обрядом по нашим обычаям они соединены не были, а бракоразводный процесс по человеческим законам мы можем обстряпать и без участия Майкла. Хотя Дина и настояла на попытке возврата акций гуманным путем. Но я сомневаюсь, что этот тип на такое пойдет...
   -Весело у вас, - я вернулся в кресло и плеснул себе виски, задумчиво посмотрев на просвет янтарный напиток. - Как бы там ни было, прими мою благодарность и за ваше решение и за брата. Ситуация с Диной сломала его. Он ожил лишь после суда Старейшин...
   -А могла сломать и ее! - сменил резко тон собеседник и, выхватив у меня стакан, одним махом опрокинул содержимое в себя. От бритвенно острого взгляда бэты Северных даже мне стало не по себе.
   -Могла, - я не стал отрицать, прекрасно поняв, к чему клонит Джер. - Наши договоренности о землях матери Дины в силе. Вот документы, хотя сомневаюсь, что это сможет загладить вину Давлата.
   -Вит, хватит, - Джер качнул головой. - Я до сих пор в бешенстве с самого факта похищения моей сестры, а уж изнасилование...Не усугубляй, а? Если я и согласен с тем, что мы дали ему шанс - то это только ради Дины. Никого всепрощения без ее счастливой жизни не будет, как бы миролюбиво я не был настроен непосредственно в сторону твоей стаи. Кстати, поздравляю. По моему личному мнению, место альфы больше подходит именно тебе. Давлат всегда был слишком...
   -Мягким, да. Но именно благодаря моему уходу он не раскис окончательно. И я должен тебе еще кое-что рассказать, Джер. Мы сейчас не в тех отношениях, дабы умалчивать детали. А они, уж если всплывут в неурочный час, могут всколыхнуть еще большую волну непонимания, - я выдохнул, и налив новую порцию виски залпом проглотил обжегший глотку напиток, собираясь с силами.
   -Даже так, - блондин серьезно посмотрел на меня, вновь усевшись в кресло. - Я ответил ему не менее тяжелым взглядом. - Не дави. Клянусь, что все сказанное тобою сейчас не повлияет на данное ранее обещание по поводу решения Совета. Выкладывай.
   -Понимаешь, - на миг прикрыв глаза и стиснув до треска подлокотник кресла, я едва удержал судорожный вздох. - Та авария, в которой погибли родители Дины....
  
  

Дина

  
   -Чего замерли? Волчиц никогда не видели? Шевелим задницами! - рявкнул мне в самое ухо братец, и я недовольно прижав оглушенный орган слуха, вздыбила шерсть. Стая первообернувшегося молодняка, не переставая коситься в мою сторону, серой виноградной гроздью рванула в лес, тут же рассредоточиваясь. - Я не понял, динозаврик Дино, а ты чего встала? Для кого я все утро распинался? Пошла! И не сметь рычать на бету!
   Наградив меня смачным шлепком по лохматой ягодице, мой кузен, а как выяснилось вчера еще и штатный учитель молодняка в стае, указал мне дорогу. А заключалась она в единении с тем самым молодняком в беге и загоне специально приготовленной для нас более старшими волками добычи. И бежать до той добычи, как я теперь выяснила, нам предстояло долго и упорно. А рядом с огрызающимися, но боящимися приближаться ко мне семнадцати-восемнадцатилетними парнями удовольствие ниже среднего, я вам скажу.
   Бурлящий гормонами молодняк тренировали на силу и выдержку, выявляя в процессе более ловких и мощных, и формируя из них группы для патрулирования границ впоследствии. И тренировали девушек и парней по отдельности в течение полугода, дабы те самые гормоны не ударили в зеленые головы, и не сбивали с тренировочного настроя. И я, хоть убейте, так и не смогла понять довода Джера, который звучал как 'так надо', который сподвиг бету направить меня к этим самцам. Да и мне, только-только переварившей происходящее и начавшей осваивать новые способности своего тела, соседство с не связанными кровью семьи посторонними оборотнями не нравилось. Очень не нравилось.
