# Продолжение к "Син'Дораю" 12.02.2020

Аноним Седрик

## Глава 6


Проснувшись следующим утром раньше Бетилинн, я не отказал себе в маленькой слабости подразнить неосмотрительно сверкающую голой сиреневой спинкой красавицу. Тихонько освободив и остальные части её тела от прикрытия простыней, я приступил к повторному изучению изящных изгибов своими пальцами, на этот раз, правда, делая всё куда более скрупулёзно и аккуратно, не обделяя вниманием ни один, даже самый маленький участок шелковистой кожи. То же самое я делал и с Шолари после нашей первой ночи, и мне было интересно сравнить реакцию двух столь разных ночных эльфиек. Хотя, разумеется, эта цель была далеко не самой первостепенной.


И, надо сказать, продержалась Бетилинн подольше, в результате чего на момент открытия глаз оказалась куда более разогретой, чем в своё время была первая Советница, что не преминуло отразиться на дальнейшем утреннем моционе. Увы, рассвет в горах хоть и наступает раньше, чем на равнине, но слишком долго его игнорировать не мог ни я, ни леди-казначей, так что, тепло попрощавшись с моей новой ночной игрушкой, я вплотную занялся вопросом возвращения одной достойной лучницы в наши ряды.


Подготовка нового заклинательного покоя с поисками и последующим рунированием прямоугольного куска гранита в полтора эльфийских роста, которому предстояло стать Алтарём Воскрешения, отняли несколько дней, во время которых приходилось прерываться на обучение жителей и мелкие административные вопросы, что, тем не менее, требовали на себя времени. А следом настала пора наработки практических навыков, благо добыть первых подопытных было нетрудно: гноллы едва ли не под стенами Элдре'Таласа свои городища разбили, и парочку их стойбищ я видел ещё на пути в город. За первыми пошли вторые, третьи и так далее, потихоньку позволяя мне набить руку и перевести теоретические знания в практические умения. В процессе исследований четыре ближайших поселения гноллов приказали долго жить, как и пара кочевых кланов кентавров из каньона Тысячи Игл. Там же удалось отловить и пару десятков гарпий, можно было бы и больше, но я решил повременить, всё-таки они были магическими существами, переводить которых на заведомо подлежащие утилизации эксперименты было расточительно. Ну и отдалённая родственность эльфам тоже сыграла свою роль.


По местным легендам, их прародительницу создала Элуна, но, основываясь на собственном опыте, я был склонен считать, что это, в лучшем случае, только часть правды, гораздо более вероятно, что гарпий создал кто-то из древних высокорожденных чародеев в рамках того или иного эксперимента. Возможно, по приживлению ночным эльфам крови или иных останков некоего древнего птицеподобного лоа с целью усиления расы. На это указывали как слишком близкие ночным эльфийкам анатомические пропорции в тех частях тела, которые у гарпий оставались женскими, так и изрядное количество общих черт между принципом строения организма гарпии и теми мутациями, которые проявлялись у троллей Амани, когда Зул'Джин и Малакрасс начали экспериментировать с подселением им сущностей своих богов.


Одним словом, такому ресурсу я мог найти и лучшее применение, тем более что стандартные шаблоны заклинаний им не подходили и требовалось создавать новые, элементарно для того, чтобы получившаяся нежить сохранила возможность летать. А это лишняя работа, которая сейчас была совсем не к месту. К тому же полётом там проблемы не ограничивались, один разум чего стоил, ведь молодые гарпии и сами по себе глупы до слёз, являясь больше безмозглыми птицами, чем разумными существами, а кому нужны такие солдаты?


