Смолина Екатерина: другие произведения.

Одинокий фонарь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 8.13*20  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    СЛР ♥ город ♥ реализм ♥ мягкая эротика ♥ быт ♥ равные отношения ♥ взрослые герои
    Красавец-муж ушёл? Скатертью дорога! Из любимого офиса попросили?.. А вот это уже хуже. Но в жизни с чистого листа есть и свои плюсы. Всего одна чашка кофе в компании с последним офисным клиентом, и жизнь перевернётся с ног на голову. Но прошлое не дремлет, и развестись не так-то просто. Да и как теперь доверить свою судьбу сильной половине снова, и дольше, чем на одну ночь? Разве что сильная половина окажется настойчивой и терпеливой, как настоящий гусар! 2016 г
    АСТ 2017, серия "Звезда Рунета" ♥ 18+
    Книга закончена, выложен ознакомительный фрагмент.
    Вышла в июне 2017 года в издательстве АСТ
    Тираж 2000 экз.
    320 страниц.
    ISBN: 978-5-17-102012-5
     

Глава 1

 

Плохое утро обычного менеджера выглядит примерно так: проспала на два часа, кофе убежал, каша подгорела, на работу - сквозь пробки... Как у всех. В бюджетном внедорожнике звучал любимый рок, и это отвлекало от предстоящей выволочки. Музыка была тем единственным, что в последнее время приносило мне безоговорочное удовольствие.

 - Екатерина Максимовна, зайдите ко мне, - услышала я, едва оказалась на ступеньках офиса.

Шеф стоял и курил на крыльце, даже не пытаясь встретиться со мной взглядом. Не слишком добрый знак. Едва мы оказались отрезаны от офиса противно щёлкнувшей дверью его кабинета, я уже всё поняла. Мышеловка захлопнулась, только сыра не было.

Что ж. Я большая девочка. Рубите.

 - Вы сегодня опоздали на работу на четыре часа, - не стал тянуть он.

- Прошу прощения, был сбой в технике. Будильник не сработал.

Главное, сохранять спокойствие.

 - В последнее время вы плохо справляетесь со своими обязанностями, - шеф сел за стол. - Ушёл крупный клиент, до сих пор не готовы документы на группу компаний "Яра"...

Крыть было нечем. Тогда я оказалась не готова отдать документ, который ещё и в плане не стоял. Звонившая женщина в эмоциях себе не отказывала, и была излишне импульсивной. А "Яра"... Попробуйте в одиночку обработать за пару недель компанию с тремя тысячами сотрудников, подбирая каждому индивидуальный план обследования! Да я ночевала тут с этой базой!..

 - ...Да, и тот раз, когда вы оставались на ночь в офисе... Тоже не говорит в вашу пользу! - развёл руками управляющий.

Серьёзно? Не говорит?..

 - Где подписать? - откликнулась с мрачностью приговорённого к смерти.

Шеф протянул мне белоснежный лист бумаги. Той самой, что я недавно заказывала на весь офис. И выключил компьютер, что я недавно чистила от вирусов, потому что приходящий админ был не в городе.

И мы оба прекрасно знали, что фраза "по собственному желанию" - ложь. Мою должность давно облюбовала моя помощница. Задолго до моего прихода в компанию. Но, видимо, гендир до сих пор не реагировал на Ирочкины вываливающиеся прелести и юбки не ниже блудливой ватерлинии. И работать бы ей и по сей день секретаршей, а не моей помощницей, если бы не амбиции и вполне здоровый аппетит.

Эту замечательную должность она занимала до вчерашнего дня. А вчера... Вчера вдруг оказалось, что начальник отдела я неофициальный, а официальным годится...

Хм... Да.

Ирочка.

Рабочий день заканчивался, а я с трудом доделывала документы, которые всегда горели под пальцами. Настроение было подавленным давно, работа не клеилась. Я сама виновата, что опустила руки и слишком расслабилась. Конкуренция слабости не терпит, и никому не интересно, отчего обычно упрямый и успешный управляющий менеджер отдела вдруг стала слабовольной... Хуже всего было то, что коллеги делали вид, будто ничего не произошло. Никто не подбадривал, никто не осмеивал. Хотя знали все, и, как оказалось, с самого утра.

 - Девушка, вы ещё работаете? - нарисовался рядом с моим столом человек.

Нарисовался, потому что в нашей тесной комнатушке слишком много шкафов и за ними ничегошеньки не видно. Я посмотрела на часы на руке, и они ясно дали мне понять, что время приёма посетителей истекло ещё час назад.

 - Эти пробки в вашем районе... - грустно вздохнул клиент. - Я честно торопился, как мог. Может, примете документы?

На душе было тоскливо, домой не хотелось. Что изменится от очередной папки с документами? Не отправлять же его назад, после долгой дороги сюда, если верить его словам. Я выдавила дружелюбную улыбку. Склоки склоками, а клиент не виноват. Но человек отчего-то замялся. Видимо, перестаралась с дружелюбием.

 - Присаживайтесь... - кивнула на стул рядом со своим столом.

Звук застёгивающейся молнии на сумке теперь уже бывшей коллеги слишком гулко отозвался в опустевшем офисе. Даже лампы дневного света натужно гудели, и как я, оказывается, устала от этого звука!

Человек ждал, с надеждой терзая увесистую пачку документов.

Вот не буду обрабатывать её! Приму, зарегистрирую... Даже в excel перекину! Но обрабатывает пусть Ирочка, раз так хотела...

Папка, журнал, и рябящий в глазах старенький монитор... Я привычно застучала пальцами по клавиатуре, вбивая новые данные.

 - Екатерина Максимовна, - скосил человек взгляд на мой бейдж на груди. - Вы на машине?

 - Какое это имеет отношение к делу? - устало потёрла переносицу. С удовольствием бы умылась сейчас! Макияж, зараза, к концу дня весит с килограмм, - и это я только ресницы подкрасила и стрелки подвела!

 - У меня тоже был нелёгкий день, - осторожно начал он, внимательно наблюдая за моей реакцией. - Пробка рассосётся часа через три, мы могли бы посидеть где-нибудь.

 - Ничего не получится. Меня ждёт муж и домашние дела, - соврала уверенно.

 - Всего чашка крепкого, вкусного кофе, - подкупающе улыбнулся он. - Вас это ни к чему не обяжет.

В офисе стало очень тихо и тоскливо. И даже, кажется, всего на секунду я уловила терпкий аромат свежесваренного кофе с капелькой ликёра...

 - Соглашайтесь, Катерин!.. Я угощаю.

Пить кофе с незнакомцем? Да ни за что в жизни! Но так всё достало...

Это был чудесный вечер. Я и забыла, что летние ночи мегаполиса могут быть такими красивыми! Мы пили кофе с Бейлисом, потом просто Бейлис. Приторная сладость окрыляла и оживляла и без того не скучный разговор, ― кто бы мог подумать, что усталый офисный клиент окажется настолько обаятельным и компанейским человеком? Макс открывался с всё новых сторон. Он знал удивительное количество занимательных фактов из античной истории, увлекательно рассказывал о своих поездках в Грецию, Испанию, сыпал историческими фактами. Я даже почувствовала себя неловко, не смотря на количество выпитого. Но он сумел преподнести свои знания не свысока, а так, словно это не имело никакого значения.

Очень быстро стёрлись офисные границы, мне казалось, что в этом случайном знакомом я встретила родственную душу. Оставив машины на стоянке возле кофейни, мы неспешно гуляли по ночному шумному городу. Шутили, смеялись. Впервые за бесконечно долгое время я отдыхала, отрешившись от всего мира! Максим неуловимо создавал комфорт в общении, не рвался целоваться или обниматься. Нам было что обсудить. И дотошных клиентов, и трудности в руководстве, и мифологию нескольких народов и даже недавнюю крупнейшую фотовыставку!

 - Ты очень красивая, - засмотрелся он на моё лицо, подсвеченное жёлтыми огнями города, разлитыми по реке.

 - Это все Бейлис! - рассмеялась.

Давно мне не делали комплиментов. Даже в шутку.

 - Ну, пусть и Бейлис, - улыбнулся согласно. - Твоему мужу повезло.

 - Да уж... Его жена проводит время с другим после работы. Счастливчик!

Ощущение крыльев за спиной резко исчезло. Навалилась прежняя тоска.

Никто меня не ждёт, кроме грязной посуды и паука в углу. Даже кот пропал месяц назад, а муж и того раньше.

 - Кать... - привлёк за руку к себе, неожиданно захватывая в объятия. - Ну какой он муж, если ты радуешься даже простому кофе и возможности прогуляться в приятной компании? Заездил он тебя.

 - Много ты понимаешь в семейной жизни, - отвернулась к кованым перилам речного моста.

Блики на воде болезненно слепили глаза. Накатывала головная боль - неизбежная расплата за алкоголь и хронический недосып.

 - Поехали ко мне? - тепло обнял сзади. - Я тебе глинтвейн приготовлю настоящий. Будем сидеть и смотреть что-нибудь позитивное.

 - Угу. Позитивное - это эротика?

 - Посмотрим.

Прядка моих волос щекотно чиркнула наискось лицо. С каждой секундой все больше накатывала усталость, а спине становилось всё теплее и теплее. Ноги уже ломило от каблуков и желания от них избавиться.

 - Макс, давай в другой раз. Это был отличный вечер, и спасибо тебе за это, но я домой. Устала жутко, а завтра на работу.

 - Хоть проводить можно? - кивнул, выпуская на холод из объятий.

Умный, честный, обаятельный, - подумала я, оглядывая его. - И совсем не Квазимодо. Зачем ему я? Может, я в офисе сплю давно?

Но головой кивнула.

Чтобы не идти до машин пешком, мы поймали такси. Расплатились пополам, просто это честно. И уже на стоянке, проводив меня до моего внедорожника и галантно усадив в него, Макс навис над дверью коршуном, и тихо спросил:

 - Кать, скажи честно, ты действительно замужем? Для меня это важно. Не хочу снова тратить время попусту.

Ух ты! На меня хотят тратить время!.. Ишь, какой, выискался...

 - А что, если его не захочу тратить я? - наклонила голову набок, не сдержав улыбки.

 - Постараюсь переубедить, - чуть улыбнулся, склоняясь к губам и вкусно пахнув мужским терпким парфюмом и Бейлисом.

Как-то само собой вышло, что я накрыла его губы ладонью прежде, чем он успел поцеловать меня. Нет, я взрослая женщина и прекрасно всё понимаю. Но вот... Не хочу я сейчас ничего. Милые прогулки, разговоры и кофе - с радостью! На остальное у меня просто не хватит сердца, если вновь придётся расплачиваться страданиями за трёхминутный грех.

В глазах Макса скользнуло лёгкое удивление, но он не стал настаивать. Поцеловал ладонь, что оказалось всё равно приятно. На несколько секунд задержался задумчивым взглядом на поцелованной ладони, где колец не было ни на одном пальце. И вопросительно улыбнулся, щекотно огладив подушечкой пальца мой безымянный.

Я поджала губы и упрямо сощурила глаз. Улыбка играла в уголках моих губ.

Разве кто-то обязан что-то доказывать?

Но Максим лишь восхищённо чуть качнул головой. Решил взять реванш?

 - Слушай, а мы ведь с тобой прилично выпили...

 - Я уже трезвая.

 - Да я тоже... Только сейчас опасно ехать. Ты устала, почти засыпаешь, - так? Я не хочу, чтобы этот приятный вечер закончился аварией.

 - Максим, спасибо за заботу, но я большая девочка...

 - Не упрямься. Мой дом через улицу, - переночуешь и пойдёшь на работу! Я тебя не от-пу-щу, - игриво и легко вытянул за руки из машины.

 - Ты с ума сошёл?! Пусти, я закричу! Аааа!!! - заболтала ногами в воздухе, будучи на его руках.

Он выпустил, мгновенно посерьёзнев. Я замолчала. Долгая одышка, как перед вторым раундом и взгляд глаза в глаза.

 - Ладно, это действительно было излишне, - запрокинул голову, проведя рукой по аккуратной стрижке. - Извини.

В машину я садилась уже полностью трезвая, бодрая и мрачная.

Не хватало мне ещё одного Юры, который бы решал за меня, куда, когда и с кем я не пойду. Я честно старалась жить по этим правилам, училась готовить, как его мама, гладить рубашки, как его бабушка, и выглядеть при этом, как Памела Андерсон в "Спасателях Малибу". Хорошо, хоть не решилась на силиконовую грудь. Лучше своя двушка, чем силиконовые дыни, тем более, по желанию мужской особи.

Нет уж. Достаточно! Отболело!..

Ночная дорога успокаивала разбушевавшуюся бурю в душе. Сердце отбивало удары в ритме тяжёлого рока, что грохотал сейчас в машине. Ничего, ничего... Погуляла  вечерок с красивым незнакомцем, и хватит. Надо ещё думать, как передать дела этой... Ирочке. Научить нюансам работы с коллективом. Или просто уйти?.. Но тогда мне не выплатят пособие. Как раз стоимость истекшей страховки машины...

Нет, так не пойдёт. Придётся сжать зубы, как конь удила, и пахать, пахать, пахать...

Дома меня ждал опьяняюще прохладный после каблуков пол, контрастный душ и компот из сухофруктов. Рабочая лошадь должна быть в форме к утру, иначе лишат овса и досрочно дисквалифицируют с дистанции...

Утро началось, как ни странно, не с будильника. Кто-то отчаянно ломился ко мне в окно первого этажа. Я успела сбегать в коридор за молотком и набрать службу спасения, прежде чем увидела в окне мелькнувший чёрный хвост трубой. Очень знакомый хвост!

 - Дамьен!!! - кинулась я открывать форточку, бросив и молоток и отозвавшегося диспетчера.

Кот заорал и ещё громче потребовал пустить его домой, когда увидел перепуганную меня. Голубоглазое, отощавшее сиамское чудовище было грязным, не верившим своему счастью, но прекрасно помнило, где стояла миска!

Мыть одичавшего кота, готового проглотить миску, руку и пакет с едой одновременно-то ещё удовольствие. Он и прежде терпеть этого не мог, и наше купание больше походило на тщательное намыливание меня под истошные вопли сиамца. Поэтому банные процедуры нам пришлось отложить. Время четыре утра, я вполне ещё успею договориться с этим чудовищем. Может, дело решится миром хотя бы относительно.

Когда рычащий монстр уже вполне мирно реагировало на мои руки, я попыталась отнести его в ванную.

 - Дам, где же ты пропадал, предатель, а? Бросил меня одну на произвол судьбы! Мыши распоясались, греть меня некому, даже осиротевший диван всегда чистый!

 - Ууууу-мномном, - чавкала чёрная мордаха уже у меня на руках.

 - Да, да, я тоже рада тебя видеть. Но за твою диверсию придётся расплачиваться нам обоим, так что будь любезен, спрячь свои когти...

Последние я вспоминала не без содрогания. Дамьен никогда не оставлял на мне царапин по собственной воле, но то, что оставалось после его игр, опознать можно было с трудом. Подружка как-то даже заметила, что зря я кота в честь французского актёра назвала, надо было в честь маньяка, вроде Чикатило. И большая часть подъезда была с ней согласна, хотя и посмеивались, что не поздоровится тому вору, кто на Дама наткнётся.

 - Дамик, Дааама... - заискивающе гладила я тощую холку, которая месяц назад лежала валиком на внушительных лопатках. А сама пятилась к ванной, сглатывая комок ужаса и вспоминая где у меня перекись, валерьянка и коньяк...

Почуяв предательский манёвр, Дамьен зашипел, вывернулся и бросился под кровать, распушив чёрный хвост.

 - Прокляну!!! - взревела вслед, шипя от боли и зажимая исполосованное запястье.

Кровь из ранок художественно проступила затейливым рисунком. Вот же зверёныш!.. На работе кто увидит такие полосы, подумают, что хотела свести счёты с жизнью!

Промыв и обработав раны мылом и перекисью, и выпив немного коньяка, я успокоилась и даже накапала валерьянки коту. Собственно, только это и помогло сломить неподкупную крепость имени Дамьена Сарга. Кот чудил, пьяно пытался выбраться из ванной, но, в конце концов, сдался и развалился в её недрах, как падишах. Дохлые блохи плыли по течению реки смерти, Дам орал пьяные песни, уставившись остекленелым взглядом перед собой и нам всем было хорошо.

Включив на кухне бодренькую мелодию, в которой я с радостью узнала любимую рок-команду, я сварила себе кофе и села завтракать. Высушенный, но непобеждённый Дамьен забился под кресло в комнате и затих.

Надо что-то делать с работой. Моих финансовых запасов надолго не хватит, а влезать в долги - последнее дело, даже если есть друзья, готовые одолжить некоторую сумму на неопределённый срок.

Кухонные старенькие шторы, доставшиеся ещё от бабушки, как-то особенно уныло выглядели в это утро, словно напоминая о моём несчастии. Когда-то белые, в затейливых узорах в дырочку... А всего год назад ведь отстаивала их, даже когда муж предлагал купить новые. Просто они были из тех немногих вещей, что остались от моей незамужней жизни, полной дискотек и тусовок. Я и на работу пошла скорее назло Юрке, только чтобы доказать себе, что я всё ещё личность, а не мужнина перчатка.

 

Пластиковые люди дарят друг другу пластиковые эмоции,

только вот почему-то после всех этих пластиковых историй

льются натуральные слезы...

Сергей Минаев

Глава 2

 

 

Всю неделю я честно выполняла поставленную задачу по завершению дел. Куча текущих дел, звонков, людей - ничего нового за исключением самовлюблённого Ирочкиного "крошки мои". Это она теперь так обращалась к сотрудникам своего отдела. И нисколечко её не волновало, что некоторым крошкам уже за пятьдесят, важен был сам факт царствования. Поначалу это злило и раздражало, но потом...

Наступила апатия.

Я потеряла работу, в которой нашла себя. В которой мне интересно, сложно, но просто необходимо было жить. Клиенты со временем привыкнут к новому лицу и имени, но мне от этого легче не станет. Отчего-то среди этих рассеянных мыслей в очередной раз вспомнился Макс и стало совсем гадко. Ведь неловко тогда поступила, с самого начала! Не стоило вообще соглашаться на этот кофе, прогулку, объятия. Не стоило. Но именно сейчас захотелось вновь ощутить порыв души, что мятежно метался во мне в тот вечер. Эту слабость, свойственную женщине перед интересным мужчиной. И снова провести с ним замечательное, полное эмоций и впечатлений время.

- Свиярский не приезжал ещё? - заглянул к нам шеф из-за шкафа.

Ирочка тут же вскинулась, даже не дав мне возможности ответить.

- Он звонил пару минут назад, говорил, что сегодня не сможет забрать документы. Честно говоря, это нам на руку, мы ещё не готовы, - отчиталась она елейным голоском, хлопая ресничками.

- Кать, займитесь этим, - выдал шеф ЦУ и скрылся.

Я скосила взгляд на название документа, который как раз почти доделывала. "Эллада" была большим клиентом, так что я взяла её с самого утра. Максим Станиславович может приезжать хоть сегодня, честь и совесть фирмы не пострадают. А вот Ирочка пусть делает свою версию, когда вылезет из одноклассников и "шариков". И оправдывается пусть сама. Инициатива наказуема.

- А ты "Элладу" ещё не начинала делать? - спросила Ирина, спустя время.

- Нет, - ответила я тихо, закрыв готовый файл и сохраняя его у себя на компьютере, а не в общей базе.

Мелодично затренькал городской телефон. Я нахмуренно прислушалась к коллеге, с любопытством повернув в её сторону голову.

- Да... Да. Кать, тебя, - перевела она звонок. - Максим Станиславович с "Эллады".

- Я возьму, ты работай! - кинулась к телефону Ирочка.

 Молча испепелив взглядом новую начальницу, я зависла в ожидании над клавиатурой.

- Алло? Нет, это Ирина Олеговна, начальник отдела. Сожалею, но Ваши документы ещё не готовы. Ах, Вы в командировке... Да, к Вашему приезду всё будет готово, даже печати сами все проставим! Екатерина Максимовна занята. Да, хорошо. До свидания.

- Почему он всё время тебя спрашивает? Так, крошки мои, если он ещё раз позвонит, переключайте на меня! Катерина, ты куда?

- Тебя спросить забыла.

Ирина округлила глаза.

- В туалет я, - буркнула на ходу.

Прибью я её всё-таки. Ещё одну неделю любоваться её размалёванной физиономией точно не смогу спокойно.

- Ой, Катюнь, а ты не могла бы ко мне зайти? - поймала меня на обратном пути Ольга из бухгалтерии. - У меня опять что-то компьютер завис, а админ наш только завтра придёт...

Я кинула взгляд обречённого в сторону своего офиса с повелительницей крошек, вздохнула и пошла бороться с чужими компьютерными глюками. Хуже мне уже не будет.

Оказалось, что Ольга умудрилась нахватать вирусов на тех самых одноклассниках, вернее, на их клоне. То есть, сайт только выглядит один в один, а адрес, куда, похоже, никто никогда не смотрит, совершенно другой. Пришлось потратить полчаса времени на зависший красивый баннер посреди рабочего стола. Баннер, к слову, обещал отключиться за символические сто рублей, и счастье, что Оля просто побоялась их туда отправить. Заодно и файлик восстановили, который эта программа скинула.

Ольга вообще лёгкий в общении человек, хоть и немного побитый жизнью. Такие всегда заискивающе ведут себя и много улыбаются без причины. Это поначалу напрягает, но потом привыкаешь и перестаёшь обращать на это внимание. Так что время я провела приятно и с пользой.

Оставшиеся два часа я потратила на другую фирму, не без удовольствия наблюдая за Ирочкиными попытками быстро сделать "Элладу". Сама я уже распечатала готовый вариант и отнесла на подпись гендиректору. Пока они там разберутся... А мне приятно, да. У меня сегодня радость, - я другому сделал гадость! Ха!..

На улице лил дождь. Страховка у машины закончилась ещё два дня назад, и я успешно осваивала душный общественный транспорт. Завернувшись в бежевый плащ, я поспешила к остановке, но вздрогнула от сигнала машины и мигания фар. Быстро обернулась и замерла под дождём. Чёрный Мицубиси был очень знакомым!

Макс помахал рукой из-за руля, приглашая в машину. Щёки зажгло румянцем, сердце затрепетало... Конечно, я была рада его увидеть! Звон каблучков стареньких лакированных бежевых туфель по асфальту вперемешку с шумом дождя раздавался на стоянке возле фирмы. Я постаралась очутиться в тепле и сухости как можно быстрее, поэтому, как заворожённая, побежала на призыв. Сердце колотилось, руки дрожали, растерянная улыбка растянула уголки моих губ.

Щёлкнул замок двери машины, - Макс сам её открыл изнутри. А я замешкалась, глядя, как он убирает с сидения букет алых роз, чтобы я могла сесть. Это он кого ждёт? А я тогда тут зачем?.. Наверное, всё напутала и глупо теперь выгляжу!..

- Привет! - улыбнулся, неожиданно целуя в щёку и обдавая подзабытым ароматом его одеколона. - Я тут по делам мотался, решил заехать. Это тебе.

Красиво оформленные розы легли ко мне на колени, похрустывая яркой упаковкой и ленточками. Искусственные бабочки украшали композицию. Хлопнула дверь, дождь припустил звонким перестуком по чёрному капоту ещё сильнее. Словно ритм моего собственного сердца.

- Мне?..

- В прошлый раз мы как-то неловко расстались, - Максим взволнованно положил руки на руль, глядя перед собой. - Может, теперь получится лучше? - несмело улыбнулся, взглянув на меня.

- Спасибо, - пролепетала едва слышно и снова улыбнулась.

Под этим вопросительным взглядом я растерялась окончательно. Конечно, всё это было очень приятно, но... Его не было целую неделю, я уже успела попрощаться с ним! Мало ли мимолётных встреч бывает в жизни любого человека?.. Верить каждому - сердца не хватит!

- Ты замечательно выглядишь, - искренне похвалил. - Уже начал забывать, какие красивые у тебя глаза и улыбка!..

У меня - красивые глаза?.. Это новость! Наверное, очень хороший тональный крем, раз скрыл круги вокруг них!.. А я устала. И домой хочу. И вообще мне сегодня надо было Дамика к ветеринару везти. Но я молчала обо всём этом.

- Это всё очень неожиданно. Я немного не готова.

Макс стиснул руль, щурясь. Я ещё в прошлый раз заметила, что так он сердится или сдерживает эмоции.

- У тебя кто-то есть? - спросил он прямо.

- Есть. Дамьен. И он ждёт меня дома.

Сощуренный взгляд был обращён в мою сторону. Главное, сразу не смеяться.

- Дамьен? Это собака? - пытливо наклонил голову вбок.

- Кот, - улыбнулась, не выдержав.

Просто он так мило нервничал, что удержаться было невозможно!

- Ах, ко-от... - улыбнулся Макс, качнув головой с лёгкой укоризной. - Кот это важно. Братьев наших меньших нужно любить и оберегать. Катюш, давай я тебя хотя бы до дома подвезу, если ты пешком. Погода-то не самая тёплая...

Мы поехали. Тонкий аромат роз, летнего дождя и терпкого одеколона обаятельного человека смешались в один уютный прекрасный вечер, и шуршание упаковки букета, смешанное с шелестом покрышек об асфальт придавали ему очарование романтизма. Оказалось, что у Макса тоже есть кот, только самый обычный, дворовой породы. Он его подобрал семимесячным котёнком, когда тот сбежал из квартиры умершей соседки.

Мы разговорились о корме, и я вспомнила, что у Дамьена совсем не осталось еды. Пришлось проситься в магазин, находящийся совсем не по пути. Но я решила, что раз уж Макс хочет поухаживать, то ему ничего не стоит заехать за едой для кота. Возле полок специализированного магазина для животных (обычный супермаркет Макса почему-то не устроил), мы поспорили, какой корм лучше: Канин или Пурина. Оба были дорогими, но на Дамьене экономить не хотелось. Отъедался он медленно, да и сухарики кошачьи ел исключительно для разнообразия. Всё остальное питание мы делили с котом пополам.

Я была за Канин, Макс нахваливал Пурину и ещё один неизвестный мне продукт, и дело попахивало ссорой, когда парень с тележкой едва не наехал на меня! Макс сориентировался быстрее, - дёрнул меня за локоть к себе.

- Поосторожнее надо, парень! - грозно рыкнул на тележечника.

Но тот, казалось, даже и не заметил ни замечания, ни покупателей... Макс нахмурился и двинулся было разбираться, но я остановила.

- Не надо. Ну сами же виноваты, не заметили вовремя.

К моему подъезду мы приехали с внушительным пакетом для Дамьена. После длительных споров Макс уговорил меня купить самый большой, раз коту нравится этот корм и добавил денег. Я отбивалась, как могла, но отговорить его оказалось невозможно. Даже неудобно стало теперь просто попрощаться, выходя из машины.

- Вот и мой дом... - констатировала я.

Макс кивнул, ничего не ответив. Только посмотрел на меня внимательно. Пауза затягивалась. Я шуршала цветами и не знала, как реагировать. Ну не на чай же приглашать случайного знакомца?

- На завтра планы есть? - решился он. - Суббота, мы могли бы сходить куда-нибудь.

На душе потеплело. Мне хотелось ещё раз встретиться, и не в таком виде! Но мои планы на субботу оказались изматывающими физически, так что сама расстроилась, подводя печальный итог.

- Утром мы поедем к ветеринару, потом мне нужно убрать квартиру...

- А в воскресенье?

- Воскресенье... - задумалась я.

- Ты любишь Театр Сатиры?

Театр!!!

Я с любопытством кошки воззрилась на ухажёра. Очень уж мне нравилось, как он себя ведёт. Оставалось неясным лишь, почему он неделю пропадал.

- Люблю, но билеты уже, скорее всего, раскуплены...

- Что-нибудь придумаем. Скучно нам не будет, - многообещающе улыбнулся. - Кстати, может, дашь мне свой номер телефона? Тебя на работе не достать, просто безобразие!

На работе?..

В голове неожиданно сложились некоторые детали и я ощутила, как жар окатил с макушки до пят. Максим теперь представал в совершенно новом свете, а я - дурочка!.. Ну как же не поняла, что он не простой посыльный? И командировка... Точно, - неделя!

- Ты... Вы генеральный директор "Эллады"?..

- Временно исполняющий его обязанности, - нахмурился Максим Станиславович, разглядывая моё лицо и на мгновение остановившись на моих губах. - Я замещаю Чигракова по необходимости. Это что-то меняет?

- Неудобно же, - ответила, растерянно оглаживая упругий контур одного из розовых бутонов. - Получается, что у меня наметился роман с клиентом...

- Можно подумать, что все вокруг святые, - хмыкнул он и придвинулся ближе. - Катерина, ну какая разница, кто кем работает? Неужели у офисных работников любого ранга не бывает после работы личной жизни?

- Бывает, наверное, - ответила эхом, попавшись в ловушку внимательного взгляда.

Откинувшись на подголовник и прямо глядя в глаза, Макс словно обнажал мою суть. Мне некуда было спрятаться от его откровенности, и дело было вовсе не в его словах. Он умудрялся походя каждый раз задеть в душе что-то очень личное. Поступком, взглядом, жестом. Люди, с которыми можно помолчать, не испытывая неловкости, называются близкими. Только становятся они таковыми лишь спустя время. Макс же просочился в мою душу едва ли не с первых часов знакомства, не оставляя и повода для настоящей неловкости. Такими бывают только очень близкие друзья. Только они могут честно поддержать в любой тяжёлый момент, и только с ними приятно разделить ошеломляющую радость.

Так мы и смотрели друг на друга, молча выдерживая паузу доверия двух взрослых людей.

- Ты такая красивая... - тихо заметил он. - Редкое сочетание скромности и женственности.

- Ты мне тоже нравишься, - улыбнулась, дрогнув уголками губ.

Максим склонился над моим лицом, невольно вновь погрузив в важный мне мир запахов. Тёплые, терпкие нотки парфюма щекотали ноздри, а в сочетании с запахом его тела побуждали с волнением ожидать прикосновений. Такой вот у меня фетиш, - запахи, - что поделать...

Замер, заглядывая в глаза, несмело оглаживая мои скулы, а я напитывалась его теплом сквозь кожу и окончательно таяла от его обаяния, быстро опустив взгляд к мягкому изгибу чувственных губ. Они оказались тёплыми и мягкими, приятно обволакивая своей лаской. Предательский букет громко шуршал на коленях от малейшего движения и здорово отвлекал от зарождающейся страсти, и глаза невольно распахнулись от смутного беспокойного ощущения.

Лучше бы я этого не делала. В паре метров от машины, с подоконника моей квартиры, широко распахнув глаза и встопорщив усы, на нас уставился Дамьен. На морде кота было описано такое удивление, словно он никогда не видел целующихся людей!

На меня непонимающе воззрились сверху, а затем Макс догадался обернуться, проследив мой взгляд. Дамьен тут же отвернулся, делая вид, что совершенно тут ни при чём.

- Твой? - спросил Макс.

- Мой. Так сейчас смотрел... - осеклась под немного расстроенным взглядом кавалера. - Прости, я, наверное, устала. Но мне понравилось!

Я быстро потянулась к его губам, чтобы извиниться за свою рассеянность. Первый поцелуй, романтика, а я тут... С котом переглядываюсь!..

- Может, это твой заколдованный муж, а ты ведьма? - расслабился после старательных извинений Макс. - Заманишь к себе, превратишь в кота...

- Это тонкий намёк? - рассмеялась облегчённо.

- Нну-у-у... - уставился в потолок, увлечённо его рассматривая и обаятельно скрывая улыбку.

- Давай я тебя в другой раз заманю?

Максим вздохнул, состроив бровки домиком и взглянув с укоризненной улыбкой на меня. Но потом сменил гнев на милость, обнял моё лицо ладонями и поцеловал так, что я тут же пожалела о своей независимости! Как бы там ни было, а мужчин в моей жизни уже давно не случалось, самоудовлетворение не в счёт. Только и оставалось стиснуть замёрзшие коленки и поджать от удовольствия пальчики на ногах, - насколько это позволяли туфли!

Божечки, да за что же мне это всё? А если позову сейчас к себе, он повстречается со мной и бросит? Или нет? А может, и сложится?..

Низ живота потихоньку начинал ныть, а по телу быстро разливалась приятная слабость.

- Иди, - нехотя оторвался, целомудренно приложившись к разгорячённым губам напоследок. - Мне вообще-то самому надо на ещё один объект заехать, - отпустил он меня милостиво.

