Скорпиошка: другие произведения.

маленькая сказка о большой любви

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Старый стоптанный Башмак страдал уже неделю... Он изнывал от внезапно нахлынувшего чувства, поглотившего его с головой... В их тесный мирок впорхнула - с презрительной усмешкой - настоящая красавица... Её тонкая кожа, такая нежная и приятная на ощупь (о, об этом он мог только догадываться в мечтах), сводила его с ума.Изящный каблучок своими умопомрачительными формами заставлял трепетать его сердце, оживляя в нем забытые чувства.
  
  ...Его жизнь уже который год была до безобразия серой и скучной. Когда-то давно он был Туфель, гордый и напыщенный, а теперь никто даже и не помнит его имени...
  
  Башмак - он и есть башмак... Даже с маленькой буквы...
  
  В молодости он уверенно и стремительно входил в любые кабинеты с внушительными табличками и важно щелкал каблуком при появлении на пути какой-нибудь молоденькой Босоножки. А они слетались к нему, как мотыльки на фонарный свет. Он даже не помнил все их имена, формы, цвета... Они перемешались в его памяти - белые, цветные, с ремешками и без, открытые до неприличия и застегнутые наглухо, наивные дурочки с бантиком и роковые красотки с 12-сантиметровыми каблучками...
  
  "Сколько же их было", - улыбался он про себя...
  
  А теперь он лежал в самом дальнем углу обувной полки, практически не выходя в свет.
  
  Его походы ограничивались только прогулкой до мусорного ящика или до ближайшего сигаретного ларька в жуткий ливень и грязь. И тогда он возвращался и страдал от собственной ненужности и беспомощности.
  
  Соседи не любили его, а скорее уважали.
  
  Кроссовка подтрунивала над его неуклюжестью: "Удивляюсь, как ещё ты не запутался в собственных шнурках, растяпа".
  
  Он лишь фыркал и забивался в свой угол. Там жила его старая гвардия - древние, как он, туфли, которым только и оставалось, что беседовать друг с другом о былых временах:
  
  - А вы помните?... а вы знаете?... а тот прием в 94-м?... ах, я тогда в Ялте так танцевала, что сменила 5 набоек!... А я ходил по малиновой дорожке к самому ***!!!.... Ох, ах!.. дааа... было-было...
  
  Так и текли эти будни... А вечером, когда возвращалась молодежь, они чувствовали себя вымирающими динозаврами, завидуя их блеску и задору...
  
  Осуждая их внешний вид, распущенность и чрезмерную раскрепощенность, они внутренне желали быть такими же, но все старания не приводили ни к чему, кроме как к оторванным каблукам и подошвам... Лишь Тапочки, все семейство, от мала до велика, любили устроиться поудобней на полу рядом с обувной полкой и, раскрыв рот, слушать рассказы Башмака и остальных старичков о "той" жизни, снаружи... о настоящей... Для них он был непререкаемым авторитетом, а его жизнь настолько была им интересна, что они снова и снова просили его поведать о чем-то неведомом и загадочном... И лишь к вечеру они разбегались кто куда - кто на кухню, кто к телевизору, кто просто засыпал, свернувшись калачиком, преданно дожидаясь хозяина...
  
  Как вдруг, сияя и переливаясь, появилась Она...
  
  Уверенным каблучком отпихнула Тапочку-младшую под полку и вальяжно устроилась на мягком коврике...
  
  "Знай свое место!"- прикрикнула она...
  
  Тапочка засопела носом и скрылась за старым Сапогом...
  
  Все разом замолчали и уставились на Неё... В их семье никогда не появлялись подобные экземпляры. Даже молодежь, новомодная и порой чуть высокомерная, не позволяла себе подобных выходок... Над старшими лишь беззлобно подтрунивали, а те добродушно ворчали в ответ; младших всегда любили и оберегали, выделив им уютный коврик подальше от сквозняка...
  
  Семейка Босоножек презрительно хмыкнула, то ли завидуя её красоте, то ли осознавая свою теперь непригодность. Ботинки двусмысленно зацокали каблучками, глядя на Её формы, и о чем-то зашептались вперемежку со смешками...
  
  Старички укоризненно закачали головой и сбились в кучку...
  
  Ропот, негодование, восхищение, зависть, укор..... все чувства присутствовали на физиономиях окружающих:
  
  - Профурсетка! - прошипела старая калоша из дальнего угла...
  - Ммдаа, ручная работа! - масляно промурлыкал мексиканский Мокасин, приглаживая усы...
  - Француженка, точно! - обсуждали невзрачные туфельки, потягивая носиками в её сторону...
  
