# Trumna dla Jeana

Остап Юрьевич Савченко

Здравствуйте! Очень рад Вас видеть! Очень, очень рад! Позвольте представиться, я - пан Жлобек. Моя работа - ухаживать за Вашими детьми. Мои методы испытаны временем. Мой подход к каждому клиенту - индивидуален. Моя цель - сделать так, чтобы Ваш ребёнок выглядел лучше всех иных карапузов. Могу заверить Вас в своей бескорыстности, каждый клиент для меня ценен, и каждого я жду в гости снова и снова. Поверьте, я умею ждать, хоть и не люблю этого. Что поделать! Если бы Вы побыли в моей шкуре хотя бы день, Вы бы ни за что не захотели снова в неё возвращаться. О да, это очень тяжелая и кропотливая работа. А от меня зависит так мало... Счастливый случай и человеческая глупость - вот мои лучшие помощники. А сам я не детский врач, не владелец фабрики одежды для самых маленьких и, даже, не балую ребятишек шоколадом. Я - торговец детскими гробами. И мой бизнес процветает.

Ну что Вы вздрогнули? Неужели так нужно реагировать на человека, чей труд обеспечивает Вашему ребёнку уют и покой в объятиях матушки Земли? Ах, думаете это легко? Что Вы, что Вы! Уверяю Вас, Вы бы так не думали, если б решили наведать моего доктора и пораспрашивать его обо мне. За каждого малыша у меня болит сердце. Я давным давно выплакал свои глаза. И только стараниями моего дражайшего пана Шпильмана, я всё ещё поддерживаю хоть какую-то человеческую форму! Я делаю свою работу, делюсь барышами с верным слугой Гиппократа а он, в свою очередь, делает свою работу. Он не жалуется, стало быть, жаловаться не имею права и я. Ну что Вы! Ах, увольте! Эти дети, цветы жизни, приносят так много радости нам своими шалостями. И столько горя они доставляют, когда, внезапно, с ними что-то случается! Ах! Но я, пан Жлобек, честно, в поте лица своего, обеспечиваю Вашим деткам всё самое лучшее, что они могут получить от нас на прощание. Чудесные, с любовью и знанием дела сколоченные гробы из лучшей древесины, драпированный атласом, подбитые хлопчатобумажной тканью, гофрированный нежнейшим бархатом! Они великолепны! Увитые золотой каймой, изукрашенные, по желанию заказчика, фрагментами из любимых сказок ребёнка, с изумительной резьбой и гравировкой! Ах! Даже сама деревянная основа принимает волшебную форму, ведь детям так по нраву волшебные приключения! Я просто уверен, всем им, без исключения, нравится моя работа! И я горжусь этим. Я каждый день работаю над тем, чтобы моя продукция радовала и ребятишек, и их мам с папами! Мои гробы - как произведения искусства, и все мы, рано или поздно, к ним обращаемся. Но мой долг - работа с теми, кто сделал это рано. Слишком рано. Гробики для младенцев, гробы для детей и подростков. Ах! Вам просто необходимо увидеть и осмотреть их все! Уверен, Вы останетесь довольны картиной! Мои работники - настоящие профессионалы. Их творения никого не оставляют равнодушными! Все, кто приходят ко мне - плачут. Плачут от восторга, что их ребёнок отправится в свой последний путь в этом сосредоточии вкуса и качества! Знавал я одну женщину, довольно интересная особа, преподавала в колледже, и когда она пришла выбирать гроб для своей малышки, она так развеселилась, при виде моего чудесного товара, что смеялась и смеялась! К сожалению, печальные вести достигли моих ушей - эта дама потеряла рассудок, и, буквально, на следующий день повесилась в своем саду, в любимой беседке, где когда-то играла со своим чадом. Ах, глупая! Одна только мысль, что её чудное дитя получило свой покой в уютной, пахнущей лаком и дорогими духами, "подарочной коробчонке", должно было наполнить её родительское сердце радостью. Ну и слава богу, что в моей практике эта дама была единственной в своем роде. А ведь ради неё, я соорудил великолепный гроб, специально закрытый для людских взоров - её малышка, по глупости младенческой, наглоталась мышьяка, который кухарка так неловко додумалась спрятать в месте, где дитя его сумело отыскать. Не самое приятное выражение было у дочурки, что уж там! Её ужасно раздуло и цвет кожи был почти чёрен! Но я справился. Я всегда справляюсь. Я - знаток. И я люблю предоставлять услуги высшего качества моим дражайшим клиентам!

