# Судьба-Полынь. Книга Вторая Глава 39

Болдырев Давыдова,

## Глава 39

Ард


С оттепелью в Файхалтар пришли первые торговые караваны, а вместе с ними и интересные вести - возвращались в гуурнские степи кочевники. Вначале их было немного, потрепанные семьи, крохотные родовые общины, а затем потянулись сотни конных воинов. Были они понурыми, утомленными, сломленными, от боевого азарта не осталось ни следа. Некоторые шли в работники, иные и вовсе подавались в Ландгардские земли, где трудились на полях или расчищали лес.

Конечно, основная часть армии Хораса продолжала ломиться через неизведанные земли, сея разруху и заливая все кровью, но в ней назревал раскол. Гуурнов становилось все меньше, их влияние на другие племена стремительно падало. Завязалась борьба за власть, которую не смог остановить даже могучий бог.

Эту новость острее всех воспринял Херидан, он видел в возвращающихся кочевниках отнюдь не пахарей или лесорубов.

- Они и возьмут недорого! - уверял он Арда. - Отличные воины, при лошадях и какой-никакой амуниции. Поторопимся, чтобы никто раньше нас не нанял их!

В его словах было зерно истины. Кочевники могли бы сопровождать караваны, возить вести на любые расстояния, к тому же, степи нынче не прокормят даже ничтожную горстку вернувшихся, так что скоро там опять залютует голод. Вот тогда кочевые народы снова возьмутся за оружие и пойдут на большак, а то и деревни жечь начнут...

- Я напишу письмо дяде, - пообещал Ард. - Торговое братство явно не откажется от такого вложения. Всяко лучше наемников.

- Тогда я лично повезу письмо! - вызвался горец. - До смерти надоело сидеть в этом городе, хозяин. Понимаю, что обещал тебя защищать, но здесь и без меня хватает неплохих бойцов.

- Езжай, конечно.

- Только поклянись, что никуда не уедешь, пока не вернусь!

- Клясться не стану, но постараюсь тебя дождаться.


Было немного непривычно оказаться почти в одиночестве. Лерст и Гултак отправились на побережье к ледникам, горец укатил нанимать кочевников, а бог плутов куда-то запропастился и не показывался на глаза уже больше трех недель. Одна Рейхе оставалась рядом с Ардом, и это было приятно.

Изначально она планировала замещать отца, но тот отказал - строго, не желая слушать никаких доводов.

- Вождем будет только мужчина. Филкист, старший охотник, возложит на себя эту почетную обязанность, пока меня не будет. Если со мной что-то случится - именно он станет новым вождем.

Ард начал маяться от скуки, все меньше находя интересного в записях, что хранил Шен.

Раны затянулись, погода стояла погожая, и сердце требовало снова оказаться в дороге, рвануть куда-нибудь за реку Нарью, мимо жутких топей и дремучих лесов. Будто услышав его зов, в город вернулся Дес. В пыльной одежде, мрачнее обычного. У него появилась новая привычка - жевать табачное зелье, смешивая его с сушеными ягодами и смолами.

- Не спрашиваю, где ты был, - проговорил Ард, откладывая ложку и с сожалением поглядывая на горячий суп из свинины с кусочками прочесноченного теста, - но что у тебя за вид? Решил попробовать тащить телегу вместо лошади?

Дес снял толстый кожаный плащ, испачканный грязью и пылью в три слоя, и обессилено привалился к стене. Рейхе подала богу плутов табурет.

- Торопился. А я отвык торопиться, знаешь ли! А тут как в юные годы... В общем, слушай сюда, тебя это тоже касается. Меня призвали на большой совет - такого никогда не было, даже во время первых стычек с великанами. Мои братья встревожены. За время, тянущееся с нашего рождения, боги гибли - по самым разным причинам, но это случалось, хоть и крайне редко. За последнее десятилетие погибло тринадцать бессмертных. Причем половина из них невесть как! Кто-то сошел с ума, кто-то пал от рук других богов ... остальных убили смертные. Восьмерых.

- Если они вели себя как Шен - чему удивляться? - Ард пожал плечами.

- С твоей точки зрения здесь нет ничего удивительного. Со стороны богов - это попрание всех законов.

- Но ведь...

- Безразлично им, понимаешь? Решили, что такого быть не должно и надо наказывать тех, кто льет кровь бессмертных. Уже заключены настоящие союзы, крепкие, надежные. Их мнение довлеет над одиночками, а таких, как я, и вовсе спрашивать не станут.