   Настолько не нравилось, что первому же смельчаку, чье любопытство или гормоны перевесили чашу весов охоты, приблизившемуся меньше чем на пол корпуса ко мне, я впилась зубами в ухо, мгновенно меняя траекторию бега. Молодой волк взвизгнул и, рванувшись в сторону, пулей умчал под защиту выскочившего следом на поляну Джера. Слабак!
   Я чуяла, что все эти юные волчата мне не соперники. Даже не смотря на то, что я могу оборачиваться всего-то две недели. И дело было не в физической силе, а в своеобразной внутренней мощи моего зверя, благодаря которой даже братцы вынуждены были признать мое негласное лидерство. И этот факт их очень развеселил чем-то, хотя я, своей человеческой составляющее уже успела испугаться что обидятся. Но нет. Разулыбались довольно, даже как-то удовлетворенно и...быстро проинструктировав, потащили меня на тренировку!
   Волчица охоте была рада, смирившись с запахами основной стаи за эти две недели. А вот приближаться к себе никому, кроме родственников, я не позволяла. Так что сунувшийся любопытствующий получил урок по основам осторожности, и поделом!
   Сплюнув выдранный клок чужой шерсти и фыркнув в ответ на укоризненный взгляд Джера, принюхалась. Добыча, по объяснениям этого учителишки, должна быть оцарапана, дабы молодняк научился вычленять нужные запахи из общей кучи. А у меня, полжизни прожившей ориентируясь лишь на нюх и слух, с этим проблем как раз таки не было, и победно взвыв, я ринулась на отчетливо ощущаемый металлический тяжелый аромат.
   Маленькую дрожащую лань я загнала даже быстрее, чем унесшиеся казалось бы вперед меня в чащу парни взяли след. К тому моменту, как молодые оборотни таки смогли обнаружить добычу и кое-как сгруппироваться для загона и атаки - я лежала на протоптанной в борьбе с испуганным животным прогалине, и лениво наблюдала за совершенно неумелые попытки серых соплеменников притаиться.
   Подумать только, они даже меня рядом с жертвой не учуяли! Выскочили на поляну полукругом, видимо, смекнув что в обрыв, находящийся за моей спиной, добыча прыгать не станет. Я аж внутренне расхохоталась, узрев перед собой сперва грозные, а потом все более вытягивающиеся удивленные серые морды.
   Презрительно фыркнув и демонстративно лениво поднялась на лапы, стряхнула с носа застывшую капельку крови, и подтолкнув этим 'загонщикам' уже начавшую остывать тушку потрусила к журчащей в паре километров от последнего пристанища лани речке.
   О да, охота, как и говорил Джер, мне нравилась. Но вот я оказалась каким-то совершенно неправильным оборотнем. В стаю меня совершенно не тянуло, и интерес соплеменников вызывал лишь глухую злость. Уже не слепую ярость, что в принципе не плохо, но и восторга бега рядом с топочущими как слоны волками я категорически не испытала.
   Кстати тетя объяснила мне, что именно из-за этого она предупредила альфу и остальных обитателей нашей деревеньки, в ночь моего первого оборота, не высовывать носы из домов, так как если 'необорот', как меня все оказывается до этого называли, пробуждается - то не приемлет первое время никого, кроме кровных родственников. А если таковых рядом не окажется - то может легко сойти с ума от ярости на обилие чужаков на своей территории. Стайные инстинкты приходят к таким пробудившимся гораздо позднее. И я очень благодарна тете, что она быстро сориентировалась в ситуации, и никто не пострадал. Только вот факт того, что мою волчицу разбудил укус другого оборотня - меня не радовал. А уж когда я узнала причины поведения того самого оборотня и назначение этой метки, то есть укуса...Вот тогда я разразилась гневной тирадой об утаивании информации от меня, а братцы ощутили силу моей волчицы.
   Мотнув головой и откинув неприязненные мысли о том, что семья, которую я так любила и доверяла, скрывала от меня приличный кусок информации, который, между прочим, помог бы мне прижиться в стае и понять, почему же меня так недолюбливают, оттолкнулась лапами от края обрыва и, радостно взвыв, нырнула в прохладную реку.
