# Продолжение "Фанфика по Оверлорду" 23.02.2021

Аноним Седрик

Поздравляем всех с праздником! Увы, праздничная прода не бечена, ибо товарищ Бильбо куда-то уехал. Так что возможны массовые ошибки и очепятки.

Между тем… Назарик.

Повинуясь небрежному жесту, Зеркало Дальнего Видения погасло. Увидеть личико под маской я ещё успел, но смотреть как бедную девочку вытряхивают из одежды не стал. Пусть это было и забавно, но уже как-то слишком… пошло.


Хотя личико у неё оказалось милым, даже чем-то отдалённо похожим на лицо Шалти, впрочем, возможно так выглядело из-за таких же красных глаз и чуть-чуть выступающих клычков из под верхней губы, ибо кожа у моего Стража первых трёх этажей была намного бледнее, да и мимика совершенно не сходилась.


– Эти бесстыдные, наглые женщины… – шипение гнева в исполнении взбешённой до крайности Нарберал, выглядело очаровательно… опасно. Даже не приходилось сомневаться, что, будь она сейчас в одной комнате с Синей Розой, уже швырялась бы заклинаниями восьмого круга.


– Ха-ха-ха-ха… – не удержавшись от вида такой картины, я рассмеялся. Это было последней каплей, ибо держаться дальше, после «демона-лидера», «злого босса» и «лёгких денег» в контексте идеи с вином, я уже не мог. – Видела бы ты себя, Набе…


– Но… – сконфузилась при звуке смеха Плеяда. – Эти… Эти низшие существа… Эти вульгарные наёмницы… Они же посмели планировать совратить Величайшего! Они должны быть наказаны за это святотатство! – с жаром принялась убеждать меня девушка, только что сама напрашивавшаяся в мои объятья.


Кабинет огласил очередной взрыв моего смеха… О, Вселенная! Как же приятно смеяться, когда тебя не обламывает на самом пике никакой ветерок в голове!


– Если бы я карал за каждую мечту о моём совращении, то, боюсь, Назарик не досчитался бы не только Главной Надзирательницы и Стража первых трёх этажей, но и половины мужского состава, – ибо, чёрт подери, эту гробницу делали упоротые японцы! И пусть я никогда не был расистом и всегда любил аниме, но узнав всё то, что узнал здесь, я уже мечтаю утопить страну Ямато в святом ядерном пламени, чтобы вот вообще! – Так что оставь эту детскую ревность, Набе, – обхватив горничную за талию, привлекаю её к себе, заставив упасть мне на колени. Приём сработал безотказно — из тёмных глаз мгновенно вымело любые намёки на негодование, а доппельгангер замерла робким зайчиком, боясь лишний раз вздохнуть, а то и вовсе не дыша. – Мы уже обсудили, что я никого из вас не собираюсь бросать или отвергать. Я понимаю твои чувства, – провожу пальцами по её лицу, поправляя прядь волос, после чего смещаю руку на макушку, начав нежно поглаживать, – но разве это было не очаровательно? И разве тебе самой не понравилось, сколь высокую оценку тебе даёт сопоставимое с тобой по силе существо из иного мира?


– Но я… я не смею надеяться, а они… они… Такие вещи… с Господином Зеллосом… – жалобно пролепетала боевая горничная.


– Для девушки, которая лежит у меня на коленях, и которую я прямо сейчас глажу по голове, ты слишком сильно реагируешь на, пока ещё, далёкие мечты едва знакомой команды авантюристок, – улыбаюсь Нарберал.


– Я… – втянула голову в плечи и замолчала. Смотрит, молчит, ничего не говорит и даже глазками не хлопает, только цвет лица меняется, то бледнея до синевы, то краснея до помидорки.