Расставаться совсем не хотелось, но и поддаваться низменным желаниям было просто опасно. Юрка, когда ухаживал до свадьбы, тоже был само очарование. Но что из этого вышло?..

- Ааа... Ну, тогда до воскресенья! - вежливо улыбнулась, грациозно покидая машину.

На улице закончился дождь, свежий влажный ветерок всколыхивал капли с мокрой листвы и те с тихим шорохом срывались на землю. Я шагнула в подъезд, точно зная, что мне вслед смотрит водитель чёрной Мицубиси, и не упустила возможности продемонстрировать изящную походку, на ходу вдыхая с мечтательной улыбкой действительно яркий аромат роз.

Воскресенье! Надо просто дождаться воскресенья!.. А ещё обязательно сделать маникюр, педикюр, маску для волос, перетряхнуть гардероб...

В квартире было подозрительно тихо, но не поэтому я замерла в темноте с охапкой цветов на пороге. Всколыхнулась от сквозняка и снова угомонилась дорожка из свечей, когда я закрыла за собой дверь с тихим щелчком. Словно посадочная площадка для самолёта, они образовывали две линии, уходящие вглубь тёмной квартиры. Но идти по ним совсем не хотелось.

Однажды Юра устроил для меня такой вот романтический вечер после того, как пропал на три дня, ничего не сказав. В этот раз его не было три месяца. Ни звонка, ни письма. Свекровь спрашивать было бесполезно, - я с самого начала была её Юрочке не пара. А он каждый день напоминал, где у меня не помыто, где не так посолено, как я плохо выгляжу, и бока отрастила. Я терпела, обижалась, плакала в ванной. Он извинялся, раскаивался, и примирение неизбежно заканчивалось в постели. Вот только утром всё начиналось заново.

Но я верила, что в нашей семье наконец воцарится мир. Всё ещё помнила, каким он был до свадьбы нежным и заботливым, как ухаживал красиво. Я любила его, не смотря на эти нападки, - ведь изредка бывали и светлые моменты! Но с каждым разом эта любовь будто загоняла меня в угол. С каждым годом становилось всё хуже. Не было просвета в жизни никакого, но разводиться не хотела. Зачем тогда было замуж выходить, если не пытаться сохранить то, что было на протяжении трёх лет? Жила же как-то...

В очередной раз я просто не выдержала этих едких претензий, да ещё и свекровь явно постаралась, науськивая сына, как ему жену дрессировать. Наговорила вдруг мужу гадостей, словно меня накачали допингом правды. Но последней каплей стал Дамьен, подло испортив ему новые ботинки, - месть за веник накануне. "Это ты виновата, за котом не смотришь!" - бросил Юрка мне в лицо, перед тем, как выкинуть кота за шкирку в форточку первого этажа. А когда, так и не отбив с криками любимого сиамца, я побежала в коротком халате во двор, вдруг оказалось, что я ещё и шлюха!..

На долгих три месяца я осталась совершенно одна. Ходила бледной, запуганной тенью, утопала в работе, составлявшей теперь смысл моей жизни. Пыталась выглядеть прилично хотя бы для клиентов, - после замечания начальства. Но Юра на телефон не отвечал, в интернете игнорировал, а на порог дома матери меня не пускали. За что он так со мной? Почему он меня не любит? Ведь я старалась быть ему хорошей женой, - все его друзья завидовали!..

Я пережила. И многое пересмотрела в своей жизни, едва ли не целуя Юркино фото в телефоне за такую науку. Ценить надо не только мужа, но и себя. Наверное, только так можно удержать мужчину, если он того стоит.

И вот теперь, дорожка из свечей и запахи еды из ресторана...

Захотелось развернуться и убежать, но... Некуда. Это была наша общая квартира.

Робко ступая по ковру, ведущему в комнату, шурша букетом роз, прижатых к груди, я придумывала варианты самого действенного отказа. И, заглянув в комнату, встретилась с хмурым взглядом мужа, одетым в белоснежную рубашку и модные джинсы. Он и раньше пленял взгляды прохожих женщин, да и теперь не изменился ни капельки. Красивые черты лица, подчёркнутые стильной стрижкой, переходящей в ухоженную бородку. Широкие плечи, развитое тело.... Юрка как всегда секси. Только отчего-то воспоминания о днях и ночах, проведённых с ним, были с горьким привкусом обид и разочарований.

- Кто это был? - в голосе мужа прорезались ревностные нотки.

В комнате был накрыт стол на двоих с фруктами и шампанским. Вкусно пахло креветками, кои тортом возвышались на специальном блюде, увенчанном на самой верхушке тарелочкой для соуса. Я молчала, подперев косяк и задумчиво разглядывая свою трёхмесячную пропажу. Кажется, он начал ещё больше нервничать, не видя никакой реакции с моей стороны.

А я смотрела, и пыталась найти в этом человеке хоть что-то цепляющее душу. Может, атлетичная фигура и высокий рост? Цепляет, но точно не душу.

Или то, как он смотрит? Да нет, так смотрят на собственность, - а я давно другая.

А может, меня хотя бы любимые королевские креветки из "Паоло" порадуют? Возможно, и порадовали бы, да только аппетит пропал.

И я так же молча развернулась на каблуках, чтобы отправиться в ванную. Цветы стоило обрезать и поставить в вазу. Или хотя бы в банку, потому как ваза осталась в комнате на праздничном столе, занятая букетом Юрки.

- Кать!.. Ты что, даже не поздороваешься?.. - донёсся растерянный, возмущённый голос мужа вслед.

Я не ответила. Всё, что я хотела, уместилось три месяца назад в несколько гневных фраз, прорвавшихся из-за терпеливой стены смирения и обид. С тех пор добавить оказалось нечего.

Бежевый плащ лёг на стиральную машину. Туфли я так и не сняла, ругая себя за грязь. Впрочем, завтра всё равно собиралась убираться... И, стоя перед раковиной и вооружившись ножницами, я немного укорачивала ножки ароматных алых роз, нежными лепестками касающимися локтя правой руки.

Юра оперся широкой спиной о стенку в коридоре напротив приоткрытой двери в ванную и сложил мощные руки на груди, наблюдая за мной. Дамьен, наконец, вылез встречать хозяйку, и теперь мурчал и тёрся у ног, цепляясь хвостом за коленки. Даже смешно стало, сколько мне сегодня мужского внимания досталось после трёх месяцев одиночества. Как поколдовал кто...

- Кать, давай начнём сначала? - тихо донеслось из коридора.

- Зачем? - обрезала предпоследнюю розу.

Он замешкался на секунду с ответом.

- Потому что ты мне нужна.

- Зачем? - встретилась взглядом с ним, изогнув изумлённо бровь.

Юрка в растерянности и смятении нравился мне куда больше, чем в привычном самоуверенном состоянии. Даже любопытно стало.

Холодное такое любопытство.

- А ты изменилась...

Вздохнув, я отметила про себя, что изменения чужды некоторым людям. Ему не нравится, что я не прыгаю вокруг него? Но сам ведь он нисколько не поменялся! Стоит тут, мрачно сверля меня взглядом свысока.

Розы кончились. Банка нашлась под ванной. До завтра постоят тут, отмокнут. Потом в вазу переставлю. Попыталась молча проскользнуть на кухню мимо мужа, - надо же кота покормить! Но неожиданно взмыла вверх, тонко взвизгнув от испуга.

- Юра!!! Отпусти меня!..

Когда-то мне нравилась наша разница в росте, нравилось, что муж носит меня на руках, как куколку. Но теперь это оказалось настоящей проблемой!

- Ты серьёзно считаешь, что этот ужин что-то решит?! - рванулась снова. - Юра, отпусти!!!

Он отпустил. Когда мы оказались уже рядом со столом в комнате. Усадил на стул, сел рядом и поправил рубашку, съехавшую воротом назад.

- Давай просто поужинаем. Не хочешь разговаривать - дело твоё, но разве ты не заслужила красивый стол и любимые креветки?

С громким хлопком Юра открыл бутылку шампанского. Белёсый дымок на мгновение вырвался из её тёмно-зелёных недр, как джинн. Заискрились, зашипели пузырьки в наполняемых бокалах до краёв с белоснежной шапкой из пены.

- За встречу, - с глухим звоном муж коснулся моего нетронутого бокала.

И снова тишина и молчание. Только характерный хруст кошачьих сухариков доносился с кухни. Дамьен подачек ждать не будет, и правильно делает. Что ему пакет вскрыть? Пусть ест. Хоть кому-то хорошо в этот вечер.

- Юр, а Юр... А зачем тебе я, а? - тихо начала, обняв себя за плечи. - Ты же жил как-то без меня эти три месяца, и вполне неплохо жил, судя по тому, как ты выглядишь.

- Спасибо за комплимент, - польщённо улыбнулся.

Я вздохнула, мученически возведя очи к небу.

Первая креветка из пирамиды пошла в ход вслед за вкусным глотком шампанского, сделанного Юрой. Они все чищенные, разве что хвост остался, так что пачкаться особенно не пришлось.

 - Нормально жил. С женщиной.

 И замолк.

 - И что тебе мешает к этой женщине вернуться? - спросила с надеждой.

- То есть, ты совсем не рада, что мы можем начать нашу жизнь сначала? - нахмурился он.

 - С какого начала, Юр? Это тебе не компьютерная стратегия, где можно один раз сохраниться и потом всё время перезагружаться с удачного места! Хватит, наигралась. У меня другая жизнь, и я не хочу в ней снова встретить тебя.

  - Что, такой мужик классный? - ехидно сощурился муж. - Этот твой Дон Жуан на чёрных Жигулях?..

 - Тебя это не касается. И, кстати, не Жигули, а Мицубиси!

 - Ах, извини. Как-то не обратил внимания на марку, было куда интереснее зрелище! Да и хрен редьки не слаще: что одно, что другое - ведро с гайками.

 Я медленно встала, буравя взглядом насмешливые глаза мужа.

 - Пошёл. Отсюда. Вон.

 - Тихо, тихо, зайчонок! - рассмеялся. - Остынь. Нашла, кого защищать. Он, конечно, мужик видный, но кто ты будешь рядом с ним? Такие секретарш пачками... увольняют. За неисполнение прямых служебных обязанностей. Ну, покатает, свозит куда-нибудь в Турцию. А потом - что будешь делать? Ко мне прибежишь?

 - Да уж не прибегу, не волнуйся, - прошипела сквозь зубы.

  А после этого меня словно окатило волной безразличия. Ну перед кем, перед кем я тут коброй вздымаюсь?

 - Если ты сейчас не уйдёшь, то я вызову полицию!

 - И что ты им скажешь? Я тут прописан, имею полное право здесь находиться. Ты моя жена. Могу паспорт показать. Весь подъезд подтвердит, как ты с любовником целовалась у подъезда, как последняя проститутка, и никто тебя не поддержит!

  Вот ведь скотина! Знает, что идти мне некуда, комнату я свою продала, ещё когда мы поженились, подкопили денег и купили эту квартиру. Юрка тогда неплохо зарабатывал, так что кредит брали минимальный. И теперь... Теперь я металась по комнате, плюнув на устроенную мужем романтику, и собирала документы.

 - Кать, что ты делаешь?

  Душили злые слёзы.

  - Прекрати! Ну что ты, как маленькая!.. - поймал, и тут же получил по лицу пакетом документов.

 Удалось вырваться, прежде чем он подхватил меня на руки. Убегала я так быстро, как только могла. Офисное светлое платье, плащ и туфли - вот и весь нехитрый скарб беглянки.

 - Ну и беги к своему любовничку, тварь! Всё равно ко мне вернёшься, когда он наиграется тобой!.. - услышала я вслед.

И, судя по тому, что щёлкнули замки нескольких квартир выше, слышала не я одна.

Сумка с несколькими важными документами болталась на плече. Гулкий стук каблуков эхом отражался от дома. На улице заметно похолодало. Ледяной предгрозовой ветер путался в волосах, запуская противные лапы за пазуху. Я не знала, куда мне идти в такой поздний час. В половине двенадцатого ночи можно было только Аришке позвонить, но она жила в двух часах езды отсюда, и совсем не обязательно была дома. Так и оказалось после звонка подруге. Ариша уехала на Чёрное море, и ничем помочь мне не могла.

Замёрзшими пальцами я пролистывала телефонную книгу, в надежде найти хоть кого-нибудь, кто сможет меня приютить в эту ночь. Несколько звонков ничего не дали: кто-то спал и не брал трубку, кто-то отрывался в клубе, где ничего не слышно. Злое небо хохотало надо мной, посверкивая молниями в грозовом небосводе. С тяжёлых туч сорвались первые капли дождя, оставив пару клякс на экране почти разрядившегося смартфона, когда я дошла до имени Макса, с собственноручно вбитым им в базу телефоном.

Но что я ему скажу? "Привет, можно я у тебя переночую?" И это при том, что мы едва знакомы и у нас едва начались романтические отношения... Хороша же я буду, прыгнув к нему в постель!..

Телефон пропиликал короткую мелодию, и я замерла, сжавшись. Ведь я же ничего не нажимала, и не звонила ему!..

"Катюш, ты спишь? Я всё время думаю о тебе"

То ли капли дождя по щеке, то ли слёзы текли из глаз. Я запрокинула голову в тёмное небо, готовая зарычать, словно раненый зверь. Было больно. Из-за всего, что произошло с Юрой, из-за страха начинать новые отношения... Подъехавший автобус оказался весьма кстати, и я села в него, как в спасательный экипаж.

Если едешь, значит, всё уже не так страшно. Значит, можно двигаться, убегать, прятаться. И с каждой остановкой в мыслях прояснялось всё больше. В конце концов, я могу прямо сейчас доехать до автовокзала и купить билет домой, к родителям. Это будет не лучшая новость для них, но зато уже завтра я буду дома. Эта мысль хоть немного успокоила, но взгляд зацепился за светящуюся вывеску кафе, в котором мы с Максом весело провели время. Автоматически перевела взгляд на дом через дорогу... И сама не заметила, как оказалась на улице, идущей через переход, в сторону многоэтажки напротив кафе.

Я не знала, что ему скажу. Но уехать, даже не попрощавшись, будет просто непростительно. Да и вдруг у него окажутся знакомые адвокаты по делам о разводах?..

В двух шагах от дома я замерла, осознавая, что не знаю ни номера подъезда, ни квартиры. Дождь нещадно поливал, как из ведра и уже не имело никакого смысла бежать или прятаться. Моя одежда промокла насквозь, волосы сосульками налипли на лицо, и я была сейчас ничем не лучше бездомной приблудной кошки.

Три длинных гудка под дрожащей от холода и волнения рукой оказались пыткой.

- Алло? - донёсся сонный голос Макса.

- Привет... - попыталась я выдать беззаботную интонацию голоса, но вышло сипло и очень тихо. - Ты, наверное, уже спишь...

- Да нет, только собирался. Рад, что ты позвонила.

Я не сдержалась и всхлипнула. Прижатая к груди трубка продолжала вещать, не смотря на мои попытки заглушить рвущиеся наружу эмоции.

- Что случилось, Катюш? Где ты? Почему ты плачешь?..

Его нежность и тревога в голосе не давали и шанса взять себя в руки. Боже, ну почему так сложно говорить? Я же три месяца не плакала, - ни слезинки не проронила, а тут...

- Ка-тя... - позвал. - Катерин, скажи, где ты, я приеду за тобой!

- Скажи номер квартиры, - собралась из последних сил и выдавила членораздельное предложение.

- Моей? Ты здесь?

- Да...

- Так, иди во второй подъезд, набирай на домофоне код...

Нажимать кнопку звонка от квартиры едва знакомого человека было сложно из-за волнения и холода, но ещё сложнее оказалось объяснить себе, как я попала в такую ситуацию и зачем всё это делаю.

И без того встревоженное лицо Макса в одно мгновение просто побелело, едва он увидел меня. А потом, без лишних разговоров втянул за руку в квартиру и отвёл в ванную. Краткий экскурс по мылу, полочкам... Я почти не слушала, сражённая собственной наглостью. Наверное, поэтому не сразу поняла, что Макс снимает с меня промокший плащ и теснит к душу, из которого валил пар.

Мощные горячие струи воды смывали с тела дрожь и усталость. Через десять минут я уже просто смирилась с происходящим. В конце концов, я цела, мне есть с кем поговорить, и скорее всего, даже есть где переночевать. Может и глупо, что пришла к Максу, - что он подумает обо мне? Но мне нужна была хотя бы призрачная поддержка. Надеюсь, он поймёт и простит, что сразу не рассказала про мужа. Но кто же знал, что Юрка вернётся? Я ведь и замужней перестала себя считать, только развода всё побаивалась.

Макс суетился на кухне, что-то смешивая в специальной жестяной баночке для напитков. Он не заметил, как я подошла к проёму двери, и не обернулся. А мне было просто интересно за ним наблюдать. За красивой подкаченной спиной с перекатывающимися под кожей мышцами, за чёткими, сосредоточенными движениями. Его фигура не была похожа на качков из спортзала, куда я периодически ходила. Но было видно, что и он занимается собой, - приятно посмотреть!

Особенно мило смотрелись светло-серые мягкие домашние брюки в сочетании с пушистыми тапками внушительного размера. Нет, это для меня внушительного, а для Макса - в самый раз. Просто отвыкла уже от мужского размера домашней обуви.

Он обернулся.

- Согрелась? Слушай, я не очень умею готовить, так что нам сейчас пиццу принесут. С курицей и грибами. Будешь?

Я улыбнулась и кивнула, чувствуя, как снова наворачиваются слёзы. Нет, с этим что-то надо делать! Решительно!..

- А у тебя выпить что-нибудь найдётся?

- Антипростудный коктейль, - протянул он мне рюмку, которую тут же наполнил из шейкера. - Пей, только залпом и не дыши. Очень жгучая вещь, но действенная. Проверено!

На столе стояли водка и коньяк, мельница с перцем и какие-то травы. Да и мой нюх ничего постороннего в рюмке не различил, но как тут различишь? Он вроде человек хороший, и симпатию вызывает, но вдруг что-нибудь подмешает?

- Катерина Максимовна, ну что же вы на меня так недоверчиво смотрите-с? - улыбнулся обаятельно, чуть обнимая. - Ты не бойся, меня дядька научил. Он рыбачить любит, и в медицине народной разбирается. Я тебе половинку дозы сделал, как девушке.

Тёплые руки Макса приятно грели талию даже сквозь его огромный белый махровый халат, в который я завернулась после душа. И, ещё раз взглянув на его заботливое, немного шкодливое выражение лица, всё-таки выпила.

Нет, я всё делала по инструкции!.. И залпом, и не дыша... Но ощущение было, как у рыбы, которую суровое море, хорошенько взболтав в буре, выкинуло на раскалённый пляж. Дядька у Макса если и был спецом, то по части пыток, особенно в заливании в горло раскалённой лавы!..

- Огурчик... - протянули мне прозрачный влажный ломтик. - Всё, всё, выдыхай. И жуй.

Огурец быстро кончился, а по телу разливалось приятное тепло. Как же хорошо!.. Ой... Ммм!..

Макс наклонился, ласково одаривая поцелуем за героизм, и я окончательно размякла. И сидеть у него на коленях, на светлой просторной кухне - удивительное чудо! Я и не знала, что хотела вот именно этого. Хотела, но не знала... И чайничек тут такой смешной, пузатый, коричневый...

- Мне так хорошо с тобой... - сонно шепнула в шею, не в состоянии отследить поток собственных мыслей. - Как будто я всю жизнь тебя знаю.

- Это в тебе шоковая доза алкоголя говорит, - чмокнул в нос. - Но мне чертовски приятно.

- У тебя такие вкусные губы... - потянулась за новым поцелуем.

Он не отказал, но вскоре мягко отстранился, целуя щёки, нос, висок...

- Катюш, может, расскажешь, что случилось? Я же тебя до дома довёз, видел, как ты в подъезд вошла, улыбаясь. Как ты здесь оказалась?

Сумбурный поток мыслей честно пытался собраться в логическую композицию, но это оказалось сложно. С третьей попытки я вкратце рассказала, как и что случилось. Возможно, это было немного несвязно, и даже не очень логично. Но я чувствовала, как мне хорошо, уютно и спокойно.

 

Порой, за счастье нужно бороться даже с самим собой.

Джейн Остин

Глава 3

 

 

Открыв глаза, я поняла, что всё ещё сплю. Потому что явно была не дома, на мне не было одежды, и... я спала в обнимку с не менее обнажённым мужчиной! Макс мило посапывал в мою макушку, захватив меня в объятия.

Я попыталась вспомнить хоть что-то...

А мы уже переспали? А если да, то почему я ничего не помню?! Неужели я пропустила... всё?.. Впрочем, судя по тому, что мне упиралось в живот, у меня были все шансы наверстать это "всё" хоть сейчас.

Воспоминания хоть и были мутными, но заканчивались на злосчастном коктейле. Надо бы умыться и зубы почистить... Ещё бы щётку где-то взять...

В овальном зеркале ванной над раковиной обнаружилось помятое, лохматое чудище в огромном банном халате. И если волосы ещё можно было попытаться уложить маленькой расчёской из моей сумки, то чистить зубы пришлось пальцем.

Кофе и турка нашлись над плитой, там же оказался и геркулес. Отлично. Будет кашка. Полезный, сытный завтрак. Во всяком случае, для меня. А вот Максу... А что любит Макс?.. Юрке на завтрак требовались котлеты и яичница, при чём, первые ни в коем случае не должны были быть вчерашними, а вторая - не глазуньей!.. А папа на завтрак вообще всё ел. Главное, чтобы кормили.

Ладно, рискну...

В результате ревизии холодильника, я обнаружила сыр, паштет и масло. Яичница с помидорами томилась на сковороде, а чёрный хлеб грелся в древнем ростере. Такие штуки, наверное, уже и не делают сейчас: маленький противень размером с три смартфона подогревается в микропечке. Можно разогреть хлеб или сделать горячие бутерброды, - чем я сейчас и занималась.

- Ммм!.. - раздалось за плечом, когда горка бутербродов остывала на блюде, кофе был разлит по чашкам, тарелка с овсянкой аппетитно исходила паром, а я перекладывала чудесно удавшуюся яичницу для Макса.

- Да ты у меня хозяйка!..

- Доброе утро, Максим, - улыбнулась, встречая поцелуй в висок. - Я не знаю, что ты любишь на завтрак, но, надеюсь, ты не против такого варианта. Это должно быть неплохо...

Завтракали мы, купаясь в лучах яркого летнего утра. Щурились от солнца, проникающего даже сквозь коричневые матерчатые жалюзи, и заглядывали в светлейшее, ясное небо из окна пятнадцатого этажа. Играла негромкая заводная музыка - я выбрала свою любимую рок-радиостанцию.

Максу понравился завтрак. Он с любопытством пробовал разные бутерброды, - я их сделала и с расплавленным сыром, и с паштетом, добавив ломтик огурца для свежести и с сочетанием помидора, чеснока и того же расплавленного сыра. А я наблюдала за ним, быстро управившись со своей кашей, и теперь держала в руках небольшую чёрную кружку с изображением золотой Эйфелевой башни, неторопливо потягивая вкусный воскресный кофе с приправой из новой жизни.

- Макс... - позвала, когда он игриво подмигнул и снова вернулся к яичнице. - А что вчера было?

Задумчиво жуя печёный помидор, и хитро щурясь, как кот, Максим пытливо смотрел на меня.

- Вчера всё было отлично, Катюш, - улыбнулся. - У меня моя девушка ночевала. Правда, напоить пришлось, чтобы не заболела. Но зато меня теперь вкусно кормят на моей же кухне, что редкость, и я самый счастливый человек на свете!

Я польщённо улыбнулась, ощущая, как незримые крылья расправляются за спиной.

- А... девушка только ночевала, или... ну, что-то было? 

- А ты ничего не помнишь?

Покачала головой, пытливо вглядываясь в его реакцию. Отчего-то стало страшно, что он обидится. Может, старался ночью, а я...

- Ма-а-акс... - мягко позвала, отказываясь гипнотизироваться.

- Я похож на подонка, споившего женщину для плотских утех? - обиженно сощурил глаза, дуя на кофе. - Гусар ребёнка не обидит.

- Спасибо, - шепнула, лучась не хуже утреннего солнышка.

- Допивай кофе, поехали в магазин. Надо продуктов купить и тебе всё, что потребуется.

- Мне?..

- Кать, ты же говорила, что тебе хорошо со мной. Не могу сказать, что у меня большой опыт совместного проживания с девушками, но... Давай попробуем?

Это что же я вчера такого наговорила?..

- Максим... Ты правда классный, но не слишком ли быстро? Ты ведь совсем меня не знаешь, да и я тебя тоже...

На мою заледеневшую от волнения руку легла его рука, и он успокаивающе огладил её, согревая теплом.

- Знаешь, в средние века люди женились, даже не зная друг друга, а в современном мире некоторые мои друзья так и не спрашивают имени подруг утром. Так что нет, не быстро. Мы с тобой взрослые люди, и вполне способны на взрослые решения. К тому же, после того, что ты вчера рассказала, мне совсем не хочется отпускать тебя, - тем более к твоему мужу.

Страшно. Очень страшно. А вдруг он тоже окажется... другим? Вдруг я снова разочаруюсь, и тогда уже точно никогда не смогу поверить в счастье между мужчиной и женщиной?

- Ладно, если ты не уверена, я не буду настаивать. Давай так: купим тебе самые необходимые вещи, чтобы ты могла хотя бы оставаться ночевать у меня. Я плохо себе представляю, что женщине может понадобиться дома, но хочу, чтобы тебе здесь было комфортно. Нам обоим потребуется время, чтобы привыкнуть друг к другу, но знаешь, если на утро я всё ещё хочу обнять девушку, с которой провёл ночь, то это дорого стоит, - улыбнулся, подтягивая меня к себе.

Утыкаться носом в его шею отчего-то с самого начала было удивительно прекрасно. И душа рвалась и металась от нерешительности и страха. Ведь довериться - значит отдать часть своей жизни в чужие руки, и перестать ею управлять. Это же как на скорости вдруг зажмуриться и убрать руки с руля! И пусть дорога на удивление хорошая, пусть рядом нет машин и препятствий, - никто и никогда вам не даст гарантий и не отмерит заранее время, в течение которого будет длиться такая поездка.

Где-то в спальне истошно завопил сигнал напоминания из смартфона.

- Дамьен!.. - вспомнила о походе к ветеринару.

При мысли о том, что домой всё же придётся вернуться, в животе всё похолодело, и я сникла. Даже приятные объятия Макса не спасли.

- Во сколько? - серьёзно спросил он.

- К двенадцати, на Пражку... - уныло отозвалась.

Максим кинул взгляд на часы.

- Пол-одиннадцатого... Одевайся. И не вешай нос, - легонько коснулся его кончиком пальца с улыбкой. - Всё будет хорошо, мне сверху звонили.

Конечно, в собственный подъезд я заходила не без содрогания. Мицубиси с её напряжённым водителем ждали на улице, - я обещала позвать, если что. Но чего я никак не ожидала, так это увидеть, как в нашу квартиру звонит женщина. Симпатичная, ухоженная, немного старше Юрки на вид.

- Вы к кому? - спросила, поднимаясь неспешно по лестнице.

- Идите, девушка, идите... - буркнула она. - Юра, открой! Ты ни в чём не виноват, слышишь?! Я тебя прощаю!..

Сверху раздался щелчок двери, шаги... Соседка со второго этажа свесилась вниз, наблюдая за нами.

- Господи, целыми днями орут!.. Сейчас полицию вызову, - ни днём ни ночью покоя от вас нету...

Я решительно шагнула к двери, отодвигая рвущуюся к Юре женщину. Просто выразительно поболтала ключами перед её носом.

- Заходите! - улыбнулась, как подобает выдрессированному менеджеру. - Проходите, не стесняйтесь!..

Женщина замешкалась, кинув цепкий взгляд на мою руку. Но это ей ничего не дало, ведь обручальное кольцо я не носила уже больше месяца.

- Это Вы его довели, это Вы виновата! - прошипела она, врываясь в квартиру.

В ванной комнате был слышен шум воды, громко кричала музыка.

- Юрочка, миленький, открой, пожалуйста!.. - безошибочно нашла она объект преследования.

Я не стала терять времени. Подхватила Дамьена, просочившегося из-под дивана и преданно замурлыкавшего вокруг ног, нашла переноску для кота. Прогрызенный мешок корма пришлось упаковывать в пакет, Дама - в переноску....

Со скрипом распахнулась дверь в ванную, откуда показался мокрый взлохмаченный Юрка с моим полотенцем в ромашках на бёдрах. Над полотенцем слегка нависало волосатое пузико, с которым я отчаянно боролась всю супружескую жизнь, и которое проявилось во всей красе только сейчас.

- Юрочка!.. - вскинулась женщина, без стеснений повисая на шее пока ещё моего мужа. - Ты живой? Что она тебе сделала?..

Это она обо мне? И что я ему сделала?..

- Марина?.. Ты что здесь делаешь?..

Как-то неудачно я как раз зашуршала пакетом, да и Даму вздумалось поиграться с переноской, - лапу просунул сквозь решётку мягкой сумки и попытался поймать на коготь кусок креветки, лежащей на столе. А там и шампанское, и пиво, и чипсы...

Грохотнула входная дверь, - наверное, сквозняком захлопнуло.

- Что, уже вернулась?! - издевательским тоном обрадовался обладатель пузика. - О, и кот нашёлся!.. Вчера все креветки сожрал, гад, и исчез!.. Фантомас, блин... Ладно, я сегодня добрый. Катюх, приготовь нам чего-нибудь, раз вернулась. Есть хочу.

- Она за вещами, - раздался спокойный голос, от которого я чуть не подпрыгнула.

Просила же в машине посидеть!..

- Ой, и Дон-Жуана привела? Прямо Санта-Барбара!.. - всплеснул руками.  -  Только это ничего не меняет, зайчик. Развод я тебе не дам, а с общим имуществом при должных связях нас до-о-о-лго судить будут.

- Собирайся, - кивнул Макс на комнату.

А я что? Я собираюсь.

Юркина любовница стояла, разинув рот, и не могла подобрать слова для открывшейся ей полноты ситуации. Не знаю, что он ей там про меня наговорил, но даже не сомневаюсь, что я хитрая мегера, а он - святой. Вот только она ещё не осознала, с кем связалась, и чисто по-женски мне было её жаль.

Я старалась не трястись, и сосредоточиться. Но мужская перепалка в коридоре заставляла лопатки подниматься, словно холку у вздыбленной кошки. После недолгих размышлений в ещё один пакет полетело нижнее белье, колготки, джинсы, свитер, кроссовки... На большее меня не хватило. Обстановка в квартире, которую до недавнего времени я считала своей, просто искрила от напряжения.

В коридоре творилось неладное. Юрка запер дверь, загородив её собой и Макс, зло щурясь, уговаривал его уйти с дороги. Тот обещал, что никуда свою жену не отпустит, а Макс может катиться ко всем чертям. Любовница, которая вроде бы Марина, увещевала Юрку отпустить обоих с миром, ибо им и вдвоём будет хорошо. Даже Дамьен нервно крутился в переноске на кухне, когда я за ним зашла.

Ничего, всё будет хорошо, - глупо повторяла я себе. - Всё будет хорошо, нужно просто это пережить...

А у самой руки трясутся и ощущение такое, что если Юрка сам не отойдёт, то у него потом будут все основания обратиться в суд за нанесение ему побоев мной лично.

- Слушай, Юрий, - ты же Юрий? - наступал Макс. - Ну зачем она тебе? Всё, уже ничего не вернёшь. Нет у тебя давно семьи, и жены нет... - задержал Юркины ручищи, уходя от удара, а тот тут же вцепился в ворот куртки Макса. - Всё, всё, мужик... Отпусти. Смотри вон и женщина твоя рассуждает здраво...

- Юрочка, да пусть идут! - Марина всплеснула руками, стоя поодаль от мужчин. - Ты же хотел здесь жить, помнишь? А она сама уезжает, чего ты в неё вцепился?..

- Отстань, дура!.. - рыкнул. - Катерина, ты никуда не пойдёшь! - переключился на меня, безумно сверкая глазами, всё ещё цепляясь за Макса. - А вы все убирайтесь из нашего дома! Оба! Ясно вам?! Она моя, моя!!!

На секунду мне даже почудилось, что что-то шевельнулось в груди тёплое по отношению к мужу. Он рванулся в мою сторону, освобождаясь от несуразного плена у двери, и схватил меня за плечи.