   Прочь гнев и любые другие негативные эмоции! Это - не мое! Всегда спокойная как танк в бронегараже, после оборота я все чаще стала замечать у себя проявление несвойственных мне эмоций. Это означало лишь одно - я и моя волчица полностью слились в единое целое. И если против волчицы я ничего не имела против, и была рада открывшимся мне новым знаниям и перспективам - то факт все чаще прорезающейся злости мне не нравился. Агрессивность вообще не лучшая черта характера. Ну да оставим самокопание до трудных времен.
   Именно сейчас, когда прохладный ночной ветерок ерошил влажную от купания шерсть, в нос бил аромат листвы, леса и доносящийся издалека запах жареной дичи...Именно сейчас меня наполняла уже знакомая эйфория свободы и безграничного счастья.
   Наполняла, пока за спиной удовлетворенной от охоты, бега и купания меня, жующей сухую травинку, не раздался едва слышимый треск ломающейся ветки, а сменивший направление ветер не подкосил запахом чужака.
   Машинное масло, причудливо перемешавшееся с ароматами ванили и терпким запахом кофе, все настойчивее врывались в нос по мере приближения чужака. А то, что этот самец был не из стаи Северных баро Нома - я ощутила каким-то внутренним чутьем. Шерсть встала дыбом и я непроизвольно оскалилась, вычленив в темном подлеске черную, медленно приближающуюся фигуру волка. Но с места не двинулась даже тогда, когда чужак ступил на речной берег, настороженно прядя ушами. Вот он принюхался и, уловив мой запах во вновь сменившем направление ветре застыл, впившись в меня желтыми глазами.
  Ну да, на фоне свежего, только вчера выпавшего снега, в ночном полумраке, хоть и освещенном серпом луны, моя белая шерсть сливалась с устлавшим землю покровом. Я же, не уловив пока угрозы с его стороны уловила момент для пристального изучения абсолютно черной зверюги вдвое больше меня. От него исходила мощная энергетика, и осознание прошибло подобно удару молнии - альфа! Та сила, что обладала и я, и как объяснила мне тетя, была лишь у природных особей-лидеров. И сейчас эта мощь разливалась вокруг.
   Ошеломленно присев на задние лапы, я склонила в еще большей растерянности голову. Наши территории, как мне объяснила все та же умудренная опытом жизни Милли, граничила лишь с одной стаей, остальными границами упираясь в моря и Берингов пролив. И этот самец уж точно не принадлежал к стае Лайков, так как отличительной чертой соседствующих с нами оборотней был окрас, напоминающий больше лаек. Кстати легендарный Болто, невзирая на жуткий ледяной шторм доставивший в Ном лекарство от дифтерии, был одним из них, хотя люди до сих пор уверены, что это был просто героический...пес!
   Так вот, вышедший уж точно не принадлежал к славным потомкам Болто. И от него просто невероятно давило силой вожака. А значит - это мог быть изгнанный! Отщепенец, лишившийся стаи по тем или иным причинам. Тетя первым делом просветила меня по поводу них. Эти особи были опасны именно тем, что лишившись поддержки стаи постепенно озлабливались на весь мир и при встрече один на один могли загрызть...Совсем, насмерть и с особым ожесточением. А жить мне, учитывая только обретенные четыре лапы и милый пушистый хвост, хотелось особенно сильно. Именно эти, стремительно пронесшиеся в голове мысли заставили меня, не дожидаясь каких-либо выводов со стороны чужака, сорваться с места в сторону разведенного молодняком и их учителем костра.
   Я мчала вдоль реки со скоростью выпущенной пули, а донесшийся вслед странно тоскливый вой лишь придал мне ускорения, взметая пожухлую траву и снежинки. На какой-то миг я оглянулась и обмерла в ужасе. Оборотень несся следом, и, кошмар какой, нагонял, рваными прыжками перелетая просто потрясающие расстояния!
   Похолодев, и отметив странную удовлетворенность со стороны моей волчицы этим забегом, я вложила все силы в лапы и постаралась увеличить отрыв. И чего она так довольна, я не понимаю? Это не игра. Нас может растерзать этот матерый волчара, а эта белая засранка даже попискивает от радости! Что творится?
