# Северо-Западный Кавказ во внешней политике Османской империи

Александр Евгеньевич Савельев

Статья посвящена анализу политики и целей Османской империи на Северо-Западном Кавказе в XV-XVI вв.

Северо-Западный Кавказ во внешней политике Османской империи


Начиная с XV в., османы проводили активную завоевательную политику по отношению к народам Азии и Европы. К концу столетия турки заняли доминирующее положение в районе Северного Причерноморья. Они взяли под свой контроль генуэзские колонии, а Крымское ханство стало вассалом султана с обязательством посылать в случае войны войска для совместных действий с турецкой армией. Несмотря на сохранившуюся традицию выбора крымских ханов местными феодалами, новые правители должны были получать подтверждение своего статуса у сюзерена - османского султана. Именно крымские татары стали для турок главным орудием завоевательной политики в Кавказском регионе, путь в который открылся посла захвата османами Приазовья в 1475-1479 гг.

Именно в 1479 г. состоялся первый совместный поход османов и крымцев против западных адыгов, в ходе которого были захвачены Копа и Анапа, где остались значительные гарнизоны, их основной целью стало укрепление позиций турок в этом регионе. Значительная часть местного населения попала в плен и была продана в рабство. Однако после этих событий дальнейших активных действий в этом регионе османы не проводили в течение примерно двух десятилетий. В этот период турки, стараясь обеспечить себе облегчение завоевательной политики, начали распространение среди горцев мусульманства. Однако обратить в ислам достаточно быстро удалось лишь горскую знать, которая сразу поняла выгодность для себя новой религии, объявлявшей неравенство в человеческом обществе одной из основ мироздания, сотворенного Богом. Основная же часть адыгского народа осталась верна языческим верованиям. Среди черкесов было немало и христиан. Даже значительно позднее, в начале XVII в., турецкий историк Эвлия Челеби писал об адыгах, что "одни из них магометане, другие следуют греческому обряду".

В течение мирного периода турками была построена крепость Тамань, которая стала одним из главных опорных пунктов османов на территории Северо-Западного Кавказа. Вскоре крепость превратилась в портовый город, приносивший казне значительные доходы от торговых пошлин.

Начало XVI в. ознаменовалось новым этапом в политике османов, направленной на укрепление своего влияния в регионе. Уже весной 1501 г. состоялся поход на земли западных адыгов, который, впрочем, был неудачен для турок. Наиболее активно боевые действия на территории Северо-Западного Кавказа османы и их союзники - крымские татары - стали проводить во втором десятилетии XVI в., когда началась длительная ирано-турецкая война. Ее основные бои шли в Закавказье, а значительная часть главного пути доставки османских и татарских войск на театр военных действий проходила именно по территории Северо-Западного Кавказа. Планируя походы против населявших этот регион адыгских племен, османские полководцы преследовали две основные цели: обеспечить безопасный проход войск на войну с главным противником - Ираном и укрепить свое влияние в регионе. Адыги упорно сопротивлялись захватчикам и далеко не все карательные экспедиции были удачными. Не случайно австрийский посол С. Герберштейн так писал о положении на Северо-Западном Кавказе: "В надежде на неприступность гор они (адыги - Авт.) не повинуются ни туркам, ни татарам". Тем не менее, к началу второго десятилетия XVI в. часть адыгских племен подчинилась османам и посылала дань рабами крымскому хану и турецкому султану. Это позволило туркам и татарам более прочно основаться в регионе и построить здесь еще несколько крепостей. Владения на Северо-Западном Кавказе обеспечивали Османской империи значительный доход и были важны в стратегическом плане. Это подтвердилось уже в следующем десятилетии, когда возобновилась война между Турцией и Ираном, которая для османов развивалась неудачно. Как обычно, перед отправкой войск крымские татары совершили набег на земли западных адыгов, обвинив их в измене. Взяв большой выкуп, татары ушли после нескольких неудачных попыток захватить селения в устье Кубани. В последующие годы также было совершено несколько подобных набегов, принесших большой урон адыгским народам.

Русское правительство было хорошо осведомлено о положении дел на Кавказе благодаря дипломатическим отношениям с Крымским ханством и Османской империей. Еще в 1501 г. русский посол в Крыму Ф. Ромодановский сообщал в Москву о совершенном татарами походе против западных адыгов. Позже о подобных набегах сообщали и российские посланники в Стамбуле. Сами крымские ханы, стараясь укрепить московских царей в мнении о прочности своей власти на Северо-Западном Кавказе, писали им о покорении адыгских племен или об их добровольном желании подчиниться Крыму. Например, в 1519 г. хан Мухаммед-Гирей писал в Москву: "Из Черкас к нам послы приходили да нам челом били, чтобы мы к ним послали, а они нам хотят дати подать".