- Катюшка, зайчонок, ну прости дурака! Не уходи, пожалуйста!.. Ну, хочешь, я на колени перед тобой встану?! Ты же у меня самая лучшая, самая заботливая, самая прощающая... Катенька, родная...

Он и впрямь быстро очутился у моих ног, неистово целуя мои руки, которыми я до побелевших костяшек вцепилась в пакеты. Стояла, словно зачарованная, впервые в жизни наблюдая мужа таким... жалким. Всегда гордый и неимоверно тщеславный Юрий впервые за долгое время сыпал комплиментами, как в тот вечер, когда соблазнил меня в клубе. Те три минуты первого в жизни эротического контакта надолго остались в памяти как эталон поклонения женщине. А я ведь прежде долго динамила всех парней!..

Но в результате отдалась... ему.

От напряжённости момента Дамьен начал пронзительно мяукать. Ему-то совсем не хотелось долго сидеть в клетке, тем более, когда у хозяев такое творится. Наверное, это и вывело меня из ступора. Я встретилась взглядом с выжидающим прищуром мужчины, который колебался у открытой двери. Его напряжённая фигура, как у тигра перед прыжком и этот взор сказали сейчас больше, чем всё ещё говорил Юрка, стоя на коленях.

И стало неуютно.

Я быстро обошла мужа, практически убегая. Но бежала я не из квартиры, а из прошлой жизни, где мне сегодняшней просто не осталось места. Если бы Юрка вернулся ко мне тогда, раньше... Об этом было даже страшно подумать, как бы тогда было. Я бежала к чёрному седану великой надёжной марки Мицубиси, словно за мной гнались все демоны ада.

Хлопки дверей, встревоженный вой Дамьена, рвущегося из кошачьей переноски, знакомый запах машины и рёв мотора. Пять минут мы ехали молча. Макс то и дело вдавливал педаль газа в пол, сигналил, закладывал резкие виражи. Это было страшно! Но на мои призывы быть осторожнее он не реагировал, и только спустя минуту немного поуспокоился и начал нервно рыться в бардачке. Не обнаружив искомое, мой "любовник" тихо зарычал, со злостью уставившись на дорогу. До Пражской оставалось ехать ещё минут двадцать, а по пробкам - так и целый час. Но мне было уже всё равно, что мы не успеем к ветеринару...

- Ты не куришь? - спросил с обречённым вздохом.

- Нет.

Я так же упорно смотрела на дорогу и просто дышала. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Просто мимо проплывают улицы, мостовые, огромные многоэтажки с магазинами на первых этажах, торговые центры. А я просто сижу, пытаясь не дрожать. И это сейчас единственная настоящая проблема - согреться. Остальное неважно, остального просто нет.

Неожиданно Максим свернул с проезжей части на обочину возле известного супермаркета. Выключил двигатель и откинулся на подголовник.

Долгий изучающий взгляд на меня, - усталое, но уже совсем не злое выражение лица, задумчивый прищур.

В душе что-то болезненно шевельнулось.

Тёплая рука на моей ладони, греющейся на коленях, едва ли не до боли сжавшая мои пальцы. Я отвернулась.

Не надо сейчас. Я же не смогу просто сидеть и счастливо улыбаться, как это делают героини любовных романов в таких ситуациях, хотя можно, наверное, попытаться. Мне больно, у меня, бес вас раздери, жизнь в дыру улетела! И знать не знаю, что теперь будет, да ещё и нервы ни к чёрту...

- Иди сюда... - осторожно, но настойчиво потянул к себе за руку.

Лёгкое сопротивление было сломлено слишком быстро. Но отчего-то стало так легко, стоило лишь поддаться, уткнуться, вдохнуть эту родную уже гамму запахов, утонуть в тёплом и крепком кольце объятий.

- Всё... Всё, - горячо шепнул в висок.

Он стиснул меня, словно боялся выпустить, потерять. Гладил по голове, горячо дыша в лицо у виска.

- Катька, я сам за тебя испугался. Знал, что уроды существуют, но чтобы такие?.. Как же тебя угораздило, малыш?

- Макс, прости меня, - тихо всхлипнула. - Ты не должен был участвовать во всём этом. Мне жаль, что я втянула тебя в это...

- Ерунда. Бывали в мире войны и страшнее твоих проблем. Мы всё решим.

Его крепкие, бережные объятия были лекарством для изболевшейся души, и поцелуя я ждала, едва ли не с мольбой взглянув в суженные глаза. Мне очень нужно было хотя бы на несколько секунд перестать чувствовать боль, забыть, раствориться, спрятаться... Но только Макс коснулся тёплыми мягкими губами моих, как с заднего сиденья раздалось до ужаса противное, возмущённое "Мууаааууу!!!"

 

Ошибаются те, которые во время благополучия думают,

что навсегда избавились от невзгод.

Марк Туллий Цицерон

Глава 4

 

 

На приём мы, конечно, опоздали, но это никак не помешало показать Дамьена специалисту. Просто пришлось посидеть в другой очереди. Под воющий, скулящий и попискивающий аккомпанемент. Около часа...

Дам мужественно вытерпел весь осмотр, кидая на меня мученические, многообещающие взгляды. Ничего серьёзного у моего любимца не обнаружили, только ушко доктору не понравилось, - небольшой нарыв тут же обработали и рекомендовали промокать выписанными средствами. Тут кота пришлось держать уже в четыре руки, поскольку сиамский индивид был категорически против болезненных притирок! Хорошо, что с нами Максим пошёл в кабинет, без него бы я одна Дамика не удержала.

Я вообще не раз задумывалась над тем, что кошки способны проворачиваться вокруг своей оси внутри собственной же шкуры. И это - не считая протестующих воплей, клыков и когтей!

Осмотр, анализы и лечение любимого питомца я оплачивала на кассе с мрачной решимостью. Ещё немного и мои финансы окончательно закончатся, а новой работы я так и не нашла. А ещё машина стоит на стоянке, потому что без страховки...

Но уже у машины, заперев Дамьена на заднем сидении в душном гнёте городской жары, я почувствовала, как сомкнулись на талии горячие ладони и обернулась, на секунду позабыв о проблемах. Макс, лукаво щурясь то ли от озорства, то ли от солнца, притянул к себе, и неожиданно быстро и тепло поцеловал. Без лишних слов. Тиская, словно плюшевую игрушку, на глазах у всех, не скрывая своих эмоций, зарывался пальцами в мои волосы, гладил щёки, вдыхал мой запах.

- Макс, ты чего? - отстранилась и заглянула в потемневший прищур хитринок.

Не улыбнуться в ответ я не смогла, - очень уж заразительным оказалось это настроение.

- Катюшка, а давай сейчас заедем к нам домой, и пойдём гулять?.. - потёрся кончиком носа о мой нос, оглаживая большими пальцами мои скулы.

"К нам"?! Он сказал "к нам"?!

Нет, я знала... Чего я удивляюсь? Просто как-то не ожидала, что это будет звучать так!

А Макс щурится, улыбается хитро и ласковые солнечные лучи путаются в подрагивающих мужских пушистых ресницах.

"А у меня мужчина есть", - мелькнула мысль. Приятная такая мысль, и совсем не страшная.

Дамьен очень быстро принял новость о переселении. Не прошло и получаса, как были обследованы и обнюханы все углы двухкомнатной квартиры и выбрано место для котонаблюдения на спинке кресла в большой комнате, служащей гостиной.

На мордахе кота воцарилось спокойствие и благодать. Мол, - ладно, годится. Идите, дети мои, благословляю. Так и быть.

А мы оставили ему еды, не без опасений за мебель я открыла коту дверь в туалет, где стоял кошачий лоток со свежим наполнителем. Переодеться для прогулки оказалось проблемно: в такую жару влезать в свитер в пару к джинсам совершенно не хотелось, футболок не было, а гулять в платье и на каблуках удовольствие весьма сомнительное. Ну не надевать же кроссовки под офисное платье-футляр? Так что сошлись на неожиданном компромиссе: Макс порылся в шкафу и предложил относительно новую белую футболку из своих.

Она оказалась мне, конечно, великовата, но в такую жару я даже порадовалась просторному верху к джинсам. И пусть не романтично выгляжу, зато точно выдержу любовь Макса к долгим пешим прогулкам!

- Что? - оглядела себя, выйдя из маленькой комнаты, где переодевалась.

- Ничего, - улыбнулся. - Просто первый раз тебя увидел без макияжа и не в офисном платье. Ножки у тебя красивые, - подмигнул. - Особенно сзади.

По щекам хлестануло жаром, и я невольно улыбнулась. Просто никак не привыкну к откровенному вниманию! Нет, и в офисе были мужчины, и они тоже говорили "Екатерина Максимовна, Вы сегодня замечательно выглядите!", но звучало это несколько фальшиво и заученно. А Юрка...

Идя к двери, навстречу чудесному свиданию, я задумалась о том, что комплименты делала чаще я мужу, а не он мне. Но почему заметила это только сейчас?..

Мы приехали к одному из самых крупных исторических парков города. Купили билеты, прошли металлоискатель. А дальше, словно чудо, словно сказка, открывалась зелёная шумящая листвой аллея, красиво оформленная цветником по бокам. С чудесными, выполненными под старину фонарями. Вдохновенно щебетали птицы, словно в диком лесу. Гуляли люди. Кто парами, кто с колясками, кто семьёй...

Я глянула на Макса, покупающего для меня рожок со сливочным мороженым, и разулыбалась, быстро причислив нас к нужной категории. Только влюблённые могут так искренне и почти беспричинно улыбаться. И не важно, во что или в кого эти люди влюблены: в жизнь, в другого человека, в собаку... Выглядит это со стороны, как правило, мило и немного дурашливо, но рядом с такими людьми хочется греться, как в лучиках солнца. Но как же давно я не ощущала вот этот тёплый тугой комок в груди, от которого за спиной, кажется, вот-вот вырастут самые настоящие крылья?..

- По вашему приказанию прибыл! - шутливо отчитался Макс, серьёзно нахмурив брови и козырнув рукой.

В сочетании с двумя рожками мороженого, которое он держал в другой руке - просто уморительное зрелище!

- Вольно! - сквозь смех подыграла ему.

А сама уже через пару мгновений привстала на цыпочки, прильнув к Максу, и поцеловала в гладковыбритую щёку. Ну а что? Все кругом целуются, обнимаются... А мне тоже очень надо! И Юрика забыть, как страшный сон, и вообще...

- Ну вот, хоть улыбнулась, - чмокнул в носик. - Держи мороженое, пойдём смотреть местные руины.

Исторический комплекс и впрямь был шедевральным, - умели же раньше строить так красиво, по-царски! Если уж лестница, то в два этажа и из белого мрамора, если уж скульптуры, то не меньше десятка и на крыше смотровой площадки, с которой открывался восхитительный вид на лабиринт парка, виноградники аркой и величественную реку!

А там, на смотровой площадке и кафе небольшое, и симфонический оркестр неподалёку, и хитрый, немного кошачий прищур в мужских глазах через столик напротив...

Всё волшебство разрушилось в тот миг, когда раздалась знакомая мелодия моего смартфона, а на экране высветилось Юркино фото.

- Не отвечай, - откликнулся на мой взгляд Макс.

Я сбросила. Никто и не сомневался, что через несколько секунд звонок раздастся вновь. И снова. И снова...

- Макс, а вдруг что-то случилось?

- Случилось, как же, - буркнул он, нехотя глотнув пива. - Приступ совести случился.

- Алло, - с дурным предчувствием мрачно ответила я.

- Ты где? - строго спросил муж.

- В Караганде. Что-то случилось?

- Кать, не надо мне... - зашипел было Юра, но передумал договаривать. - Милая, - вздохнул. - Катюш, возвращайся домой. Мне плохо без тебя. Я совершил ошибку, каюсь. Но разве браки бывают идеальными? Дай мне шанс, - хоть один!

- Не звони мне больше.

Выключить телефон, стереть номер, выкинуть сим-карту очень легко. Но как совершить те же манипуляции внутри себя?

Макс со вздохом подался вперёд, к столику. Чтобы взять мои моментально похолодевшие руки в свои тёплые.

- Оно того стоило? - спросил спокойно, с лёгкой укоризной.

- Почему некоторые люди считают себя вправе вмешиваться в чужую уже жизнь? Ведь сам всё разрушил... Сам. А теперь, едва я пришла в себя...

- Кать, просто не бери больше трубку. Хочешь, сменим сим-карту, чтобы не звонил с других номеров. А если и это не поможет, - дашь трубку мне, я с ним поговорю. Хорошо?

Молча кивнула, вцепляясь в его руки, словно в спасательный круг. Я не знаю, что происходит, и что с нами будет. Но сейчас - в который раз! - Макс вселил в меня чувство защищённости. Той, что мне, оказывается, так долго не хватало.

- Я не хочу с ним больше разговаривать... Только не уверена, что это возможно. Квартира у нас общая, да и вещей я взяла очень мало...

- Это всё мелочи. Главное, что ты со мной.

В парке мы гуляли до сумерек. Казалось, что он уже вот-вот закроется, но мы всё шли по извитой дорожке, освещённой фонарями, и просто молчали. Это было уютно: тишина летнего леса, в гомоне кузнечиков, отблеск реки и мы, бредущие в обнимку, как две тени.

На одном из поворотов, ведущих к выходу, нам встретился одинокий фонарь. Он не горел, и вокруг него было совершенно темно. Возле других фонарей, ярко освещающих пространство вокруг, вились мотыльки, слепо и преданно тыкаясь в этой яркий тёплый свет. А фонарь на углу был совершенно одинок. Лишь комары да мошкара вились по соседству, да и то, скорее это было данью воде.

Когда-нибудь сюда придёт мастер, который починит фонарь, и тот снова начнёт привлекать к себе насекомых и теплокровных. И странное дело: сейчас мне казалось, что я и есть этот одинокий фонарь. Когда я светила энергией и радостью, вокруг меня всё время что-то происходило. Радостные события, тусовки, встречи, друзья. Ухажёры ходили толпами. Я ведь была счастлива, когда выходила замуж.

А потом во мне что-то погасло. Умерло...

Домой мы попали поздно и совершенно без сил. На обратном пути только заехали в магазин, за тапочками для меня, ну и так, по мелочи... "По мелочи" неожиданно оказалось два пакета, при условии, что я так ни разу и не успела расплатиться. Например, ту же ночную рубашку мы покупали вместе. Я ведь всего лишь засмотрелась на красивое, эротичное бельё, и всё! Крыть нечем!..

Ночнушки у меня нет, отговариваться отсутствием денег - всё равно, что их выпрашивать, упираться, что мне не понравилась ни одна... Так он же видел мой алчный взгляд на витрину!..

Но мерить их оказалось целым приключением!

- Катюш, покажись, - донеслись провокационные нотки из-за шторы примерочной.

Я как раз терзалась между коротенькой, простой, но приятной на ощупь сорочкой леопардовой расцветки и чёрной шелковистой до щиколоток, отделанной широкими кружевами. У меня ещё четыре варианта висели, конечно...

Но как показаться Максу в этом? Он, конечно, видел меня и безо всего, но я же ничего не помню! А раз не помню...

И вообще...

У меня вот животик небольшой, и бедра не совершенны.

...И грудь маленькая!

- Ка-а-ать... - позвал шёпотом, от которого ушки покраснели.

Быстро одёрнув подол самого длинного пеньюара, и преодолев стеснение, я распахнула шторку. И ожидала упрёков, кислой мины или просто безразличия, но не тут-то было! Макс жадно разглядывал каждую деталь, каждый изгиб, и безразличием там и не пахло! Остановившись взглядом на груди, на его лице появилось откровенное плутовство.

- Неплохо, - заявил будничным тоном. - Но для твоей фигурки нужно что-то другое. А ещё есть? Померь все, - прозвучал приговор.

Я и не думала, что одним только выражением лица, позой и голосом мужчина может сделать столько комплиментов! Под этими одобрительными взглядами я всё больше чувствовала себя богиней, и с каждым выходом всё смелее демонстрировала свою женственность. Именно её я сейчас остро ощущала впервые за много лет!.. Как-то сама собой в теле появилась немного жеманная пластика, а на лице блуждали загадочная улыбка с румянцем.

На шестом отвергнутом варианте я заподозрила неладное. Ну не может же быть, что на мне любое бельё смотрится плохо, - при таких взглядах?!

- Ма-акс... - поставила руки в боки, польщённо улыбаясь в длинной кремовой тоге с разрезом по левому бедру до трусиков и слишком откровенно подчёркивающем грудь бюстье.

- Дда-да? - наконец посмотрел в глаза.

Судя по мутному, но очень честному взгляду и улыбке мартовского кота, дело было совсем не в ночнушках!..

- Эту?

Пусть только попробует сказать "давай ещё!" Сил не осталось никаких, прямо здесь сейчас засну...

 Ответ я поняла по окончательно расплывшейся шкодливой улыбке и едва заметному кивку. Закрыла шторку и начала переодеваться. К тому моменту, как я вышла к кассе, продавщица елейным голосом заявила, что "Ваш мужчина уже всё оплатил", отобрала последнюю сорочку, пока я смущённо прожигала взглядом оного и сложила в фирменный пакет, - явно не пустой!

- Спасибо за покупки, приходите к нам ещё! - вручила она мне пакет.

- Обязательно! - обнял Макс, довольно улыбаясь.

Всё это я вспоминала, выходя из душа и утопая в полюбившемся мне белом халате из мягкого плотного ворса. Максимка спал на неразложенном диване в большой комнате, так и не раздевшись. Уткнулся лицом в диванную подушку и басовито посапывал, как большой урчащий тигр. Такой милый и такой удивительный мужчина, которого сейчас хотелось обнять и целовать, целовать, целовать...

А вот Дамьена было не видно. Зато отчётливо чувствовался запах кошачьих меток повсюду! Ну что за дурные наклонности у моего кошака? Прямо как Юрка, оставляющий в центре комнаты по кучке грязных носков! Придётся теперь перемывать всю квартиру... Кое-как удалось отмыть несколько особенно пропахших мест. Шторы на кухне Дам, похоже, целенаправленно метил несколько часов, не удовлетворившись результатом за один раз. Хорошо, что у Макса стиральная машинка вместительная, и проблем со стиркой кухонных штор не возникло.

Но поймаю эту наглую сиамскую морду!..

Было неловко за кота. И за постиранное собственное бельё, развешенное в ванной. Но я так устала за день, что двуспальная кровать в спальне Макса показалась просто раем! Легко провалилась в сон, растворившись в подушках и одеялах.

Воскресенье встретило меня тишиной. И это было удивительно: никто не орал над ухом с требованием покормить, будильника я не припомню, - а я заводила его даже в выходные, чтобы успеть переделать мелкие дела. Первые несколько минут, сонно распахнув глаза, я любовалась сквозь щёлку между шторами облаками за окном, что безмятежно плыли вдаль и осознавала, где я нахожусь. Погода была хорошей, как и вчера, и так же радовала взгляд.

Оказалось, что я нагло улеглась поперёк двуспальной кровати, на углу которой спало, свернувшись клубочком, сиамское чудовище, почему-то не требующее немедленного кормления. Послышался шорох со шкафа, я уставилась на строгую тёмную панель огромного светлого шкафа-купе. Оттуда свисал рыжий пушистый хвост, который я сначала приняла за змею.

Путаясь в длинном пеньюаре, - одном из трёх, что Макс самовольно купил для меня вчера, - я привстала на цыпочках прямо на кровати, чтобы разглядеть нарушителя тишины. Сейчас он был похож на рыжую меховую шапку с кокетливым хвостом. Макс, наверное, смешно в ней выглядит зимой! А кстати, где он?..

Но хвост качнулся раз, другой...

- Кс-кс-кс!.. - позвала я, чуть отодвинув штору и впустив солнце в спальню.

Никакой реакции! Вот дёрнуть бы его за хвостик... Ладно, потом рассмотрю.

Настроение было чудесным. Я выспалась. Настолько, что проснулась сама! Да когда такое было последний раз? И где мой телефон?..

Сладко потянулась, покружилась, тут же запутавшись в одеяле и упав в объятия упругого белого облака постели. Как же здорово! Немного побеситься, поиграть с подушкой, подбрасывая её вверх и вспоминая всё, что произошло вчера. Таким счастливым ребёнком я была лет пятнадцать назад, когда мы с сестрой обожали прыгать на кроватях и драться подушками! Только сейчас вместе с беззаботностью просыпалась и привычная тревога.

Надо искать работу. Надо подавать на развод. Надо оплачивать страховку. Надо... Надо... Надо...

К квартире было очень тихо, и даже на кухне, к моему великому разочарованию Макса не было. Зато в высоком стакане стояла нежно-розовая роза, а на чёрном холодильнике висела записка:

Коты ели два раза.

Если нужно, возьми мой планшет (он на столе в большой комнате)

Приеду вечером, не один. Не обижайте Шермана!

Не скучай без меня! Макс.

P.S. Ты такая милая соня ;)

Смущённо улыбнувшись, я решила позавтракать. К слову, оказалось, что завтрак сегодня это уже давно поздний обед! Я и впрямь соня...

Планшет нашёлся в большой комнате, а рядом с ним и телефон. Пропущенный будильник, семь пропущенных звонков от мужа, два от мамы и один от Аришки... Юрке звонить не стала, - зачем портить себе чудесный выходной? А вот с Аришкой, вернувшейся с моря, с удовольствием потрепалась! Мы давно не виделись, и слушать её восторженный рассказ было приятно вдвойне. Но этого всё равно было мало, и мы договорились встретиться на следующей неделе, как только выдастся свободный вечер.

А вот мама совсем не порадовала. Она и так страдала гипертонией, а тут ещё и Юрка, поганец, позвонил, нажаловался ей, что её дочь к любовнику ушла. А мама же не в курсе моих бед, зачем ей эта грязь? Для неё у нас всегда всё хорошо, и нечего здоровье попусту трепать.

- Дочка, ты мне скажи, это правда? - сопела мама в трубку.

Я помолчала, не зная, что ответить и с чего начать.

- Мам... Я не хотела тебе говорить. Но у нас с Юрой давно появились проблемы. Мой уход был просто...

Вздохнув, я едва не расплакалась. Почему нельзя удалить из жизни человека как папку с файлами? Почему снова и снова на него приходится натыкаться, общаясь со знакомыми, заглядывая в телефон, беря в руки ключи от квартиры?..

- Катюш, ты не плачь. Что бы ты ни решила, я на твоей стороне. Так твоему мужу и сказала. Я знаю, что ты не будешь принимать такое решение на пустом месте. Просто ты не брала трубку, и я очень за тебя испугалась. И зря ты мне ничего не рассказывала, разве я бы тебе плохое посоветовала, или не выслушала?

Я вымученно улыбнулась, судорожно выдыхая. Может, к психологу сходить? Невозможно же по каждому поводу слёзы лить!..

- Не плачь, доченька. Всё наладится. Жизнь такая штука, что за ошибки нужно расплачиваться. Но ты у меня всегда была сильной девочкой. Столько раз коленки била, падала, ревела... Но ни разу не пропустила из-за этого тренировки в спортивной школе на льду!

- Мам, я так по вас соскучилась... - улыбнулась снова, вспоминая родной дом.

- Ну, так и приезжай! Мы всегда тебе рады, Катюш!.. И мужчину своего привози, покажи хоть. С Юркой-то с самого начала было понятно, но ты же не слушала, дурочка влюблённая... Там кроме рожи с него и взять-то было нечего!..

- Мама!..

- А что мама? Привози, привози. С Анькой хоть повидаешься, - выросла сестра твоя, совсем учиться перестала! Одни женихи на уме.

Мы поговорили ещё немного о всём по чуть-чуть. Мама не умеет говорить коротко, да и я, ощутив поддержку родных и близких, воспряла духом, словно феникс из пепла! Стало так всё равно, чего там хочет Юра... Главное, чего хочу я. Развестись - это долго в нашем случае, но неизбежно, а вот квартиру поделить будет сложнее. Но и это можно решить. Макс меня просто заразил своей уверенностью!

На поиски работы и рассылку резюме я потратила около двух часов. А потом взгляд нечаянно упал на пыльный столик, на брошенные вчера вещи, на виднеющийся в проёме спальни угол незаправленной кровати. А я ещё хотела порадовать Макса чем-нибудь вкусным, да и шторы надо было погладить.

Пока терзалась мыслями, посидеть ли мне ещё полчасика в планшете или уже идти хозяйство осваивать, пришёл Дамьен. Обнюхал мои ноги и без лишних церемоний запрыгнул на коленки, на мгновение впиваясь в них когтями. Развалился пузом кверху - чешите его! Сонный и совершенно пластилиновый Дам был на удивление спокоен и никак не реагировал на мои сюсюкания, полностью отдавшись на растерзание заигравшейся хозяйки.

А потом был обед, уборка квартиры, в которой хозяин отсутствовал неделю и лёгкий мандраж перед приходом Макса. Он ведь предупредил, что придёт не один, но вот с кем? На какое количество человек готовить? И как себя вести?..

Зато начисто убранная квартира с постиранными шторами во всех комнатах была предметом моей гордости! В стиральную машинку Макса я просто влюбилась. Вместительная, не очень шумная, и с режимом бережной сушки, она позволила быстро постирать и высушить всё! А в большой комнате даже стирать ничего не пришлось, - там висели жалюзи, и Дам до них ещё не добрался. Только с плинтусами пришлось попотеть, чтобы уничтожить запах кошачьего духа.

Виновник торжества, надо сказать, наблюдал за моими стараниями с истинно царским философским выражением на морде. Совести там не наблюдалось ни тени, зато скепсиса - сколько угодно!

- Дам, гадить по углам плохо! - пригрозила я ему тряпкой. - Веником накажу!!!

Кошак сделал вид, что его царское величество ни о чём подобном знать не знает и изволило отвернуться, сидя на спинке кресла.

На кухне меня ждало не менее удивительное существо, чем сам Дам. На холодильнике, внимательно наблюдая за плитой, принюхиваясь и жмурясь, сидел огненно-рыжий кот. Пузатый, как кенгуру и пушистый, как йети. Но больше всего мне понравились его янтарные глаза и белая клякса, размазанная по крупной мордахе.

- Приве-е-ет! - потянулась я к рыжику, отпрянувшему от моей руки. - Так это ты Шерман?

Сначала Шер обнюхал мою руку. Потом чуть подполз для обнюхивания волос. И уж совсем смешно и щекотно было, когда рыжий, заинтересованно пыхтя и щекоча длинными белыми вибриссами, начал обнюхивать моё лицо!

- Ну что, подружимся? Уживёмся? - весело погладила я кота.

Шерман выглядел не слишком довольным таким панибратским отношением, но кусаться или брыкаться, как Дамьен не стал. Воспитанный кот, - вот это я понимаю!

Скрежет и поворот ключа в замочной скважине раздался как раз к моменту, когда я закончила с ужином. Ароматные запахи витали по всей квартире, очень надеюсь, что Максиму нравятся фаршированные перчики со сметанкой. Это, конечно, не совсем диетическое блюдо на ужин, но если он занимается спортом, то его неотразимой фигуре это не повредит. Да и масло я не использовала, чтобы не увеличивать калорийность. Ну, в крайнем случае, можно на скорую руку сделать греческий салатик...

- Тяф-тяф! - влетела на кухню визгливая радость, внешним видом очень смахивающая на бегающий пуфик! - Тяф!

Я так и замерла в стойке "смирно"!.. Прижимая к груди в новой футболке и переднике лопатку для горячего. Маленький рыжий пуфик радостно топотался вокруг меня, счастливо обтявкав не менее рыжего кота, сидящего на холодильнике, и улетел в гостиную. Оттуда тут же донеслись возмущённые кошачьи вопли, шипение и звуки чего-то падающего...

- Тесси, ко мне!.. - скомандовал в коридоре... женский голос.

Нас грабят? Приехали родственники? Но почему тогда Макс не предупредил?

- Здравствуйте, - настороженно поприветствовала молодую, симпатичную женщину с огромным животом. И двухлетнюю девочку, прячущуюся за ней от меня.

Макса на горизонте не наблюдалось. Может, поднимается на лифте?..

- Здравствуйте... - растерянно оглядели меня обе.

Звуки очередной падающей мебели в комнате и обиженные визги собаки заставили отмереть всех.

Ну, всё! Конец квартире Максимки, и мне конец!..

Я метнулась спасать мебель, Дамьена, тявкалку или кто там упадёт в руки первым...

Вздыбленный сиамец сидел на самых высоких антресолях, куда только добрался. И судя по валяющемуся компьютерному креслу, заваленному на подоконник плазменному телевизору и приоткрытой створке шкафа-горки, путь этот был нелёгким и весьма стремительным.

- Тесси, Тесси, иди сюда... Иди моя хорошая!.. - женщина приласкала вертящуюся и поскуливающую собачку, а мне стало стыдно за Дама.

Он, как и большинство кошек, терпеть не мог слишком общительных собак, а больших попросту боялся. Но ни в первом, ни во втором случае, в обиду себя никогда не давал. Ну ничего, мебель не пострадала, плазму разбить не успели, - всё поправимо. Но всё равно неприятно! Что за манера с собаками в гости приходить?!

- Оцарапал? - спросила, представив масштабы повреждений от Фредди Крюгерских когтей Дамьена.

- Немного, - раздражённо отозвалась она. Мелкая собачка жаловалась, как на исповеди, - рассказала на своём пискляво-воющем языке всё в деталях! Ябеда!..

- А Вы кто? - спросила она.

Я кто? Я кто... А действительно, - я Максу кто?

Сожительница? Любовница? Квартирантка?

- Катерина, - протянула руку, улыбаясь как на переговорах. - Я на днях переехала к Максиму жить... Он оставил записку, что вечером будут гости, но не сказал кто именно.

- А!.. Вы, наверное, новая девушка Макса, - улыбнулась она, оттаяв. - А нам было велено завести собаку и ждать его возвращения. Не удивляйся, Катерина, это в его духе! Я Света, а это Анечка. Анют, где ты там? Нельзя!.. Не ковыряй обои...

Ну, со мной разобрались. Вроде как сожительница получаюсь. С видами на любовницу... А вот кем приходится или приходились эти двое Максу. Сестра? Подруга? Или?.. Да нет. Ну не может же быть, чтобы Макс прислал сюда свою жену или любовницу. Хотя после Юрки я уже ничему не удивлюсь. Да и что я знаю о Максиме? Какие девушки у него были, - а может, и есть? Какой он в отношениях, когда конфетно-букетный период переходит в бытовую стадию? Что любит, что не любит?

Как-то даже обидно стало, - живу с мужчиной, а знает о нём явно гораздо больше вот эта незнакомая симпатичная девушка! Слишком симпатичная...

"Катерина, я решил тебя познакомить со своей бывшей семьёй!" - почудился мне голос Макса. Это ж насколько она "бывшая", если у этой Светы живот на 6 месяцев тянет? Это что получается: настрогал детей, как Папа Карло и ушёл на вольные хлеба?!

Подперев в коридоре стенку, поджав губы и наблюдая за воспитанием шпица и девчушки, я решила сразу расставить все точки над ё.

- Света, а вы Максу... кто?

- Мы?.. - она перехватила мой ревнивый взгляд на её живот и рассмеялась. - Да брось! Мы просто дружим с детства. У нас вообще-то папа есть, да, дочь?

- Да!..

- Вот. И мы его очень любим. А с дядей Максимом мы дружим по-соседски.

- А Максим где?

- Не знаю, - пожала плечами. - Скоро приедет, наверное. Сказал, что у него дела.

Я вздохнула огорчённо. Всё же, немного успела соскучиться за время его отсутствия и совсем не рассчитывала на общение с незнакомкой вместо тёплых объятий и поцелуев. Ладно, дела так дела. Если будет сильно задерживаться - позвоню и вот прямо спрошу: "милый, а где тебя нелёгкая носит?!". А пока у меня появилась прекрасная возможность узнать о нём из первых уст. Кто ещё лучше расскажет о нём, как не подруга? Если она и правда, подруга...

Мы уселись за накрытый стол, хотя малышка немного капризничала. Есть они не захотели, а вот от чая не отказались. Светлана принесла мармелад, посетовав, что в её положении выбирать не приходится. Все остальные сладости организм не принимает, да и Аньке нельзя. А мне достались сушки из хозяйских запасов. Вкусные, ароматные, с маком!