- И что теперь? - спросила Рейхе. - Они придут за моим отцом, прикончившим Шена? За Ардом, убившем сумасшедшего бога?

- Поскольку смертные не имели слова на том совете - вполне могли бы и прийти, но среди моих братьев есть такие, что горой стоят за вас, и вряд ли дадут открыто карать тех, кто защищает себя и близких. Распри между богами ничего хорошего не сулят, но пока это сдерживает самых скорых на расправу... Конечно, это вряд ли помешает им действовать тихо.

- Вроде подосланного убийцы? - Ард отодвинул тарелку, осознав, что не сможет проглотить ни кусочка.

- Верно.

- Тогда мы не можем просто ждать, когда ночью тебе или отцу перехватят горло! Надо что-то делать! - воскликнула Рейхе. Она тут же вспомнила слова Висда, и с трудом удержалась, чтобы не выболтать мужу всю правду.

- По меньшей мере, не стоит привлекать к себе внимание, - ответил Дес. - Лучше подсыл, чем армия богов под стенами Файхалтара. Это на первое время, а после...

- Дес, - перебил его Ард, - можешь устроить мне встречу с этим вашим советом?

- Что ты задумал? - всполошилась Рейхе. - Не смей даже пытаться...

Ард будто ее не слышал.

- Сможешь или нет, Дес?

Бог плутов изменился в лице, задумчиво пожевал табак, рассматривая закопченный потолок хижины.

- Хорошая мысль, если воспринимать ее с моей стороны. С твоей - глупость неимоверная. Посуди сам - что помешает бессмертным прибить тебя прямо на совете?

- Ничего не помешает.

- То-то и оно! Допустим, я приведу тебя на совет. Это возвысит меня в глазах нового союза богов, вероятно, сильнейшие боги даже предложат дружбу... Только на кой они сдались? Одному гораздо лучше. Встречу устроить-то можно, но готов ли ты на такой риск?

- Нет! - снова воскликнула Рейхе.

- Это не риск, - Ард пристально посмотрел на жену, - риск - это две-три тысячи вражеских воинов в Файхалтаре и право карать любого смертного, осмелившегося себя защищать.

Рейхе схватила подбитый мехом плащ и, стиснув в руках, выскочила на улицу. Щеки женщины пылали, она готова была пинать стены от злости и бессилия что-либо изменить. Проклятый упрямец! Снова вбил себе в голову невесть что! А Висд говорил, Висд предупреждал...

Тем временем в доме Дес принялся хлебать остывший суп. Без особого аппетита, просто чтобы чем-нибудь себя занять.

- Ты дружен с эйтарами, так? - проговорил он, поверх тарелки глядя на Арда.

- Не то чтобы дружен. Просто помог им однажды... или они помогли мне, это как посмотреть. Но уж точно не на ножах.

- Тем лучше. Бессмертные уважают эйтаров, поэтому не посмеют ударить в спину на их земле.

- Боги согласятся идти в чужие земли? Я думал, они не покидают свои племена.

Дес рассмеялся.

- Ваярия принадлежит бессмертным. Они могут уважительно относиться к тому или иному народу, чтить местные обычаи, тем более, когда дело касается эйтаров - они не так просты, как может показаться на первый взгляд, - но для богов каждый клочок земли - родной. Уж поверь, я сделаю так, что они примчатся туда. Я ведь бог плутов, а не какой-нибудь зачуханный всадник.

Сложнее всего пришлось с Рейхе. Она никак не хотела принять его доводы, спорила, отговаривала, настаивала ехать вместе. Он понимал, что говорит в ней не упрямство, а забота, искренняя любовь, но на уступки идти в этот раз не собирался. Их спор грозил перерасти в настоящую ссору, но вмешался Дес.

- Ты вознамерился встретиться лицом к лицу с бессмертными, чтобы отстаивать право на жизнь, свободу выбора, самим решать, что делать и куда идти. Тогда почему отказываешь в выборе самому близкому человеку? Как после этого ты посмеешь попрекать богов в непреклонности и закостенелости взглядов?

Он говорил с улыбкой, но за каждым словом стояло слишком много, чтобы воспринять их несерьезно.

Ард осекся, выругался.

- Почему бы тебе подобными доводами не образумить собратьев?

- Потому что они, в отличие от смертных, меня слушать не станут. Ты же другой, как и многие простые люди. Мы остаемся неизменны.

- Даже ты?