– В общем так, Набе. Этот отряд мне нужен. Даже если они официально не станут частью Назарика, через них мы сможем влиять на жизнь всего королевства. Здесь они знамениты, прославлены и пользуются значительным авторитетом во многих кругах, а главное — владеют специфическими знаниями о мире, которых не найдёшь ни у какого чиновника и ни в какой книге. Там, где войска Назарика привлекут слишком много внимания, Синяя Роза пройдёт без проблем и достанет нам то, что нам нужно, и это лишь один из возможных вариантов их применения. Так что, не держи на них зла, не обижайся и не ревнуй, принимая за низших существ, не достойных иного обращения. Если они того заслужат, я дам им силу, изменю природу и, кто знает, может быть они займут своё место в отряде Плеяд и будут называть тебя "онее-сан".


На последних словах глаза Гаммы остекленели, и я понял, что абонент более недоступен. Н-да, вот что волшебное слово делает. Ведь «старшая сестрёнка» все Плеяды обращались только к Юри и никому другому, а тут такие перспективы… Усмехнувшись получившейся картине, я перевёл взгляд на Зеркало и вновь активировал артефакт. Надо было взглянуть и на позицию принца с маркизом — наблюдать за делящими тебя девочками, безусловно, интересней, но и дела делать надо. А ушедшая в себя Набе… Ну, я совсем не против, чтобы она и дальше полежала у меня на коленях — это приятно. Конечно, есть опасность, что нас увидит Альбедо, а это новый сеанс борьбы с ревностью, но я не против подержать на коленях и Альбедо… Или сказать, что это — её наказание? Нет, слишком жестоко. Лучше на одну ногу Альбедо, на другую — Нарберал, и жизнь удалась.


Заметка на память: надо будет что-то сделать с гормонами, я в явном неадеквате.


Скашиваю взгляд на боевую горничную, чья точёная фигурка и женские достоинства выгодно подчёркивались облегающими штанишками и белой рубашкой… Но потом. Может быть… После того, как накажу Альбедо в постели. Её наказание должно быть долгим и соответствующим проступку, да, так и запишем…


«А сейчас принц…» – с усилием возвращаю глаза к Зеркалу. – «Да, принц важен. А Альбедо подождёт до вечера, заодно и Набе поможет мне… подготовить обвинительную базу, так сказать...»


Чуть позже. Тронный зал Назарика.

– Рад вас всех видеть, – войдя в зал из бокового прохода недалеко от трона, приветствую Стражей и ожидающих тут же Плеяд.


Первое, что бросилось в глаза, это подавленно-смущённый вид Шалти, которая, опустив взгляд к полу, мялась на своём месте, будучи одетой в чёрное платье-сарафан, вернее какую-то отдалённо напоминающую его реплику в анимешных мотивах. Волосы её были хитро уложены в своеобразный венок из собственной косы, а то, что на косу не пошло, свободно спадало сзади серебристым шлейфом до ног. Никаких подкладок на грудь не было, и ткань там очерчивала, максимум, слабый намёк на единичку. Ну и с пропажей огромных платформ на башмачках, рост вампирессы упал почти на десять сантиметров, окончательно сделав её вылитой ровесницей Ауры.


Последняя находилась рядом с ней в очень похожем платье, взятом едва ли не из той же коллекции, только с подчёркнуто маленькой юбочкой, оставляющей коленки эльфийки открытыми. Перчатки и сапоги исчезли, вместо них появились форменные школьные туфельки, ярко подтверждающие у кого шерстили гардероб. Выглядела пацанка, впрочем, отнюдь не смущённо, а скорее даже гордо, довольной ухмылочкой говоря всем желающим что-то вроде: «Я — королева бала! Вы не верили, что так может быть? А вот теперь выкусите!»


Ну и последним новым элементом был Марэ, который… Которого одели как стереотипного «Обычного Японского Школьника» из младшей школы. Вот серьёзно, на нём была натуральная чёрная униформа, разрекламированная японским аниме лишь немногим меньше больших глаз. Ботинки, брюки, закрытый пиджак — гакуран, с воротником-стойкой. Откуда это взялось в гардеробе Шалти, я… к сожалению, догадывался. А вот за что они так с несчастным парнем — уже нет. Впрочем… парень выглядел не так уж и несчастно. В смысле, он по-прежнему жался и робел, но без юбки это выглядело не так страшно, хотя одно лицо с Аурой всё равно делало его до неприличия женственным.