Женщина оказалась жизнерадостной и лёгкой в общении. Их семья жила в соседнем доме, и Максим, когда уезжал в очередную командировку, оставлял своих животных или им. Тесси, суетливый счастливый пуфик, тоже оказалась из числа домашних питомцев заместителя гендиректора "Эллады". А Светлана с удовольствием сплетницы выкладывала мне все его тайны, смеясь и подмигивая. Она даже показала мне фото её семьи. На нём было всё семейство: Света, её муж Владислав и маленькая Анька у него на руках.

- Вообще Макс плохо переносит сожительство с кем либо. Знаешь, бывают такие мужики-одиночки. Не в том смысле, что ни с кем не встречаются, а в том, что на свою территорию никого не пускают. Не нравится ему, когда кто-то трогает его вещи, переставляет их с места на место. Он пробовал пару раз оставить подруг у себя пожить, но долго не выдерживал. Даже из-за уборки ругались, когда он чего-то не находил потом.

- А я... - в ужасе затаила дыхание. - А я сегодня всю квартиру прибрала...

- Ой, не заморачивайся. Пусть уже привыкает к женским рукам, не век же ему жить как рак-отшельник?

Ну да, конечно... Тут же вспомнились какие-то бумажки, которые я посчитала мусором и которые уже лежали на дне мусоропровода. И стопкой сложенное в шкафу бельё... Я же как лучше хотела!

- А чего он ещё не любит?

- Да сложно сказать... Вранья не любит, как и все. Неухоженных женщин не любит. Но тут, знаешь, на него не угадаешь. Вот до тебя девушка была, вроде долго они встречались, пару месяцев. Вся такая загорелая, гламурная, губки уточкой, грудь четвёртого размера... Но потом ссориться начали из-за денег...

- Почему?

- Ей шубу хотелось, машину, по салонам там... Нет, как женщина я её понимаю. Но только если уж ты мужика на деньги разводишь, то не надо это делать в требовательной форме! Да и ревностью она Макса достала. Раз застал с его телефоном в её руках, второй - в соцсетях целый скандал устроила...

А я ещё ничего не устраивала. Я только одним глазом в планшет заглянула, - сам ведь разрешил!.. Интересно же, с кем он общается, и какой он с другими?..

- Катерин, ну чего ты зажалась? Не слушай меня, я болтушка, тебе наболтаю тут... Обе от Макса потом получим, - рассмеялась она, посасывая мармелад в форме апельсиновой дольки.

Часы на стенке кухни мерно отсчитывали минуты. Мне и впрямь было не по себе. Так страшно оказалось сделать ошибку, не так поступить... Я не хочу потерять Максима, не хочу снова жить одиноким фонарём!..

Хлопнула дверь в коридоре.

- Девчонки, вы дома? - раздался знакомый голос.

С тяжёлым сердцем я пошла встречать хозяина квартиры. Кто-то сегодня будет весь вечер извиняться...

- Влад, заходи, заходи... - Макс втащил огромную сумку, приглашая за собой мужчину со знакомым лицом. Кажется, это и был Светин муж.

- Знакомьтесь: это моя Катя, - представил меня с улыбкой Макс, - а это Влад.

- Очень приятно, - обменялись мы любезностями.

- А тут вкусно пахнет! - принюхался Влад.

- Папа!.. - сорвалась Анька из материнских рук.

Пока они приветствовали друг друга под взвизгивания собаки, я помогла Максиму донести сумку в комнату. Вернее, просто следила, чтобы путь был свободен, - от прямой физической помощи он не только отказался, но и нарычал! А от этого совсем грустно и страшно стало. Не люблю играть в игры, правил которых не знаю, но приходится!

- Всё, с твоим переездом покончено, - отдышался он, ставя тяжеленную на вид сумку в угол. - Потом распакуешь. Я постарался забрать все твои вещи, но честное слово, проще купить новые!

С этими словами он расстегнул молнию и извлёк оттуда мой старенький ноутбук! А там следом и любимые халатики, зимняя куртка, обувь в пакете, блузочки, юбочки... Боже... Боже!!!

- Ты Юрика случайно не того... - недоверчиво покосилась на самодовольное лицо грабителя драконьей сокровищницы. - Как же он это всё отдал?!

- А он и не отдавал. Его дома не было. Мне Марина всё вынесла, - сказала, что это в её интересах. Ещё и помогала упаковывать, представляешь, какая хитрая? - улыбнулся. - Плазма в машине лежит, - не знаю, что с ней делать.

На секунду мне почудились на Максе рыцарские доспехи и корона. Так фантазия дорисовала, и стало смешно!

- Чего хихикаем? - деловито поинтересовался он, обиженно насупив брови.

- Ты у меня самый лучший, - обняла, улыбаясь.

Правда же лучший, - не побоялся, никого не спросил. Просто поехал и забрал! И пахнет так вкусно от него, родным, любимым человеком.

- Вот так сразу бы, а то стоит тут, смеётся... - обиженно буркнул, принимая объятия.

- Я не смеюсь, я радуюсь, что у меня такой... мужчина! - лукаво заглянула в глаза, закусив губу. - А я тут прибралась немного... Ты не обидишься?

- Почему я должен обижаться? - насторожился, мгновенно приобретая серьёзное выражение лица. - Ты что-то выкинула?

Упс-с...

Вот оно: время для покаяний. Ну скажи, скажи, что это был мусор!..

- Эм... Фантики... И старые чеки на бензин...

Макс зажмурился, уронив голову на мой лоб, - даже немного больно!

- Кать, мне же бензин фирма оплачивает! Я в конце месяца эти чеки в бухгалтерию отношу!..

А Катя - кактус.

- Они просто в пыли валялись... Вот я и подумала... Макс, я всё оплачу!

- Угу. Ты за кого меня принимаешь? Чтобы моя женщина мои счета оплачивала?.. Глупостей не говори!..

- Прости, но действительно неудобно вышло.

- Ладно, проехали, - вздохнул, стискивая в объятиях сжавшуюся меня. - Давай в другой раз ты сложишь в пакет всё, что захочешь выкинуть, а я приду и решу, что с этим делать. Идёт?

- Угу... - покаянно кивнула, прячась на горячей груди и тая от успокоительного поцелуя в висок.

- А чем так вкусно пахнет? М? Моя хозяйка что-то приготовила?

- Перцы фаршированные, и салат ещё есть овощной... - похвасталась, встрепенувшись. - В общем, иди руки мыть!..

Ужин удался на славу! Немного сыра, немного оливок по маленьким плошкам и салат разбавили композицию стола, делая его уютнее и гостеприимнее. Мы болтали обо всём на свете, и Света с Владом оказались действительно чудесной парой! И перцы всем понравились, и Макс с гордостью нахваливал, какая я у него хозяйка. Я наконец почувствовала себя, - страшно сказать! - дома. Влад сыпал анекдотами, и мы бы засиделись допоздна, но маленькая Анька начала капризничать. Дети в её возрасте быстро устают, так что наши гости раскланялись и в следующий раз звали к себе.

Перемыв посуду, я устало упала на диван. Всё-таки это героический поступок за такое короткое время прибрать квартиру и приготовить ужин. Шпиц, к счастью, заснул, и будить её было страшно. Столько неуёмной энергии даром пропадает - жуть!

 Но стоило включить телевизор и увлечься интересным фильмом, как из ванной пришёл Максим. Мокрый, в одном полотенце на бёдрах... Сел рядом, бесцеремонно сграбастал мои ноги и начал разминать ступни через носочки.

А у меня того... Эпиляция! То есть, пора уже, - и я на понедельник записалась к косметологу, между прочим! А вот сейчас... Боже, как же приятно... Только штанины не задирай, я тебя умоляю!..

А Макс с игривым взором водит горячей рукой уже по бёдрам, всё больше наваливаясь сверху всем восхитительным тренированным телом... И футболку мою задрал, целуя животик, и фильм уже совсем не интересный... Но это же наш первый раз! Мне же надо к косметологу, и вообще я на этот момент бельишко красивое припасла, - не готовая я-а-а!..

- Малыш, чего глаза такие испуганные? - остановился, ложась рядом.

Молчу. Соплю. Не признаваться же в истинной причине? Это при том, что на самом деле то, что он делает - очень даже приятно, и тело реагирует так, как ему и положено после трёх месяцев отсутствия мужского внимания... И совершенно нечестно держать горячую руку на моей груди, - я же думать не могу!

- Девочка моя красивая... - шепнул и поцеловал в шейку.

Не красивая, неправда!

- Максим, я... Мне надо в душ. И вообще завтра на работу! - отпихнула его руку, которой он скользнул под футболку, и ретировалась с дивана.

Стоя в душе, я долго критично оглядывала себя со всех сторон. Волоски не сказать, чтобы прямо колючие и в глаза бросаются, но они были! Можно побрить, конечно, но это ведь завтра уже будет щетина и о неброскости можно будет забыть!.. И попа ещё далека от совершенства, хотя за несколько месяцев она сильно изменилась в лучшую сторону благодаря спортзалу три раза в неделю. Подтянулась, стала упругой и округлой... Очень меня тогда задели Юркины слова "толстая попа с ушами".

Надо сказать, что муж бывал и ласков временами, и внимание уделял... если ему очень надо было. Просто почему-то именно сейчас ничего светлого не вспоминалось. Но хорошее определённо было. Должно было быть. Просто надо вспомнить...

Спустя несколько минут самобичевания пришлось признать, что беспокоит меня не отсутствие эпиляции, и не внешность в целом. Видел же Макс меня пару дней назад без белья, - спали в обнимку, и ничего. Просто... Ведь если переспать - значит, уже всё серьёзно? Значит, точно живём вместе как настоящая пара. А если он окажется другим? Не таким хорошим, каким представляется сейчас?

Что будет с нами спустя месяц? Год?..

В комнатах было тихо и темно. Я не стала включать свет, в тусклом свете улицы разглядев, что Макс остался спать в большой комнате. Мужчина посапывал, шпиц отправился на кухню за пропитанием. И только Дам ждал меня в спальне, свернувшись клубком и нагрев место. Отчего-то стало тоскливо и неловко, но кто же знал, что оно получится так?

Уже почти заснув, я услышала тихие шаги и осторожное покачивание матраса, словно кто-то ложился рядом. И снова тишина: долгая, тревожная и совершенно не располагающая ко сну.

- Кать... - позвал шёпотом, кажется, не очень надеясь, что я откликнусь. - Я тебе неприятен?

Неприятен? Да он!.. А я...

"Бревно"!..

Помолчав, повернулась к нему. Блеклый свет падал лишь на часть его лица. Несмело он коснулся моей руки, в которой был зажат угол одеяла. Тёплое, немного щекотное прикосновение проникало куда глубже. Словно не руки трогал, а вот это внутри: тонкое, натянутое, как струна, расползающееся тёплыми эмоциями по телу. Зажатые, как оказалось, плечи, сами собой начали расслабляться. Макс приложил мою руку к своим губам, и я решилась...

Мне надо. Чтобы обнял, чтобы понял. Уткнуться в горячую шею, как слепой котёнок в поисках тепла и замереть так, долго не шевелясь. И едва ли не плача, улыбаться, получая всё это с лихвой и чувствовать его неспешные, ласковые поцелуи на лице, не имеющие ничего общего с сексом.

- Побудь со мной. Ты мне очень нужен, - шепнула.

И уже минуту спустя, обняла его лицо ладонями, чтобы благодарно поцеловать. И совсем не собиралась делать это столь чувственно, но Макс неожиданно откликнулся напором. Разом нахлынуло осознание: его рука на животе под футболкой, обнажённый красивый торс, очертания которого подсвечивает ночной мегаполис, запах возбуждённого мужчины...

Меня манило его тепло, я вздрагивала от каждого нового прикосновения, сжимала колени, но сопротивляться уже не хотела. Ни его поцелуям, разжигающим страсть, ни его бесстыжим рукам, ласково, но настойчиво сламывающим последние стыдливые преграды...

По старой привычке, чтобы не казаться бревном, я старалась громче и чаще кричать, больше двигаться, реагировать... И через некоторое время Макс замер, прижимая собой к кровати, дыша разгорячённо в губы.

- Тебе действительно настолько приятно?

И без того горящие щёки словно залили лавой. Максим, не разрывая контакта взглядом, легко качнул тазом из стороны в сторону, и глубокий вздох из моей груди вырвался сам! Низкий, тихий, сиплый. Совсем не похожий на те, что были прежде!..

- Забудь, что тебе говорили другие, - шепнул в ушко, попутно целуя нежное местечко на шее. - Просто расслабься.

Снова резкое движение вперёд по простыни. Стыдно. Стыдно за ложь. Но постепенно, невольно прислушавшись к совету, я включилась в процесс. И странное дело, - ведь почти разочаровалась в сексе, давно не получая от него удовольствия. Но тут всё было иначе! Смена поз, его чуткие пальцы в сочетании с напористым темпераментом... Он слушал меня, а я чувствовала полный контакт впервые за долгое время. Телом, взглядом, ощущениями, эмоциями, - настолько сильно, что это пугало! Так, словно у меня вновь первая брачная ночь...

Проснулась я от того, что кто-то щекотал моё лицо и пыхтел. Открыла глаза, сонно щурясь. Меня гипнотизировали. Дамьен, пригвоздив меня всем своим весом к подушке, внимательно всматривался в мою реакцию. Я скосила взгляд на электронные часы: половина пятого утра!

- Дам, ну чего тебе? Рано же ещё!.. - тихо зашипела.

Сонное сознание догадывалось, что кот хочет есть. И что даже стоит его покормить! В коридоре поскуливала собака, топоча лапами, - неужели всем захотелось есть так рано?! Но тот факт, что я сама совсем недавно заснула, послужил мне серьёзным оправданием. И я стала проваливаться в сон, с улыбкой глядя на умиротворённо спящего мужчину, с которым провела удивительную, полную открытий ночь. Мне хотелось прижаться, но я побоялась его тревожить. Не хотела недовольного ворчания или окрика.

Ещё через какое-то время, - мне показалось, что минуту! - я вздрогнула от  внезапного чертыханья и неожиданно качнулась кровати. Оказалось, что Максиму с утра надо было уехать пораньше, но он проспал, забыв установить будильник. А ведь надо было ещё собаку выгулять, и мне самой минут десять назад уже пора было завтракать, а не в постели валяться!

Взвесив все "за" и "против" я решила... Остаться дома.

Ну а что? Два раза не уволят. Пусть Ирочка поработает, наконец! В конце концов, приеду к обеду. Так что, пока Максим быстро умывался, брился и метался по квартире, собирая вещи и документы, я спокойно собрала ему остатки вчерашнего ужина с собой и даже сварила кофе, за что была вознаграждена торопливым поцелуем в щёку и короткой инструкцией, как и где лучше гулять с собакой.

На работу я шла, кажется впервые в жизни - не торопясь. Спокойно прибралась дома после того, как Макс вихрем носился по квартире, оставляя после себя беспорядок. Погуляла с Тесси, начиная привыкать к её суетливому, громкому, но добродушному характеру. И, игнорируя очередной Иринин звонок, не спеша добралась до офиса. Настроение было просто непоколебимо замечательным! Я точно знала, чего хочу и решила позволить себе несколько милых сердцу вольностей.

Начать с того, что на её едкие замечания об опоздании я спокойно возразила тем, что терять мне нечего, и я здесь уже практически не работаю. А если ей нужна помощь, то пусть ищет себе заместителя! Ирочка бесилась, краснела, трясла прелестями, но мне было всё равно. За эти несколько часов до конца рабочего дня я должна была многое успеть...

В разгар рабочего дня Ирина получила письмо. Самое настоящее, с марками и адресатом. На конверте значилось "вскрыть лично". Ничего не подозревающая начальница аккуратно вскрыла конверт, вытащила письмо, развернула его...

Алая пудра вешним окровавленным снегом осыпалась на аппетитный Ирочкин бюст, попутно запачкав весь стол, клавиатуру и колени. Она в напряжении прочитала любовное письмо с подписью "от тайного воздыхателя", выслушала квохтание коллег и пошла оттираться. Я тоже была в числе сочувствующих, правда, старательно кусая щеки и щипая себя за кисти, чтобы не разулыбаться.

Спустя полчаса Ирина вернулась возмущённая донельзя, с алой грудью (я специально спрашивала несмываемую краску, растворяемую водой), ладонями и подбородком. Учитывая, что за Ирочкой волочилась вся мужская половина офиса, никто и не подумал, что это может быть месть, тем более, от тихой, правильной бывшей начальницы отдела.

Но то было лишь начало.

Ближе к вечеру я зашла поболтать с Ольгой, потом в бухгалтерию, потом в буфет. Эта бомба может и не сработать и эффект я могу и не застать. Но... Я проследила, чтобы слухи об Ирочкиной интересной ориентации расползлись по офису самостоятельно. Рассказанное только раз, но нужному человеку, слово приобретает поистине убийственную ценность. Оставалось лишь ходить, охать и возмущаться, подкидывая фразы "так вот почему она наших мужиков динамит!.."

На следующий день я даже и не ожидала, что женская часть офиса будет на неё коситься, и натянуто ей улыбаться. Это, не считая того, что Ирина Олеговна пришла в глухой водолазке и брюках, мрачная и обиженная на весь свет.

Не прошло и двух часов, как разъярённый начальник ворвался в нашу комнату и с плохо сдерживаемым гневом начал тыкать в распечатанный ею отчёт. Ирина бледнела даже под тональным кремом, приобретая болезненный вид, пыталась оправдаться, но... Это были слишком грубые ошибки. Я старалась, когда подменяла её файл, припрятанный на цветастом рабочем столе Ирины через общую сеть. В конце концов, кто тут системный администратор поневоле?!

Вечером я убедила бывшего шефа, что необходимости в моих отработках больше нет. Да, по закону я должна была отработать ещё несколько дней... Отдала начальнику несколько актов по фирмам, которые Ирине только предстояло делать и попросила ничего не говорить, потому что ей нужно было научиться делать эти акты самой, а это - страховка, гарант стабильной работы фирмы. Но не настолько плохи были наши отношения, чтобы шеф не смог спокойно отпустить меня после увольнения без отработок. Мы разошлись мирно, и он даже подписал мне характеристику для следующей работы.

А вот Ирочке предстоит ещё как минимум пять дней в разное время вздрагивать от внезапных пугающих баннеров, ждать по полчаса, пока прогрузится word и безбожно опаздывать с выполнением заданий... Конечно, рано или поздно придёт админ и всё вылечит, но... пока это случится!..

 

Люди всегда разрушают то, что любят сильнее всего.

Оскар Уайльд

 

Глава 5

 

 

Не смотря на обилие заказов и работы, Макс взял выходной среди недели. Это был просто возмутительный поступок в глазах гендиректора "Эллады", но, поворчав, он всё-таки дал отгул своему заместителю. В последнее время Максим и правда стал плохо выглядеть: под глазами залегли тени, он практически перестал проводить со мной время. Приходя с работы, он часто даже не ужинал, - засыпал на диване, так и не раздевшись.

Идея с отгулом была моей. Особенно после того, как Макс обмолвился, что два года ни разу не был в отпуске. Компания росла быстрыми темпами, а в бизнесе невозможно отойти от дел хотя бы ненадолго, не потеряв темпов роста. Но и теперь работы меньше не стало. Всю работу руководителя "Эллады" Чиграков возложил на плечи своего заместителя, щедро спонсируя его переработки и издержки. Сколько зарабатывал Максим, я не знала, но судя по дорогой технике, новой машине и кухонному гарнитуру - достаточно, чтобы не жаловаться на финансовое благополучие.

Около недели я подбрасывала моему мужчине идеи об отпуске, отгуле и возможности отдохнуть. Просто не могла больше видеть, как он мучается, с каким трудом встаёт по утрам и как медленно вкатывается в депрессию. Новость об отгуле Макса стала для меня маленькой победой над всераздавливающим колесом работы.

Я постаралась обеспечить ему максимальный комфорт: свежее постельное бельё, вкусный витаминный ужин и немного хорошего вина. Вся кошачья братия была разогнана по другим комнатам, а Тесси я и вовсе на пару дней отдала Светлане. Хотя пёсика было даже жаль, - маленькая Анька тут же взялась причёсывать и пеленать собачку, и та, как ни пыталась выпутаться, всё равно оказывалась в загребущих руках счастливого ребёнка.

Поковыряв салат с креветками, и нехотя доев тефтельки, которые получились сочными и очень вкусными, Макс пил вино, опершись локтями о стол и уставившись перед собой.

- Не вкусно? - обняв сзади, шепнула в ушко.

Он положил ладонь на мои руки, обнимающие его шею, и прикрыл глаза. Блики света играли в гранатовой глади бокала в его пальцах. Короткие волосы на мужском затылке кололи щёку. Хотелось укрыть его ото всех бед, помочь хоть чем-нибудь, отвлечь. С нескрываемым удовольствием я гладила его лицо пальчиками, нежно целовала высокие скулы, ушко, шею...

- Мне нужно побыть одному, - вдруг произнёс вместо ответа.

Я замерла. Что это? Нежелание продолжать отношения? Усталость?

- Мне уехать? - беззаботно улыбнулась, заглядывая в усталые глаза.

- Нет, - ответил без улыбки, помолчав.

Он ушёл в спальню, оставив меня наедине с котами, едва тронутым ужином и тревожными мыслями. Тихонько убрав всё на кухне и покормив зверей, я засыпала в гостевой. Шер всё ещё недоверчиво относился ко мне, но уже охотно спал с нами в ногах. Правда, периодически получал от Дама предупредительный удар тяжёлой мягкой лапой, когда рыжий слишком близко оказывался к телу хозяйки, но это не мешало ему приходить снова. Дамьен в итоге смирился с неизбежным и терпел регулярные покушения со стойкостью истинного джентльмена.

Под моей рукой урчащие, мелко вибрирующие звуки из пушистой кошачьей груди здорово отвлекали от грустных мыслей. У меня-то на работе всё было неплохо. Скоро должна была прийти первая зарплата, которая, судя по квитку из бухгалтерии, вдвое превышала предыдущую. Я бы даже смогла снять квартиру для себя, если придётся расстаться с Максом. Но только думать об этом было неприятно. С другой стороны, я должна была бы радоваться тому, что Макс вообще случился в моей жизни. Поддержал, научил во многом ценить себя, дал возможность почувствовать себя женщиной в полной мере.

Судьба не трогает тех, на кого ей наплевать. Эта леди бьёт лишь любимчиков, их же щедро вознаграждая за страдания. Возможно, это лишь очередное испытание для нас? Ведь я и сама уставала так, что не оставалось никакой радости. Кстати, о радостях... А что хорошего Макс в последнее время видел, или ощущал?.. Нет, наши отношения, безусловно, его радовали, но этой радости в последнее время стало явно недостаточно. Может, увезти его куда-нибудь отдыхать?

Я рассмеялась, представив, как везу своего связанного ругающегося гусара в деревню, к родителям. Рассмеялась, и всерьёз призадумалась. Идея, конечно, рискованная, но почему-то именно она мне нравилась больше всего. Оставалось только решить мелкие проблемные детали, но на это у меня были целый вечер и ночь!..

Утром я с трудом раскрыла глаза от недосыпа, но это был сладкий момент, хоть и волнительный. И либо всё получится как я и задумала, либо... О другом варианте и думать не хотелось. Макс оказался слишком непредсказуем в таких вопросах, и спланировать его реакцию было просто невозможно! Но отступать уже некуда.

По звонку будильника встала, спихнув с себя зашипевшего сонного Дамьена, - голубоглазый захватчик устроился на моём бедре, когда я повернулась на бок. Быстренько умылась, привела себя в порядок.

- Ма-а-акс... - улеглась Багирой рядом со спящим мужчиной. - Максим... - поцеловала в колючую щёку.

- М-м... - промычал протестующе и спрятался под подушкой.

Я вздохнула. На часах было десять, я и так честно дала поспать нам обоим. Но я была настроена решительно, и остановить меня могло разве что сообщение о катастрофе! Ехидно хмыкнув, я решилась на диверсию. В наших отношениях мы это ещё не проходили, так что будет дополнительный стимул разбудить гусара по-царски!

Нырнув под одеяло, и убедившись, что гусары ночью всё так же спят в чём мать родила, осторожно начала касаться губами его бёдер, поднимаясь всё выше. Пробовать впервые мужчину на вкус оказалось страшно, и немного неприятно. Но пришлось приложить все полученные в развалившемся браке знания, чтобы добиться восстания спящего бойца в нужной кондиции!

Когда я почувствовала дуновение свежего воздуха, - под одеялом вообще нелегко дышать! - то показалась себе со стороны партизаном в окопе, который встретился взглядом с неприятелем. Макс с сонным прищуром разглядывал открывшуюся ему панораму партизанских действий под одеялом, но вырываться и возмущаться не спешил. А через несколько секунд и вовсе откинул с меня одеяло, и улёгся удобнее.

Ты мне, милый, за всё ответишь! За все две недели неудовлетворённости, отказа от моей готовки и подозрений!

Два раза двигаясь то в бешеном темпе, то дразня, то бросая, я заставляла Макса выгибаться, садиться с глухим стоном. Его уже невозможно было сдерживать, даже уворачиваясь от рук и ритмичных выпадов бёдрами в мою сторону. И всё-таки наигравшись и получив моральное удовлетворение, я позволила ему дойти до пика наслаждения, едва не закашлявшись на солоноватой кульминации.

Макс, выравнивая дыхание, звериным взглядом наблюдал, как я встаю с постели, - явно красуясь, да! Пусть оценит, наконец, моё кружевное бельё, которое я с таким стыдом покупала неделю назад и которое так и не смогла ему продемонстрировать. У меня там сзади попа красивая, а в этом лифе грудь вообще далека от скромной двушки!

- А почему я раньше не видел на тебе эти трусики? - спросил заинтригованно.

Снисходительно обернулась, довольная собой, кокетливо улыбнулась и ушла из спальни, оставив вопрос повисшим в безмолвии. Ты мне, дорогой, ещё за "хочу побыть один" ответишь...

Допивая на кухне чай, я слушала любимую команду, ритмично подёргивая тапочкой, свисающей с мыска, и радовалась новому дню. Лёгкое опасение вызывало лишь то, что Макс слишком долго купается в душе, и я попросту могла не успеть осуществить задуманное. Всё-таки, почти шесть часов ехать!

Из душа Макс вышел бодрым и более оживлённым, чем за последнюю неделю в целом. Следы усталости никуда не делись, но взгляд хоть немного стал осмысленным. Подошёл, повесив полотенце на свою крепкую шею, и сел рядом, сгорбившись.

- А ты почему не на работе? Четверг же... - спросил, вздохнув.

- Взяла два дня отгула.

Я хитро щурилась, допивая остывший чай, но на самом деле при взгляде на измождённое лицо Макса внутри становилось больно. К тому же, именно сейчас мне предстояла самая важная часть коварной операции.

- Ты же только устроилась? Зачем так рисковать? - равнодушно спросил.

- Так надо. И раз уж у нас обоих отгул, то одевайся, и поехали. У меня для тебя сюрприз.

С лица Макса исчезло всё благодушие.

- Кать, ты извини, но я действительно устал и никуда не хочу ехать. Раз уж выдался внеплановый выходной, то я хотел провести его иначе.

- Иначе это как?

- Встретиться с друзьями, выпить пива, - пожал плечами.

Шесть часов и уйма потраченных денег немного вздрогнули.

- Макс, я же так старалась для тебя, - заканючила. - Твои друзья никуда не денутся, честное слово! Ты обязательно встретишься, только немного позже. Всё равно сейчас все на работе. Тебе понравится! Зря я, что ли, тебя уговаривала целую неделю взять отгул?

Он нахмурился, задумавшись.

- Если придётся много ходить, то сразу нет, - отрезал, сложив руки на груди.

Я выдохнула, унимая сердцебиение охотника, взводящего курок перед выстрелом в хищника.

- Не придётся. А вот вкусно есть, пить любые напитки и много отдыхать - да.

Взъерошенный после душа мужчина подозрительно сощурился, разглядывая мою предельно честную улыбку.

- Ладно, - сдался со вздохом. - Шантажистка, - слабо улыбнулся, потягиваясь.

Первые два часа Макс вполне мирно сидел в пассажирском кресле моего бордового внедорожника, пока мы удалялись от города. Ещё через час он начал на меня кидать подозрительные взгляды.

- А куда мы едем?

- Увидишь.

Он откинулся на подголовник и неожиданно хитро улыбнулся, пока я лихорадочно соображала, что отвечу на требование повернуть обратно.

- А ты ещё и авантюристка, - заметил он.

- Есть немного, - сменила заунывную мелодию на динамичные звуки.

- Моя женщина... похищает меня... из собственного дома!.. - возмущённо  прокомментировал. - Но, пожалуй, в этом и впрямь есть нечто романтичное. Только насколько же я должен был тебя достать невниманием...

- Просто расслабься и получай удовольствие, - скользнула по нему азартным взглядом. - Считай это маленькой местью.

Он скептически улыбнулся и прикрыл глаза, погружаясь в дрёму. А через несколько минут я услышала удивительное:

- Спасибо за утро.

На территорию туристической базы отдыха мы приехали ближе к ужину. Всё немного старенькое, и выглядело пионерлагерем советских времён. Но зато кругом глушь, вековые сосны, цепочка поблескивающих на солнце лесных озёр, деревянные домики, соединённые тропками... и абсолютная тишина. Одинокие рыбаки сидели на берегу озера с удочкой, - их было видно сквозь листву вдоль стоянки. Только птицы пели на разные голоса. Сонный Максим вылез из машины, с любопытством озираясь и изучая местность.

Особенно его взгляд зацепился за огромный мангал возле свободного столика, сколоченного из дерева и стоящего посреди лужайки. С неменьшим интересом он задержался на домике проката туристического инвентаря возле озёрных мостков: там и лодки надувные, и снасти и велосипеды... А потом он посмотрел на часы и его едва загоревшийся интересом взгляд потух.

Изучив схему расположения строений на карте, висящей на стене, мы вышли из домика администрации, вдыхая полной грудью воздух и запахи соснового бора. Всё время, пока мы оформляли заезд в один из двухэтажных коттеджей, срубленных из дерева, он кидал алчные взгляды на озеро с видом опаздывающего на поезд!

- Надо было на пятницу отгул брать... Совсем не сообразил, - грустно резюмировал. - Тогда бы подольше тут побыли.

Хитрой лисой я подошла к нему, обнимая, заглядывая в глаза, и едва сдерживая улыбку. Но всё-таки с небольшим опасением попросила:

- Максим... Обещай, что не будешь ругаться?

На меня недоверчиво взглянули свысока. На фоне яркого солнца и ясного неба этот взгляд было почти не различить, но я поняла, что мужчина ждёт подвоха.

- Н-ну? - настороженно подтолкнул к ответу.

- Нет, ты обещай!

- Кать, я не ругался всерьёз, даже когда ты случайно удалила на моём компьютере важный документ, над которым я бился два дня! Что изменилось?

Мой молчаливый умоляющий взгляд снизу вверх был непреклонен.

- Ладно, обещаю, - выдавил из себя, закатывая глаза.

- Ты говорил, что у тебя два года не было отпуска.

- И-и-и?..

- Я попросила Чигракова, чтобы он отпустит тебя на неделю сейчас, и чтобы ты позже смог отгулять положенные тебе оставшиеся семь недель отпуска.

Пока я это говорила, тело Макса под моими руками одеревенело, а взгляд стал полон священного ужаса. И ещё... кажется, меня хотели убить, судя по стиснувшимся на моих плечах пальцам.

- И он согласился?! - наконец выдавил побледневший Макс.

- На неделю сейчас - согласился, - вывернулась из тисков и шагнула назад, на всякий случай. - А на оставшиеся семь недель у него не хватило щедрости, - Максим нервно сглотнул, окончательно побледнев. - И он пообещал только три.

- Три?..

- Прости, но в трудовом кодексе написано, что неиспользованный отпуск на следующий год не переходит, и может быть компенсирован только финансово. Так что тебя ещё и небольшая премия ждёт...

Мужчина схватился за голову и запрокинул её назад, отворачиваясь от меня. Некоторое время слышался сдавленный, нервный смех. А затем он резко повернулся, сощурив глаза. И... я побежала, - сработал инстинкт самосохранения! Никогда я ещё не видела Макса взбешённым. Усталым, разочарованным, огорчённым и даже злым - да. Но не в ярости!

Петляя по кустам не хуже зайца, я судорожно думала, что мужчины совершенно не умеют ценить заботу о них! Неблагодарные, самовлюблённые существа с другой планеты под названием "Гусарская Мужлания". И если бы они хоть капельку, хоть на полногтя осознавали, как дорого обходится эта забота их женщинам, то, возможно в мире стало бы гораздо меньше одиноких фонарей!..