- Даже я.


Рейхе удивилась, когда на следующий день муж вдруг сказал, что одобрит любое ее решение и согласился взять с собой. Она тут же отправилась собирать вещи в дорогу.

Перед отъездом не помешало бы поговорить с Висдом, но того и след простыл. Никто не видел филина в городе, а настойчиво выспрашивать о нем было бы странным. Ваятель просил до поры до времени не давать тха Арда распаляться, но раз уж все сложилось именно так...

Почему-то Рейхе была уверена, если им будет угрожать опасность - Висд появится.

По уму следовало взять с собой воинов, дождаться Лерста и Гултака, а то и вовсе отправить посыльного за Хериданом, но Ард решил не мешкать и добраться до земель эйтаров как можно скорее.

С ним, помимо Рейхе, отправились Дес и трое горцев. Ард не хотел тащить с собой кого бы то ни было, и ставить под удар бойцов - но совсем без охраны нечего даже высовываться из вечного города. На дорогах неспокойно, то тут, то там вспыхивали мелкие стычки, а его дело стоило несопоставимо дороже трех-четырех жизней. Что за "дело" - Ард и сам толком не знал, вероятнее всего, ему хотелось доказать бессмертным, что люди не просто овцы без права голоса и собственной воли, которыми они вольны жертвовать себе в усладу, убивать по первому желанию, издеваться и унижать, не страшась расплаты. Только вот слов подходящих не находилось. Пока. И Дес тут не был хорошим советчиком.

- Изволь думать сам, - в очередной раз отвечал бог плутов, когда они ехали на крытой повозке по плохо раскатанной весенней дороге.

Дорогу в этих краях они знали плохо, следовали направлениям, указанным поселянами. Колея петляла между заливными лугами, иногда ныряла в рощи, пропадая в реках, и появлялась на противоположном берегу. Природа, запуганная лютой зимой, потихоньку сбрасывала оковы робости, набирала силу, давая жизнь травам, бурьяну, диким цветам и купам деревьев, раскиданных ее волей то тут, то там.

Ард наслаждался видом долин, озер, рек и крохотных поселений и общин, где текла своя, непохожая одна на другую жизнь. Везде были свои герои и негодяи, пелись свои песни, рассказывались свои сказки. Для многих мир ограничивался лугом, журчащей поблизости речушкой, распаханными полями, рядками ульев на отшибе, дремучими лесами, окружавшими десяток-полтора приземистых изб или недалекие хутора с дощатыми загонами для овец и коз.

Сказывалась близость земли эйтаров - края простирались богатые, сытые, спокойные. Путешествовать было одно удовольствие, в каждом поселении встречали радушно, давали кров и еду. Даже в трактирах не просили многого. Местные охотно делились легендами, вспоминали подвиги предков... Но Арду мешали слушать и запоминать темны мысли. Неуверенность подтачивала силы, он с каждым днем все меньше понимал, что сможет противопоставить вековым традициям и морали богов.

Маленький отряд продолжал покрывать лигу за лигой, приближаясь к краю тысячелетних дубов и дикой природы.

Папоротники были огромными, под одним листом вполне мог укрыться взрослый человек. Грибы походили на валуны, а ягоды достигали размера с кулак. Дубы сплелись корнями, став пышущим жизнью монолитом. Дожди шли часто, вспенивая реки и наполняя озерца, коих было без счета. По тяжелым ветвям сновала мелкая живность, пели птицы, стрекотали цикады, будто на дворе стояло лето.

Тропинок тут было не сыскать, поэтому Ард просто погнал лошадь напрямки через лес, выбирая более-менее пригодные для езды участки земли. Его расчет оправдался - эйтары сами нашли чужаков.

Невысокий мужчина неопределенного возраста, тихий, будто сонный, появился из леса совершенно незаметно, застав врасплох горцев. В руках он держал моток лозы и смотрел только на него, что-то шепча, будто разговаривал с ним. Ард готов был поклясться, что из клубка доносился тихий шепот, но разобрать слов не смог. Эйтар опустил клубок и внимательно посмотрел на незваных гостей.

- Деревья вас помнят. Двоих, по крайней мере. Меня зовут Элло Ковыль, добро пожаловать в наши края.

Элло велел расседлать лошадей и идти за ним. Один из горцев заявил, что останется сторожить животных и с места не сдвинется, но под взглядом эйтара, в котором чудным образом сочеталась мудрость прожитых лет и юношеская свежесть, быстро стушевался, что-то пробормотал невнятное, и, забросив седло за спину, пошел за спутниками.

