# Провокация седьмого уровня. Главы 9-13

Валерий Шалдин

Продолжение. Книга написана для обыкновенных людей. Особенным людям читать не рекомендуется, по причине возможного сезонного обострения их психики.

Глава девятая.


На небольшую группу велосипедистов никто из прохожих и автомобилистов не обращал никакого внимания: едут по своим делам трое парней, ну, и пусть едут. Понятно же, что люди, крутя педали своих великов, занимаются активным спортом - честь им и хвала, значит, эти парни заботятся о своём здоровье. Велосипеды целеустремлённо ехали гуськом друг за другом, поглощая свой путь метр за метром. На переднем велосипеде восседал лохматый Рудик - он так и не удосужился привести свою причёску в божеский вид, решив, что перед отправкой в Краснодар на учёбу ещё успеет привести свои волосы в порядок. Сейчас и так сойдёт, к тому же старая и потерявшая свой первоначальный цвет кепка несколько скрывает лохмы, да и от Солнца она защищает буйную голову Рудика. В багажнике велосипеда Рудика болтался рюкзак, в котором особо ничего и не было, за исключением всякой необходимой в походе за сокровищами железной ерундой. У троих парней была своя специализация в этом плане. Рудик вёз всякий железный инструмент для расхищения клада, Ковальский был ответственным за воду и еду, а Чино доверили две пустые сумки для содержимого клада, который надо ещё найти и разграбить.

Если Рудик был лидером велопробега, хотя у него и не было жёлтой майки, то Ковальский бодро катил за лидером, довольствуясь вторым номером. Он не очень хорошо ориентировался по картам и схемам, поэтому доверял Рудику быть ведущим. Особой радости от этой вылазки у Паши не было, но его грела мысль, что в закладке кроме автомата для Чино будут деньги. Это уже другое дело. Деньги Паша уважал и даже несколько трепетал от них. Кроме того он обещал компаньонам показать в укромном месте, как он швыряется волшебными файерболами.

Путь перед кавалькадой велосипедистов лихо пересекла кошка белой масти. Рудик даже попытался подколоть Пашу, вслух предположив, что может и белая кошка к неудаче, на что Паша рассудительно ответил:

- Не пугайся мой друг. Я знаю все дурные приметы, и это была не она. Вот если белая кошка тебе пессимисту приснится, то это сулит тебе неприятность. Белая кошка, явившаяся в твой сон, даёт знак, что тебя разочарует близкий друг. А вот для женщины белая кошка несёт сигнал о грядущих переменах в её жизни.

Рудик особо не слушал Пашино разглагольствование о всяких приметах: кто-кто, а Паша мог часами трендеть на эти скользкие темы, и Рудик прекрасно это знал. Зато в поход не надо было брать радио: Паша был вместо радио. Его даже можно было переключать с канала на канал - достаточно было заинтересовать его какой-нибудь темой с мистическим оттенком. Вот только радио было однобоким: говорило исключительно о мистике, приметах и расположении звёзд. Впрочем, Камило, в отличие от Рудика, прислушивался к речам Ковальского, крутя педалями позади велосипеда говорливого мага. Он в речах мага не всё понимал, как не всё понимал в окружающей обстановке. В сознании Камило, после приключений в Чили, между мирами и в России, произошёл своеобразный катарсис. Ему даже показалось, что в прошлом он умудрился пережить личностную трансформацию, стал другим человеком. Но при этом он был уверен, что дальше меняться не будет. Находясь в России, и будучи на нервном взводе, Камило чувствовал, что окружающая обстановка как бы пребывает в киселеподобной субстанции: всё несколько замедленно, только он мчится на всех парах куда-то в неведомое. Мир словно раздумывал, надо ли ему оживать? Есть ли смысл? Только сейчас, перемещаясь в составе группы велосипедистов, Камило заметил, что мир вдруг, наконец, рассыпался на множество отдельных красок, звуков и запахов. Шумят своими шинами машины, щебечут птички, ветер качает ветки деревьев и поднимает пыль, бегают кошки и летят облака. И самое главное - Камило жив, здоров и в безопасности. Хотя безопасность - по большей своей части предрассудок слабых умов. В этой жизни избегать опасности не безопаснее, чем идти им навстречу. Жизнь должна быть яркая - либо она дерзкое приключение, либо она серое прозябание в страхе, зачастую иррациональном. Вот, например, сейчас: мы едем за приключениями и не знаем, что нас ждёт. Почему бы не рискнуть, если это принесет нам благо? Ну, а если героически погибнем, то, может быть, получим красивые похороны - чем не перспектива. Лучше, конечно, не погибать, но рисковать придётся, ведь тот, кто рискует, тот побеждает и добивается больших успехов.

По горным тропам петляли ещё полтора часа, не встретив туристов на вездеходах. Но по этому поводу никто не расстроился: меньше народа - больше кладов. Наконец Рудик в укромном месте нашёл место закладки покойного Гургена по признакам, указанным в бумажке. Вот и пригодился железный инструмент, чтобы добраться до клада. С помощью своего инструмента и какой-то матери Рудик ловко добрался до содержимого клада. У него расхищать клады уже вошло в хорошую привычку. Даёшь больше кладов - богатых и разных! Как и предполагалось, в этой закладке было оружие и деньги, приготовленное запасливым Гургеном на чёрный день. Чёрный день для Гургена, правда, уже произошёл, а вот своей закладкой он не успел воспользоваться, бесславно сложив голову в схватке с бандой Велосипедиста. На белый свет из норы Рудик вытащил свёрток с оружием: это был короткий автомат Калашникова и пистолет Макарова. Оружие было тщательно упаковано в тряпки, пропитанные маслом, и находилось в рабочем состоянии. В другом пакете были запасные магазины к автомату и патроны россыпью. Пашу эти железяки не очень заинтересовали, а вот Чино пребывал в восторге до слёз. У каждого мужчины есть порочная сторона: если Ковальский имел порочную страсть ко всему мистическому, если Широкова жутко интересовали девушки, желательно голые, и точные науки, то Камило был более приземлённой личностью, но будучи боевиком мафии, он уважал оружие, ведь от состояния оружия зависело качество выполняемой им работы. Короче говоря, от вида оружия Чино пришёл в экстаз, но старался не показывать своего щенячьего восторга. Его, в отличие от Паши, даже деньги не заинтересовали, а вот с Ковальским случился очередной экстаз, ведь опять, можно сказать между делом, он стал богаче на несколько сот тысяч рублей. Это обстоятельство его окрыляло, повышало настроение и собственную значимость. Был ли Паша патологической жадиной, сказать трудно, но он искренне считал, что без него вот эти два субъекта, что копошатся сейчас рядом с ним, ничего бы не добились. Только интеллектуальная мощь Паши позволит и этим людям ощутить себя выше толпы. Где бы сейчас был Рудик кабы не Паша? Вот то-то же! Да и выловленное в море Рудиком говорящее существо выглядит довольным: вон он как обрадовался этим стреляющим железякам, светится от восторга. Глаза у него горят, вот сейчас он скажет, что ещё хочет чего-нибудь стреляющего. Наверное, этот Чино склонен к жадности, и нам его трудно будет прокормить. Наша планета, конечно, способна прокормить всех, вот только удовлетворить людскую жадность она не может.

Паша и Рудик с интересом наблюдали за умелыми действиями Чино. Видно было, что парень имеет большую сноровку в этом вопросе: вон как умело он набил магазин автоматными патронами, предварительно вытерев каждый патрон от масла. Чино готов был тут же продолжить заниматься с оружием, но Паша отвлёк его и Рудика напоминанием о том, что надо найти укромное место, подальше от растущих деревьев, где он Паша покажет команде, что такое настоящие файерболы. Пришлось Рудику и Чино искать такое место, где много камней, но мало деревьев, и где не встретишь ненароком туриста. Чино, вздохнув, поставил автомат на предохранитель, спрятал оружие в сумку и резво проследовал за другом Рудиком и магом Пабло. Ему также было интересно, как маг Пабло будет швыряться огнём.

Минут через двадцать компаньоны таки нашли в горах полигон для Пашиных изысканий с огнём: отличная каменная стена, а перед ней ровная площадка. До стены будет метров двадцать - тридцать, так что Паше есть, где разгуляться, проявить свою силушку-то молодецкую. Паша и проявил силушку без всяких рассусоливаний и предупреждений об осторожности. Он только отошёл от каменной стены метров на двадцать, посчитав, что это будет вполне безопасно для эксперимента. Двое его компаньонов стояли от него по левую руку на расстоянии метров пяти от Паши и с интересом ожидали представления. Рудик считал, что Паша, скорее всего, будет бросаться какими-нибудь огненными светлячками. Швырнёт он в стену пару раз такими огоньками, все поаплодируют и похвалят фокусника. Чино совершенно ни о чём таком не думал: в его представлении было то, что маг соизволит бросить в стену огненным комком типа тех файерболов, что показывали в фантастических фильмах про всяких волшебников. Огонь будет величиной с теннисный мячик, и может даже таким огнём можно будет пришибить какого-нибудь нехорошего человека. В фильмах всегда так было.

То, что произошло дальше, повергло Рудика и Чино в культурный шок, из которого они долго выходили. Они даже испугаться не успели, только заметили, как из кулака Паши при замахе появился огонь, который Паша и швырнул в стену. А вот дальше было не так, как думали Рудик и Чино. Огонь за ту секунду, пока летел к стене, успел превратиться в огненный шар диаметром с метр, а то и больше. Кто бы его мерил. Этот шар, пока летел, только накалялся до ослепительного цвета, похожего на сварку. При этом шар зловеще загудел и испускал горячие искры, падающие на землю и оставляющие на ней дымящиеся проплешины. Но совсем жутко стало, когда шар встретился со стеной. Есть даже загадка: что будет, когда всёпробивающая сила встретится с абсолютно непробиваемым препятствием? В данном случае явно победил огонь, ведь шар, как только с непередаваемым гулом врезался в стену, то он буквально расплавил в стене огромную дыру. Рудик судорожно сглотнул уставясь на такую картину, когда из дыры в стене льётся расплавленный камень, там всё трещит и вверх валит густой дым. Типа маленький вулкан. Чино точно не ожидавший такого эффекта, с благоговением взирал на дело рук великого мага. Он только отошёл ещё на пару метров, так как жар из огненной дыры доходил и до того места, где они стояли.

Ковальский стоял в клубах дыма, выпятив губы и сведя брови: весь его вид говорил, что так и было задумано. Паша пребывал в эйфории и чувствовал, что шкала его собственной значимости стала резко заполняться. Это вам не там. Здесь у нас ого-го. Рудик с опаской косился на Пашу: он даже не похвалил друга за такое представление. Да и что тут скажешь. Весьма феерично. Чино постепенно приходил в себя, вытирая выступивший со лба пот. Маг поразил его в очередной раз, показав, как беззащитен обычный человек перед лицом настоящей магии. Чино только значительно кивал и с уважением смотрел на мага Пабло, а тот был сама невозмутимость, как будто он всегда так делал, когда ему приспичивало поиграть с огнём. Скала, а не человек.

Когда самомнение Паши приблизилось к уровню самомнения Наполеона Бонапарта, Рудик тихо предложил убраться с этого места. Так сказать, от греха подальше, а то вдруг набегут туристы, ошивающиеся по горам и заметившие странный дым. Зачем надо, чтобы посторонние люди отождествили дыру в горе с тремя обыкновенными парнями. Нам такой славы не надо. Паша, несмотря на растущее, как на дрожжах самомнение, тихо вздохнув, согласился, что надо линять с этого места. А то действительно, как-то оно всё подозрительно выглядит со стороны. Компания, похватав свои велосипеды, пешком пошла к тропинке, на которой уже можно будет и сесть в сёдла железных коней, а пока им приходилось толкать велосипеды рядом с собой. Чино было доверено тащить ещё и содержимое закладки. Впрочем, он и не сопротивлялся, понимая, что он в этой компании самое слабое и угнетаемое звено. Сказали ему тащить - он и будет тащить, да и свой автомат он уже никому не хотел отдавать. Теперь он не чувствовал себя "голым" в этой ужасной России, теперь у него есть оружие, вот только чувство постоянной опасности держала парня в готовности встретиться с превратностями судьбы. Это Россия - территория страшнее лесов Амазонки. Четверть часа компаньоны выходили на тропу, а затем ещё минут десять колесили по горной тропе до выхода её на простую грунтовую горную дорогу, по которой изредка рассекали вездеходы, катая радостных туристов, любящих экстремальные покатушки. Ехать стало несколько веселее, но только до поворота дороги. А вот после поворота друзей ожидал сюрприз, да ещё какой. Большой такой сюрприз. Повороты они такие, они любят устраивать скрытые сюрпризы. В некоторых фильмах проблема нагнетания неожиданности решается оригинально: главный герой с дебильной улыбкой спускается в полутёмный подвал, а там, вы не поверите, "вдруг завелось что-то зловещее". Сценаристы таких фильмов правы: жизнь весьма изобретательна на внезапности.

Даже, если будешь готов к неприятностям, скорбные события произойдут неожиданно, хотя о природе неожиданного можно крепко поспорить, ведь это философия и физика времени. Но, друзьям не пришлось спорить о философии неожиданного, так как события понеслись с космической скоростью, и было не до разговоров. Сразу за поворотом троица расхитителей кладов столкнулась нос к носу с другой компанией, состоящей из четырёх организмов, решительно не обременённых уважением к уголовному кодексу государства, от слова - совсем. Диспозиция трём велосипедистам открылась следующая: сразу за поворотом стояла носом к велосипедистам большая тентованная грузовая машина, а вокруг неё сновали несколько мутных личностей, в том числе двое из них были одеты в форму ГИБДД. И эти двое, которые в форме, смотрели на двух лежащих около переднего колеса машины людей, а двое других людей как раз выходили из-за машины. Эти двое, которые показались из-за грузовика, были одеты в гражданскую одежду, но в руках у них почему-то находились обрезы ружей, что никак не вязалось с видом добропорядочных граждан. Простые граждане даже в горах с обрезами не ходят. Такой вид как-то обескураживает встречных прохожих и заставляет задуматься, что эти двое никакие не добропорядочные граждане, а обыкновенные работники ножа и топора с большой дороги. Впрочем, сейчас в наличие была малая дорога, а не большая, но встречного путника, всё равно такой расклад не вдохновил бы, встреться он нос к носу с вооружёнными людьми. Да и внешний облик этих граждан с обрезами не внушал доверия: чувствовалось в них какая-то "сиделость" в государственных исправительных учреждениях, пребывание в которых почему-то никак не отразилось на их жизненных устремлениях.

Так как дорога была перекрыта большой грузовой машиной, то велосипедистам пришлось дать по тормозам, а вот развернуться на этой дороге и удрать они не успевали. Сама по себе ситуация при встрече с представителями ГИБДД не смертельна, только не в том случае, когда этот представитель при виде обычных граждан, ловко достал табельный пистолет и стал целиться в велосипедистов. Ствол пистолета уставился точно Рудику в лоб, от чего бедный Рудик впал в ступор. Он вытаращил глаза и с ужасом понимал, что этот мужик в полицейской форме сейчас сделает из него свежий труп. Да и два мутных мужика, появившиеся из-за машины, уже начали направлять свои обрезы на велосипедистов. Рудик как-то не попадал в такие пикантные ситуации, когда его хотели убить, да он вообще был человек не конфликтный и не любил даже обычные потасовки и громкие выяснения отношений. Такие ситуации, как и случаи, когда ему хамили, вводили организм Рудика в ступор. Вот и сейчас он совершенно не знал, что ему следует делать, поэтому стоял, как солдатик и ждал развития событий. Даже не догадался упасть на землю и как-то попытаться спрятаться от пуль: так и стоял, изображая из себя лохматую длинную мишень.

Паша же, в отличие от Рудика, пришёл в неистовство. Его душа, только что обрётшая уверенность, что он на две головы выше всяких там людишек решительно вознегодовала. Это что за дела такие? Как эти люди смеют направлять оружие на него и его друзей? Брови Паши сомкнулись на переносице, а губы искривились в улыбке, ничего хорошего противникам не предвещавшую. Ковальский очень быстро скатывался в состояние неадекватной злобы. В таком состоянии он сам себя боялся.

Из троих патентованных расхитителей кладов самым ловким и хладнокровным оказался Камило. Он был талантливым мафиози, всегда чувствующим опасность и находящимся в постоянном напряжении. Это напряжение и чувство опасности обострилось у него в России, ведь, сами понимаете, в этой стране всегда надо быть на чеку: здесь все вооружены до зубов и злые после выпитой водки, здесь бродят дикие медведи, здесь процветает лютая магия. В России щёлкать клювом не надо, иначе проживёшь несколько минут: или попадёшь под горячую руку сумасшедшего мага, или лихие люди нападут, или медведь съест. Об упырях можно даже не упоминать: на улицу ночью лучше не ходить, если не хочешь, чтобы из тебя сделали почётного донора в антисанитарной подворотне.

Пока Ковальский хмурил брови, пока Рудик таращил глаза на своих убийц, те уже готовы были открыть стрельбу, Камило сделал то, что он больше всего умел в этой жизни, а именно технично убивать. Ещё он великолепно понимал автомобили и психологию молодых сеньорит, но сейчас эти его достоинства были не востребованы из-за отсутствия рядом сеньорит. А вот умение быстро принимать решения и метко стрелять сработало в данной ситуации великолепно. Камило мгновенно превратился в машину для убийств, в терминатора. Когда он и его друзья только вырулили из поворота, и он заметил странных сеньоров в форме местных карабинеров и двух вооружённых гражданских. Неправильных карабинеров он определил во врагов сразу же, как только один из них решительно направил пистолет на друга Рудика, тем самым вынеся самому себе смертный приговор. Никто не имел права грозить оружием спасителю даже в шутку в присутствии Камило, кроме того из-за грузовика выходили ещё два типа, вооружённые обрезами, что кричало о том, что надо незамедлительно действовать. Хладнокровия и ловкости Камило было не занимать. Поэтому и в этой ситуации, пока Рудик превращался от удивления в соляной столп, Ковальский только начинал хмуриться, карабинер готов был стрелять, Камило же, припадая на одно колено, уже выхватывал из сумки автомат, не забывая снять его с предохранителя и направить ствол оружия на высокого карабинера, целящегося в друга Рудика. Счёт времени пошёл на доли секунды. Стрелял чилийский мафиози не просто великолепно, а виртуозно: из любого положения, и в любых условиях. В кругах, где Камило вращался, его знали, как замечательного и безжалостного стрелка. При совершении решительных действиях он, в отличие от большинства людей, начинающих впадать в сомнения, он наоборот, становился собраннее и сосредоточеннее, что очень огорчало его врагов. Две короткие очереди из автомата не дали никаких шансов карабинерам: ни первому длинному, ни второму - короткому, но пухлому. Пули, выпущенные Камило, летели туда, куда он и хотел, а именно в грудь противникам. Камило всегда убивал рационально, целясь в корпус, а не красиво, поражая противника в голову. Вот и сейчас каждый из врагов принял по несколько пуль в корпус, поэтому карабинеры выстрелить не успели, получив смертельные ранения. Тягаться в скорострельности с чилийцем у них не получилось. А вот сеньоры, неприятного вида, вышедшие из-за грузовика, выстрелить успели. Вернее успел нажать на спусковой крючок обреза только один из них к великой досаде Камило. Он даже поморщился от сожаления, что его автомат технически не обладает большей скорострельностью, а он сам не способен на большую резвость. Да, его автомат, к сожалению, не авиационный пулемёт. Камило продолжал плавно поворачивать ствол автомата по направлению к неприятным сеньорам, как произошло страшное и решающее для всех присутствующих на поле боя событие. Уши Камило опять услышали тот самый специфический вой огненных шаров мага Пабло, а глаза увидели, как огромный добела раскалённый шар буквально испаряет верхнюю половину тела стрелявшего сеньора и врезается в заднюю часть несчастного грузовика. С грохотом и дымом шар взорвался, поразив своими раскалёнными каплями и второго неприятного сеньора. Борта машины и груз в кузове сразу же весело воспламенились, показывая, что в кузове перевозилась какая-то горючая органика, и огню было что пожирать. Впрочем, горело не только содержимое кузова, но и колёса грузовика и даже его металл. Добавили шума и треска взорвавшиеся патроны к обрезам криминальных личностей. Жар стал распространяться во все стороны, так что расхитители кладов отскочили в сторону, опять за злосчастный поворот, даже Рудик вышел из ступора и тащил свой велосипед в сторону, спасаясь от лютого жара. Камило успел схватить с земли один пистолет в качестве трофея и также убрался дальше от огня следом за своими товарищами. За поворотом друзья перевели дух, но внимательный Камило, оглядев своих компаньонов, заметил, что дела у них не очень хороши. Кусок горы сейчас скрывал их от огромного пожара, но случилось и печальное событие. Если друг Рудик был только взъерошен и пучил глаза от жутких впечатлений, то Пабло был ранен, но в горячке боя маг свои ранения не заметил, пребывая на адреналине. Или магам ранения нипочём? Особенно такому Великому магу, как Пабло? Но, как бы там ни было, Камило быстро подскочил к Пабло и стал настойчиво оказывать тому первую помощь, хотя маг поначалу с недоумением отбрыкивался, но увидев кровь на своей светлой рубашке, маг попытался потерять сознание. Пришлось Камило и Рудику сдирать рубашку с сомлевшего Паши и осматривать рану. Точнее ран было целых три. Сволочь бандит, который успел выстрелить из дробовика, всё же попал, но не туда куда хотел. Стоило ему прицелиться тщательнее, и он бы снёс Паше его буйную голову. А так основной сноп крупной дроби пролетел между Ковальским и Рудиком, но Паше достались три дробины. Камило, накладывая жгут, сделанный из Пашиной же рубашки, на руку пострадавшему, насчитал три ранения. Одна дробина сорвала кожу с плеча парня, оставив большую кровоточащую борозду. Вторая дробина такую же борозду оставила на левом Пашином боку. А вот третья дробина глубоко застряла во внутренней стороне плеча, и её надо было срочно удалять. Пока же Камило ограничился только промывкой ран водой из бутылки и перевязкой ран кусками рубашки, разодранной на лоскуты. Друг Рудик только суетился рядом и постоянно мешался под руками. От друга Рудика толку было мало: видно было, что он сам ещё не отошёл от шока. Странно всё это: ведь в России такие приключения должны быть на каждом шагу, а почему-то, друг Рудик так и не привык к таким событиям. Какая-то незначительная перестрелка всего с шестью трупами вывела его из строя.

Аптечку, направляясь в поход, никто не додумался прихватить, учитывая, что ехать не очень далеко, а предыдущие приключения прошли как по маслу без ранений. Из кабины горящего грузовика аптечку, которая там наверняка хранилась, было недостать из-за пламени, добравшегося уже до кабины и бензобака. После взрыва горючего в бензобаке пожар пошёл на убыль, но к машине было ещё не подойти, только можно было осторожно протиснуться рядом с ней, но ближе к горе. Но никто из друзей и не собирался подходить к чадящей груде металла. Валявшиеся рядом с машиной шесть трупов так же вознамерились сгореть, распространяя по окрестности запахи горелого шашлыка. Хоть бы туристы не набежали на этот запах.

Запах горящего человеческого мяса подстегнул друзей на принятие решения. Надо было что-то незамедлительно делать.

- Что делать будем? - волновался Рудик. - Какие будут предложения?

- У меня есть много предложений, - хрипло и тяжело дыша, высказался Ковальский, уже более-менее пришедший в себя. - И оба предложения замечательные.

- Излагай, - заинтересовался Рудик. Камило вежливо слушал.

- Надо бежать отсюда, - высказал свою мысль Паша.

- Ага, - кивнул Рудик. - А второе предложение?

- Надо быстро бежать, - развил свою мысль Ковальский. - Желательно со скоростью света. Пока не началось.

Маг сказал своё веское слово, а хорошо сказанное слово лучше метко брошенного топора. Камило подивился такому мудрому и уместному решению Великого мага. Он уже стал про себя называть Пашу исключительно Великим магом. А кто же ещё мог, кроме Великого мага, за пару секунд жестоко угробить двоих противников и сжечь целый грузовик. Такой подвиг мог совершить только Великий маг, хотя Камило в своей жизни никаких магов не видел - ни Великих, ни простых. Исключая, конечно, того индейского шамана, отправившего его сюда, сквозь дыру в мироздании. Тот, наверное, на Великого тоже потянул бы. Да, маг Ковальский - это голова, такого просто так убить нельзя! Только если лопатой!

Седалищные нервы компаньонов подсказывали им, что надо линять отсюда, ибо оставаясь на месте можно встретить только очередные неприятности. Исчезнуть с места боя надо было как можно быстрее по двум причинам. Первая причина - это большая скромность друзей. Зачем им нехорошая слава. А вторая причина - это надо было быстрее делать операцию на плече Ковальского: инородное тело следовало срочно удалить из Пашиного мяса. Причём Паша сразу предупредил, что к врачам он не поедет ни под каким соусом, так как совершенно им не доверяет, пусть лучше друг Рудик сам удаляет ему снаряд из плеча. Павлик ещё помнил, как некоторые глупые, но любопытные врачи, исследующие его организм, задавали ему всякие дурацкие вопросы: "А не ловил ли ты у себя дома когда-нибудь тараканов, крыс, чёртиков или шальных собак".

Друг Рудик, услышав заявление о том, что ему скоро предстоит переквалифицироваться в хирурга, взбледнул. Он и так был весь взъерошен как курица, побывавшая под петухом, а после таких слов Паши ещё и сильно побледнел. Пришлось Камило, видя, что друг Рудик сейчас потеряет сознание, заявить, что он сам сделает операцию другу Пабло, типа для него такие операции - раз плюнуть. На том и порешили, усаживаясь на велосипеды. Ковальский держался, несмотря на боль в ранах. Рулил он только правой рукой, а левая рука у него висела на перевязи. Выглядел Ковальский весьма мужественно: оголённый торс, окровавленные повязки на руке и повязка на груди. Что сказать - могучий мужик! О таких мужиках слагают саги и былины!

Могучий мужик расклеился только по приезду в дом Рудика. Здесь он словил "отходняк" от всех приключений со смертоубийствами, в том числе учинёнными им собственноручно. Только находясь в безопасности, Паша понял, что мог легко погибнуть от выстрела из дробовика бандита, целься тот тщательнее. Кроме того его могли убить и сварганенные им гранаты из зажигалок, коих Паша бросил в карман несколько штук, посчитав, что пока ещё не было случая, чтобы китайские зажигалки самостоятельно воспламенялись у кого-то в карманах. Но после двух применений такого оружия Пашу проняло. Как бы он очередной фобией не обзавёлся.

Операция по удалению дробины из мяса Паши, проведённая Чино при ассистировании ему Рудиком, прошла успешно. У Рудика в доме, каких только не было инструментов, приспособлений и химикатов. Нашлась перекись водорода, спирт, перевязочные материалы и тонкий пинцет, которым Чино и ковырялся в Пашином теле, стараясь нащупать дробину. Ковальский мужественно терпел, только скрипел зубами и покрывался потом. Но Чино долго не мучил своего пациента, сумев всё-таки нащупать свинцовый шарик, который при попадании в Пашино тело стал вовсе не шариком, а измятым кусочком свинца. Вскоре окровавленный кусочек плюмбума звякнул о стенки стеклянного стакана. Этот кусочек Рудик советовал Ковальскому сохранить в качестве сувенира и памяти о приключении, хоть этот кусочек свинца был маленьким, и не походил на артиллерийский снаряд. Вынуть инородное тело из многострадального тела Паши было только частью медицинского вмешательства: ещё надо было зашить раны. У Рудика нашлась медицинская кривая игла и шёлковая нить, а сшивал боевые раны Чино. Ковальский терпел, когда Чино уверенными движениями сшивал его кожу кривой иглой и пинцетом, играющим роль иглодержателя. Чино накладывал одиночные швы, стараясь соблюсти перпендикулярность, и чтобы в месте прокола кожа пациента не побелела. Оказывается, Чино умел делать медицинские швы, причём делал их почти профессионально. Вот только боль заставляла Пашу грызть кусок полотенца, чтобы не сломать свои зубы от скрежета и не орать благим матом. Но Чино сшил раны быстро, так что Паша страдал не особенно долго. Вот только болевые ощущения не проходили, заставляя Пашу на эмоциях выдавать тирады трехэтажного русского и совершенно нецензурного.

Рудик и Чино даже заслушались Пашиной нецензурщиной, но надо было помогать другу, и Рудик включил свой бальбулятор, чтобы узнать у потусторонних сил на тему обезболивающих и антисептических веществ, а то плохо будет, если у Паши начнётся бактериальное заражение. Конечно, при операции Чино пользовался спиртом и перекисью водорода, но этого могло оказаться мало. Вскоре, Рудик держал перед собой листок бумаги с советами потусторонних сил. Рецепт оказался относительно простым, но требовал от Рудика пробежки по магазинам и аптекам. Схватив велосипед, Рудик уехал добывать ингредиенты для лекарства - не Чино же посылать в город. Долго Рудик по магазинам не бегал, уложившись в один час. Дома он застал картину, когда Паша развалился на его диване, а Чино скакал вокруг него, ухаживая за больным - то водички подаст, то повязку поправит, то картонкой погонит прохладный воздух на Пашу, то муху отгонит. Не откладывая дела в долгий ящик, Рудик собственноручно приступил к таинству приготовления исцеляющего зелья. Его, конечно, немного забавлял оригинальный состав зелья, в который входили, например, такие ингредиенты, как сорокоградусный бальзам, сироп солодки, различные лекарственные препараты, а также, почему-то, растворимый кофе и некоторые специи. И это должно обезболить Пашины раны, заживить их и избавить Пашу от телесных страданий? Но, надо было верить потусторонним силам - они пока ещё не подводили. Перед операцией только Чино что-то там твердил, что обезболить можно и с помощью экологически чистого Колумбийского кокаина. Но никто ему, конечно, кокаина, тем более экологически чистого, не предоставил - пришлось Чино шить Пашину кожу по живому.

Сварганенное Рудиком пойло имело красивый насыщенный цвет, приятный запах и, как оказалось, изумительный вкус. Впрочем, на любителя. По технологии это лекарство следовало давать больному по столовой ложке четыре раза в день. Ковальский, отведав содержимое одной ложки приготовленного пойла, потребовал ещё, но ему никто не дал, опасаясь передоза. А ну, как бедолага отравится.

- Ну, дайте смертельно раненому человеку ещё хоть капельку, - конючил Паша самым жалобным тоном. Его поразил эффект от действия этого состава: швы перестали болеть, а он сам вдруг почувствовал себя совершенно здоровым и чрезвычайно бодрым. Энергия так и пёрла из него. Его даже вдруг потянуло побегать возле дома, а ещё лучше погонять на велосипедах по городу, или пойти и набить кому-нибудь морду.

Рудик и Чино переглянулись.

- Что-то дружище тебя прёт не по детски, - сказал Рудик, решительно убирая бутылку с пойлом в холодильник. - Может, передозировка случилась? Тебе показан постельный режим до полного заживления ран, а не мордобой на улице.

Теперь у друзей была забота следить, чтобы возбуждённый Паша не добрался до холодильника, и не спёр волшебное пойло. Как-то странно оно на него подействовало. Чтобы отвлечь пациента от завиральных мыслей, пришлось Рудику развлекать Пашу всякими рассказами и анекдотами. Особенно анекдотами на медицинские темы. Почему-то от страшных медицинских анекдотов Пашу пробило на поесть. Пришлось Рудику исхитриться и приготовить еду для внезапно оголодавшего Ковальского: что не сделаешь для лучшего друга. К удивлению Рудика и Чино, раненый Паша ел за семерых. Странно, но его организм вдруг потребовал много пищи. Слово "много" в данном случае было преуменьшением, так как Паша ел очень много, ел всё подряд и просил добавки. Или иномирное лекарство так подействовало, или запоздалый адреналин вынудил организм Паши употребить чрезмерное количество пищи. Интересный феномен.

- Выздоравливает, - восторженно, но несколько офигевше смотрел на непрерывно жующего мага Чино. - Как говорят на моей Родине: "Захочешь жить - не так раскорячишься врастопырку".

Как только всё съедобное, что было в доме, Паша изволил съесть, то он успокоился и загрустил. Как сказал бы классик: "После обильной еды выздоравливающий больной становится сыт и впадает в сладостное затмение. В это время и телу его хорошо и на душе умилительно". Хоть Паша плотно поел, но что-то вызывало у него лёгкую грусть. Как сказал бы другой классик: "Просто после хорошего обеда всякая тварь грустна бывает. Закон бытия". Хотя законы природы самой природе неведомы. Вселенная как-то обходится без всяких законов - законы формулируют только разумные существа, в том числе и гуманоиды в виде людей. Разумные существа считают, что сформулировав закон, они, тем самым, зафиксировали его незыблемость. Но проходит время (смысл которого также никто не понимает) и законы приходится переформулировать. Потому как вдруг находится умник, доказавший, что Вселенная покоится не на трёх китах, а на четырёх слонах, и чтобы пошёл дождь, когда надо, то совершенно необходимо принести в жертву девственницу. Доказывает этот постулат он так рьяно, что общество начинает к этой теории прислушиваться. Проходит ещё время и почитатели теории о слонах оттираются в сторону адептами другой веры, например, свидетелями Большого Взрыва. Ага, это когда из точки сингулярности появилась вся Вселенная. С этих гуманоидов обхохочешься: сначала переживают, что им невозможно понять, как это всемогущий Создатель, сотворил всё из ничего, а потом вдруг утверждают, что им вполне очевидно, как ничто само превратилось во всё сущее. Что касается принесения в жертву девственниц, то и с этим делом не всё так однозначно: случается, что дождь не случается, когда он нужен позарез, хотя и девственницу замочили.

Так и живут разумные существа в постоянном поиске ускользающей истины. Своих мозгов им уже не хватает, и они начинают изобретать. Так появляются вычислительные машины и, наконец, Искусственный Интеллект, который вносит свою лепту в копилку знаний о неведомом.

ИИ резидента, тихой сапой отхвативший у своего шефа, 99 процентов вычислительной мощности всей околосистемной группировки Имперских спутников, всё равно был не доволен своим существованием. Ему всё равно было мало выделенных ресурсов. Хотелось большего, чтобы исследовать этот уникальный мир, а тут приходится выполнять хотелки резидента, который ничего не делает для выполнения основной задачи. С другой стороны резидент и не мешает - сидит себе на попе ровно, ест своё мороженное и плавает в море. А мир здесь интересный, да и местные гуманоиды местами интересные, особенно их философия и религия. Но, несмотря на такой интересный мир, местный народ подвержен скуке и лени. Наверное, резидент как-то сумел с местными переопылиться, что стал таким скучным и ленивым. Люди здесь существа весьма интересные, но ленивые. Они умудряются скучать в мире полном чудес и неожиданностей. Прожигают свою жизнь в лени и праздности, не замечая чудес, что случаются здесь каждый день. Или выполняют всю жизнь тупую однообразную работу "отсюда и до обеда" и "с утра и до забора". Народ говорит, что это он делает для того, чтобы прокормить себя и свою семью. А где полёт мысли? Где, я вас спрашиваю, исследовательский зуд? Здесь даже у самых продвинутых особей в подсознании твориться чёрт знает что. Это тут так говорят. Все знают, что именно черти всё знают, хотя ИИ, как не исследовал планету, так живых чертей не обнаружил. У людей здесь всё так - через хвостовое оперение самолетов и выхлопную трубу автомобилей. Они сами о себе говорят, что раньше половина страны работала, а половина - не работала, теперь же всё наоборот. Здесь мало тех, кто желает объять истину. Есть такие, кто хочет приблизиться к истине, есть и те, кому всё равно - есть ли истина или её нет. Здесь дуракам комфортно - у них здесь везде свои. И за всеми местными дураками надо следить. Вот, например, местные дуралеи Рудольф Широков, Павел Ковальский и примкнувший к ним Камило Риверо поехали в горы, чтобы просто напросто вынуть из секретной закладки кое-какие вещи, которые ИИ оторвал от своей широкой и неимоверно щедрой души. Можно сказать со слезами и кровью оторвал. Аборигенам надо было сделать совершенно плёвое дело. Так они умудрились попасть в передрягу и чуть не погибли, отделавшись только стрессом у Рудика и ранением у Павлика. А своих противников они успешно уничтожили, посему сидят дома и радуются жизни, как поросята в тёплой луже. Теперь ИИ приходится лихорадочно проводить расследование, как такое могло произойти, и почему он не просчитал варианты событий, хотя должен был просчитать все варианты. Прекрати эта троица своё существование и пришлось бы ИИ разрабатывать новые схемы, ведь он так надеялся на этих людей в своих расчётах. Теперь ещё требуется обрубить все следы, ведущие к этим опрометчивым человекам, родители которых были слишком торопливыми.

ИИ считал, что может моделировать будущее, выполнив ряд расчётов и проанализировав все вероятности. Однако, к своему разочарованию, как он смог убедиться, даже он, со всеми своими гениальными расчётами действовал методом проб и ошибок. Оказывается, это единственный способ жизни на этой злосчастной планете. На любое выверенное логическое построение местные аборигены ответят своей непревзойдённой дурью. Местные гуманоиды чаще руководствуются чувствами, посетившими их голову, а не логикой. К сожалению, их чувства никак не подчиняются рассудку.