Заметив меня монстрики дружно принялись выражать ответную радость, но как-то вяло — большая часть собравшихся явно испытывала чувство вины и старалась лишний раз не поднимать на меня взгляд. Выслушав приветствия и, жестом отпустив, хвостиком семенящую следом, Нарберал к остальным Плеядам, я прошёл к трону и занял своё место.


– Итак, как вам уже должна была сообщить Альбедо, я собрал вас здесь, чтобы обсудить первую официальную встречу Назарика с представителями властей этой земли. Я хочу знать, как вы видите эту встречу. Что, по вашему мнению, может быть на ней достигнуто и каким образом? Поделитесь со мной своими мыслями, чтобы я мог принять решение наиболее отвечающее интересам Назарика. Со своей стороны, хочу отметить, что меня не интересует любая форма подчинения окружающих государств и захват в них власти. Большая часть простых жителей этого мира мне не интересны и тратить своё либо ваше время на управление ими я вижу расточительным. Тем не менее, сами по себе государства и народы их населяющие могут быть полезны Назарику. Как минимум, они способны организовать нам стабильные поставки ряда ресурсов, начиная от банальной пищи и ингредиентов для магических исследований и заканчивая информацией, как об открытиях и любопытных направлениях в области магии, так и возникновения в мире аномалий, подобной той, что перенесла сюда нас. Наконец, даже среди слабых людей иногда рождаются талантливые личности, чьи способности могут принести нам не мало пользы, например в Э-Рантере есть алхимик, который уже сейчас проводит для меня исследования по возможности повторить зелья из Иггдрасиля на местной ресурсной базе, и, насколько я могу судить, он достаточно компетентен, чтобы с этим справиться. Потому, иметь возможность через местные государства находить таких личностей и вербовать на службу я тоже нахожу полезным и важным моментом. Согласитесь, что тратить время и ресурсы на самостоятельные поиски, когда есть возможность добиться нужного всего-лишь одним разговором с парой человек, довольно глупо. Таким образом, я представляю взаимодействие Назарика с королевством Ре-Эстиз в форме своеобразного торгового партнёрства, когда мы оказываем людям некоторые, совершенно не обременительные для нашего уровня сил, услуги, а они в обмен обеспечивают нас всем необходимым. Как я уже убедился, большая часть того, что для нас мелочи и пустяки, для местных жителей крайне сложные задачи, и я не вижу причин не воспользоваться данным обстоятельством. И, Альбедо, – персонально поворачиваю лицо к робко стоящей вместе со всеми демонице.


– Да?… Зеллос-сама? – жёлто-зелёные глаза со смесью испуга и надежды поднялись к моему лицу.


– Займи своё место подле трона, – предлагающим жестом, указываю рукой на место по правую руку от себя. – Пусть я и обещал тебе наказание за злоупотребление полученными полномочиями ради потакания своим желаниям, но одна ошибка не меняет твоего положения в иерархии и не отменяет моего к тебе доверия.


– Благодарю вас, Зеллос-сама, – поклонилась девушка. Однако совсем не стала радостно пищать или даже как-то демонстрировать облегчение. Испуг из её позы действительно исчез, но вот виноватость и смиренное раскаяние только прибавили в весе, так что просеменила ко мне Надзирательница имея вид кроткий и нерешительный.


– Начнём, – дождавшись приближения Альбедо, поворачиваю лицо к остальным слушателям. – Я желаю услышать ваши идеи, мои верные Стражи. И прежде всего по организации самой встречи.