- Отныне лошади свободны, - бросил Элло. Обращался он к Арду, остальные для него будто не существовали.

- За них были уплачены деньги, - ответил тот, покосившись на воинов. - Для моих спутников это не просто животное, на котором удобно ездить по миру, но и друзья. Нельзя их бросать посреди леса!

- Скажи, воины дружат между собой? - эйтар осторожно переступал через любую мелкую поросль, предпочитая вышагивать по прелой листве и сухим желудям, что хрустели под его лаптями, словно яичная скорлупа.

- Конечно.

- Тогда почему они не ездят друг на друге, разрывая рты удилами и всаживая шпоры в бока? А что - вспрыгнул на закорки, и в путь.

- Ты сравниваешь человека с лошадью? - ответил Ард удивленно.

- Сравниваю двух живых существ. Почему на одном можно ездить, а на другом нельзя? Чтобы понять, что чувствует лошадь, нужно походить под седлом. Перед тем, как понукать быка, боронящего сухую землю, сам попробуй тяжесть упряжи и крепость палки погонщика.

- Я это запомню.

Он привел их не к столице, что немного разочаровало Арда и Рейхе, а к домику на дереве, сплетенному из корней, лозы и ветвей ивы, склонившейся над черным озером. Само озеро окружали дубы, с торчащими сквозь наросты на коре костями.

- В дом не приглашаю, - Элло махнул на ворох листьев, - сюда садитесь. Здесь тепло.

Он пошел к дому, мгновенно забыв о пришедших с ним людях.

- Мерзкий тип, - заявил Экхорн - горец, собиравшийся стеречь лошадей.

- Аккуратнее со словами, - осадил его старший из воинов - Редан. Тот был с Ардом в день стычки с ваартанами, чем заслужил особый статус среди горцев Херидана. - Люди леса чуют и слышат многое... мы здесь гости, поэтому и вести себя будем почтительно.

- Даже если хозяин и вправду странноват, - усмехнулась Рейхе. Она бросила плащ на листья и уселась сверху. Езда в седле никогда не была ее сильной стороной, и после долгих дней скачки было приятно вот так просто сидеть и смотреть на старую иву, роняющую капли в озеро.


Терн пришел затемно. Ард со спутниками все так же сидели на листьях и подкреплялись солониной, сухарями и сыром. От земли и озера тянуло холодом, но костер разводить в лесу они побоялись.

Эйтар не стал подниматься в домик на дереве, а направился прямиком к маленькому лагерю.

- Терн! - воскликнула Рейхе удивленно. - Что с тобой стряслось?!

Копна некогда черных волос совершенно поседела, лицо мужчины исполосовали глубокие морщины, а глаза будто ввалились в череп. Выглядел он жутковато.

- Провел слишком много времени вне дома, - Терн улыбнулся. - Но ничего, скоро все будет в порядке... Чего не могу сказать про вас.

Он как-то недоверчиво покосился на озеро и домик на дереве.

- Нам надо уходить. Есть места, в которых нельзя долго находиться.

Ничего не объясняя, он повел их по едва различимой тропке, змеящейся вдоль деревьев, мимо густого подлеска. Показал, как переправиться через реку по камням и старым поваленным непогодой стволам, служившим чем-то вроде мостков.

То тут, то там виднелись домики, поляны, на которых росли сотни диковинных растений.

- Кто такой этот Элло? - спросил Ард. - Он ведь не простой эйтар?

- Элло отшельник, - нехотя ответил Терн. - Смотритель за Последними приютами. Он хранит покой мертвых и находится гораздо ближе к ним, нежели к нам. Видит и чувствует больше... Похоже, что-то его смутило, уж больно настойчиво звал меня. Я бы никогда не отправился в такой путь вечером, но кое-какие вести не оставили выбора. Понимаешь, о чем я?

- Понимаю. И заранее хочу извиниться, что втравливаю вас в такое дело.

- Оставь слова, - эйтар даже не обернулся, - они ничего не стоят. Если бы ты не хотел или действительно сожалел о подобном выборе, никогда не согласился бы на эту встречу. Ты нас используешь.

Ард собирался возразить, но в глубине души понимал, что собеседник прав. Земли эйтаров были своего рода защитой не только для него, но и для любого живого существа. И он беззастенчиво согласился на хитрость, предложенную Десом.

- Мы постараемся уйти как можно скорее.