   Совершенно сбитая с толку и перепуганная напрочь я пропустила момент, когда над головой пронеслась черная тень, и опомнилась лишь со всей полагающейся новообращенной дурью впечатавшись мордой в лохматый угольный бок своего преследователя. Свалив его с ног, мы покатились по снегу и опавшей траве, взметая листву.
   Мысли испуганными птицами метались в голове, а предательница внутри меня все сильнее оттесняла мою человеческую суть, приготовившуюся бороться не на жизнь а насмерть, все глубже на задворки сознания. Да что за дела вообще??
  
  

Давлат

  
   Никогда бы не подумал, что смогу с таким облегчением в душе и затаенной грустью в сердце покидать родную стаю. Но волк вел меня на запад, на Аляску, где спряталась от всех невзгод этого мира моя пара. Несколько дней ушло лишь на то, чтобы осознать - Совет выдвинул решение, да какое! Не изгнание, не смерть за причинение вреда члену другой стаи, хоть и необороту, а то, от которого мой зверь радостно взвыл и вызывающе скалился в предвкушении!
   Закинув последнюю сумку в машину, бросил последний взгляд на родной дом. Тут жила моя семья. На этом лугу мы с Витом резвились мальчишками. А на том широком дубу до сих пор ветка хранит на коре память от веревки качелей, что соорудил нам отец. Тоска сжала сердце, но я мотнул головой, отгоняя ее прочь.
   Я всегда смогу приехать погостить к брату! Хоть теперь уже и не в статусе альфы данной стаи. Перед глазами вновь пронесся момент оглашения приговора, ошарашенные лица членов стаи, моих друзей и соратников, кто был посвящен в тайну развернувшейся в моем доме трагедии. Они не осуждали меня, но были искренне удивлены и широким улыбкам Северных, и словам Главы Совета:
   -Давлат Вровский приговаривается...к переходу под опеку альфы Северной стаи, последующей преемственностью статуса альфы, при условии налаживания контакта и проведения Обряда Луны с Диной Брагиной, внучкой господина Мишелс.
   То, что таким исходом дела были ошарашены все - не сказать ничего. А глаза Вита так вообще казалось покинут свое законное место. Хотя, полагаю, пришибленный таким решением, я выглядел не лучше.
   И вот сейчас я прощаюсь со своей стаей, перехожу в другую. Но там будет она - предначертанная мне Зовом. И неважно, что у нас никогда не будет детей - так как Дина необорот и просто не сможет их выносить. А уж ситуацию со своим срывом....мне еще предстоит обмозговать как все наладить. Дорога предстоит долгая, я как раз успею немного очухаться от розового тумана, превратившего мозг в кисель и придумать стратегию как расположить Дину к себе. И о произошедшем между нами я утаивать не стану. Уж лучше сразу покаяться во всех грехах, чем жить во лжи.
   Еще раз мотнув головой, стер улыбку блаженного с губ и уселся за руль. И впрямь Зов делает из волков идиотов. Уже когда я покинул территорию и за мной закрылись ворота, отрезая все пути назад, сквозь музыку и шум мотора, мне в спину прилетел разъяренный рев самца. И от этого звука по спине пробежала ледяная волна мурашек. Зная Вика - он быстро угомонит явно злого оборотня, а сам я, как бы я не беспокоился о членах моей бывшей стаи, уже не вернуться. Сделав себе зарубку, что по прибытии первым делом необходимо связаться с братом и узнать все ли в стае в порядке, я вжал педаль в пол, кидая мимолетные взгляды на удаляющееся поселение в зеркале заднего вида.