Само собой, некоторые идеи имелись и у меня самого, чуть ли не с момента, как Газеф предупредил меня о возможности интереса двора, да и без этого было очевидно, что, стоит Назарику заявить о себе, как его более не оставят в покое. Только вот тянуть всю эту бодягу исключительно на себе мне сильно не хотелось. В конце концов, у меня есть целая группа очень мощных и, в потенциале, очень умных подчинённых, вот пусть и вкалывают. Попутно набираясь опыта… и ума. К тому же, на дельные мысли я тоже рассчитывал. Демиургус не даром свой хлеб ест, метафорически выражаясь, ибо в Назарике, между прочим, царил коммунизм! Я когда это осознал, натуральнейшим образом выпал в осадок. Но нет, реально — от каждого по способностям, каждому по потребностям! Все занимались нужными делами и никто не был обижен. Более того, все искренне старались сделать всё как можно лучше и… это, чёрт бы их побрал, было тоже прописано чёртовыми азиатскими задротами! Потому как в «самом страшном месте мира должен царить самый страшный режим!». А потому Момоныч, как самый молодой, был назначен крайним и залез в интернет, честно вбив в поисковик ключевые слова… В общем, попал этот дятел на ресурс то ли каких-то в конец обдолбаных сектантов, то ли гипер-ультро-мега-супер-правого течения демократической партии США и... Беззащитный, неподготовленный и почти девственно-чистый, с идеологической точки зрения, мозг японского подростка, был подвергнут жесточайшему акту церебрального изнасилования, в ходе которого на него вывалили просто какой-то эпический объём самой кислотно-термоядерной западной клюквы из всего, что я когда либо знал. Невинный японский мальчик был до глубины души потрясён изуверской жестокостью режима, при котором никому не платят зарплату, нет выходных, отпусков и даже компьютерных игр (в силу того, что все заняты исключительно любимым делом и не имеют желания тратить время на левые развлечения) — воистину инфернальная реальность, подходящая исключительно для обиталища демонов и монстров, бесконечно послушных некоему жуткому Тёмному Властелину. Ну и прописали ребята, по итогу его изысканий, в те полотнища текста настроек неписей основные пункты «учения», не особо задумываясь над их смыслом, а потом и вовсе забыв прикол за давностью лет. И пусть они добавили сверху всякой своей азиатщины, но… «товарищ Сталин гордится вами, товарищ Зеллос». М-да, ну ладно, по мне, так это большой плюс. Теперь же вернёмся к собранию.


– Мы обязаны продемонстрировать Мощь и Величие Великой Гробницы Назарик! – безапелляционно заявила Альбедо под одобрительные кивки остальных.


– Верно, но мощь можно показать по-разному, – включился Демиургус, – наверняка Владыка уже просчитал план и лишь проверяет нас, но, в меру своих скудных способностей, я попробую представить возможную схему, с вашего позволения, Господин, – учтиво склонился демон.


– Действуй, – улыбаемся и машем, точнее, благожелательно киваем.


– Низшие существа, населяющие эту землю, довольно впечатлительны, но и пугливы. Те маги из Теократии, лишь просто понаблюдав за топорными методами работы Нейронист частично поседели и до сих пор не могут нормально спать, что влияет на эффективность их работы, мне даже приходится усыплять их командами...


– Какая непочтительность! – возмутилась Шалти, для такого дела даже оторвав взгляд от пола.


– Верно, – кивнул Себас. – Но мы отвлеклись и вынуждаем Владыку ждать. Прошу вас, продолжайте, господин Демиургус.


– Да, прошу прощения, – склонил голову демон, вызвав лёгкое удивление у всех присутствующих Стражей, прекрасно знавших отношение Архидьявола к неизменному дворецкому Гробницы. Что же, мои подчинённые могут развиваться и меняться — вот оно, очередное подтверждение. И это меня радует, главное, не пускать дело на самотёк, а то можно и какого-нибудь кинжала в спину дождаться, пусть лояльность неписей вроде как и абсолютна, но мало ли. А Стратег, тем временем, продолжал: – Таким образом, нам нужно продемонстрировать лишь потенциальную мощь, причём, далеко не всю, но опустить те подробности, которые можно назвать «нелицеприятными».


– Что именно ты имеешь ввиду? – спросила Аура.