На очередном повороте из-за куста, - колючего, между прочим! - я выскочила, поскользнувшись на лужайке спелой черники. Нога поехала, и я влетела в стену коттеджа, кажется, с его торцевой стороны. И не успела опомниться, как была резко развёрнута и прижата к этой же стенке!

- Кто тебя просил лезть в мои дела?! - встряхнул меня Макс за плечи.

Я зажмурилась.

Мужлан. Неблагодарный.

- Ты хоть знаешь, что Чиграков может наобещать что угодно, но не выполнить?! Глупая девчонка!!! Эта работа для меня - всё, понимаешь? Всё! И меньше всего я ожидал, что ты будешь совать нос, куда не следует!

Он отпустил меня, почти отбросив, и заметался по черничной поляне, топча спелые синие ягоды.

- Семь лет... Семь чёртовых лет завоевания доверия и авторитета - коту под хвост!.. Даже если он не уволит меня теперь, даже если выполнит это обещание... Катерина, чем ты думала, когда звонила ему?! Что он теперь обо мне будет думать? Что моя любовница лучше меня знает, когда и куда мне идти в отпуск? Что я не способен принять решение даже по поводу такой мелочи?! Какой из меня после этого руководитель?!!

Я молчала, затравленно глядя на Макса. Было обидно и больно. Но всё же я сделала попытку оправдаться:

- Ты загнал себя. Я просто хотела тебя поддержать. Разве это плохо?

Но он не слушал. Зло отшвырнул корягу из-под ног и явно искал, на чём сорвать злость ещё.

- О, Господи... Зачем я только тебя послушал?! Да завтра тендер, который я готовил три месяца, вкалывая, как проклятый! Если его провалят, то убытки компании мне придётся покрывать из своего кармана. А это десятки тысяч долларов!.. Десятки. Тысяч. Долларов!

Теперь сглотнула я. О таких рисках я просто не подумала... Но ведь и я участвовала в подобных мероприятиях, и знаю, что это такое! Да, это тяжело, это выматывает, но готовят его, как правило, несколько человек. А значит, незаменимых людей быть не должно, - и, учитывая характер Максима Станиславовича, его подчинённые просто не могут плохо справиться с задачей!

- На тендере не обязательно присутствие руководства, - тихо произнесла. - Если ты готовил его три месяца, то твои подчинённые прекрасно справятся и без тебя. И Чиграков ночью мне на почту скинул подписанный им приказ с печатью о твоём отпуске. Официально он с завтрашнего дня. Приказ у меня в сумке. Если не веришь - позвони шефу.

Макс стиснул зубы, поморщившись, а затем неожиданно замер, словно сражённый мыслью и подарил мне очень колючий, изучающий взгляд.

- А кстати, дорогая, - прошипел. - А с какой это стати он вообще стал тебя слушать? - угрожающий шаг ко мне. - Насколько я знаю, ваше знакомство исключительно поверхностное и недолгое. Может, вас связывают более, - выделил, - тесные отношения?!

Знакомство у нас и впрямь было весьма далёкое от дружеского, но и совершенно не имело никакого отношения к тому, в чём меня сейчас обвиняли! Просто за годы работы на прежнем месте я научилась находить подход даже к малознакомым людям и сделала упор на то, что Максим - очень ценный сотрудник, и в данный момент он нуждается в отдыхе, как и все, кто получил законный отпуск. Я была предельно вежлива и доброжелательна, что позволило мне выложить факты и быть выслушанной до конца. Чиграков был изумлён моей смелостью, а, узнав кто я, и вовсе посетовал на то, что его любовницы о нём так не заботятся. Для завершения дела пришлось припомнить трудовой кодекс, воззвать к совести и добить потерей ценного сотрудника в разгар подъёма фирмы ввиду потери его работоспособности.

- Может, у тебя всё схвачено? На всех, - выделил, - уровнях?!

- Не имею привычки изменять, - отрезала зло, оскорбившись. - А Чиграков адекватный человек, и отнёсся к моей просьбе с юмором и пониманием. Это ты готов умереть на своей работе и унизить из-за неё тех, кто тебя любит! - выпалила, чувствуя, как в глазах стоит подрагивающая стена слёз. А ещё внутренне сжалась от того, что призналась в своих чувствах к Максу впервые.

Ответа я не услышала. Вместо этого хмурый мужчина молча достал свой айфон, и, бродя туда-обратно, с кем-то заговорил. Потом сделал ещё несколько звонков, но уже гораздо более спокойный и собранный. Я не стала дожидаться, пока он что-то решит, осознав, что мы ругаемся возле коттеджа, который сняли несколько минут назад, судя по его номеру. Просто открыла двери ключом и вошла в остро пахнущий деревом дом.

Давно я не чувствовала себя так паршиво. Хотелось расплакаться, разбить что-нибудь на мелкие кусочки, разломать, выплеснуть злость и боль наружу!

Я ведь полночи не спала, выбирая место, договариваясь о нашем отпуске со своим начальством, с начальством Макса, со Светланой, которой достались на попечение ещё и коты за некоторые интересные подробности моей авантюры. Собирала вещи, таскала их в машину... и ещё часа три крутилась, пытаясь уснуть!

Наверное, я просто перенервничала. Забравшись на второй этаж, где находилась огромная спальня в деревенском стиле, я уткнулась в подушку, оглушённая, не в состоянии даже пореветь. Плечи болели в предзнаменовании будущих синяков. В душе образовалась пустота, словно космос. Некоторое время я просто созерцала узор на покрывале. Ну что я такого сделала? Поработала секретаршей для своего мужчины - всего-то!

 И что за глупые подозрения?! Да у меня в жизни всего два мужчины было, - Юрка да Макс! Не люблю перебирать, очень уж тяжело с этими инопланетянами...

Ведь даже отпуск организовала на свои кровные, так и не прикоснувшись к его кредитке. Не может быть всё так плохо. Не может. Он другой, он не должен быть таким же сволочным эгоистом, как Юрка. Просто работа для него - намного более личное пространство, чем дом... Может, я и впрямь перегнула палку? Может, действительно стоило спросить, обговорить, настаивать ещё пару недель...

Всхлипнула, размазывая слёзы по щекам.

Пойти извиниться?..

Не пойду. За что я должна извиняться?..

Тихо скрипнула тяжёлая деревянная дверь первого этажа. Шорохи, шаги, шуршание. С глухим хлопком вылетела пробка из бутылки, судя по звуку. Шампанское? Вино? Шершавый язык мгновенно прилип к нёбу. Шампанское я тоже хочу. Но вниз не пойду.

- Знаешь, я никогда никому не позволял жить в своей квартире дольше двух недель, - услышала я голос с первого этажа и навострила уши. - Мне было некомфортно каждый день сталкиваться с малознакомыми женщинами, разве что только в постели. Находить чужие вещи по всему дому...

Послышалось нарастающее шипение. Значит, шампанское...

- ...И меня нисколько бы не остановило твоё семейное положение, если бы я не хотел больше тебя видеть. Помог бы снять квартиру, первое время обеспечивал бы... Ты даже не представляешь себе, сколько раз я был близок к такому решению! Но это не потребовалось. Ты оказалась заботливой и очень тактичной, даже не смотря на то, что разворошила мой шкаф...

Как же он мне сейчас бывшего шефа напоминает в день увольнения!..

- Не разворошила, а погладила и аккуратно сложила ворох вещей, - оскорблённо отозвалась, не выдержав нападок.

- Не важно, - грустно усмехнулся. - Я ценил тебя именно за то, что ты знаешь комфортные для нас обоих границы и не требуешь внимания двадцать четыре часа в сутки, как твои предшественницы. За аккуратность и хозяйственность. За то, что тебе оказалось можно доверить больше, чем постель и хозяйство. И я, чёрт возьми, даже привык занимать в кровати меньше места, не говоря уже о том, чтобы перестать вздрагивать от того, что кто-то ещё находится в моей квартире!..

Послышались неспешные шаги на скрипучей лестнице. Отчего-то захотелось притвориться мёртвой, или спящей, или вообще исчезнуть!

- Месяц, Катерина. Всего месяц ушёл на то, чтобы это произошло. Невероятное достижение для моей женщины! Я впустил тебя в свою жизнь, не задумываясь. Не считай, что это было просто. Между взаимной симпатией и прочным доверием - пропасть. И вот, ты с треском ломаешь ставшие уже привычными нормы. Ломаешь моё доверие!..

Макс появился в комнате с двумя бокалами шампанского.

Отвернулась, спряталась, сжалась. Нет меня, хоть кричи. И во рту уже солоно от искусанной губы.

Вздохнул, постоял.

Скрип пола всё приближался за моей спиной, затем крякнула старенькая тахта, всколыхнув и меня.

- Не делай так больше, пожалуйста, - тихо сказал он. - Я могу отдать тебе на растерзание дом, себя, своё сердце... Но не делай меня беспомощным в том, что для меня свято. В конце концов, это я должен обеспечивать нас полноценным отдыхом, а не ты. И это должно происходить с обоюдного согласия, как бы тебе не показалось это трудным.

Болят плечи. Немилосердно болят. Усталость и апатия навалились разом. Наверное, в жизни каждой пары наступает момент, когда опускаются руки. Когда борешься из последних сил за то, чтобы быть вместе, вкладываешь в него всю себя. А в результате... Сама и виновата. Во всём.

- Мы остаёмся? - спросила, в отупении разглядывая естественный узор на лакированных брёвнах.

Макс тяжело вздохнул.

- Если тендер завтра провалится, - я тебе не смогу этого простить. Но, надеюсь, будет так, как ты сказала.

Молчу. Выжидание почти прожигает спину. Макс подождал ещё немного, вздохнул и... ушёл.

Через двадцать минут терзаний у меня начали свинцовой тяжестью наливаться веки. Шесть часов езды, предыдущая бессонная ночь и психологическая напряжённость придавили тяжёлым сонным покрывалом.

Когда я открыла глаза, то увидела в окне большую, как блин и яркую луну. Я и забыла, какая она бывает вдали от мегаполисов. Обычно смог скрывает её грязной дымкой, и луна словно прячется подальше, повыше. А здесь эта огромная царица просто потрясала своей невинностью и чистотой. Кроме вида прекрасной луны даже сквозь закрытое окно было слышно, как ухает в лесу сова, как стрекочут кузнечики и изредка доносятся самые разные голоса птиц.

Как же здесь тихо...

Я обернулась, в надежде найти обиженного гусара рядом с собой, но вторая половина постели пустовала. Вот так. Кажется, - всё. Хотела сделать лучше... Но ведь он к концу разговора уже говорил шутливо? Нет, ругался, конечно, грозился, но о том, чтобы уехать, и окончательно расстаться разговора не было? Или?..

Опустив ноги на ковёр, я наткнулась на сброшенные вечером туфли, тут же ощутив, что силиконовые резинки на чулках здорово мешают жить! Туфли были в комьях земли, и, кажется, им пришёл конец, судя по надломанному у основания каблуку. Раньше я бы расстроилась, - дорогие ведь, любимые. Но сейчас было не до них.

Быстро спустившись вниз и никого там не обнаружив, я немного напряглась. Может, гулять ушёл? Луна, озеро... Он же говорил, что его дядя любит рыбачить!..

Схватив свой смартфон, я обнаружила на его светящемся дисплее сообщение от Макса и внутренне сжалась.

"Мы оба зашли слишком далеко. Сумки из багажника я принёс, захочешь увидеться до утра, - приходи на мостки, только оденься теплее и прихвати вина"

Джинсы, кроссовки и новенькая толстовка с капюшоном делали ночь немного уютнее. Бутылка холодила руку, и лишь надоедливый визг комаров отвлекал от того, чтобы сжиматься всё сильнее с каждым неспешным шагом, сделанным в сторону озера. Иногда некоторые вопросы просто хочется оставить без ответов. Потому что ответы могут оказаться слишком жестокими...

Переодетый в удобные вещи, которые я собрала в сумку, Макс сидел чуть поодаль от мостков с удочкой. Нахохленный, задумчивый, в накинутом на голову капюшоне ветровки. Я постояла в нерешительности.

- Клюёт? - тихо осведомилась, стараясь не шуметь.

Он неопределённо кивнул, никак не реагируя на то, что я уселась на корточки рядом, поставив на землю бутылку со стаканчиками. Его молчание раздавливало и оглушало.

- Знаешь, когда я последний раз вот так рыбачил? - спросил вдруг задумчиво.

- Нет, - затаилась, удивлённо рассматривая его лицо.

- Мне было лет пятнадцать. Мы с дядькой жили в приморском мелком городишке, выходили в море. Да я и один частенько рыбачил вместо уроков. Жутким прогульщиком был... Зато как потом радовалась мать, когда я приносил деньги за проданный на рынке улов, какие вкусные штуки готовила... - ностальгическая улыбка появилась на лице, озарённом светом луны. - Знаешь, как дядька горой за меня стоял, если в школе начинались проблемы с учёбой?.. - повернулся ко мне. - Даже отец таким не был...

Он вздохнул, сощурив глаза, и посмотрел в яркое, бескрайнее полотно звёздного неба.

- И ведь, - ты представляешь? - столько раз была возможность приехать к нему за пятнадцать лет... Но я выбирал дорогие отели зарубежья, экскурсии, командировки. Всё обещал, что скоро, обязательно приеду. Даже верил в это сам, не задумываясь. А потом окончательно ушёл в работу с головой. Только дядька так и не дождался, - умер два года назад. Едва ли не единственный по-настоящему близкий и дорогой человек. Так жаль...

Совсем не специально получилось, что я потянулась погладить мужское плечо, а в результате угодила в объятия. Он стиснул меня, как игрушку, горячо выдыхая в шею, отираясь лицом о моё, жёстко оглаживая спину и не давая ни шанса хотя бы изменить неудобную позу. Но я и не пыталась, хотя сдавливать синяки на плечах - сомнительное удовольствие!..

Просто не понаслышке знала, что даже у самых сильных и волевых людей в душе бывает сокрытая боль за близких, которую они вынуждены в себе носить. Не позволять проявлять себе слабость даже в деталях, не признавать очевидных чувств, и улыбаться, улыбаться миру, чтобы никто никогда не догадался, что и у таких людей бывает самая настоящая боль. И только иногда, совсем чуть-чуть приоткрыть вдруг железный заслон, если кто-то очень-очень близкий окажется рядом...

А потом вдруг лёг спиной на траву вместе со мной. Молча вглядывался в моё лицо, расслабленно оглаживая щёки руками. Тёплый, немного поблескивающий взгляд поселил во мне растерянность. Я никогда не видела его таким. Словно с человека сдёрнули покров, и он под ним оказался совершенно иным. Возможно, слишком нежным и ранимым, но стоит ли судить по нескольким минутам?

- Ты знаешь, что я ещё ни на ком так не срывался? - сощурился, мягко улыбнувшись.

Ещё бы комары в попу не впивались...

- Я бы и не хотела этого знать, - виновато улыбнулась, пряча взгляд.

- Прости, - хрипло шепнул, прижимая мою голову к своей груди. - Прости, девочка... Я так виноват перед тобой!.. - поцеловал в макушку, лоб, лицо. - Так грубо сорвался, дурак... Думал, не простишь, уедешь!..

- А я ещё и не простила!

- И правильно сделала, - нашёл губами мои.

Где-то в глубине леса одиноко ухнула сова. Наверное, завидовала жарким поцелуям и тесным объятиям.

- Авантюристка моя, - выдохнул в макушку, целуя волосы.

Я улыбнулась, ощущая, что комок обиды действительно тает. До конца, к сожалению, не исчез, но начало меня устраивало.

- Знаешь, я немного поспала... Если сейчас выехать, то к утру ты будешь на работе, - неуверенно предложила. Или давай я тебе ключи дам. Ты ещё успеешь...

- Нет уж, мадам, - сел вместе со мной, хмыкнув. - Раз заварила кашу, то расхлёбывать будем вместе, - коротко прижался к моим губам. - Назвалась Чигракову моей, - так будь любезна соответствовать!

- Макс... Ну я же правда хотела как лучше! А ты...

- А я болван и злодей!.. - шутливо прорычал, несколько раз качнув на коленях. - Кать, ну куда мы в ночь поедем? - Посерьёзнел. - Поздно. Да и раз уж организовала всю эту авантюру, дай хоть насладиться. У меня с юношества не было свиданий при луне в лесу с прекрасной девушкой, и уж тем более меня никогда никто не похищал! Может, в этом и правда что-то есть?

Сзади раздался плеск воды, затем снова - сильнее...

Мы вскочили, не сговариваясь, и через несколько восторженно-встревоженных "уйдёт!!!", "какая большая!..", "подсекай, подсекай!" с радостью вытащили на берег небольшого, трепыхающегося на траве карпа...

 Удивительное дело, но даже маленький свежепойманный карп, которого мы приготовили на мангале, был просто объедением! Конечно, он быстро кончился, и захотелось ещё. Макс выглядел очень довольным, кидая совсем по-мальчишески гордые взгляды на меня и тарелку с останками карпа. Но идти к озеру кормить комаров, и снова сидеть в засаде желания пока больше не было. Да и вино, которое мы быстро приговорили на двоих, весело тостуя за отпуск, сделало своё тёмное дело: мысли о тёплой, уютной кроватке были уже не такими уж и дурными.

Впервые за две недели мы засыпали не только вместе, но и тесно обнявшись. Я утопала в его запахах, напитывалась теплом и никак не могла успокоиться, чувствуя себя сейчас оставшейся за много километров отсюда Тесси: хотелось и прильнуть, и поцеловать, и поласкаться... Но Макс уже настолько слабо сопротивлялся моим восторгам, что я не стала испытывать больше судьбу и оставила его в покое. В конце концов, впереди ещё целая неделя, а я обещала ему отдых.

Следующий день мы просто проспали до обеда. И я бы спала и дальше, если бы кое-кто не начал гладить, целовать, и всячески намекать на то, что сон сейчас не самое интересное! Почему-то вспомнилось вчерашнее утро, и я из чистого принципа, подражая Максу, накрылась со стоном, подушкой.

- Бунт?! - возмутился, явно улыбаясь и нисколько не меняя курса домогательств.

И когда я ощутила среди поцелуев на спинке, как с меня совершенно беспардонно стягивают трусики...

- Макс, я не хочу! - вывернулась, максимально достоверно отпихивая его.

- Кто такой не хочу? - притворно изумился, подныривая рукой в горячее потайное местечко, и потянулся губами к груди.

- Я на тебя вчера обиделась, и ещё не простила!.. - брыкнулась и тут же была слегка придавлена сбоку к кровати.

И хотелось бы брыкнуться снова, но невольно закусила губу, прислушиваясь к быстро разливающимся по телу приятным ощущениям от манипуляций в трусиках.

- М-м-м... - проложил дорожку щекотных, чувственных поцелуев по животику. - Вы правы, мадам, - непозволительное для гусара поведение! - обжёг дыханием нежную кожу паха. - Я просто обязан извиниться... как следует!

- Как... следует?.. - закусила губу, судорожно вздохнув и не в силах более сопротивляться натиску ласковых пальцев и поцелуев.

Ответом мне было увлечённое, сосредоточенное молчание, а через несколько волшебных секунд кружевные трусики таки улетел на пол.

В самый ответственный момент, когда мне уже казалось, что с телом начали происходить какие-то удивительные, давно забытые вещи, зазвонил телефон Макса. Нет, мы не стали обращать на него внимание, но он, зараза, звонил и звонил с настойчивостью террориста. Макс не глядя запихнул телефон под матрас и снова вернулся к делу. Но классическая мелодия всё громче звучала даже оттуда, и уже просто не было сил игнорировать звонок.

- Сейчас, - нежно поцеловал животик и сел на кровати, чтобы ответить на звонок.

- Алло. Да, Ген, говори. Не приехали? Почему?

С тревогой в сердце я наблюдала, как на лбу мужчины вновь залегла хмурая морщина, как плотно сжатые губы становятся суровыми, как звенят стальные командирские нотки в голосе заместителя гендиректора одной из крупнейших в своей отрасли фирм. Судя по всему, начался тендер, и складывался он совсем не так, как это планировалось.

Не замечая больше никого и ничего вокруг, Максим заметался по комнате, словно тигр в клетке, жёстко раздавая указания по телефону, перезванивая другим людям, и снова интересовался ходом событий. Кто бы мог подумать, что весельчак-гусар в жизни, Максим Станиславович окажется таким строгим, требовательным руководителем? Всё у него по полочкам, все ему отчитываются... От его команд так и хотелось вытянуться по струнке и бежать исполнять, но приказывали, увы, не мне. Да если б мой бывший шеф был таким, то мне не пришлось бы заниматься не своей работой, и не было бы бардака в фирме! Да если бы я сама хоть немного обладала такой непреклонностью...

Сжалась и села на кровати, жадно вслушиваясь в происходящее.

- ...Да не могу я сейчас приехать и подписать этот контракт!.. Нет, я не в городе. Нет. Гена, какие ещё тридцать процентов?! Внимательнее читай!.. Так предложи перенести эту встречу. Настаивай!

Зарядка от телефона, которую он всё это время крутил в руке, теперь со злостью и отчаянием была запущена в кресло. На секунду он замер, что-то выслушивая, затем огляделся в поисках чего-то важного.

- Елизавета, ну неужели вы не в состоянии самостоятельно найти эти документы? Почему я должен обязательно приезжать в свой законный выходной?! Эмм... Дверь заперта?.. - сник, понизив тон. - Чёрт!.. Точно...

Максим, походкой идущего на казнь, отправился вниз, на первый этаж. Неспешно, делая микропаузы перед каждым следующим шагом. А я ведь даже не взяла его рабочий ноутбук! Ну откуда мне было знать про тендер? Нормальные люди в отпуске отдыхают, а не работают... Да и интернет здесь не ловит почти, - чудо, что вообще дозвонились!..

Кажется, я выдержала минут пятнадцать, прежде чем окончательно искусать себе локти. Там, внизу, стало слишком тихо, и силы для того, чтобы не показываться на глаза кончились. К тому же, у меня созрела отличная идея... И я могла... Да нет, я просто обязана хотя бы предложить её!

Решительно и очень быстро оделась, спустилась вниз в ожидании скандала, и... Макса не было.

Я нашла его сидящим на ступенях. Босого, в одних шортах на голое тело, ссутулившегося и с непроницаемой маской безразличия на лице. Он смотрел куда-то в сторону озера, словно не замечая меня.

Неужели?..

- Всё плохо? - спросила, усевшись рядом на ступеньки небольшой веранды.

- Нормально, - тихо ответил, не меняя позы.

Вновь повисла тишина.

- Тут недалеко есть небольшой город. С магазинами электроники, и наверняка с интернетом. Если нужно...

- Я уже думал об этом, - прервал. - Это ничего не изменит. Дубликаты документов они и сами сделают. Только ни подписывать, ни договариваться сегодня некому... а немцы не любят таких заминок. Выходит, люди приезжали зря. Уговаривал, настаивал... а сам не приехал. Всё, что я разрабатывал и подготавливал три месяца, пошло прахом.

Авантюризм - плохая черта характера для женщины, - говорила мне мама в детстве. И была права. Чувствовала я себя теперь нелепо и одиноко.

- Прости...

Макс отмер, фокусируя недоумённый взгляд на мне, и вдруг грустно усмехнулся, сжимая мою руку в своей.

- Да брось... Твой поступок не играет решающей роли. Это была изначально моя ошибка, - вздохнул. - Там понимаешь... Я же был уверен, что веду переговоры с теми, кто в этом будет участвовать в первую очередь. Мы давно всё обговорили, всё рассчитали. Клиенты из Германии приезжали, - они были готовы подписать контракт! Мы им были нужны, никто не мог предложить более выгодных условий. Все значимые конкуренты были в выигрыше от нашей с немцами сделки, - кому-то рассрочка, кому-то другой прайс... Всех всё устраивало.

- Их всё равно перекупили?

Макс печально кивнул.

- Какая-то мелкая сошка вдруг стала значимой рыбой, - за какие-то несколько дней!.. Понятно, что там дело нечисто, но факт остаётся фактом: клиента мы упустили. Впервые за несколько лет...

- Неужели больше ничего нельзя сделать? А если позвонить немцам и предложить ещё более выгодные условия? Указать на сомнительную репутацию этих новеньких? Ну не могут же они быть такими глупцами, чтобы кидаться на непроверенных поставщиков?!

- Я звонил. И эти, как ты говоришь, "глупцы" утверждают, что на нашем производстве нарушена технология. Сырьё поставляется некачественное, много брака.

- А это правда?

- Сама как думаешь?

Я задумчиво покачала головой.

- Брак есть, как и везде, - подтвердил мои мысли Макс. - Но его мало и в продажу он не поступает. Один раз пропустили, но тогда контролирующего технолога уволили. Никто даже не узнал, что так было, - товар с извинениями попросили вернуть, и тут же выслали новый.

- Значит, твоей вины в этом нет. Ты ведь не Господь Бог и не супермен, чтобы знать всё и всегда. Да и у этих парней, знаешь ли, случались тяжёлые дни...

На суровых губах появилась кривая усмешка, но последующий вздох показался мне облегчённым.

- Моя работа состоит в том, чтобы знать и предвидеть. Если я разучусь это делать, - зачем я буду нужен Чигракову? Нет, Катюш, я где-то слепо промахнулся. Недодумал, недосмотрел, не учёл...

- Максим, ну неужели теперь все от тебя отвернутся?

- Да нет, конечно. В целом всё идёт неплохо, и мелких клиентов мы, само собой, наберём. Но львиная доля прибыли ожидалась именно от вливаний немцев. Это был бы следующий шаг в росте фирмы... Шаг, который я не сделал. Чиграков мне этого не простит. Он слишком ждал этого момента.

- Я тебя от этого меньше любить не стану, - обняла его за плечо, задавив в себе смущение. - Не вини себя. У каждого человека в жизни случаются промашки, просто потому что идеальных людей не существует. К тому же, тебе не кажется странным, что он спокойно отпустил тебя именно в день тендера, хотя, как ты говоришь, многого ждал от него?

- Это ещё один вопрос, над которым я ломаю теперь голову, - обнял, прижимая к себе и целуя в макушку. - Будешь меня кормить, если я потеряю работу?

Вопрос был задан немного с ироничной интонацией. Даже если Чиграков его уволит, то способностей Макса легко хватит на то, чтобы его оторвали с руками на другой фирме. И уж точно он не был похож на человека, способного обходиться без работы вовсе. Такие люди - строители, демиурги. Им совершенно неважно порой, что именно создавать, - главное удовольствие от процесса, от преодоления трудностей, и последующего результата, от осознания собственной значимости. Вот только бы он не ввалился в депрессию окончательно.

Чтобы как-то отвлечься от грустных мыслей в ожидании окончания тендера мы отправились на прогулку в лес. Гомон птиц и косые лучи солнца, пробивающиеся сквозь разлапистые кривые ветви огромных сосен, быстро выключили внутренний суетливый диалог. Через час неспешного изучения местных тропок и звериных следов даже мой мужчина заметно расслабился, отрешённо скользя взглядом по открывающемуся пейзажу, и явно наслаждался каждым вдохом. Я даже залюбовалась им на фоне сосен.

- Ты такой красивый, - вырвалось невольно. - Прямо как Пан из греческой легенды о Пане и Питис!..

Макс положил ладонь на шершавый коричневый ствол сосны и улыбнулся, щуря глаз от солнца.

- Красавица-нимфа хочет мне сказать, что есть и злой северный ветер Борей? Мм? - сложил руки на груди, сурово взглянув сверху вниз, стоя на обнажённых корнях.

- Нет, - рассмеялась, глядя, как он страшно нахмурил брови, изображая ревность. - Просто ассоциативно вспомнилось. Твои зелёные глаза и озорная улыбка присущи сыну Гермеса, богу зелёных долов. Мне совсем не хочется быть украденной ревнивым холодным ветром и быть превращённой в одинокую сосну на скале, которую только холодный ветер и обнимает.

- Тогда иди сюда! - грозно прорычал, поймал за руку и закинул меня поперёк своего плеча под мои визги и хохот. - Будут мне тут ещё всякие ветры обнимать мою нимфу...

Я потеряла счёт времени, пока мы блуждали по солнечному лесу, ели сладчайшую чернику и землянику, осторожно переходили лесные речки по переброшенным через них шатающимся брёвнам. Целовались, стоя на пеньке под аккомпанемент дрозда и соек. Мне казалось, что я волшебница, которая отбила у дракона сказочного принца. Потому что метаморфозы и впрямь были удивительные: я поймала себя на мысли, что Макс, когда не хмурится и не думает о работе, выглядит гораздо моложе. Даже сейчас, отрешившись от дел и позабыв о проблемах, он словно разом помолодел. А ведь мы здесь всего два дня без малого...

Но, как бы ни сладка была черника, есть захотелось, и довольно быстро. Пришлось возвращаться в лагерь, и идти в местную столовую. Могли бы, конечно, и в городе рядом поужинать, но это ведь так долго... Да и была своя романтика в этих вот советских стеночках столовой, выложенных мозаичной плиткой в виде бегущего мальчика с огнём в руке. То ли Данко вырвал горящее сердце, то ли олимпиец бежит с факелом - уже не разобрать.

 

Некоторые люди часто жалуются на то, что розы имеют шипы.

Я же благодарю шипы за то, что у них есть розы.

Альфонс Карр

Глава 6

 

 

Неделя чудесного отдыха пролетела даже слишком быстро. Но и её вполне хватило на то, чтобы перестать спешить, нервничать, волноваться по пустякам. На следующее утро нам обоим нужно было на работу, и наверное бы это был очередной стресс: вскочить, метаться по квартире, поглядывая на часы и бежать к машине...

Но сегодня я проснулась от запаха кофе и нежного поцелуя в висок. Только никогда не понимала, как это можно вообще кушать, едва проснувшись? Не почистив зубы, не умывшись, - не говоря уж о том, что со сна организм хочет только одного: спать! С другой стороны...

Приятно, что тебе в постель приносит лёгкий завтрак любимый мужчина! Особенно, если учесть, что он готовить толком не умеет, а с кухни тянется едва уловимый шлейф чего-то подгоревшего.

- Доброе утро, соня моя, - улыбнулся.

- Мм!.. - потянулась довольно, разглядывая из-под ресниц соблазнительный торс Макса. И только сейчас сообразила, что за поскрипывающие ритмичные звуки раздавались с первого этажа: он отжимался! Никак не привыкну, что его утро так или иначе почти всегда начиналось с лёгкой разминки. Это не занимало много времени, я даже чаще всего не успевала проснуться. Невольно начались угрызения совести, что я с ним совсем расслабилась и забыла о регулярных посещениях спортзала. Да и где тут было развернуться?

На импровизированном подносе из разделочной доски были кофе, варёные яйца в специальной розеточке, немного подгорелые тосты, масло и джем. Попросила подождать пару минут, сбегала в ванную, чтобы умыться и вернулась в постель немного растрёпанной красавицей в белых коротеньких кружавчиках.

Надо ли говорить, что доесть мне дали, но очень отвлекали? Пришлось прилагать большие усилия, чтобы не расплескать кофе... Остатки которого у меня таки отобрали! Но заниматься любовью на полный желудок - извращение, так что зря вот он кофе отобрал, ой, зря...

- В следующий раз, мадам, пока не исполните супружеский долг, никакого кофе в постель!.. - надулся, ложась рядом.

- А ты хотел купить меня что ли?! За кофе?! - изумилась я. Вечером мы немного повздорили из-за ерунды, и вся эта романтика мигом предстала не в лучшем свете.

На меня странно покосились.

- Тебе не кажется, что ты в последнее время стала немного стервозной? Кать, что происходит, а? Я тебя раздражаю? Так давай уйду!..

Это было правдой. За последние три дня, не смотря на романтику, пропитавшую каждый уголок этого домика и леса, я всё чаще срывалась на Макса по пустякам. И ведь понимала, что глупость, блажь, но сделать с собой ничего не могла!

- Пмс? - предположил.

Так я и призналась! Кто же о таких вещах спрашивает?

- Как у вас всё сложно... - вздохнул, положив руку поверх моей.

Да, женщины вообще сложные создания. Я посмотрела с любопытством на Максима. Во мне боролись благодарность за понимание и раздражение. Мог бы и настоять, между прочим! Хотя всё равно бы отказала... Но мог!..

