# Продолжение фанфика по "Бличу" 19.08.2018

Аноним Седрик

Несколько сонидо – и мы вновь в Лас Ночес. Старк с любопытством оглядывается, порой замечая настороженные лица слегка бледных нумеросов, но тот факт, что они таки живы, явно доставляет ему удовольствие. Айзен тем временем ведёт нас в знакомую комнату для преобразований пустых.

– Зачем мы здесь? – чуть нахмурившись, интересуется естественный арранкар. Всё же жизнь в пустыне Хоэко Мундо прививает определённые рефлексы и мировоззрение, включающее некоторый градус паранойи. Пусть чем ты сильнее, тем менее это проявляется, но всё же сама такая… ммм, «концепция» является частью нашей природы.

– Это зал для эволюции, – поясняет Соске. – Пусть ты и твоя… спутница, – чуть улыбнулся синигами, – стали арранкарами естественным образом, но процесс преобразования ещё не завершён. Хоугиоку может помочь с этим, дать то, что вы желаете.

– Что желаем? – не понял пустой.

– Да, этот артефакт откликается на желание сущности того, на кого воздействует. И исполняет его.

– Желание сущности… – явно мысленно пребывая не совсем здесь, повторил Старк. – Хорошо, я согласен. Что нужно делать?

– Просто расслабься, – вновь непринуждённый жест, из пола вылезает столб, его вершина раскрывается, и моему взгляду представляется одно из величайших сокровищ мира. Никакого фона или ощущения. Ничего. – Алукард.

– Мне выйти? – я смотрел на вырубившегося Старка.

– Наоборот, смотри внимательнее, – вновь лёгкая улыбка на губах синигами. – Для понимания сути Хоугиоку тебе будет полезно посмотреть за преобразованиями столь могущественного существа. Используй кидо, что я тебе показывал в прошлый раз.

Пожимаю плечами и активирую тот комплекс заклинаний, которым снабдил меня Соске после моего заявления о желании создать столь интересный камушек. Мир чуть изменился, и я стал не просто ощущать изменения реацу в преобразовываемом пустом, но и видеть, как переплетаются потоки и модернизирутеся сущность. Вот только…

– Что-то идёт не так? Почему он слабеет? – пусть реацу и начало переходить на более высокое и совершенное качество, но вот общее количество… И это было не запечатывание в занпакто, сила просто… исчезала. Лично для меня подобное было просто страшно.

– Видимо, таково было его желание… – с очень странными нотками в голосе ответил Айзен.

– Стать слабее? Для пустого? – это было даже не странно, а просто противоестественно.

– Всё та же проблема, Алукард. Проблема того, кто поднялся на вершину…

– Одиночество? И он решил не пытаться поднять за собой других, но спуститься самому?

– Да, – пребывая где-то в своих мыслях, ответил мятежный капитан.

– Он просто сдался. Жаль, – действительно жаль. Не просто не раскрыть свой потенциал, а добровольно отрезать от себя едва ли не половину, а то и две третьих своей сущности и силы. Нет, для того, кто едва ли не всю сознательную жизнь стремился вверх, подобное не просто неприемлемо, я ощущаю смесь брезгливости и жалости, как к умственнонеполноценному. Возможно, с точки зрения человека подобный ход мыслей аморален... Хорошо, что я не человек.

– Возможно, но я могу понять его выбор.

– Понять, но не принять, не так ли? – Бог Хоэко Мундо кивнул, продолжая смотреть на покрытого костяной оболочкой переходного процесса арранкара. Не берусь судить, о чём сейчас думал синигами, но, как мне кажется, в его голове крутился лишь один вопрос «а что, если бы и я пошёл тем же путём?» Хм, ну ладно, попробую, всё равно, самый максимум, буду выглядеть просто глупо. – Тогда бы не было нас. И многие другие не получили бы самой возможности подняться вверх.

– Всё же ты действительно очень проницателен, – теперь извечная улыбка синигами казалась грустной. – И быстро учишься.

– Жажда знать и понимать – это тоже своего рода Жадность, – кстати о понимании. Тема явно стала очень личной, скажем так, и дальше развивать её не стоит, а потому я перевёл взгляд на вторую… часть Старка. – А что с ней?

– Довольно интересная концепция. Если ты в прошлой жизни действительно был синигами, и воплощение собственной силы в виде меча для тебя естественно и подсознательно, интуитивно верно, то вот для арранкара подобная концепция не является родной. В отличие от фракции.

– То есть она – это его занпакто? – не то чтобы я не понимал этого раньше, но лишнее понимание перед Соске не стоит засвечивать, он и так обо мне знает куда больше, чем нужно для моего спокойствия. К тому же некоторые моменты под продолжение этой темы всё же стоит прояснить.