- Это будет славно... Тем более, почти все стороны уже собрались.

Он вывел их на крохотную поляну. На границе с лесом стоял высокий шалаш, крытый невесть откуда взявшимися хвойными лапами. Его окружала трава и дикие цветы. По центру поляны полукругом выстроились сморщенные грибы, от которых лился зеленоватый свет, рассеивавший вечерний сумрак.

У входа в шалаш стоял Дес. Капюшон был надвинут на лицо так глубоко, что выглядывал только заросший щетиной подбородок.

- Внутри трое, - проговорил Терн. - Ни одного из них я бы ни за что не принял как гостя. Деревья взволнованы... напуганы.

Он отступил на три шага, словно боялся оказаться на открытом пространстве. Прислонился плечом к стволу ближайшего граба и шумно выдохнул.

- Заканчивайте - и уходите как можно скорее.

- Возьмешь нож? - спросил Страдан, самый молодой из горцев, приходившийся Херидану племянником. Парень протянул ножны из сыромятной кожи. - Закрепи ремень на предплечье, в случае чего сможешь быстро выхватить.

- Говорить о мире, сжимая рукоять ножа?

Ард двинулся к шалашу. Рэйхе с ним не пошла - так они условились. Горцы остались с ней, чтобы, в случае чего, помочь ускользнуть от бессмертных. Хотя вздумай бессмертные учинить засаду, не помогут ни клинки, ни быстрые ноги.

Дес приподнял льняное покрывало, пропуская Арда в шалаш.

На земле искрился лепесток холодного пламени. Он вился у ног троих богов.

- Всего лишь ребенок, - проговорила мелодичным голосом женщина, облаченная в невесомые зеленые одеяния. Из всех бессмертных, кто собрался на поляне, она больше всего походила на человека. Только слегка раскосые глаза и вздернутые уши отличали ее от людей.

Двое других в равной степени сочетали в себе черты людские и звериные. Громадные желтые глаза, выступающие над верхней губой клыки и густая шерсть, покрывающая голову, шею и руки.

- Садись, - желтоглазый указал на подушечку рядом со входом. Обе руки у него оказались деревянные. - Ребенок или нет, а он повинен в гибели бога.

Голос звучал сухо, холодно.

- Повинен, - прорычал полузверь.

- Повинен, - согласилась женщина. Задумалась на мгновение, подняла голову, словно читала на потолке слова, и кивнула. - Сестры согласны со мной.

- Что, впрочем, - продолжил желтоглазый, - не отменяет справедливости, по которой и воздалось Шену.

Зверь кивнул, а вот женщина выставила перед собой ладонь.

- Не смертным вершить наши судьбы. Жизнь бога - слишком дорога. Они не осознают...

- Тем осмотрительнее надо быть нашим братьям и сестрам, - все тем же спокойный голосом ответил желтоглазый. - Смертные не осознают, но в нас это знание заложено с сотворения мира. Думать, сестра, думать и оценивать - вот наша задача. Толку сейчас словами воздух резать?

- Верно, - прорычал третий бог. С клыков его срывалась то ли слюна, то ли пена, и падала на странную одежку из сыромятной кожи и шерсти. - Я в мгновение порву глотку юнцу - а что изменится? Шен не восстанет, как не восстанут и другие.

- Многое изменится в будущем, - в глазах женщины блеснул огонь.

- Вам не жаль расходовать понапрасну уникальное Тха? - Желтоглазый, протянул деревянную руку и погладил Арда по плечу. - Его можно использовать иначе.

Ард с интересом переводил взгляд с одного бога на другого. Они серьезно? Ведут себя так, будто он глупый индюк, который крутится под ногами мясников, не понимая, что сейчас ему отсекут голову.

- Тха непредсказуем, - с нажимом проговорила женщина. - И нам известно, что его Тха погубит многих бессмертных! Этого нельзя допустить!

- Ваше видение было туманным, - усмехнулся в ответ желтоглазый. - Он погубит бессмертны, но - каких? В Плачущих топях, знаешь ли, богов полно, и я бы с удовольствием посмотрел, как их вбивают в трясину по самые уши!

- Темные слишком сильны даже для нас!

- Мне-то не рассказывай, - желтоглазый показал ей протезы, - я гостил у Андере! Поэтому выступаю за то, чтобы обращать смертных с сильным Тха на свою сторону. Не сегодня, так завтра нас всех ждет большая война - первая, со времени исхода великанов.