Как бы ни было жаль прерывать отпуск, а до города... да, да. Шесть часов. А ещё котов забирать и собаку... Макс хмуро таскал в машину вещи, проверял багажник, колёса. Мне тоже не хотелось уезжать, да и живот ныл всё сильнее.

- Я поведу, - заявил он тоном, не терпящим возражений, и перекрыл мне путь к водительскому сидению.

- Макс!.. - возмущённо засопела. - Это моя машина! Сама справлюсь.

- Будем ругаться?

Максим сложил руки на груди, и не думая садиться рядом, на пассажирское сидение. Ну почему со мной просто нельзя согласиться? Зачем всё время выпячивать своё "Я", и диктовать глупые условия?! Бесит, бесит, бесит!!!

Стоим на стоянке, как дураки. Багаж собран, ключи от домика у кастелянши. Я за рулём, Макс - в позе.

И молчим.

Птички чирикают, озеро поблескивает, озоном немного пахнет.

- Катерин, - выдохнув, склонился к водительскому окошку. - Нам ехать очень далеко. А ты психуешь, плохо контролируешь свои эмоции и наверняка плохо себя чувствуешь...

- Нормально я себя чувствую!.. - вцепилась в руль.

- Ка-тя... - протянул, сдерживаясь. - Или будешь пассажиром, или никуда не едем.

- Ни то, ни другое.

Мы помолчали ещё немного. И я сдалась. Знаю, что наверняка потом пожалею, и что эта покорность мне потом аукнется! Но таблетка так и не помогла, и приходилось признать, что Макс прав. Чуточку. Микроскопическую.

Первый час езды мы молчали, каждый думал о своём. Вдали грохотал гром, надвигалась гроза. Под шум покрышек и плавное, невесомое покачивание подвески меня неуклонно тянуло в сон. Кажется, я даже немного задремала, прежде чем всплеснула руками, не успев прийти в себя. Визг тормозов, карусель из деревьев и поля. Я зажмурила глаза, закричав от страха! Потому что... Потому что я взмыла в воздухе вместе со своей частью машины, всё больше накреняясь над Максом.

Это был вальс смерти на пустынной дороге. Никто нам не поможет, никто! До ближайшего города не близко, а мы... Ещё не факт...

Напряжённый мужчина крутил руль, пытался нас выровнять, и в какой-то момент мы всё-таки очутились всеми четырьмя колёсами на скользкой, залитой дождём дороге.

Сделав полукруг, мы медленно съезжали к метровому обрыву возле поля... Но внезапно всё кончилось. Машина остановилась, замерли её обитатели.

- Цела? - повернулся белый, как лист бумаги Макс. Его руки немного тряслись.

Я молчала. Никто и ничто не способен был сейчас вытащить из меня хотя бы звук. Он быстро отстегнулся, щёлкнул и моим ремнём безопасности. И только теперь я ощутила, как больно дышать. Не сделать ни вдоха, ни выдохнуть толком.

- Сейчас... Потерпи, малыш...

Макс судорожно набирал номера служб спасения.

Это хорошо. Значит, есть связь. Значит, есть шанс... Но как же больно, как же страшно!..

Минуты текли мучительно долго, но, как ни странно, постепенно я начинала обретать реальность происходящего. На Макса было жалко смотреть: белый, ругающийся с операторами, поторапливающий их, он был готов сделать что угодно, лишь бы поскорее выйти из этой ситуации.

А дождь всё не утихал.

Усилившись, он теперь стоял сплошной стеной, за которой было не разглядеть и поля по соседству. Белый дым из-под капота пугал, и я, не отрываясь, смотрела, как Максим, стоя под проливным дождём, пытается что-то исправить. Наверное, тосол протёк, когда кувыркнулись...

"Скорая" приехала почти одновременно с эвакуатором.

- Видимых переломов и вывихов нет, - заключил фельдшер, осмотрев нас обоих. - Но без рентгена сказать точно нельзя. Нужно ехать в больничку.

- Со мной всё в порядке, - прошептала.

С детства не люблю больнички, и не желаю их вспоминать! Фельдшер перевёл вопросительный взгляд на Макса.

- Мы едем в больницу, - кивнул он, скептически посмотрев на меня. - Всё равно до города надо как-то добираться.

Самые ценные вещи мы забрали, а вот таскаться с двумя сумками одежды... Решили оставить в машине, которую эвакуатор увёз в наш город на охраняемую стоянку. Как и предполагалось, в больнице ничего, кроме очереди и двух часов ожидания мы не получили. Только когда оформляли документы в регистратуре, на нас зло глянула тётка, обнаружив явное расхождение в паспортах в графе о регистрации брака.

"Так тебе и надо", - пробубнила под нос. Приобнявший меня Макс не услышал, а мне не хотелось нового негатива. Слишком быстро пролетела жизнь перед глазами там, на дороге. Правда, купюра, которую Максим подсунул тётке в заполненную квитанцию, значительно ускорила очередь и смягчила регистраторшу. Деньги в этом мире делают не всё, но значительно упрощают жизнь, - факт.

Когда мы уже сидели в городском ресторане после всех злоключений, и ожидали заказ, Максим вдруг предложил пересесть за столик с диванчиком. И уже отбросив ложные приличия, прижал к себе, судорожно выдыхая в макушку. Всё это время он был непроницаемо спокоен, и, кажется, только сейчас его накрыло...

- Надо было остаться на базе. Чёрт с ней, с работой... Я думал - всё.

- Хорошо, что я тебя послушала, - голос неожиданно дрогнул. - Я бы не справилась. Мы бы точно перевернулись и вряд ли бы отделались только синяками от ремней безопасности.

В его объятиях сейчас - словно за стеной. Банально, да, но это понятие остро чувствовалось, как никогда. Просто именно сейчас я поняла, что могла больше никогда не увидеть Максима, маму, вредную младшую сестру и Аришку. И даже Дамьена с Шером. Вся моя жизнь, которую я так успела полюбить за последний месяц могла закончиться несколько часов назад на щербатой дороге. В груде искорёженного металла.

И сейчас каждый наш вздох, каждое прикосновение Макса, каждое его слово - не дар ли? Дар новой жизни, в которую мы смогли чудом шагнуть вместе, переступив опасный порог.

- Когда ты документы подашь на развод? - тихо спросил, задумчиво оглядывая моё лицо.

Значит, всё-таки слышал регистраторшу...

- Займусь на неделе. Ты не слушай, что люди говорят... Каждому ведь не объяснишь.

- Это ты слушаешь. И это неприятно нам обоим, разве нет?

- Да... - эхом откликнулась. И задала вопрос, который боялась озвучивать. - Макс, а что случилось на дороге?

Очень хотелось отругать его за невнимательность, - мы ведь оба могли погибнуть! Но сначала... Макс задумчиво отодвинул салфетку, ожидая, пока официант, принёсший заказ, удалится. Даже страшно немного стало от этого взгляда в себя. Он словно вновь переживал сейчас эту жуткую аварию!..

- Кать, а где тебе техосмотр делали? - внимательно взглянул в глаза, прищурившись.

Чувствуя себя подозреваемым на допросе, я ответила. Машина подержанная, я покупала её на свои деньги, которые прятала от Юрика. Скандал был, конечно, но зато я гордилась своей любимицей! И техосмотр мне делали в местном автосервисе...

- Почему ты спрашиваешь? - напряглась.

Он покачал головой, рассеянно вертя в руках вилку. Когда он сказал, что машину осмотрят профи из сервисного салона дилера, который занимается нашими марками, я не нашлась, что возразить. Он тогда был настолько взвинчен, а мне было не до того.

Когда у женщины случается стресс, да ещё и критические дни на носу, - это, скажу я вам, стресс тройной, но для мужчин. Потому что бесит же невозможно! Сидит, молчит, а я словно отсутствую!..

- Макс, ты не хочешь мне что-нибудь сказать? Например, прощения попросить?! Неужели ты не понимаешь, что мы могли разбиться, - оба! Просто больше не встать, или остаться калеками там, на дороге - по твоей милости?!

Плечам и спине без горячей мужской руки стало невыносимо холодно. Я сглотнула комок в горле. А меня уже несло:

- Ты всё время молчишь с тех пор, как мы выбрались, ничего не объясняешь, даже в очереди больницы ни слова толком не проронил! Неужели я недостойна твоих объяснений, скажи-ка?!

Меня смерили холодным взглядом, от которого мурашки по коже поползли. Так он на меня ещё никогда не смотрел, даже перед отпуском. Словно я в один момент стала чужой и между нами - пропасть из сталагмитов льда!

- Всё сказала?

Повисла тишина. Очень не хотелось признавать, что я действительно закончила, поэтому я просто отвернулась. Неожиданно стало темно и только из узеньких окошек бил тусклый дневной свет с улиц. К счастью, нам быстро принесли настольные фонарики, сделанные под лампадки. А Макс как сидел, сложив на груди красивые руки, так и не шелохнулся. Только когда мы остались наедине, продолжил хмуро:

- Разрешите доложить, дорогая фурия?

Я взрослая женщина, я взрослая... Но отчего так хочется сделать что-нибудь по-детски гадкое?!

- Не беси меня.

- Слушай, мне показалось, или мы стали лучше понимать друг друга за эту неделю? - Спросил с холодной иронией в голосе и непременным прищуром на один глаз. - Я к тому, Кать, что пережил не меньше тебя, но не срываюсь на непристойный визг, как пьяная маркитантка.

Теперь была моя очередь сосредоточенно ковырять вилкой содержимое тарелки. Кому тут должно быть стыдно? Мне что ли?..

- Я потерял управление машиной, - собравшись с духом, произнёс он в полной тишине. - И я не знаю, как тебе ответить на твой вопрос. Думаешь, я не понимаю, что могло произойти? Но можешь обижаться на меня, сколько захочешь. От меня в тот момент практически ничего не зависело. Машина, которая совсем недавно прошла техосмотр так себя вести не должна. Даже с учётом дождя. Даже с учётом уникальных местных дорог, которые ремонтируют от случая к случаю.

Тишина полупустого заведения давила своей безысходностью. Признавать свою неправоту я не хотела, поэтому ели молча, каждый думая о своём. Деловой такой ужин. Без тёплых взглядов, улыбок, привычных шуток и излюбленного обсуждения фильмов на основе древнегреческого эпоса.

Тишину разрушил телефонный звонок с неопределившимся номером. Что, опять какой-нибудь "соцопрос, который не займёт много времени"? Ответила, просто чтобы разрядить холодную атмосферу. И тут же услышала знакомый до дрожи в коленках голос:

- Кать, не бросай трубку. Достать твой новый номер было не просто.

Бросило в жар. Вот Юрки мне ещё не хватало!

- Что ты хотел? - тихо буркнула, всем существом ощущая напряжённый вопросительный взгляд Макса.

- Я хотел?.. Это уже не важно, чего хотел я. Ты пожелала развода. Я готов обсудить детали при личной встрече. Договоримся о мирном решении, поделим квартиру и мебель.

- Когда? - поймала на себе испепеляющий взгляд и заёрзала, невольно отодвигаясь.

- Приезжай завтра вечером. Набери мне, договоримся.

- Хорошо...

Стоило сбросить звонок дрожащими пальцами, как Макс безапелляционно заявил:

- Я тебя туда не отпущу. Пусть приезжает в кафе напротив дома.

- Ты что, подслушивал?!

- Значит, действительно к себе позвал квартиру делить? - снисходительно хмыкнул, щурясь на меня исподлобья.

- Макс, ты ведь сам спрашивал про развод. И что значит "не отпущу"?

- То и значит. Он тебе красивых баллад сейчас насочиняет, и домой ты не вернёшься. И я, конечно, ценю одиночество, но буду безмерно скучать по твоему коту и дорогим женским шампуням в ванной, вытеснившим всё драгоценное мне пространство.

- Ты драматизируешь, - нахохлилась.

- Несомненно. Но это не меняет моего условия насчёт кафе.

- Максим, он - мой муж, в конце концов! И мы должны...

- А я тебе кто? - перебил. - Игрушка без права голоса?

Вопрос повис в воздухе, я отвернулась. Если бы он знал, сколько значит для меня, то не стал бы даже спрашивать об этом! Неужели он до сих пор этого не понял? Я ведь столько раз могла уйти, но столько терпела, столько вынесла! Да я же первая сказала, что люблю, а в ответ ни разу, - вот ни единого доброго раза не услышала того же!.. И ради чего? Ради вот этого глупого вопроса с претензией?!

И стоило мне повернуться к нему, чтобы объясниться, как Макс молча встал, бросив салфетку на стол, и направился к выходу.

Сердце замерло, время остановилось.

Он уходит.

Уходит!..

- Максим!.. - вскочила с места, тут же забыв об обиде.

Мой голос слишком громко раздался в пустом зале, даже тихая музыка не скрасила звона тревожных нот. Он обернулся лишь у выхода. Мрачный, серый. И, черт возьми, это в сто раз больнее пощёчины, когда такой человек, как Макс, всё так же молча отстраняется от моих рук и исчезает за дверью мужского туалета.

Разве я это заслужила: вот так стоять неловко перед хлопнувшей у носа дверью на глазах у всех, и пытаться понять, насколько сильно я задела молчанием своего мужчину в ответ на важный вопрос и во что теперь всё это выльется? Разве так ведут себя влюблённые?..

Захлопнутая щербатая дверь цвета венге с хромированной ручкой и писающим мальчиком в треугольничке говорила, что так и есть. Заслужила. Ведут.

 Наверное, я просто заигралась в любимую.

Да, так и было!..

 Зная, что многие капризы сойдут мне с рук, я с упоением жаждущего пить в пустыне - пользовалась этим. Чувствовала, что играю с огнём, что пожалею, но уже не могла остановиться.

Как глупо вышло!

- Девушка, ещё что-нибудь заказывать будете, - поинтересовалась официантка, вышколено улыбаясь и косясь на слишком близкую теперь входную дверь.

- Мыло и верёвку, - рассеянно буркнула.

- Простите?..

- А?.. - вернулась в реальность. - Счёт, пожалуйста, - стушевалась.

А ведь раньше это я у Юры спрашивала, кто я ему, когда мы ссорились. А он молчал, подлец. Молчал и отворачивался, - прямо как я несколько минут назад!.. А Катя - кактус. Кактус безголовый!..

Прошло немало времени, прежде чем я успела в деталях запомнить эту клятую дверь, поковырять давно остывший десерт и начать всерьёз волноваться. Это чем там надо так долго заниматься, а?.. А вдруг у Макса с сердцем проблемы?

 Туалеты здесь маленькие, на две кабинки максимум, насколько я уже могла судить по женской его части. Но зашли туда уже больше двух человек, - не показатель, конечно, но...

  Хуже уже не будет. Хуже неизвестности может быть только растянутое во времени ожидание! Расплатившись и улучив момент, когда никто не смотрит, я сделала вид, будто мне снова приспичило. У девочек это бывает, - никто и не обернулся! А если наткнусь на кого - нибудь, то скажу "ой!.."

 Но в мужском закутке никого не было. Чистенько, свежо, огромное окно из зальчика с умывальниками приоткрыто. Обе кабинки были приветливо распахнуты, являя миру свои пустые недра.

 Я подозрительно покосилась на окно. Потом на дверь. И снова на окно. Это шутка?!

 Взяв себя в руки, я снова оглядела помещение, но, разумеется, никого не нашла. Хуже того, я даже не знала, как реагировать! Одно дело, если бы просто ушёл и бросил. Но сбежать через окно это слишком эксцентрично для уравновешенного, терпеливого и романтичного Максима. Ну не с ножом же на него напали!.. А может, я просмотрела, как он вышел, пока пирожное изучала? Да нет, не могла!..

 - Девушка, вы, наверное, ошиблись, - ехидно улыбнулся молодой парень на пороге тайной мужской комнаты.

 - Ещё как!.. - буркнула, ретируясь наружу.

  Ничего, деньги у меня есть, доберусь и сама до дома... До дома.

 Я закусила губу, затормозив на пороге кафе. Подумала, и решила набрать номер Макса.

  - Поручик первого императорского полка у аппарата! - с мрачной иронией в голосе отозвался он.

 Ответил сразу, да ещё и шутит - даже выдохнула!

 - Дорогой, а ты где? - вкрадчиво поинтересовалась, - У меня тут счета не оплачены, поклонники разбежались, и прибить некого...

 - Мадам, пока вы исследовали совершенно неприличные для дамы места, - я невольно обернулась, но никого не нашла. - ...Я нашёл для нас карету, ведущую прямиком в скромные деревни моего родового поместья... В общем, выходи уже, Несмеяна моя. Если не успеем сегодня до дома добраться, амператор мне завтра башку оттяпает, и никакое женское заступничество не поможет.

  Последние слова я услышала уже обоими ушами, улыбаясь, как майское солнышко и неловко краснея, пока сминала у груди шуршащий букетик из нежно - зелёных и белых лилий, садясь на заднее сидение аккуратного баклажанового фордика. Максим сел рядом, хотя я точно помнила, что не любил сидеть сзади. Я с любопытством загипнотизированного кролика наблюдала за ним: сидит особняком, словно мы чужие, на лице сосредоточенность. Это вот точно он мне цветы дарил сейчас и заигрывал холодно?

  Когда мы уже миновали черту этого маленького городка, я всё же рискнула спросить, хитро прячась за цветами:

 - Макс, тебе не стыдно было по окнам туалета лазить?

 - Я? По туалетам?! - притворно оскорбился. - Мадам, да как вы могли обо мне такое подумать!.. Разве что исключительно по женским, и то в качестве любопытства! - ехидно улыбнулся, подмигивая.

  Он ловко увернулся от удара моей ладони по груди, поймав руку в полёте, и потянул за неё к себе. Отсмеявшись, я едва не расплакалась, вновь ощущая тепло и одуряющий родной запах, идущий от его светлой футболки.

 - Прости, - шепнула, выглядывая из-под мышки мужчины. Закусила губу и добавила ещё тише: - Я люблю тебя, разве ты не знаешь?

 Он иронично сощурился, всё ещё пытаясь играть обиду. Но тёплая кошачья улыбка и влюблённый взгляд выдавали с головой. И это ничего, что промолчал, щекотно целуя лоб сквозь чёлку. Ничего, что стиснул на секунду совсем больно, жарко выдыхая в макушку. Мне большего и не надо. Я знаю. Я вижу. Чувствую.

 

Не любит тот, кто про любовь всем трубит.

Уильям Шекспир

Глава 7

 

 

Утром мы собирались едва ли не наперегонки - проспали оба! Ну как, как можно было проигнорировать два будильника и голодных котов?! Оказалось, что очень даже можно. Макс клялся, что вставал и кормил их, а потом пришёл будить меня, но не заметил, как сам уснул рядом. Ещё и виновата оказалась, что со мной проще заснуть, чем разбудить! А мой будильник, как выяснилось позже, просто не сработал. И если бы не возмущённо тявкающий шпиц, потерявший терпение от желания сходить на променад, то мы бы спали и дальше!..

Макс очень рисковал опоздать на работу, но всё равно сначала отвёз меня. Только подгонял, ничего не слушая о вреде опозданий. Пришлось проявлять чудеса акробатики и краситься в машине по пути. Но мне ли привыкать?

В разгар рабочего дня, когда моя голова была готова лопнуть от обилия новой информации, проблем и боли, а запаздывающие женские дни с остервенением голодной собаки рвали нутро, позвонил Максим. Он был немного взволнован, хотя и старался не выдать себя.

 - Макс, что случилось? - спросила в лоб после обсуждения моего самочувствия, проблем на работе и планов на вечер. - Ты словно ходишь вокруг да около, а мне это не нравится!

 - Ничего не случилось, Катюш, - грустно вздохнул. - Сходи в аптеку, купи лекарство. А лучше к врачу сразу, раз так больно.

 - Да всё нормально, не волнуйся, - вымученно улыбнулась. - У тебя были планы на меня, так?

 - Твоё здоровье важнее. Обойдусь.

 - Макси-им, - заканючила жалобно. - Я же умру от любопытства быстрее, чем от боли!..

Он помялся немного, но ответил:

 - Завтра будет банкет для представителей крупных организаций. Чиграков хочет, чтобы я был там. Это всё завуалированное знакомство с новыми выгодными партнёрами, конечно. Ну и демонстрация благосостояния. Обычно все приходят с парами, чтобы создать ненавязчивую обстановку... Ничего, буду один.

На несколько секунд мне удалось абстрагироваться от боли. Один?.. Это ведь важное мероприятие для него, глупо отрицать! "Скажи мне, кто твоя женщина, и я скажу тебе, кто ты", - любимая поговорка нашего бывшего генерального.

 А если я не справлюсь? Вдруг я всё испорчу? Но нет, не должна. Такие корпоративы мне знакомы, и вряд ли масштаб что-то изменит. Главное, вежливо улыбаться и не пить. Делать вид, что пьёшь, но не пить.

 - Какой дресс-код? - спросила.

 - Уверена? - он явно хмурился. - Кать, я сказал не затем, чтобы пригласить тебя, а чтобы удовлетворить твоё любопытство. Не нужно себя мучить только ради того, чтобы я оценил твой поступок. Я знаю, что ты можешь и спасибо тебе за это. Но...

 - Но я хочу!.. - перебила.

На самом деле я до конца ещё ничего не решила, но есть у меня гадкая привычка идти до конца, пусть и из чистого принципа!

 - Хочушка, - передразнил игриво, вздыхая обречённо.

Да-да. Спорить со мной сложно. Вопрос только в том, что с Максимом это действительно имело смысл. Поэтому "хочу", и "дай" очень быстро приживались в моём лексиконе.

 - Вся твоя, - мстительно улыбнулась.

 - До завтрашнего вечера у тебя есть время, чтобы купить себе сдержанное элегантное платье, и посетить всяких там косметологов если нужно.

До завтрашнего вечера?! Наконец, до меня дошло, на что я добровольно подписалась. Мой рабочий день никто не отменял, а свой отпуск я и так едва не на коленях вымаливала у нового начальства, и то за свой счёт, - не может быть и речи об очередном выходном! Значит, придётся всё делать очень быстро.

Обезболивающие, салон красоты, стрижка, покраска... Я бы ни за что не выдержала этот вечерний марафон! Но хотя бы за платьем я отправлюсь не одна. Аришка любезно предложила составить мне компанию, а это значило, что вечер будет о-очень долгим и очень насыщенным!

- Боже!.. - с ноткой ревности воскликнула она, когда мы, наконец встретились в торговом центре. - Когда ты стала такой красавицей?!

Я застыла, чувствуя себя неловко.

- Ты так говоришь, словно я была дурнушкой...

- А?.. - оторвалась она от задумчивого разглядывания меня. - Ой, прости... - скептически ухмыльнулась. - Нет, не дурнушкой, конечно. Но ты же сама твердила, что ты мышь серая и это не исправить. И где тут мышь? Где, я тебя спрашиваю?!

Мы рассмеялись. На самом деле, я и впрямь похорошела после салона. Возможно, теперь я даже почти не буду комплексовать на фоне фигуристой подруги, любительницы спа-салонов и дорогих ухажёров. А на Аришку обижаться бессмысленно: кто ещё, как не подруга, скажет правду без прикрас?

Я украдкой глянула на своё отражение в витрине. Мне нравилась эта симпатичная девушка с модной стрижкой. Нравился её естественный румянец на щёчках и блеск в больших глазах. Пожалуй, мы всё-таки подружимся. Особенно если попробовать примерить вон то потрясающее платье, так удачно вписавшееся в моё отражение!..

Ах, этот шопинг, ах, эти скидки!..

Мы перемерили просто безобразное количество платьев, туфель и даже перчаток. Господи, я и забыла, как это весело - ходить с подружкой по магазинам! Слушать её остроумные комментарии, отвечать тем же, кривляться, утрированно подражая знаменитостям. И снова идти в следующий магазин. Кажется, мы достали консультантов глупыми вопросами, но... как же я давно так не отдыхала! Мне казалось, что я готова спустить все свои деньги на бездумные покупки, и только критический взгляд подруги поверх модных очков останавливал от очередной траты.

Проблема девочек ведь не в том, что вечно носить нечего, - вовсе нет! Просто для нас поход по магазинам это способ снятия стресса. Повод пообщаться с подружкой, выслушать порцию комплиментов и сменить обстановку. А покупки... Это просто приятный бонус. Который совсем не обязательно будет использоваться в дальнейшем по назначению.

Во фразе "купить платье" ключевым словом является "купить", а не всё остальное.

И всё же, мы его нашли. Когда казалось, что магазины уже кончились, а вместе с этим окончательно угасла надежда на удачную покупку, мы, не сговариваясь, замолкли и синхронно ткнули пальцем в одну и ту же витрину:

- Оно!!!

И всё могло бы кончиться не так радужно, как нам бы хотелось, - ведь оставался последний размер! А как бы я ни худела, до "S" мне было далеко, но положение спас обаятельный молодой продавец-консультант. Увидев моё разочарование, пополам с отчаянием, он попросил подождать минут десять, которые мы с Аришкой пережидали в мучениях, - ещё и поясница заныла снова! - и вернулся, - да! - с нужным размером!..

Бывает так, что видишь вещь и понимаешь, что вы созданы друг для друга. И сколько бы та ни стоила - отдашь последние деньги. Потому что с первого взгляда, с первого прикосновения - она твоя. И немыслимо себе представить, что к ней будет прикасаться кто-то другой, любоваться её лоском, красоваться в ней перед незнакомыми людьми. Так случилось и с этим, недешёвым, надо сказать, платьем. Ещё в примерочной я любовно разглаживала на округлых бёдрах складочки, поправляла соблазнительное даже на моей груди декольте, и не верила собственным глазам, какой изящной и элегантной женщиной я могу быть при правильном подборе одежды и белья!

Немного подумав, я решила там же быстренько распаковать и новые, только что купленные туфли, которые как по провидению оказались идеальной парой к платью. Всё-таки у женщин есть своя магия, и имя ей - интуиция. Отдёрнув шторку примерочной и явив себя миру, я была уверена в восторженной оценке подруги. Но Арина отчего-то задумчиво окинула меня колким взглядом и спустя неловкую паузу заявила:

- Знаешь, Кать, я, пожалуй, больше не буду тебя знакомить со своими кавалерами. Поссоримся.

- Ладно, будем считать, что это высшая оценка этому платью, - улыбнулась я натянуто.

Вообще-то Арина Николаевна вполне серьёзный, самостоятельный человек, и зарабатывает неплохие деньги, проектируя ремонт для дорогих клиентов. Но есть у неё пара пунктиков: мужчина должен полностью содержать женщину, а подруги должны быть некрасивыми. Но я не стала на неё обижаться. У каждого свои войны в голове, мне со своими бы справиться. Аринка мне много раз помогала и словом и делом, не смотря на немного взбалмошный характер. Люблю я её, - что поделать?..

Напряжённую обстановку развеяли несколько коктейлей, которые мы заказали в ресторанном дворике. Сладкие, разноцветные, они быстро подняли настроение и заставили забыть об обидах и угрызениях совести за впервые потраченные деньги с карточки Максима. Слово за слово, глоток за глотком - и мы снова лучшие подруги, не разлей вода!

Аринка сама не заметила, как стала делиться интимными секретами о своём новом мужчине, с которым отдыхала на море, а я... А у меня отчего-то язык не поворачивался рассказывать такие вещи о Максе. Не то, чтобы я была такой уж скрытной или ханжой, нет, напротив... О Юрке мы могли болтать часами, обсуждая такие вещи, от которых он бы сам давно покраснел. Но как ни намекала Аришка на интимные тайны жизни с Максимом, как ни спрашивала, какой он в постели, я так и не смогла сказать ничего внятного, - словно по живому резали!

Коктейли текли сладкой, разноцветной рекой, и мы счастливо болтали обо всём, о чём так любят сплетничать женщины. У Аришки появился завидный ухажёр, и её было не остановить в рассказах о нём. В какой-то момент я даже начала всерьёз завидовать... А потом снова коктейли, и снова... Только в туалет приходилось бегать частенько, - такой объем жидкости ещё переработать надо!.. Кажется, несколько раз звонил Юрий. Кажется, он говорил о любви. Но коктейлей было уже слишком много, а осознание происходящего слабело с каждой минутой.

- Знаешь, в тебе появилось что-то загадочное, - пьяно улыбнулась Аришка.

- Да! В нас обеих... загадочно плещутся четыре, пять... Пять? Восемь?.. Коктейлей... - хихикнула я.

- Нет, - покачала она головой, грозя наманикюренным пальчиком. - Да что мы там выпили?.. - отмахнулась. - Я ведь тоже сначала подумала, что дело в причёске или одежде. Но ты же теперь словно светишься изнутри, на тебя мужики головы сворачивают.

- Да?.. - изумилась. - Где?..

Мужчины на нас, если и смотрели, то, как на аттракцион, ибо сами были нетрезвыми.

- И ничего-то ты не замечаешь, - огорчённо вздохнула она, ехидно улыбаясь по-прокурорски. - Этот твой Макс, наверное, потрясающий тип, раз ты в него так втрескалась. Юрка на фоне него нервно курит в углу, хотя и признанный красавчик. Его ты так не скрывала!..

- Макс - гусар! - расплылась я в горделивой улыбке и томно вздохнула. - Он... он... - попыталась найти в нетрезвом сознании ускользающую мысль. - Он самый лучший гусар!..

Аришка захихикала.

- Завидую, - уважительно кивнула с улыбкой. - За гусаров!

- За них! - тостовали мы новой порцией коктейлей, и я снова сбросила звонок надоедливо жужжащего смартфона.

Спустя несколько минут к нам подсели те самые ребята, что сидели за соседним столиком. То, что мы не хотим нарушать наше женское уединение, - у нас только-только разговор о жизни наладился! - их нисколько не смущало. Один приклеился к Аришке, второй уговаривал меня на романтичное уединение в его квартире.

- Так, мужики, рандеву окончено. Девушки со мной! - раздался у меня за спиной знакомый голос, когда в ход пошли не только комплименты, но и руки.

- Ты кто вообще? - напряглись оба, не желая отступать.

- Я их муж, гарем у меня...

- Тебе не много одному-то? - ухмыльнулся "мой" кавалер.

- Мне нормально. Ну, так как, разойдёмся миром, или охрану звать?

Я ощутила горячие ладони на своих плечах и улыбнулась. Аришка, не смотря на количество выпитого, быстро оценила ситуацию и подыгрывала нам, как могла. И на вопрос, заданный ей "ты и правда - с ним?" мы обе хором ответили "да!" Наши незваные кавалеры переглянулись, и один даже хотел было "выйти поговорить по-мужски" с Максом, но увидев приближающуюся охрану, оба быстро струсили и, молча двоясь, ретировались из ресторанного дворика.

Максим представился Аришке, поинтересовавшись, как зовут одну из его временных жён. Она рассмеялась и в ответ протянула ручку, называя своё имя. И так она улыбалась, так кокетничала, что я невольно ощутила укол ревности! Но ручку он целовать не стал, только сжал шутливо кланяясь. А я совершенно по-детски выдохнула, словно избежала чего-то ужасного. Затем он сел рядом с нами, положив на стол свой небольшой пакет, заглянул в пустые стаканы, и принюхался.

- Вот это и называется "хочу на ручки"? - ехидно ухмыльнулся, отбирая у меня початый коктейль. "Голубая лагуна", кажется...

- Ты о чём? - изумилась я, смущаясь.

Было отчего-то стыдно. Очень-очень. А ещё всё вокруг плыло сильно-сильно. И как же я устала!..

- А кто мне шесть раз не ответил на звонок, но зато смс сбрасывал с очень интимными пожеланиями и ошибками в каждом слове?

Я распахнула глаза, краснея и вспоминая о том, что я ему писала. А вспомнив в подробностях, покраснела ещё больше. Божечки...

А Макс тем временем, оценив многообещающей улыбкой мой румянец до ушей, продолжил расследование.

- Леди, вы обе хоть что-нибудь ели? Потому что я боюсь даже спрашивать, сколько стаканов уже унесли.

Леди покаянно покачали головой, стараясь не шататься от такого пассажа. Следом последовал заказ на две порции горячего крепкого чая, десерты и незнакомое название, которое относилось к горячему. Официант быстро записывал, и спустя несколько минут принёс чай и зачем-то две большие ложки. И вот тут началось самое интересное: под нашими изумлёнными взглядами Максим достал из маленького пакета большой тюбик, откуда выдавил на каждую столовую ложку по горке прозрачного студенистого геля.

- Что это? - спросила подруга, принимая из рук Макса ложку с подозрительным угощением.

- Это чтобы не тошнило и в голове прояснилось.