– Верно, – кивнул мятежный капитан.

– Тогда как же остальные арранкары?

– Их эволюция из пустых была вызвана искусственно. И проводил её синигами, для которого воплощение силы в мече… Думаю, ты понял. Старк же стал арранкаром естественным образом, и мы видим естественный вариант силы.

– Получается, что остальные арранкары… искалечены? – подобрал я слово после некоторых размышлений.

– Первые версии, на которых только проводилась отработка технологии – да, но ты это и сам знаешь. Эспада, ваши фракции и нумеросы, оставшиеся в Лас Ночес – нет. То, что воплощение силы приняло форму меча, не делает их ущербными, это просто форма. К сожалению, мало кто из арранкаров стремится превзойти себя, совершенствоваться. Отсюда и мало кто доходит до того, что воплощение их силы обретает разум. Все удовлетворяются просто «безымянным асаучи», получаемым при искусственной эволюции, – в голосе Айзена послышалось что-то похожее на разочарование, а может, мне лишь показалось. – На данный момент вас всего трое, тех, кто имеет разумные клинки. Ты с твоим наследием синигами, Старк, фактически самостоятельно развившийся до нужного уровня, и Улькиорра. Единственный арранкар, полученный из «классического» Вастер Лорда, что смог пробудить разум у своего оружия.

– Думаю, не всё так плохо, – данная тема разговора мне тоже перестала нравиться. Вот так посокрушается наш учёный, а потом решит избавиться от результатов «неудачного эксперимента». В каноне, кстати, что-то подобное тоже мелькало. Пусть вся та история с битвой над Каракурой была подана совершенно идиотским образом, с перекорёженной мотивацией и натягиванием несчастной совы на глобус до вылезания у последней глаз из орбит, но какие-то общие корни могут иметь место быть.

– Возможно, – неожиданно кивнул синигами. – Твоё влияние действительно оказывает благотворный эффект на некоторых арранкаров. Допускаю, что Тия Халлибел со своей фракцией и Гриммджоу смогут, в конечном итоге, разбудить свои клинки. Равно как и твоя фракция.

– Вот как? – разговор дал мне много пищи для размышлений, впрочем, как всегда. – Буду иметь в виду.

На этом беседа исчерпала себя, да и панцирь на переделываемых Старке и Лилинет начал трещать и лопаться. Пока голый мужик со здоровенной дырой в груди приходил в себя и разглядывал проявившийся-таки меч, Айзен повернулся ко мне.

– Что думаешь? – как всегда, вопрос содержал массу подтекстов и имел столь же много ответов. Если о размере дыры, то меня вообще удивляет, как его «внутренняя пустота» его не прикончила, если о спутнице, что начала судорожно оглядываться, явно не понимая, как она тут вообще оказалась и что происходит, то ничего особенного, кроме огромной и крепчайшей связи между ней и Старком, я не вижу. Вопрос «что с ними делать» тоже очень интересен. Стоит ли затрачивать усилия на попытки «вправить мозг» в плане отношения к самому себе, своей сути? Или пусть живёт как хочет? В конце концов, этот пустой – далеко не первая «безынициативная амёба», пусть и сильнейшая из них. Если же речь как раз об уровне силы…

– Даже в таком состоянии он сильнее Баррагана, но на этом всё.

– Да, Сегунда Эспада, – кивнул Соске. – Покажи им тут всё, Алукард, – величественно распорядилось начальство, кивнуло на прощание свежеиспеченному Сегунде и самоустранилось, показывая всякую утрату интереса к новому приобретению. Я же тяжело вздохнул и… создал Адскую Бабочку. Помощь Кин и Сёри, а лучше ещё и Лоли с Меноли мне не помешает. Чую, день будет напряжным… Эх.


Чуть позже. Алукард.

День выдался не просто напряжным, это была какая-то изощрённая пытка! Если сначала бывшие «кандидатки во фракцию к Айзену-сама» несколько чурались Старка, то под конец уже были готовы сами его едва ли не пинками гнать. Почему? Мысленно назвав его амёбой, я не сильно погрешил против истины. Этому «гуру пофигизма» было вообще плевать на всё. Он чуял рядом с собой других живых существ, что не стремились умирать от одного его присутствия, и… всё, больше ему ничего не требовалось. То есть вообще. Дом? Без разницы. Знакомство с остальной Эспадой? Угу, да-да… Хррр. Даже его собственная замп… хм… воплощённая сила под конец начала психовать и чуть ли не на себе тащила, периодически отвешивая пинки, чтобы хоть как-то взбодрить. Во всей этой ситуации плюсом было только одно: лицо Баррагана, когда он понял, что уже не просто «не самая толстая лягушка в этом болоте», но и вообще перекочевал почти что в «середнячки», как бы кого из своей фракции не прибил в порыве гнева. Хотя, даже если и прибьёт – никого особо ценного там нет. Хотя и маньяков, что неплохо бы усыпить, тоже не наблюдается. Всё, к черту! Мне нужно скинуть стресс. И чаепитие с милой… уже Куатро Эспадой как раз подойдёт. Решено, сонидо!