– Пыточные, тюрьму, все места обитания Четвёрки Худших и их самих, – поправив очки и сложив руки за спиной, принялся перечислять демон. – Я бы вообще рекомендовал ограничиться просто «почётным караулом» из низшей и средней нежити у входа в Назарик и сразу после встречи — телепортацией в зал переговоров. Даже это для здешних обитателей будет выглядеть весьма внушающе.


– Как-то совсем мало, – недовольно прогудел Коцитус.


– И какой, по твоему мнению, тогда будет настрой у переговорщиков? – предложения Демиургуса мне нравились, но мне нужно было довольно сильное впечатление.


– Крайняя степень заинтересованности, желание заключить союз с Вами, Господин, на довольно выгодных условиях, но, в то же время, возможен серьёзный уровень опасений.


– Верно, люди боятся того, чего не понимают или, как ни банально, того, что их пугает. К тому же, большинство людей близоруки, эгоистичны и совсем не склонны думать, перед тем, как что-то делать, – Стражи заулыбались, ну да, любимый владыка ещё раз подчеркнул, что низшие существа — низшие. – Однако, слишком высокий уровень потенциальной угрозы может начать заставить их искать варианты нашего устранения. А я хочу вам напомнить, что все предыдущие группы из Иггдрасиля погибли при весьма странных обстоятельствах, – выдерживаю паузу, поочерёдно глядя в глаза слушателям. – Но даже не это главное, – продолжаю, подчёркнуто выпрямляясь на троне. – Очевидно, данный мир регулярно притягивает к себе существ во много раз превосходящих в силе местных обитателей. И нет никакой гарантии, что Назарик оказался здесь в одиночестве... Как и гарантии того, что через год, два, десять, а то и жалкую неделю, в этот мир не переместиться Альянс Гильдий, который некогда штурмовал стены нашего дома и заставил большую часть из вас пройти через воскрешение, или же иная, соразмерная ему и заведомо враждебная нам сила. Мы не знаем механики переноса и как он связан с потоком времени в Иггдрасиле, потому отметать нельзя никаких возможностей. Отсюда следует простой вывод: местные жители должны стать нашими добровольными союзниками. Нашими глазами и ушами, готовыми сообщить о подобном переносе сразу же, как о нём узнают. И ни при каких обстоятельствах, они не должны начать видеть в нас смертельных врагов, ради уничтожения которых будут всеми силами скрывать подобную информацию и, пока мы будем пребывать в неведении, натравливать на нас новых врагов. Не забывайте об этом. И помогайте не забывать другим, – видимо расслабляюсь на троне и смотрю на Стража Седьмого этажа. – Продолжай, Демиургус.


– Необоримое преимущество, – мгновенно ответил демон, словно ждал этой команды. Хотя почему «словно»? Скорее всего, своим гениальным разумом он просчитал все возможные варианты, – демонстрация того факта, что никакие их усилия не смогут поколебать могущества Владыки Зеллоса! Но в то же время, подчеркнув, что покушаться на их власть, богатства и гордость, не входит в сферу наших интересов. Люди болезненно чувствительны к своему положению в обществе, тому, как на них смотрят другие, и тому, как сами они воспринимают свою значимость. Тщеславие — вот универсальный ключ к их душам! Нам нужно сделать так, чтобы они испугались даже думать о любом конфликте с Повелителем, но таким образом, чтобы их гордыня не только не была ущемлена, но пришла в дикое возбуждение от перспектив заполучить Назарик в союзники. Тогда они сами нам всё предложат и сами всё отдадут, гонясь за своими мелочными политическими выгодами. Однако… Правильно ли я понял, Лорд Зеллос, что вы не хотите демонстрировать свою истинную природу и силу? – чуть нахмурился Архидьявол.


– Верно.


– Н-но, как тогда? – растерянно спросил Марэ, – мы должны показать силу, но не должны её показывать? Я-я не понимаю, простите!