Зато с троллями никаких проблем не было. Как жили в руинах Зул'Фарака сто тридцать лет тому вперёд, влача жалкое существование на скудных ресурсах Танариса, так и сейчас ничего не изменилось, разве что иных претендентов на владение пустыней нынче не имелось. Разорять покрытый песками город я не стал — возможно, позже займусь, заодно найдя применение местному лоа — Газ'рилле, а пока мне хватило и охотничьих партий, что регулярно уходили в пустыню за провизией. Я даже сам за ними не гонялся, отрядив на это Салдис с гончей, которые прекрасно себя чувствовали на выжженном солнечным жаром песке. Конечно, тролли мне после двух демонов доставались "слегка" потрёпанные, но даже немножко мёртвые образцы меня вполне устраивали. В общем, с живыми и уже не очень живыми подопытными проблем не намечалось. А вот тело будущей Тёмной Охотницы… Тут были не то чтобы проблемы, но сложности, назовём их так. Пусть «заготовка» и была, в потенциале, великолепной, но именно что в потенциале. Тортелдрин просто «поднял» лучницу, не утруждая себя какой-либо подготовкой и обработкой её тела. Повезло, что не по самому примитивному варианту, иначе бы мне и нечего было надеяться создать из неё Тёмную Охотницу, но как раз для сотворения не банальной «высшей зомби», а полноценного «альтернативно-живого» организма приходилось попотеть.


И я «потел» — варил алхимические декокты и бальзамирующие жидкости, проводил вскрытие и рунировал кости, пропитывал зельями задубевшую плоть и укреплял её чарами, выводил давно застывшую в жилах и почти окаменевшую кровь, заменяя её специализированным раствором на основе собственной «влаги жизни», но с заменой структурного базиса природы процессов существования на некроэнергию — буквально воспроизводя естественную систему функционирования клеток на основе силы противоположной полярности. И совершал ещё десятки иных, менее серьёзных, но не менее нужных операций.


Почему у Плети были легионы вурдалаков, скелетов, поганищ и прочих упырей, но полноценных Рыцарей Смерти в том или ином варианте, включающем в себя и Сан'лейн с Тёмными Охотницами, всего несколько сотен? Ответ был прост: цена. Отбросим тот факт, что в Рыцари годился далеко не каждый разумный, точнее, имело смысл возиться лишь с «материалом», обладающим определённым потенциалом. Но и для раскрытия этого потенциала нужно было потратить массу ресурсов, от редких реагентов до времени действительно могущественных и искусных магов. Само собой, у меня не была «набита рука», да и элементы я сначала тестировал на «добровольцах», создание самого чертога, опять же, отняло время, и наложился тот факт, что выкладывался я по полной, перепроверяя всё по десять раз, желая создать шедевр, а не серийную поделку, пусть и «элитного сегмента». Но даже с учётом всего этого и прочих дел в Элдре'Таласе, почти два месяца подготовки на одного бойца — просто чудовищно долго, тем более что сил у меня несколько больше, чем у некромантов и личей Плети. Допустим, что «серийно» несколько опытных немёртвых магов в уже подготовленных лабораториях могут «изготовить» Рыцаря за неделю-две с момента получения тела, всё равно это очень долго, ведь за то же время те же маги смогли бы поднять с полтысячи вурдалаков, а если напрягутся и прибегнут к восстанавливающим зельям и ритуалам, то и полторы-две. Конечно, при идеально сохранившемся материале, а это ещё живой, целый и, по-хорошему, добровольно идущий на перерождение разумный, кто-то уровня Кел'Тузеда может ограничиться буквально часом работы. Лично Королю Мёртвых хватило бы и минуты. Но много ли в мире такого материала? Обычно же ситуация очень схожа с моей — «достойный» кандидат загоняется, отбивается, получает множество не совместимых с жизнью ран и в состоянии, близком к товару со скотобойни, попадает на стол некромантам. Не всегда, кстати, сразу — может и подгнить за время пути, а то и частично перевариться в животах вурдалаков. А потом из этого надо собирать тело, призывать в него душу и пытаться привести итог в удобоваримый вид. Но и если удалось поймать жертву в целости, далеко не факт, что это облегчит задачу, того же Александроса Могрейна Кел'Тузед со всей своей сворой, в идеальных условиях Наксарамаса, ломали почти месяц, прежде чем он перестал сопротивляться обращению. Так что, при любом раскладе, очень это долго и дорого, даже для тех, кто не считается ни с какими ресурсами.