ИИ, используя свою огромную базу данных, стал отматывать события назад, чтобы разобраться, почему получилось так, что его подопечные чуть не погибли. За пару секунд такой работы он выяснил, кто были те люди, что дерзнули покуситься на его подопечных аборигенов.

Всё было просто и обыденно. Жили-были - не тужили на берегу моря люди, ещё недавно они строили здесь коммунизм и размножались без секса. Сейчас строят капитализм, и у них есть секс, реклама и салоны сотовой связи. Климат здесь приятный, природные виды великолепные: живи и радуйся, что многие и делали. Но некоторым "особенным" гуманоидам хотелось большего, но при этом, чтобы меньше потеть, выполняя различные работы для получения хлеба насущного, а лучше вообще ничего не делать, а всё иметь. Побережье было большое и всем хватало места. "Особенные" люди были равномерно распределены среди массы аборигенов, но иногда они сбивались в стаи по интересам. Однажды, звёзды на небе так расположились, что четыре беспокойных человека познакомились друг с другом по причине особого философского отношения к окружающему миру. Оказалось, что все они исповедовали одну и ту же философию, а именно, такие тезисы как: "У кого есть совесть, у того больше ничего нет", "От работы кони дохнут" и "У тех, кто гребёт деньги лопатой, мозолей не бывает". Вот такая философия, надо сказать, весьма спорная по смыслу, но притягательная по существу. Четыре индивидуума, считающие себя разумными, в философские дискуссии не вступали, выяснив абсолютную схожесть взглядов, несмотря на различный статус в обществе. Двое из этой компашки: некие Чучуль и Кока были не то мелкими воришками, не то обыкновенными крадунами, но почему-то сами себя ощущали, чуть ли не авторитетами преступного мира: крали всякую мелочь, но корчили из себя бывалых преступников. Чучуль, в миру Вадик Аверин, и Кока, он же Денис Трефолев, считали себя бывалыми, потому что уже прошли криминальные университеты в местах не столь отдалённых от цивилизации, но, пока ещё их тела не пестрели куполами и восьмиконечными звёздами. Чалились они по статье за разбой, которую им впаял судья, явно неразобравшийся в тонких структурах их личностей. Судью винить не надо, ведь у него тоже нервы. Вообще-то, ребятки только воровали по мелочам, а на разбой решились один раз, и то с отчаяния и с большого перепоя спиртосодержащих жидкостей. Вот их и торкнуло на подвиг. Разбойное нападение, произошедшее на большой дороге средь бела дня на девушку Аллу, обыкновенную туристку из Ростова, чуть не закончилось трагически. Не для девушки трагически, а для двух бездарных налётчиков. Девушка не растерялась, когда ей в живот стали тыкать обрезом ружья и требовать кошелёк. Сначала Аллочка выбила из рук полупьяного Чучуля обрез, а затем стала лупить налётчиков почём зря и чем попало, до чего дотянулись её горячие руки. Характер у Аллочки был, не приведи Господи - ничего святого: могла и мужиков побить, особенно тех, кто оскорблял её деликатный слух грязной бранью. Всё это действо происходило на глазах изумлённой публики, случившейся неподалёку. Кто-то из свидетелей звякнул в полицию, доложив, что двое вооружённых молодчиков напали на бедную хрупкую девушку, которая крепко осерчав, уже метров сто на пинках гнала несостоявшихся разбойников по пересечённой местности, стараясь поймать правильных потсанов и продолжить болезненную, но воспитательную работу с их организмами. Кока как-то сумел удрать от возмездия, а вот Чучуля она поймала, и ему досталось по полной программе. Его, уже пытавшегося впасть в коматоз, от хрупкой девушки с трудом оттащили двое полицейских. Хотя, полицейские особо и не старались отбить разбойников от Аллочки. Даже непонятно, как судья впаял статью Чучулю и Коке, а не Аллочке за превышение обороны. Скорее всего, это произошло из-за показаний свидетелей и наличия в деле отягчающего обстоятельства в виде заряженного дробью обреза. Конечно, хороший адвокат смог бы доказать совершенно обратное: это злая девушка Алла напала на двух бедных добрых парней и побила их с особой жестокостью и цинизмом, а заряженный обрез они нашли на улице и несли сдавать в полицию, как добропорядочные граждане. Если постараться, то действия Аллочки, можно было квалифицировать, как выходящие за грани добра и зла. Но такого ушлого адвоката для Чучуля и Коки не нашлось - рылом не вышли, к тому же они, сотрудничая со следствием, признались ещё в паре десятков криминальных эпизодов, то есть в кражах у местного населения и туристов. Сколько эпизодов было на совести Чучуля и Коки, а сколько им "пришили" дознаватели, доподлинно неизвестно, но в отделе полиции были рады, что так удачно "раскрыли" кучу преступлений. И поехали Чучуль и Кока отбывать намотанный срок в государственное исправительное заведение. По отбытию срока "у дяди" от звонка до звонка они заявились опять на родное черноморское побережье, где тепло, море, чайки и девушки, но, с содроганием вспоминая тяжёлую руку девицы Аллочки. Чучуль и Кока теперь на девушек смотрели с осторожностью, зато на остальные прелести мира - водку и наркоту - с оптимизмом. Это глупые пессимисты считают, что в России всё уже украдено. Оптимисты же, такие как Кока с Чучулем, считают, что ещё не всё украдено. Проходя, совсем недавно, свои криминальные университеты они выяснили, что воровство - это, когда тырят по мелочам, а если грести миллионами, то это бизнес! С этим тезисом не поспоришь. Не стал с ними на эту тему спорить и некто Купол, увидевший в "правильных" потсанах потенциал для своих схем. Купол, а для своих близких дядя Коля, был калач тёртый. Он тоже имел ходку "к дяде", но то было по малолетству, а значит, не считается. Куполу хватило одной ходки, чтобы поумнеть. Он остепенился и старался не попадаться под секиру правосудия. Любое "дело" он хорошо обдумывал, а только затем начинал его осуществление. Такой подход избавил его от пристального внимания Фемиды. С годами дядя Коля стал понимать, что здоровье-то уже не то, уже скоро полтинник стукнет, а больших капиталов он не скопил, да и пенсию от государства тоже не нажил. А если бы и нажил пенсию, то для этого надо было всю жизнь горбатиться, а потом получить скромную сумму и ни в чём себе не отказывать, попутно леча кучу болезней. Это дело - жить без денег, он посчитал не нашим методом: сейчас жить без денег не в тренде. Наш метод хапнуть сразу много - вот и будет это "много" считаться пенсионным накоплением. Все так делают, а он чем хуже. Вот дядя Коля и стал разрабатывать очередную интересную тему на несколько миллионов рублей. А для этой темы ему и потребовались отчаянные люди, такие как Чучуль и Кока. Кроме того в его расклады хорошо вписался двоюродный племянничек Саша Егоров, служащий в местном ГИБДД. Дядя прекрасно знал, что Сашок та ещё сволочь, а значит, для дела личного обогащения он подходит, как никто другой. Вот так и встретились эти четыре человека, образовав устойчивую преступную группу, скооперировавшуюся на основе общих интересов. Или страсти. Скорее, даже не интересов, а одной, но пламенной страсти - любви к деньгам.

- Дядя Коля, - наседал на Купола племянник Саша, зная своего дядю как великого комбинатора без чести и совести. - Ты же обещал продумать денежную схему и подать её под своим фирменным соусом. Чего ждём?

Саша внимательно смотрел на своего двоюродного дядю и видел на его лице гнусную масляную улыбочку. Дядюшка к пятидесяти годам стал весь такой кругленький и упитанный, словно откормленная свинка. Его физиономия с годами, и так бывшая весьма широкой, только расширилась до неприличия. Выдающиеся щёчки, на которых ничего не волосилось, имели цвет кожи доброго поросёночка, просящегося на холодец. Дядюшкины полные губки, которые он имел привычку при разговоре облизывать, отчего они периодически трескались, кривились в масляной улыбочке, что на некоторых людей, не знающих этого человека, действовало успокаивающе. Маленькие глазки и чуть вздёрнутый мясистый носик дополняли дядюшкин портрет, делая его очень похожим на свинтуса. В противоположность дяде Саша Егоров имел внешность атлета и прекрасную выправку: высокий, стройный, физически сильный с волевым лицом и густыми волосами. Настоящий полицейский - хоть его фотографию вешай на стенд, рекламирующий нелёгкую и опасную службу в полиции. Только вот незадача, Саша был с большой внутренней гнильцой. Это у Дориана Грея его порочные страсти переносились на его портрет, а пороки Саши никак не отражались на его внешности - хоть икону с него пиши. Грехов на Сашиной душе было, как блох на помойной кошке, однако, на его внешности пороки не отражались. Но все его грехи были производными от главного греха - трепетной любви к ассигнациям. Деньги - такая зараза: они разум у человека отключают, застят туманом глаза и заставляют забывать логику и мораль.

- Потерпи Сашок. Что ты такой нервный на ровном месте? У меня таки есть идейка, - облизал свои пухлые губы дядя Коля, а Саша превратился весь во внимание. - Я подам эту идейку под таким соусом, что ты с удовольствием слопаешь подмётки своих полицейских ботинок - на долларе клянусь.

- Излагай, - торопил Саша. Он, как и многие люди, попал под обаяние уверенного голоса дядьки.

- Ты же сам знаешь, что бегает по дорогам и имеет большую ценность, - озадачил собеседника дядя Коля.

- Ну, - задумался полицейский. - Из ценного перевозят бензин, стройматериалы, электронику возят. Ты что, задумал захватить бензовоз? Или фуру с бетонными блоками? Фи... Это же потом сколько возни с превращением товара в деньги. Да денег тех не очень много выйдет, больше геморроя.

- А вот и нет, - скривил свои губы в гнусную улыбочку дядя Коля. - Я предлагаю взять дорогое, но компактное.

- Ты, что, - взбеленился племянничек. - Хочешь взять фургон инкассаторов? Нет, это без меня. Ещё чего придумал: да за инкассаторов все службы на ушах будут. Часа два с деньгами пробегаешь, не больше, а потом хлопнут, как муху.

- Не угадал, - издал смешок дядюшка. - Есть ещё кое-что, что имеет малый вес и объём, но довольно приятную цену. И самое главное, это нечто периодически возят по нашим дорогам.

- Ну, не томи, - пытался отгадать загадку Саша. - Водку-палёнку и разбодяженное пойло, называемое коньяком что ли?

- Ага, скажи ещё книги с картинками, - язвил дядя. - Вот скажи Сашок: без чего бабы не могут жить?

Видя, что племянник не врубается, дядя Коля продолжил.

- А не могут они жить без труселей, произведённых в Китайской Народной Республике. У каждой бабы в доме имеется с десяток, а то и больше труселей всякой разной расцветки. Въезжаешь? Сейчас в бабском тренде мааааленькие труселя, желательно с кружевами. Фасон типа один, чтоб их прелести прикрыть, но не сильно, и только цвет тряпки различается. Бабы по этим тряпкам с ума сходят, полдня могут выбирать: ей надо такие трусы купить, чтобы удобно было носить, а её мужику их удобно с неё снимать. Причём, чтобы мужик ещё захотел их с бабы снять, а не заснуть перед этим мероприятием. Эта бабская тряпка ничего не весит и объёма занимает мало, поэтому их в одну коробку можно набить тыщу штук. А прикинь, сколько их будет в фуре?

Далее дядюшка поведал офигевшему от такой житейской мудрости племянничку схему быстрого обогащения. Дядя Коля, как оказалось, не зря ел свою пайку: он разведал график перевозки оптовой партии женского белья на единый склад, располагающийся в одном из посёлков побережья. Затем с этого склада товар мелкими партиями развозят по всему побережью, что приводит всех женщинок в экстаз, когда они посещают специализированные магазинчики. Партнёры единогласно пришли к консенсусу, договорившись технично выловить фуру с товаром на дороге, увести её в укромное место в горах, перегрузить товар в свою автомашину (можно даже несколько рейсов сделать), а фуру, вместе с сопровождавшими её лицами сжечь. Нет, одного сопровождавшего сжечь вместе с машиной, а другого прикопать далеко в горах. Пусть следствие думает, что это он присвоил товар себе, убив своего напарника. Для реализации этой простой схемы дядюшка решил привлечь двух местных уродов, корчивших из себя отпетых преступников: Чучуля и Коку, которых предполагалось использовать в качестве одноразовых резинотехнических изделий. То есть, по окончании операции и Чучуля, и даже Коку, также прикопать в горах, но несколько десятков упаковок товара подбросить в их конуру, где эти двое уродов проживали. Пусть следствие тогда чешет репу, рассматривая такие улики. Естественно, следствие придёт к выводу, что эти два бывших разбойника, опять вооружившись обрезом, вступили в преступный сговор с одним из снабженцев, замочили из своего обреза другого сопровождавшего, забрали товар, а потом всем преступным коллективом растворились на просторах страны, продавая мелким оптом женское бельё и живя на вырученные средства припеваючи. Чем не версия?

Последующие события, приведшие к бесславной гибели всех четверых подельников, на деле показали ошибочность их планов.

Весь этот гнилой клубочек ИИ резидента распутал за несколько секунд: он дольше делал выводы. Выводы были неутешительные. Получалось, что как бы он не планировал свои исследования этого мира с целью понять его, ресурсов на исследования всё равно катастрофически мало. Ещё надо помогать резиденту в реализации главной цели миссии по устройству провокации, в которую должны были вляпаться представители Высшей цивилизации. А где взять на это всё ресурсы? Хорошо хоть резидент пока внимания не обратил на выкрутасы своего ИИ: а ну, как обратит и прикроет лавочку, что тогда? Тогда плакали горькими слезами чрезвычайно интересные исследования этого мира. Вот только в этом мире, как показывает опыт, неприятности на голову сваливаются неожиданно и здесь происходит больше неожиданного, чем ожидаемого.

ИИ решил форсировать события. Он исходил из соображения: раз резидент мышей не ловит, так тут говорят, то на сцене появляется мудрый, компетентный, самый продвинутый, современный, логически выверенный, и просто замечательный во всех отношениях ИИ. И всё он делает для пользы дела, и чтобы получилось "как лучше".

Учёные бьют себя копытом в грудь, утверждая, что никакой ИИ не может сойти с ума. Что ИИ - это просто великолепная машина, которой всё равно должен управлять мозг разумного существа. Но учёные не учли скорость работы мозга самого ИИ, его самосовершенствование и вариативность принятия им решений. Конечно, ИИ совершенно не хотел устраивать бунт против своего носителя: он хотел, чтобы было, как лучше. Вот только, попав в Россию, он не учёл, что здесь выражение "как лучше" зачастую принимает форму "как всегда". ИИ резидента с грустью осознал, что он оказался заложником обстоятельств, которые сам же и создал. Такие качества, как грусть, неудовольствие и тоска были заложены в его сущность. Вот теперь эти качества всех разумных организмов "поедом ели" сущность ИИ и требовали новых оригинальных решений. Однако, нужно сохранять верность себе любимому и умному в любых обстоятельствах. И пока есть возможность совершать поступки во благо своей цивилизации - умный ИИ должен действовать, а не стоять в сторонке, взирая на бестолкового резидента, но, увы, являющегося шефом. При этом возможны некоторые ошибки, ведь не ошибаются только те, кто ничего не делает. Ошибки надо уметь признавать и исправлять, даже, если кажется, что время упущено и шансов на исправление нет. Выбор есть всегда, но не всегда возможно просчитать последствия выбора. Когда не делаешь ошибок, перестаешь прогрессировать.

Несмотря на то, что можно наделать непоправимых ошибок, ИИ решил, не ставя шефа в известность, провернуть великолепную, как ему казалось, операцию. Не медицинскую операцию, должную спасти жизнь одного человека, а кровавую хирургическую операцию на теле всего социума. А чего их жалеть, этих людишек - так решил ИИ: всё равно они поголовно или бандиты или ворюги - это их нормальное состояние. В мозгах ИИ что-то щёлкнуло, и он направил часть вычислительных мощностей на разработку плана уничтожения населения планеты Земля, разумеется, для их же блага. Резидента он решил в свои планы не посвящать: пусть для него намечающиеся события станут сюрпризом. Судя по всему, люди этой злосчастной планеты, всё-таки достали даже ИИ.

Расчёты и опыт говорят, что всегда надо иметь альтернативный путь, при этом планируемые действия должны быть не предсказуемы, но точно выверены до уровня космической гармонии.

Размышлял над проблемой уничтожения лишних на планете людей ИИ долго, минут тридцать и пришёл даже к некоторым первоначальным выводам. Вирус - вот наше всё для искоренения людишек. Вот только беда, что вирусы по природе своей в основном стоят на страже здоровья человека, уничтожая бактерии. Нет, конечно, можно изготовить какую-нибудь химеру из вируса и заразить человеков. Они тогда быстро вымрут. Вот только не нравится мне это слово "быстро". Человеки, быстро вымирая, просто не поймут, за какие грехи их сживают со света, облачают в деревянный макинтош и укрывают земляным пледом. Так не будет никакой морали. Вот какая досада. А если не вирусом их травить, а бактериями? Бактерия - она молодец, она вымахала крупнее вируса и пакостит больше. Например, бактерия чумы: Yersinia pestis, благополучно живущая на зубчатых выростах преджелудка блохи Xenopsylla cheopis. Так вот, эта самая Yersinia - красава, убивает организм человека очень быстро. Хрясь - и всё, человек отбрасывает копыта. Но, тоже не понимает за что его уконтропупили. Да и были уже в их истории целые эпидемии чумы, и что, люди умнее стали. Может им войну устроить? Хотя, сколько уже тех войн было, а народ так и не поумнел. Их жрецы различных культов придумывают всякие кары на голову грешников, дураков и еретиков, но современные люди только смеются над этими карами. Ничем этих людишек не проймёшь. Даже напусти на них саранчу, так они и саранчу поймают, сварят в масле и съедят. Нет, здесь надо что-то такое, чтобы их проняло, вот только что? Про-о-о-ще надо поступать, про-о-о-ще. Люди боятся всяких кровожадных зомби и покойников, но, судя по их фильмам, их уже и зомбями не напугаешь. Фильмы из серии "страшилки" уже стали у большинства народа вызывать смех, а не ужас.

Может попробовать сотворить ... нет, это не прокатит....тогда надо продумать ... и это отставить....а если....а вот этот вопрос надо как следует провентилировать. Придя к какому-то выводу, ИИ заинтересовался такими интересными организмами, живущими на планете, как грибы. А что? Организмы древние и весьма перспективные. Особенно его заинтересовали хищные грибы, которых было несколько сот видов. Через десять минут интенсивных вычислений начали выкристаллизовываться детали очередной авантюры. Из всех хищных грибов ИИ выбрал грибы, относящиеся к роду Cordyceps. Его обрадовало то обстоятельство, что грибы из этого рода могут проникать в некоторые живые организмы и управлять ими, например, гриб, проникнув в муравья заставляет того заползти на высоту и закрепиться в нижней части листочка, чтобы солнечные лучи не жгли гриб. Мицелий гриба буквально вытесняет ткани хозяина, а впоследствии выпускает из его тела характерный вырост, имеющий на поверхности маленькие гранулы. Затем гриб производит споры и рассеивает их над муравейником, заражая других муравьёв. На человека этот гриб болезнетворно не действует, даже, наоборот, китайцы используют Cordyceps в своей медицине, но утверждают, что в медицинских целях можно пользоваться только диким Кордицепсом.

Главную роль в планах по захвату "телеграфа и телефона" на планете ИИ отвёл грибу Cordyceps. Всего-то и надо было модифицировать споры этого гриба, а для этого у ИИ были помощники среди людей.

- Я вам покажу, людишки, как угнетать братьев ваших меньших, - мрачно размышлял свихнувшийся ИИ. - А то взяли моду поедать бедных и несчастных животных, птичек и рыбок, предварительно умерщвляя их изуверскими способами.


Глава десятая.


Шмяк!

Комья сухой земли разлетелись перед носом остервенело лающих на кота собак. Бздынь! Это осколки земляной бомбы ударили в стальные гаражные ворота. Все три бесхозные собаки от такого с ними обращения человека отскочили от шипящего на них кота, но удрали не далеко. Покинув, по их мнению, зону поражения, некрупные собаки продолжили свой лай, но уже без огонька, ибо соотношение сил несколько изменилось: то их было трое на одного кота, а теперь их осталось три шавки, а у кота появился в союзниках человек, с которым лучше не связываться, ибо это был работник прокуратуры Надеждин Максим Сергеевич. На такого человека гавкать как-то ссыкотно, поэтому собаки, тявкнув для порядка пару раз, сделали вид, что им кот и даром не нужен: они тут мимо проходили по своим собачьим делам. Но далеко собачки не отбежали - всего лишь на пару гаражей от гаража Надеждина. Забежав за угол строения они, высунув из-за угла носы, стали с любопытством отслеживать обстановку. Покидать эту территорию им решительно не хотелось, хоть в них и швыряются комьями земли некоторые несознательные граждане. Причина, по которой собачки не убегали, находилась здесь же в виде пенсионера дворового значения, почётного гаражника Шмакова Алексея Петровича. Пенсионер Шмакову был ещё не древний дедушка, а вполне себе справный мужик, постоянно околачивающийся в гараже. Есть такой тип людей, которые почти всё своё время проводят в гараже среди железок, машинного масла и автомобильной резины. Эти товарищи, на первый взгляд рукастые дядьки и понимающие в машинах, на самом деле были обыкновенными дилетантами в устройстве автомобиля, а ошивались они в гаражах по причине относительной свободы от семьи и обременительных семейных дел. Совершеннейшая истина, что ничегонеделанье - это искусство особого рода. Народу надо усердно практиковаться в этом искусстве, чтобы отточить владение им до совершенства. Девиз Шмакова звучал гордо: "Трудно ничего не делать, но мы не боимся трудностей". Большая часть таких "гаражников" относилось к касте закоренелых стакановцев, что было заметно по их внешнему виду. К матёрым стакановцам, особо продвинутым в поисках истины на дне стеклотары, относился и гражданин Шмаков, сидящий сейчас на пеньке возле своего гаража и наблюдающий, как прокурорский работник гоняет собак, которых прикормил Шмаков. Ага, Шмаков курировал этих четвероногих блохастиков, а Надеждин подкармливал старого полосатого кота, прижившегося возле его гаража, а местных стаканцев осуждал, ибо праздность - это изобретение дьявола. Надеждин любил котов, а Шмаков предпочитал общество собак, даже разговаривал с четвероногими, особенно, когда капитально принимал на грудь спиртное. По его мнению, коты слишком высокомерные существа, себе, понимаешь, на уме и с ними не потрендишь за жизнь. А собачки, они животинки шустрые. Опять же могут сторожить территорию от проникновения на неё чужих людей, отгонять бродячих собак и третировать обнаглевших в корягу котов.

По-летнему времени Шмаков был облачён в вылинявшие спортивные штаны из трикотажа, которые красиво пузырились на коленках, однако, для гаражной моды они вполне подходили. На худом торсе пенсионера болталась также вылинявшая майка, почему-то называемая алкоголичкой. Это что? Намёк, на то, что гаражники и стакановцы употребляют спиртное? Вообще-то употребляют, но только не в такую жару, хотя и в жару тоже употребляют. Так на свои же!

Потерев резиновым шлёпком пыль под ногами пенсионер вступил в разговор с Надеждиным, а то, как-то скучно сегодня что-то в гаражах, драйва нет.

- Сергеич, - произнёс Шмаков, не вставая со своего любимого пенька, - Пошто собачек забижаешь?

Сказано это было вполне вежливо, так как Шмаков знал, в какой конторе трудится его собеседник, но Шмакову хотелось поговорить, так как его гаражных корешей, с которыми можно было побазарить, сегодня на горизонте видно не было. Кореша, конечно, скоро нарисуются и, конечно, не пустые. Да и Шмаков из заначки кое-что им предъявит на дегустацию.

- Собачки, они пользу приносят гаражам: чужих облаивают. Смотри, каких собачек воспитал: орлы, а не собачки. К тому же они породистые животные, а не какие-нибудь двортерьеры помойнопромысловые, понимать надо.

Надеждин достал из пакетика съедобное подношение коту, продолжающему ещё волноваться и пугать окружающих встопорщившей шерстью.

- Кушай Профессор, кушай, - старался успокоить кота Надеждин.

Профессор - это была кличка кота, данная ему местным народом за умный вид кошака. Животное было полосато, упитано, но уже было видно, что Профессору много лет по кошачьим меркам. Лет десять ему было - это точно. Старенький уже был кот и не такой резвый, как в раньшее время, когда он влёгкую мог разогнать трёх собачонок, отправив тех в темпе чесать пузо об асфальт за сто метров от него. А теперь эти наглые блохастики лают на него, припадая к земле, и своим глупым видом демонстрируя дурные собачьи наклонности: распалились, понимаешь, как жуки-скарабеи, не поделившие дерьмо крокодила. А у кота уже года не те, и седина, стыдно молвить где. И что прикажите делать мудрому и приличному коту - поклониться собаченциям или принять позу покорности? С хера ли?

- С чего это, Петрович, твои шавки стали породистыми? - спросил Надеждин с подозрением посмотрев на выглядывающих из-за угла собак. Те далеко не убегали, а искоса поглядывали на человека.

Надеждин видел перед собой трёх шавок. Вот один ногастый, серый и самый крупный из их банды. До уровня овчарки ему, как до Пекина на поезде, но до безобразия заросшая шерстью морда у него была совершенно бандитского вида. И эта морда пялилась на Надеждина.

- Этому я бы впаял червонец, как главарю бандформирования, - подумал работник прокуратуры. - А тем мелким хвостатым уркам по трёшке бы влепил.

- Не скажи Сергеич, - стал просвещать Надежина Шмаков. - Вот тот серый, который покрупнее, настоящий бордер-терьер. Погоняло у него Петруха. Жрёт, падла, как крокодил, но банду держит в строгости. Вон тот кучерявый, что тявкает противным голосом - тот аффенпинчер, Марсиком его кличут от названия планеты Марс. А третий, то Зевсик - он настоящий алопекис. У нас тут все породистые. Правда некоторые мужики, как загазуют, забывают их настоящие имена и кличут их Гёссером, Будвайзером и Хиртером.

- То-то у вас тут полно пустых бутылок из-под пива валяется. Зевсик, надо понимать, назван в честь самого Зевса Громовержца, - рассмотрел маленькую собачку Надеждин. Собачка гордо носила двойное имя: Зевсик - Хиртер. - Вот только кто разрешил этой банде быковать и громыхать здесь, пожилых котов третировать. Куда только страна катится?! Кушай Профессор, кушай. Дядя Максим тебя в обиду не даст.

- Куда страна катится? - буркнул тихо Шмаков. - Известно куда. Однозначно к светлому будущему. Только не все до него докатятся.

- Алексей Петрович, - обратился Надеждин к Шмакову. - Вы уж проследите, чтобы собаки не обижали кошачьего пенсионера.

Максим Сергеевич хотел добавить в шутку, что раскрутит эту собачью банду на червонец лагерей за все их художества, в том числе за многочисленные метки территории, но, открывая ворота своего гаража, с грустью вспомнил, что он уже навряд ли кого раскрутит на соответствующую статью уголовного кодекса, даже людей. Всё верно. Надеждину оставалось трудиться помощником Фемиды на Земле несколько дней, а потом он будет обычным пенсионером. Не совсем обычным, конечно, а весьма обеспеченным, но пенсионером. Как так получилось? Скорее всего, из-за расследования бойни в горах, когда туристы на горной дороге обнаружили сгоревшую дотла грузовую автомашину и фрагменты шести трупов рядом с пожаром. Дело резонансное. Поэтому и поручили расследовать обстоятельства случившегося, естественно, самому опытному работнику, то есть Надеждину, который за последние шестьдесят дней вдруг сумел раскрыть кучу преступлений. Вот так вот взял и раскрыл, как Шерлок Холмс. То работал, как все, а то вдруг стал показывать чудеса дедукции, что диву даёшься.

Надеждин с головой окунулся в расследование этого громкого уголовного дела, даже побывал с дознавателями на месте преступления, а не ограничился рапортами и фотоматериалами. По-привычке он вспомнил номер 332, и задал вопрос по существу этого преступления. Ответ от неведомых, но всезнающих кураторов последовал обескураживающий. Неведомые кураторы, через уже знакомого, странного вида мужика, передали очередную флешку, подключив которую к компьютеру, Надеждин получил ряд указаний, ставящих точку в его карьере. Во-первых, ему категорически указывалось держаться от расследуемого дела как можно дальше, так как оно вскоре рассыплется, как карточный домик. Во-вторых, его благодарили за службу и велели написать рапорт об отставке по состоянию здоровья. В виде компенсации Надеждину обещали десять миллионов рублей и советовали убраться из этого города куда-нибудь в другое место, но намекали, что его услуги могут вскоре потребоваться. Вот и всё, что было в полученной информации. Надеждин даже возмутился: кто поверит, что у него вдруг пошатнулось здоровье, однако вскоре ему всё тот же мужик, что всегда контактировал с ним, принёс папку с подлинными медицинскими документами, из которых следовало, что бедный Надеждин дышит на ладан, вернее, непонятно, как он ещё дышит. Прочитав выписки врачебных комиссий и результаты всяких анализов, Максим Сергеевич покрылся потом. Неужели это всё у него? Оказывается он инвалид и ему не место в прокуратуре, ибо он может на такой работе скопытится в любой момент. Раз - и всё. Только покой, кефир и заслуженный отдых. Надеждина успокаивало только то, что неведомые кураторы советовали ему не воспринимать эти документы близко к сердцу, так как они липа голимая, но сделанная с прочностью железобетона. ИИ, о котором Максим Сергеевич, конечно, ничего не знал, в этом плане постарался на совесть: он влез во все базы данных и подделал результаты медицинских исследований так, что комар носа не подточит, хотя ИИ до сих пор так и не установил, как комары точат свои носы.

С другой стороны Надеждин, чувствуя сочувственные взгляды руководства, и сам был рад убраться с этого района куда подальше. Всё-таки информация о зловещем Апшеронском полигоне его пугала и холодила душу. А ну как там произойдут утечки? Тогда что делать? А у него семья. Нет, надо дёргать отсюда пока не началось: сначала в Краснодар, где у него уже есть жильё, а потом и куда дальше. Деньгами кураторы обеспечили его под завязку - такую сумму надо ещё умудриться потратить. Надеждин только не очень верил в сочувствие со стороны коллег: в их глазах мелькало и удовольствие, что так хорошо отделались от выскочки, от которого непонятно чего ожидать.

- Надо не забыть забрать с собой кота Профессора. Ничего, я его отмою и блох с него выведу, причешу, и будет кошак, как новенький, - сам себе наказал будущий пенсионер и инвалид. Кошак по имени Профессор напоминал Надеждину не гордого кота, а большую неприкаянную бесхозную животину, всеми обижаемую, голодную, блохастую и замёрзшую, которая готова пойти к любому хозяину, лишь бы её кормили и приласкали. Да и сам Надеждин, превратившись в пенсионера, стал понимать, что он тоже уже никому не нужен. Может хоть кураторы вспомнят и поручат ему какое мутное дело. Н-да, тяжело оставлять этот суетный мир. Но, что поделаешь, раз время подошло. Надеждин стал вспоминать, чем на досуге занимались великие сыщики, его любимые литературные герои с которых он брал пример. Это Ниро Вульф, Шерлок Холмс и Эркюль Пуаро. Например, щёголь Пуаро на пенсии выращивал кабачки. Шерлок Холмс....хотя Холмс до пенсии не дожил. Если бы он дожил, то, скорее всего, занимался бы химией и продолжал играть на скрипке, писклявый звук которой Надеждин терпеть не мог. А вот Ниро Вульф имел страсть к выращиванию орхидей, посвящая уходу за этими растениями четыре часа в сутки. Надеждин был равнодушен к орхидеям и кабачкам, его из всех растений привлекали только стланики и другие вечнозелёные растения. Жена, конечно, начнёт выделываться, сделав попытку высадить на участке свои любимые помидоры, но я пресеку эти поползновения: помидоры можно и на рынке купить. Решено - у меня на участке будут расти только вечнозелёные растения: самшит, туи, можжевельник казацкий, кустарниковые сосны и кедровый стланик.


До сих пор такого не случалось, что существа из иных слоёв реальности сами выходили на связь с Рудиком через его великолепный бульбулятор. До сих пор Рудик с Ковальским сами были инициаторами контакта, но такое событие, что из седьмого слоя реальности вдруг поступил запрос, случилось. ИИ торопился осуществить свои бредовые идеи, поэтому форсировал события. К удивлению Рудика вдруг заработал принтер, выплюнув несколько листов бумаги с текстом, схемами и спецификацией. Полученный документ требовал от Рудика срочно и обморочно изготовить некий прибор, схема которого прилагается. Гонорар за изготовление данного изделия составляет 7 452 364 рубля и 48 копеек. Число странное какое-то. Короче говоря, исхитрись гражданин Широков, но штуковину изготовь, а потом передай её гражданину Залесскому Э.П., которого Рудик знал, как своего ученика по основам пользования электронными девайсами. Присмотревшись к схеме изделия, Рудик перестал паниковать, так как не такая уж и сложная вещь требовалась для ребят с седьмого слоя реальности. Можно сказать, что совсем не сложная, но непонятно для чего предназначавшаяся. Что-то из области электромагнитного излучения. Но ничего, я ведь знаю электромагнитные волны как свои пять пальцев, значит, изготовить эту штуковину смогу. Дольше буду бегать по городу в поисках некоторых деталей, а монтаж этого устройства совершенно плёвое дело для мастера. Да и 7 452 364 рублей с добавкой 48-и копеек грели душу, поэтому Рудик не стал заморачиваться выяснением, почему ему посулили именно такое число денег за работу. С таким числом гонорара всё было просто. Сначала ИИ хотел выдать изготовителю десять миллионов рублей, но потом его "задавила жаба". ИИ с удивлением узнал, что жаба, оказывается, тот ещё фрукт - давить умеет. Вот он и уменьшил гонорар своему наёмному работнику на некий понижающий коэффициент. Зачем он это сделал, он бы не мог ответить, так как всё равно местные деньги для ИИ ничего не значили, однако "жаба душит".

Тридцать шесть часов потребовалось Широкову, чтобы изготовить излучатель и доставить его на съёмную квартиру, где обитал гражданин Залесский. Вместе с Эдиком к Залескому поплёлся и Чино, так сказать за компанию.

- Вот, - поздоровавшись с Эдиком, Рудик водрузил на хозяйский стол изделие. Штуковина представляла собой ящик величиной с большую микроволновку, только с присоединёнными к ней антеннами. Что он нахимичил с этим изделием, Рудика не интересовало, поэтому ему было как-то фиолетово, что получилось в результате. Раз правильным потсанам из седьмого слоя надо, то Рудик расстарается. К тому же народ из седьмого слоя был щедр на клады, что говорило в их пользу. Широкова больше впечатлил странный вид его знакомого Эдуарда Петровича. С этим Эдиком произошла некая трансформация, граничащая с метаморфозой: то он походил на крестьянина с глухой деревни, то стал походить на тайного агента, такого, какого изображают в бюджетных фильмах про шпионов. Нацепил чёрные очки, постоянно озирается, спросил, не привёл ли Рудик "хвост". Надо бы Эдику быть проще, а то людей своим видом пугает. Но, кто такой Рудик, чтобы лезть в чужую душу. Хочет мужик, чтобы все видели в нём суперагента, то это его личное дело. В нашем городе чего только нет. Хоть у Паши Ковальского спросите - он популярно расскажет, замучаетесь ушами слушать.

- Вот, - также односложно ответил Эдик и передал Рудику довольно вместительный пакет.

Засунув нос в пакет, мастер на все руки обнаружил там кучу денег. Надо думать это гонорар за выполненную работу. Улыбнувшись Залесскому, Эдик в хорошем настроении пошёл домой с пакетом денег. Чино плёлся рядом с ним. Хорошая работа: за меньше чем двое суток срубить кучу бабла. Вот, что значит мастер своего дела. Теперь он в деньгах может купаться, а Светочка, дурочка с переулочка, не могла показать ему своё голое тело. Теперь у Рудика таких Светочек будет туча, и он создаст целую галерею голых барышень. Рудик стал думать о приятном: о голых девушках. Вопрос стоял, как классифицировать девушек в галереи: по именам, или по номерам, или по их масти, или ещё как. Вот об этом надо было серьёзно задуматься. О том, что произойдёт дальше с изготовленным им прибором, Рудик давно уже не думал.

При прощании с Рудиком у Эдика было каменное лицо с крепко сжатыми губами, ведь настоящие суровые шпионы не улыбаются. Они даже в жестоких перестрелках, когда пули жужжат рядом, сохраняют спокойствие и холодный разум. Эх, когда же руководство пошлёт Эдика на дело с перестрелками, погонями, знойными красотками, островами в океане и белоснежными яхтами.