   Через несколько жутких суток изнурительной дороги, с ночевками в придорожных мотелях, жуткой человеческой едой и просто невероятной очередью на паром через пролив - я был на месте. Баро Ном встретил меня огнями фонарей, невероятным количеством парочек, милующихся на скамейках одного из скверов, и...пронзительными серыми глазами Терри Мишелса, альфы Северной стаи и мужа Дениз Мишелс, официального мэра города Ном. Несколько минут мы рассматривали друг друга. Мишелс - уже в годах. Серебро седины уже полноправно покрыло густую шевелюру, вокруг глаз множество мимических морщин, а на лбу залегла суровая складка. Видно, что этому оборотню в жизни пришлось многое пережить, как хорошее, так и плохое. И гибель дочери явно не в лучшую сторону отразилась на нем.
   -Ну здравствуй, мальчик. А ты вырос, возмужал. Похож на мать, ой похож... - холодный прищур стальных глаз сменился на вполне доброжелательный взгляд, и альфа Северной стаи откинулся на спинку кресла, окинув меня еще одним, уже насмешливым взглядом. А я же пытался вспомнить, где мы могли пресекаться с этим, без сомнения мудрым и сильным вожаком. Его сила давила на меня похлеще силы отца, когда тот был на пике своей мощи, и по сравнению с ним я себя ощущал мелкой сошкой. От мысли что существуют те, от одного взгляда которых хочется поджать хвост - зверь внутри возмущено ощерился и занял боевую позицию, готовый в любую секунду доказать что тоже не слабак.
   - Приветствую, господин Мишелс, - бороться с самодурством зверя было сложно, но я не сдавался. Просто не имел права опять выпустить агрессию на волю. Мне тут жить, в конце концов, и начинать жизнь с чистого листа однозначно не стоит с нападения на нового вожака. А Терри Мишелс - теперь мой альфа. Если, конечно, я сейчас не налажаю, окончательно прогнувшись под своего волка.
   - Оставь официоз, - альфа улыбнулся уголками губ и махнул рукой. - Ты, все же, сын моего лучшего друга. Жаль, что он ушел, так и не обучив вас с братом до конца. Дим был лучшим вожаком, что я знал за свою жизнь. А знал я многих, уж поверь.
   Вот теперь я вспомнил, где видел Мишелса. Как вспышкой накрыло воспоминаниями: погребальная церемония, вереница гостей, приехавших почтить память отца и проводить его в последний путь, и властный мужчина, возглавляющий шествие. Мы с Витом тогда пребывали в прострации, все еще не до конца веря в происходящее, а потому рассматривать вожаков и приглашенных не считали необходимым. Но Мишелс определенно был там. Теперь еще и выяснилось, что он - лучший друг отца! И вот вопрос: где был этот лучший друг, когда сбежавший Вит бросил меня разгребать проблемы в стае? Почему не помог, не подсказал? Решил, что сам должен выплыть?
   На подобные мысли волк внутри вновь негодующе зарычал, прижав уши и вздыбив шерсть. Я мотнул головой, подавляя ярость животной половины и вытаскивая когти из подлокотников.
   -Прошу прощения за порчу имущества, - переведя дух, я скопировал позу альфы и откинулся на спинку кресла. - С некоторых пор контроль - не моя сильная черта.
   -Понимаю, понимаю, - оборотень кивнул, переведя взгляд на черное небо за окном. - Это та самая причина, по которой ты и оказался тут. Это же и последствия обретения пары. И я хоть и возмущен, хотя это мягко сказано, сотворенными тобой действиями - но...Я прекрасно понимаю что и побороть инстинкты ты не мог. И Совет это знает не хуже моего. А потому тебе и был дан шанс. А теперь поясню, - оценив мой непонимающий взгляд, Мишелс поднялся из кресла и достал из шкафа графин и два бокала. - Я, как ты понимаешь, уже не в том возрасте, чтобы оказать достойное сопротивление, если вдруг кому-то приспичит бросить мне вызов. К величайшему моему прискорбию та, кто мог занять мое место - погибла чуть более десяти лет назад, а во второй дочери и ее детях сила так и не проявилась.
   -Вам нужен подконтрольный вам альфа, - да, я понял к чему был и приговор Совета, и странное мое назначение, в случае удачного исхода. - А как гарант будет служить ваша внучка. Ее интересы, и интересы ее семьи как моей пары, я буду отстаивать как свои. Умно, не скрою, восхищен продуманностью каждого действия.