Ах, что за нравы нынче! Позвольте Вам сказать по секрету, что нет матерей глупее, нежели сейчас! Как часто я видел их, улыбающихся и счастливых, выходящих из дверей родильного дома, когда они с их кавалером и младенчиком на руках, осторожно ступая, шли к дилижансу. И как часто я видывал их рыдающими у себя в кабинете, спустя полгода! Милые, чудные дети! Благослови бог Ваших родителей! Счастливая случайность и человеческая глупость - вот факторы, благодаря которым я нажил своё состояние. Из второго фактора целиком и полностью сотканы Ваши отцы и матери. А первый же - следствие непоправимого второго. Ах, как часто юные мамы, желая сохранить соблазнительность девичей груди, велят кормить ребёнка молоком нанятой няни или, ещё хуже, разными смесями, которых нынче так полно в шарлатанских конторах докторов, чьё место на одном пьедестале с их собратами френологами и подобными обманщиками, наподобие чревовещателей и алхимиков! Ах, как часто они страшатся прививать ребёнка от чумы или оспы. Что Вы, что Вы! Как может материнское сердце знать лучше тех, кто сидит в Королевской Палате Лекарей? А ежель, и чуют они сердцем, так почему же оставляют детей одних, не оградив их от пагубного влияния нынешней, поистине дьявольской, химии, этих, так неаккуратно стоящих на краю скатерти, керосиновых горелок?! Как слепы они сердцем своим, принимая гостей, демонстрируя им свою маленькую радость, и даже не замечая, что все джентльмены в помещении дымят своими сигарами! Ах, сколько бы я мог Вам рассказать на эту тему, но мы ведь с Вами люди деловые, верно? Давайте двинемся дальше. Как Вы думаете, на какой бы процент стала ниже моя прибыль, коль все люди бросили бы пить высокоградусную, да ещё при детях? Ах, ах! Что Вы мне говорите! Позвольте! Ну ведь не до беспамятства же! Не раз мне приходилось класть в мои чудесные гробы то, что ещё вчера-позавчера звалось милым, ласкательно уменьшенным имечком. Да если бы не выпивохи, я бы, наверное, разорился! Ах, человеческая глупость! Всезнайки, с минами профессоров Оксфорда, не думающие, что глянуть на этикетку нового средства от скарлатины - зачастую стоит дороже, чем двухчасовая лекция любого из вышеупомянутых профессоров! Ах, милые родители! Ваши слёзы - как звон монет для меня! А Ваши дети становятся для меня золотыми... Эге, вижу, я уже утомил Вас! Нет-нет! Ваше скорбное молчание красноречиво! Думаю, что неуместно бы было дальше мне, старому болтуну, чесать языком, словно молодому парнишке, которому захотелось привлечь внимание барышни! Давайте же к делу, дорогие мои! Я понимаю, не в мои силах найти достойную замену Вашему Жану, который так опрометчиво решил рассмотреть каждый камешек на мостовой из окна Вашей квартиры. Простите, запамятовал. Этаж, Вы говорили, четвертый? Ах, бедный, бедный Жан, не его вина, что окно оставлено было открытым! И что-же, всё-таки, Вы выберете? Позвольте мне порекомендовать, только для Вас!.. Ибо горе Ваше, хоть терзает мою душу сильнее, чем залатается она золотом Вашего кошелька, заставляет меня проявить сострадание к Вам, позвольте... Вот. Вот этот! Чудесный, дубовый, оббитый великолепным атласом, мягкий, Вы можете в это сами убедиться, яркий, сочного алого цвета, гроб... Гроб для Вашего милого Жана!