Халлибел и её неизменный зверинец… сидели и дружно обсуждали сериал. И какой!

– А я говорю, что на самом деле Хуан Карлос – это давно потерянный дядя дона Диего и сводный брат Рамиля! – Мила Роза.

– Тупой комок шерсти… – промурлыкала в рукав Сун-Сун. – В сорок третьей серии же чётко сказали, что он – муж сестры племянницы Селесты Эскобар. А она – мать Рамиля, значит, он не может быть дядей дона Диего и, тем более, братом Рамиля.

– А… быть может… это та самая запретная любовь между родственниками? – робко (!) предложила Апачи. – А вы что скажете, Тия-сама?

– Взаимоотношения у людей – очень сложные. Я запуталась, – смуглая блондинка сидела за столом и с явным недоумением смотрела на расчерченную схему, судя по всему – пыталась понять, кто, кому и каким родственником приходится.

– Ещё раз приветствую всех, – ладно, подслушивать чужие разговоры невежливо, а женские – ещё и опасно. В первую очередь – для мужского рассудка.

– Алукард, – поднялась мне навстречу Куатро Эспада и крепко обняла, к сожалению, без ресуррексиона ничего более сделать она не могла, чёртова маска. Судя по глазам девушки, в подобном ключе думал не я один.

– Алукард-сама, – чуть зажато, но уже без паники, как было раньше, поприветствовали меня спутницы Тии. Ну и пара дежурных поцелуев, куда уж без них, хе-хе.

– Ты к нам по делу или просто поболтать? – спросила блондинка.

– На этот раз – просто. Наконец-то можно чуть отдохнуть от миссий Айзена и представления нового члена Эспады, – блаженно растягиваюсь на диване, нагло укладывая голову на колени к бывшей Трес. Та, чуть подумав, начинает приятно копошиться в моей причёске. Кааайф.

– Он довольно инертен, – задумалась девушка, вспоминая свеженазначенного Сегунду, – но реацу у него приятная. Спокойная, но без холода и безразличия.

– Ммм, – приоткрываю один глаз, – мне нужно начинать ревновать?

– Нет, – серьёзно покачала головой Тия. – Ты и твоя реацу нравитесь мне куда больше.

– Рад слышать, – м-да, так серьёзно обдумывать и отвечать на безобидную шутку, хотя, в этом вся Халлибел. Воплощение серьёзности и обстоятельного подхода. – А чем вы занимались, пока меня не было?

– Ненадолго наведывались в Мир Живых за новыми обучающими фильмами, – последовал ответ. – Вопрос человеческих взаимоотношений всё ещё не совсем понятен, продавец дисков посоветовал нам взять эти фильмы.

– И как вам? – обучаться чему-либо на основе мексиканского сериала? Брр, хуже в этом плане может быть только продукция Болливуда. И то – не уверен.

– Часть вопросов получила ответы, но возникли новые. Семья – это что-то вроде фракции, как я поняла. Но тогда почему ей зачастую руководит не самый сильный? Почему члены этой фракции зачастую предают других членов фракции? И что такое «наркомания»? Это какие-то духовные паразиты или что-то похожее на отравление ядовитой реацу? И…

Плакал мой отдых – вот что я понял, слушая вопросы арранкарки. Но, как и в прошлый раз, лучше ответить и просветить её мне. А то всякие левые Гины с их «пояснениями» не дремлют. Да и, как выяснилось, продавцы мексиканских (или всё же бразильских? Ааа, какая, блин, разница?!) сериалов – тоже.

– Всё не так просто, – начал я отвечать, ещё раз тяжело вздохнув. – Люди – очень сложные существа, зачастую не понимающие сами себя. Простые правила и взаимоотношения «кто сильнее, тот и прав» у них действуют не так, как у нас… – вечер обещал быть не менее напряжным, чем день. Но хоть слушатели у меня в этот раз куда более благодарные и приятные. К тому же всегда можно было прерваться на чашечку чая, а перебравшаяся ко мне на колени Тия так и вообще примиряла с суровой действительностью и необходимостью просвещать и объяснять вещи как интуитивно понятные, а потому трудно объяснимые, так и напрочь непонятные самим людям. Ну да ладно, справлюсь как-нибудь, надеюсь, что даже неплохо.