Но вот все эксперименты и отработки методики подошли к концу, и подготовка была окончена. Тело Иллианы размещено на алтаре, моя магическая энергия вливается в ритуал и я вкладываю Камень Души в подготовленную для него нишу. Новый такт заклинания, и временное вместилище сущности эльфийки рассыпается прахом, а сама сущность устремляется в ждущее её тело. Магия ложится нерушимыми скрепами, вновь сплетая воедино то, что было когда-то разъединено. Сероватая, изрезанная «техническими» швами кожа под воздействием чар начала разглаживаться и наливаться давно утерянными красками, а швы — затягиваться и исчезать. Задеревеневшие мышцы стали расслабляться, вновь возвращая себе былую гибкость. Прошла минута, другая — и душа воительницы уже надёжно срослась с телом. Сияющие кроваво-красной дымкой глаза распахнулись, и первая в этом мире Тёмная Охотница… судорожно вдохнула. Впервые за две тысячи лет.


Иллиана Воронья Ольха, там же.

Сознание словно плыло в водах океана, чёрного, непроглядного, будто в штормовую ночь новолуния, когда ночного светила не видно на небе, а свет звёзд закрыт тучами. Такова была плата за её глупость — вечное проклятие, существование между Землями Теней и тварным миром. Вероломный принц убил её и привязал душу к мёртвому телу, превратив в нечестивого голема, слепо повинующегося вложенным командам. Даже в те часы, когда её сознание поднималось на поверхность, она не могла ничего сделать — её тело тоже предало свою бывшую хозяйку. Всё, что она могла — это биться в бессильной агонии и ярости, наблюдая, как ветшает её некогда прекрасный и полный жизни город, как зарастают кустами и деревьями брошенные и покинутые дома, улицы и анфилады. И осознание того, что она так и будет бродить среди руин до скончания веков, ввергало в отчаяние, пока милосердная тьма и забытьё вновь не охватывали сознание… до следующего раза. Ни забыться, ни сойти с ума, ни, тем более, окончательно умереть она не могла, и пытка, длящаяся уже целую Вечность, возобновлялась вновь.


Всё изменилось, когда её мёртвая оболочка напала на кого-то… на что-то. Он был одновременно похож и не похож на кал'дорая, но вот ощущение от его энергии, восприятие которой она обрела взамен утраченной жизни, было особенно неправильным. В чём именно эта неправильность состоит, Иллиана сказать не могла, но это было и не важно, ведь его окружали настоящие демоны.


Демоны вновь пришли в этот мир.


Всех сил её порабощённой оболочки и того монстра, в которого подлец Тортелдрин превратил тело её верной подруги Ферры, обрекая несчастное животное разделить мучительное проклятие, постигшее хозяйку, не хватило даже на то, чтобы оцарапать незнакомца, а потом... Одно странное заклинание с его стороны, и наступили блаженное забытьё и покой, но… они не были долгими. В какой-то момент она почувствовала удушье и судорожно, с хрипом вздохнула. Воздух вновь наполнил лёгкие, принося с собой давно забытое чувство и напоминая, насколько сладким он может быть. Ощущение жёсткого камня под спиной сильно сбивало, но было оно во много раз лучше, чем любая мягкость шёлковых перин, на которых она когда-либо лежала. А ещё зал был наполнен магией. Злой, холодной, отдающей чем-то зловещим, но в то же время такой... приятной.


– Добро пожаловать в этот мир обратно, Иллиана Воронья Ольха, – обратился к ней незнакомый голос. Девушка рефлекторно дёрнулась и тут же свалилась с высокого постамента, на котором и лежала всё это время. Не успев толком удивиться, она рефлекторно сгруппировалась, и… тело с небывалой лёгкостью и скоростью выполнило команду разума. Впервые за, звёзды ведают, сколько лет бессильного мучения!