   -Это лишь стечение обстоятельств, - Терри отмахнулся и, разлив бренди по бокалам подал один мне. - Ты же не предполагаешь, что я подослал к вам Дину, заранее зная об исходе? О таком, знаешь ли, только одной луне ведомо.
   -Не предполагаю, - я покачал бокал на ладони, наблюдая за движением янтарной жидкости. - Но вот последствия вам лишь на руку.
   -Давлат, - альфа хмыкнул. - Не делай из меня престарелого интригана. Я не отрицаю, что текущее положение дел меня устраивает, и тем не менее большая часть произошедшего случайна. Мне нужен вожак на мое место. Сильный, обученный, умеющий вести дела и переговоры с соседними стаями. И вот он ты. Просто вовремя подкорректированное решение наших старейших и мудрых, во взаимовыгодную сторону. Им тоже предпочтительно, чтобы мое место занял не неизвестный, а вполне изученный альфа. Ты же понимаешь, что так как Дина...не совсем обычная волчица...
   -Необорот, - я хмыкнул, пригубив напиток. Мишелс едва заметно поморщился на термин, - Выхода у меня всего два. Изгнание, которое может свести меня с ума вдали от пары и никак не отразится на Дине, так как сущности зверя в ней нет. Или чуть прогнуться, но быть с ней. Я не осуждаю вас, господин Мишелс. Второй вариант и мне предпочтительнее. Тем более, что чувство вины перед девушкой никуда не делось.
   -Все то ты понимаешь, - альфа фыркнул. - Ну а раз понимаешь и принимаешь - то выслушай еще вот что. С внучкой сразу увидеться не разрешу. Для начала - войди в баланс со своим волком. Побегай, леса тут просторные, есть где развернуться. Изучи местность, познакомься со стаей. Ном - город не большой, Давлат. И то, что большая часть тут оборотни, скрывать сложно. Мы отстроили для стаи отдельный район, но люди соседствуют с нами очень близко. Так что о технике безопасности не мне тебе рассказывать. И еще...называй меня просто Терри. В каком-то смысле я для тебя своеобразный добрый дядюшка и наставник. А официальность и все эти 'господины'...наслушался уже, сидит в печенках.
   -По рукам, - залпом осушив бокал, я пожал протянутую ладонь. Давление силы, что интересно, заметно уменьшилось. Условия, выставленные моим новым альфой, меня вполне устраивали. С наскоку вламываться в дом к паре и кидаться ей в ноги было бы довольно глупо, и результатов бы не принесло. Да и стая должна попривыкнуть. Хотя роптания на тему того, что чужак в скором времени займет место их лидера, будут определенно - а значит надо зарекомендовать себя. И сближение с семьей Мишелс и самой Диной будут мне как раз на руку.
   -Джер уже ждет тебя на улице, - Терри доброжелательно улыбнулся, поднимаясь. - Обустраивайся, отсыпайся, приходи в себя. А дела стаи мы начнем изучать через пару недель, как акклиматизируешься.
   Кивком поблагодарив альфу, я покинул здание администрации. Джер действительно обнаружился на улице. Прислонившись бедром к моему изгвазданному джипу, парень сверлил мою приближающуюся фигуру отнюдь недобрым взглядом. А стоило подойти вплотную - бэта Мишелса еще и зарычал. Не поняв подобной реакции, я удивленно вскинул ладони.
   -Тише, друг. Я с миром, - попытавшись перевести все в шутку, улыбнулся. И вот точно не предполагал, что получу за подобный жест доверия тяжелым кулаком в челюсть. - Не понял??
   -Ты! Это ты во всем виноват! - от братца моей пары буквально разило яростью, и мой волк ощетинился, моментально вставая в боевую стойку. Щупы силы потянулись к чужому бэте, норовя подмять, подчинить и выбить дурь. Но я прекрасно осознавал, что это не выход. Да, Джер успокоится, но не выпустив пар и не выговорившись вполне может и под зад потом дать из-за угла. Или вот так, по мордасам засветить, дождавшись пока я расслаблюсь.