– Всё очень просто, я уже получил известность именно как маг Смерти, на этом и стоит сделать акцент, – поясняю мальчику в кои-то веки одетому как мальчик, – возможно, даже подчеркнуть его, как и предлагал Демиургус, припрятав легионы демонов, арахнидов, драконидов и прочих войск Назарика, – поняв, что перечислять эти войска я могу едва ли не до утра, то решил ограничиться банальным «прочие».


– И даже там стоит показать лишь несколько видов, способных внушить почтение, но не отвращение! – торжественно щёлкнул пальцами Демиургус, подхватывая мысль. – Существ, наделённых строгой эстетикой смерти и лаконичной угрозы, а не тех, что способны потрясти душу смертных до помутнения рассудка одним своим видом!


– Тогда предлагаю Старую Гвардию Назарика, – высказался Коцитус. – На поверхности перед входом выстроим два полка простой Старой Гвардии, перед вратами поставим Старших Гвардейцев, ещё можно продемонстрировать тех двух Костяных Драконов, которых недавно поднял Владыка! А в зале переговоров… эм… простите, а где будут переговоры?


– Полагаю, Тронный Зал подойдёт как нельзя лучше для официальной встречи, потом же, можно будет пройти в один из рабочих кабинетов.


– О! Тогда Мастеров-Гвардейцев выставим вместе со знаменами прямо у входа в Зал. И почётный караул из новой сотни Рыцарей Смерти!


– Возможно ли, что такое количество нежити испугает неподготовленных гостей больше, чем они смогут выдержать, не теряя способности вести переговоры? – засомневался Себас. – Прощу прощения, Господин, – дворецкий отвесил мне церемонный поклон. – Но как я успел понять из общения с вашим новым слугой по имени Каджит и его учениками, местные люди — довольно впечатлительны, и благородные послы из столицы могут не обладать стойкостью, подобающей воину.


– Как раз поэтому я и предложил использовать только низшую и среднюю нежить! – гордо усмехнулся Стратег Назарика. – Боевые кадавры и некрохимеры, в самом деле, могли бы вызвать у послов слишком большую панику, а призраков и прочих, способных быть полезными в разведывательно-диверсионных операциях, будет разумней сохранить в тайне. Но нужно ещё что-то, последний штрих для завершения картины...


– Я бы хотел сказать, что все Стражи по правую и левую руку от моего трона станут идеальным завершением картины, – подперев лицо левой рукой, задумчиво сообщаю залу, – но не стоит демонстрировать все козыри сразу. К тому же, вид тебя и Коцитуса может слишком сильно напугать наших гостей. К слову говоря, – вспомнил я один момент. – Среди них будет один особенно примечательный, на кого я всех вас прошу обратить внимание. Это девушка по имени Ивилаи, – как сразу напряглась женская часть коллектива… – Она способна воспринимать ауры, определяя по ним природу и силу существ, но самое интересное... особенно для тебя, Шалти, – смотрю в глаза удивившейся лоли, – что она — Высший Вампир.


– Что?… Вампир в свите людей? – растерялась Бладфоллен.


– Именно так, – подтверждаю. – И я очень надеюсь, что моя дочь Шалти покажет себя хорошей девочкой и найдёт общий язык с первым своим сородичем, обнаруженным нами в новом мире.


– А?!… – я говорил, что она раньше растерялась? Вот теперь она растерялась!


– Всё верно, раз уж мы уже использовали легенду о том, что ты моя дочь, то не будем её опровергать без всякого повода. Маленькая ложь рождает большое недоверие, а ты… – смотрю на Альбедо и поочерёдно на остальных Стражей и Плеяд, – как, впрочем, и все вы, действительно, можете называться моими детьми. Пусть в вас не вложено это знание, но я участвовал в создании каждого из вас. Члены гильдии Аинз Оал Гоун, которых вы знаете как своих создателей, дали вам характеры и облик, я же, как глава всех, кого вы зовёте Высшими Существами и хозяин Великий Гробницы Назарик, вписал ваши имена в книгу обитателей Гробницы, сделав возможным сам факт вашего существования, – и ведь не вру, просто софистика — наше всё. Именно глава гильдии открывает в меню управления базой гильдии вакансии на рядовых юнитов и элитных NPC, он же раздаёт другим членам гильдии права этих NPC создавать, то есть тратить накопленные гильдией очки опыта и ресурсы. И пусть Момоныч никогда не задумывался над этим в религиозно-философском смысле, но ведь по сути это можно интерпретировать именно так, как я сейчас говорю. – Я дал жизнь искрам творения, из которых мои друзья раздули пламя вашего бытия, – продолжаем нагонять пафоса, спасибо тому вороху эзотерической и псевдофилософской чепухи, которой я нахватался в прошлой жизни, – так что… пусть не так, как вы к этому привыкли, но я действительно немного ваш отец.