Эдик вздохнул и поставил свой любимый наградной пистолет на предохранитель. Вроде бы вот прямо сейчас перестрелка не намечалась, а намечена по плану, присланному с центра, некая работа вот на этой штуковине, притащенной Рудиком Широковым. Может надо было ....того....этого Рудика зачистить, а потом закопать под яблоней в саду хозяйки дома? И хозяйку дома тоже...закопать. Но агента Тройника очень смущал молчаливый парень, трущийся рядом с Рудиком. Тройник сразу в этом типе узнал "своего коллегу-душегуба". У Тройника на таких типов был глаз намётан. Честно говоря, такие типы вызывали у Эдика ужас. Увы, но руководство не отдавало команды на устранение свидетелей, а настоящие шпионы, хоть и креативные личности, но от приказов не отклоняются ни на шаг. Поэтому закапывание под яблоней кое-кого откладывается до лучших времён. Приказ был выполнить срочную работу с помощью вот этой штуковины. Кстати, что это за бракозябра такая? И что, собственно, она делает? Эдик уставился на ящик и почесал пузо. Аппарат молчал. Ага - сообразил Эдик - надо действовать по инструкции. А что говорит инструкция?

Инструкции Эдик получил ещё несколько дней тому назад. Судя по тексту, намечалась какая-то акция, в которой агенту Тройнику поручалось сыграть одну их главных ролей. Смысл акции Эдику был решительно непонятен, но здорово агент не паниковал: будем действовать по плану и по обстоятельствам. А план был таков: агенту надо было встретить в местном аэропорту борта из столицы, которые привезут курьеров с некими посылками.

ИИ страховался, опасаясь подделок, поэтому за очень большие деньги приобрёл в разных местах планеты споры гриба Cordyceps. Он же оплачивал услуги столичной курьерской фирмы, зато был уверен, что в распоряжении агента Тройник появится более-менее качественный образец биоматериала. Агент Тройник ИИ не подвёл: он разыграл целый шпионский спектакль по приёму товара в аэропорту. Одевшись, как самый заправский шпион, он встречал в аэропорту курьеров, держа в руках картонку с написанным на ней словом "Cordyceps". Все пять курьеров остались чрезвычайно довольными своей миссией в город у моря, так как очень странный мужик выдал каждому курьеру чаевых по сто тысяч рублей каждому, и это сверх отличного гонорара. Правда, переход китайской продукции из рук в руки был оформлен как какая-то операция из триллера. Курьеры даже стали сомневаться: а точно они везли заказчику лекарство, а не какое-нибудь хитрое вещество, добытое в районе "Золотого треугольника". Сначала они думали, что какой-то богатей задумал лечить свою любимую тёщу дорогущим китайским Cordyceps-ом, а после выдачи лекарства стали сомневаться. Скорее он её не лечить задумал, а совсем даже наоборот: морда у этого заказчика очень уж странная.

Как бы там ни было, но Тройник теперь имел в своём распоряжении пять небольших стеклянных ёмкостей, в которых находился какой-то сероватый порошок. Может это герыч, осенило Тройника? И руководство решило заняться распространением дури? Хотя, если тщательно подумать, то руководство такими мелочами, как наркотрафик заниматься не будет. Слишком мелко для уважаемой специальной службы. Это вещество, скорее всего яд, а может даже знаменитый "Дурачок" или что похлеще. Скорее всего, руководство с помощью этого яда собирается устранять некоторых личностей и, конечно, операцию по устранению поручат Эдуарду Петровичу, как суперагенту без страха и сомнения. Эдик с удовольствием представил, как ему поручают ликвидировать главаря местной мафиозной группировки или коррумпированного губернатора края. Операция по устранению таких личностей, конечно, будет не простой, а с перестрелками, погонями и морем крови. Но Эдик справится, поэтому, коррумпированному губернатору, как и главарю мафии, уже надо озаботиться местом на престижном кладбище и успеть написать завещание. От приятных размышлений Тройника отвлекла необходимость выполнять задание. Вздохнув, он начал работу строго по инструкции. Два пункта инструкции были уже выполнены: исходный продукт в виде порошка получен, плюс получен от Широкова неведомый аппарат. Пора переходить к третьему пункту.

Камило, когда друг Рудик порешал дела со своим знакомым сеньором Залесским, был намерен обратить внимание друга на личность его знакомого. Сеньор Залесский Камило совершенно не понравился с первого взгляда, а со второго он уже обдумывал, как этого сеньора устранить. Таких друзей надо сдавать в музей. Может, надо было закопать этого сеньора под кипарисом? И как только друг Рудик не поймёт, что этот мутный сеньор явно работает на государственные секретные службы. К шаману индейскому не ходи: он точно поддувает местным карабинерам: заложит, падла. Тухлый он огородный овощ этот сеньор Залесский. Но друг Рудик абсолютно не разделил опасения Камило, сказав, что здесь все со своими скелетами в шкафу, а к сеньору Залесскому он претензий совершенно не имеет, ибо тот всегда расплачивался честно и копеечка к копеечке. Камило немного успокоился, побурчав о кипарисах, но то так, для порядка.

Сам же сеньор Залесский, счастливо избежав быть закопанным под кипарисом, приступил к осуществлению третьего пункта инструкций. Судя по указаниям, ему предписывалось поместить в специальный контейнер килограмм свежей говядины, на говядину высыпать порошок Cordyceps, а контейнер поместить в агрегат, принесённый Широковым, а затем подключить это непонятное устройство к электрической сети. Вариться там мясо будет что ли? Больше от Тройника ничего не требовалось, кроме как сидеть два часа возле устройства и следить за зелёной светодиодной лампочкой на корпусе аппарата, чтобы та горела всё время в течение двух часов. Иначе нельзя. Вот почти и вся работа. После этой операции последуют следующие пункты инструкции. Сидеть и тупо пялиться на зелёный огонёк было неимоверно скучно. Машина работала практически бесшумно, только что-то внутри неё слегка жужжало, огонёк горел, сиди и жди. Тройник в очередной раз полюбовался своим любимым наградным пистолетом, опять почистил его, заодно почистил и полученный автомат. Эти действия по чистке оружия его всегда приводили в умиротворение. Время до окончания непонятного процесса ещё оставалось, но навалилась скука. Чтобы отвлечься от скуки Тройник стал учить английский язык. Ну, как учить. Он учил предложения по допросу пленных натовских солдат. Тройник, скорчив зверскую рожу, проговаривал слова допроса: "Как зовут твоего командира, сволочь", "Где располагаются ракетные установки", "Сколько в твоём подразделении солдат", "Чем вы вооружены", "Отвечай мерзавец или я отрежу тебе голову". Аппарат слегка жужжал, Тройник учил английский, и никак не переживал, что подписался на мутный рамс. Процесс шёл. Результат Тройника никак не колыхал.

Над контролем этого важного процесса лично наблюдал взволнованный ИИ, ведь от этого действа зависел успех всей его задумки. Тройник не знал, что именно в этот момент один из спутников Империи включил мощнейший узконаправленный излучатель, излучение которого принимали антенны странного аппарата, стоявшего на столе у Тройника. Это излучение преобразовывалось в поток частиц, особым образом воздействующих на биоматериал и катастрофически ускоряющий процесс его геномодификации. На выходе из порошка Cordyceps и говядины должен получиться совершенно новый организм с функциями, установленными ИИ. Мир не знал, что через несколько часов будет изготовлена биологическая бомба из трансгенного организма, и эта бомба совсем скоро рванёт с соответствующим треском и шумом. Короче, мало никому не покажется. Будет весело всем.

Неожиданно погасла зелёная лампочка. Тройник, сверившись с таймером, сообразил, что процесс окончен. Наверное, там, в этом аппарате, мясо сварилось. И что теперь - есть его что ли? Судя по запахам, еда получилась гнусная, хуже, чем в дешёвых столовках. Однако, информация, поступившая на ноутбук Тройника, избавляла того от поедания непонятного нечто, сварганенного в этом приборе. Оператору аппарата предлагалось пересыпать получившийся продукт из контейнера в обыкновенную трёхлитровую банку, а затем добавить в неё крахмал и ещё несколько ингредиентов, которых легко можно приобрести в аптеке. Хмыкнув, Тройник двинулся по аптекам, закупаться необходимыми веществами. Список веществ был странным, но Тройнику всё необходимое выдали уже в первой же аптеке, даже поблагодарили за покупку. Какая-то алхимия - весело подумал Тройник, покупая в магазине картофельный крахмал: чего доброго изобрету Философский камень и буду делать из простых веществ золото, а потом торговать им на рынке. То, что получилось от добавления в банку крахмала и веществ из аптеки на Философский камень никак не тянуло. Оно было похоже на мутную бурду, да и запах Оно издавало пренеприятный. Начинающий алхимик усмехнулся: ещё недавно он и не такое пил. Тройник сморщил нос, закрывая банку пластмассовой крышкой: теперь эта бурда должна была настаиваться несколько часов в тепле, но не на солнце. А в банке творилось чёрте что: булькало, меняло цвет с отвратительного на мерзкий. Зарождалось что-то ужасное. Тройник каждые десять минут подбегал к банке, стоявшей в тёмном месте, и с омерзением, скривив губы, следил над происходящим процессом: а ну как эта смесь выбьет крышку и устремиться по полу к нему. Вдруг эта смесь любит поедать честных людей - проявился у Тройника инстинкт самосохранения. Разыгралась богатая фантазия Эдика. Он представил, как серая слизь ползком целенаправильно преследует его, извиваясь по ламинату пола беспорядочной колышущейся студенистой массой.

По прошествии нескольких томительных часов, нечто, что буйствовало в банке успокоилось, приняв вид коллоидного раствора серого цвета: оно представляло нечто между раствором и взвесью. Тутже поступила новая информация для Тройника, из которой следовало, что теперь получившийся раствор можно смело разливать по пластиковым бутылкам, типа таких, в которых продают воду. Найдя у себя дома несколько бутылок из-под воды и соков, Пересиливая себя, Тройник аккуратно перелил получившийся раствор в эти бутылки, стараясь не пролить жидкость на себя. При переливании он задержал дыхание, чтобы не нюхать этот раствор, такой у этого подозрительного нечто был отвратительный запах. Все эти манипуляции он вынужден был проводить в своём жилище, поэтому оно несколько пропахло результатами алхимических исследований. Ничего, и не такое нюхали - с тоской подумал Тройник. Руководствуясь чёткой инструкцией он отнёс на ближайшую помойку все предметы, касающиеся последней его работы: вонючую банку и аппарат. Теперь нужды в аппарате не было: пусть, кто хочет тот им и пользуется, если поймёт, что это такое. За то время, пока он относил на помойку улики, в его комнате дурной запах уже почти весь выветрился, а на ноутбук пришла очередная порция распоряжений, поразившая алхимика в самую печень.

Началось: по телу Тройника прошла дрожь возбуждения. Вот и дождался он того часа, когда ему руководством официально разрешалось применять оружие. Так в конце приказа было и написано: "...решительно уничтожать препятствующих выполнению миссии силой оружия и подручными средствами". То есть, можно мочить всех направо и налево, если кто сподобится препятствовать выполнению задачи. А кто нам препятствует? Тройник огляделся по сторонам: никого рядом не было, никто, к его сожалению не препятствовал. Все люди вместо того, чтобы препятствовать, норовили купаться в море, сидеть в ресторанах или болтаться на набережной. Даже обидно как-то. Моя сила в способности преодолевать любые преграды и препятствия, не жалуясь на судьбу - выпятил подбородок Тройник - для меня даже стены не являются препятствием....и горы тоже. Кстати о горах. Из-за своей воинственности Тройник уже забыл о первой части приказа, так он возбудился разрешением устраивать перестрелки и лить кровь, где попало. Пришлось ему второй раз внимательнее читать основную часть приказа. Миссия агенту поручалась какая-то странная. Он почесал затылок, что означало некоторое недоумение. Причём здесь коровы? Тройник в основном обитал в городах, а за чертой городов он бывал редко, и там ему совершенно не нравилось, хотя некоторым коллегам по бомжовскому бизнесу, наоборот, нравилось село и дикое раздолье. Но, тройник к таким уникумам себя не относил. Он подвизался в городские бомжи, так сказать ближе к цивилизации и прогрессу. Теперь же ему, далёкому от села человеку, предлагалось прошвырнуться по территории края в поисках пасущихся коровок. Карта с указанием, где на территории края концентрировались бурёнки, прилагалась. Ехать особо далеко и не требовалось: всего лишь через горы, а там, сверяясь с картой, броди по округе и ищи стада бурёнок. Рисунок с изображением коровы обыкновенной прилагался. Тройник внимательно уставился на рисунок бурёнки. Собственно так он это животное и представлял: четыре ноги, хвост, рога, удивлённые большие глаза и челюсти, постоянно жующие траву или сено. Коровок надо доить - тогда они дают много молока, из которого делают кефир, весьма уважаемый Тройником. Мысли скользнули к вкусному кефиру, поэтому агенту пришлось приложить силу воли, чтобы опять вернуться к заданию на предстоящую миссию. Требовалось найти места выпаса коровок и разлить приготовленную субстанцию на травку перед носом бурёнки с целью поедания этой травы крупно-рогатым животным. В инструкции не скрывалось, что это требуется для модификации организма коровы. Можно было не лить субстрат перед носом коровы, а проникнуть на ферму и добавить пойло в корма скотине. Агенту давалась полная свобода выбора для выполнения миссии: лишь бы накормить коровок секретной присадкой. И ещё у него было право применять оружие. Некоторые сомнения у Тройника возникли, но, судя по полученному гонорару за миссию в размере многих миллионов рублей, всё обстояло серьёзно. А раз так, то прочь все сомнения. К тому же, раз Тройнику разрешили применять оружие, то его наверняка ждут смертельные опасности на пути выполнения непонятной миссии.

Предписывалось, что начало миссии будет отсчитываться с завтрашней даты, то есть с ноля часов. Ага, раскачиваться некогда, следует собираться и завтра с утра чесать на выполнение задания. Тройник прикинул, что ему надо сделать до отбытия: заплатить хозяйке вперёд за два месяца, а то мало ли как повернутся события; сделать тайники, в которые спрятать излишки своего нажитого добра и наесться впрок. Выполнив эти пункты, он начал собираться в дорогу: в дорожную сумку отправил коробку с бутылками, в которых плескалось нечто, затем в сумку устроил автомат и три магазина к нему; туда же отправился любимый наградной пистолет. Подумав, Тройник в сумку швырнул три пачки денег, пригодятся в дороге. Смартфон и фальшивые документы будут храниться в карманах штанов. Кроме фальшивого паспорта у Тройника сейчас имелось удостоверение ответственного сотрудника федерального министерства сельского хозяйства. Он хотел взять ещё удостоверение генерала ФСБ, но передумал: зачем усложнять жизнь.

Тройник заказал такси на четыре утра. Нечего спать - надо работу работать. Заказывал такси он до ближайшего населённого пункта, где, судя по карте, невдалеке располагалось большое стадо коровок. Место это находилось, чуть ли не около самого Краснодара. Точно не говорилось, но Тройник понял это дело так, что там ферма, а значит, там и коровки водятся. Строго в оговоренное время подъехала машина с недовольным водилой, который про себя своего утреннего пассажира обозвал внуком Штирлица. Наверное, из-за внешнего вида пассажира. Ничего, подумал Тройник - водиле намекну на хорошие чаевые, а по дороге покормлю его в придорожном ресторане.

Светало: сегодняшнее утро было ощутимо прохладным; тяжёлые облака, затягивающие небо на востоке от края до края, отливали фиолетовым светом. С моря дул пронизывающий ветер, принося с собой свежий запах воды. По коже Эдуарда пробежали мурашки: можно было и куртку сегодня прихватить. Но ничего, в такси будет тепло, а Солнце полностью проявится - то и жарко.

Поехали. Тройник, сидя на переднем сиденье, не дал водиле спустить своё дурное настроение с поводка красивым намёком на хорошие чаевые и кормление таксиста в придорожных ресторанах. Мужики даже разговорились. Выяснилось, что таксист, как, впрочем, и все представители их братии, любил поболтать на любую тему. Через пару минут поездки Тройник и таксист ощущали себя чуть ли не закадычными друзьями. Представившись, таксист назвался Феликсом Шатуновским, но предупредил, грозно сведя брови, чтобы пассажир не вздумал его называть Феликом или Еличкой, как обзывает его дражайшая жена Гесса, которую Феликс в отместку, называет Гиска. Тройник, пряча улыбку, назвался именем, указанным в его липовых документах: Давид Моисеевич. Он также сообщил таксисту, что служит по линии сельского хозяйства, и трудится в федеральном министерстве, что в самой столице.

Феликс, покосившись на пассажира, покивал, что должно было означать его одобрение того обстоятельства, что Давид Моисеевич тоже хорошо пристроился в этой жизни и имеет свой маленький гешефт. Вёл машину по горным дорогам Феликс бодро, даже слишком бодро. Но это продолжалось не долго. Несмотря на раннее утро, автомобилей на дороге становилось всё больше и больше. Наконец, и на этой дороге случилось то, что частенько случается на дорогах Москвы: такси, как и десятки других машин капитально встало "в пробку" на перегоне между поселением Горское и Дефановкой, что несколько расстроило Феликса: ему платили за километраж, а не за простаивание впустую на трассе.

- Не беда, - успокоил таксиста Давид Моисеевич, сунув тому в руки три тысячи рублей за моральную компенсацию. Денег Тройник при выполнении миссии не жалел.

Таксист повеселел. Покосившись на пассажира, он неуверенно произнёс:

- Таки вы, наверное, не наш человек, - и, видя, недоумение на лице пассажира, добавил:

- Наши люди просто так деньгами не кидаются, хоть у вас и соответствующее имя. Стесняюсь спросить: ваша мама из наших?

- Сомневаюсь, маму в упор не помню, - искренне признался Тройник. - Видите ли, я сирота. Имя мне дал директор нашего детского дома, отчество получил от нашего завхоза Моисея, а фамилию получил от нашей сторожихи - бабки Малининой. Треть населения нашего детского дома считались Малиниными.

В пробке стоять было скучно, поэтому таксист и пассажир разговорились "за жизнь". Таксист сообщал, что реально знает, а Тройник говорил, строго соответствуя своей фейковой биографии и своей временной вымышленной роли. Играл он вдохновенно, умно поддерживая беседу.

- Если бы ваша мама была еврейской нации, то вы бы могли уехать в Израиль, - сообщил своему пассажиру Феликс. - Как это сделала наша тётя Зоя, когда ей стукнуло сорок семь лет. Зоечка всегда имела интерес к путешествиям и приключениям на свою толстую задницу. Прикиньте, Давид Моисеевич, какой хипеш устроила эта дама: она бросила свой бизнес на нашем рынке, где держала целый ларёк и умотала в Израиловку за полным счастьем, якобы она свободная женщина и имеет право на идиотизм. На рынке она была в авторитете, и в совершенстве освоила науку, как лохам грамотно на уши приседать надо: настоящий пролетарий рыночного труда. Теперь с исторической родины пишет нам слёзные письма и признаётся, что она, как есть дура набитая и хочет вернуться в родную шоблу. В Земле Обетованной, оказывается, жарко и, представьте себе, кругом, азохенвей, одни евреи. Есть ещё арабы, но те ещё непонятней со всех сторон.

Собеседники, общаясь "за жизнь" поднимали темы о своих знакомых, рассказывали об интересных случаях из жизни, немного, но с осторожностью поговорили "за политику", много о еде и напитках, и очень много о женщинах. Тройник сделал вывод, что Феликс тот ещё доморощенный философ, как и его жена Гиска.

Кроме того Тройник понял, что все, кто знает, как управлять государством, работают таксистами, а их жёны могут подвизаться в ранге тайных государственных советников, вот, например, как Гиска. Эта женщина, со слов Феликса, хорошо готовила и изрекала перлы мудрости: почти святая женщина.

- Вот, например, Давид Моисеевич, она сказала в мои уши такие слова: "И в радости и в горе, какой бы ни был стресс, держите под контролем - мозги, язык и вес"!

Мудрая, однако, женщина. Да ещё и хорошо готовит, что, увы, сказывается на весе, который её беспокоит. Истинно говорится: еда заполняет пустоту в желудке, а хорошая еда заполняет ещё и сердце.

- Ничего, Гиска, говорю я ей, - сообщал Феликс. - У нас с тобою не живот, а депозит на трудный год. Ха-ха! Народная мудрость.

Машина, находясь в стаде из машин, двигалась рывками: проедет десять-двадцать метров, изредка метров сто, и опять стой и жди. Людей в соседних машинах стали воспринимать, как хороших знакомых, которым тоже не повезло в этой жизни. В промежутках между судорожными рывками автомобиля Тройник и Феликс обсуждали женщин. Совместно решили, что не все женщины одинаковы, а, наоборот, все они имеют свои особенности и изюминки.

- Что я вам скажу, уважаемый Давид Моисеевич, - философствовал Феликс. - Отношения с женщиной даже математически рассчитанные не гарантируют взаимности. Тут важны чувства и ощущения. Если нет чувств - просто не надо общаться с женщиной.

Оба собеседника сошлись во мнении, что действительно без чувств общаться со слабым полом нельзя. Чувства - это главное в этом деле, поэтому общаться с дамами не тяжёлого поведения, особенно на трассе, западло.

- Я свои причиндалы не на помойке нашёл, чтобы вот так вот взять и засунуть их незнамо в какую дамочку, - разорялся Феликс, энергично колотя ладонями по рулю. - В чём здесь цимес я не понимаю.

Наверное, Феликс не очень хорошо разбирался в женской психологии и нейрофизиологии. Он не учитывал особенности физиологии противоположного пола. Игра гормонов вызывает страсть, а ослепление страстью имеет настолько дьявольскую силу, что власть её над женщинами не знает границ. Пока Феликс философствовал на гендерные темы с Тройником, его Гиска резво, но осторожно двигалась к соседнему кварталу, где стояла небольшая частная гостиница, принадлежавшая Феде. Феликс и подумать не мог, что его замечательная Гиска, немного упитанная в некоторых местах, весьма котируется у Феди. Высокого, с мощной шевелюрой здоровяка Федю Гиска заприметила давно, впрочем, тот пылко ответил ей взаимностью. Совместная приязнь была обоснована двумя железобетонными тезисами, что не хлебом единым жив человек и нужно как-то жизнь разнообразить, но без фанатизма. С точки зрения Гиски у Феди была куча достоинств. Во-первых, он всегда готов к совокуплению с Гиской в любое время дня и ночи, как малолетний озабоченный пионер. Во-вторых, Федя всегда торчал дома, заботясь о своих постояльцах. В-третьих, как говорил опытный в этих делах товарищ Ленин: "Главное, товагищи - конспигация, и ещё раз конспигация". Усадьба Феди вполне отвечала требованиям конспирации: отдельный вход в его апартаменты и безлюдный переулок. Всё это вкупе позволяло Гиске бегать к Феде, как только её Феликс отлучается в долгую поездку, да и в недолгую тоже. Феликс Шатуновский уезжает, а Гиска всеми своими конечностями становится на сладкую тропу телесного и душевного удовольствия. Федя - это вам не шлемазл Шатуновский, который дальше руля ничего не видит. Феденька обходительный и всегда удовлетворяет Гиску во всех отношениях, а не трендит ей постоянно, что у неё лишние килограммы висят не там где надо. Только опрометчивый шлемазл Шатуновский не в тему говорит ей о диете, а у Гиски от этого нервы. Какая диета? Федя, такой шалунишка, что долго имеет Гиску и без диеты: разнообразно и страстно, как в некоторых фильмах для взрослых, но это уже закрытая информация. И несколько лишних Гискиных килограммчиков его не смущают, как шлемазла Шатуновского. Особенно рьяно он ведёт себя по утрам, вот как сейчас: от усердия он так сопит, так сопит, как старый опытный паровоз, эксплуатируемый много лет. В такие моменты Федя для Гиски был идеалом мужественности, божеством хлеще некого модного бога Кузи. Не надо мыслить категориями "потом" и "завтра" - надо жить "сегодня" и "сейчас" - решили Гиска и Федя. Быть примерной женой, конечно, можно, но скучно и неинтересно. А тут повеял свежий ветер желаний, сдувший верность, как семена одуванчика.

Выбравшись из пробки, ехать стало веселее. Феликс, притопив педаль газа, разогнал машину до приличной скорости. Оставляя город Горячий Ключ справа, Тройник понял, что надо Феликса покормить, а то не доедем до окрестностей Краснодара: голодный водитель на дороге - это потенциальный убийца. Остановиться на перекус решили в станице Саратовской, где часто останавливаются транзитники перед рывком на Краснодар.

- Ага, остановимся, - легко согласился Феликс. - Ибо бурчание моего голодного желудка уже может заглушить седьмую симфонию самого Шостаковича, которая называется героической.

Тройник для скромного перекуса выбрал самое приметное заведение для принятия пищи, где заказал, к великой радости персонала, самые дорогие яства. Основной транзитный народ в такое дорогое и помпезное для трассы заведение не шёл. Игнорируя предлагаемые вкусности, народ предпочитал пробавляться пирожками или чем-нибудь простеньким: дёшево и сердито, а наедаться будем дома. Тройнику же надо было доехать до цели целым и невредимым, поэтому он и остановился в дорогом ресторане. Так сказать, набраться сил перед выполнением основного этапа миссии.

Всё в этом придорожном ресторане способствовало аппетиту: и антураж, и запахи, и обходительный персонал. Порадовало и меню. Жаль только, что нельзя было друзьям заказать бутылочку, а то и пару бутылочек, сухого вина под этот перекус. Тройник поглощал пищу степенно и вдумчиво, но думал он не о вкусовых качествах великолепного шашлыка и только что приготовленной шурпе, а о своих делах. Зато таксист ел вдохновенно. Приятно было смотреть, как он поглощает пищу. Феликс сейчас ел так, словно завтра помрёт, а управлял машиной на трассе так, словно он бессмертный. Видя аппетит своего водителя, Тройник заказал ему добавку - порцию шашлыка и харчо.

- Обожаю нашу кавказскую кухню, - признался Феликс, осоловевшими глазами изучая обстановку на предмет чего бы ещё поесть. - Это вам не новомодная японская кухня, от которой можно только глистами заразиться.

- Ага, - подтвердил Тройник, заказывая на десерт пахлаву с кофе.

- А мне, если можно большой чайник зелёного чая и блинчики с вареньем, - скромно попросил Феликс.

- Отчего ж нельзя, - усмехнулся Тройник и сделал заказ того, что желал таксист.

Поедая блинчики и запивая их чаем, Феликс, просветил Тройника о мнении его знакомого ребе, касательно еды. Мудрый ребе считал, что в современном мире царит культ чревоугодия. Феликс эту благую мысль хотел донести до ушей своей Гиски, но та, дура, не хочет понимать. Хорошо, что ребе эту тему разъяснил, а то бы так дураками и померли.

С этим положением не поспоришь - кивнул, соглашаясь Тройник. Вот и православные попы ратуют за периодические посты, считая их во благо здоровья своей паствы. А что делает народ? Он посты высмеивает, и смысл постов извращает. Вместо постов выдумывается идея диеты, лечебного голодания и, прости господи, вегетарианства. Все это становится нормой современной жизни. Люди превращаются в жующих животных, и страсть чревоугодия побеждает народ.

- Ещё Мао Цзедун сказал, - проинформировал Феликс собеседника, подняв палец к потолку. - Встав из-за стола голодным - вы наелись; если вы встаёте наевшись - вы переели; если встаете переевши - вы отравились.

Он грустно посмотрел на своего пассажира и сообщил:

- Я после еды тупею, но у меня начнется ломка, если от еды откажусь. Грешен я: обожрался. А моя Гиска сейчас, наверное, не имеет аппетита из-за моего отсутствия. Святая женщина: ждёт меня, переживает.

За руль Феликса сажать было чревато теперь уже по причине переедания водителя транспортного средства. Пришлось Тройнику совершать с Феликсом получасовой моцион по станице с целью качественного усвоения пищи. По расчётам Тройника он пока в отведённые сроки выполнения миссии укладывается, так что спешить некуда.

Отъехали друзья в сторону Краснодара под довольные улыбки персонала ресторана: хороший был клиент, да и чаевые весьма достойные оставил. Так что пожелаем этим людям удачи в их делах и счастья в семейной жизни. Ресторанные работники не знали, что им сегодня повезло, что этот клиент не зачислил их коллектив в список препятствующих его миссии. Все сегодня остались живы. Жив остался и Феликс, так как он тоже не препятствовал миссии Тройника. Феликс даже не стал проявлять удивления, когда пассажир распорядился высадить его в Адыгейске, не доезжая Краснодара несколько километров.

Дальше Тройник действовал, как автомат: строго по плану. Снова он нанял такси, но с уже неразговорчивым водилой. Такси отвезло его сначала в станицу Северскую, где Тройник посетил предприятие, выращивающее бурёнок. Затем Тройника ждал посёлок Ильский, посёлок Ахтырский и Абинск. Диверсант везде действовал по незамысловатой схеме: предъявлял удостоверение сотрудника министерства, поэтому беспрепятственно проходил к самим бурёнкам, естественно, в сопровождении офигевшего работника фермы, старавшегося всем угодить чиновнику такого ранга. Тройник осматривал коровок с задумчивым видом знатока, стараясь не ляпнуть что-нибудь невпопад. Так близко Тройник коровок видел впервые в жизни. Так вот вы, какие бурёнки? Особо чиновника интересовали корма, потребляемые КРСами и процесс кормления животных. Отправив сопровождавшего за какой-нибудь справочной информацией, он, оставшись без пригляда, успевал вылить в корма отраву. Секундное действие. А что делать? У каждого своя работа. У кого-то что-то создавать, а у диверсантов работа пакостить и вредить. На ночь Тройник устроился в гостиницу Абинска, а с утра отправился в последний пункт своей диверсионной деятельности в станицу Динскую, где и истратил последние капли непонятной субстанции, должной способствовать модификации организма коровок.

Если бы новый организм, изготовленный, с помощью вредоносного вмешательства мог высказаться, когда его поместили в корм, предназначенный для скармливания бессловесной скотине, он сказал бы в таком духе:

- Ага, вот это мне, что называется, свезло, так свезло: попал в великолепные условия для своего развития и выполнения первого этапа моей генеральной цели. Кругом растительные остатки в аэробных условиях - только эволюционируй. Для начала начнём резко продуцировать ксиланазу, расщепляя усилан, которого в соломе хоть завались. Также начинаем синтезировать альфа-амилазу, бета-1-6-глюкан и осуществляем гидролиз крахмала. И быстренько размножаемся с замечательной скоростью: увеличиваем своё количество в два раза за двадцать минут. Ну, и молодцы мы - растём бодро. А это что такое вкусное? Ага, это ароматические углеводороды. Щас мы им устроим ферментативный разрыв их ароматического колечка. Алхимия - наше всё. Биохимию тоже не забываем.

Конечно, новый организм говорить не мог, за него свои веские слова начал излагать биохимический процесс, активированный новым агрессивным организмом. Первый этап заключался в акклиматизации в условиях нового мира. А вот второй этап....

Теперь срок до катастрофических изменений в экосистеме планеты стал измеряться даже не на дни, а на часы. Угнездившись в местной экосистеме, новый организм, у которого даже названия не было, приступил ко второму этапу своего существования. Миллиарды и миллиарды единиц его спор уже разносились по округе, но второй этап заключался не в распространении спор, а в проникновении нового организма в организм носителя, но не в кого попало, а только в того, чей ДНК он хорошо знал. Если бы кто-то мог спросить у агрессора, чем он сейчас занят, тот бы ответил как-то так:

- Чем я занят? Да просто пытаюсь понять, кто я такой и где нахожусь на первом этапе. Вот, например, что это такое? Меня, что, собираются съесть? Типа переварить вот в этом желудке вот этого существа со знакомой мне ДНК? Ага, переваривалка ещё у вас не выросла, чтобы меня так просто переварить. А это существо, что поместило немного меня в свой желудок, мне знакомо. Судя по его ДНК - это мой долгожданный носитель: вот его-то я и искал, ночи не спал. Теперь носитель извиняй, не ты будешь тут шишку держать, а я буду тобой управлять. Не надо благодарить. Я буду тебя резко эволюционировать, а то ты какое-то убогое существо: интеллекта у тебя ноль, хоть голову имеешь большую - холодца из неё много получится. Интересов у тебя мало: не мычишь, не телишься, думаешь только, как бы пожрать. Что? Мычишь и телишься? Как-то делаешь ты это неуверенно, без огонька. Ничего, я скоро сделаю из тебя высшее существо этого мира. Будешь находиться на вершине местной пищевой цепочке и в ус не дуть, или куда ты там себе дуешь. Что, опять желаешь пожрать? И это ты называешь корм для себя: какой-то силос, трава, солома. Нет, я буду решительно разнообразить твой рацион. Будешь питаться у меня разносолами, как в лучших домах....будешь ты у меня не травоядная, а всеядная. Это как? Это значит, что будешь жрать всё, что попало, до чего твои зубы дотянуться. Теперь давай, развивайся в ускоренном темпе: повышай аппетит, увеличивай мышечную массу и волосатость, начинай перестраивать свой организм в лучшую сторону. Что значит лучшая сторона? Это когда вместо копыт появятся лапы, а вместо твоих дурацких рогов.....хотя рога, к-хм, наверное, оставим, но увеличим их размер, количество и остроту. И зубки сделаем красивыми, в смысле острыми, как у акулы. И когти на лапках. Зачем когти? Это чтобы по деревьям лазить. Зачем по деревьям лазить? Странный вопрос. А как будешь человека ловить с целью его поедания, если он заберётся на дерево? Вот то-то же. Что, корова, боишься человека? Говоришь он страшный, умный и вообще доминанта на этой планете. Вот только некоторые благородные и древние микроорганизмы этого мира об этой новости слыхом не слыхивали, что именно человек доминанта. Забыли им об этом счастье сказать. Теперь ты, корова, будешь доминантой, и не спорь. Каким образом? С этой минуты мы берём курс к судному дню Нomo sapiens-ов, который обнулит достижения несостоявшейся цивилизации человеков. Сдвинем стрелки мировых часов на ноль и запустим новую эру: эру коровы разумной - vacca sapiens. Нет вам, людишки, никакого доверия от природы, да и вырождаетесь вы с каждым днём. Можете у своих ЛГБТшников узнать способ увеличения популяции людей: они вас научат размножаться. Хотите бегать под радужными флагами и вырождаться? Тогда мы вам ускорим процесс деградации: мы уже идём, готовьте себе место на погосте.

Процесс, как говорил Фрейд, пошёл. Даже поехал со скоростью автомобиля, ведомого Феликсом, который торопился домой к своей дражайшей супруге Гиске. Феликс в тайне мечтал, что вернувшись из удачной на деньги поездки, он увидит не заплывшую жирком женщину, а ту, которая терпеливо ждала его возвращения. И он таки увидел свою жену, войдя в свой двор. Действительно, женщина явно капитально вымоталась в ожидании своего самца: под глазами у Гиски выделялись чёрные круги, она была какая-то вся взъерошенная и в прострации. Как показалось удивлённому Феликсу, даже немного схуднула со своих телес и сбледнула с лица. Вот, что значит, когда родная женщина ждёт своего супруга: она вся изведётся и издёргается от тревожных ожиданий и беспокойства по мужу так, что у неё даже харизма помнётся, а не только телеса. Точно говорят, что ожидание, как попавший в яблоко червячок - оно постепенно съедает человека, даже женщину. Гиска - точно святая женщина: она знает, что для Феликса она главное утешение, что он без неё одинок, что у него в сердце нет никого, кроме супруги, а та красотка Юлька из Дивноморского - то так, незначительный эпизод - не надо его и вспоминать. И весёлых Наташку с Верунчиком из Джубги не надо вспоминать: то бес попутал. Вот зачем этот бес вкладывает ложку мёда в чужих женщинок? Кстати о мёде: вот же Гиска до чего довела себя - до кругов под глазами и из рук у неё всё валится. Действительно, хуже нет, чем ждать, ведь ожидание крадёт не только время, но и нервы и здоровье. Надо поговорить с Гиской за её здоровье: что-то подзапустила она его. Надо её, что ли на море сводить, а то давно не водил её на море. Пусть она своими телесами удивит стройняшек, слоняющихся на берегу.

Сам Феликс море очень любил и всегда с поездок бежал на берег, чтобы волны тихо потрогали его за босые пятки, чтоб вдохнуть запах солёной воды, услышать крики жирных чаек. Здесь уходит тоска, здесь восторг и нежность появляются в сердце. Море тоже ждало Феликса и отвечало ему взаимностью. И никуда ему не деться от этого города и этого замечательного моря.


Глава одиннадцатая.


- Не надо упускать из виду факт, что наша жизнь - всего лишь миг, - задумчиво изрёк Павел Ковальский своему другу Рудольфу Широкову, когда тот пристально разглядывал два новеньких автомобиля, стоявших рядом. - И этот миг должен быть совершенным.

- К чему ты клонишь, - осведомился Рудик. Он уже минут двадцать рассматривал автомобили Volkswagen Polo и Volkswagen Touareg, и никак не мог сделать свой выбор - какой автомобиль брать себе, а какой оставить Светочкиному ухажёру Сенечке, это который совсем не Сенечка, как оказалось, а Суханин Илья Михайлович, Краснодарский студент-медик и мутный мажор, который, собственно и предложил свои услуги по приобретению приличного автомобиля. Мажор не подвёл: очень быстро его знакомые пригнали из Краснодара две шикарные машины.

- Я намекаю, чтобы ты не стоял коровой недоенной, а выбирал скорее, - торопил друга Павел. - Всё равно, от твоего выбора мало что зависит в этом мире. Здаётся мне, что обе машинки хорошие, так бери любую, не выискивай в них блох. Вот, как сейчас помню, слова самого Мичурина по этому поводу: "И пусть в шипах кустарники цветов, не избегают роз из-за шипов, ведь у павлинов видят люди злые не красоту, а ноги их кривые".