- Темные боги выйдут из топей лишь тогда, когда сила, что их питает, сокрушит границы, - женщина сжала кулаки, и огонек, пляшущий на земле, заискрился.

- В любом случае, сражаться с ними мы будем не только своими руками, - ответил желтоглазый. Он посмотрел на Арда и снова улыбнулся, будто тот был деревенским дурачком, случайно забредшим на совет старейшин. - Ну что, парень, хочешь одолеть древнее зло?

Ард покачал головой.

- Ни древнее, ни новорожденное зло меня не интересует. Я думал, вы умнее.

- О чем это он? - спросил полузверь недоуменно.

- Я пришел с одной только целью - объяснить, что людей не бесчувственные куклы, которыми можно распоряжаться как заблагорассудится. Я убил одержимого бога не потому, что так захотелось с утра, после чашки ромашкового отвара или просто со скуки. Он спятил, изуродовал своих людей, замучил и убил! Я защищался и только.

- Одержимого? - нахмурилась женщина.

- Мшара - вам это имя говорит что-нибудь?

В шалаше на некоторое время стало тихо, даже дыхания не было слышно. Ард готов был поклясться, что ощущает страх богов. Нечто подобное коснулось его за мгновение до смерти Шена.

- Чую падаль, - зверь часто дышал, облизывая клыки. В палатке мерзко запахло. - От твоих слов смердит ложью, мальчишка. Мшара не может ступить в Ваярию!

- Я видел ее так же отчетливо, как вижу вот этот огонек, прыгающий по земле. Она убила моего друга, попыталась прикончить и меня... но не сумела.

Женщина заметно побледнела, закусила губу.

- Неужели колдуны не заметили такой прорыв? - спросил зверь озадаченно. - Это ведь не просто чудовище, приползшее в деревню ночью!

- Мшара могла прийти из топей, - мрачно возразил желтоглазый. - Там повсюду руины старых поселений колдунов, они сотни лет проваливаются все глубже и глубже в трясину, но это знак для всех нас. Грань там истончилась и уже начала рваться... Куда, говоришь, исчезла Мшара?

- Она пыталась сорвать с моей шеи эту вещицу, - Ард показал песочные часы. - Что произошло потом - не могу точно описать. Ее будто разорвал ветер...

Женщина слегка наклонилась, чтобы получше разглядеть часы. В зеленых глазах вспыхнул и тут же угас огонек интереса. В голосе зазвучало благоговение.

- Работа не богов, но и не людей. Где ты их взял, смертный?!

- В старой башне, чуть севернее Файхалтара. Руины посреди озера с соленой водой.

- Уму непостижимо! - женщина многозначительно оглядела остальных богов. - Ты отыскал башню последнего Ваятеля и смог беспрепятственно пробраться внутрь?

- Руины никто не сторожил.

Боги вновь замолчали. Но выглядели так, словно продолжали мысленный разговор. Наконец, когда Ард уже почувствовал боль в поджатых ногах, желтоглазый произнес:

- Ты будешь помилован. Как и второй человек, поднявший руку на Шена. Мы хотели преподать урок всем смертным, но милость - лучший дар и бесценный урок всем вам. Бессмертным чувство справедливости не чуждо! Но запомни - если хоть кто-нибудь поднимет руку на бога, вдохновленный вашими историями, слухами, которые поползли по Ваярии, расплата будет быстрой и жестокой.

- Но...

- Не смей меня перебивать! Вы - короткоживущие и короткодумающие существа! Вам неведомо наше предназначение, так что не суйте нос в дела богов. Мы правим - вы слушаетесь. Мы защищаем - вы благодарите. Этот договор был заложен в основу мира, так что не тебе, мальчишка, его оспаривать.

- Мне тут утром намекнули, - осторожно ответил Ард, - что погонщику никогда не понять быка, покуда погонщик сам не отведает батога и не вспашет борозду-другую. Похоже, и богам не понять, что чувствует смертный, неподвластный собственной воле.