Отойдя от первого удивления, лучница оперлась о постамент и перевела свой взгляд на обратившегося к ней.


Чтобы в ту же секунду отшатнуться.


В центре сложной магической фигуры стоял тот самый «неправильный» эльф, и сила, нет — Сила, что скрывалась за этим безобидным обликом, затмевала мощь Иммол'тера, разившую от демона во время его пленения. Всякие сомнения отпадали — перед ней стоял могущественный демон.


– Кто ты… что ты сделал со мной, демон? – спросила охотница и вздрогнула, её голос звучал потусторонне жутко.


– Демон? – тот, кто казался светлокожим кал'дораем растянул губы в улыбке. – Это не совсем верное определение, хотя сейчас я действительно ближе к ним, чем к твоим сородичам. Что же касается твоего второго вопроса, то я вернул тебя к жизни… в некотором роде.


– «В некотором роде»? – ничего хорошего от демона, как бы он себя ни называл и кем бы ни считал или говорил, что считает, девушка не ждала. С другой стороны, вряд ли он мог сделать хоть что-то, что было хуже её прошлого состояния. Ведь… впервые за долгие годы она была сама себе хозяйкой. Дышала! Чувствовала запахи! Ощущала прохладу пола босыми ступнями! Каждую мышцу тела, дрожащую в нервном, но таком сладостном и полным сил напряжении! Да она даже в юности так хорошо себя не чувствовала! И это было прекрасно... пусть и не добавляло доверия к данному существу.


– После того, что сотворил этот выродок Тортелдрин, мне потребовалось два месяца работы, уйма реагентов и усилий, чтобы привести тебя в надлежащий вид. Но, клянусь Солнечным Колодцем, результат того стоил, – пылающий зелёным огнём взгляд изучающе прошёлся по ней, и незнакомец вновь ухмыльнулся. – Да, определённо стоил.


Иллиана проследила за взглядом демона и… только сейчас поняла, что оказалась совершенно обнажённой. Прыжок за алтарь вышел быстрым, чётким и немного судорожным.


– Не пялься! – возмущённый крик, произнесённый всё тем же отдающим железным эхом гласом, вызвал приступ короткого хохота у мужчины.


– Ох, – отсмеявшись, колдун вновь улыбнулся, – женщины… Мир может рассыпаться в труху, но некоторые вещи остаются неизменными в любых временах и обстоятельствах, – маг щёлкнул пальцами, и к ней за постамент подлетела туника из плотной непрозрачной ткани. – Вот, оденься и вылезай. Нам предстоит долгий разговор, и вести его с собеседницей, скрывающейся от меня за алтарём в заклинательном покое, как-то не очень удобно.


– Эмм… – что сказать, Иллиана не знала. Доверия к говорившему у лучницы не прибавилось, но одеяние она всё же решила принять и стала облачаться.


– Итак, позволь кратко ввести тебя в курс дела. С момента твоей смерти прошло около двух тысяч лет, Элдре'Талас из-за тупости Тортелдрина оказался на краю пропасти, и его нынешнее население едва превышает шестьсот шен'драларов. Из-за почти умершего демонического животного, кое и снабжало магической энергией это место последние десять тысяч лет, перспективы оставшихся в живых тоже были далеки от безоблачных. Полторы-две сотни лет, вот и всё, что оставалось отмерено жителям, – словно о плохой погоде, сообщил демон о катастрофе, уже постигшей стены древней обители эльфов. – Я, Эстос Б'Фод, потомок тех высокорожденных, которые ушли на восток вместе с Дат'Ремаром. На данный момент — правящий принц Элдре'Таласа, ставший им после безвременной кончины твоего убийцы и его помощников.