- И коктейли мы пили зря, что ли? - возмутилась она, пьяно качнувшись.

- Конечно зря, - вручил мне мою порцию. - Мадам Арину я заставить это съесть не могу, а у тебя, любовь моя, выбора, пожалуй, нет. Только не жуй, оно безвкусное и немного гадкое. Зато помогает на раз.

Я сморщилась, попробовав действительно гадкую по причине отсутствия вкуса и запаха консистенцию. Но ощутив, с какой скоростью вокруг меня стал вращаться мир после закрытия глаз, тут же пересилила себя, и с третьей попытки смогла проглотить лекарство. Ненавижу "пьяные вертолёты", ненавижу тошноту и вкус помойки во рту на утро! И как я могла обо всём этом забыть?..

- Вот и умница, - похвалил он меня, стискивая мою ладонь в горячей руке. - Теперь ждём минут пятнадцать и можем приступать к нормальному ужину. Надеюсь, здесь сносно кормят, иначе придётся ехать в место, которому я доверяю больше и кормить вас там.

Я смущённо улыбнулась, взглянув в снисходительный прищур глаз. Он ведь знает, что я не пью, знает, что мне не нужны все эти коктейли. Просто я расслабилась немного, потеряла контроль... Стиснула его пальцы в своём кулаке. Мне было хорошо от того, что он рядом. Спокойно. Появилась твёрдая уверенность в себе и своих силах, словно броня окружавшая меня вокруг. И это было чертовски приятное ощущение!..

Аришка, к слову, так и не решилась отведать отрезвляющего зелья, с интересом косясь то на меня, то на Макса. А вот я, попивая маленькими глотками горячий крепкий чай, очень быстро приходила в себя, и когда принесли горячее, на поверку оказавшееся кусочками аппетитно пахнущего тушёного мяса с овощами и рисом, приступила к нему с голодным энтузиазмом!

Поначалу разговор не клеился, но постепенно и Арина и Максим нашли общие темы для разговора, и подружка всё-таки согласилась принять лекарство, с изумлением обнаружив, как быстро трезвеет. Она попыталась попросить своего нового кавалера забрать её из ресторана, но что-то не сложилось, и Арина выглядела очень расстроенной. И когда мы уже ехали домой, подкинув сначала её, я была уже абсолютно трезвой и дремала на переднем сидении машины. Вздрогнула, лишь когда ощутила прохладную руку на своей щеке, - Макс на несколько секунд отвлёкся от дороги, с тревогой поглядывая на меня.

- Как себя чувствуешь? - спросил, поворачивая за угол.

Мы почти приехали.

- Нормально, только устала очень. Зато знаешь, я такое платье купила!.. Правда, мне пришлось воспользоваться твоей карточкой...

- Я видел сообщение о списании... - кивнул рассеянно.

Зачем-то потрогал мои руки, плечи.

- Что ты делаешь? - возмутилась.

- Трогаю свою женщину, - плутовато улыбнулся, вскользь ухватив за грудь.

- Макс!.. - тихо вскрикнула, болезненно поморщившись.

Вроде и несильно прихватил, а ощущения как от синяка!..

- Ты горячая.

- Что?! - покраснела.

- Катюш, я о температуре тела говорю, а не об этом. С этим у нас всё в порядке, а вот с температурой... Останься завтра дома.

- Шутишь? - покосилась на него с опаской. - Я только на работу устроилась!..

Он вздохнул, щелчками возводя стопорный рычаг машины возле нашего подъезда.

- Тебе действительно важно иметь работу? - повернулся ко мне, громко роняя руки на руль.

Я задумалась. Не работать и сидеть дома, исключительно исполняя роль горничной, прачки и личного повара мне совсем не хотелось. Работа делала меня самодостаточной, и позволяла гордиться собой и своими достижениями. Так что...

- Важно, - ответила, подумав.

- А что важнее: работа, или здоровье?

- Вечные философские темы? - закатила глаза. - Я всё равно буду работать, Максим. Я не хочу от тебя зависеть.

- А что, собственно, в этом плохого? - пожал плечами. - Ещё никто не говорил, что я с этим не справляюсь. Возможно, я не могу покупать квартиры каждой новой любовнице, но что касается бытовых трат...

- Да при чём здесь это? Я хочу быть самостоятельной, понимаешь? Чтобы не страдать бессонницей, от того, что я потратила чужую тысячу рублей. Чтобы иметь возможность делать подарки родным и близким, ухаживать за собой, не обсуждая, сколько это стоит!

Максим задумался. Возможно, он не совсем согласился, но действительно принял, что для меня это важно! А я, выходя из машины и забирая сумки с покупками, не могла не отметить, как больно царапнуло по отношению ко мне слово "любовница". А ещё есть "сожительница" и другие эпитеты. Но все они отдавали холодом ничего не значащего статуса. Они не отображали главного: чувств. Да и есть ли слова, которые могут это передать?

Я вздохнула, зажавшись в угол закрывающегося лифта. Слова были.

Он мог бы сказать "своим любимым", "моим женщинам", "моим девушкам". Мог, но не сказал. Просто обозначил факт: "женщинам, с которыми он спит". Любовницам.

И я среди них.

На кухне после душа, он поймал меня за руку, вырывая из размышлений.

- Кать, что происходит? Ты игнорируешь меня?

- Я просто устала, - мягко высвободилась, пряча взгляд.

- Ты обиделась после нашего разговора о твоей работе, - констатировал он размеренно, склонив голову набок.

Лопатки напряглись сами собой. А на кухне пол грязный, мыть пора...

- Нет, всё нормально. Мы же поговорили, разве нет? - максимально искренне улыбнулась, скользнув взглядом по недоверчивому прищуру. - Спасибо, что забрал из кафе. И за платье спасибо, - ретировалась в спальню, где едва не разрыдалась.

Но на правду ведь глупо обижаться, так? Да, я любовница. Да, я сожительница. Женщина, с которой он удовлетворяет свои потребности. Справляет нужду. Но ведь и я...

Комок в горле застрял, словно распирал его.

Да что я себе всё придумываю? Я люблю его - вот что главное. Не хочу без него ни жить, ни есть, ни спать. Мне хорошо с ним, так какого же ладана?!

Мы оба плохо спали эту ночь. Ворочались, пытались устроиться. Поздно легли, вот и результат... Даже коты и те устроили ночные поскакушки. Только Теська мирно посапывала в большой комнате.

- Не спишь? - робко спросила тишину.

- Нет, - ответили с той стороны кровати.

И снова долгое молчание. Повернуться? Спросить, любит ли? Или просто прижаться?..

Я не успела ничего сделать. Колыхнулась на волнах матраса, и с упоением ощутила, как прохладные сильные руки опутывают тело. Щекотное дыхание скользит по шее, и хочется раскрыться, откинуть волосы. И я выпала из своих обид, словно из дурного облака, повернувшись к Максиму лицом, и несмело забросив ногу на его бедро. Потому что его живые упругие объятия и родной запах, и волоски на мужской груди по губам - всё это имеет свою волшебную силу.

И ничего нельзя с этим поделать. Абсолютно ничего. Мне даже думается сейчас с трудом, я вся во власти чарующих запахов, нежнейших поцелуев и трепетных прикосновений. Только с сексом это не имеет ничего общего. Совсем иной уровень.

- И всё-таки у тебя жар, - грустно шепнул он в губы, потёршись носом о моё лицо.

Удивлённо замерла в его объятиях, разглядывая в полутьме любимые черты лица.

- Я бы чувствовала, - усмехнулась.

Но под недоверчивым скептическим взглядом уверенности поубавилось.

- У меня где-то был градусник, - поцеловал тыльную сторону моей кисти, пальчиками которой я гладила его лицо. - Сейчас поищу...

Температура и впрямь имела место быть. Совсем небольшая, 37,3. Может, немного простыла? Чувствовала я себя разбитой... И снова ныл живот. Скорее бы уже началось цветение маковых полей, как называла женские дни моя бабушка! Тогда бы всё было гораздо легче...

- Не трогай меня... - увернулась от объятий.

Увернулась, но тут же ощутила новые объятия и поцелуй в ушко.

- Почему?

- Живот болит.

- Тут? - накрыл ладонью грудь сквозь мягкие кружева.

Я отпихнула руку, улыбаясь.

- Это не живот!

- ... Тут?

Максим сместил руку ниже, попутно чувственно целуя шею.

- Нет, - притаилась.

- Малыш, но ниже тоже не живот, - лукаво улыбнулся, тем не менее, подцепляя рукой кружевную резинку.

Возбуждение, вместо приятного полёта, тяжёлыми тисками сдавило изнутри, и я не сдержалась,  дёрнулась!

- Больно!..

Руку он убрал, и я уже вздохнула, но её место тут же занял тяжёлый, горячий и обнажённый владелец этой руки!.. Аккуратно и настойчиво разжал мои колени, устраиваясь сверху и чувственно целуя шею.

- Надо раздраконить... - таинственным шёпотом сообщил, волнительно прижимаясь тазом.

- Максим, ну правда же больно! - взмолилась под тяжестью его веса.

- Давай хотя бы попробуем, - нежно поцеловал. - Это может помочь... Не бойся, я осторожно... - шепнул с придыханием, шурша и возясь рукой под одеялом.

Две минуты страха, две минуты боли... Он не торопился и явно сдерживал ритм, наблюдая за мной, и только когда я расслабилась, - дал себе волю. Я чуть изогнулась вбок, поймав взглядом красивую панораму. Подтянутое тело Макса и его ритмично переливающаяся в тусклом свете крепкая поясница завораживали, а уж на фоне моей коленки, кажущейся по сравнению с ним совсем по-девичьи беззащитной... И слушала, слушала наше горячее дыхание, ощущая вновь и вновь вторгающуюся плоть. Помог поменяться, когда попросилась наверх. А дальше, словно всадница в тумане, полном стонов и хриплых вздохов, я забыла обо всём. Пойманная в кольце его рук, пригвождаемая под чувственным ракурсом, в какой-то момент я ощутила, что сейчас оно и случится. То самое, о чём я мечтать забыла!

Сотни незримых в теле мотыльков разом распахнули свои нежные щекотные крылышки и стайкой полетели от низа живота к пояснице и выше, быстро захватывая всё тело. Я замерла и перестала дышать. Слёзы катились из глаз, коленки непроизвольно стиснулись на боках продолжающего двигаться Макса.

- Нет, нет, нет!.. - шептала, жадно ловя последние взмахи крыльев мотыльков.

Макса я была готова убить. За то, что слишком быстро кончились бабочки, за то, что слишком мало дал насладиться их крыльями!.. Но он и сам замер, протянув руку ко мне туда, откуда были родом эти крылатые создания. И я распахнула глаза, слушая свои ощущения, чувствуя, как под настойчивыми движениями пальцев, в сочетании с нашим общим ритмом, - вновь! - рождаются волшебные мотыльки.

Совсем немного, ещё чуть-чуть, неумолимо... только не сбивайся, только не останавливайся... ничего не меняй, - умоляю!..

- Макс!.. - хрипло сорвалось с моих пересохших губ в последний момент.

Сопротивляться невозможно, - спину выгнуло дугой, по-кошачьи. Меня трясло и сжимало изнутри, ритмично и горячо пульсируя в стыдных местах. Я стала невесомой, как те самые мотыльки и мой разум на короткое мгновение перестал существовать.

Только мотыльки и чудовищная лёгкость во всём теле.

У меня даже не было сил умильно улыбнуться, наблюдая, как Максим лёг рядом и практически сразу засопел, не меняя позы. Я и сама недолго продержалась в царстве реальности, спешно променяв его на царство Морфея.

Но свидание наше было недолгим. Я проснулась ещё до будильника. Сонно улыбнувшись, осторожно поцеловала крепкое плечо Макса, лежащего ко мне спиной, и мягко выбралась из постели. Дамьен и Шер уже несли караул у мисок, Тесси пришлось тискать и уговаривать, чтобы не радовалась так громко. И мы даже успели как следует с ней погулять, прежде чем хозяин квартиры умылся и вышел на запах только что сваренного кофе.

Дамьен гонял игрушечную мышку по полу, вгрызаясь в её обслюнявленные серые бока. Шер по привычке обозревал происходящее, сидя толстой рыжей копилкой на холодильнике. А Тесси... Наглая псина похитила хозяйский тапок и прикапывала в коридоре, фыркая и шкодливо оборачиваясь. Чем ей тапочек Макса так приглянулся - ума не приложу, но раз он всё равно босиком, а я кашку ем... Потом разберёмся.

- Как себя чувствуешь? - Макс легонько поцеловал, приподнимая моё лицо за подбородок.

- Тошнит немного. Но в целом гораздо лучше, чем вчера, - улыбнулась, разрумянившись.

Неловко оказалось ещё и за внушительные ссадины багрового цвета, что теперь красовались на торсе любимого. Я ведь не специально, - совсем забыла о руках, которыми упиралась в него ночью.

- Давай обработаю, - кивнула на место преступления. - Зелёнка, йод или спирт?

- Ерунда, - поморщился, смеясь над моим виноватым выражением лица. - Героя шрамы украшают! - подмигнул, дуя на кофе.

- А если воспалится? Нет, надо обработать! Аптечка вроде в ванной была... - подскочила.

Но далеко не убежала, - поймал и усадил на колени, смеясь. С ним бесполезно спорить, поэтому, поныв о вреде бактерий, мне пришлось сдаться, утыкаясь в мощную шею. И, вдохнув пьянящий запах у аккуратно подстриженных висков, стыдливо признаться:

- Я ещё раз хочу... так!

- Будем стараться, - погладил коленки горячей ладонью.

- А... - смутилась, - а почему раньше не получалось?

Я готова была сгореть со стыда, но было ощущение, что именно ему, этому потрясающему мужчине можно и нужно задавать такие вопросы!

- Кать, ну мы же только начали жить вместе!.. Разные привычки, темперамент, кое-чьи комплексы, - лукаво улыбнулся, и укусил бутерброд с рыбой, с азартом наблюдая, как я снова краснею. - Любой паре нужно время узнать друг друга и научиться доверять и рассказывать о своих самых стыдных пожеланиях.

- Разве я рассказывала?

- Могу телефон показать, - поиграл бровками. - Там всё в подробностях...

Всё. Сейчас со стыда сгорю, - перебор смущения за сутки! Аларм, Ахтунг!..

Спряталась в ладони и уткнулась в его шею.

- Малышка, меня так заводит, когда ты смущаешься!.. Просто сил никаких нет, - хрипло шепнул на ушко, сдвигая тонкий халатик на бедре... - Может, немного опоздаем?

Но ни он, ни я даже пикнуть не успели, - только и увидела летящий рыжую морду в мою сторону и вовремя отпрянула.

- Шер!.. - Максим обернулся, встречаясь с котом, который одним прыжком переместился с холодильника на плечо хозяина. - Ну и что это за цирк, а? - Потрепал медный загривок. - Рыжий негодяй!..

- А я?.. - возмутилась.

Смешно было осознавать, что мы с Шером ревниво делим внимание Макса, каждый стараясь перетянуть его на себя.

Оказалось, что на самом деле Шермана очень интересовала солёная красная рыба, которую я только что нарезала к завтраку, но ему не дала. И вот теперь черёд Максима отбивать драгоценное рыбное филе, блестящее в лучиках утреннего солнца.

И нет, кот не голодный!..

Но стоило Максу отвлечься от завтрака, вернувшись к завязкам на тонком коротком халатике и очень осторожным ласкам набухшей чувствительной груди, как раздалось чавканье рыжего диверсанта со стороны тарелки с вожделенной рыбой!

- Шер, вот я тебе мешал с той пятнистой кошкой два месяца назад на крыше миловаться?! - возмутился Макс, отодвигая тарелку. - Или я у тебя из миски корм краду?..

На что Шерману было глубоко безразлично, и, стянув увесистый кусок, слепленный из нескольких тонких, он с ещё большим наслаждением зачавкал под столом.

- Ладно, ладно, я тебе это припомню, наглая твоя рыжая морда!.. - Макс заглянул под стол, пытаясь достать до Шера босой ногой.

- Да пусть ест! - заступилась за кота, поднимая лямки лифа. - На работу пора. Подбросишь?

- М-м-м... - страдальчески зарычал, утыкаясь лицом в мою уже прикрытую халатом грудь. - Никакой личной жизни у бедного гусара!.. Даже любимая женщина норовит убежать!..

"Любимая женщина" бальзамом пролилась на вчерашнюю "любовницу". А ещё и вспомнилось, как вчера пьяную вместе с подругой отбивал, отпаивал, кормил и забирал. И говорил "любовь моя". Говорил! А я-то себе драму напридумывала...

 

Ворон ворону глаз не выклюет.

Русская пословица

Глава 8

 

 

Дела, совещание, документы, встреча, снова встреча... Пришлось вызвать на разговор новенького менеджера, у которого уже несколько дней не ладилось с текущими задачами. То там ошибка, то тут недоделка. На него жаловались, и я не стала затягивать с выяснением причин. Оказалось, что у парня проблемы дома, и он попросту не может сосредоточиться на работе. Посочувствовала, сделала внушение. Обрисовала перспективы. Постаралась приободрить. Проблемы у него были чисто психологического характера, и единственное, чем я могла ему помочь - это посоветовать обратиться к нашему штатному психологу. Ну не увольнять же его теперь?

Хотя, если не справится, то картина вырисовывается печальная.

Юрке я позвонила сама. Предложила встретиться в кафе у дома Макса, как он и хотел. Юрик, конечно, заупрямился. В этом я его могла понять: встреча в старой квартире будет удобнее, - тишина, всё спорное имущество под рукой. Но Максим расстроится. Нельзя. Договорились на следующий день: я с документами на квартиру, Юрка с описью делимого имущества. Там и ЗАГС рядом, и нотариальная контора.

Но не из-за Юрки я ощутимо нервничала всю вторую половину дня. Его шутки и слова о любви звучали ничего не значащим фоном, в который я не вникала, рассеянно постукивая обратной стороной карандаша по столу. Слишком много работы, и катастрофически мало времени, - а Юрка всё тянет с согласием встретиться в кафе. Пришлось положить трубку, не дослушав и нырнуть в навалившиеся дела. Если я не успею... Но не успеть я не могла. Обещания нужно выполнять, тем более, если сама напросилась, да ещё и деньги потратила на платье!..

Это был сумасшедший день!.. Я забыла, когда последний раз заходила в свой кабинет. Два совещания, графики, проведение тренинга и запредельная стопка отчётностей, которые мне надлежало проверить сегодня, потому что завтра будет новая стопка и новые проблемы, а сегодня катастрофически быстро уже заканчивалось рабочее время.

Осмотрев кипу бумаг и кинув тоскливый взгляд на часы, показывающие мою несостоятельность, я нехотя взяла в руки телефон. Максим расстроился, что я не приеду, но виду не подал.

- А почему всё это делаешь ты? - спросил задумчиво. - Разве у тебя нет помощников? Ты не можешь раздать эту работу подчинённым?

- У них и своей работы хватает, - уныло нахмурилась. - Если они ещё и мою будут делать, то никто ничего не успеет.

- Ты просто маленькая ещё.

- Маленькая?

- Маленький, трепетный командирчик, - Максим явно улыбался. - Не грусти. Научишься.

- Я не маленькая, Макс! Чтобы ты знал: на прежней работе я несколько лет управляла отделом!..

- Об этом и говорю: маленький отдел в небольшой конторке и коммерческое отделение довольно крупной корпорации - как ясли и институт. Маленькая!..

Забыв выдохнуть от возмущения, я гордо буркнула:

- Мне надо работать.

А затем скрипнула зубами и положила трубку. Полчаса я никого не слышала и словно бы выпала из реальности, погрузившись в документы. Недостатков было много. Ошибок тоже. Исправлять всё у меня не хватит времени, даже если я тут жить буду. Поэтому...

Уже через десять минут у моего кабинета собралась очередь. Буду дрянью, буду стервой, но, в конце концов, я не должна исправлять чужие ошибки. А вот указать на них - моя прямая обязанность!

- Значит так, уважаемые коллеги. В этой стопке, - указала на микроскопическую Пизанскую башню. - В этой стопке я проверила около трети документов. В половине нашла грубейшие ошибки при расчётах, из чего я могу сделать вывод, что к концу проверки статистика не изменится. Понятия не имею, как вы работали с куратором до меня, но у вас есть время до завтрашнего утра, чтобы в этой башне фатальных для корпорации ошибок не осталось даже намёка на увольнение кого-либо из вас. Я понятно излагаю?

Люди были шокированы. По выражению лиц недовольных, а местами и надменных, складывалось впечатление, что их заставили исправлять ошибки самостоятельно едва ли не первые в жизни!..

- Уже конец рабочего дня, мы не успеем, - заметила самая нахальная дама, пыхтя, как дракон в пустыне.

- А Вы, - пристально оглядела дракона, - можете вообще никуда не торопиться. Но если в Ваших отчётах я найду хотя бы одну ошибку, то и премии лишу именно Вас.

- А почему меня-то сразу? - сложила она руки на внушительной груди.

Остальные сотрудники быстро оценили расклад и разбирали свои документы, на некоторое время загородив женщину. Когда мы остались с ней наедине, я тихо спросила:

- А почему Ваши ошибки должна исправлять я?

Женщина хмыкнула.

- Все исправляли, и ты будешь!.. - прошипела она и хлопнула за собой дверью.

В прострации я села на своё кресло, покачиваясь на нём и успокаивая себя. Становилось очевидным, почему на этом месте не задерживался надолго ни один куратор. Неужели всё так сложно?..

 "Как себя поставишь"... - вспомнились напутствия Аришки, и я нажала кнопку вызова секретаря.

К ресторану "Moulin" я подъезжала на такси, злая и с огромным опозданием. После общения с подчинёнными я была взвинчена, словно сжатая до предела пружина, в салоне со мной возились слишком долго и я едва не сломала каблук на ступеньке!.. Прошло не меньше двух часов с момента начала торжества, и тут у меня возникла новая проблема: охрана у входа просто не желала меня впускать!

- У нас закрытое мероприятие. Извините, - упёрся один из них, стеной преградив мне путь.

- Возможно, Вы есть в списке? - спросил второй.

В списке моей фамилии не было. Зато был Максим, напротив которого значилось "плюс один". И оба значения были вычеркнуты, что означало одно: Макс здесь, и он... не один!!!

- Сожалею, но мы не можем пропустить Вас. Вход только по списку...

- Что случилось? Что за очаровательная прелестница рвётся к нам на банкет? - улыбнулся лысоватый мужчина в дорогом чёрном костюме, держа в руках сигару и стакан с тёмно-коричневой жидкостью, когда я уже потянулась к сумочке за телефоном трясущимися от гнева ручонками.

И если бы Макс не показывал мне его фотографию, то так бы и стояла под дверью, как приблудная кошка!

- Ах Вы - Катерина?.. - неизвестно чему обрадовался Чиграков, с любопытством мартовского кота оглядывая меня с ног до головы. - Очень, рад! А мой зам говорил, что придёт один...

Один. Как же!..

- Разрешите угостить Вас чем-нибудь? Видите ли, я представлял Вас несколько иначе...

Я пошла с Чиграковым к бару только для того, чтобы своими глазами увидеть, с кем пришёл Макс. Руки были ледяными от волнения, походка далека от совершенства, но мне уже было не до мелочей. Что за женщина посмела занять моё место? И почему Максим так поступил?..

Рассеянно слушая комплименты полноватого владельца "Эллады", я остановилась взглядом на красивой паре. Приятный во всех смыслах мужчина, чью стать только подчёркивал строгий синий костюм с безупречной белой рубашкой и длинноногая девица в алом платье с разрезом по подолу, как на моём пеньюаре до линии сгиба бедра! Ну, может чуть ниже. Но ведь всё равно ночнушка!..

Максим улыбался ей, держа в руке наполненный бокал для шампанского, и было видно, что они не чужие друг другу люди. Но окончательно во мне всё оборвалось, когда она, задумчиво улыбаясь, положила руку на его грудь, словно разглаживая лацкан, и заглянула в глаза.

А он...

А он не отвернулся, не пресёк, не отошёл. Лишь стоял и всё так же мило ей улыбался, говоря что-то.

- Выпейте, я угощаю, - донеслось до меня слово из тумана.

Умопомрачительную картину загородил всё тот же лысоватый мужчина, протягивая мне бокал. А я только сейчас поняла, что мне не хватает воздуха, что я давно не дышу, словно нырнула под воду и сделала глубокий вдох.

- Катерина, вижу, вы всё не так поняли, - укоризненно качнул он головой. - Выпейте, Вам необходимо.

- Я не хочу, - хрипло отозвалась, ощущая себя лишней здесь и сейчас.

Я не должна была это видеть. Но я хотела... И как же больно, как же мерзко!.. Чиграков положил руку на моё плечо, тут же отдёрнув её, увидев, как мне неприятно.

- Катя, Вы ведь сильная женщина! Поймите, в бизнесе все средства хороши, и здесь сотрудничают не только мужчины. Иногда, если это требуется, в ход идут личное обаяние и умение расположить собеседника к себе...

"Личное обаяние"... "все средства хороши"... "умение расположить"...

Каждое слово - боль. Словно калёной иголкой по сердцу.

Максим, словно седьмым чувством что-то почувствовав, повернулся к нам, но за широкой округлой спиной своего шефа вряд ли заметил меня. И всё же, я видела, как обладатель безупречной рубашки и синего костюма идёт в нашу сторону присущей только ему мягкой тигриной походкой.

- ...не берите близко к сердцу, - продолжил Чиграков. - Это всего лишь бизнес, - поцеловал мою руку.

А Макс прошёл мимо. Вот оно - "чутьё". Просто отошёл "подышать". Но каково же было моё удивление, когда длинноногая в красной ночнушке, воровато оглянувшись, что-то капнула в один из двух бокалов в её руке!

Она что, хочет отравить моего Максима?!

Я решительно отодвинула Чигракова в сторону, компенсировав его неуступчивость своей маневренностью. И направилась к сопернице. Обиды мигом улетучились. Сейчас я чувствовала себя львицей на охоте: мягкая походка, хищная улыбка, цепкий взгляд. Звук от моих каблучков, неспешно переставляемых по паркету, слышала только я. Говорят, что в прайде львы никогда не бросают своих, что бы ни случилось. Вот и сейчас мне не было никакого дела до мотивов Максима.

- Хорошего вечера! - улыбнулась. - Спасибо за шампанское, - отобрала у девицы бокал.

Девушка недоумённо уставилась на меня.

- М-м!.. Отличное вино! - сделала вид, что отпила. Длинноножку окончательно перекосило, но она промолчала. - А знаете, тот мужчина очень симпатичный. Мне кажется, у Вас получится!

Она окинула меня цепким взглядом, сощурившись.

- Детка, Вы, наверное, новенькая?

Я кивнула.

- И наверняка, из малышек Сергеева? - кивнула в сторону цветника из девиц вокруг пузатого мужичка. Чиграков по сравнению с ним - атлет и красавец!..

Девушки там исчислялись скорее количеством и обёрткой, нежели умом в глазах.

- Так вот, детка, те, кто знают меня давно, усвоили единственный в жизни важный урок: не стоит стоять у меня на пути, если хочешь остаться со своим "папиком", - ядовито улыбнулась. - Поняла меня?

- А я вообще плохо понимаю хамок в дешёвом пеньюаре с вьетнамского рынка. У нас с ними разные представления о жизни, - улыбаясь, перевернула бокал, вылив содержимое на пол, и шепнула, пока соперница застыла с открытым ртом: - Я тебе за Макса... горло перегрызу!..

- Ах ты...

Договорить она не успела, - наше милое общество разбавила ещё одна девушка, гораздо более элегантного вида.

- Лерочка, не надо... Тихо, тихо моя хорошая!.. В твоём положении нельзя волноваться!

Они ушли, а из моей груди словно вышибли воздух. В глазах всё помутнело, заводная музыка разом стала приглушённой, словно я нырнула под воду. Я не была готова к такому удару. Совсем.

- ...юда попала?.. - донеслось из внешнего мира.

Я подняла полный ужаса взгляд, останавливая рукой от дальнейших действий человека в синем костюме.

- Мне надо побыть одной, - прошла мимо на негнущихся ногах.

В дамской комнате царили изысканный уют и оригинальный интерьер. Раковины в форме золочёных кадушек, голубые салфеточки, светильнички, сделанные под дерево стены с вкраплением золота. Ледяными руками я открыла створку белейшей рамы и вдохнула ночной воздух. В голове было удивительно пусто и тихо.

Дыши, Катя, дыши. Это самое простое и самое нужное, что ты сейчас можешь сделать. Вот так: вдох, выдох, вдох, выдох. Позвонить Аришке, чтобы забрала меня к себе? Это хороший ход. Внушительный. Но... для последнего отступления. Бегство - не лучшая идея сейчас, сбежать я всегда успею. В конце концов, надо всё выяснить. Что за положение такое особенное у этой "ночнушки", и почему Макс так спокойно реагирует на её посягательства?!

Ничего. Я справлюсь. Я с Юркой три года жила, после такого я не позволю с собой так обращаться! Нужно только понять, нужно выяснить...

Подправив макияж, и решив заодно избавиться от утреннего кофе, я услышала из кабинки звонкий цокот каблучков двух девиц. Ничего особенного, учитывая место, где я нахожусь. Но голоса я узнала сразу! А потому моментально застыла, боясь спугнуть очень интересный разговор.

- Лер, дело твоё, конечно, но ты бы поаккуратнее с алкоголем. Беременности это не на пользу...

Внутри всё ухнуло вниз. Убью Макса. Вот дослушаю, и пойду убивать. По кусочкам порву.

- ...Дура ты, Верка... - отмахнулась она, подкрашивая губы вишнёвой помадой. - Как была наивной и незамужней, так и будешь бегать за своим Толиком, как овечка на верёвочке. У меня задержка была, ну, я Максу и сказала. А потом тесты отрицательные, - и слава Богу!.. Не хватало ещё фигуру портить из-за какого-то спиногрыза. Но разубеждать "папочку" пока рановато.

Я чуть не выронила из рук сумочку. Учитывая, что она была открытой, то грохота было бы... Но я вцепилась в неё, жадно припав к дверце кабинки.

- Это я-то дура?.. - оскорбилась подруга. - А что ты скажешь Максу, когда он об этом узнает?!

- Когда он узнает, то будет уже женат на мне, безумно влюблён и расстроен, что у меня трагически случился выкидыш. Только, я надеюсь, это останется между нами?.. Верунчик, ну пожалуйста!.. Мне очень надо замуж, а лучше Макса я вряд ли кого найду!

Верунчик вздохнула.

- Ты действительно считаешь, что у тебя получится?

- Пф-ф... Конечно!..

- Он сегодня совсем другой, - недоверчиво качнула она головой. - Мне кажется, у него всё серьёзно с той женщиной.

"С той женщиной?!" То есть, "ночнушка" у него не одна?..

 - У него со всеми было серьёзно. Но не дольше двух недель. В моих планах прервать эту зловещую цепочку неудачниц, и меня совсем не интересует, что у него там с этой... Максим слишком перспективный мужчина, чтобы отдавать его первой попавшейся мыши. Он будет моим, и точка!

И тут моё любопытство меня предало. Я в ужасе замерла в кабинке, встретившись взглядом с подругой "ночнушки". Всё. Теперь будет скандал, истерики... Но, против ожиданий, она быстро опустила взгляд, и продолжила, как ни в чём не бывало:

- Попробуй. Ты же всегда добиваешься своего. Но только ведь Максим не из тех, кем легко манипулировать, - на секунду вновь подняла она взгляд на меня. - С ним вообще сложно.

- Всё ещё сохнешь по нему? Я думала, ты успокоилась...

- Всё нормально, Валери. Я просто желаю Максиму счастья. Идём, потанцуем с кем-нибудь!

Из дамской комнаты я выходила в полнейшей задумчивости. Я не знала, как поступить и что делать. Но просто уйти я уже не могла. Уйти - значит, сдаться, даже не попытавшись принять бой. Истерить, бегать и требовать объяснений никогда не помогало с Юркой. Вряд ли поможет и здесь. К тому же... К тому же я засомневалась, что у Макса есть отношения с кем-то кроме меня. Может, и были когда-то. Но не сейчас.

Мне ли не узнать холодный, виноватый взгляд, шутки не к месту и запах чужих женских духов на одежде? У меня теперь нюх на фальшь, как у таможенной ищейки!

Нет у него другой. Нет.