- Ты уходишь живым, к тому же получишь наше слово, что твоим близким никто не станет мстить, - спокойно ответила женщина, - это не просто проявление милости, о которой начал говорить Фейрат, а предложение дружбы. Я, Эйлель, старшая из соарт, предлагаю тебе дружбу, Ард. Мы постарались понять тебя и твои помыслы, попробуй теперь понять наши. Я не вижу твою судьбу, тха мешает заглянуть даже в завтрашний день, но будь уверен - мы с сестрами попробуем прозреть будущее как можно дальше, чтобы быть готовыми к новым бедам, с которыми люди, вроде тебя, помогут нам справиться. Сила богов - в людях. В том первооснова Ваярии. Этим наш союз отличается от прочих божественных союзов, мы понимаем, что в тяжелые времена, когда темные все-таки выйдут из Плачущих топей, смертные встанут рядом с бессмертными по своей воле. Но до этого времени они должны сохранять покорность и не трогать своих защитников, как бы тяжело это ни было.

- Я понял, чего вы хотите, - ответил Ард, - и слово в слово все перескажу Гултаку, когда вернусь в Файхалтар. Мы можем идти?


Дес не поехал с ними, сославшись на обрушившиеся внезапно дела. Бог выглядел веселее обычного, сказывалось новое развлечение, внезапно появившееся в рутине его бесконечной жизни.

Они поспешили уйти как можно дальше от поляны, несмотря на позднюю ночь и мутный лунный свет, пробивающийся сквозь свод переплетенных ветвей, и лозы. Ард боялся, что им все-таки ударят в спину, и горцы были внимательнее обычного, напряжены и неразговорчивы. Шли чересчур быстро, поспевать за ними удавалось с большим трудом.

- В лесу нет чужаков, - попытался всех успокоить Терн.

Рейхе смогла спокойно вздохнуть, только когда они оказались у последней полосы громадных дубов, целящихся обомшелыми ветвями в чистое весеннее небо. За полосой молодых деревьев простирался ковер разнотравья и цветов, он тянулся, куда хватало глаз, и был поразительно красивым. Ветер гонял шелестящие волны по сочной зелени, носил пыль и остужал разгоряченные лица людей. Тут пахло прогретой землей и весенними цветами.

Прямо на траве была расстелена льняная скатерть, на которой лежала пара котомок и две бутыли в ивовой оплетке.

- Третью корзину разметали лисы, - как бы извиняясь, пояснил Терн, - поэтому на мясо не рассчитывайте.

- Ничего, - ответил Ард, - у нас есть солонина. А что в этих?

- Яблоки, груши, клубни и хлебные лепешки. Это в качестве извинения за лошадей, отобранных Элло. Денег у нас нет, поэтому возьмите взамен немного лечебных снадобий. У людей в первой встречной деревушке за них дорого дадут, так что сможете разжиться даже телегой и осликом.

- Извини, если нарушили покой вашего края, - снова повторил Ард. - Я использовал особенность этих земель отнюдь не корысти ради.

- Не стану тебя судить, - пожал плечами эйтар, - можешь возвращаться сюда сколько сердцу угодно, только не принеси на подоле плаща огонь и кровь.

Терн поспешил вернуться в лес, в один момент став неотличимым от кустов и темных стволов деревьев.

- Они вообще - люди? - спросил Страдан.

- Не уверен,- отозвался Ард. - Но я рад, что они есть, Ваярия без них поблекнет.


Насколько деревенька походила на остальные в этих краях, настолько же и отличалась. Дюжина срубов, крытых досками и дерном, курятники, овечьи загоны, пара колодцев. Воздух наполнен ароматами сыра и молока. Людей во дворах почти нет - все трудятся, только детвора шныряет туда-сюда и глазеет на невесть как забредших к ним незнакомцев.

- А к нам в прошлом году торговец приезжал! Настоящий! - хвастался вихрастый малец. Он восторженно смотрел на горцев, на Рейхе, облаченную в мужскую одежду. - Только оружия при нем не было никакого! Привез сладкое зерно, персики сушеные и эту... как ее... кулумбику в меду! Истории рассказывал - жуть какие! А вы знаете истории?

Малец выжидающе посмотрел на Экхорна.

- Знаю парочку, но оставлю их при себе.

Дети тут же окружили воина и принялись упрашивать рассказать хоть немного про далекие края, из которых он приехал, про неведомых чудовищ, живущих в горах, и про полоску железа в ножнах, которой и названия-то в деревне не знали.

Рейхе посмеивалась, наблюдая за этой мелкой суетой.

Сильно хотелось спать, но о ночлеге Ард пока не договорился. Конечно, кто-нибудь их обязательно примет - они согласны ночевать даже в амбаре. Тем более что дни стояли погожие, теплые, даже слишком теплые, учитывая недобрую зиму, пронесшуюся по Ваярии. Но в этих края не слышали ни про нужду, ни про голод. Дальние кольца эйтарских лесов снабжали местных охотников дичью, грибами, ягодами и сушняком для очагов, в озерах и реках резвилась рыба, а большие стада овец и вовсе не давали вспоминать, что такое голод. Поэтому чужаков привечали по-доброму, не жалели угощения.