  Красавица покрутилась у зеркала, осмотрев себя со всех сторон, поправила блестящую пряжку, и с вызовом бросила:
  
  - Ах, не для этого общества я родилась, чтобы коротать свой век с этими плебеями!, - и отправилась в красочную картонную коробку, улегшись в облако тончайшей папиросной бумаги, которая издавала еле уловимый опьяняющий запах...
  
  "Париж, Париж!" - постановило общество и, потеряв всякий интерес к чужестранке, продолжали свои нехитрые дела-разговоры.
  
  И только старый Башмак не переставал думать о Ней... В сердце, давно напоминавшем о себе только лишь одышкой и аритмией, когда он трудом поднимался по лестнице, теперь расцветало совсем иное чувство. Оно накрывало его с головой, растекаясь по всему телу, пульсируя во всех жилах. Оно окрыляло, наделяя его грузное одутловатое туловище юной легкостью и готовностью лететь, бежать, стремиться сквозь все преграды к Ней, к Ней...
  
  К Ней!!!!...
  
  ...Это была любовь...
  
  Он любил всей своей "старобашмачной" любовью, преданно и самозабвенно. До боли, до судорог, до желания сказать, прокричать о своем чувстве всем, кто может услышать. Он готов был возлежать около волшебной и притягивающей коробки вечно, охраняя Её покой. Он был готов отдать свою "копеечную" жизнь ради одного Её взгляда, одной Её ободряющей улыбки.
  
  Но Она и не подозревала о подобных эмоциях Башмака. У неё была другая жизнь, красочная и яркая. Она лишь проносилась мимо, окутывая его облаком своего неземного запаха, который он жадно вдыхал и лелеял в себе, храня этот аромат внутри себя трепетно и бережно.
  
  "Жизнь прошла, оставив за плечами только нелепые воспоминания, стертые со временем до однообразной серой массы, - подумал Башмак. - Я должен Ей сказать всё, а потом - можно и умереть".
  
  И вечером он собрался с силами, гордо вытянулся в надежде вернуть былую выправку, и вышел из своего темного угла обувной полки. Он стоял у коробки, и слова никак не хотели вырываться наружу, они вертелись, путались внутри - но он не смел даже заикнуться о своей любви. Он стоял и смотрел на Неё, запоминая каждый изгиб тела, наполнялся Её запахом, и смотрел... смотрел... смотрел...
  
  Её усмехающийся журчащий голосок вернул его в реальность:
  
  - Дедуля, тебе уже на покой пора, а ты все в ухажеры метишь. Иди, иди! - указала она своим очаровательным носиком, презрительно сморщившимся на темный угол, - тебе только и осталось коротать свои дни с этими калошами, а то ещё развалишься на моих глазах, а я не переношу подобных зрелищ. Избавь меня от своего обременительного присутствия", - и захлопнула перед его носом крышку от коробки.
  
  Все окружающие видели эту унизительную сцену. Интеллигентные тетушки отвернулись, делая вид, что ничего не произошло, молодежь хихикала, мужская половина снисходительно хмыкнула:
  
  - Что, не оценила наша прелестница бравого солдата?
  
  Башмак был готов провалиться под землю. Он скукожился, вжал голову в плечи и забился в угол, глотая слезы. В голове стучала одна только мысль: "Умереть, умереть, умереть!"
  
  Он не спал всю ночь... Слушая посапывание соседей, он мечтал сделать что-то такое, чтобы все-все, и Она в том числе, зауважали его и обратили наконец-таки внимание! "Неужели она не видит, что творится в его душе? Не чувствует, что только он, он способен сделать её счастливой?.. Хотя, что я могу ей предложить?.. Скрип своих подметок?.. Она - совершенство, а я - бесполезный жалкий червяк! Я должен уйти, уйти из жизни, из этого дома, но уйти красиво! И так, что они все пожалеют об этом, а она ещё будет кусать себе локти, что не осознала, что не о-соз-на-лаааа...", - провалился он в свои невеселые мысли и заснул...
  
  Весь следующий день он провалялся без мыслей, отрешенно глядя на пустую коробку в прихожей... "Милая, Дорогая, Любимая, самая-самая желанная... Ничего, ничего... мы все равно будем вместе...",- повторял он про себя как заклинание...
  
  Все случилось вечером...
  
  Хлопнула входная дверь, громко выругался знакомый хозяйкин голос, и что-то шваркнулось в угол, рядом с дверью...
  
  "АХХХ!",- выдохнули все хором.
  