Однако к середине XVI в. положение резко изменилось. Значительно усилившаяся мощь Русского государства позволила провести успешную борьбу против Казанского и Астраханского ханств и включить их земли в свою территорию. Это лишило Османскую империю сильных вассалов и очень усложнило ее связь с другими союзниками - среднеазиатскими правителями. Эти победы показали адыгам, кто может стать их покровителем в борьбе против турецкого и татарского владычества, поэтому несколько адыгских князей обратились к московскому государю с челобитной, в которой просили, чтобы "их государь пожаловал, вступился за них и их с землями взял себе в холопи, а от крымского царя оборонил". Иван IV отправил челобитчиков домой вместе со своим посольством во главе с боярином А. Щепотьевым, которое должно было разобраться в ситуации на месте. Через некоторое время посланники вернулись с новыми представителями черкесов, которые вновь просили принять их племена в русское подданство. Щепотьев подтвердил речи послов, в результате Иван IV удовлетворил просьбу адыгов и обещал им военную помощь в борьбе против татар, хотя и отказался воевать против Турции, с которой у России были тогда мирные отношения. Действительно, русский царь несколько раз посылал свои войска в помощь адыгским племенам, что заставляло татар отказываться от набегов на их территорию. Одновременно и черкесские князья оказывали помощь русским, например, во время астраханской кампании Ивана IV дружины князей Сибока и Тардзуя взяли крепости Темрюк и Тамань, отвлекая, тем самым, турецкие войска от похода на помощь своим союзникам. Однако с 1558 г. Россия оказалась втянута в длительную и тяжелую Ливонскую войну, что помешало ей оказывать регулярную военную помощь адыгам, как было ранее. В результате на горские племена вновь началось давление со стороны Крыма и Турции. Черкесы попросили московского царя дать им князя Дмитрия Вишневецкого, известного своими полководческими успехами, в качестве своего наместника. Действительно, совместные действия горцев и русских отрядов под командованием этого военачальника создали значительную угрозу интересам турков и татар на территории Северо-Западного Кавказа. Ответные же военные действия османов были для них неудачными. Однако вскоре Вишневецкий перешел на службу к полякам, которые, обеспокоенные усилением военного и политического могущества России, делали все возможное, чтобы помешать укреплению ее позиций на южных рубежах. Польские дипломаты старались поддержать стремление крымского хана продолжать боевые действия против и русских, и адыгов. В результате этих событий влияние Москвы в районе Северо-Западного Кавказа значительно снизилось. Некоторые племена черкесов вновь признали над собой власть крымского хана. Отдельные князья даже предлагали татарам совместный поход, чтобы вернуть Астрахань под власть османского султана. Однако, позже, когда эта экспедиция все же состоялась, адыги не приняли в ней участие, что вызвало карательный набег крымцев, который снова встретил упорное сопротивление горцев.

Россия же после 1562 г. практически не имела активных связей с адыгами. Однако она укрепляла отношения с Кабардой. Этому во многом способствовало наличие русских поселений и укреплений на Тереке. Они стали препятствием в 30-х гг. XVII в. на пути турецко-татарских войск, направлявшихся в Закавказье для участия в новых сражениях против Ирана. Невозможность своевременной переброски подкреплений на театр боевых действий привела османское правительство к необходимости заключить мир на невыгодных для Турции условиях. Неудивительно, что турки и татары неоднократно организовывали походы с целью разрушить русские укрепления в Кабарде, стремясь привлечь для участия в этих набегах горские племена. Однако к желаемым для османов результатам эти экспедиции не привели.

В заключение можно сделать краткое резюме изложенных выше фактов. В основе интересов Османской империи и Крымского ханства к региону Северо-Западного Кавказа лежало его очень важное стратегическое положение, обеспечивающее контроль над северокавказским путем, связывающим Причерноморье с Закавказьем, на владение которым претендовал турецкий султан. Неудивительно, что вскоре после завоевания территории Византийской империи турки начали планомерное покорение адыгских племен, используя при этом как военные средства (строительство на землях черкесов крепостей с турецкими гарнизонами и регулярные набеги своих союзников - крымских татар), так и идеологические (распространение на территории Кавказа ислама), а также такое явление как аталычество (воспитание детей крымской знати и самого хана в семьях адыгских князей). Например, дореволюционный историк В. Д. Смирнов указывал в одной из своих работ, что адыгское племя Бесленей "считало как бы своим монопольным правом воспитательство детей крымских ханов". Горские племена упорно боролись за свою свободу и независимость. Однако они были вынуждены подчиниться власти завоевателей. После победы России над Казанским и Астраханским ханствами адыгские князья увидели в ней возможного союзника для борьбы с турецко-татарскими завоевателями. Первоначально эти надежды оправдались, но в 60-е гг. XVI в., после вступления Московского государства в Ливонскую войну, реальная военная помощь адыгам практически прекратилась, что заставило горских князей вновь принять "покровительство" Стамбула и Крыма. Турки и татары стремились использовать любой предлог для вмешательства в дела черкесских народов, а потому способствовали разжиганию феодальных усобиц. Тем не менее, окончательно покорить адыгские племена они не смогли. В свою очередь, сами адыги добились успеха в борьбе против крымско-османской агрессии лишь благодаря союзу с Российской империей, что случилось только во второй половине XVIII в.


Список использованной литературы


Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XVIII-XIX вв. Нальчик, 1974.

Герберштейн С. Записки о московитских делах. Спб. 1908.

Кущева Е. Н. Народы Северного Кавказа и их связи с Россией (II половина XVI в. - 30-е гг. XVII в.). М., 1963.

Лавров Л. И. К истории русско-кавказских отношений// Учен. зап. /Адыг. НИИ яз. лит. и ист. 1957. Т. 1.

Некрасов А. М. Международные отношения и народы Западного Кавказа (последняя четверть XV - первая половина XVI в.). М., 1990.

Новосельский А. А. Борьба Московского государства с татарами в I половине XVII в. М.; Л. 1948.

Сб. РИО. Т. 95. Спб., 1895.

Смирнов В. Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до начала XVIII в. Спб., 1887.

Эвлия Челеби. Книга путешествия. Вып. II. М., 1979.

Эвлия Челеби. Книга путешествия. Вып. II. М., 1979. С. 67.

Герберштейн С. Записки о Московитских делах. Спб., 1908. С. 160.

Сб. РИО. Т. 95. Спб., 1895. С. 635.

Смирнов В. Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до начала XVIII в.. Спб., 1887. С. 225.