Рейхе опустила голову на сцепленные пальцы и прикрыла глаза. Она не то чтобы устала от дороги, просто сильно вымоталась эмоционально. Ард получил, что хотел, и остался жив - разве не это самое важное? Но отчего-то на душе было неспокойно, муторно. Боги запросто играли словами, стравливали народы и мерились силой ради забавы, так с чего вдруг им верить? Как знать, не целится ли в спину ее мужу лучник из очередной рощи? Не скрывается ли в тени домов очередной убийца с кинжалом?

От этих мыслей становилось не по себе.

- А вы знаете истории? - послышался робкий голосок.

Перед Рейхе стояли две светловолосые девочки лет шести и мальчишка примерно в половину младше. Ясными зелеными глазами он смотрел на незнакомку и кусал большой палец.

- Истории не по моей части, - она улыбнулась, - а вот кое-что повеселее могу придумать. Ну-ка, раздобудьте длинную жердь и пару камешков! Покажу вам интересную игру.


Волнения не было. Ард успокоился и даже готов был поверить в разумность бессмертных, способных хоть чуть-чуть понимать людей. Пусть свысока, пусть надменно - но они выслушали его и пообещали дружбу. Машара показала, что и боги способны бояться, значит, не настолько они всемогущи. Он мало верил, что троице удастся переубедить остальных братьев и сестер, но, может, им хоть на время удастся удержать армии богов от нападения на Файхалтар.

Он закончил обсуждать с деревенским головой, куда им разместиться на постой, и возвращался к колодцу, где его ждали остальные. С ночлегом проблем не должно было быть - мужчины лягут в амбаре, а вдова с тремя детьми согласилась принять Рейхе. Еды тоже вдоволь, только осликов тут не было и телег тоже. Тройка лошадей, но их не соглашались продать ни за какие сокровища, даже самую старую кобылу.

Ард остановился, чтобы понаблюдать за царившей у колодца умильной картиной.

Его жена, в окружении группки детишек, рассказывала какую-то забавную сказку роднари. Мелюзга смеялась и хлопала в ладоши. Было во всем этом нечто настолько гармоничное и прекрасное, что Ард невольно сам рассмеялся. Впервые за долгое время.

К вечеру немого похолодало. Рейхе как раз несла немного овечьего молока и теплого хлеба в амбар, чтобы угостить мужа и горцев, когда ей повстречалась одна из деревенских девчонок. Рейхе запомнила ее из-за длинной косы, прихваченной пестрыми лентами. Малышка сильно смущалась, когда не смогла сделать ей никакого подарка - остальные дети отблагодарили ее за сказки всякими безделушками и нехитрым угощением.

- Уже темно, - пожурила ее Рейхе, - не страшно по деревне в одиночку шастать?

- А чего тут бояться? - девочка улыбнулась. - Всех страшилищ повыбили давным-давно Гайке Сокол и Борбин Черный Дуб!

Затем она замолчала и, явно стесняясь, вытянула руку со сжатым кулачком.

- Вот, это тебе.

- Надо же, - Рейхе снова рассмеялась, - и что же это?

- Украшение!

На ладонь упала брошь - полированное дерево, витки железа и крохотный изумруд. Рейхе остолбенела от подобного подарка. Изумруды стоили неимоверно дорого, их практически невозможно было найти ни в одном крупом городе Гаргии, разве что где-то на океанских островах, но туда добираться год или два!

- Где ты взяла это сокровище? - прошептала Рейхе. - Надеюсь, не у матери стащила? Ох, влетит тебе за это!

Девочка пождала губы и помотала головой.

Рейхе провела пальцем по многогранному камешку, в котором то и дело вспыхивали блики от факелов, освещавших деревню. И тут произошло нечто странное. Камен внезапно стал горячим, задрожал, как студень, в следующий миг побежал водою по рукам, впитываясь в кожу и оставляя глубокие кровавые борозды на руке.

Дальше все обратилось в черную, непроглядную муть. Рейхе ощутила, что лежит не земле, в щеки и нос впились мелкие камешки. Во рту было солоно, а тело казалось наполненным кипящим оловом. Крик рвался из груди, но вместо этого раздавался лишь булькающий хрип.