  Красавица-чужестранка, неприступная и гордая, была выброшена в угол к венику. Поникшая и побитая, она пыталась прикрыться его прутиками, но все заметили, что произошло. Её изящный, точеный каблук, бывший предметом зависти всей женской половины их обувной семьи и вожделения у мужской - был сломан, и лишь его куцая половинка жалобно торчала металлическим штифтом. Столько горя и страдания было в её хрупком тельце, что никто не посмел рассмеяться. Все знали, что это конец и, ошеломленные, молчали...
  
  - Допрыгалась, - ехидно бросила в её сторону одна из Туфелек, но под всеобщее цыканье, пристыжено замолчала.
  
  Весь вечер до поздней ночи обувное семейство шепталось, тихо гудело как встревоженный улей, обсуждая происшедшее. Всякие были мнения - и злорадные, и насмешливые, и удовлетворенные ("так и должно было быть"), и отрешенно-мужские, мгновенно потерявшие всякий интерес ("да ещё куча других таких найдется"), но в целой своей массе все сочувствовали, вздыхали, и качали головами...
  
  "Да, красивая была, из избранных, а вот поди-ка ж..." Но всему есть предел, и темам для обсуждений тоже... К ночи все, вдоволь пошептавшись, угомонились и заснули своим безмятежным сном, напрочь потерявши интерес к Ней как к чему-то уже прошедшему и стертому из их жизни... Только одно измученно сердце плакало и рыдало... Сердце Башмака страдало вместе со своей возлюбленной. Он был готов отдать всю свою жизнь, которая, впрочем, и не была нужна никому, только лишь за то, чтобы Она была снова прежней и была счастлива. Он смотрел на это маленькое создание, вжавшееся в спасительные лапы веника, и разрывался от всепоглощающей любви, жалости и отчаяния...
  
  Сквозь дверную щель доносился гул осеннего промозглого ветра... Он видел, как она пытается укрыться от него, укутываясь поглубже в соломенные прутья и слышал тонкий плач, который отдавался в его ушах в сто, нет, в тысячу крат сильней!..
  
  "Я иду к тебе, любимая!", - прошептал он и решительно покинул свой теплый угол.
  
  С трудом передвигаясь, он приблизился к Ней и стал тихонечко гладить её, некогда изумительно гладкую, а теперь потерявшую былой блеск и покрытую редкими царапинами кожу... Она всхлипнула и подняла на него свои испуганные заплаканные глаза:
  
  - Уйди, не смотри на меня! Я противная, гадкая, я никому не нужна. Я хочу умереть! - укрыла свой дрожащий носик в углу и разрыдалась...
  
  Башмак прижал её к себе:
  
  - Глупенькая, маленькая, девочка... ты самая, самая замечательная на всем свете. Я люблю тебя, и не позволю, чтобы ты так думала про себя! Ты нужна мне, и если ты захочешь, если ты только позволишь - я буду везде рядом с тобой... и никогда, никогда тебя не брошу, слышишь?
  
  Она чуть слышно спросила:
  
  - Правда-правда?
  - Самая настоящая правда, - крепко обнял её Башмак и, тихонько поглаживая, стал напевать какую-то глупую колыбельную, которую мама-Тапочка всегда пела своим деткам. Он пел, с трудом вспоминая слова и ноты, но с такой нежностью и любовью, что Она, улыбаясь, прижалась к его большому потертому носу своим точеным носиком и прошептала:
  
  - Я никогда, никогда не думала, что я... что ты... я была такой... Наверное, ты не простишь меня... но я теперь поняла, что ты, что только ТЫ...
  
  - Тссссс, - перебил её Башмак, - молчи...ничего не говори, я всё знаю, мы вместе - а это самое главное...
  
  Он обвил шнурком её пряжку, завязал на бантик, и повторил:
  
  - Мы навсегда вместе, и ничто нас не сможет разлучить...
  
  И они заснули, крепко обнявшись...
  
  Утром, хозяйская рука, долго пыталась развязать их - "Что за чертовщина!" но, отчаявшись сделать это, забросила парочку на антресоль, к старому велосипеду, разбитым пластинкам, и прочему хламу...
  
  Коробка с тончайшей папиросной бумагой была выброшена в мусорное ведро, на следующей неделе появилась новая красавица, ничуть не хуже предыдущей, а потом другая... и ещё другая, но вся обувная полка от мала до велика долго ещё вспоминала смелый поступок Башмака... На этот раз все семейство было единодушно в своем одобрении и восхищении:
  
  - Вот это Любовь!!!...
  
  И из поколения в поколение передавалась эта история про старого Башмака и неприступную красавицу... обзаводясь все новыми подробностями и героическими виньетками...
  
  А ещё говорят, что иногда по ночам на антресоли раздаются странные звуки... Тихие тоненькие смешки и приглушенный басок... Но это уже совсем другая сказка...
  
  2001
  (мой первый опыт в прозе)
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"