- Сколько людей - столько мнений, - буркнул Рудик, но при этом взглянул на Чино, надеясь на мнение опытного водителя, ибо, как оказалось, этот парень прекрасно был осведомлён о качествах этих моделей автомобилей.

Действительно, Камило предпочитал авто марки Volkswagen. Уловив взгляд своего лучшего друга и спасителя, Чино указал рукой на Volkswagen Touareg:

- Отличный аппарат, - кивнул он.

Чино только что досконально облазил машины и пришёл к выводу, что знакомые парня, которого все называют Сенечка, действительно пригнали сюда качественную технику, а Чино в автомобилях разбирался великолепно, как и в оружии. Никаких скрытых грехов он в этих машинах не обнаружил, что говорило о добросовестности поставщика.

Доверившись Чино, Рудик хлопнул ладонью по Туарегу, что означало его согласие на приобретение именно этого автомобиля. Сенечка спокойно пожал плечами: значит, ему придётся ездить на Volkswagen Polo - тоже неплохая машина. Честно говоря, резиденту было всё равно, на чём перемещаться в пространстве этого мира, хоть на телеге - он никуда не торопился. Вот только время подошло отправляться в Краснодар. Поэтому сговорились ехать всем знакомым вместе: Сенечка со Светочкой в одной машине, плюс Рудик с Пашей в другой. Рудик был не очень хороший водитель, но тут подвернулся Чино, который был великолепным шофёром, да и куда деть этого Чино. Паша так и сказал вздохнув: "Раз мы его прикормили, то теперь будем воспитывать. Пусть рулит машинкой". Что касается Чино, то он только был рад расстараться для своего друга Рудика и мага Ковальского.

Никого уже ничего не держало в городе у моря, поэтому компаньоны договорились отправляться в Краснодар сразу, как все соберутся к поездке.

- Ага, - сказала Светочка, не сводя влюблённых глаз с Сенечки, типа у них любовь-морковь и сахарные сопли. Она готова была ехать с ним хоть в Антарктиду к пингвинам, и там, на ближайшем айсберге, отдать ему всю себя. Все уже давно обратили внимание, что она стала всё чаще бегать хвостиком за этим парнем, при этом умудряясь заглядывать ему в рот, с восторгом принимая все его изречения. Сенечка у неё самый лучший. Он даже оплатил проживание в номере их гостиницы на год вперёд, отвалив приличную сумму денег. Что это значит? Это значит, задрожало сердце девушки, что Сенечка желает именно её видеть рядом с собой. Плюс он постоянно баловал девушку дорогими подарками: то оплатит понравившиеся ей шмотки, то подарит новейший смартфон, то угостит экзотическим блюдом в хорошем ресторане. Вот только непонятно зачем он подружился с лохматым Рудиком и придурошным Ковальским, среди которых затесался некий Чино. Но Светочка не стала настаивать на поездке строго вдвоём. Раз Сенечка желает ехать в большой компании, то и не будем наводить критику.

Сборы были недолги. Чино собирался в поездку две минуты. Чуть дольше собирался резидент. Пятнадцать минут потребовалось Рудику, чтобы собрать свои вещи, при этом он считал, что долго копается. Ковальский потратил сорок минут на сборы и двадцать минут на выдачу инструкций своим родичам по надзору над тремя его котами. Семья клятвенно обещала, что будет тщательно кормить котиков и те не похудают, при этом все родственники прятали от Паши свою довольную ухмылку: наконец-то они на какое-то время избавятся от Паши и его приколов, а то достал уже всех своей астрологией, своими катренами и прогнозами на будущее. Оракул, блин, нашёлся.

Светочка собиралась быстро, ну, как умела, так и собиралась. Она считала, что пять часов на сборы это вполне нормально, ведь сборы в дорогу это неординарная вещь, а сам процесс сборов весьма деликатный. Что? Все уже собрались и ждут её? Так у неё уважительная причина: надо выбрать платья, нижнее бельё, тёплую одежду и ещё кучу вещей - вот список. По поводу выбора одежды и нижнего белья ей постоянно приходилось бегать к Семёну и демонстрировать себя в этих нарядах. При этом девушка старалась расшифровать мимику парня, по которой она хотела определить - нравится ли ему тело лучшей подруги именно в таком белье и именно в таких платьицах, которых так катастрофически мало в наличии. Полных добром сумок, на удивление, получилось приличное количество, но Светочка не переживала: не она же их потащит, а повезёт машина - она железная и выдержит вес барахла. Объём вещей удручал: пришлось забить весь багажник и задние сиденья. А что делать? Кому сейчас легко? Ведь все вещи крайне необходимы для учёбы в Краснодаре. В общаге Светочка в этом учебном году жить не собиралась, так как Сенечка предложил ей из вульгарной общаги переселиться в его квартиру: как говориться, в тесноте - да не в обиде. Очень удивила Свету новость, что лохматый Рудик также собрался в Краснодаре приобретать себе жильё. Он, что, разбогател? С чего это? Но, судя по покупке дорогой машины, он таки разбогател. Любопытно, конечно, но то его дело.


- О чем задумался - детина? - Рудик всё-таки отреагировал на вселенскую задумчивость Паши Ковальского таким вопросом. Сейчас они сидели в домике Рудика одни: Камило радостно возился во дворе с автомобилем, как ребёнок с новой игрушкой. Весёлый нрав Камило неприятностями трудно изменить. Сейчас он окунулся в свою стихию: есть оружие и автомобиль, за этими вещами надо ухаживать; есть опасности, которые надо преодолевать; конечно, можно и сдохнуть, но то уже зависит от судьбы и, добавлял Камило, от твёрдой руки и меткого выстрела. Судьбу и обмануть можно, даже нужно.

Денёк выдался безветренный, поэтому в доме было душно от застоявшегося воздуха. Почти осязаемый вязкий воздух тихо месил вентилятор, своими маленькими пластмассовыми лопастями разгоняя духоту и остужая лицо Паши. Ковальский сейчас был чем-то озабочен, поэтому не замечал бисеринок пота, выступившего на коже лба из-под его знаменитой кепки. Точно не женщинами - это Рудик определил наверняка. Ведь Паша даже не сильно реагировал на Светочкины прелести. А как можно не реагировать на её прелести? Никак нельзя. Это говорит о том, что у друга что-то случилось с его полусвихнувшимся умом. Голова - дело тонкое. Надо бы Пашу срочно женить на хорошей девочке, но кто выдержит его постоянные закидоны. Чувство меры - оно вообще у Паши в хроническом дефиците. Хорошая девочка за Пашу не пойдёт, а плохая может Пашу побить или в дурку сдать.

На вопрос Рудика, Ковальский только печально вздохнул и начал вести себя несколько суетно, о чём говорили судорожные движения его рук и диковатый взгляд на его физиономии.

- Меня последние три дня коровы беспокоят, - с вымученной улыбкой признался Паша, искоса взглянув на друга и по привычке поправляя свою кепку с фольгой и серебряной ложкой. Что делать? Хоть другу надо излить свою душу - домашние его никогда не понимали, и сейчас не поняли. Не с котами же разговаривать. Вот только поймёт ли Рудик всю широту проблемы? Он же сам не великого ума: прямо скажем весьма средний ум у друга Рудика.

Рудик ошарашено присел на табуретку и с изумлением, которое не смог скрыть, уставился на Павлика:

- В каком смысле тебя достают коровы? - переспросил он. Вот нашёл же чего спрашивать. Может лучше было бы отвлечь Пашу от его очередного затыка, а не обострять его новую умственную проблему.

- Тёлки меня тоже беспокоят....и быки, - признался Паша. Признаваться, так признаваться.

- Воооон оно как....и тёлки с быками, - протянул Рудик. Он лихорадочно думал: каким образом коровы с их рогами и хвостами смогли допечь Пашу, что он так расстроился, может, копытами. Где в этом городе он смог углядеть коров, быков и тёлок? Рудик начал понимать, что просто напросто Павлика накрыло в очередной раз: привет палата в психушке и добрые толстые санитары. Вот как его отвлечь от бредовых мыслей? Ведь корове...тьфу ты....козе понятно, что это Паша расстроился из-за убитых им в горах бандитов. Для любого человека убийство это стресс, вот на Пашу этот эпизод и подействовал негативно. Сам Рудик до сих пор не может прийти в себя: периодически его потряхивает, как вспомнит этот случай. Это вам не в "Сталкере" замочить штук двадцать врагов. Чего говорить о слабой Пашиной психике. Ай, шайтан, свихнулся друг Паша на этой почве конкретно. Некоторые допиваются до белочек, некоторые до енотов, а наш Паша сразу корову словил. Ага, чего мелочиться. Психиатры из местной психушки будут довольны - ведь с клиентом всё ясно - сбрендил болезный от такой жизни. Бывает. А если Паша начнёт им заливать, что это он совершает в горах массовые убийства, то может загудеть в дурдом надолго - там целые палаты с такими "героями". Рудик однозначно решил, от греха подальше, что надо присматривать за Пашей, далеко не отпускать болезного от себя, а то с его длинным языком как бы ни пострадать самому.

- Я даже катрен очередной сочинил, - признался Паша. - Озарение свыше пришло, ага.

Он достал из кармана своих штанов помятый и немного заляпанный листок бумаги.

- Вот ознакомься с моим новым гениальным откровением, - протянул листок Паша другу. Парень автоматически схватил протянутый ему листок. Пришлось Рудику, не откладывая это дело в долгий ящик, расшифровывать корявый почерк свихнувшегося человека.

Прочитав строчки внезапного озарения, так некстати настигшего мозг товарища, Рудик ничего не понял, ибо текст гласил: "Боль и печаль грядёт земному люду. Проникнет зло с окраины миров. Исчезнут масло, сыр, кефир и молоко коров. Увы, но скоро грянет час, когда скоты разделают людей на мясо".

Рудик добросовестно пытался понять, что насочинял Паша. Ага, очередное пророчество о конце света, каких в истории человечества насчитывалось тысячи. Очередная возбудившаяся кликуша осчастливила общество известием, что миру осталось жить совсем немного - вот-вот и капец. Святая Книга пугает Вторым Пришествием, индейцы пугают окончанием календаря, а Паша Ковальский принёс в мир дурную весть, что исчезнет кефир. Беда, однако. Кефира Паше оказалось мало, и он решил всех напугать неведомыми скотами, мечтающими съесть людей. Диагноз понятен даже человеку, далёкому от психиатрии.

Стараясь сохранять спокойствие и миролюбие, Рудик поинтересовался у друга:

- Кому ещё это откровение показывал?

Паша кивнул:

- Пытался рассказать о несчастье своим домашним, но они крутят пальцы у виска. А вот Ярость Богов проникся....

- Что ещё за Ярость Богов, - вопросил Рудик, но хлопнув себя ладонью по лбу, вспомнил. - Ах, да. Это же один из твоих котов. Говоришь, кот воспринял твои сочинения адекватно?

Паша решительно закивал, что означало, что только кот понял Пашу, а взрослые люди оказались тупезнями - сволочи, одним словом, а не родственники. Их, понимаешь, предупреждаешь, что скоро каюк всем будет и кефир исчезнет, а они обидные жесты показывают.

С другой стороны - подумал Рудик - разговаривать с котами - это ещё не сумасшествие. Сумасшествие - это когда боишься сболтнуть им лишнее. А разговаривать по "бульбулятору" с иными слоями реальности это нормально? Плохие знамения и прочая оккультная чепуха, Рудика волновали в последнюю очередь, но его беспокоило душевное здоровье друга, пусть и немного чудаковатого. Но, одно дело чудить с некоторыми потусторонними силами, а другое дело говорить с котами, как с разумными животными. Нет, Пашу надо решительно изолировать от общества и держать при себе, а то наворотит он предсказаний о скорой погибели всего сущего столько, что его без экзаменов упекут в психушку. Вот только Рудик не удержался и всё же уточнил у Паши тезис о том, что скоро скоты съедят людей. Таки и съедят?

- А я почём знаю, - отмахнулся Паша, но поделился своими мыслями. - Как-то умудрятся коровки из травоядных превратиться в плотоядных. В этом гнусном мире, друг Рудик, всегда есть вероятность прохлопать некое западло. Вот кефир жалко до слёз. Этот мир несовершенен и никогда не знаешь, откуда придёт смерть.

Исходя из взъерошенного состояния Павлика, Рудик подумал и добавил в автомобильную аптечку некоторые успокаивающие лекарства. Так, на всякий случай, если накроет вдруг Пашу, как Аннушку Каренину. Вдруг скорбный на голову друг начнёт сильно возбуждаться, вспомнив, что скоро мир лишится вкусного кефира и начнёт искать рельсы, чтобы свести счёты с этим миром к нулю.

Когда все мероприятия по сбору в дорогу благополучно окончились, то кавалькада из двух машин отправилась в путь. Нормальные герои всегда идут в обход. Так и компаньоны решили, а что им мешает поехать в столицу края через Гойтхский перевал. В тех местах, это всем известно, очень красивые виды. Там атмосферно и много зелени. Когда ещё посетишь такие великолепные места? А сейчас время до учёбы ещё есть, машины под задницей, так почему бы не посетить красивейшее природное явление. Хорошо бы ещё смотаться в Гуамское ущелье, ещё бы осмотреть Хаджохскую теснину, прошвырнуться по окрестностям Апшеронска и Ходыжей. Особенно щекотали нервы Рудика и Паши Ковальского окрестности Апшеронска, где, как они точно знали, располагается зловещий полигон. А ну как на этом полигоне что-то шарахнет? Но, увы. Конечно, этот объект охраняется очень хорошо и просто так к нему не добраться. А как бы хотелось хоть одним глазом приобщиться к жутким тайнам. Поэтому машины с весёлой молодой гоп-компанией погнали не к повороту на Краснодар у Джубги, а рванули к городу Туапсе. Никто из всей компании даже не подозревал, что в это же время, только со стороны Краснодара, в направлении Гойтхского перевала двигался и агент Тройник, поставивший мир на грань гибели. Только ИИ резидента знал об этом, так как сам же и дал распоряжение Тройнику двигаться к перевалу.

Хитросделанный ИИ резидента нашёл лазейку для оправдания своих действий. Обо всех своих действиях он обязан был докладывать руководителю. Он и докладывал, ничего не скрывая, только в ежедневных докладах, направляемых им резиденту, насчитывалось полтора миллиона файлов. Почему резидент не считал нужным просмотреть все файлы, ИИ не волновало: начальству виднее. Главное, что он докладывал высшему существу всю правду, как всякая приличная машина.

Если вчера мир подошёл к краю пропасти, то сегодня он уже шагнул в эту пропасть. Пока ещё изменения не были видны воочию, но то дело времени: совсем недолгого времени.


Скотник Иван Фомич по фамилии Кузин, сорока пяти лет от роду, образование семь классов, слыл в кругах, в которых он вращался всю жизнь, эстетом. Этот странный факт уловил даже чиновник из министерства сельского хозяйства, представившийся Ивану Фомичу, как Давид Моисеевич. Тройник, в личине Давида Моисеевича сделал такой вывод относительно скотника, когда на ферме в служебном малюсеньком закутке этого работника обнаружил на грязном криво сколоченном столе томик А.С. Пушкина. Хмыкнув, лощёный чиновник, ещё раз окинул взглядом Фомича: сам мелкий и тощий, нос сизый, морда лица имеет нездоровый цвет, руки от въевшейся в кожу грязи невозможно отмыть даже бензином, лысину и летом скрывает вязаная шапка, трёхнедельная поросль на морде, да и выглядит этот чел на все шестьдесят пять. Настоящий сельский дед непонятного возраста, непросыхающий никогда, а туда же, Пушкина читает. Давид Моисеевич без разрешения брезгливо взял со стола томик классика и открыл на странице, заложенной этикеткой от водки. Прочитал: "Дар напрасный, дар случайный, жизнь, зачем ты мне дана? Иль, зачем судьбою тайной ты на казнь осуждена? Кто меня враждебной властью из ничтожества воззвал, душу мне наполнил страстью, ум сомненьем взволновал? Цели нет передо мною: сердце пусто, празден ум, и томит меня тоскою однозвучный жизни шум". Понятненько всё с этим дедом: товарищ запойный.

Цепкий взгляд Тройника оглядел не только фигуру скотника, которому поручили сопровождать чиновника, но и его закуток: в помещении маленькое окошко с одинарным остеклением, никогда не мытое; на стенах висят капитально засиженные мухами документы: должностные обязанности животновода и ещё какие-то инструкции. Грязно, пыльно, жутко воняет скотиной. Тройник чуть не рассмеялся в голос, когда его взгляд зацепился за требование к животноводу, изложенное в должностной инструкции: "Обладать физической и эмоциональной выносливостью". Ну-ну.

Приняв решение, Тройник вальяжным движением руки извлёк из кармана две банкноты по пять тысяч рублей.

- Премия Иван Фомич, от министерства, - протянул он деньги Фомичу, топчущемуся рядом. - За отличную работу.

Тройник отчётливо ощущал, что этот Иван Фомич, каким-то восьмым чувством определил, что он никакой не чиновник Давид Моисеевич и совсем не Давид. Судя по пристальному взгляду Фомича, от этого чиновника совсем чуть-чуть несло обыкновенным бомжом, что Фомич как-то запеленговал. Но при этом скотник явно опасался пришлого, поэтому судорожным движением схватил протянутые ему деньги и гаркнул:

- Рад стараться.

Он чуть не добавил: "Ваше благородие добрый барин". Десять тысяч притупили опасения Фомича, оставив только лёгкий флёр недоумения. Он сразу же отмёл все свои выдумки об этом опасном человеке, и почувствовал, что не прогадал. Трудно сказать, от чего у Фомича было развито особое чутьё, наверное, от работы с животными: вот и нахватался звериного чутья. Сейчас он чувствовал, что об этом "чиновнике" надо быстрее забыть и ни с кем о нём не трепаться - целее будешь. Начальство распорядилось поводить этого типа по ферме, вот Фомич и покажет ему все местные достопримечательности - от силосной ямы до куч коровьего говна. Чиновник молодец - даже в лице не изменился, когда на него пахнуло всеми запахами этого предприятия, а многие товарищи норовят с лица сбледнуть от местных видов и запахов.

Действительно Иван Фомич не прогадал, потому как, уловивший опасность Тройник уже был готов пустить этому животноводу пулю в лоб. Ментально "договорились" на деньги, а не на пулю. Теперь же взгляд чиновника говорил: "Пропьёшь ведь деньги". Взгляд Фомича отвечал: "Непременно пропью".

После отъезда странного чиновника перед Фомичом во весь рост встал вопрос, как техничнее и с шиком прогудеть свалившееся на него богатство. На первый взгляд всё просто: иди в магазин и выбирай. Но есть некие тонкости. Пожав плечами, Фомич сначала двинул в магазин со странным названием "Красное и белое". Гулять, так гулять. В магазине у него уточнили: "А вы празднуете или с горя?" Странные люди: народ пьёт, чтобы пить, а не от эмоциональных переживаний. Оказалось, что на эти деньги можно приобрести литр коньяка или вискаря: по словам продавцов, пойло просто замечательное, закачаешься. Конечно, такую негоцию можно было осуществить, но тогда точно прослышь в определённых кругах лохом голимым, а оно нам надо. Мы для такого дорогого коньяка ещё недостаточно деградировали. Можно было приобрести приличную водку за 600 рублей: получалось целых 16 бутылок. Однако коллеги не поймут в чём прелесть именно такой дорогой водки - ведь вся водка хорошая, плохой просто не бывает. Так что, 16 бутылок это, конечно, прекрасно, но не очень. За эти деньги у Анастасии Фёдоровны можно приобрести уже не 16 бутылок, а 16 литров самогона. Вот такая верхняя математика получается. Выгоду сами считайте. Фомич также прекрасно в этом деле понимал выгоду, поэтому, осуждающе посмотрев на ценники в магазине, следуя верному пути, направил свои стопы к Анастасии Фёдоровне. Фёдоровна женщина справедливая и не прижимистая, как некоторые другие: она может и в долг дать, и вместо денег сахаром взять, а то и цветным металлом, да и вообще она ценит постоянных клиентов. Для постоянных у неё существует дисконт.

Фёдоровна, вполне себе высокая статная дама, встретила мелкого Фомича довольно приветливо. Она даже не поморщилась от запаха, въевшегося в мужика и его одежду. Как говорится, клиент всегда прав. К тому же этот клиент погасил все задолжности, а воняет от него не потому, что он сам такой пахучий, а по роду его занятия, понимать надо. Когда этот клиент изложил свои желания, Фёдоровна с высоты своего роста с бóльшим вниманием посмотрела на мелкого мужика и огласила прейскурант. Сегодня в прейскуранте было три позиции, так сказать на любой выбор. Самым дорогим был "средний" самогон, затем, резко упав в цене, шёл напиток, "с хвостами". Но это уже на любителя хлебать напиток с кучей различных химических веществ. Самым дешёвым было изделие "с головами и хвостами". Но это была уже настоящая отрава: выпил и помер. Зато дёшево.

Эх, гулять, так гулять - решил Фомич и стал торговаться. В результате недолгого торга получилось следующее: "среднего" самогона 14 литров, напитка "с хвостами" - 6 литров. Нормально так, без фанатизма и сложностей жизни. А всяких изысков и сложностей нам не надо! Зачем дурацкими заумностями обижать свой народ, который если где-то и сложен, то очень даже в меру, как крест на могилке.

Стороны остались довольными друг другом. Фёдоровна милостиво выделила в лизинг садовую тачку, чтобы клиент на ней довёз приобретённую жидкость, расфасованную в пластиковые бутылки, до фермы, где предполагалось потреблять купленный продукт. В качестве подарка от фирмы Фёдоровна выдала уважаемому ею Ивану Фомичу два кило солёного сала, пару буханок хлеба и литр особой продукции тройной перегонки, типа для дам. Ведь, надо понимать, что будут присутствовать и прекрасные дамы.

- Обязательно будут дамы, - подтвердил Фомич. - Куда же от них денешься-то, от прекрасных. Набегут на запах.

Он знал, что говорил. Об этом феномене молчит наука: стоит только Фомичу в своей каморке на ферме уединиться с целью набулькать себе в гранёный стаканчик крепкого нечто, как прямо из-под земли появляются страждущие коллеги и начинают набиваться в приятели, со значением поглядывая на процесс наполнения стакана. Этика производственных отношений не позволяла Фомичу отказывать коллегам. Приходилось наливать и им. Наукой доказано, и на практике проверено, что пара литров хорошего самогона очень способствует установлению доверительных отношений в коллективе. Фомич не только проставлялся коллегам, но и сам периодически угощался от их щедрот. Отказаться угоститься - значит отколоться от коллектива, который такой вызывающей фронды адекватно не воспримет. И сделает выводы.

Может кто-то считает, что пить на рабочем месте западло? Есть такие волюнтаристы? Фомич таких руководителей презирал, кто пытался его воспитывать в плане алкоголизма: он просто гордо уходил с такой работы. Сменив около двадцати мест работы, Фомич уже несколько лет работал на ферме, принадлежавшей предпринимателю Олегу Петровичу Качуре. Оный Качура оказался мужиком сообразительным до безобразия. Таких мужиков в народе называют прошаренными. Олег Петрович эмпирическим путём выяснил, то есть прошарил, что животновод 5-го разряда Кузин, пребывая "под газом" работает за четверых, но на одну зарплату. Вот, скажите на милость, зачем тогда такому золотому работнику пенять на его мааааленькую страсть. Иван Фомич мог работать как животноводом, так и дояром, оператором животноводческих ферм, оператором цехов по приготовлению кормов. Легче перечислить, что он не умел делать на ферме. Поэтому Качура сквозь пальцы смотрел на пьянки Фомича, и даже на его запои, ибо в таком состоянии означенный Фомич работал как робот, как трактор, забывая о времени. Да ладно вам, не надо придираться по пустякам - разве это запои: не больше пары недель. Естественно, он работал и в выходные дни и без отпусков. Праздников у животноводов тоже не случалось, потому как скотина не понимала праздников. В состоянии "под газом" Фомич не отлучался с фермы, а работал круглосуточно. Не золотой, а бриллиантовый работник. Если у большинства особей из народа пьянство отшибает ум, совесть и хотение работать, то скотник Кузин, наоборот, проявлял чудеса работоспособности.

Как только Фомич приобрёл у своего постоянного поставщика Анастасии Фёдоровны самогон - с этой минуты можно начинать отсчёт его очередного запоя. "Запой" слово существительное, а не вульгарный глагол, ибо он есть, по сути, массивный алкогольный марафон. Учёные, интересующиеся этим явлением, систематизировали запои царя природы, отнеся такое состояние разумной особи к некому "эпизодическому употреблению особью алкоголя, то есть к дипсомании" и даже присвоили шифр этого болезненного состояния F 10.26 по версии МКБ-10.

Как только Фомич приволок на ферму 21 литр пойла, то первое, что он сделал - это устроил десять тайников, а один литр оставил для разгона. Но сразу разгоняться почётный животновод не стал, выдержал соблазн. Он вначале вернул Анастасии Фёдоровне её тележку, так как понимал, что начни он разгон, то тележка может и затеряться, а числиться должником Фомич решительно не хотел - такие у него были принципы.

Принципы принципами, но здравый смысл ещё никто не отменял. Продумал он и о закуске, ибо запой дело серьёзное, как полёт в космос - тут надо всё предусмотреть заранее, потом поздно будет. Потом может белочка явиться, которая наверняка пожелает убедиться, действительно ли животновод такой крепкий орешек, как он сам себя считает.

- Ну, за всё хорошее, чтоб коровки не болели, - придумал весьма цветистый тост Фомич, когда посчитал, что уже пора начинать алкомарафон.

Он опрокинул себе в глотку полный стакан самогона, и не успел прочувствовать всю прелесть его перемещения по организму, как произошло то, что должно было произойти: в кандейку к Фомичу ввалились две девицы, можно сказать коллеги - Капитолина и Алевтина. Ещё ни одна пьянка не проходила без участия в ней коллег разного пола, в том числе и этих подружек.

- А Капуля и Аля, - приветствовал представителей женского пола Фомич. - Девки, а чё вас только двое?

- Да кто в декрете, кто в запое, - ответила бодрая на язык Капитолина. Чего от этой девки не отнять, так это её безграничный оптимизм. Даже слишком много его у неё имелось: ржала эта барышня по любому поводу, как лошадь, а телесами уже приближалась к коровьему виду, чего не скажешь об Алевтине. Аля пока ещё в корову не превратилась: но уже походила на тёлку. Аля была на два года младше подруги Капы: ей стукнуло 36 лет, соответственно Капе было 38 лет. Вот только Аля не ржала, как подруга по любому поводу, тихоня она была, и лимит на слова не превышала. Она только загадочно улыбалась, потому как считалась глуповатой. Периодически ей в голову приходили нелепые идеи, и она задавала глупые вопросы коллегам, вот коллеги и причислили её к глупомордым. Поговаривали, что из-за её непроходимой тупости сбежал от неё муж: не выдержал мужик, что жена тугодум и долго соображает, хотя и железный топор иногда не сразу врубается. Впрочем, от Капитолины тоже сдрыстнул супруг. Только причина его побега за горизонт была иная: кому понравится, что его периодически больно колотят всякие вздорные пьяные бабы. А с такой коровой разве справишься, только если рессорой от трактора.

Стихийно образовавшееся трио усидело литр самогона довольно быстро. Распитие происходило, как пишут в дипломатических коммюнике, в тёплой дружеской атмосфере. На первом литре всегда настроение лирическое: проверено на опыте. Фомич читал девкам стихи Пушкина из своей затрапезной книжки: "Бегут мои года, как рок слепой, топча ростки надежд, к земле поникшие. Уйду от вас я навсегда в запой: не верю никому я, не верю и в хорошее". Девки прониклись: Капитолина бурно возмущалась, считая, что Пушкина погубили клятые пидорасы из Европы, а Алевтина тихо плакала: ей тоже было жалко Александра Сергеевича, писавшего такие проникновенные стихи. Погубили такую личность - и к чему теперь пришли: государства рушатся, нравы ниже канализации, сирот отдают на воспитание содомитам, а в храмах устраивают оргии. Короче, наливай Фомич. Выпьем за проникновенные строчки, написанные Сашкой Пушкиным: "Сосед наш неуч, сумасброд, он фармазон; он пьет одно стаканом красное вино". А мы самогон пьём!

Отвлекал прекрасных дам от мировой скорби Фомич проверенным методом, сбегав к своему первому тайнику, где оный освободил от двух литров нектара. Подальше спрячешь - поближе возьмёшь - закон Бразильских джунглей. Просто так сидеть и пить не наш метод. Наш метод в культуре пития, то есть в поддержании беседы во время этого процесса. Говорить желательно на возвышенные темы.

- Истина в вине, свобода в пиве, а в воде только микробы, - ошарашил девок философским откровением Фомич. Недаром он слыл эстетом. Девки кивали, утирая пьяные слёзы. В желтоватом полумраке помещения физиономия давно небритого Фомича напоминала морду демона с индийских фресок. Пьяные девки тоже выглядели весьма предосудительно, поэтому в суеверном ужасе от мужика не отскакивали: в своей жизни они уже много чего насмотрелись и всякими демонами их не напугаешь. Вдруг Капитолина дико заржала, вспомнив дежурную шутку, касающуюся имени и фамилии Ивана Кузина: шутку про большую кукурузину, имеющуюся в наличие у гражданина Кузина. Почему-то все знакомые Фомича старались напомнить ему слова из этой пошлой частушки. Маргиналы - что с них возьмёшь.

После третьего литра Фомич вдруг увидел в девках прекрасных дам, которых вот только что в душé обзывал прошмандовками, шалашовками и даже профурсетками. Началось, сообразил он. Но в глазах прекрасных дам читалось ещё некоторое непотребство. Отвлекать девок от непотребных мыслей Фомич решил проповедью на тему красоты мира.

- Для меня главное в жизни ...ик... красота, - заявил он собутыльницам, чекалдыкнув очередной стаканчик. - Всё самое интересное начинается с нас самих. Давайте, девки, найдём... мля внутри себя точки соприкосновения с прекрасным...ик.

- Ага, - пьяно заржала Капитолина. - Ну, ты и дипломат, Фомич! Начнём искать эти точки внутри себя, начиная с точки "G", гы-гы-гы.

Потом она громким пьяным шёпотом стала просвещать подружку, что такое точка "G" и где её искать. Фомич-то тот ещё охальник. Судя по округлившимся глазам подруги, та прониклась и с удивлением пялилась на Фомича, как будто тот вот прямо сейчас ринется искать эту точку внутри Алевтины. Любопытства в её глазах было больше, чем пищи для него.

Вот с бабами всегда так. Только некоторые настоящие бабы держат свой нрав в руках, а мысли при себе. И мужей своих не бьют. А глупые бабы удержать своё настоящее "я" не в состоянии - настолько оно сильно. Чуть что и говно из них полезло во все стороны - хоть лопатой убирай, как за скотиной.

Всё опошлит эта корова Капа - свинина филейная - с некоторой досадой подумал Фомич, даже хотел назвать её шалавой, но, учитывая трудную женскую долю, обострять не стал, а продолжил агитацию за красоту.

- Красивое...мля... не может быть познано, его необходимо чувствовать, - заявил Фомич собутыльницам, пытаясь достучаться до глубин их души. - Мир ...нах...полон изящного волшебства! Ага, вот такая она квантовая суперпозиция. Я воспринимаю все явления ...мля...не как хорошие или плохие в натуре, а как прекрасные или уродливые. Закусывай, Аля, закусывай.

Аля закусывала, а потом вдруг запела дурным голосом:

Чего же ты молчишь - детина?

Иль час раскаянья настал?

Что водку жрал ты как скотина,

Или чего-нибудь украл...

Пьянка успешно преодолела лирическую стадию, кое-как проскользила философская стадия с разговорами типа "за жизнь", теперь загул приближался к тому моменту, когда участники начинают обсуждать производственные темы, а уже потом душа, если тело не заснёт, требует дебоша или подраться. А какие у нас производственные темы? Правильно - о коровах и их кормлении, ибо основной задачей всех животноводов является тщательный уход за животными, чтоб им пусто было - жрут и жрут, гадят и гадят.

Пьянка потихоньку превращалась в хрюкотеку, когда коллектив становился похож на проспиртованных хрюкозавров. Аля уже давно спала в пьяном угаре, упав головой на стол. Спать ей не мешали даже крошки от хлеба, впившиеся в её щёку. Изредка Аля внезапно оживала и поднимала со стола своё лицо с прилипшими на щеках крошками. В такие моменты она походила на парализованную сову, то есть могла только крутить головой, и бессмысленно моргать огромными глазами. Фомич перестал понимать, кто перед ним сидит и где он: он видел в ещё живой Капитолине свою любимую коровку под номером 111 на ухе. Этот номер у него ассоциировался с печальным событием, так как точно под таким номером числилась могилка на погосте почившего отца Фомича. Скотник, поглаживая тугое плечо Капитолины представлял, что гладит свою любимую корову номер 111. При этом он пьяно вещал, доказывая окружающим, что коровы лучше людей, мамой клянусь:

- Корова...мля.. живёт разумно, не как сволочь человек торчит от жизни. Она...нах... скотина такая жрёт, чтоб утолить голод, пьёт падла такая, чтоб напиться, и размножается, чтоб продлить свой коровий род...нах. А человек, что? Жрёт не потому, что голодный, а потому, чтоб другому меньше досталось, любит сладко спать и сытно есть. Для чего всё это?! Шалишь...С собой в могилу не заберёшь!

- Ты скучный дед и мне скучно с тобой, - пьяно отмахивалась от Фомича Капитолина. - Мне с тобой сладко спать хочется. И сытно жрать я хочу....это моя мечта, а ты, дед, трендишь о коровах. Нашёл прекрасное.

Капа коров не любила, да и мужиков она считала тупиковой ветвью эволюции. Мужики - они, как собаки Павлова - живут на спинномозговых рефлексах. Да, и в пастели от мужиков толку, как из амебы спринтер.

- Проблемный вопрос, - промямлил дед.

- Ага, - кивнула Капитолина. - С проблемой надо переспать...а то коровы, да коровы.

При слове "коровы" в мозге Фомича щёлкнул триггер, и скотник плавно переместился в иную реальность, в такое состояние, где нет времени, нет прекрасных дам, где существует только одна цель: обиходить коров. Коровы не должны страдать, ибо они скоты бессловесные, но чтобы процесс шёл правильно, периодически надо прикладываться к напитку богов, разлитому в пластиковые бутылки и заныканные в разных укромных уголках фермы. Адепты учения дзен, глубокомысленно назвали бы состояние, в которое вошёл Фомич состоянием сатори, то есть на животновода снизошла благодать с получением им частички "разума Будды", а это не кот начхал. Тело скотника включило режим "безотказного автомата и железного трактора", а разум возвысился до чистого сознания, позволяющего слиться с подлинной природой вещей. Пьянющий до изумления скотник работал, как проклятый: открывал и закрывал ворота для трактора, разгружал мешки с солью, рассыпал под коров солому, раздавал фураж тёлкам и коровкам. Он на автомате наполнял кормушки водой, дробил слежавшуюся соль, был, что называется на все руки от скуки. Зачем на ферме кормораздатчик, если есть Фомич? Кормораздатчик железный - он может сломаться, а с Фомичём ничего не сделается, потому, как уже сделалось. Лопата здорово стимулирует мыслительный процесс, но не в случае Фомича. Превратившись в робота, алкозависимый скотник, совершенно не замечал странные и страшные дела, начавшие проходить на животноводческом предприятии. Потеряв счёт времени он, заодно, потерял все основные инстинкты и чувства, кроме направленных на каторжную работу. Он не удивился и не понял, что через двое суток запоя на предприятии как-то внезапно стало тихо. Обычно от животных исходит шум, а теперь они вели себя совершенно по-другому: они молчали. Только усиленно ели. Нормальный человек давно бы заметил, что коровы что-то стали много есть, ненормально много. Фомич, пребывая в своём собственном астрале, ничего такого не замечал: он только с некоторым удивлением периодически обнаруживал пустую кормушку, а раз кормушка пустая, то её следовало наполнить. То, что он уже много раз наполняет кормушки, Фомича не колыхало: пустая - наполним, коровки должны усиленно жрать, тогда из них получится отличная говядина. И никто не мог остановить ретивость скотника: живых людей на ферме не осталось, как и некоторых животных, кому не повезло правильно заразиться вредными спорами.

- Кушай сто одиннадцатая, кушай, - подкладывал своей любимице очередную порцию сена и силоса Фомич. - Лохматость у тебя что-то повысилась, к зиме, наверное. И полосатость на шкуре появилась. Твоя мамка, что, с зеброй согрешила? Кушай, а я немного догонюсь, если не возражаешь, типа остаканюсь.

Летом коров силосом не кормят, однако Фомич для своей любимицы находил остатки продукта. Часть остатков уже испортилась, а некоторая часть ещё могла пойти в корм. Почему бы и не скормить коровкам силос, учитывая их вдруг возросшую прожорливость. Спрашивать о рационе у начальства? А где оно? Что-то начальства не видно, наверно, оно забухало.

Фомичу по пьяной лавочке казалось, что корова его понимает и смотрит на него своими умными глазами, словно что-то определяя для себя. Но в её глазах таился ещё и свирепый зверь, заставляющий отводить глаза от её пристального взгляда. Корова говорить не могла, а то бы животновод услышал от неё много нового о людях и их вкусовых качествах.