– Высокорожденных? – маг был похож на обычного знатного эльфа разве что отсутствием бороды, хотя общие черты, конечно, имелись. Но в то же время, строение и положение ушей тех же троллей было ближе тому, что свойственно кал'дораям, знатные они или нет, чем уши этого Б'Фода. И совсем не стоило забывать про его Силу, сияющую в восприятии девушки подобно исполинскому столпу пламени, и тех демонов, которые были с ним в городе.


– Гибель Источника Вечности, долгие скитания и Жажда Магии оставили на нас свои следы, как и магический фон иного континента. К тому же моя история несколько длиннее и запутаннее. И рассказать её можно и за ужином, – это слово вызвало какую-то странную, почти забытую реакцию организма девушки. Иллиана сглотнула слюну. И это само, почти помимо воли, заставило вырваться вопрос:


– Но что со мной? Я не понимаю. Я… жива? – страх и надежда рождали жуткий коктейль.


– Хмм, – назвавшийся Эстосом задумчиво наклонил голову вбок, как будто смотря сквозь неё, но... на неё. Очень странное ощущение, – в некотором роде, хотя и не совсем так, как ты надеешься.


– Как... Что ты подразумеваешь под этими словами?


– Я бы назвал тебя «альтернативно-живой». Полноценно воскресить тебя смог бы разве что кто-то из Титанов, твоё тело и душа очень долго подвергались воздействию некроэнергии и уже перестроились под неё.


– Значит… я — нежить? – с горечью спросила эльфийка... выходит, своего нового хозяина? Но… почему она тогда не чувствовала той удавки чужой воли, как было с проклятым принцем?


– Я бы не стал так говорить. Да, теперь твоё существование основано на энергии Смерти, а не Жизни, но, в сущности, это не более чем смена полярности. Всё равно что кубок, некогда наполненный водой, наполнить игристым вином — содержимое изменилось, но быть кубком кубок не перестал. Всё, что свойственно живым существам, так же протекает и в твоём организме, пусть и на другой основе. Ты можешь ощущать вкус, тепло, прикосновения. Пища насыщает и поддерживает силы, а сон может дать отдых сознанию. Тебе даже дышать нужно… хотя бы иногда. Единственное, в чём я не уверен — это в возможности иметь детей, хотя удовольствие от процесса их зачатия также доступно в полном объёме, – охотница ощутила, как запылали её щёки и кончики ушей. – Да, пусть оттенок кожи, очевидно, изменился, но покраснеть ты тоже вполне способна, – вновь раздражающе усмехнулся маг.


– Так что же я такое? – поспешила она сменить тему.


– Как я говорил раньше, «альтернативно-живая». Но ты всё та же Иллиана Воронья Ольха, какой была более двух тысяч лет назад. Даже проблемы с внятной речью я устранил, хотя за годы вынужденного молчания и одиночества ты совершенно разучилась шевелить губами... Как и управлять любыми другими мышцами, если уж на то пошло.


– И… зачем?


– Зачем я это сделал? – вскинул чёрную бровь мужчина. Лучница коротко кивнула. – А почему бы и нет? Я мог это сделать. А ты заслужила право жить хотя бы тем, что отказалась выполнять преступный приказ венценосного ублюдка, – звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. – К тому же, – продолжил Эстос, – толковый разведчик и верный соратник мне бы пригодился. Грядущие времена таят в себе очень много испытаний для нашего народа. Но об этом позже, пойдём, тебе сейчас стоит перекусить, чтобы в полной мере запустить все процессы организма, а ещё выпить пару бокалов нектара и поговорить с кем-нибудь из старых товарищей — поверить им тебе будет куда как проще, чем незнакомому колдуну, которого ты ещё и считаешь демоном.


Глубоко вздохнув, Иллиана вышла из-за своего укрытия. Веры словам непонятного «колдуна» у неё всё ещё не было, но в одном он был прав — поговорить со знакомыми было действительно необходимо, да и сидеть в заклинательном покое, то есть месте, где у любого мага есть дополнительное преимущество, будучи безоружной и в одной тонкой накидке, было не самой удачной идеей.