– Невероятно… – прошептала Аура, провоцируя цепную волну изумлённых возгласов и бормотаний.


Но я их уже не слышал. То, возникшее после перерождения, чувство направленной на меня веры, не то чтобы взвыло, но… это было как неожиданно получить под нос ватку смоченную нашатырным спиртом, только вместо спирта что-то приятное и расслабляющее. Никогда не употреблял наркотики, но, возможно, это было похоже с тем, что чувствует наркоман во время ловли прихода. Если раньше меня просто фанатично обожали, то чувство, испытанное Стражами, Себасом и Плеядами, сейчас было сродни… даже не знаю. Они и так были фанатиками, воспринимавшими любую сказанную мной банальность за откровение свыше, и как назвать чувство, являющееся «откровением свыше» в степени «десять», я не представлял. Возможно таких слов в человеческом языке и вовсе нет.


Миг сенсорного шока продлился недолго, как и положено мигу. После него осталось смутное воспоминание о кратком, стремительно исчезающем, послевкусии и… Большой вопрос. То, что я им сейчас сказал, выворачивая и подгоняя игровые условности под фентезийно-мифическую основу, это я сказал из логических соображений укрепления лояльности?… Или это моя природа «Бога», основанного на механике сеттинга D&D, хочет обожания?


– Н-но... тогда... – пробился до меня робкий голос словно в воду опущенной Альбедо. И я понимал, почему она так выглядит.


– Не настолько отец, тут скорее духовно-энергетическое значение, чем... хм, физиология.


– Это значит?… – в глазах демоницы появилась робкая надежда.


– Что Шалти может обращаться ко мне «отец», когда этого требует ситуация, не переживая о том, что, тем самым, предаёт Пэроронтино, – поспешно даю подходящее пояснение. – В остальном, не относитесь к этой новости столь серьёзно. Я всегда был главой гильдии и вы всегда знали, что ничто в Назарике не могло быть создано без моего участия, не важно будь то помещения, этажи или живые существа. Ничего не изменилось, я просто подобрал понятные вам слова для объяснения природы подобного положения дел. Это не откровения и не новость, требующая восторга, – будто убеждая и самого себя, продолжил убеждать я толпу монстров. – Это просто маленькое пояснение, данное чтобы один из вас не корил себя на пустом месте. В конце концов, я прекрасно знаю как трепетно вы относитесь к своим создателям и я не хочу чтобы вы винили себя в чём-то из-за банального недопонимания. Но давайте вернёмся к делу…


– Владыка Зеллос, вы так великодушны, – встал на колено Демиургус, опуская лицо к полу.


– Вы самый добрый повелитель! – громко выкрикнула Аура, глядя на меня восторженными глазами.


– Такая честь… – нервно щёлкнул жвалами Коцитус, выпуская облако пара. – Такая милость…


– Г-господин... – кусая извлечённый откуда-то носовой платочек, плакала от счастья Шалти.


– С вашего позволения, – вперёд вышел Себас и замер в почтительном поклоне, – я посмею выразить общие слова всего Назарика, – торжественно и непреклонно начал дворецкий. – Правда о нашем рождении из ваших уст, Лорд Зеллос, это не «маленькое пояснение». Это очень важные слова для всех нас. Простите нашу слепоту, Повелитель, но сейчас вы дали нам всем то, что мы, в своём невежестве, считали давно утраченным. До сих пор вы были для нас Величайшим из Высших Существ, тем, кто сидит на Высоком Троне, Владыкой, чья воля бесспорна и желания абсолютны… – мужчина сглотнул, не раскрывая глаз и не поднимая лица, – главой создателей, покинувших нас...