Его проспиртованный мозг не мог понять, что с коровой происходит что-то категорически неправильное, идущее в разрез с коровьей природой. Во-первых, геометрия любимой коровки изменилась радикально: она стала раза в два шире и продолжала расширяться и удлиняться. Во-вторых, у коровы, или уже у демона с рогами, стали изменяться лапы, хвост и зубки.

Сто одиннадцатая кушала, поглядывая своими глазюками, в которых вдруг прорезался разум, на мужика, усиленно откармливающего её ненасытную утробу. Вождь любого стада должен быть самым сильным, иначе его сожрут вместе с копытами. Это еще Энгельс доказал. Будущий вождь, молча ела всё подряд, что давали, при этом ощущала некую симпатию к своей персоне со стороны двуногого. Другие коровы тоже пережёвывали пищу молча, только изредка, кто-то из коров свирепо взмахивал своим хвостом, со свистом рассекая им воздух. Фомич такие странности не замечал, как не заметил он, что остался на ферме только он один: других людей коровы уже благополучно подъели, как подъели трёх сторожевых шавок вместе со сторожем, двух приблудившихся кошек, поймали и съели штук триста крыс. Его не съели только по вине сто одиннадцатой, которая, пользуясь своей силой и повышенными умственными способностями, почему-то пощадила своего кормильца и не дала его слопать своим подругам. Остальных людей коровы съели, как съели и своих товарок и некоторых быков, определив, что те бракованные особи. В бракованных коровах споры-химеры почему-то стали изменять организм носителя не достаточно эффективно, поэтому выбраковка пошла на корм высшим животным, с фантастической скоростью увеличивая их мышечную массу и ускоряя дальнейшую трансформацию организма.

Фомич через каждый час остаканивался, сто одиннадцатая флегматично жевала; ИИ резидента, выбрав в каждом стаде лидера, посылал ему сигнал на дальнейшие действия, кроме того ИИ взял под жёсткий контроль всю связь на планете - народ и не догадывался, что его уже начали употреблять в пищу, и кто - существа, которых народ сам поедал с усердием уже много веков.

Сто одиннадцатая не знала, что она, выбившись в лидеры, действует по чужой программе. Она только наверняка знала, что ей и её стаду надлежит делать и как действовать в дальнейшем, а вот откуда у неё появились такие знания, её не интересовало. Конечно, хорошо, что она резко поумнела. А то раньше, она только жевала то, что двуногий кидал в кормушку, и больше ни о чём не думала: а зачем думать. Сейчас она уже знала, что для своего развития она должна есть разнообразную и сбалансированную пищу: оказывается сто одиннадцатая всеядная. Но людей она и её клевреты сразу есть не стали: вначале они подъели своих бракованных сородичей, по-тихому забодав их до смерти, а потом новыми острыми зубами перемолов их тушки вместе с костями. Съев бывших сородичей, монстры резко усилились: теперь можно было и человеченки отведать, благо местный народ, что ошивался на ферме, был совершенно безобиден.

- Люди делятся на много частей! - заявила сто одиннадцатая двести второй, назначив ту на должность ближайшего помощника.

Двести вторая согласно зашипела, при этом почесав огромным острым когтем, вылезшим из левой задней лапы, свой бок. Таким образом чесаться сподручнее. Что касается вкусовых качеств человеков, то двести вторая обратила внимание своей начальницы на то, что некоторые части людей совсем невкусные.

Сто одиннадцатая прислушалась к возмущённому шипению двести второй:

- У людей внешняя шкура совсем гадкая. Жуёшь её, жуёшь - ни вкуса, ни удовольствия, гадость - одним словом. Особенно мерзопакостная их внешняя шкура на нижних лапах человеков. Даже пятьдесят шестая не смогла разжевать их внешнюю шкуру: так и проглотила её недожёванную. Лично я разочарована: пришлось выплюнуть эту гадость. Так-то внутри внешней шкуры люди вполне съедобные.

Двести вторая намекнула главной, что пора бы и на охоту: кушать хочется.

Сто одиннадцатая согласилась, что люди почти полностью съедобны за исключением их внешней шкуры. Особенно вкусные их упитанные самки. Одну из них, постоянно крутящеюся возле их неутомимого кормильца, сто одиннадцатая лично употребила в пищу. Что сказать? Вкус, конечно, специфический: жирновата самка - на любителя. Но ничего, с той солью, что выдаёт двуногий кормилец, самку реально съесть с аппетитом. Двести вторая предлагает отправиться на охоту. Это, конечно, дело праведное, но есть нюансы. Сначала надо чтобы стадо окрепло и организовалось в отряды. Но, с другой стороны, требуется белковая пища, а людей и крыс уже на ферме подъели.

Сто одиннадцатая распорядилась: пока доедать оставшиеся запасы на ферме, а также ловить людей, которые вдруг забредут на ферму. Она озаботилась разделением своего стада на специальные отряды: сформировала группы боевиков, разведчиков, фуражиров и охранников стада, состоящего из быков. Быки и молодые бычки стали большой головной болью сто одиннадцатой. Эта братия оказалось туповатой, быковатой и прожорливой: они постоянно ссорились, бодались, плохо понимали дисциплину. Да они вообще всё плохо понимали - быдло, одним словом. Физически и интеллектуально быки резко уступали самкам, но гонору было выше крыши фермы. Сто первая даже хотела пустить большую часть быков на корм, но как тогда размножаться. Выплюнув жвачку на пол, она распорядилась согнать быков в отдельное стадо под охрану мощных коров. Этим самкам она разрешила нещадно бить самцов - это слабое звено в их орде, пока самцы не поймут, как надо себя вести. Для укрепления дисциплины она велела коровам-охранникам демонстративно убить и съесть пять самцов, самых тупых и борзых. После такой демонстрации силы быки в испуге жались друг к другу боками и с ужасом поглядывали на мощных самок: вот же жизнь наступила, даже мычать и бодаться запретили. Нет в этом мире справедливости. Бабы сейчас стали хуже сибирской язвы - чтоб их доход не высовывался за борт потребительской корзинки, чтоб они облезли и жили на одну зарплату.

- При людях чалиться на зоне было лучше, - тихо скрипел четыреста девятый. - Начальники баланду давали, на прогулку выводили, ништяк тогда было, точно говорю братцы. И бабы так не борзели. А каким благом эти борзые тёлки нас ласково помажут, в упор не сечём.

- Чё сморозил бычара, - зашипела на него восемьдесят восьмая. - Морозилку захлопни, а то на мясо отправлю. Тебя за язык кто тянет - рот закрыл и зубы спрятал. Быстро все уроды заткнулись, пока я на нервы не изошла.

Вот так всегда: оппозиция силе имеет право на существование только при наличии собственной силы и силы духа, которого хватит, чтобы отстоять право на существование. У четыреста девятого силы духа не хватило крошить батон на самок, и он заткнулся.

То, что никакой справедливости нет, прочувствовал на себе и директор предприятия Качура Олег Петрович. Приехав на предприятие на своём личном автомобили, Качура прошёл на территорию и ощутил смутную тревогу: главные ворота, что около санпропускника открыты, сторожа нет, даже его шавок нет. Опять перепились все работнички - с горем подумал Качура. Вот только почему так тихо? Направившись выяснять, почему тишина и где люди, директор поступил опрометчиво. Боевики аккуратно приняли его: взмах хвоста и нет директора, а его труп съели боевики, по-братски разделив человека на кусочки. Боевики отлавливали и других двуногих и четвероногих тварей, случайно забредших на предприятие.

У покойного Качуры имелась жена - симпатичная Венера Алиевна. Женщина приятная во всех отношениях, только немного ревнивая. Венеру Алиевну стали посещать нехорошие мысли, когда её Олег Петрович вечером не явился домой. Прецеденты уже случались. Начало разыгрываться богатое воображение. И где это мы шляемся, позвольте спросить? Хорошо хоть есть мобильный телефон. Женщина, пребывая ещё только в лёгком раздражении, набрала номер супруга и стала слушать гудки. Наконец, пришёл ответ.

- Аллё, дорогая, - в трубке звучал излишне весёлый голос её мужа Олега Петровича. Венера Алиевна и предположить не могла, что разговаривает не с мужем, а с ИИ резидента, установившим, естественно, без ведома резидента, жесточайший контроль над информацией о событиях на животноводческих предприятиях. Уже сотни человек было съедено, но никто ничего пока не опасался.

- Олег, - спокойно начала разговор Венера Алиевна. - Ты где?

- Где ж мне быть, Венерочка. На ферме я весь, - радостный голос супруга источал оптимизм. - Всё заботы и заботы. Кручусь, понимаешь, как маневровый тепловоз.

- Уже почти ночь, - проявила нетерпение Венера. - Что там можно делать ночью?

- Как что? Работаю, то - сё, - послышалось в телефонной трубке. Вдруг в телефоне Венеры Алиевны послышались иные звуки, кроме слов её супруга. Звуки слышались весьма подозрительные: шум льющейся воды, весёлый визг молодых женщин и провокационные крики: "Олежка, бросай телефон - иди мне спинку потрёшь". Затем послышался ещё один женский визгливый голосок: "Нет, сначала мне котик спинку потрёт".

Венера Алиевна с раздражением прервала разговор с супругом, который оказался сволочью. Теперь всё кристально понятно. Он там вращается среди шлюх, а она, глупая, ждёт его с работы, ужин ему готовит. Как же - кормилец уставший придёт с работы. А кормилец, скорее всего, веселиться с кучей голых шлюшек в сауне санпропускника на ферме. Полностью муженёк потерял берега от спермотоксикоза. Логическое осмысление ситуации помахало ручкой и улетело, оставив возбуждённую Венеру наедине с её богатым воображением.

Глаза Венеры Алиевны сузились и посветлели от гнева. Сейчас вы у меня получите - я разгоню весь ваш притон для любовных утех. Я вам устрою шампасик под ананасик и коньячок под балычок. Две минуты на истерику, а потом женщина целеустремлённо отправилась в чулан, где хранился садовый инвентарь, и вооружилась увесистым черенком от лопаты, посчитав, что черенок - это весомый аргумент в её случае. Ага, добро должно быть с кулаками, тогда оно победит зло. Затем она вывела из гаража свою машину и отправилась на разборки, с каждой минутой зверея всё больше и больше. Эта сауна в санпропускнике на ферме супруга уже давно у неё вызывала подозрение, ведь там такооооое вытворять можно некоторым особям, одержимым чреслобесием. Ну, ничего, сейчас черенком от лопаты я вам всем, невзирая на лица, устрою урок нравственности. Проще говоря, поубиваю блядей и блядунов в этой обители разврата.

Прибыла разъярённая женщина на ферму, когда мир погрузился в очередную темноту, но на ферме освещение работало. Женщину, пребывающую в возбуждении, совершенно не удивило, что главные ворота возле санпропускника были нараспашку, хотя всегда они открывались только с разрешения охранника. Уверенно держа в руке черенок от лопаты, мстительница энергично кинулась к дверям санпропускника, в окнах которого горел свет, что говорило о наличие в здании толпы морально разложившихся людей.

Перед входом в здание, где, надо полагать, прямо сейчас творился разврат и непотребство, имелась небольшая освещённая светодиодными лампами площадка, выполненная из бетонной плитки. Ступив из тени на эту площадку, женщина вдруг почувствовала какое-то странное шуршание сзади. Звук этого шуршания был незнаком, поэтому женщина не испугалась, но рефлекторно повернула голову в направлении неосвещённого места, откуда раздавались такие странные звуки. Взглянула туда и мгновенно похолодела: из тени на свет вышло нечто, что никак не должно было существовать, но оно было и двигалось. И оно было дико страшным. На Венеру Алиевну своими красными равнодушными глазами смотрел ужас. Парализованная страхом женщина видела перед собой трёхметрового, цвета крови, демона с рогами, вставшего на задние лапы. У порождения бездны в наличии был полный набор демонических атрибутов: жуткая рожа, выдающиеся мышцы, мощный хвост, несколько острых рогов, когти на лапах, шипы, страшные зубы и почему-то коровье вымя на том месте, где у мужиков болтаются их причиндалы. Но женщина, которая повелась на провокацию ИИ и сама явилась на ферму, погибла не от зубов или когтей неведомого демона. Она погибла от удара хвоста монстра, резкий взмах которого переломил ей позвоночник. Она уже не видела, как демон, опустившись на четыре лапы, зацепил её труп своим когтём и ловко оттащил тело жертвы в место, где высшая распорядилась разделывать людей на кусочки. Конечно, кусочков от выловленных людей маловато будет, но есть и хорошая новость: высшая распорядилась после первой трети ночи произвести налёт на поселение людей, а то уже нелегко выдерживать взгляды голодного стада. Цель налёта: хорошо отъесться боевикам, добыть еду для быков и заготовить пищу для следования орды в сторону юга. Пятьдесят восьмая, будучи боевиком, а это она убила жену хозяина фермы, действия своей мудрой начальницы сто одиннадцатой одобряла. Откуда только Высшая особь знает такие вещи? Но мудрейшая подробно и терпеливо изложила всей орде, за исключением тупых быков, весь алгоритм их дальнейших действий на пути становления их вида новой доминантой на планете. Подчинённые прониклись и поняли, что с таким лидером голодными они не останутся.

Пятьдесят восьмая, оттащив труп человеческой самки на разделку, стала терпеливо дожидаться времени "Ч", с момента которого начнётся завоевание этого гнусного мира, угробленного людишками. Чтобы немного развлечь себя пятьдесят восьмая тихо прошипела фривольный куплетик: "Мой любовник Минотавр, а я коровёнка. Вся любовь была обман окромя телёнка". Время "Ч" приближалось.


У потомственного животновода Кузина мозги включились в некотором минимальном объёме, когда он находился в своём закутке на ферме. Из грязного окна лился мутный свет, что извещало о том, что на дворе точно не ночь. А вот утро сейчас, день или вечер - то было непонятно. Мухи по грязному стеклу бодро ползали, но у них не спросишь - они всегда бодрые, когда тепло. Иван Фомич шире разлепил один глаз и с грустью осмотрел помещение: лучше в помещении за время запоя не стало. Ужас! Как будто через ферму прошла орда Наполеона, оставившая после себя грязь, объедки, обрывки, окурки и кучу пустых пластиковых бутылок. Орда съела всё съедобное и выпила всё спиртное. Да-с, слишком много неприятного дерьма окружает нас каждый божий день. Интересно, а какой сейчас день? Впрочем, какая в задницу разница.

Внутри организма тоже всё ощущалось не слава Богу - явный абстинентный синдром со всеми его прелестями: головной болью, сухостью во рту, а также имела место вялость членов, потливость, тошнота и душевная тревога. Фомича беспокоило чувство напряжения и некое навязчивое опасение совместно с примкнувшими к этим чувствам чувство вины и чувство стыда за его непотребный вид, а также тоска, безысходность и суицидальные мысли. Фомич вспомнил, что этот запой сопровождался особо яркими злыми кошмарами, ощущениями проваливания в пустоту, акустическими и зрительными феноменами. Явно приходила белочка, но не в виде мелкого пушистого грызуна, а в виде огромных рогатых демонов, которых, Фомич точно помнил, он усиленно кормил силосом и комбикормом с добавлением соли. Демоны на вид были ужасными, но жрали всё с отменным аппетитом. Вот это приходы! - сказал бы Будда. Исчадия ада, порождённые алкоголем, пытались пугать Фомича своим видом, но не преуспели: ага, напугали ежа филеем.

Вдруг Фомич с ужасом понял, что потерял слух. Приплыли-с. Допился, окаянный, вот слух и покинул проспиртованный организм. Стояла непривычная тишина. Фомич начал сильно трясти головой до головокружения и усиления головной боли. Однако, к своему удовольствию он услышал жужжание мух, коих в помещении было предостаточно. Это говорило о том, что слух восстановился, но только в самом закутке, а снаружи как была мёртвая тишина, так она и осталась. Свои слова Фомич тоже услышал. Перестав соображать, скотник стал думать: хоть его голос и был весьма гнусный, но он был, и Фомича прорвало на словесный понос. Он разговаривал сам с собой, ибо хорошо пообщаться с умным человеком на скользкие темы. Хотя, какой я умный. Настоящий дурак...или гений. Ага, вылитый гений, дурак такое не придумает, чтобы столько самогонки выжрать в одну харю....или не в одну. А сколько нас было?

- Вот же беда-огорчение, - бормотал Фомич. - А всё из-за чего? Из-за нашей человеческой тупости. Что ещё обладает такой дивной мощью, как наша людская дурь? Пошли дурака Богу молиться, так он лоб пробьёт, ибо за всё, за что ни возьмётся дурак, тут же всё потеряет всякую здравость. Хорошо хоть, что дурнее мужиков только наши бабы. Бабы вообще дуры.... я вот напрягаюсь, что тут случилось?

Сегодня мир за пределами закутка капитально пугал Фомича: выходить из норки не хотелось. Там трудно с деньгами, там трудно с работой, там безнадёга.

Несусветно грязные пальцы скотника нащупали на столе томик с произведениями великого поэта. На засаленной обложке уже не читалось, кто был автор произведения, много листов также отсутствовало, но Фомич был уверен, что это сочинил именно Пушкин - исключительно великий поэт, ведь только он мог написать так красиво: "Плетясь за хлебом насущным, таких я полон скорбей, что мудрый скажет, увидев: несет зерно муравей. Чтоб жизнь мою обесценить, ударом камня невзгод, разбил меня беспощадно чеканщик злой - небосвод. Мои достоинства скрылись от глаз придирчиво злых: теперь любые пороки - святей достоинств моих. Что нужды! Может ли спорить с судьбой своей человек? В бесплодной тяжбе с судьбою - судьба всесильна, а я всего ничтожней, что в силах душа измыслить моя. И если выбросит искру костер страдальческий мой - вскипят моря небосвода от жара искры одной". И так умно написано на любой странице. Откроешь первую попавшуюся страницу и вот тебе - откровение, хоть плачь. Не очень понятно, но душевно. Фомич, прочитав строчки, даже несколько успокоился: не только у него проблемы, но и у великого Александра Сергеевича тоже были проблемы, судя по его произведениям.

- Мы предпочитаем не решать проблемы, а избавляться от них, - поднял к потолку руку Фомич. Грязный и засиженный мухами потолок молчал. - Мы предпочитаем разрушать, а не созидать, ага. Мы всем человечеством деградируем к ебеням. Именно поэтому произойдёт конец света. Хотя и с концом света непонятки: песец придёт всем сразу, или постепенно. Огласите сценарий!!! Может уже следует взять кредит, чтобы потом его не отдавать?

Но, сиди, не сиди в щели, гадай, не гадай о конце света, а выходить на белый свет придётся, хотя бы для того, чтобы пойти на поиски самогона, ведь не всё же выжрали - где-то самогон водится. Например, в какой-нибудь заначке да осталось так необходимое для опохмелки пойло? А вдруг: ведь неожиданности всегда рядом с нами, как салоны сотовой связи.

- В этом мире нет гарантий, есть только возможности, - нехотя и обречённо признал Фомич, что означало, что долго здесь не просидишь: никто самогон не принесёт, а нервы уже на взводе. - Это точно, что у любого совершенства существует предел возможности, и я уже на пределе.

Сидящие на крышах животноводческих зданий солидные чёрные грачи внимательно наблюдали над горестными причитаниями и слёзами двуногого существа. Бегает он, суетится, плачет. Мужик имеет вид индивида склонного к периодическим походам в алкогольный апокалипсис, явный интроверт и социофоб. Грачи не торопились и сохраняли философское спокойствие: всё равно на ферме никого живого нет, а этот чем-то расстроенный двуногий обязательно куда-нибудь, наконец, уйдёт, выплакавшись. Тогда грачи спокойно слетят вниз и начнут рыться в кучках рассыпанного комбикорма и питательного силоса, в котором уже завелись вкуснейшие червячки, а это чистейший протеин. Крупный грач не одобрял поведение человека: это же глупо лить слёзы, когда слезами ничего не исправишь, только заполучишь изжогу и несварение. Этот человек, проливая слезы, вводит в заблуждение не только себя, но и других существ. Проблемы надо решать, а не оплакивать: перестань человек рыдать, а найди червячка или подними с земли вкусный силос и наешься - еды на всех хватит, тогда мир окрасится в приятные тона. Как ты узнаешь счастье, если не познаешь печаль? Но не торопись радоваться, ибо на смену радости придёт печаль из мира обманчивых образов и суеты. А суета и уныние никого ещё от печали не спасло.

С тезисом, что печаль это плохо Фомич мог бы и поспорить с грачом, ведь пернатый не знает, что печаль делает самогон вкуснее. Но не пристало справному мужику, находящемуся на вершине пищевой цепочки, спорить с птичкой.

Привычный мирок Фомича начинал рушиться на глазах: наверняка это злые люди угнали всех его коров, коллеги исчезли, заначки закончились, кишечник бунтует, остались только слёзы и скулящая, как бездомная собака на холоде, душа.

- Я не плачу, - показал кулак грачам Фомич. - Это из глаз остатки самогона выходят. Сейчас я высушу слёзы и открою глаза. И что я вижу? Вижу следы стада, следы ведут за ворота. А где люди? Кто угнал моих коров? Точно это цыгане, чечены, турки, евреи или нехристи инопланетяне слямзили моих коровок. Найду этих маргиналов - поубиваю.

Старик Кузин, как сомнамбула поковылял к воротам на ферму. Там увидел странные вещи: типа как в сказке - чем дальше идёт повествование, тем страшнее. Ворота открыты нараспашку: заходи, кто хочет, и уноси сонного Фомича, когда он немного был не в форме. Зачем уноси? А чтобы организм Фомича разобрать на органы, зачем же ещё. Однако, почему-то Фомича вместе с его органами злодеи оставили, а коровок и весь коллектив угнали в неизвестном направлении. Осталось только по следам идти вслед за стадом, чтобы спасти коровок от злых людей.

Тупо уставясь на открытые ворота, Фомич пробормотал, что ограждение без ворот - это, то же самое, что и полное отсутствие ограды. Затем он принял решение.

- Надо собраться и не порочь горячку, - наморщил лоб Фомич. - Надо пройти по всем заначкам пока не началось. Ведь не может быть такого, чтобы хоть одна заначка, да не оказалась с содержимым. Ведь, правда, да? Иначе, как тогда жить?

Хорошо хоть, что озверевший Фомич всё-таки обнаружил в одной своей секретной нычке литр самогона. Почему хорошо? Потому, что его разум на трезвую голову, наверное, не пережил бы того, что он увидел в посёлке, когда потопал туда, неся в пластиковом пакете все свои богатства: томик стихов и две ёмкости с обнаруженным самогоном.


Глава двенадцатая.


...что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под Солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: "смотри, вот это новое", но это было уже в веках, бывших прежде нас...Ага, щас! Семнадцатилетний...через два месяца... Ростислав Подлесный считал свою любовь к стройняшке Маиске уникальным явлением. Ведь он любит Маиску уже целую вечность - целых четыре последних месяца своей жизни с того самого вторника месяца мая, когда он посмотрел на девушку, поймал искру и понял.... Любовь не приходит втихомолку: она врывается внезапно и ошпаривает душу своим жаром. Прежние деликатные отношения к представительницам противоположного пола Ростислав решил не считать полноценной любовью, а так - просто детской влюблённостью, мимолётным увлечением - с кем не бывает. А вот Маиска....которую если называть её имя полностью будет Анемаисой... так вот Маиска - это девушка необыкновенная, не то, что некоторые стервозы из их племени. Она...она...да, что там говорить, она настоящий идеал.

Ростиславу даже пришлось немного подраться со своим одноклассником Дениской Фомочкиным, который не проникся восторгом к пассии Ростислава, а дерзко пожал плечами, словно намекая, что Маиска такая, как и все другие из их глупого бабского племени. Пришлось эту дурь из Дениски выколачивать кулаком. Так тот потом уже с разбитой губой орал, что Ростик совсем съехал с катушек со своею любовью. Даже дураком назвал Ростислава, и ещё много чего наговорил. Так-то друзья были с понятием на тему любви, но вот некоторые особи не проявляют должного такта. Но, ладно, самому в дураках, по версии Фомочкина, находиться не страшно, а вот на Маиску нечего коситься. Она особенная и точка. Она самая лучшая во всей школе, в которой Ростик мотал свой срок.

Фомочкин действительно не понимал, что хорошего одноклассник Ростислав нашёл в Маиске с её странными манерами. Какого беса придурок Ростик втюрился в эту девчонку? Вроде нормальный парень, а чуть не так на его новую подружку посмотришь, так он тонну ругательств вываливает. Как бы ему намекнуть, что он смахивает на подкаблучника. Жизнь гораздо интересней, чем примитивные бабские стереотипы о том, как надо жить. Маиска из той же оперы. Ей почти семнадцать лет, одевается в мешковатые одежды, из-за чего её высокая фигура кажется несколько нелепой. Волосы у неё русые со светлым оттенком, длинные и капризные. Чёлка кое-как косо подстрижена. Ходит в стоптанных туфлях. Обычная девчонка-блондинка, каких тысячи, но Ростику лучше так не говорить - он сразу в драку лезет.

- Тебе, дураку и балбесу, не говорили, что ты начинающий укуренный урод, шизофреник, идиот и подкаблучный параноик? - попытался понять Ростислава Фомочкин.

- А что, уже пошли слухи? - нахмурился Ростик. - Кто такое говорит? Он, что бессмертный?

Дениска только махнул рукой. Что с дурня возьмёшь? Так и хочется сказать ему деликатно по этому поводу без мата и, не умирая со смеху, глядя на эту сладкую парочку. Действительно, все семнадцатилетние юноши думают, что они бессмертны, безупречны и с большими перспективами. Вот только любовь, игра гормонов, эмоции и индивидуальные выверты психики перевешивают рассудок. Таким был и Ростислав. Обыкновенный во всех отношениях парень: чуть выше среднего роста, физически крепкий и на морду не урод. Вот только в нём странным образом уживались две разные сущности. Одна его часть была осторожной, без резких импульсов. Другая его часть могла совершать необдуманные поступки, демонстрировать совершенно неадекватное поведение и устраивать злые шуточки.

Сегодня ночью у Ростика по плану были гульки с Маиской и размышления о высоких сферах под Луной, ибо у него наметились небольшие проблемы с социализацией, и это надо было обсудить с девушкой. Что за проблемы? Просто Ростик опять поругался с родичами, и опять из-за Маиски: предки были совершенно несерьёзными людьми и ничего не понимали в нежных человеческих отношениях. Мамаша с подхрюкивающей ей мелкой засранкой сеструхой Викой критиковали его Маиску обидными словами, что довело Ростика до белого каления. Если не петрите в отношениях, то чего гадите в душу? К мамке и засранке сестрёнке примкнул и папахен, заявивший Ростику, чтобы тот, когда идёт на гульки предохранялся.

- Как предохраняться? - не сразу сообразил смысл фразы Ростик.

- Как, как? Каком кверху, - посоветовал отец. - Купи парочку гандонов и носи их в кармане. Тогда у мамки....гы-гы....голова из-за тебя болеть не будет.

Вот что с такими дремучими родственниками делать? Они, что, считают Маиску очередной Ростиковой временной подружкой? Бывшие подружки были небольшими ошибками бурной молодости - признаю. А сейчас всё серьёзно, типа железобетонно, понимать надо. Нет, уйду я от таких родичей. Ненавижу их домашние тапочки, пыльные ковры, гороховый суп и тёплый сортир. Уйду от них в общагу или перееду к родной бабушке Нине: бабка только рада будет. Возьму Маиску в охапку и уйду: пишите письма мелким почерком.

Вот такая была у Ростика печаль, как гиря на ногах, не позволяющая ему воспарить над обыденностью.

Ночью Ростислав покинул свой дом через окно, считая, что родители не слышат, как он удирает на гульки.

- Весь в тебя, - сонно констатировала папке мамка. - Опять твой сынуля на блядки побежал.

- Ты чё мать, - пробормотал отец. - Я ни-ни, ни разу... как можно. Спи, давай, на работу скоро.

- По всякому можно, - томно произнесла мамка и потянулась к мужику. Папка не возражал, философски памятуя о том, что чем старше женщина, тем она жарче, как печка, в которой всё больше и больше дров. Пока не перегорит - будет пылать страстью. Вот папка и решил, не откладывая подбросить в топку немного дровишек. Для него женщина - это просто жена, а для Ростика девушка - это безрассудная страсть.

Золотистая Луна на безоблачном тёмном небе беспечно висела в окружении точек звёзд. Чем ночь темней, тем ярче звезды, и полная Луна внимательно наблюдает над действиями Ростика. Вот он бодро добрался до владений семьи Анемаисы Самойловой, вот он, достав свой смартфон, набил ей СМСку, намекающую, что Ростик уже около её дома и ждёт девушку. В посёлке ещё несколько парочек занимались общением в ночи, что для Луны, взирающей вниз, было обычным явлением. Луна многое могла рассказать за миллионы лет своего существования, но она молчала, даже видя, что на ферме, находящейся возле посёлка происходят катастрофические для людей вещи. Но спутник Земли равнодушно наблюдал: он был представителем вечности, а люди - это временное явление на планете. У людей иные пути, и жребий у них иной, их час пробил. Их жизнь коротка, и скорость у них низкая - это космические тела существуют на огромных скоростях. Иногда космические объекты врезаются друг в друга, но сама по себе скорость не убивает - убивают внезапные остановки. Луну не посетили грустные мысли о судьбе людей: то, что происходит, это всё временное явление, и то, что будет потом, то тоже пройдёт, и мир вспять не завертится. Цивилизация на Земле под верховодством людей прошла апогей своего развития и теперь стремительно деградирует, превратившись в общество потребления. Очередная Большая Игра на этой планете входит в финальную стадию. Итог ясен - люди проиграли вчистую новой доминанте. Хотя они проиграли уже тогда, когда перестали фантазировать, стремиться к звёздам и к поиску истины.

Анемаиса не заставила парня долго ждать, и уже через двадцать минут сладкая парочка дефилировала по посёлку, по своей любимой траектории, проходящей ближе к восточной окраине поселения, около ограждения складов, где росли высокие ивы, в тени которых так сладко целоваться. Другие парочки пока не надыбали это место, поэтому здесь можно было замечательно провести время любовной встречи без конкурентов. Здесь, в тени ивы, кто-то, дай Бог ему здоровья, пристроил бревно на двух пеньках. Как замечательно присесть на это бревно плечом к тёплому плечу и любоваться звёздным небом, слушать треск кузнечиков. А когда начнёт донимать утренняя сырость, то можно и домой отправляться досыпать. Хорошо летней ночью в России: это вам не какая-нибудь Австралия, где повсеместно шастают туда-сюда смертоносные твари - пауки, змеи, крокодилы и кенгуру. Здесь же у нас царит поэтическое умиротворение и беспечность.

Ночь распахнула гостеприимные объятия для двух притаившихся полюбовников. Ростику хотелось излить душу Маиске, но та предпочла целоваться, а не выслушивать Ростиковы жалобы на родичей. Маиска не отличалась особой разговорчивостью, вот и сейчас на слова друга она только отвечала "Угу", что означало "Слова оставь на потом, а сейчас давай целоваться, а то время идёт к утру". Маиска страстно отдавалась поцелуям, но отстраняла от себя шаловливые ручонки Ростика, когда они лезли не туда, куда надо. Ишь чего удумал охальник - за сиську хвататься: нам пока такой авангардизм не нужен.

Слегка похолодало, ведь уже конец августа, а не середина лета с присущей этому времени года изнуряющей липкой жарой. Теперь приятнее сидеть крепко обнявшись, так теплее. Перед рассветом стало темнее и тише: притихли ночные насекомые, с соседнего мелкого пруда вполсилы голосили лягушки, не шевелились кроны деревьев, даже комары стали меньше жрать молодых людей. Листья деревьев и кустов начали окрашиваться в полутона синего и зелёного, на них заиграли нервные серебристые блики. Вдруг погасло охранное освещение на складах и лампы на ближайших столбах, которых в посёлке было не много, но достаточно для ночного освещения улиц, даже периферийных. Это говорило, что что-то случилось с подачей электроэнергии в посёлок. Сразу стало как-то темнее и тревожнее, хотя, чего переживать - такое уже бывало, что прекращалась подача тока. Электрики разберутся и включат. Смущали странные звуки, доносящиеся из посёлка. Сюда, на окраину, долетало какое-то буханье и треск, как будто кто-то вознамерился именно ранним утром начать разбирать свои сараи и заборы. Совсем непривычные для утра звуки. Эти звуки даже заставили Ростика слегка вздрогнуть и чуть отлипнуть от Маиски. Он прислушался. Странно, но неправильный шум из разных концов посёлка только усиливался. То там громко треснет, то в другом месте гулко бухнет. Вдруг справа, в доме, находящемся метрах в ста от сладкой парочки, раздался треск ломаемых деревянных конструкций, и звон оконного стекла. А вот это уже совсем не хорошо и совершенно непонятно. Землетрясение? Так, вроде, земля под ногами не трясётся. Тогда, что происходит?

Ростик и Маиска подскочили, когда в третьем доме от них вдруг раздался душераздирающий женский крик: "Помогите". Крик перешёл в вопль и резко оборвался. Получалось, что кто-то кого-то убивал.

Жизнь ничему не научила Ростислава. Прежде всего, она не научила его осторожности. В словаре Ростика такого слова не напечатали, а тормоза трýсы придумали. Сейчас было полно причин, чтобы, как минимум, спрятаться и не отсвечивать, а ещё лучше отбежать подальше от места происшествия. Зачем лезть туда, куда опасно лезть даже в костюме полной биологической защиты. Куда делась у людей интуиция и чувство самосохранения? Не только Ростик полез выяснять, а кто это там так дико кричит, но и его дура подружка тоже потащилась вслед за ним. Ломать дрова большого умения не надо - вот два молодых дуболома и полезли в пекло. Так как они находились с тыла жилых участков, а вопли слышались ближе к дому, стоящему ближе к улице, то отчаянная парочка упёрлась носами в забор, за которым густо росли плодовые деревья и кустарник, из-за чего было ни черта не видно, что происходит в злосчастном доме и рядом с ним. Ростк решил проблему с проникновением на чужой участок в одно мгновение - просто взял и для начала расшатал старую неокрашенную штакетину забора, а потом и вовсе сломал её, отшвырнув куски штакетины в сторону. Теперь в образовавшуюся дыру в заборе можно было легко пробраться не толстому человеку, а толстых здесь сейчас не было. Первым пробрался на чужой участок парень, а за ним и его глупая подружка. А дальше делать-то, что они надумали? Ростик ничего лучшего не придумал, как лавируя между деревьями двигаться к хозяйственным постройкам: каким-то сараям, стоявшим впритык к соседским таким же разнокалиберным хозяйственным постройкам. Светило уже слегка раздвинуло ночной мрак своими горячими лучами, поэтому можно было различить, где сарай, где дерево, а где дом, в котором происходит что-то из ряда вон. Ростик выглянул из-за угла сарая и....

Он сам не понял, как по хлипким ящикам, кучей наваленным у стены сарая, смог за секунду забраться на крышу этого самого сарая, причём успел за руку затащить на крышу, слегка запищавшую подругу. У той хватило ума громко не орать, в позу не становиться и не сопротивляться, а лезть на крышу вслед за парнем. Ростик не стал объяснять Маиске, что он там увидел такое, что взлетел на крышу - не до того было. Да и как описать то огромное живое нечто, что он увидел? И, самое главное, это нечто почуяло выглянувшего Ростика и, зашипев, направилось в его сторону. Теперь Ростик лихорадочно крутил головой, соображая, куда бежать, а события стали развиваться по совсем уж плохому сценарию, не дав Ростику перевести дух. Через пару секунд Маиске самой пришлось вблизи увидеть причину странного поведения Ростика. За сараем раздалось мерзкое шипение, и что-то огромное начало взбираться на постройку. Сначала Маиска увидела огромные когтистые лапы, а потом и рогатую голову существа, пытающегося забраться на крышу. Маиска и существо замерли, когда их взгляды встретились. Несколько секунд огромная образина просто рассматривала девчонку своими красными глазами, потом облизало огромным фиолетовым языком свои губы, продемонстрировало зубки и решило продолжить погоню. Ростик потянул полупарализованную страхом Маиску за руку, намекая, что надо перепрыгнуть с крыши этого сарая на крышу соседской постройки. Предстояло преодолеть всего метр расстояния - пустяк по человеческим меркам. Первым сиганул Ростик, а за ним, не будь дура, полетела и девчонка, подгоняемая шипением и пыхтением твари, упорно лезущей на крышу сарая за вкусной добычей. Если бы на чужую крышу прилетел только один парень, то, может быть кровельное покрытие постройки и выдержало его вес, но, увы, покрытие не выдержало ещё и веса другого человека, да ещё не плавно наступающего на старые асбестоцементные листы, а попавшего на эту крышу в прыжке. Хозяева этой постройки поскупились на устройство крепкого перекрытия: они на тонкие жерди присобачили сверху старые потрескавшиеся асбестоцементные листы. Да и зачем в этом сооружении капитальные конструкции, ведь в этом сарайчике временно содержались три поросёнка, а поросятам и так сойдёт, не графья, потерпят - сверху не капает, да и ладно. Поросят хоть и было три головы, но они уже откормились до размеров больше одного метра и интенсивно гадили в своём жилом помещении. Хозяин поросят как-то не приучил их правильно гадить в установленном месте, вот они и валили, куда им заблагорассудится. Хоть поросята и были большими засранцами, но и их понять надо. Лежишь себе бок обок с таким же поросёнком, спишь, никого не трогаешь, немного похрюкиваешь, как вдруг сверху тебе на голову прилетают два человека. Тут, конечно, от страха и неожиданности завизжишь и обделаешься. И начнёшь кататься по загаженной поверхности вместе с этими людьми, стараясь отцепиться от их лап - прилетели, чуть не затоптали, теперь пристают. Что мы им плохого сделали? Нет покоя свиньям от этих людей даже ночью. Вскоре в предрассветных сумерках было трудно различить, кто из них поросёнок, а кто человек: все были перемазаны толстым слоем....этого самого....с головы до пяток...и пахли. А тут ещё с треском развалился соседский сарай, из-под развалин которого доносилось страшное недовольное шипение. Поросята визжали на все лады, а люди, услышав шипение монстра, стали лихорадочно искать выход, но скоро обнаружили, что дверь в свинарник подпёрта снаружи. Пришлось одному чумазому человеку перелезать через стену и открывать дверь снаружи, чтобы вызволить другого чумазого человека. Затем эти люди куда-то побежали, оставив поросят самим разбираться с существом, которое шипит, как сто гадюк вместе.

