# ll.02 - Справедливость

Евгений Владимирович Шищенко

Если я лягу,


То для сна впереди - неоглядное поле.


Когда-то мог


Терпеть даже недосыпание


И вставать по утрам,


Разрывая сонный саван с такой мукой! -


Ради двух послеполуночных часов...


Ну а теперь - просто скучно.


Я слишком долго устраивал посиделки с ночью.


Ежедневно! - за такой срок


Успеешь пресытиться чьим угодно обществом...


Что мне даёт этот отрезок времени?


Что я могу ему дать?


И только это, пожалуй, верно:


Я золотом или глиной своей плоти,


Усердием плуга


Наделяю ценностью всё окружающее -


Время, слово, пространство, вещь, -


Я, читатель, я, автор,


Дарую значение.


Для гиперборейца даже камни


Прозрачны, и веселы, и, может быть, умеют летать,


Ну а другому


Всё вокруг кажется кусками дерьма,


Рассохшимся деревом, мятой и грязной бумагой.


...Да воздастся подобным.


Вот, вспомнил! вспомнил старую, ещё детскую мысль! -


Что мир справедлив.


(Словом "мир" не ссылаюсь ли я на то,


Что другие называют "Богом"?...)


Он даёт каждому ровно столько,


Сколько тот сто́ит. Над этим уже не раз смеялись.


Мне говорили, отсмеявшись: "Открой глаза!


Мир жесток. Мир хаотичен." -


И что-то ещё, довольно обидное,


Попрекали наивностью -


Я никогда этого не любил.


Взрослые спешат опровергнуть


Нечаянную мудрость детей


И не снисходят до доказательств,


Которые есть ли?


Мир видится несправедливым тому,


Кто выглядывает из единоличной комнаты


Сквозь стекло минутных желаний, желанных целей.


И отобранная игрушка


Заставляет вопить: "За что?! как жестоко!" -


Подразумевается, что самое справедливое -


Утолять желания,


Не прерывая покоя стен.


- Да, вопиющие о несправедливости


Жаждут постоянно получать


И считают точными только свои весы.


Чтобы сказать: "Мир справедлив" -


Нужно бо́льшее мужество.


"Поделено справедливо" - значит то, что ты видишь рядом,


То, что ты получил - твоя настоящая цена,


И признать её нелегко.


Здесь - вспышка качества, присущего немногим:


Любви к судьбе.


Обычно "судьбу" понимают, как предначертание,


Строгий перечень всех дорог,


Которые выберем на неисчислимых развилках Будущего.


В самом деле. Но что это значит сейчас?


То, что не свершилось, - знаем ли мы его?


Знаем ли свои строчки в этой огромной книге?


Мнимое "Будущее" рождается из настоящего -


- И сразу становится им,


Хоть вероятностно спотыкаясь, хоть и по рельсам формул.


Настоящее беспредельно.


Тогда любовь к судьбе - любовь к Произошедшему.


Но и того, что сбылось, уже нет рядом:


Оно учтено.


Оно затерялось в потоке: как вернём мы


Младенца, что улыбался утру


В колыбели у окна -


Если он давным-давно вырос


В мускулистого атлета со шрамами от смертельных ударов?!...


То, что подчас по привычке зовётся "Прошлым",


Рассеялось в нынешнем -


И кусочки мозаики уже сложились в иные картины.


Любовь к судьбе - это также любовь ко всему, что происходит,


Что бы ни произошло!...


Прошлое неизменно. Будущее неизвестно. -


- Две иллюзии Настоящего,


Которое дурачит нас, переодеваясь и прячась,


Так что мы стоим в одиночестве


И выдумываем пепел, чтобы посыпа́ть,


Как в ветхозаветные времена, свою голову...


Но, досточтимые гиперборейцы, но!


Есть сверкающая прореха


В оцепенелом всевластии Настоящего.


Пусть зыбко Будущее,


Всё, что мы сделаем, - его утвердит!


Любой жест, любое слово, любое молчание,


Поскольку оно свершилось -


"Предначертано" и "священно" на прежний лад!


И тогда - святые дьяволы! - нам вдруг покажется,


Что мы сами пишем Книгу Судеб.


Но об этом ещё споётся


В ином хмелю...