– А теперь мы знаем, что наш создатель никогда нас не покидал! – воскликнул с колен Демиургус. – И это знание для нас — высшая награда какая только может быть!


– Кх… кх… – едва слышимые хлюпающие звуки заставили меня повернуться к Альбедо, которая тихо плакала у моего трона, сцепив пальцы перед собой и даже не пытаясь утирать текущие слёзы. – Я… Я так счастлива, – заметив мой взгляд надтреснутым голосом пробормотала демоница. – Простите за мой вид, Момонга-сама, – даже сбилась на прошлое имя девушка. – Я… Я виновата. Но… Но я так счастлива… Мой… Мой любимый и мой создатель… рядом со мной. Я… никогда не могла даже мечтать. Спасибо вам, Господин, – Главная Надзирательница встала на оба колена и опустила голову, позволяя своим волосам рассыпаться по лицу и коснуться пола. – Спасибо вам за это… Пусть вы сказали это для Шалти, но спасибо вам… Я… Я выгляжу так жалко и неподобающе… Я позорю ваш взор… Но простите свою эгоистичную слугу, она… она просто не может сдержать своё счастье...


«Ну дожили, б*ть!!!» – выразил я в мысленном крике всё бессильное отчаяние от ситуации. – «Поднял лояльности, козлина тупорылая! Да мне, судя по той дымке, которой от них тянет в моём новом восприятии, теперь простят… Да всё простят! Даже если я на трупы их создателей насру у них на глазах, предварительно на тех же глазах этих создателей порезав на кусочки! А Альбедо… У-у-ух...»


Встаю с трона и, силой подняв демоницу на ноги, повторяю с ней то, чем недавно занимался с Нарберал. Вот только… Не по плану всё пошло. Альбедо плакала. Мои объятия не успокоили её и не заставили замереть. Она плакала, уткнувшись носом мне в грудь, сотрясаясь в беззвучных рыданиях всем телом, а остальные зрители… смотрели на неё с нежностью и пониманием, молча позволяя своим слезам стекать по лицам и орошать чёрные плиты пола. Они, эти бывшие NPC, понимали друг друга без слов и, казалось, были сейчас не разными существами, а чем-то одним — единым. И чувства их выражала маленькая сотрясающаяся спина в белом платье, за которой безвольно висели чёрные крылышки, и ничего больше для них не имело значения, кроме этой спины и лица, зарывшегося в мою мантию.


А я… Я даже не мог себя заставить почувствовать вину за этот мерзкий и шкурный обман. Было ли мне жалко Альбедо? Да. Хотел ли я её утешить? Ещё как. Но я не чувствовал, что лицемерно присвоив чужие заслуги и вывернув наизнанку факты, я поступил плохо. Я просто… дал им то, чего они хотели. То, чего не додумался дать Момонга. И я… Я был доволен. Доволен тем, что дал этим бесконечно и бескорыстно верящим в меня монстрам… счастье?


– Во время встречи послов, рядом с моим троном будут стоять Альбедо, Шалти и Аура с Марэ, – разорвал мой голос висевшую уже десятую минуту тишину. – Плеяды станут при них фрейлинами, сменив одежды горничных на подобающие платья. Себас будет выполнять обязанности дворецкого и герольда насколько это возможно совместить. Остальные будут наблюдать за происходящим со стороны. Подробности обсудим завтра, – отстраняю от себя девушку и заглядываю в её заплаканные жёлто-зелёные глаза с вертикальным зрачком. – Нам стоит поговорить, думаю, ты и сама это понимаешь.


Демоница с недоумением моргнула, но я не стал ничего объяснять, а просто телепортировал нас обоих в мою спальню.