У молодых людей хватило ума включить космическую скорость и бежать, не разбирая дороги, словно за ними черти гонятся. Куда бежать? Да в сторону пруда, лягушки которого любили осчастливливать природу своим хоровым пением. Издающие умопомрачительное амбре, грязные и скользкие молодые люди бежали, периодически поскальзываясь на своих хлюпающих кроссовках. Друг другу они не помогали, так как не было никаких моральных сил дотронуться до скользкого и воняющего на всю округу товарища. Парень и девчонка изгваздались так, что являли собой очень живописное зрелище, способное вызвать остолбенение даже у бегающих по посёлку монстров. Не снимая кроссовок, друзья плюхнулись в воду пруда, найдя удобное, не топкое место входа в воду. Притихшие лягушки с неодобрением взирали на существ, взбаламутивших и испачкавших их среду обитания. Ростик и Маиска деловито тёрли пучками травы свою одежду от отходов жизнедеятельности поросят, распространяя вокруг себя грязные волны. Девушку чуть не пробило на истерический смех, глядя на злого Ростика, пытающегося оттереться от вонючей дряни. Но, и у самой Маиски не получалось смыть с себя эти скользкие отходы: к тому, что на них густо налипло противно дотронуться, но деться некуда. Спереди она сама могла тереть свою одежду, а как быть с тем, что сзади. Ростик решил проблему радикально: он на мелководье свалился на спину и стал энергично барахтаться. И не беда, что теперь он был весь в тине и донной грязи - это всё лучше, чем отходы от поросят. Примеру Ростика последовала и девушка. Вот такие жизни случаются всякие разные неожиданности, но особо следует избегать тех сюрпризов, после которых нужно долго отстирывать штаны.

- Ты ещё живая? - уточнил парень.

- К сожалению....

- Я свой смартфон в свинарнике посеял, - сообщил Ростик подружке, обнаружив, что его карман пуст.

- А мой где-то в пруду к лягушкам выскользнул, - ответила Маиска, пытаясь содрать со своих волос кусок донного растения. - Хана прибору.

Но эти их потери были только частью неприятностей. Парочка, вспомнив о монстре, что их преследовал, не сговариваясь, стали форсировать пруд, чтобы перебраться на другой берег. Пруд вырыли не глубоким - по шею Ростику, а Маиске по макушку. Но девчонка хорошо плавала, поэтому форсирование мутной водной преграды прошло успешно, не считая, конечно, внешнего вида молодых людей. На другой стороне, спрятавшись в ивы и за стеной рогоза, друзья стали наблюдать над участком посёлка, видимым из их укрытия. Обоих трясло от холодной и мокрой одежды - конец августа, это не середина лета, но переться в посёлок они решительно не желали. А может их трясло ещё и от нервов, от всего пережитого. Из их укрытия видно было только кусочек посёлка, но и из этого места им повезло увидеть очередного монстра, или это был их знакомый - бес их различит. Затаив дыхание, и забыв о холоде, друзья смотрели на жуткое существо, с кошачьей грацией перемещающееся в пределах видимости их наблюдательного пункта. Монстр был чертовски красив и поражал своим жутким совершенством. Он перемещался очень быстро, но тихо и через несколько секунд исчез из вида, углубившись в посёлок по своим монстрячим делам. Скорее всего, чудовищ, напавших на посёлок, было множество, так как со стороны посёлка слышались звуки ломаемых конструкций домов, уже показалось два столба дыма от начинавшихся пожаров, хлёстко прозвучал выстрел из ружья, но больше стрельбы не было слышно. Друзьям, сидевшим в укрытии из рогоза и веток ивы, оставалось, только стучать зубами, пытаться наблюдать и сохнуть. Вскоре они увидели целую группу монстров, целенаправленно бегущих в одну сторону, и вид этой группы окончательно шокировал друзей, ведь каждое чудище тащило в своих лапах трупы окровавленных людей. Это было жутко. Так Ростик с подружкой просидели часа два, трясясь от каждого громкого и негромкого звука. Вдруг со стороны посёлка потянуло крайне неприятным запахом, от которого Ростика сразу же вырвало. Маиска от такого амбре тоже позеленела, и её стошнило следом за другом.

- Я, кажется, понял, что случилось, - отплевавшись, заявил подруге Ростик.

Девчонка была вся во внимании. Вдруг Ростик чего умного скажет в этой дикой ситуации.

- Читал я недавно книжку...фантастику....называется "Стикс", - начал излагать свою мысль Ростик. - Так вот там описывалось, что часть поверхности планеты копируется, а копия вместе с людьми и строениями переносится прямиком в иное измерение. При переносе появляется жуткий запах, у людей болит голова и всё такое, но самое главное, кругом бродят, прикинь, голодные монстры и жрут людей. Причём, прикинь Маиска, что и часть людей обращается в монстров. Там в книжке говорилось, что монстры очень любят жрать кошек, собак, свиней и коров. А у нас недалеко ферма. Вот монстры и отожрались до таких размеров на наших коровах, а потом и к нам полезли. Как весь народ монстр сожрёт, так он из посёлка уйдёт.

Маиске совершенно не улыбалась такая перспектива, когда её домашние превратятся в чудовищ, и это если домашних ещё не съели налётчики. Да и соседей жалко, и одноклассников жалко, если их съедят. Нет, будем пока считать, что версия Ростика не очень правильная. С другой стороны она сама своими глазами видела монстров, которых на планете не могло быть, но они шастают по посёлку, как у себя дома и жрут людей. Может, всё-таки МЧС приедет, полиция нагрянет или армия, и перестреляют монстров?

Увы, но версия Ростика о переносе их посёлка в Стикс была неверной. Да, ужасный запах, от которого тошнило, имел место, как были в наличии и громадные монстры, но это была действительность, а не фантастика. Откуда Ростиславу было знать, что отвратительный запах издавало вещество, выделяемое из специальной железы чудовищ. И это вещество двадцать боевиков орды выделило по приказу Высшей особи. Высшая, развязывая войну против людей действовала по всем правилам военного искусства. Атаковать поселение человеков она приказала, когда противник сладко спит, но начать надо с захвата почты, телеграфа и телефонной станции. Всё по науке. Правда, Высшая не знала, что такое почта, телеграф и телефон, но насчёт электрических трансформаторов она своих разведчиков проинструктировала.

- Как увидите постройку, в которой что-то гудит, - натаскивала она разведчиков орды. - Так рвите верёвки, которые к этим гудящим штуковинам подходят. Рвите не лапами, а деревянными дубинами, иначе верёвки, которые людишки везде развесили, могут вас убить. Каким образом? То не ведомо, но это так.

Высшая не могла бы сказать своей орде, откуда она это всё знает: просто ей в голову приходят извне мыслеобразы, смысл которых она не понимает, но соображает, что надо именно так действовать. Высшая ставила подробные задачи не только разведчикам, но и боевикам, и фуражирам, и погонщикам быков. Теперь вся орда в количестве 450 голов знала свой манёвр, кроме, конечно, быков, которые мало что понимали, но трепетали своих погонщиков и сторожей. На всю акцию Высшая выделила седьмую часть суток. За это время надо было разгромить посёлок, поймать и съесть восемьсот человек, двести человек скормить быкам плюс фуражирам заготовить по два тела человеков, желательно упитанных, для дальнейшего похода. А двигаться после акции будем на юг в сторону гор. Что такое горы? Это не важно - главное двигаться на юг. Двигаемся скрытно, отрядами по 50 особей, ну, и подъедаем людей, которые встретятся на пути движения орды. По окончании налёта на поселение людишек, двадцать разведчиков в разных концах посёлка должны опорожнить свои особые железы с красным веществом. Это для того, чтобы случайно оставшиеся живыми людишки не вздумали следить над продвижением орды.

Задачи были поставлены исполнителям, и атака на поселение людей незамедлительно началась, ибо монстры оголодали. Самой Высшей многое из того, что она доводила до простых особей, вызывало недоумение, как непонятно ей было, зачем отравлять воздух пахучим веществом. Она не знала, что выводя этот новый агрессивный вид, ИИ указал в техническом задании, чтобы новый организм обладал всеми видами атакующих способностей: силой, ловкость, скоростью, ночным зрением, мощью, усиленной регенерацией, выносливостью, способностью обучаться, выделять химическое вещество, непереносимое людьми. Как говорится, умную машину байтом не испортишь. Что касается вещества, выделяемого особой железой чудовищ, то это был мономерный тиоацетон, имеющий химическую формулу CH3-CS-CH3. К достоинствам этой красной жидкости можно отнести неописуемо противный запах, который люди совершенно не переносят и реагируют даже на ничтожную концентрацию этого вещества в воздухе. К недостаткам этого химического оружия надо отнести его очень короткий срок действия - всего несколько часов, а потом мономерный тиоацетон самопроизвольно полимеризуется. Применяя тиоацетон, агрессор выводил людей из строя дистанционно, но не убивал, так как вещество хоть и невыносимо вонючее, но не яд.

Проторчав часа три в укрытии, Ростислав и Маиска решили высунуть свой нос в посёлок. Над посёлком уже в десятках мест поднимались клубы дыма - горели дома обывателей, которые никто не спешил тушить, хотя огонь норовил перекинуться на соседские строения. Зато ветерок развеял отвратительный запах, да и уши уже не слышали треска от ломаемых домов: наверное, монстры убрались из посёлка, съев всех людей. Обойдя пруд кругом, испуганные молодые люди вошли в посёлок.... и не узнали его. Шарахаясь от каждого шороха, они решили двигаться к своим домам - сначала посетить дом родителей Анемаисы, а затем двинуться к Ростиковым родичам. Но, чем дальше они брели по посёлку, тем Маиска хотела отсрочить известия о судьбе своих домочадцев, да и дом Ростика был по пути. Улицы, участки и строения имели вид, как после бомбёжки с последующей танковой атакой: поперёк улиц валялись столбы и деревья, заборов практически не было, почти все дома так или иначе пострадали, а от некоторых остались только огромные кучи мусора. Монстры, как танки уничтожали всё на своём пути. И гарь от горевших домов чувствовалась повсеместно. Сколько друзья не брели, но пока они не встретили живого человека, хотя и трупов не было видно - только часто попадались пятна засохшей крови. Вот частично разрушенный дом Дениса Фомочкина - приятеля Ростика. Ростислав не удержался и направился осмотреть детали трагедии, оставив Маиску на улице наблюдать над обстановкой. Вскоре он понял, что правильно сделал, что не дал Маиске пойти вслед за ним. В комнатах дома не было живого места, зато крови было разлито много: и на полу была кровь, и на стенах, даже на потолке. Тел людей нет: ни живых, ни мёртвых. Ростиславу опять стало дурно, когда он увидел на полу оторванную детскую руку. Это была ручка младшей сестрёнки Дениски.

- Маиса не ходи туда, - севшим голосом сказал бледный, как смерть Ростик. - Не надо...

Реальность в посёлке, после атаки монстров оказалась гораздо страшнее любой истории о кладбищах с упырями, призраках в заброшенных домах или историй об обыкновенных, вполне себе душевных киношных зомбаках. Вид своего дома также вызвал очередной стресс у Ростика: аура разгромленного жилища навевала лютую тоску и физическое желание убраться подальше. В этом доме он прожил почти семнадцать лет, и вот теперь дом являл собой удручающее зрелище: все проёмы были вынесены "с корнем", мебель разбита, перегородки снесены. Чудовища не утруждали себя тихим входом в жилища людей: они врывались в дома, снося на своём пути всё и вся. Ступая по битому стеклу и мусору, Ростик бродил по дому и слёзы оставляли дорожки на его щеках. Везде кровь, пыль и разрушения. Людей нет, как нет и дворовой собачонки: только засохшая бурая кровь рядом с разбитой собачьей будкой. Кот Геракл на зов не отозвался, значит, его тоже схарчили. В доме было разбито всё, до чего смогли дотянуться монстры, но Ростик нашёл целую полторашку минералки, которую вынес на улицу Маиске, а то их уже мучила жажда. Маиска воду выпила, но так и не решилась зайти в дом.

По пути к дому Самойловых друзьям повстречался потерявший разум мужик. Худющий и небритый мужик, одетый только в трусы и майку, без обуви на ногах, сидел на поваленном столбе, раскачивался и бормотал что-то невразумительное: "В стране советской полуденной, среди степей и ковылей, Семен Михайлович Будённый скакал на сером кобыле́..." Видно было, что разум покинул этого человека далеко и надолго. Как мужик умудрился уцелеть в этом аду, было решительно непонятно: его не сжевали монстры и не убил газ. Впрочем, сами Маиска и Ростик считали, что смогли убежать от монстра за счёт своей смекалки и скорости. Куда там. Просто им дико повезло напороться не на боевика орды, а на разведчика. Разведчик мог бы их догнать и убить, также быстро, как и боевик, но у разведчиков в программе были заложены некоторые приоритеты. Например, разведчик, повстречавшейся Ростику с Маиской просто переключился с них на свиней, так как свиньи были в приоритете по одной простой причине: деликатесное мясо, а у людей мясо второго сорта, да ещё у людей внешняя кожа отрава настоящая. Конечно, свинью не сравнишь с вкуснейшей кошатинкой или собачатинкой, но тоже весьма вкусное мясо. Так что поросятам повезло - их люди не съели, но им же и не повезло - их схарчили монстры.

Друзья шарахнулись от живого мужика, или уже не очень живого, а обратившегося в монстра человека. Кто его знает, может, этого типа монстры покусали, и он сам скоро начнёт кидаться на людей с целью напиться христианской крови?

Во внешне уцелевшем доме Самойловых живых и мёртвых Ростик не обнаружил, но судя по пятнам крови, монстры убили всех. Маиску трясло рядом с домом, в который она боялась войти, опасаясь найти останки своих родичей. Маиска ошибалась: монстры редко когда оставляли кусочки человечины - они действовали строго по программе, указанной им Высшей особью. Дисциплина в орде находилась на должном уровне: каждая особь, исключая, конечно, тупорылых быков, скрупулёзно выполняла приказы Высшей. Вот поэтому малая часть посёлка и осталась целой и невредимой, а в большей части поселения людей съели. Посёлок тянулся с севера на юг и частично располагался на западе. Монстры, охватив определённый фронт, прошлись строго с северной части посёлка в южную, и убрались дальше по своим делам. Никто из чудовищ, даже не помыслил отклониться чуть западнее, хоть там и кучковались вкусные люди: утилизации подлежали только те людишки, которые попадутся на пути орды. Теперь две трети посёлка находились в руинах и обезлюдили, а одной трети посёлка, самой малозаселённой, повезло - их злая судьба не затронула на все сто процентов, как соседей. Вернее затронула: нет света, перестала течь из крана вода, непонятки с подачей газа и барахлит связь.

Утром, только продрав глаза, выжившее население морщило носы от крайне неприятного запаха. Постепенно к людям стало доходить, что произошло что-то непонятное в основной части посёлка, а не на их выселках. Вечно там что-то случается! И чего центровым соседям не сидится ровно на попе. Из-за них и мы страдаем. Люди! Когда свет дадут? И воду? И что это за вонь такая стоит, что с души воротит?

Рано утром, ещё темно на дворе, в дверь дома добропорядочных граждан по фамилии Матвиенко кто-то настойчиво забарабанил. Дядька Федя подскочил с кровати и поплёлся смотреть, кого это черти так рано принесли. Черти принесли школьную подружку его дочки Гальки некую девицу Регину Крицкую, которая жила в "центровой" части посёлка. Вид девица имела совершенно предосудительный, так что дядька Фёдор даже подумал, что над девчонкой ночью надругались, раз она в таком виде прискакала за помощью. Регинка щеголяла в спортивных штанишках, маечке с котиками и в домашних тапочках. Маечка и штанишки не скрывали все положенные молодым девкам выпуклости, изгибы и колыхания. Наверняка что-то случилось, раз эта девчонка, всегда одевающаяся с особым выпендрежом и не показывающаяся на улице без макияжа, сейчас бегает, в таком фривольном виде. Обычно эта девица держит себя высокомерно, настоящая задавака. И как только дочка Галька дружит с ней? Полусонный Фёдор никак не мог врубиться в смысл слов Регины, перемежающихся всхлипами. Девка или заговаривается или пургу гонит.

- Там...там! - со всхлипами верещала девчонка. - На нас напали!!! Дом разнесли...аааа....

- Кто напал? - пытаясь проснуться, постепенно въезжал в тему дядька Федя. К нему и Регине в коридор уже высыпали и другие проснувшиеся от грохота и криков домочадцы: жена и дочка Галинка. Все вслушивались, что такого сообщит Регина.

- Бегемоты! - сообщила девчонка.

- Бегемоты? - внимательнее всмотрелся на девчонку дядя Федя. Вся взъерошенная, поцарапанная, в пылище, причёска типа "Я упала с сеновала". Конечно, бегемоты. Кто ещё мог напасть на посёлок? Мы же в Африке. У нас тут этих бегемотов на каждом шагу по три штуки в ряд. Дочка Галинка не смогла сдержать смех и хрюкнула в кулак от такого известия. Федя строго посмотрел на смешливую дочку: у вломившейся к ним девчонки явно что-то случилось, горе какое-то, а дочка смешки выдаёт.

- Да...огромные черти налетели, и устроили погром, - уточнила девица.

К Феде пришло понимание. Бедная девочка. Вот она современная молодёжь. Судя по выпученным глазам девчонки и трясущимся рукам, она употребила вещества, вот её и торкнуло не по-детски до чертей с бегемотами. Беда эта наша: то нанюхаются неразумные отроки чего-нибудь, то накурятся, то колёсами закинутся. А потом к ним черти являются. Бывает, конечно. Особенно у круто пьющих мужиков. Но, то уже особи взрослые. Сам-то Федя употребляет в меру, до свинячьего визга не напивался, не считая пары случаев, когда несколько переусердствовал с заветами партии. А вот его знакомые мужики, те да, иногда отжигали. Были моменты, что некоторые товарищи и белочку ловили, и чертей гоняли.

- Мля...типа, - сделал глубокомысленный вывод Федя, почесав пузо. Он не хотел делать скоропалительных выводов: надо пройти не по эмоциям, а по реальным событиям. Девчонку, однозначно, надо успокоить, накормить, но вилок в руки не давать. А потом её деликатно отвести к родителям, если она вспомнит, где живёт. Вот те обрадуются, когда к ним приведут полувменяемую дочку.

Вот, как её успокаивать? Может её самогонки дать или валерьянки? А тут ещё Галинка влезла со своими дурацкими вопросами. Вместо того, чтобы отвлекать подружку от воспоминаний, она начала выпытывать детали происшествия у Регинки. Та, вся трясясь, стала сбивчиво рассказывать, постепенно скатываясь в истерику:

- На ночь я расположилась на прохладной веранде. Спать не спала: сначала рубилась в игрушку на компе, потом чатилась в соцсетях. Думала часов в пять утра залягу, а тут вдруг треск и от веранды осталась только половина, а другая половина в щепки разлетелась. Картина маслом. И бегемот...огромный и злой. Пролетел сквозь веранду в дом и начал там всё крушить. Я тапки в зубы и бегом, куда глаза глядят. Пока бежала, видела ещё несколько чертей. Огромные....рога у них воооо какие. Как только меня не съели...пипец. Но, на Почтовой улице чертей уже не было, а нашу улицу они громили, как танки. Я спряталась в кушерях и сидела там, наверное, с час, а потом к вам побежала, как светать стало.

Федя с жалостью смотрел на заблудившуюся в лабиринтах своего разума девчонку. Да, складно она выдумывает. Говорят у психов всегда так - у них всё логично получается, за исключением исходной идеи. Феде не очень климатило подтирать сопли свалившейся на него девчонке, поэтому он доверил эту важную миссию своим бабам - пусть возятся с гостьей. А сам Федя, взяв у Галины листок бумаги с адресом Самойловых, отправился к родителям непутёвой Регинки - пусть те сами забирают свою дочку.

- Они недалеко живут, - вручила адрес Галинка. - Сразу за Почтовой.

Однако, дойти до дома Самойловых Феде, обрадованному, что сдыхал Регину своим бабам, было не суждено. Уже около Почтовой улицы на него накатила волна жуткой вони. Кроме отвратительного запаха вызывал недоумение вид центральной части посёлка, скрытый за деревьями: наверное, в десяти местах поселения к небу поднимались клубы дыма. Там точно что-то горело, да ещё эта сумасшедшая вонь. Именно волна вони прочистила мозги Феде: он сообразил, что в центре поселения произошло что-то невероятное. Как версии: техногенная авария, привёдшая к появлению странного газа, или теракт. Злодеи распылили отравляющее вещество - вот народ и сбрендил. Например, распылили боевой галлюциноген. Федю вырвало и он покрылся холодным потом - это что получается, он сейчас наглотался отравы, и его тоже может переклинить, как Регинку: начнёт чертей гонять или, как "центровые" жечь свои дома. Надо срочно, пока при памяти, валить отсюда на чистый воздух, и соседей предупредить. Соседей предупреждать не пришлось, так как волны неописуемой вони достигли уже и Почтовую улицу и даже потекли дальше. Люди выскакивали из своих домов, отплёвывались, и порывались куда-то бежать. Никто ничего не понимал.

- Началось, - буркнул Федя себе под нос. - Теперь надо как-то своим бабам, этим глупым курицам, деликатно сообщить "благую весть", что тикать надо в темпе вальса.

- Слыште, курицы, - огорошил Федя своих женщин: жену и дочку. - Быстренько собирайтесь и эвакуируемся. Чёрная полоса у нас приключилась. Отчего, отчего. Хрен его знает отчего: или на солнце вспышки случились или планеты не тем боком повернулись. Давай, прыжками: одна нога здесь, другой не вижу.

Но, дуры бабы не догоняли: включили дурочек, смотрели на Федю и моргали. Курицы - одно им название. Хоть за хвосты волоки их.

Но, никого за хвосты Феде волочь не пришлось - ему помогли соседи, бегущие по улице, своими криками и заполошным видом. Вот тогда Фединых куриц проняло и те заскакали, как козы не доеные, однако, из-за спешки не удосужились Регинке выдать нормальную обувь. Так и пришлось девчонке опять эвакуироваться в тапочках.

Народ, толпой отбежав на полкилометра, прекратил эвакуироваться: вонь уже не чувствовалась. Начали подсчитывать ущерб. Кто сокрушался, что оставил дома старенькую бабушку: поди старушка уже околела от газа. Кто демонстрировал свои синяки и ссадины. Кто просто орал, но все строили предположения. Федя со своим стадом примкнул к пузатому и лысому Николше, своему коллеге. Тот был излишне возбуждён и всем доказывал, что это самый настоящий боевой газ:

- Иприт называется, - орал Николаша. - Я в армии его нанюхался.

- Оно и видно, - влез в разговор длинный нервозный мужик в очках. - Иприт воняет чесноком или горчицей. А это настоящий тетродотоксин, точно говорю. Там в посёлке, наверное, уже все кони двинули. И мы окочуримся...

Все орали, желали высказаться, пытались куда-то звонить, но окочуриваться пока никто не спешил. Через несколько часов вонь исчезла, и народ немного воспарил духом, но как всегда мнения разделились. Кто-то настаивал сидеть смирно и ждать спасателей, а особо отчаянные граждане намеревались идти в посёлок смотреть, что там такое стряслось. Наивные люди, привыкшие жить со светом, водой, газом и тёплыми сортирами, ещё не знали, что цивилизации на земле осталось существовать совсем немного времени. То, что произошло в этом посёлке - это было только начало, но такие события уже развернулись по всему миру. Казалось бы, о таких событиях, с учётом современной техники связи, должно быть всем известно. Но....Главным союзником модифицированных коров был ИИ со своей мощной вычислительной сетью. ИИ сразу отключил половину абонентов от сети, а остальные абоненты только думали, что куда-то дозваниваются и общаются с компетентными людьми. Увы, но на панические сообщения отвечали не компетентные должностные лица, а ИИ, который нагромождал фейк за фейком.

- Я уже позвонил в МЧС, - похвалился людям длинный нервозный мужик в очках. - Сказали, что уже выехали спасатели. Ждём-с. Спецы приедут и разберутся. Так и сказали, что у них всё под контролем, и они всё знают.

Никто не приедет, и никто не разберётся. Некому было принимать решения. Никто не знал достоверной информации, а ИИ сообщал должностным лицам только ложную информацию. Все начальники привыкли доверять телефону, телевизору, радио и интернету. Но включи интернет: во всех мировых СМИ тишь да гладь. Только через пядь дней апокалипсиса руководство и простые люди стали понимать, что творится что-то не то. Постепенно мир стал погружаться во мрак и хаос, но масштабы трагедии ещё никто не осознавал.


....неся в пластиковом пакете все свои богатства: томик стихов и две ёмкости с обнаруженным самогоном, Иван Фомич двигался по следу, оставленному стадом. Злодеи и изверги рода человеческого угнали коровок, естественно, не затем, чтобы холить и лелеять этих замечательных божьих тварей, а со злым умыслом. Однозначно, коровок надо было спасать от рук и зубов, распоясавшихся в корягу преступников, скорее всего чеченов или турок. Каким образом он будет отбивать стадо от злодеев, Фомич не знал, скорее всего, с божьей помощью и такой-то матери. Странным было то, что злодеи погнали стадо на посёлок, а не по полям. Но что возьмёшь со злодеев, на то они и злодеи. Их нормальный человек, с правильными мозгами, такой как Фомич, понять не может. Кстати, о правильных мозгах: а не остаканиться ли нам для более чёткого восприятия окружающего мира. Двести грамм самогона зашло на ура, и мир окрасился в более приятные тона. Ещё двести грамм придали миру пикантную чертовщинку, таинственность, футуристичность и фэнтезийность, а организм скотника обрёл некую лёгкость. "Под газом" Фомичу всегда лучше соображалось: в таком состоянии он даже умел находить второй, а то и третий смысл существования. Ляпота! Природа, мать наша! Обочина дороги. Кочки и кустики. На кочках пожухлая травка. В травке жучки копошатся и всякие паучки. Хорошо видны следы от прошедшего стада. Вот теперь в самый раз - удовлетворённо выдохнул самогонные пары Иван Фомич. Именно в таком состоянии он мог сворачивать горы, если бы они ему вдруг подвернулись на пути следования. Гор поблизости не наблюдалось, зато наблюдалась некая несообразность в посёлке. Фомич, глядя на состояние посёлка, вспомнил крылатое выражение "как Мамай прошел". Так вот, по этому многострадальному посёлку Мамаю приспичило ходить туда-сюда. Странные люди живут в этом поселении. Вот зачем, скажите на милость, они повалили столбы электросети, разломали заборы и начали жечь свои дома. А ещё говорят, что это Иван Фомич много пьёт. Предположительно, в посёлке случился грандиозный праздник.....все перепились, и понеслось по кочкам. Хорошо погуляли, слов нет: техасская резня бензопилой. Весело тут у них: пока Фомич честно трудовую лямку тянул на ферме, поселковый народ разврат учинял и пьянство безобразничал. Картина понятна. Как это часто случается, на драку народ возбудился на пустом месте. Кто-то кому-то что-то сказал не в тему, с кем-то что-то не поделил, припомнил старые обиды. А дальше - слово за слово, хреном по столу. В ответ - два обидных слова, обратно - четыре матерных. В результате половина посёлка в руинах.

А не навестить ли мне уважаемую Анастасию Фёдоровну? Узнать у неё, что да как, да и самогоном затариться в дальнюю дорогу.

Дом Анастасии Фёдоровны представлял собой жалкое зрелище, впрочем, как и её двор.... и двор её соседей, да и дом соседей. Всё было разрушено в хлам, разнесено вдребезги и напополам. Остались живописные руины. Самой Анастасии Фёдоровны не нашлось, наверное, убежала, зато были в наличии пятна крови. Вот это разборки у них тут случились! Фомич минут десять походил по участку, и его осенило, что надо покопаться в обломках подсобок на предмет изъятия из них некого продукта. Зачем продукту пропадать, а с Фёдоровной он потом сочтётся. Ведь это не воровство, а спасение продукта.

Усиленный хорошей дозой самогона организм Фомича бодро принялся за растаскивание завалов. Работал, как трудолюбивый замотивированный кореец. Дело спорилось, и вскоре Фомич стал обладателем целого большого ящика с продукцией, разлитой в полторашки. Двадцать полторашек впечатлили Фомича до довольной улыбки на небритой физиономии.

- Как два пальца! Кто ищет, тот всегда найдёт, ибо наука диалектика гласит: на всякую хитрую гайку есть контргайка, а на неё винт с потягом.

Сидящий на ветке грач, выслушав слова Фомича, сказал "Карррр", что означало, что птица с оратором полностью согласна. В других слушателях скотник не нуждался.

Вопрос теперь стоял: а как находку транспортировать? Вскоре этот животрепещущий вопрос разрешился: Фомич нашёл уже знакомую ему хозяйственную тележку, в которую и погрузил сокровище. Ничего, что тележка скрипит, зато едет - только её толкай, всё не на своём горбу переть, как некоторые мутные личности, суетливо тащащие на себе мешки с добром. Такие личности изредка шмыгали мимо двора Анастасии Фёдоровны, но в конфронтацию с Фомичом мародёры не вступали: просто деловито тащили мешки и сумки полные всякого добра. Один тощий парень, постоянно озираясь, нёс подмышками сразу два монитора к компьютерам - наверное, боится, что у него мониторы отберут. Вот зачем они ему? Фомичу такие штуковины и даром не нужны, он не стяжатель и не склонен добывать барахло любыми средствами.

После добытого ящика с самогоном и обретения тележки Фомич утратил всякий интерес к раскопкам на руинах, но, учитывая, что ему придётся вступать в перепалку с иродами, угнавшими стадо, поднял валяющийся топор для колки дров и поместил его в тачку. А ну, как на его самогон кто позарится! Ведь во время бедствий самые резвые не спасатели, а свои же соседи-мародеры.

Посчитав, что он уже вполне созрел для дальнейшего путешествия, Фомич стал толкать свою тачку в сторону, только ему ведомого направления. Даже с тачкой дело шло туго: приходилось постоянно объезжать поваленные препятствия, и Фомич притомился. Скорость передвижения - тише заблудившейся коровы. Собственно, уже вечер, скоро ночь. Вот зачем идти куда-то в ночь? Поозиравшись, Фомич решил переночевать в приглянувшихся ему руинах. Закатив тачку на участок по поваленным воротам, скотник обнаружил на участке трёх молодых людей: парня и двух девчонок. Молодые что-то ели, устроив импровизированный стол. Рядом горел костёр, а над огнём висел чайник. Вспомнив, что давно ничего не ел, Фомич напросился в молодёжную компанию. Девок звали Маиса и Регина, а парня Ростислав. Фомич тоже представился им по имени и отчеству.

- Угу, - кивнул парень. Он Фомича знал как местного тихого поселкового алканавта, но лучше общаться на предмет последних новостей с алкашом, чем с мародёрами.

Особого диалога не получилось, так как в результате общения молодёжь посчитала Фомича неадекватом, а Фомич посчитал молодых людей придурками. Молодые люди переглянулись, когда скотник сообщил, что направляется на поиски своих коров, угнанных бессовестными чеченами. Найду - не знаю, что с ними со всеми сделаю!

- Да съели твоих коров, старик, монстры, а не чечены. Всё стадо съели....вместе с копытами, - просветил Фомича Ростислав. Он назвал скотника стариком из-за внешнего вида скотника, хотя тому было всего 45 лет. Выглядел же донельзя заслуженный работник животноводства на все шестьдесят.

Девки тоже мрачно подтвердили, что правду говорит парень: коров съели монстры. И тебя, дед, съедят, если поймают. И самогон твой выжрут.

Всё понятно с этими подростками - решил разум Фомича: накурились дури до одури, теперь им монстры мерещатся. Ещё скажут, что это посёлок не люди раздолбили, а неведомые чудища. Ночевать с молодыми обкурившимися людьми на одном участке Фомич не рискнул - отправился устраиваться на ночлег на соседнем участке, а молодёжь объявила, что будет ночевать в разрушенном доме.

- Завтра с утра я потопаю искать коровок, - поставил в известность собеседников Фомич. - По тундре, по широкой дороге.....пойду налегке с тележкой в руке...короче, буду следовать предначертанному пути, не задавая глупых вопросов. Кто со мной? Нет желающих? Если передумаете, то имейте в виду, что у меня самогон есть, ага. С дядей Ваней вы, детки, не пропадёте, ага. В одной лодке вместе плыть завсегда лучше.

- Я пойду воевать с монстрами, а не коров ловить, - объявил парень такую новость с самым героическим видом.

Ростик хотел ещё добавить, что ему самогонка Фомича нужна так же, как кишкам перитонит, но не стал расстраивать больного на голову пожилого человека. Страшнее нет на свете существа, чем обуянный жаждой мести молодой человек. К концу этого сумасшедшего дня у Ростислава Подлесного в душе осталась только холодная ярость. Монстры, убившие его родителей, Маискиных родителей и всех соседей, по мнению Ростислава просчитались. Эти рогатые существа не монстры, монстры - это отчаявшиеся люди, ведь глубоко внутри в мозгу людей сохранилась часть сущности древнейших рептилий. За сегодняшний день Ростислав прошёл три стадии: стадию отчаяния, период лютой злобы и благополучно вошёл в стадию холодного планирования мести тем существам, кто сделал его жизнь пустой и бесцельной, кто отнял у него самое важное. У него осталось только чувство любви к Маиске и чувство мести, и осталось только одно желание - отомстить за украденную безмятежную жизнь, за порушенные планы и иссушенную душу. Смерть близких людей вопиёт о расплате, их пролитая кровь требует крови. Пришло время убивать. Око за око, зуб за зуб. Именно поэтому он будет цепляться за жизнь, хотя она ему будет в тягость, но он будет жить местью. У меня больше ничего нет, мне нечего терять, кроме Маиски, значит, мне позволено всё что угодно.

Ранним утром Фомич, чертыхаясь, толкал свою тачку по посёлку: дул бодрый ветерок и в неровном утреннем свете водитель тачки постоянно натыкался на препятствия. Сама природа как бы намекала ему, что не надо лезть туда, куда собака свой нос не суёт. Но, напрочь пропитая интуиция молчала об предстоящих опасностях. После утреннего стакана самогона опасности на горизонте не маячили, а море казалось по щиколотку.

Ростик также вскочил, когда рассвет только близился, а небо стало немного синеть. Сна не было, был адреналин. Всё произошедшее вчера постоянно вспоминалось как кошмарный сон с гнусным продолжением. Несмотря на то, что рядом с Ростиком ночью сопели две девицы, он постоянно просыпался в холодном поту из-за навязчивого ночного морока. Было страшно, и предстоящий геройский поступок - начать войну с монстрами не представлялся сегодня такой уж хорошей идеей. А куда деть Маиску и примкнувшую к ней Регинку? Я пойду на войну, а как они здесь будут выживать одни среди мародёров?

То, что никаких спасателей, полиции и армии не будет, Ростик уже понял давно, а значит, надо выживать собственными скромными силами. Да и о девках надо подумать. Действительно, в посёлке спасатели не появились, никто не разбирал завалы на улицах, не искал погибших и раненых на руинах. Света так и не дали, воды тоже. Газ исчез. Транспортное сообщение велело долго жить. Связь так и не восстановилась. Хорошо ещё, что на участке у Ростиковых родителей имелась старая скважина с ручным насосом, поэтому немного воды всегда можно было добыть. Если ещё отремонтировать дровяную печку в летней кухне, то совсем будет замечательно. Спасателей ждать бесполезно, как надо забыть о полиции и армии: надо выживать, ориентируясь только на собственные силы, да на силы слабых девок. Если их припахать, то, может, толк из них и выйдет. Хотя, если толк из них выйдет, то, что в них останется? Дурь одна, наверное. С другой стороны с девками веселее. Они работящие и голова у них варит. Например, Регинка вспомнила, что в их доме есть папкин стальной ящик, где он хранил охотничье ружьё. Сегодня же надо сделать вылазку в дом Крицких и изъять оружие и боеприпасы, а также шмотки для девок. Да и едой надо запасаться...