   -А может, поговорим? - делая тон как можно более располагающим к беседе и предвидя последующий удар, просто перехватил и отвел его руку в сторону. - Ты хоть объясни, что я еще успел натворить, пока добирался сюда?
   -Ты устроил ту аварию десять лет назад! - Джер рыкнул, дернув руку из захвата, но и я все же не красивыми глазками удерживал статус альфы, его запястье осталось в моем захвате. А затем и второе. - Из-за тебя Дина ослепла! Из-за тебя лишилась родителей! Своим изнасилованием ты лишь добавил в копилку ее страданий очередную монету!
   Быстро крутанув парня, заломил его руки за спиной и, мягко говоря, ошалел от подобных обвинений. Нет, на мне и впрямь висит тяжким грузом вина за все вышеперечисленное...Но, черт побери, откуда Джер знает про аварию? Эти данные нигде, абсолютно нигде не афишировались!
   В мыслях моментально всплыло воспоминание о разъяренном вое, который я слышал, уезжая из стаи, и кусочки паззла собрались воедино. Ну, братец, спасибо. Подсобил. Каким макаром я теперь буду налаживать контакт с родственниками своей пары, когда один из двоих этих самых родственников, относящихся ко мне нормально, теперь готов меня покромсать на японский вок?
   Тяжелый вздох вырвался из груди сам собой, стоило лишь осмотреться по сторонам. Полуночное шоу собрало внезапно приличное количество зевак, а судя по медленно, но верно желтеющим глазам бэты которые я отметил, пытаясь угомонить парня - контроль над зверем у будущего родственничка хромает. Как и у меня сейчас. А оборот и рассекречивание перед десятком людей меня как-то не прельщает.
   -Джер, сейчас я отпущу твои руки и мы тихо, без воплей и разборок сядем в машину, ты меня понял? - тихий, но внушительный голос и капелька силы чуть притупили агрессию парня. Здравый смысл, как показало мне общение с ним ранее, бэте был присущ а потому я чуть подтолкнул его в сторону переговаривающихся людей. Повертев головой, и узрев собравшихся и напряженно ожидающих развития событий зевак, Джер протяжно застонал и кивнул.
   -Поехали. Но разговор еще не окончен, - я хмыкнул в ответ, выпуская добычу и отступая к машине.
   -Если это был разговор, то я - Святая Екатерина, - демонстративно проведя рукой по разбитой скуле, помахал окровавленными пальцами бэте и забрался в машину. - Но да, разговор нам предстоит.
   До района стаи мы добрались в тишине. Джер периодически фыркал под нос указывая мне дорогу, скрестив руки на груди и косясь на меня с явным недовольством, но той сумасшедшей ауры ярости уже не было.
  
Оценка: 8.90*15  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Лаэндэл "Заханд. Начало" (ЛитРПГ) | | Н.Загорская "Кьяра" (Любовные романы) | | В.Свободина "Покорность не для меня" (Городское фэнтези) | | Ф.Вудворт "Парный танец" (Любовная фантастика) | | В.Кощеев "Некромант из криокамеры" (ЛитРПГ) | | В.Ларионова "Во власти магии. Магическая Академия Эмерланда" (Попаданцы в другие миры) | | Н.Кофф "Свет утренней звезды " (Современный любовный роман) | | А.Кувайкова "Ришик или Личная собственность медведя" (Современный любовный роман) | | А.Хоуп "Тайна Чёрного дракона" (Любовная фантастика) | | К.Юраш "Денег нет, но ты держись! " (Юмористическое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Ершова "Неживая вода" С.Лысак "Дымы над Атлантикой" А.Сокол "На неведомых тропинках.Шаг в пустоту" А.Сычева "Час перед рассветом" А.Ирмата "Лорды гор.Огненная кровь" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на учебе" В.Шихарева "Чертополох.Лесовичка" Д.Кузнецова "Песня Вуалей" И.Котова "Королевская кровь.Проклятый трон" В.Кучеренко, И.Ольховская "Бета-тестеры поневоле" Э.Бланк "Приманка для спуктума.Инструкция по выживанию на Зогге" А.Лис "Школа гейш"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"