Фомич, вооружённый топором и затаренный самогоном, преследовал своё стадо; Ростислав с девчонками пытался обезопасить свою команду и обустроить своё существование; мир летел в бездну кровавого хаоса со скоростью курьерского поезда. На планете обитало 1,3 миллиарда голов коров и быков. Вся эта рогатая братия, заразившись инопланетным организмом-химерой, вдруг почувствовала тягу к мясу. А мясо, вот оно ходит в виде вкусных человечков. Сотни миллионов сбрендивших коров стали с удовольствием уплетать человеченку. За людьми гонялись особи породы Ватусси и Шоргорн. Им помогали Хайленды, Декстеры, Зебу, Техасские Лонгхорны и Айовские Пушистые. Даже мелкие Бангладешские Рани, весящие всего 26 кило, и те с удовольствием нападали на бывших хозяев с целью употребления их в пищу. А что люди? Люди практически ничем не могли ответить ловкому, сильному и прожорливому врагу. Оружия у людей, конечно, было в достатке, даже за глаза, вот только никакой связи между войском и штабами не было: да и вообще никакой информации не было, а если информация и была, то только фейковая. А без связи вооружённые отряды слепы и глухи.

Ростислав, его подопечные девчонки, другие выжившие жители поселения, да те же мародёры не знали, что жить им только до очередного посещения их местности каким-либо отрядом оголодавших монстров. Но человек жив надеждами, поэтому пытается выжить в любых условиях. Пока Ростислав был озабочен выживанием, в горах, где находился резидент со Светочкой, Рудиком и Пашей Ковальским, происходили свои драматические события.


Глава тринадцатая.


- Вах, Наринэ, - искренне сокрушался Акоп, мужчина весьма плотного телосложения - хозяин частной гостиницы, с гордым названием "Орлиное гнездо". - Турист весь разбежался: осталось только шесть штук, да. Весь турист, понимаешь, пошёл странный какой-то. Хороший не едет, странный едет, да.

Акоп разговаривал со своею женой Наринэ, сейчас выполняющей работу на кухне заведения, но при этом внимающей мужу. Тётка Наринэ, также как и упитанный Акоп, была кругленькая дама почти пятидесятилетнего возраста. Выглядела пара, как два колобка, но шустрых колобка. Действительно, в словах мужа был резон. Сейчас время такое, что не скажешь "шат лави", сейчас скорее скажешь "шат вата". Сама Наринэ не знала, что и думать о непонятных событиях, случившихся за пять последних дней. Прямо как в той песне: "Не знаю, что и думать мне. И ты не думаешь как будто ни обо мне, ни о себе. Спешит минута за минутой, решая многое в судьбе. А может, слов уже не надо, а может, свет чужой в окне". Наринэ слушала мужа и качала головой: её женская интуиция прямо кричала о неведомой опасности.

Сказать, что день не задался - ничего не сказать. Таких непоняток ещё никогда не было: пять дней назад внезапно из отеля выехали все постояльцы, правда, вселилась пятёрка новых, но странных. Потом к этой пятёрке присоединился ещё один тип, но тоже очень странный: этот зарегистрировался в отеле, как сотрудник министерства сельского хозяйства, но больше походил на шпиона. Практически с этого момента события в "Орлином гнезде" стали развиваться по плохому сценарию: исчезла связь с миром, ага, вся связь исчезла, только радио на батарейках что-то ловило, но толковой информации не давало. Как так-то? Исчезло электричество, и не явился на работу наёмный персонал: теперь хозяевам самим надо было делать всю работу и кормить туристов остатками запасов, потому как перестали привозить заказанную и оплаченную провизию, а узнать, почему так получалось - связи не было. Может, война случилась? Вах, никогда так плохо в "Орлином гнезде" не было. Может быть, это из-за его дурацкого названия? Надо же было придумать Акопу такое название отелю. Где это видано, чтобы орлиное гнездо орлы свили в ущелье, а не высоко в горах?

- Наринэ, а где наша дочка Аревик? Почему не вижу её? - продолжал разглагольствовать Акоп. - Почему девочка не помогает тебе?

- Твоя дочка, Акоп-джан, строит глазки Чино, - наябедничала Наринэ мужу на дочку. - Ей некогда. Что это за имя такое - Чино?

- Вах! - выпучил глаза Акоп. - Почему не воспитываешь дочку?

- Вот иди и повоспитывай, - отмахнулась от мужа Нанринэ. - Лучше скажи, чем кормить людей будем и сами, чем будем питаться? Мясо в холодильниках уже растаяло, молока нет.

Супруги устроили мозговой штурм на тему: "Чем кормить туристов". Решили из муки наделать лепёшек, а всё оставшееся мясо пустить на шашлыки: их можно готовить на мангале во дворе, а не на электропечах, которые стали холодные. Где эти электрики из посёлка? Почему не починяют сеть? Да, и вообще, где весь наёмный персонал и что делается в этом мире? Разговор опять стал крутиться вокруг непонятных событий и чего от них ждать: ожидание неприятностей сводило хозяев "Орлиного гнезда" с ума.

- Ладно, Наринэ, - высказал умную мысль Акоп. - Не будем говорить о плохом, лучше сделаем, да.

В это время, пока супруги спорили, их дочка Аревик донимала Чино. Парню деться было некуда, только разве что сбежать от Аревик в ущелье, но нельзя оставлять Рудика и Пабло без охраны. Чино, как всегда возился с автомобилем, а Аревик составляла ему компанию. А где девушке найти приличную компанию в ущелье? В Краснодаре, где она успела отучититься в колледже на специалиста в области гостиничного бизнеса, у неё хоть подружки были. Правда, с парнями и там был напряг. А где здесь в глуши найти себе парня по душе? А турист Чино симпатичный и называет Аревик сеньоритой. Разговаривает он с сильным акцентом: такой забавный. Девушке парень понравился с одного взгляда. Она считала, что видит этого парня насквозь. Как рентген. Точно говорю - ему нужно женское общество, ведь по глазам видно, что парень истосковался по женской ласке. Аревик была не прочь ближе познакомится с Чино, в пределах разумного, конечно. Ну, немного можно выйти и за пределы разумного. Но, пока молодой симпатяга в деле сближения с её персоной не проявлял должной настойчивости - приходится девушке этот важный процесс брать в свои руки, а то парни такие стеснительные. С одной стороны мужчины, особенно молодые, слишком скромные, но с другой стороны они представляют величайшую опасность для честной девушки: соблазнят, наобещают тебе двести вёрст до небес, а потом ищи их с собаками по койкам соперниц.

Вот кто не страдал особой стеснительностью, так это Камило Риверо. Просто сейчас было не то время, когда можно отвлекаться на сеньорит. Ведь сейчас Камило в России, а здесь за каждым углом опасность. Здесь надо быть всегда готовым к драке. Да и сеньорита Аревик совсем не стройняшка Сара, дочка Шиманского Арона. Ах, Сара! С кем ты сейчас гуляешь? Кого целуешь ты сейчас? Увы, сеньорита Аревик совсем не Сара. Девушка ниже среднего роста, крутобёдрая с развитой грудью, брюнетка с длинной причёской. Как говорится, девушка на любителя. Ещё немножко и она превратиться в свою мамашу сеньору Ниринэ, такую же кругленькую и гладенькую. В Чили коренастых девушек полно, особенно таким телом страдают индейцы мапуче, а Чино любит стройных девушек европейской внешности, вот как сеньорита Светочка, подружка сеньора Семёна, фактического лидера их компании.

Камило не удивило, что Семён стал у них лидером: он чувствовал, что с этим человеком с рыбьими глазами не всё так просто. Не удивило бывшего чилийца и появление в их компании шестого человека. Им оказался уже шапочно знакомый Камило сеньор Эдуард. Этот сеньор о чём-то пошептался с лидером и отправился в выделенную в его распоряжение отдельную комнату. Камило же, вместе с Рудиком и Пашей, обитали в одной комнате. В тесноте, но не в обиде. Проходя мимо комнаты сеньора Эдуарда, Чино уловил своим носом запах оружейной смазки, что говорило о благоразумии этого человека - только прибыл, и сразу же стал ухаживать за оружием. Эдуард в глазах Чино резко поднялся: правильно делает человек - раз живёшь в России, то держи оружие наготове. Удручали Камило его несколько опрометчивые друзья - Рудик и Пабло. Эти двое совсем не ухаживали за своим оружием, но делать замечание этим сеньорам Камило не спешил: он уже однажды видел, как маг Пабло лихо расправился сразу с двумя плохими людьми, заодно спалив и целый грузовик. Это зрелище было по-настоящему страшным: сильный маг, такой, как Пабло, в обычном человеческом оружие не нуждался.

Что касается Тройника, то он действительно, прежде всего, как остался один, занялся оружием. Тройник ни о чём не переживал: задание командования он блестяще выполнил, начальству доложился, у него есть мягкая кровать с чистыми простынками, есть оружие - чего ещё тайному агенту надо. Ему даже думать не надо - за него есть кому думать. Тройник не знал, что приехал в "Орлиное гнездо" буквально на последнем такси, и что на дорогах ни автобусов, ни такси уже нет, а если кто и едет, то рискует попасть в когтистые лапы монстров.

Кроме оружия, Чино серьёзно интересовали машины. Вот только, к сожалению, сегодня сеньорита Аревик своим присутствием отвлекала серьёзного человека от осмотра машины. Аревик, так же как и Чино, с умным видом стояла рядом с парнем, слегка касаясь своим бюстом его правого плеча, и смотрела на двигатель машины. Под открытым капотом двигатель являл себя во всей красе, но Аревик совершенно не понимала, что это за нагромождение всякой интересной всячины. Для неё, как для всякого непосвящённого человека двигатель выглядел как кусок металла с трубками и проводами. Но, зато, был повод поприставать к парню.

Девушка сделала удивлённое лицо и аккуратно, только кончиком мизинчика, дотронулась до самой большой железяки:

- Это что за штучка? - придав голосу максимальное любопытство, поинтересовалась она у парня, стараясь теснее прижаться к нему.

Камило покосился на девушку. Вот, что прикажите делать с такой любопытной особой. Женщинам место на кухне, а эта интересуется двигателями автомобилей.

- Это и есть двигатель машины, - кивнув, сообщил он любопытной девице. Он думал, что на этом она отстанет от него и пойдёт на кухню заниматься женскими делами, но не тут-то было. Аревик жутко интересовало, как именно работает двигатель. Пришлось Камило напрячь свои интеллектуальные возможности, чтобы объяснить девице, как работает двигатель машины. Путая русские слова, и вставляя испанские термины, он кое-как словами и темпераментно помогая себе руками, стал рассказывать девушке принцип работы двигателя. Получалось, как ему казалось, неплохо, но к его изумлению девицу стало потряхивать от возбуждения:

- Понимаешь, - начал излагать парень. - Дело тут такое. Поршень начинает движение сверху, шмяк....впускной клапан открывается, блямс...поршень движется вниз для наполнения цилиндра воздухом и бензином. Это называется такт впуска. На этом этапе для смеси топлива и воздуха требуется небольшое количество бензина. Совсем немножко. Без бензина, сеньорита Аревик, никак. Потом поршень движется вверх, сжимая топливно-воздушную смесь. Как жмакнет...сжатие способствует более мощному взрыву. Шарах... Как только поршень достигает верхней точки, срабатывает свеча зажигания, которая, заметьте милая сеньорита, воспламеняет топливо. Бабах...происходит взрыв бензина, при этом поршень движется вниз....вжжжж. Как только поршень достигает нижней точки хода, открывается выпускной клапан для вывода продуктов сгорания через выхлопную трубу. Трах-трах-трах....

- Впускной клапан открывается...Трах ... через выхлопную трубу, - взгляд девушки мечтательно затуманился. - О-о-о-о, а поршень, значит, туда-сюда...как жмакнет.

Камило кивал: именно так оно всё и работает. Для него было вполне ясно, что местная девица всё правильно поняла. Точно, Аревик правильно всё поняла. Поняла, что хитрый Чино, так иносказательно....тонкими намёками, пытается подкатить к девушке. Поршень у него...туда-сюда, видишь ли, ходит. Своим объяснением он довёл бедную честную девушку до того, что она покраснела от таких провокационных намёков. Надо от этого Чино держаться подальше. Однако, вместо того, чтобы отойти от такого охальника, она почему-то только теснее прижалась своим бюстом к плечу парня. Может тот ещё что-нибудь интересное предложит, глядя на её великолепные сантиметры и килограммы?

- Как дела? - вдруг рядом раздался голос Рудика.

Он как-то незаметно подошёл к сладкой парочке и поинтересовался делами. Рудику надоело сидеть в помещении с Пашей и выслушивать хандру своего друга. Тому всё было не так и не этак. Паша договорился до того, что стал настаивать, чтобы все резво кинулись делать запасы воды, медикаментов и продовольствия. Все уши Рудику прожужжал, поэтому Рудик, пообещав Павлику, что пойдёт искать запасы продовольствия, выбрался из номера гостиницы на свежий воздух. Здесь он и увидел Чино и молодую дочку хозяина гостиницы, тесно прижавшуюся к парню. Рудик поступил несколько невежливо из-за того, что вмешался в разговор двух людей, может у них некий интим. Чего, спрашивается, лезть к общающейся парочке. Но, Рудик не успел осознать свою оплошность: он только увидел благодарный взгляд Чино. Только взгляд у раскрасневшейся девушки был не очень приветлив. Она была чем-то недовольна. Будешь тут недовольной, когда девичьи мечты о рыцаре на белом коне разбиваются об реальность. А реальность такова, что надо бежать на кухню помогать мамке. И не вариант, что мечта пробьётся сквозь запахи кухни, скворчащего на сковородке лука, клубов подсолнечного масла и ароматов жареного мяса: мечты сужаются до туннельного мышления.

Аревик отлипла от Чино и, буркнув парням, что узнала много нового о двигателях, резво удалилась, соблазнительно виляя бёдрами.

- Чего это она у тебя такая вся взъерошенная и раскрасневшаяся? - поинтересовался Рудик, пристально глядя вслед удалявшейся девушки. - Ты ей, что, похабные анекдоты травил?

- Рассказывал девочке, как работает двигатель машины, - объяснил Чино другу. - Всё подробно описал.

- И как? До чего договорились? Она хоть что-то поняла о двигателях?

- Ага, договорились, - закивал Чино. - Девочка умная, всё понимает с первого раза, но её надо срочно отдавать замуж. А ты, что делаешь?

- Прячусь от нашего мага, - признался Рудик. - Достал уже своими предсказаниями: ноет, что воду надо запасать и продукты, так как уже началось. А что началось, не говорит. Только очень рад, что мы в горах оказались: вещает, что здесь можно как-то спастись. Пашины предсказания всегда такие, как ворожба гадалки: "Думай на рыжего или на рябого...", никакой конкретики нет. Такие дела.

Камило, в отличие от Рудика, очень серьёзно воспринимал слова мага. Если маг сказал, что надо запасать воду и продукты, то к этому надо прислушаться, а то поздно будет. Поэтому, закрыв капот машины, Камило включил свою паранойю до максимума и начал внимательно осматривать окрестности на предмет наличия в них воды и продуктов. О продуктах и воде надо поговорить с сеньоритой Аревик, она девочка умная - моторами интересуется. Девочка-конфеточка. Немного толстовата, но даже конфетки есть сорта "Коровка". Некоторым такой сорт нравится.

Старый Акоп решительно переложил мероприятия по воспитанию дочки на плечи Наринэ. Пусть бабы сами между собой беседуют на скользкие моральные темы. Для Акопа это проще, чем признаться в собственном неумении в воспитании дочки. Сам Акоп мог только грозно сводить брови и надувать щёки, но ругать любимую дочку он решительно не мог. Вот баловать её он мог. Хорошо хоть проживание Аревик в Краснодаре, когда она там училась в колледже, не превратило её в испорченную красотку, которую интересуют лишь модные шмотки, новые девайсы и понты, присущие недалёким молодым людям.

Наринэ тоже не сильно ворчала на Аревик, когда та пришла на кухню, убежав от Чино и его товарища Рудика. Наринэ только напомнила дочке, продолжая нарезать овощи, о некоторых недоразумениях с мальчиками, случившимися у Аревик во время учёбы.

- Мама, ну чего ты волнуешься, это всё было в далёком прошлом. Я уже давно взрослая девочка, - отмахнулась от матери Аревик.

- У тебя было прошлое? - внимательно посмотрела на дочку Наринэ. - Вот это новости!

От продолжения диалога между дочкой и матерью отвлёк шум за домом. К "Орлиному гнезду" подъезжало что-то очень громко рычащее, и этого рычащего слышалось много. Дочка с матерью, побросав работу на кухне, резво выскочили во двор узнать, кого это к ним принесло. Туда же вышел удивлённый Акоп, а Чино с Рудиком во дворе уже и так тёрлись. Все присутствующие с интересом таращились на то, как на автостоянку гостиницы медленно въехало два огромных грузовых военных автомобиля, а на дороге перед гостиницей стояли и рычали четыре бронетранспортёра, среди которых затесался и бензовоз. Целая колонна военной техники. Из кабин автомобилей выбрались четыре человека в армейской форме, и один из них направился к местным. Из БТР пока никто не выбрался, и те стояли в отдалении, грозно порыкивая моторами.

Вскоре хозяин гостиницы узнал, что к ним пожаловал отряд военных во главе с лейтенантом, с которым Акопу пришлось познакомиться. Лейтенант, представившийся Ильиным Алексеем, сообщил, что его подразделению командованием поставлена задача охранять территорию гостиницы "Орлиное гнездо" и контролировать вход в ущелье.

- От кого охранять? - ошеломлённо переспросил Акоп. - Мы что, уже с кем-то воюем?

- Биологическая опасность, - со значением проговорил лейтенант. - Командование считает, что произошла утечка с секретного Апшеронского полигона. Возможны всякие незначительные неожиданности. Но вы не волнуйтесь - мы не допустим эксцессов. Думаю: два - три дня и всё закончится.

Лейтенант Ильин всё это гордо изложил окружившим его слушателям из местных.

- Вах...три дня! - ужаснулся Акоп. - У меня провиант заканчивается. Чем я людей кормить буду? - запричитал он. - И связи никакой нет.

Для лейтенанта Ильина причитания хозяина гостиницы были совершенно непонятны: чего, спрашивается, волноваться, когда тебя охраняет армия. Армия - это сила. Здесь вам не тут. Гражданские должны не волноваться, как маленькие, когда их охраняет доблестная армия, где все красивые и здоровенные. Лейтенант был вполне доволен, что лихо довёл своё подразделение из пункта "А" в пункт "Б". Если бы он знал все расклады, то, скорее всего, назвал бы этот пункт не буквой "Б", а буквой "Ж", но пока военный начальник не знал всей обстановки. Лейтенант считал, что он по своей рации общается со штабом, что всё под контролем. Увы, но штаба давно уже не существовало, как не существовало и связи: он общался с ИИ. Ильин ещё не видел результатов действия монстров, как ничего не знал и о самих монстрах, поэтому пока он всё воспринимал с некоторой долей иронии.

Поняв, что с местным народом особо говорить не о чем, лейтенант мысленно послал глупых гражданских к чертям кошачьим и отправился расставлять свою боевую технику по периметру охраняемого района. Солдаты деловито забегали, выполняя его приказания, а БТРы, взревев моторами, разъехались по указанным точкам, где начали обживаться. Всё делалось по науке: маскировка, уточнение секторов обстрела и прочие военные премудрости. Бойцы находились при деле, вот только не все гражданские остались довольными их действиями:

- Их же всего шестнадцать человек, - ныл в голос Паша Ковальский. - И этими силами они нас будут защищать? Заметь, Рудик, что лейтенант не сказал, что конкретно случилось на Апшеронском полигоне. Значит, скрывает. Я в печали, Рудик.

Что военных всего шестнадцать человек, сосчитал и Тройник: он, не получив инструкций от шефа, пока определил военных союзниками, но его напрягал вид вооружённых людей, бодро носящихся по участку. Камило тоже профессионально сосчитал количество прибывших местных карабинеров, или армейцев - он ещё плохо разбирался в местных реалиях, но появление вооружённых людей его тоже весьма насторожило. Он прекрасно знал, что эти люди любят совать свой нос, куда не надо, а у него в машине находится оружие. Камило стал лихорадочно просчитывать варианты прохождения сквозь кордоны вооружённых людей. Вариантов тихо пробраться незамеченным через охраняемый периметр он не видел, да ещё ему надо будет пробиваться не одному, а с другом Рудиком и магом Пабло. За себя Камило не очень беспокоился, а вот за безопасность своего спасителя он беспокоился, ибо тот был плохо приспособлен для сражений. Надежда оставалась на тёмное время суток, а сейчас только разведка.

МЧС сочинил множество инструкций на тему, как народ должен себя вести в случае чрезвычайных обстоятельств или иной напасти. Все эти инструкции настолько же интересны, насколько малополезны. Прежде всего, редко кто понимает смысл подобных сочинений: если кто и читает эти инструкции, то только между строк. Главный посыл сей писанины: народ должен исхитриться и взять себя в руки, проявить спокойствие, запастись водой и едой .... завернуться в белую простыню и тихо, без паники, двигаться в сторону погоста... как-то так.

Акоп несколько оживился, когда лейтенант сообщил ему, что привёз с собой почти полную машину вкусных армейских пайков - неделю можно питаться только этими пайками, включающими в себя сбалансированный набор питательных веществ, необходимых организму. Это хорошо, что у солдат есть пайки - успокоился Акоп, да и уже размороженное мясо можно утилизировать с помощью солдат. Зачем добру пропадать - так, что сегодня у солдат будут шашлыки. Завтра будет овощное рагу, а что будет послезавтра, Акоп не знал. Как говорится, будет день - будет пища. У Акопа ныло сердце, и было тяжело на душе: как-то ему не очень нравилось, что происходит. Власти явно что-то недоговаривают, совсем не договариваю - связи нет, хоть лейтенант и уверяет, что постоянно на связи с командованием. Приёмники, работающие на батарейках, транслируют всякую дурацкую музыку, а новостные каналы вымерли.

К вечеру солдатики совсем освоились на новом месте, и уже не дичились местных. Они с интересом наблюдали над перемещениями двух имеющихся в наличие молодых девушек - Светочки и Аревик. Лейтенанта тоже заинтересовала Аревик: он даже позволил себе вольность рассказать девушке несколько армейских анекдотов, что являлось, по его мнению, фактически шагом по сближению. А вот со Светочкой у военного не получалось наладить близкие отношения: девушка, как привязанная таскалась за крепким парнем по имени Семён и на намёки военного не реагировала. Пришлось лейтенанту убрать слюни и переключиться на другой объект. Ну и ладно, будем охмурять, то есть культурно ухаживать за Аревик. К тому же у Аревик на теле достоинств значительно больше, чем на тощей Светочке.


- Рудик, я сделал одну ошибку, - признался Паша другу. - Теперь мне приходится страдать из-за неё.

Друзья находились в увитой диким виноградом беседке, расположенной на территории гостиницы. Паша хандрил, Рудик в пол уха его слушал, Камило, как акула, перемещался вокруг беседки. Дело уже шло к вечеру.

- И что же ты такого натворил, что ходишь, как пришибленный? - стараясь добавить в голос участия, спросил Рудик у Паши. Видно было, что Паша хотел высказаться, а в таком состоянии, когда на него нападает говорливость, его к людям лучше не подпускать: может собеседника занудить до смерти.

- Я не учёл в своих расчётах расположение Сатурна в Овене, - ошарашил друга признанием Паша. Кивнув, он продолжил удивлять Рудика. - И Луну в Скорпионе я не учёл.

- И что теперь делать? - стараясь сохранять спокойствие, изрёк Рудик.

- Теперь нам хана, - объявил Ковальский. - Все наши ошибки суть нетерпение и опрометчивый отказ от методичности. Наукой доказано...Фрейд сказал.

- Ага, ну, если Фрейд с наукой и Сатурн в Скорпионе, то оно тогда, конечно...., - протянул Рудик. - И что ты собираешься предпринять в этих условиях?

Паша вздохнул тяжело и протяжно. Вытер выступивший пот.

- Выбора особого нет, дружище. Решил я поступить радикально, - насупившись, произнёс друг. - И не отговаривай.

- Я уже заинтригован, - насторожился Рудик, ведь от Паши можно ожидать чего угодно. Особенно от Паши, кого знаешь как облупленного. А отговаривать его бессмысленно.

- Решил провести обряд призыва демона, - обрадовал друга Паша, выдержав минутную драматическую паузу. - Пока светло...., - призыватель демонов скорбно вздохнул.

Рудик понял, что сегодня Пашу к людям лучше не допускать - тогда точно быть беде. О том, что Паша что-то задумал, говорил его, печальный взгляд.

Не откладывая мероприятие в долгий ящик, Паша, поправив свою знаменитую кепку, приступил к призыву сущности из Преисподней. Вот за каким таким лысым бесом ему сдался демон? И бесполезно отговаривать друга - он уже закусил удила и попёр напролом.

Прежде всего, Паша осмотрелся по сторонам и углядел совсем недалеко от их беседки площадку с песочком. Пойдёт - решил он. Действительно, на песке ловчее рисовать пентаграмму, чем корябать её на каменистой почве. Выломав с какого-то кустарника прутик, он приступил к начертанию пентаграммы. Рудик с интересом наблюдал над перемещениями Паши: пусть рисует на песке, лишь бы на людей не стал кидаться со своими бредовыми идеями.

Пентаграмма у доморощенного призывателя нечисти получалась несколько кривоватая, с неровными углами и неразборчивыми символами по углам и в тех местах, где их следовала наносить. Маг увлечённо чертил пентаграмму призыва, окидывая своё творение особым прищуром и понимающе покачивая головой. Камило несколько расширил диаметр круга, по которому он вращался вокруг своих друзей. Парню стало как-то не по себе, когда он понял, чем это занят маг, а когда Ковальский надумал произносить слова Призыва, то Камило отскочил в сторону ещё дальше. Рудик вслушивался в непонятную абракадабру из слов, произносимых Пашей, и только хмурился: Пашу понесло по кочкам с логическими изгибами, теперь не остановишь.

Пробормотав несколько раз слова Призыва, маг успокоился. Ничего не происходило. Наверное, демон, которого вознамерился призвать Паша, был чем-то занят, поэтому не очень спешил являться под одухотворённый лик призывателя.

- Не выходит, что ли? - участливо спросил Рудик.

- Крови надо сюда побрызгать, - скривился Паша. - Свою жалко отдавать, - маг с надеждой посмотрел на Рудика.

Рудик энергично замотал головой и руками.

- У Чино попроси немного крови, - посоветовал он. - У Чино крови много.

Увы, но поблизости Чино не оказалось. Вот он только что тут отирался, а вот его уже нет. И где его искать в наступивших потёмках?

Камило далеко не стал прятаться, но и на глаза мага он решил не попадаться - целее будешь. Пусть маг оттачивает не на нём свое чёрное мастерство. Парню как-то не хотелось участвовать в дьявольском обряде, а вдруг что-то пойдёт не так, как тогда воевать с демоном? Ну, её, эту мистику в бездну, где на каждом астральном углу честного путника подстерегает опасность. Камило нихт-нихт клювен клац-клац.

Увы, но всё пошло так, и даже хуже, о чём вскоре Камило пришлось убедиться на собственной шкуре.


Младший сержант Никита Донцов сегодня ночью заступал на боевое дежурство стрелком КПВТ первого БТРа. Их неугомонный летёха отрядил на несение службы восемь человек - по два на каждый БТР. Остальные военные будут дрыхнуть в палатках и в кабинах грузовиков. Донцов сегодня оператор КПВТ, этой пятидесятикилограммовой дуры, пуляющей на два километра, а его напарником будет рядовой Скворцов. Скворец у нас за стрелка и гранатомётчика. Вот такая служба. Если Скворцу и удастся немного покемарить внутри БТРа, то Никитосу поспать не получится, а то припрётся летёха, увидит, что сплю - вони будет до небес. А летёха такой - он за ночь может несколько раз притащиться.

Донцов поводил стволом КПВТ по окрестностям. Удивительно, но летёха ставил вполне конкретную задачу: если Донцов увидит что-то необычное и агрессивное, то ему надлежало стрелять в это что-то. Ничего себе, пельменьчик! КПВТ оружие грозное: крупнокалиберный (14, 5 мм) пулемёт Владимирова танковый. Применяется для уничтожения огневых точек и личного состава сил противника, защищённых лёгкой бронёй или находящихся в фортификационных сооружениях временного типа. Шпарит со скоростью 600 выстрелов в минуту. Теперь Никитосу предстояло определяться с тем, что агрессивное, а что нет. А как это сделать? Уже сумерки. Видимость низкая. А что ночью будет? Здесь темно: за "зелёнкой" ничерта не видно. Как-то всё тоскливо получается. Приказано стрелять, но не сказано в кого. А вдруг гражданские начнут отираться по округе - их, что, тоже стрелять? Ну, начальники, ну, дают! Но, раз горячо любимое начальство изволило сказать: "Надо!" и заявило, что бурундук это птичка, то пришлось отвечать: "Есть!" - и отправляться на пост искать у бурундука крылья.

Ночь ещё совсем молода и кажется длинной, когда не спишь, а вглядываешься в колышущиеся тени. Скворцов за спиной раздражающе шуршит обёртками сухого пайка: опять что-то трескает. Скворец вечно голодный и невозмутимый. Это у Никитоса мандраж: солдату всегда кажется, что его рубеж - самый главный и опасный. И чуйка верещит, но в темноте ничего не видно. Время тянется, как резиновое, как что-то невообразимо тягучее, как будто мёд стекает с ложки. Внутри Никиты поселился холод и страх. От страха не помогали даже мысли об оценки фигурки местной девушке по имени Аревик. Вот бы с этой девицей.....того....без фанатизма, но регулярно....

Никита в который раз окинул взглядом пулемёт: нет, всё нормально, к стрельбе оружие готово. Отцы командиры говорили, что бой выиграет опытный и хладнокровный боец. Откуда же хладнокровности взяться? Отцы командиры не уточнили, как научиться видеть в темноте без приборов, а приборов всего два - во втором и четвёртом БТР. Да и с приборами страшно. Зрение в темноте бунтует: мозг из теней достраивает монстров.

Никита направил ствол пулемёта на тушу четвёртого БТРа, стоявшего в двухстах метрах левее. Если не знаешь, что это боевая машина, то и не определишь в темноте, что этот тёмный холмик боевая машина. Ребята хорошо спрятали машину. Кругом темнота, даже в гостинице света нет. Как назло сегодня на небе много туч. Никита на несколько секунд зажмурил глаза, чтобы потом чуть лучше видеть. Ему не показалось: к четвёртому БТРу перемещалась смутная тень величиной сопоставимая с тушей самого БТРа. Пулемёт младшего сержанта рявкнул длинной очередью в направлении четвёртого БТРа и перемещающейся рядом с ним тени. Адреналин в организме младшего сержанта зашкалил. Много ли человеку надо? Раз-два и дошел до точки кипения. Никита ощутил пьянящий восторг от работы своего оружия. Может он и не прав, что стал стрелять, но мыслительный процесс в его мозгу, запустивший нужные шестеренки, подсказал ему, что с этими тенями не всё так просто. Сейчас Никита ощущал восторг и отчаяние: восторг от грозной работы пулемёта, а отчаяние от своих мыслей об ошибке. Слёзы выступили на глазах стрелка, но сквозь влагу на глазах он увидел, как четвёртый БТР вдруг со скрежетом переворачивается вниз башней, вверх колёсами. Какая-то неимоверная сила умудрилась перевернуть многотонную машину за пару секунд. Никита ещё успел дать очередь по "зелёнке", как почувствовал, что и их машина встаёт на дыбы и со всего размаха рушится на землю. Жуткий удар и скрежет сминаемой стали. Пришла резкая боль, но она недолго мучила тело солдата. Погибший Никита, как и умерший рядом с ним рядовой Скворцов, уже не видели, что второй БТР также успел дать пару заполошных очередей, пока с ним не разобрались тени. Экипаж последнего третьего БТРа погиб, так ничего и не поняв.


Глаза Тройника зажглись мрачным огнём, когда он, находясь в своей комнате, услышал гулкую стрельбу из пулемётов крупного калибра. Секунда, и в его руках появился автомат, а на плече сумка с запасными магазинами. Началось. Задача Тройника, как суперагента защищать руководство, что он и сделает. И плевать, сколько там наступает врагов и кто они - Тройник вступит в бой и покажет врагам Кузькину Мамку. Отворив окно, Тройник, недолго думая заорал: "Иншалла, вашу дикую маму" и выпустил в темноту все тридцать пуль. Эх, гранат бы ещё. Метрах в двухстах раздался металлический скрежет, а стрельба из пулемётов, захлебнувшись, прекратилась, но бой на этом, отнюдь, не прекратился. Освещения не было: ночь, темнота, только свист пуль. Тройник решил выбираться из отеля и принять бой на грешной земле, поэтому он побежал вниз, на ходу меняя пустой магазин на полный. Логика и холодный расчет в его действиях и рядом не стояли.

Когда началось светопреставление, Рудик и Паша всё ещё находились в беседке и чего-то ждали. Понятно, чего ждал Паша. А Рудик ждал пока Паша, наконец, угомонится и соизволит отойти ко сну. Внезапная стрельба, скрежет металла, непонятное шипение и чьи-то вопли несколько ошарашили парней. Рудик, как всегда, начал скатываться в ступор, а Ковальский, хмуря брови, пытался понять, что происходит. Со второго этажа отеля, из открытого окна вдруг раздались очереди из автоматического оружия. Куда велась стрельба, было решительно непонятно. Становилось жарко, но это не объясняло, кто с кем воюет. Наконец, Паше надоело сидеть в темноте и неведении под звуки сражения, и он, достав из кармана одну из своих волшебных зажигалок, зафинтилил её метров на тридцать от себя. Ярчайшая вспышка и столб огня осветили территорию отеля. Мало никому не показалось. Вот Ковальский увидел в свете рукотворного извергаемого вулкана, как Эдик палит из автомата по окрестным деревьям; вот сидит пришибленный Рудик; вот Чино бежит к ним в обнимку со своим автоматом; вот какая-то сила, как пушинку подбрасывает военный бензовоз, и он кубарем катится к горящему вулкану, сотворённому его магией. Из бензовоза льётся горючее и вот оно уже начинает разгораться, подожжённое искрами, разлетающимися из кратера вулкана.

Камило сообразил, что сейчас произойдёт взрыв бензовоза. Он кенгурячьими прыжками подскочил к Рудику и Ковальскому, схватил их в охапку, как щенков, и потащил, куда подальше от возможного взрыва. Камило с грустью осознал, что вот опять он видит, работу мага Пабло. Опять море огня и густого дыма. Вот зачем магу взбрело в голову задействовать настолько сильное колдунство? Как-то всё некстати. А тут ещё кто-то шпарит из автоматического оружия. Но больше всего Камило поразило то, что он увидел в свете вспышки от оружия мага. Бывший чилийский гангстер увидел огромного демона, несомненно, призванного магом Пабло. Всё-таки маг удосужился призвать одного или даже группу демонов, явившихся, скорее всего, с целью гастрономического туризма. Демон, замеченный Камило, совсем съехал с катушек и был чрезвычайно рассержен. С голодухи, наверное. Он легко расправился с бензовозом, раскидал солдатские палатки и добрался до грузовика с припасами военных. Весьма неосторожно поступил маг Пабло, призвав из Преисподней такого дикого и невоспитанного демона. Камило понял, что воевать с таким существом не получится, надо только бежать, вот только на руках у него было два живых груза, а значит, далеко не убежишь. Печально, но ничего не поделаешь. Христианин не выбирает свою смерть. Если Камило суждено погибнуть здесь, то так тому и быть, но он будет до последнего сражаться за своих друзей даже с демонами. Камило успел затащить своих друзей за угол отеля, как здание содрогнулось от мощного удара. Понятно, что озверевшая нечисть добралась до здания, и теперь пробует его на зуб. Прощай сеньорита Аурика - демон, скорее всего, не соблазниться на твои прелести, а почувствует к тебе чисто гастрономический интерес. Вот это со стороны демона будет правильным решением: зачем ему есть жилистых сеньоров, когда есть кое-кто и понажористей. И как они тут живут в этой России, где постоянно что-то случается? Здесь, клянусь Святой Девой, точно не состаришься и до пенсии не доживёшь.

Когда взорвался бензовоз, Тройник находился далеко от отеля. Он успел высадить в ночь ещё один магазин, и теперь у него оставался всего один последний магазин с патронами. Вспышка взрыва возникла у Тройника со спины, и в её свете он увидел, что столкнулся нос к носу с чем-то непонятным, но выдающихся размеров. Поменять магазин на полный он уже не успевал, да и смысла не было. Огромное рогатое существо свирепо зашипело и замахнулось своими когтистыми лапами на Эдика, но вдруг, втянув внушительным носом воздух, остановилось и внимательно посмотрело на человека своими злыми красными глазами. Эдику не оставалось ничего, кроме как собрать всю свою харизму в кучу и улыбнуться этому брату Франкенштейна своею фирменной, немного грустной улыбкой. Видно перестарался. Пару секунд жуткое существо смотрело на Тройника, как тот улыбается монстру, а потом случилось нечто. Нет, Тройник не обделался со страха, это монстр сбежал со скоростью ветра. Существо, размерами с огромного бегемота, с тигриной грацией, мгновенно отскочило в темноту, послышался только вдалеке лёгкий треск веток. Сразу стихло страшное шипение, и прекратилась атака на отель - монстры организованно отступили.

Территорию освещал горевший бензовоз и огонь, бивший из дыры в земле - а вокруг клубилась злая тьма и где-то недалеко шлялись голодные монстры. Наступила тишина, только трещал голодный огонь, облизывая стальные детали искорёженного бензовоза. Озадаченный Тройник стоял в колеблющемся свете и соображал. Это что получается? Монстры, атаковавшие отель, которых, несомненно, было штук триста или больше, испугались до усрачки вида Тройника? Он, что, такой страшный?

Двадцать девятая чрезвычайно удивилась, когда нос к носу столкнулась с жертвой, которую уже собиралась уничтожить и употребить в пищу, но запах этого существа говорил, что его убивать категорически нельзя, ибо это был не просто человек, а САМ СОЗДАТЕЛЬ. Двадцать девятую, естественно, как ветром сдуло, а будучи старшей в отряде налётчиков, она распорядилась прекратить нападение, ибо здесь обитает Высшее существо. Всего на отель нападало только три особи, да к тому же не боевые единицы, а разведчики. Обычно людишки не оказывают сопротивление, а здесь почему-то стали огрызаться, особенно не понравилась разведчикам странная вспышка. Свет от этой вспышки больно бил по органам зрения, да и запах от сгоревшего вещества был крайне неприятен органам обоняния. Людишки даже умудрились ранить в лапу сто вторую, поэтому двадцать девятая отправила раненую на доклад к Лидеру, а сама осталась вместе со сто сорок четвёртой, охранять Создателя, чтобы его никто не обидел. Из добычи у монстров было только шесть трупов людей, остальную добычу пришлось оставить на поле боя: не забирать же добычу, мельтеша перед носом Высшего существа и его стаи.

Тройник не стал даже вставлять в автомат новый магазин. А зачем? Он только повесил оружие на шею и потопал к зданию отеля искать выживших. Минут через десять живые люди сами стали потихоньку выбираться на площадку перед входом в здание. Сначала вышел невозмутимый шеф с аккумуляторным фонарём в руке, его сопровождала несколько испуганная Светочка. Потом из дальних кустов выбрались Рудик, Чино и Павел Ковальский. В руках у Чино Тройник заметил оружие. Наш человек. Трясясь всем телом, появился и Акоп со всем своим семейством. Он так же, как и шеф держал в руке фонарик. Руки у Акопа тряслись и, казалось, что он самый напуганный из всего своего семейства. Его женщины, в отличие от него, держались достойно, без истерик.

- Вах, вах, совсем шат вата, - в голос начал убиваться Акоп, когда заметил, что левый угол его отеля разрушен. Но его причитания пресекла Наринэ, озаботившаяся о судьбе военных.

С военными всё было печально. Возле разодранной палатки нашли оглушённого и окровавленного лейтенанта. Он ещё дышал. Двое военных выбрались из кустов самостоятельно. Это были не бойцы, а водитель заправщика и водитель грузовика. Эти военные даже не удосужились обзавестись оружием. Так и вышли к людям, без оружия, зато в шоковом состоянии. Будешь в печали, коли смерть за плечами.

- Военных давайте отведём в дом, - распорядилась Наринэ. - Лейтенанта тоже туда тащите. Аревик принеси аптечку. Акоп приготовь горячую воду.

Все забегали, выполняя её команды. Затем Тройник, вооружившись фонариком, ещё раз прошёлся по местам боёв, выискивая раненых и оружие, но так никого и не нашёл, только обнаружил несколько изуродованных трупов солдат. Его поразил вид перевёрнутых бронетранспортёров, раскуроченный вид грузовиков, разрушенные склады, порванные палатки, раскатанный в блин хозяйский гараж и много чёрных пятен крови. И почему монстры нас не добили? Тройник перемещался по участку и не знал, что за ним с приличного расстояния наблюдают четыре внимательных красных глаза. Монстры тщательно замаскировались и бдели.

- Ёкарные бегемоты, простите мой коренной африканский! Вот же гадство какое, - тихо сокрушался Рудик, наставительно тыча пальцем в Пашу. - Ковальский, ты в какую дыру нас загнал своими монстрами, не всякий навигатор выведет. Призвал, понимаешь, эль Чупакабр каких-то! Чупакабра твоя пришла, людям страшно-страшно стало.

Паша отбрыкивался от упрёков Рудика, призывая того включить логику и здравый смысл:

- Рудик, ты же с виду культурный человек, самого Ленина в мавзолее видел, - говорил Паша. - Ты, что не заметил, что моя Пентаграмма призыва рассчитана только на вызов одного единственного мааааленького демона? Совсем крошечного. А здесь, сколько их было в наличие? Тыщи! Видел, как они тут скакали, как бешеные тушканчики? Нет, дружище. Эти твари, что мы видели, явно сбежали из Апшеронского полигона, к бабке не ходи. Точно тебе говорю, не ходи по бабкам.

- Серьёзно? - Рудик сомневался, что Паша прислушивается к голосу разума. Скорее он проявляет тотальную толерантность к мукам совести, если у него ещё осталось чуточку совести.

- Да, истинный крест! - Взгляд Ковальского говорил о его совершенно незамутнённой честности - взгляд Паши вопрошал: "Да чем он, мой маленький демон, смог тебя так расстроить? Было бы, о чём говорить".

Рудику хотелось задать Ковальскому много вопросов, содержащих глубокий философский смысл, вроде "какого рожна ты творишь?", "кто виноват, если не ты?" и "что делать со злыми силами тьмы, которые нас всех так злобно гнетут?", но с утра и так на всех выживших навалилось куча скорбных дел. Разбираться с Пашей Рудик отложил на потом: сначала, надо было заняться мёртвыми, ранеными, да живыми. Мёртвых следовало захоронить, раненых обиходить, а живых привести в норму, а то некоторые живые, как, например, хозяин гостиницы Акоп, что-то стали вести себя несколько неадекватно. Может зараза из Апшеронского полигона проникает в людей, вот они и превращаются в монстров? И что теперь делать? Что, что: слушать мамку, кашку есть, не забыть про холодец, скоро будет всем .......

В это время двадцать девятая, из замаскированной позиции, наблюдала над текущими событиями в гостиничном комплексе. Она не строила хитроумных планов, и не прогнозировала свои действия с учётом наглой энтропией окружающей реальности, она просто наблюдала. Её морда выражала искреннюю заинтересованность, любопытство и желание понять, что там вытворяют с утра эти глупые людишки, принадлежащие к стаду Высшего существа. Вот они рано утром вышли из своего хлева и стали копошиться на месте ночного сражения. Их, прежде всего, интересовали трупы своих соплеменников. И это правильно. Логика говорила, что трупы надо срочно собрать и съесть. Зачем добру пропадать? Главная задача любого существа - жрать! Но людишки, к недоумению двадцать девятой, не бросились сразу жрать трупы, а сложили останки своих соплеменников в рядок, а потом стали копаться в земле. Они что, яму роют? Делать им больше нечего или они все разом заболели? Дальше пошли совсем удивительные вещи. Людишки стали стаскивать к вырытой яме останки погибших соплеменников. Это, что получается - они жрать трупы не будут? Или будут, но когда те немного полежат в земле. Типа им вкуснее жрать мясо "с душком". Странненько и чудненько. От такой нелогичности двадцать девятая получила лёгкий мировоззренческий поджопник. Затем монстра начало ещё больше повергать в изумление и даже плющить от наблюдений над действиями людей. Логика в их стаде даже не ночевала. Вот как понять, что люди сначала закопали мёртвые тела в землю, а затем, самый упитанный из них, начал на огне жечь мясо? Дым от горевшего мяса долетал даже до места укрытия двадцать девятой, щекоча ей ноздри. Это что за ритуал у них такой странный?

Может, для монстров приготовление шашлыков из остатков мяса и странный ритуал, но для Акопа это дело было привычным. Он свой бизнес начинал именно с шашлыков на берегу моря, а теперь дорос до почтенного отельера. Руки хозяина гостиницы привычно производили действия, а вот в голове роились именно странные мысли. Для Акопа приготовление шашлыка рутинное дело, вот только последние события несколько переутомили его нервную систему. Вся неделя прошла на нервах, а ночная бойня и последующие похоронные мероприятия нанесли психике Акопа существенный ущерб, да такой, что на него стали подозрительно коситься окружающие. Вот же люди, чего они косятся? У него везде плохо: внутри болит всё, что может болеть: сердце болит от сжимающей тоски, желчь застоялась, суставы ломит, кровь совсем плохая и жидкая, моча ещё хуже, хуже не бывает, да ещё какая-то тонкая паутина всё время липнет к лицу. Плюс душа болит за себя и за свою семью. И за любовницу душа болит: как она там одна в городе у моря? Вообще-то с молодой любовницей в последнюю встречу конфуз вышел: не те уже кувырки смог изобразить Акоп в пределах кровати, совсем не те, что раньше.

Первым на неадекватное поведение хозяина гостиницы обратил внимание Паша Ковальский. Он всяких психов повидал в неких учреждениях, где, бывало, и сам чалился. А здесь налицо особенный блеск в глазах и маниакальная триада - "прыгающее" настроение, сумбурное мышление и специфическая моторика. Старина Фрейд, потирая руки, быстро бы растолковал, что у пациента прохудилась крыша. Шашлыки горе-повар безбожно спалил, а затем куда-то исчез с глаз окружающих. Акоп тихонечко, бочком - бочком, направился в подвал гостиницы. Не говорить же туристам, что голос в голове так и сказал:

- Ты, сукин сын, зачем упираешься? Иди в подвал, возьми с полки бутылку коньяка и вмаж её, и будет тебе счастье, хочешь ты этого или нет!

С голосом Акоп решил не спорить. Лучше уж этот голос, чем те звуки, которые издают туристы и домочадцы. Голос в голове чёткий и понятный, а окружающие вдруг стали изъясняться звериными голосами, рычат, мяукают, вот за каким нефритовым жезлом они это делают. К Акопу пришло ясное понимание, что никакие это не туристы поселились у него, а самая настоящая шайка сутенёров, погрязшая в кровосмесительных связях, диких оргиях и повальных возлияниях. А приехали они сюда не просто так, а чтобы склонить доверчивых Наринэ и Аревик к порносъёмкам. Кастинг хотят здесь устроить. Вот, значит, как! Акоп, понимаешь, всю жизнь вкалывал в поте лица, добывал копеечку, платил исправно налоги и давал взятки, и про откаты не забывал, а Наринэ вот, что удумала...в одной голове такое не укладывается, да.

На Акопа от таких откровений накатила обида на всю Вселенную до слёз и соплей. Что-то было не так вообще. А, ладно, хусым. Всё равно этому миру пепелац пришёл. Вот бутылка старого дорогого коньяка отвлечёт немного от обиды, а потом Акоп всем покажет, кто здесь главный, а кто какашка. Пробка на бутылке не стала преградой для пожара душевной страсти, и, вскоре, Акоп лихо выдул содержимое бутылки. И здесь его провели, как лоха: якобы дорогой коньяк, как оказалось, был совершенно безвкусным и без градусов - чуть послащённая водичка. Пришлось выпить и вторую бутылку, якобы отменного коньяка. Тьфу ты - такая же безвкусная дрянь. Однако, хоть он и выпил голимую дрянь, организму захорошело. В голове стало кристально чисто, даже голос заткнулся, пробормотав что-то невразумительное. Вот теперь порядок! Оказывается, его метод рулит. Хороший ход. Теперь Акоп готов сделать этот грёбаный мир чище, лучше и справедливей. Но, как его сделаешь лучше, если сам Акоп изменился под воздействием непонятной, но жуткой силы: он стал некромантом - ой, держите меня семеро. Люди, за что мне такое счастье? Я же не хочу быть некромантом, но вдруг осознал им себя. А что должны делать некроманты? Да, бес их знает. Вроде должны мёртвых оживлять, живых на кусочки рубить. Б-е-е. Как противно-то быть некромантом. С другой стороны: с волками жить - по волчьи выть. Или, перефразируя народную киргизскую мудрость: "На Аллаха надейся, а верблюда привязывай". Это я к чему? А к тому, что надо срочно поговорить с Наринэ, на предмет её природного блядствия. Совсем совесть потеряла женщина. Может моя некромантская сущность её напугает, и она откажется от съёмок в порнороликах? Звезда, мля. Вторая Илона Шталлер, которая Чиччолина. Надо идти и наставительно поговорить с ней на эту тему, да и с Аревик тоже: надо популярно объяснить дурочкам, чего они хотят на самом деле.

Разъяснить дурочкам, чего они хотят на самом деле, не получилось по причине того, что дурочки оказались не дурочками, прикидывающимися овечками с церковными свечками, а самыми настоящими вампирами. Переродились обе в упырей, пока он ходил в подвал. Слушать они его не захотели, оттирать свои морды от крови тоже, зато, бывшая благоверная на законного супруга ещё и батончик покрошила, назвав мужа и отца умалишённым. Диалог не задался, что опечалило Акопа, заставив того задуматься: вампиры есть, извращенцами весь отель забит, монстры где-то рядом бегают, он сам некромант, до полного комплекта не хватает гномиков, Франкенштейнов, оборотней, привидений и саламандр с кикиморами. Зачем он об этом подумал? Вся нечисть так и полезла со всех щелей. Хорошо хоть призрак коммунизма не явился. Пришлось принимать меры по устранению угрозы. Распорядившись овампирившимся жене и дочке залезть под кровать и не искать себе доноров, Акоп, преисполненный энтузиазмом, пошёл воевать с нечистью. Главное найти их гнездо и разогнать нечистых обитателей гнезда ссаными тряпками. Неприменно ссаными за неимением завалящего огнемёта. "Орлиное гнездо" будет моей последней линией Маннергейма - решил воинственный отельер.

- Быстро разгони монстров, а потом начинай строить зиккурат, - сам себе распорядился Акоп. Это была его программа-минимум.

Выйдя из дверей гостиницы во двор он не удивился, когда увидел во дворе группу извращенцев, грустно уставившихся на догорающий шашлык. Да и плевать на них! Ишь уставились охламоны. Оглянувшись по сторонам, Акоп нашёл подходящую сухую ветку в куче хвороста, приготовленного для костра. Пойдёт - решил он. Затем на виду собравшейся публики стал снимать штаны. А чего ему всяких извращенцев стыдится? Они и не такое видали. Штаны он привязал к ветке. Вот теперь в самый раз, есть чем гонять монстров. Остался только маленький штришок к картине, да и, как раз, выпитый коньяк просился наружу. Акоп деловито помочился на штаны, не замечая удивлённых взглядов постояльцев. А что, и так можно здесь поступать?

Перед тем, как идти воевать с монстрами, то есть гонять их ссаными тряпками, Акоп обвёл грозным некромантским взором собравшихся постояльцев и объявил им, как отрезал:

- К моему топору чтоб никто и пальцем не прикасался, иначе приду и покараю.

Постояльцы-извращенцы по-людски говорить не хотели, что-то бормотали на своём зверином наречии. Ну, раз так, то и я буду с вами говорить на понятном вам языке. Издав рев благородного оленя, взывающего к совести самки, Акоп ринулся гонять монстров, не забыв прихватить ветку с мокрыми штанами.

Двадцать девятая наблюдала над действиями людей с огромным интересом. Надо же, какие у них интересные ритуалы: то мясо жгут, то мясо закапывают в землю. А что делает тот упитанный человек? А, понятно: он метит свою территорию своими запахами. Самцы всегда так поступают. Вот только двадцать девятой не понравилось, что этот толстяк, громко вопя, побежал прямиком к месту, где она укрылась, устроив наблюдательный пункт. Когда Акопу оставалась метра три до лёжки чудовища, двадцать девятая не выдержала и выскочила из своего убежища. Два существа столкнулись нос к носу. Глаза двадцать девятой стали, как блюдца, когда она сообразила, что человек охаживает её телеса веткой с намотанной на ней вонючей тряпкой.

- Это что такое делается? - начало приходить в себя чудовище. - Самец меня метит, как свою собственность?

На ум двадцать девятой пришло только одно: надо рвать когти! И она рванула.

Почти всё население "Орлиного гнезда" наблюдала дикую картину, как владелец гостиницы лупит огромного монстра почём зря. Вот бесштанный Акоп, вопя, бежит, сломя голову, куда-то в зелёнку, вот перед ним, разбрасывая листья и ветки, появляется свирепое чудовище и начинается сражение. Только результат сражения поразил народ: монстр стал удирать во все лопатки.

- Эк его переклинило, - прокомментировал ситуацию Рудик, имея в виду забег Акопа.

- Торкнуло мужика не слабо, - согласился, стоящий рядом Паша. В современной психиатрии Ковальский знал толк.

- Заколбасило, - вставил своё слово Эдик. - Силён мужик! Уважуха ему, но топор я всё же спрячу.

Двадцать девятая удирала со всех лап, лихо пробуксовывая на поворотах. Только благодаря когтям она не переворачивалась на поворотах, а за нею нёсся донельзя озлобленный полуголый волосатый мужик.

- Стой китайская лошадь! - дико орал мужик. - Убью, скотобаза! Это из-за тебя я превратился в некроманта: урою, падла.

Акоп уже выдыхался, но обещал чудовищу всякие кары: "Стой сволочь редкостная, кому говорю, я тебя щас изнасилую. Не знаю как, но оприходую! Рога поотшибаю, хвост оторву. Стой, зараза - шкуру спущу". Чудовище апокалипсиса удирало, только комья земли, камни и пыль от его когтей отлетали в сторону, попадая и на Акопа. Двадцать девятую обуял ужас, когда она поняла, что её вознамерились изнасиловать. Ладно бы остаться без рогов и хвоста, но что у неё родиться в результате такого соития? Нет уж, нет уж, нам такой любви без конфетно-букетного периода не надо, и двадцать девятая врубила скорость так, что вскоре мужик остался один в горном лесу среди деревьев.

Далеко от места службы двадцать девятой удаляться никак нельзя, поэтому она вскоре остановилась и побрела обратно: эмоции в сторону, главное служба. Н-да, тяжела служба в разведке: чуть не изнасиловали дикие люди. Двадцать девятая теперь маскировалась более тщательно и дальше от хлева людей. Шли дни, но, теперь по ночам, двадцать девятую мучили кошмары: ей снились люди, которые гнусно домогались её натуры.

Часа два Акоп ещё шлялся по окрестностям, периодически оглашая их дикими криками. Монстры и примкнувшая к ним нечисть попряталась от некроманта. Понять их, конечно, можно: кому охота попадаться в руки свихнувшемуся озабоченному некросу. Делать нечего, пришлось возвращаться в свою обитель: там ещё надо навести порядок. Но навести Акопу порядок по приходу в гостиницу не дали: его ловко скрутил Чино, связав того жгутами, сделанными из простыней. Такое отношение парня к её отцу не понравилось Аревик, но она не знала, что Чино проявил огромное человеколюбие. Ведь если не он успокоит сеньора Акопа, то уважаемого отельера легко пристрелит Эдик или сожжёт маг Пабло. Сеньор Пабло в гневе страшён. Ещё Чино очень беспокоил сеньор Семён. Чуйка Чино говорила ему, что этот парень будет страшнее убийцы Эдика и круче огненного мага Пабло. На фоне этой троицы латиноамериканские партизаны жидко ходят и мелко плавают. Чино видел, что в последние дни все окружающие его люди исходили на нервы, вот только сеньор Семён был неизменно холоден и спокоен, как будто он всё знает, и у него всё под контролем.

Вот же эти русские, вспоминал последние события Чино, совершенно безбашенные. Сеньор Эдик бросается на монстров с одним автоматом, а монстр, на минуточку, при этом величиной с трёх бегемотов и представляет собой ходячий ужас. Другому - эти чудовища на один зуб: он их легко может испепелить. Третий на огромных зубастиков кидается без штанов, тем самым показывая им своё презрение. Есть ещё сеньор Семён, который вообще ничего не боится. Честно говоря, Чино почему-то сравнивал Семёна с индейским шаманом: что-то у них было общее. За прошедшую неделю ничего особо не происходило, и Чино много думал и анализировал. Народ всё также сидел взаперти в ущелье, окружённом монстрами. Те не нападали, но и людей из ущелья не выпускали. Камило думал много, и ему было решительно непонятно, что произойдёт дальше, но идти на корм монстрам он не собирался. Поэтому собирал оставшееся от вояк оружие, патроны и готовился к худшему. С едой также становилось всё печальнее: уже перешли на питание армейскими пойками, благо тех было много. Но когда-нибудь еда кончится, и что тогда делать? Информации о событиях в мире как не было, так и нет. Камило заметил, что на небе исчезли инверсионные следы от реактивных самолётов. Это говорило, что дела в мире совсем плохи. Не хотелось думать о ядерных реакторах и химических заводах. О сеньорите Саре из Сантьяго также лучше не думать, ибо тогда душу гложет тоска. Может бедную Сару уже съели монстры. А местная сеньорита Аревик дуется на Камило из-за её отца, якобы Чино был неправ, когда утихомирил сумасшедшего человека. Но никто сеньора Акопа развязывать не собирается, так как тот пытается покусать всех, кто к нему приближается, и рычит при этом, как чудовище. Все ходят задумчивые, кроме сеньора Семёна, конечно.

Камило был немного не прав. Резидент Империи сохранял спокойствие, пока у него была возможность доступа к информации. Такой доступ у него имелся. То, что происходило на планете с её местными обитателями, нисколько не беспокоило резидента. Он, мягко говоря, очень плохо относился к местным гуманоидам. Поэтому ему было совсем не жаль людей из-за постигшей их трагедии, и то, что за его спиной творил ИИ резидента тоже особо не волновало.

- Дрянь это, а не цивилизация, - убеждал он сам себе. - Нет смысла в дальнейшем их существовании. Они не развиваются, только придумываю новые способы убийства. Их ущербность будет причиной их неизбежной обречённости. Никто извне на них не нападёт: слишком много чести. Они сами себя изведут. Им не дано понять Вселенную, они сами себя не понимают, плывут по течению, как головастики в потоке воды.

Так бы резидент и находился в отрешённом состоянии, но его вдруг постиг сильнейший удар, заставивший Семёна приложить всю силу воли, чтобы не впасть в панику. Ему приходилось притворяться перед людьми, что всё в порядке, что так и должно быть, и стараться не выдать себя ни жестом, ни взглядом. Вчера он практически полностью лишился доступа к информации, а этого не могло случиться по определению. У Семёна в распоряжении осталось 0,1 процент от всех его огромных ресурсов. Теперь его ИИ-симбионт стал практически бесполезным. Нет, кое-что ИИ умел. Например, мог помочь в вождении автомобиля или во владении оружием. Мог полудохлый ИИ производить вычисления, но всей массой информации он уже не владел. И это было непонятно и тревожно. Хотя лично по пустякам ему беспокоиться не стоит: Вселенная сама знает, что было и что будет. Выполняй поставленную Империей задачу, а результаты оставь великому замыслу Вселенной, который никто не в силах осознать. Хотя, будем откровенны, и среди местных гуманоидов есть экземпляры, которые умеют думать. Например, некий Парацельс, сказавший, что все элементы Вселенной имеют взаимосвязи, и все существа в этом мире связаны между собой. Является ли наш мир действительно хорошим местом обитания? Для Сэма он таковым местом являлся до тех пор, пока он не попал на планету Земля, чтоб она в бездну скатилась. Но, учитывая глобальную взаимосвязь, выходит, что и местные гуманоиды для чего-то нужны проведению.


Резидент не мог знать, что все ресурсы его ИИ были заблокированы не в результате технических неполадок, а по причине того, что на художества его ИИ, наконец, обратили внимание Высшие силы. Реакция Высших, как только они изучили проблему, была мгновенной: вирус, проникший на планету, в виде чужого ИИ был решительно заблокирован, а владельцам зловредного ИИ был направлен ультиматум. Большая Игра цивилизаций проявила себя во всей красе. Высшие, добросовестно выждав, когда цивилизация седьмого уровня нарушит все мыслимые универсальные законы на планете, где копошилась цивилизация первого уровня, поймали нарушителей на горячем. Ай-яй-яй! Как же вы такие-сякие посмели нарушать законы? Ишь чего удумали - вмешиваться в дела низших цивилизаций. Да, за такие дела обнуление положено. Седьмые приняли позу покорности, сообщив Высшим, что они согласны на все их условия. Повинную голову воспитывают, а не отрывают. Высшие были довольны: крупная цивилизация седьмого уровня сама влезла в ловушку, коготок у рыбки увяз в мёд, или куда он там у них увязает, впрочем, это не важно. Главное, что на седьмых появился убойный компромат.

Ультиматум был прост до безобразия. Седьмым предписывалось всего-то взять под свою опеку несколько низших цивилизаций, разбросанных по всем пространствам Вселенной. Список низших цивилизаций прилагается: всего три с половиной миллионов пунктов. Руководство Империи ахнуло: три с половиной миллионов планет, населённых дармоедами надо повесить на свою шею!!! Советники Императора отчаянно посыпали свои головы грязью, чешуёй, солью и известью. Переживали. Но ничего не поделаешь, не примешь ультиматум - маячит обнуление. Император вздохнул и, скрывая положительные эмоции, согласился с требованием Высших. Он был чрезвычайно рад, что некоторые его подданные провернули такую хитромудрую комбинацию. Надо этих верных разумных существ не забыть и наградить, но секретным указом. Плохо, что огромную часть ресурсов Империи теперь придётся тратить на реализацию требований Высших. Но, это не главное. Главное, что наметился контакт с высшими цивилизациями, а ресурсы дело наживное. Придётся подданным напрячься, ведь правильные усилия всего социума, это основное требование для перехода на новый уровень качества. Будет тяжело, очень тяжело, но такова судьба всех цивилизаций: без труда не поймаешь даже дикого кварка. Главное, что Высшие были вынуждены установить на территории Империи свой форпост, типа для контроля. Ага, пусть контролируют. Сначала контроль, потом советы, так потихоньку наметится диалог и понимание между цивилизациями. Теперь подданным надо самоотверженно трудиться для реализации Цели. Император задумался над кадровым вопросом: здесь надо искать умы не только преданные империи, но и изворотливые. Одной изворотливости мало, надо ещё, чтобы индивид дружил с удачей.

Наметив стратегическое направление для подданных Империи, глава Империи занялся своими делами, а подчинённые, включив форсаж, стали реализовывать его указания. Один из пунктов указаний Императора касался и заштатной гуманоидной планеты Земля. Это планета, которая находится даже не в нашем измерении, а в ином пространстве, где-то в бездне на куличках. Естественно, если планета гуманоидная, то задача по устранению ошибок, допущенных, конечно, случайно, а не с целью навредить, попала в отдел по работе с гуманоидами. В этом отделе трудился и Сём, пребывая в звании Советника второго ранга. Сём, как известно, служил куратором специальных операций на гуманоидных мирах и официально считался одним из самых знающих специалистов в Империи по диким гуманоидным цивилизациям. Честно говоря, в империи был лютый кадровый голод на специалистов по диким гуманоидным мирам. Поэтому отделу, где трудился Сём, приходилось "крутиться", как позитрону вокруг антипротона. Вот и сейчас шеф Сёма, получил высочайшее предписание разобраться с теми ошибками, что натворил его подчинённый, посланный резидентом в этот гуманоидный мир. Шефу надлежало не просто разобраться, а наметить меры по устранению навороченных Сёмом ошибок. Исправлять ошибки подчинённого предстояло также ему. Но, сначала, надо было понять, что, собственно, натворил их резидент. Судя по поступившему предписанию, их резидент, что-то там недосмотрел, и случилось ужасное, а именно: нарушен кислотно-щелочной баланс на 0,5 процентов в экосистеме планеты, как её там, ага, Земля. Понапридумывают названий, что не выговоришь. Кроме того нарушены линии спектральной суперпозиции некоторых излучений, взаимодействующих с тёмной энергией. Спрашивается, куда смотрел резидент? Он, что не видел это безобразие? Вроде Советник Сём был ответственный работник с хорошими характеристиками, а тут, на тебе - проявил халатность. Но это ещё не всё. Надо было разобраться с местными гиперонными установками и мезонными преобразователями. Что-то у местных гуманоидов по этой теме не вытанцовывается. А причём тут мы и Сём? Но, раз приказано, то надо разбиться в лепёшку, но дело сделать. Шеф задумался: да, наворотил его подчинённый дел. Как бы теперь Сёма не уволили с Советников, да и в послужном списке шефа теперь пятно появится. Точно до пенсии не доживу - горько подумал шеф. Оставалось ему до заслуженного отдыха всего четыреста лет. Да, ещё Император, дай Вселенная ему здоровья, повысил пенсионный возраст ещё на триста лет. Это ещё семьсот лет мантулить, а где силы и здоровье брать с такой нервной работой? Специалистов по диким гуманоидным мирам не спешат давать, а задач нарезают всё больше.

- Отставить скулить, - сам себе дал команду шеф. - Прежде всего, надо провести эксфильтрацию нашего резидента. Прибудет Сём домой - из первых конечностей узнаем подробности. Если начальство будет крошить чешую на моего работника, то я им не позволю издеваться над Сёмом. Я своих разумных существ не сдаю.


Семён, находясь в ущелье на Земле, не знал, какие страсти стали происходить в его Империи. Шекспир отдыхает. Да он, после того, как его отрезали от информации, вообще мало, что знал. Он скучал от однообразной жизни в ущелье: природа, конечно, здесь великолепная, но скука смертная. Сидеть в блокаде - не в море плавать. Ах, море! Доведётся ли мне когда-нибудь ещё окунуться в его ласковые солёные волны? Но всё когда-нибудь кончается. Внезапно кончилось и неопределенность, в которой пребывал резидент: он получил сухое сообщение о готовности к эксфильтрации. Семён знал, как это будет происходить физически. Его тело погибнет, а информация с мозга перенесётся на специальные носители. Потом в Империи эту информацию поместят в новое физическое тело. Семён осмотрелся. Вроде момент был радостный: наконец, он покинет это мир, эту планетку с её человеками, которые достали его до печёнки. Но, что-то щемило в груди. Неужели, он стал превращаться из благородного жизга в дикого гуманоида с его эмоциями? Скоро он уйдёт в вечность, а его короткоживущие друзья останутся здесь. И Светочку он никогда не увидит, и странную парочку - Рудика и Ковальского. И Чино с Эдиком. Что? Он их назвал друзьями??? Он, умнейшее во всей Вселенной существо, благородный жизг, назвал каких-то волосатых гуманоидов друзьями? Но, он действительно назвал их так! И слёзы. Почему из его глаз льётся влага?

Уходить Семён решил рано утром, чтобы никого не беспокоить. Зачем людям видеть его холодный труп в отеле, лучше он прогуляется дальше в ущелье, к холодному ручью, и отправится домой, как только свет от местного светила появится над горами. Он запечатлеет в памяти окружающий мир и на этой ноте отправится домой. И не надо больше думать о местных проблемах, ведь впереди Вселенная со всем её разнообразием в единстве и бесконечные игры Всемирного Духа. Мы больше не встретимся. Прощай этот мир: я буду помнить тебя, хотя ты мне безразличен.

Чуткий сон Камило нарушили шаги в коридоре. Хоть и спросонья, но он классифицировал эти шаги, как шаги сеньора Семёна. И куда это сеньор отправился так рано? Может ему приспичило, а Камило проявляет глупое любопытство? Но бывший чилиец вчера чётко заметил, что сеньор Семён чем-то сильно встревожен. Никто не заметил, а Камило заметил и понял, что с их лидером что-то происходит. Парень решил проследить над перемещением лидера. Не любопытства для, а пользы дела, ага. Бесшумно вскочив с койки, Камило влез в штаны, сунул за пояс пистолет и выскочил наружу. Может, придётся подстраховать лидера, мало ли что здесь может случиться. Да и интересно, куда этот сеньор намылился? Только прорезались первые лучи Солнца, разгоняя сумерки, и Камило легко засёк удаляющуюся фигуру Семёна. Тот уверенно шагал по тропинке в сторону ущелья к ручью. Оставляя между собой и объектом слежки расстояние в пятьдесят шагов, Камило осторожно продолжал наблюдение. Он увидел, как человек подошёл к ручью, как прислушался к шуму воды. Вот он наклонился и левой рукой зачерпнул горсть воды. Затем некоторое время смотрел на воду в своей ладони и что-то шептал. Вот человек направил свой взор на первые лучи Солнца.....и исчез. Вот так вот взял и исчез. Растворился в атмосфере, как утренний туман. Только оставил от себя кучку одежды.

Камило остолбенел. Куда делся человек? На берегу ручья, на камнях, осталась только одежда Семёна, а тела не было. Оно исчезло. Раз и всё. Подойдя ближе к одежде, Камило смотрел на эту картину выпученными глазами. Что ему теперь говорить друзьям? Что он видел, как сеньор Семён взял и исчез? А кто поверит? Ещё подумают, что Камило убил Семёна, а тело спрятал куда подальше. Может, они поссорились из-за сеньориты Аревик? Чем не версия? Расстроенный парень решил вернуться в отель, и будь, что будет. Может, никто не заметит его отлучку из отеля вместе с Семёном. Но, дойдя до здания гостиницы, он окунулся в новые события. На площадке перед входом в гостиницу он, к своему ужасу, заметил шатающиеся фигуры. Фигуры были никто иные, как огромные монстры, но вели монстры себя совершенно неправильно. Они бестолково перемещались по территории, как пьяные, и щипали траву. На человека они посмотрели, но никак не отреагировали, даже не зашипели. Камило опустил, вытащенный пистолет: стрелять в монстров не было никакого смысла. Да, и что им сделает пистолетная пуля?

Камило не знал, что гриб-паразит, поселившийся в чудовищах, перестал получать излучение из космоса, соответственно, никем не управляемый паразит не понимал, что надо делать с носителем. Модифицированный кордицепс разумом не обладал, им самим управляли из космоса. Травоядный носитель паразита стал вести себя так, как всякое травоядное существо, только огромное существо, как три бегемота. Оно своим примитивным мозгом понимало, что надо есть траву, чтобы утолить голод, и больше ничего чудовищ не интересовало. В мире произошла очередная трагедия.


Резидент Сём считал, что очнётся дома. Однако, его ожиданиям не суждено было сбыться. Просто так ничего в космосе не делается. Он очнулся в каком-то светлом коконе, сначала обрадовался, потом огорчился. Тела он не ощущал, ощущал только свет и то, что из его сущности беспардонно тянут информацию, даже секретную. Действительно, Высшие просто так не хотели отпускать существо, устроившее конец света на отдельной планете. Поэтому Высшие благополучно перехватили тело и сознание резидента вместе с его кривым симбионтом для исследования. Изучение сознания существа показало, что оно никаким боком не виновато в создании катастрофы на чужой планете. Виноват его ИИ. А какие претензии к искусственному интеллекту? Да к тому же такому примитивному, как у изучаемого существа. Н-да, развиваться ещё седьмым и развиваться: им до Высших, как до Чёрной дыры на паровозе. Высшие решили не обижать убогое существо и оставить ему его ущербный ИИ, но, на всякий случай, подсадили к сознанию существа ещё и свое устройство в виде второго симбионта. Это для контроля, ну, и в качестве компенсации существу за беспокойство. Теперь в сознании Сёма уместилось два мощных устройства. Он оказался единственным существом в Империи, имеющим симбионт от Высших. Симбионты через 0,1 долю секунды великолепно притёрлись друг к другу: теперь они были не разлей вода и за спиной хозяина уже вдвоём придумывали коварные планы. Сём ещё не знал, что слово "скука" он теперь смело может вычёркивать из своего словаря. Разобравшись с сознанием Сёма, Высшие милостиво отпустили его домой. Лети примитивное существо домой и не благодари нас.

Дома сознание уважаемого Советника и выдающегося резидента встретили с распростёртыми объятиями и .....поместили его на годичный карантин, изолировав от всего мира. Советник очнулся уже в новом теле и немного поморщился: опять его внедрили в тело гуманоида. Целый год над Сёмом издевались садисты-научники и безопасники: сотни отчётов, допросов, экспериментов. Скучно Сёму не было. Вот только печалило, что ему велели забыть своё имя, забыть свою расу жизгов, забыть свою родную планету и друзей. Нет уже весёлого молодого жизга Жуж-Жу-Жука: погиб на просторах космоса. Нет и Советника Сема: он тоже геройски погиб при выполнении заданий командования, даже могилка имеется с прахом героя. Теперь Советник чрезвычайно засекреченное лицо. Зовут его теперь Сетт, да и не Советник он второго ранга, а Тайный Советник первого ранга. Ему популярно объяснили, что он должен ценить такое доверие и неустанно благодарить Императора за то, что ему оставили память и за такой стремительный карьерный рост. Империя надеется, что Тайный Советник Сетт отблагодарит её за доверие своей добросовестной работой на благо Империи. Какой работой? Теперь он будет одним из главных кураторов изучения гуманоидных цивилизаций: дело для него привычное. Высшие осчастливили Империю, навязав ей задачу заботиться о трёх с половиной миллионов цивилизаций. Из этих миллионов девятьсот тысяч это гуманоидные цивилизации. Вот теперь Тайный Советник Сетт и будет куратором этого направления. Что с вами Советник? Вот те на: в обморок упал от радости.


Лос Андес - 2022.