Среди толпы незнакомых людей, веселящихся и общающихся под ненавязчивую музыку, я шла словно тень. Меня раздирали сомнения, и я пыталась себя убедить в том, что ничего страшного не случилось. И увидела их: Максим общался в компании представительных мужчин, рассеянно кивая той самой "беременной" девице, что отиралась рядом с ним и шутила.

Ничего, я всё узнаю. В конце концов, она просто стоит рядом... а, нет, уже не просто рядом... Но Максим тактично убрал руку девушки со своего плеча. Незнакомый молодой мужчина пригласил меня на танец, отвлекая от наблюдений, и я согласилась. Лучше уж так, чем стоять посреди зала и сверлить взглядом эту парочку. А тем временем, робкий и не уверенный в себе юноша даже побоялся положить мне руки на талию, тут же замкнувшись в своём мирке и отвернувшись в сторону, словно боялся увидеть нечто запретное. Но я и не настаивала.

Танец не был долгим, и уже через несколько минут на моих щеках разгорелся румянец, стоило ощутить вместо холодных робких ладоней горячие и сильные, и ругать себя за предательски непослушные ноги, вдыхая смесь упоительных запахов...

- Мадам, мы знакомы? - поцеловал Макс тыльную сторону моей руки и продолжил интригующим голосом: - Мне кажется, я где-то видел эти выразительные глаза и смущённый взгляд.

- Неужели? - рискнула взмахнуть ресничками и заглянуть в глаза.

Зрачки мужчины по мере продолжения танца расширялись всё больше, и он всё сильнее походил на кота после валерьянки.

- Представьте, как я сам удивлён!.. - улыбнулся, соскользнув взглядом в декольте. - Танцевать с такой ослепительной женщиной - честь для любого гусара!..

Я улыбнулась, с толикой грусти оглядывая любимые черты лица.

- А ты всем говоришь такие слова?

Он пытливо сощурился.

- Почти всем. Но только тебе - искренне.

Мы помолчали, испытующе глядя в глаза друг другу. Тепло его объятий опьяняло и шёпот у виска не сразу был осмыслен верно.

- Катюш, могу я тебя попросить помочь мне?

- Чего ты хочешь?

- Вот эти благородные джентльмены совсем не против переговоров об очень выгодном сотрудничестве. Но мне мешает... - он показал взглядом на "ночнушку" скучающую у барной стойки в компании коктейля.

- Валерию, да? - нарочито обрадовалась я. - Твою беременную любовницу?

Под пристальным скептическим взглядом я уже была готова расчувствоваться от угрызений совести. Но вместо этого вышколено натянула лучшую улыбку идеального менеджера.

- Согласен, это тема для разговора, - посерьёзнел, прижав меня к себе. - Но позже.

- Позже? - слегка упёрлась. - Может, я и помогу - позже?

- Тогда сорвутся солидные премиальные и мой подарок тебе.

- Ты же знаешь, что я ценю подарки, если они сделаны не из расчёта, а от души.

- Кать, - вздохнул, вскользь оглядывая зал и вновь фокусируясь на мне. - Это долгий разговор, а меньше, чем через полчаса уже будет поздно. Сейчас мне очень нужна поддержка женщины, которой я доверяю, как себе, - внимательно заглянул в глаза. - Пожалуйста. Ты ведь у меня умная девочка, ты знаешь, как это сделать!..

Как отказать мужчине в помощи, если чувствуешь себя частью вашего целого? Сомнения были, - безусловно! Но я готова была потерпеть ещё немного после такой прочувствованной просьбы, подкреплённой мягким поцелуем в висок на глазах у всех. Казнить я его успею, и месть моя будет сладкой!

 Но он даже понятия не имеет, какие карты в руки дал мне только что!..

У каждой женщины есть своя армия и своя сила. Я же решила начать атаку с малого - попросила на пару минут телефон у Макса, прежде чем он занялся долгожданным делом. Как я и предполагала, "Валерия" очень быстро нашлась в списке контактов, дело оставалось за малым!..

В детстве мы с моей маленькой сестрицей обожали хулиганить и разыгрывать соседей, за что, конечно же, не раз поплатились. Но в данной ситуации не воспользоваться тем, что предоставила жизнь, было просто неприлично!

Как только Валерия увидела добычу в одиночестве и поспешила занять осадную позицию рядом, в ход пошли:

а) официант, подавший ей морковный сок, но которого совершенно случайно толкнул под локоть один из мимо проходящих музыкантов. Любезный молодой человек остро нуждался в паре тысяч рублей и честно их отработал!

б) Подруга, которая, услышав о вопиющем факте посягательств на моего мужчину, быстро подключила всех своих знакомых к телефонной атаке Валерии.

Была ещё мысль подсыпать в очередную порцию морковного сока мочегонное со снотворным, но я побоялась не рассчитать дозу. В мою задачу, в конце концов, входило отвлечь, а не уничтожить. Хотя... В какой-то момент я почти решилась. Только "ночнушка", занятая оттиранием платья и тревожным разговором по телефону, была вынуждена покинуть общество представительных мужчин. Даже обидно стало, что всё так быстро произошло! У меня же только-только рожки прорезаться начали, и мой коварный замысел всё множился идеями, а она!..

Аришка отчиталась в смс, что на ближайшее время Валерии обеспечено круглосуточное внимание поклонников, их девушек, а так же службы интимных знакомств! С таким багажом симку проще выкинуть, что она скорее сего и сделает. Но пока рядом с Максом больше никто не отирался, и я сидела за своим столиком, в компании стакана воды.

Миленькая девушка загородила мне обзор наблюдательного пункта, и в ней я узнала... Веру. Она молча присела на стул рядом, оценивающе оглядывая с ног до головы.

- Чего ты хочешь? - прямо спросила я, подавшись вперёд.

Она не ответила, продолжая гипнотизировать меня взглядом. Красивое, утончённое личико хорошенькой девушки. Я невольно скользнула взглядом по занятому в данный момент мужчине, из-за которого в зале происходили чудеса.

- Мне нужна работа, - наконец ответила она, склонившись ко мне. - Я хочу работать под предводительством Максима.

Я удивлённо наклонила голову вбок, но она остановила меня жестом.

- Между нами никогда ничего не было, но он не хочет меня брать к себе. Только из-за того, что я когда-то была в него влюблена. Но это было давно, и сейчас я просто хочу в "Элладу"!

- Почему я должна тебе помогать?

Она пожала плечами.

- Ты не обязана это делать. Но с Максом действительно порой сложно. Тебе будет казаться, что ситуацией руководишь ты, но на самом деле всё будет так, как захочет он. Мы можем помочь друг другу: с меня отчёты о его жизни на работе, с тебя - хороший старт моей карьеры.

На несколько секунд я задумалась, размышляя над соблазном контролировать Макса на его работе. Ведь у него наверняка есть секреты, которыми он не захочет со мной делиться! Да и "ночнушка" эта...

- Нет, - вежливо улыбнулась, качнув головой.

- Подумай, - напряжённо выпрямилась Вера. - Неужели ты думаешь, то он не будет тебе изменять? - сочувственно улыбнулась она. - Ты будешь знать обо всех его похождениях, и сможешь вовремя среагировать на его новое увлечение...

- Я закончила, - резко пресекла её, стиснула зубы и встала из-за стола.

Ступенька за ступенькой глухо стучали мои каблучки по дороге вниз. Голубая ковровая дорожка смягчала звук, а золочёные перила холодили ладонь. Не так я себе представляла деловой ужин. Не в такой роли.

Глубоко вдыхая ночной воздух, пропитанный удушливыми запахами парковки, я брела вдоль машин, словно нахохлившаяся птица и не сразу ответила на звонок телефона. Вернее, лишь взглянула на экран и сжала в руках пластиковый корпус до хруста, запрокинув голову в небо. Яд чужих слов медленно, но очень больно проникал в душу, вскрывая и прожигая заново едва зажившие язвы.

Впереди показался фонтан. Большой, красивый, с разноцветной подсветкой. Его шум заглушал гомон отравляющих мыслей, и я сама не заметила, как очень быстро оказалась на его мокром мраморном бортике босиком. Холодные брызги летели на лицо, по уставшим горячим стопам поднималась приятная нега.

В данный момент я просто позволила себе роскошь не общаться с неприятными мне людьми. И разве косящиеся на меня прохожие могли понять, что чувствует девушка, стоящая в мокрых чулках и дорогом платье на краю фонтана? В их глазах я была сумасшедшей, или, как минимум пьяной! А я всё ещё ступала по искрящимся в свете иллюминации лужицам и улыбалась своим ощущениям.

Наверное, я бы хотела, чтобы Макс сейчас пришёл, молча обнял и развеял мои страхи и боль. Но он сейчас сидел там, наверху, и занимался самым важным в своей жизни делом. И кто я такая, чтобы отвлекать его от этого процесса?

Дома было тихо. И если не подпускать к себе плохие мысли, как чумных воробьёв, то можно было с полной уверенностью сказать, что это именно мой дом. Уютный, наполненный воспоминаниями нежного счастья и любви. Тявкающий рыжий пуфик, радостно скачущий возле двери и косящийся на торжественно припрятанный тапок заставил улыбнуться. Я засуетилась, сбрасывая дорогой наряд и влезая в удобные джинсы, кроссовки и футболку.

Месяц назад я терпеть не могла Тесси за её неуёмную энергию и излишнюю эмоциональность. Но теперь гордо шла вслед за рыжим пушистым хвостом деловито вышагивающего шпица. Загулявшаяся мама с дочкой шли домой, держась за руки. Такая милая кроха с большими глазищами практически засыпала на ходу и очень скоро оказалась на руках у матери.

Что-то защемило в груди, когда я поняла, что эта счастливая мать намного младше меня. Почему у меня до сих пор нет детей? Почему нет настоящей семьи?

Я словно муха запуталась и застряла в липкой паутине собственных желаний и страхов. Раскрыть глаза и сделать шаг вперёд - это не одно и тоже!

Слишком поздно я услышала шаги позади, слишком мало придала значения зарычавшей собаке!.. Лицо и рот зажали вонючей тряпкой, и я успела порядочно надавать нападавшему локтем и ногой по корпусу, прежде чем ослабла и обмякла в тисках рук.

***

Жарко. Душно. Колотится сердце. Болят кисти рук и ноги.

Я не первый раз пыталась открыть глаза, поэтому обстановка новой не была: незнакомая комната, весьма скудная меблировка, и незнакомые мужские голоса. Они разговаривали негромко, но я отчётливо слышала каждое слово. О том, что со мной собираются сделать, сколько человек в этом будет участвовать и о том, что никто ничего не узнает...

Верёвка на руках даже верёвкой не была, - серый пояс от мужского халата. Вгрызаясь зубами в узел изо всех слабеньких после эфира сил, я думала о том, что так просто не дамся. Буду кусаться и брыкаться, но не так, не здесь...

Узел податливо ослабился, и я болезненно поморщилась, сжав пальцы в кулак. Иголочки закололи под кожей, - значит, связана недолго. Значит, я недооцениваю свои силы, но... Освобождаться от пут ещё рано. Как бы ни хотелось быстрее закончить это неприятное знакомство, а придётся сжать зубы и терпеливо изображать покорное бревно. Меньше криков - больше шансов выжить.

Из-за стенки я услышала кусок разговора:

- ...Лысый, тебе чё сказано было? Бабу связать, но не трогать! Пока не трогать... За неё ещё бабло не плочено. Тебе бабло нужно?

- Ну?

- Чё "ну"? Заткнись и жри свою баланду! Щас Тата приедет, расскажет, чё там с хахалем её. Больно борзый стал серьёзным людям дорожку перебегать. Надо проучить...

- Ну так чё б не поразвлечься? Бабу оприходуем, Свиярский впредь лучше думать будет...

- Угомонись, Лысый... Тебе не даёт что ль никто? Тут дело, а дела надо делать серьёзно! Тронешь её хоть пальцем - я тебя самого на нары упеку!..

- Да успокойся ты, не мельтеши перед глазами... Тата грамотно подставу устроит. Как только Свиярский подпишет договор с теми барыгами, так сразу и начнём качать Чиграковскую хевру...

Они загоготали, а я замерла с путами в руках. Благодаря блатному охраннику с бывшей работы, я прекрасно поняла, о чём они говорят на своём языке! "Хевра" - это фирма, а Свиярский... Макс же как раз собирался подписывать контракт, - как кот вокруг сметаны ходил!!!

Мало мебели, скудная обстановка, несколько спальных мест... Значит, квартира, скорее всего съёмная. То есть, это не местные люди, они могут быть откуда угодно. Надо успокоиться. Просто поверить в то, что всё рано или поздно кончится, как заканчивается любой кошмар во сне. Но я не сплю, и ужас сковывает тело от осознания опасности! Как там на форуме смеялись? "Если насилуют, - лежи и получай удовольствие"?! Да сами бы!..

Ничего... Ничего... Будем рассуждать здраво. Я хочу выбраться? Ещё как!.. Но для этого мне придётся быстро соображать и много терпеть. Терпеть я умею, моральное насилие мне не в новинку. Но всё остальное... Горло сдавило тугим арканом, комната стала размытой от проступивших слёз.

Телефон у меня был в кармане ветровки, ветровка была всё ещё на мне, но... судя по вывернутым язычкам карманов, надеяться было не на что.

- Очухалась? - ухмыльнулся вошедший.

В комнате показался мужчина средних лет крепкого телосложения. Короткие тёмные волосы, нос с горбинкой, щербинка между верхними зубами...

- Чё молчишь?

- Можно мне в туалет?

...Форма лица квадратная, глаза - карие, татуировка в виде дракона выглядывает слева на шее из-под футболки...

- Лысый... - щёлкнул семечками между зубов и обернулся. - Своди даму в туалет.

- А чё я-то?! Как развлекаться - ксиву кажет, а как в туалет - так Лысый?

Но, тем не менее, пришёл и он. Лысый, худощавый, бледный, невысокий. Татуировок нет, на безымянном пальце левой руки - печатка с агатом. Оба похитителя - в спортивных костюмах.

- Вставай - приказал тот, что лысый.

Попыталась встать. Но тело от долгого лежания одеревенело. После минутного спора между мужчинами я решила вмешаться.

- Развяжите. Куда я денусь? Мне бы только в туалет...

Поухмылялись, подумали, развязали. И руки, и ноги. В коридоре пахло табаком, перегаром и грязными носками. Лысый шёл позади, словно маньяк по следу, - пыхтя и ощупывая мои ягодицы, гадина! Уже в узком пространстве туалетной комнаты я закрыла за собой дверь, чего делать не стоило.

- Чё заперлась, сучка? Застеснялась что ли? А ну быстро открыла!

Подперев дверь спиной я сжалась в тугой комок. Как же страшно как же я хочу проснуться!..

- Я не могу так! У меня не получится!.. - прошептала.

- Ща по башке врежу - враз получится...

- Лысый!.. - угрожающе прорычал другой. - Оставь её. Замок всё равно сломан.

Оставшись наедине с четырьмя стенами и не очень чистым фаянсовым изобретением человечества, я бегло оглядывала содержимое крохотной комнаты с шумящими трубами, и не могла не отметить, что мне удалось успокоиться. Я не знаю, что произошло, но степень тревоги вдруг с запредельно высокой упала до нуля. Эмоции словно выгорели, да и страхи притупились...

 А на бачке крышки нет. И месячные так и не пришли, а гигиеническое средство на белье никто не отнимал... А ещё у меня платок носовой есть. И бумага туалетная. Мно-о-ого бумаги!..

Вооружившись открученной из бачка унитаза проволокой, сложенной теперь вдвое, а так же вспомнив школьные годы и срыв контрольных по математике путём потопа в туалете, я рискнула выйти.

- Руки помыть можно? - осторожно поинтересовалась.

- Только рук? - ухмыльнулся яйцеголовый. - Может, сразу в душ вдвоём?

Я улыбнулась в ответ, внутренне содрогаясь, и слегка закусила губу. Очень сложно было сыграть кокетство прикрывавшее отвращение и страх. На несколько секунд в ушах зазвенело, во рту пересохло от ужаса... Но всё-таки я шла. Отступать было некуда.

- Лысый, я за сигаретами, - послышалось из коридора. - Поаккуратней там.

- Иди, иди, разберёмся... - плотоядным эхом послышалось за моей спиной.

Я сглотнула. А если у меня не получится? Что будет, если я переоценила свои силы?!

Пришлось выждать несколько минут, чтобы удостовериться, что главарь ушёл. И терпеть назойливые руки, не церемонящиеся с болезненной грудью, слюнявое, зловонное дыхание и попытки надавить на мои плечи...

Бывает так, что обрывки информации, услышанные когда-то на лекциях, или от знакомых, и даже из интернета вдруг собираются в единую комбинацию, которая становится ключом к свободе. Просто потому что хочется жить.

Мерзкие, до рвотного рефлекса отвратительные чужие руки.

...Шестнадцать, семнадцать...

Хотелось вырваться, прекратить, и навсегда забыть этот фантасмагорический кошмар...

...пятьдесят три, пятьдесят четыре...

Не слышать больше этих пошлых, унизительных посулов.

Семьдесят восемь. Семьдесят девять.

Страх сковал влажные ледяные ладони. Тошнота подкатывает к горлу.

Сто.

Резко и со всей силы нажала большими пальцами на глазные яблоки мужчины. Лысый взвыл от боли, схватившись за лицо, а затем и за свою драгоценность, которой так хвалился минуту назад. Удар кривым носом об колено и о бортик ванны довершили дело.

Дело оставалось за мелочью: быстро разыскать свой телефон - по возможности, и не менее быстро сбежать. Чем я и занялась, не теряя времени.

Невзрачная прихожая, пустынная комната, карманы чужих курток, грязная прокуренная кухня... Стоп! Вот он!.. А ещё старенький компьютер, на дисплее которого висел какой-то раскрытый документ. И только знакомое "Эллада" заставило остановиться и потратить утекающее сквозь пальцы время.

Я облизала пересохшие от волнения губы, бегая взглядом по строчкам. Сердце пульсировало в висках, адреналин в крови бурлил, но я фотографировала экран за экраном. Смартфон плохо слушался под влажными ледяными пальцами. Цифры, фразы, подписи... Некогда разбираться. Я просто открыла чью-то мерцающую почту и скинула всё, что было на собственный адрес, подтерев после этого сам факт отправки и эти файлы заодно. Грамотный специалист сможет восстановить, но это будет не скоро...

Чувство холода в животе, ледяные, потные ладони на ручке двери. Я сжала в руках кухонный нож, лезвием вниз и от себя. Надеюсь, мне не придётся им воспользоваться. Тренер по самообороне хоть и поставил зачёт, но посоветовал потренироваться дополнительно. Кисти у меня слабые...

Душный лестничный пролёт, два раза по десятку ступеней вверх быстрыми мягкими прыжками. Пятый этаж. Слилась со стенкой. Дыхание рвётся хриплыми горячими толчками. Господи, прости мне грехи мои...

От звука распахивающихся створок лифта закружилась голова. Кажется, храбрая девочка во мне закончилась. Совсем!..

Ещё немного, ещё чуть-чуть... А я дверь захлопнула? Нет?!

Качок провернул ключ в замке, и, ничего не подозревая, вошёл внутрь. Несколько непростительных секунд я боялась и пошевелиться, словно окаменела. А потом вспомнила, что сотворила с туалетом, компьютером и криминальным элементом по кличке "Лысый" и припустила так, как не бегала и на зачётах по физкультуре в школе десяток лет назад!..

Прыгая по ступеням второго этажа, я услышала громкий хлопок двери и щелчок, от которого судорога прошлась по горлу. Этот звук я слышала только в кино: так передёргивали затвор пистолета!..

Так не бывает! Господи, так же только в кино случается, это же не всерьёз?!

 Судорожно тыча пальцем в кнопку, отворяющую дверь подъезда, я обмирала от каждого звука спешного шага. Но дверь всё же поддалась, и я выскочила в моросящую мглу, тускло освещённую уличными фонарями.

Кажется, это конец. Тут и спрятаться негде: детская площадка, редкие кустики и холодный бетон дома, к которому я прижалась на пару секунд. Спортивные кроссовки как нельзя лучше подходили сейчас моему экстренному бегству в сторону дороги.

Нужно свернуть. Нужно как можно быстрее убраться прочь с освещённой улицы и перестать быть лёгкой мишенью.

За угол дома я юркнула ровно в тот момент, когда в воздухе приглушённо взорвался хлопок, а шею обожгло, словно раскалённой сковородкой. Хрустнула ветка под ногой, едва не пропоров суком подошву. Яркий свет шоссе резанул глаза, взревел клаксон автомобиля, взвизгнули тормоза...

Осознание случившегося пришло не сразу. Уже лёжа в позе эмбриона на мокром грязном асфальте, в метре от капота Уазика, я ощутила, как меня стремительно накрывает цунами боли.

Ругань, шум рации...

- Валера, слева заходи - уходит!

Мамочка... Я так не хочу умирать... Мне так больно, что только немые слёзы текут из широко распахнутых глаз.

Полицейская куртка, пропахшая удушливым запахом табака, оказалась неожиданно тяжёлой. Привкус крови во рту. Трудно дышать. Каждый вдох - боль. Выдох... Кажется, под рёбрами что-то больно булькало, и вдобавок к этому жутко тошнило.

Синеватые проблесковые маячки и секундный вой сирены скорой подарили надежду на жизнь.

В женщине я ценю преданность,

а в мужчине - способность оценить её.

Виктор Вержбицкий

Глава 9

 

 

  Попа... Моя бедная многострадальная попа!.. В который раз в неё кололи жгучие уколы, как и моим соседям по палате. С другой стороны, всё могло быть гораздо хуже, не наткнись мы с полицией друг на друга несколько ночей назад. Мои травмы оформили, как несчастный случай при ДТП. Ещё и кровь на алкоголь заставили сдавать, а он там, конечно же, был, пусть и в небольшой дозе. От претензий отказалась, что уж теперь...

  Преступников задержали тогда же, хотя дело о похищении на них так и не завели, - ничего ведь теперь не докажешь, но уверили, что тех молодчиков давно выслеживали по другим делам. Как сказал приходивший лейтенант, "если бы не подозрения, то Вам бы повезло меньше".

  Перелом двух рёбер с повреждением левого лёгкого, огромный синяк во всё бедро, и сотрясение мозга помимо раны на шее от пули по касательной - везение сомнительное. Да и телефон жаль, что разлетелся на мелкие осколки и остался лежать на асфальте. Я даже позвонить никому не могла! Все номера телефонов остались на симке, а на память я не помнила ни один. Без паспорта, без денег, в незнакомом районе, в городской больнице... По меркам местных я была почти бомжом. Лейтенант обещал поискать родных, но отчего-то его хмурой небритой улыбке я совсем не верила.

  За несколько дней из умирающего лебедя я превратилась во вполне себе хмурое, немытое, но очень даже живое чудовище. И даже подружилась с соседкой по палате, которая любезно помогала мне по мелочам. Толком вставать мне пока не удавалось из-за головокружения и слабости, да и спала я полусидя, боясь задеть трубку из груди после операции. Поэтому поход в общий туалет в конце длиннющего коридора казался подвигом, на который я вчера отважилась с опаской. Но сегодня... Сегодня я молодец, даже на физиопроцедуры сама пошла!

  Вернувшись в палату, я застыла в дверях. Соседка болтала в коридоре по телефону, ещё две женщины с переломами ног просто спали. А на чистенькой перестеленной кровати (едва упросила санитарку!) сидели моя заплаканная мама и серый, осунувшийся Максим.

  - Кого оплакиваем? - спросила тихонько с подозрением в голосе.

  Мне, конечно, не сладко, и я едва сдерживала слёзы радости, но похоронные лица настораживали.

  - Катя?.. - обернулась мама, вставая. - Доченька, ты жива!..

 - Не дождётесь... - прохрипела я, распахнув глаза и утопая в мамочкиных объятиях.

  На Макса было жалко смотреть, и было в этом некоторое удовольствие. Ведь если бы не его рвение, если бы не этот маскарад отношений... Но уже в следующую минуту меня в четыре руки упаковали в одеяло на кровати, вручили домашний компот, яблоко, цветы и продемонстрировали целую сумку вещей первой необходимости.

 А я всё-таки расплакалась. За несколько дней выживания я начала привыкать к суровой действительности, и любовь близких снесла этот барьер от мира, словно разбушевавшаяся речка дамбу. Они ведь такие тёплые, родные, любимые, эти люди!.. Врач говорил, надо делать дыхательную гимнастику, чтобы лёгкое расправилось. Угу... Уже делаю...

  - А я тебе говорила, что тётка наврала, что Катюшку в морг увезли! - увещевала мама Макса.

В морг? Да, юмор у неё специфический. Но именно она поддерживала меня несколько дней, когда я беззвучно плакала от боли и страха. Именно её мрачноватые шуточки не дали мне впасть в отчаяние и заставили верить в лучшее, не смотря ни на что.

 - А ты и рад верить, да? - хихикнула сквозь слёзы, ощущая горячие поцелуи на сжатых в мужском кулаке пальчиках моей руки.

 - Глупостей не говори, - с угрозой прохрипел Макс, уничтожая взглядом нас с мамой. - Я тебя искал с той самой ночи, всех знакомых на уши поднял!.. А тебя соседка видела, только полицию вызвать побоялась.

  Что ж, на соседей надежды мало. Зато соседка рассказала, что случилось, описав в деталях увиденное. Максиму быстро удалось изловить шпица, и с приездом полиции появился и Чиграков. А ведь в тот момент, когда я уже сбежала, они уже были рядом! С деньгами и скрытыми камерами на одежде!.. Только улицы перепутали и блуждали в соседнем районе. Разминулись во времени, а потом лишь через пару суток узнали, куда меня увезли.

  Маме же позвонил тот самый лейтенант. И ведь нашёл мой разбитый телефон, забрал сим - карту, позвонил!.. И пусть не Максу, но его можно было понять: когда пролистываешь чужой список контактов, то в первую очередь останавливаешься на тех, что имеют существенные отличия. Например, "мама" опознавалась сразу, а вот "Максим Свиярский" среди прочего списка имён просто затерялся.

  Они встретились тут, в больнице. Два дорогих мне человека, одного из которых хотелось немного прибить. Не могла я ему простить того, что со мной случилось. Такое вот странное чувство: и придушить хочется, но если душить, то только лично, и, наверное, потом. Потому что сейчас тепло у него подмышкой и спокойно от того, что он рядом и за руку держит.

  И пусть клялся гусарской честью, что эти нехорошие люди ответят за всё, и что он так этого не оставит. От этого только легче становилось. Пусть, скромно потупив взор, признавался, что проверял мои социальные контакты и почту в интернете, благодаря чему получил важный файл. Он мной гордился и восхищался, да. А ещё придушить в полушутку пытался, тут же отдёрнув руку от моей шеи и извиняясь. Рана поджила, но всё ещё болела. Чудо, что пуля не прошла глубже. У меня, наверное, ангел с широкими крыльями...

  - Что ж ты не бережёшь её? - дрогнула голосом мама, обращаясь к Максу. - Из семьи увёл, а защитить не можешь!..

Макс промолчал, нахмурившись. По нему и так было видно, что виноватым себя чувствует, а тут ещё и по больному...

 - Мам!..

 - Да чего уж... - махнула она рукой примирительно и промокнула измусоленным платком глаза. - Слава Богу, что нашли, да живую, а не в канаве труп. Дочь, ведь Юрке твоему тоже звонили. Только так и не приехал, поганец! Даже не пытался по телефону сделать вид, что ему жаль!.. Дела у него, видите ли...

  Ах, да... "Муж" тоже видное слово. Но оно, к сожалению, не всегда соответствует ожиданиям. Я вздохнула, и прикрыла глаза, неосознанно сжимая сильнее руку Максима. Зато он всё прекрасно заметил и понял, судя по теплу его губ у моего виска. Да, он виноват, и знает об этом. Но если бы я не убежала с банкета, повинуясь своим страхам и обидам, если хотя бы раз ответила на звонок у парковки!.. Я тоже виновата, и глупо это отрицать. Нам предстоит нелёгкий разговор, но позже, тет-а-тет.

  - Кстати, машину твою вчера из ремонта забрал. Ребята сказали, что техосмотр был сделан... никак. То есть, просто выписали квитанцию.

 - Но я же просила всё проверить!.. - ошарашенно запрокинула голову, глядя в грустные, усталые глаза.

 - Верю, Катюш, верю... Ты у меня педант в таких вопросах. Но им заплатили за то, чтобы ничего не делать. Муж твой заплатил. Я узнавал.

  Я замерла.

  - Максим, ты уверен? - засомневались мама. - Юрка, конечно, тот ещё индюк, но он же безвредный!..

 - Не такой уж и безвредный...

  Макс нахмурился, внимательно оглядывая моё лицо. А я всё думала, зачем мужу подстраивать мне такую каверзу? Неужели из чувства мести?!

  - Откуда ты узнал, что это сделал он?

Меня с сомнением окинули испытующим взглядом.

 - Потом расскажу, - коснулся губами моего лба. - Тебе отдохнуть надо.

 - Ты что, уже уходишь?!

 - Дочь, ну он же тоже устал, - неожиданно вступилась мама.

  Покачав головой, Максим на мгновение задумался, окидывая маму пристальным взглядом сквозь прищур.

  - У меня другое предложение. Мы все едем к нам домой.

  В одно мгновение привычная уже палата стала чужой. Как только я представила себя среди котов, на любимой уютной кухоньке, в объятиях любимого... Я уже была там! Но мама заупрямилась.

  - Вы поезжайте, а я на электричке поеду... Там Анька одна, и отец некормленый. Одну дочь чуть не потеряла, так и за второй - глаз да глаз...

 - Мам, ну что ты придумываешь? Аньке сколько уже лет? Я в её возрасте учиться уехала в город, и жила одна!

 - Вот то-то и оно... Пожила, замуж выскочила по любви большой, теперь маешься сдуру...

  Поединок взглядами с мамой был у нас в семье любимым развлечением когда-то, и Максим с интересом наблюдал за нами, не встревая. Но спустя несколько секунд, когда я уже устала обиженно пыхтеть и отвернулась, он взглянул на часы и прорёк:

  - На вокзале сейчас перерыв. Мне кажется, я за последние двое суток об окружающей местности узнал больше, чем за всю жизнь... Так что, Софья Михайловна, будьте нашей гостьей, пожалуйста, - обаятельно улыбнулся.

 О, знаю я эту подкупающую улыбку дипломата!.. Мама тоже не устояла, разулыбалась в ответ, начав лепетать что-то про неудобства. Но Максим уже ушёл за доктором, дабы отпросить меня домой. С этим возникли некоторые сложности, но я обещала ходить на процедуры по месту жительства и пить все лекарства, что назначил врач. А трубку снимать через неделю, если всё расправится. Так что по пути в родные просторы были и аптека и продуктовый магазин, в которых было закуплено всё необходимое.

А дома...

Встретившись ещё в коридоре с вечно счастливым шпицем, и зарывшись носом в её мех, я едва сдержала эмоции. Смешно сказать, сколько я себя корила за судьбу этой девочки!.. А уж когда на кухне Дам на колени запрыгнул и начал вылизывать шершавым языком мой подбородок, что с ним случалось нечасто, то и вовсе дала себе волю, глупо улыбаясь и оглаживая тёмную мордочку с голубыми глазами.

- Квартира на сигнализации. Не выходите без нужды, - проинформировал Максим, потирая переносицу, и присел рядом. - Уговорил твою маму отдохнуть в большой комнате, она у тебя молодец, что ещё держится на ногах.

- Спасибо... - отозвалась под громкое утробное урчание сиамца. - Я знаю, как ты не любишь чужих людей на своей территории.

- Тебе сейчас помощь не помешает, а я как-нибудь перетерплю пару дней, - поморщился. - Завтра завезу на твою работу больничный.

- Да я и сама могу...

- Нет, - отрезал тихо. Повисла пауза. - Катерин, и не смотри на меня так. Я обычно мало прошу, ты знаешь. Но сейчас я даже не прошу, - требую, чтобы ты сидела дома и не выходила без нужды на улицу. Если что-то понадобится, звони мне.

- У меня телефона нет...

- Точно... Завтра куплю. Но на улицу ни ногой, хорошо? Не ходи без меня никуда, нужно убедиться, что на этом всё, и никому больше ничего не угрожает. В поликлинику я тебя сам отвезу в обед, и с Тесси потом погуляю.

Я покорно кивнула. После случившегося мне и самой не хотелось покидать пределы квартиры, да и предложение отвезти больничный лист самостоятельно было скорее формальными.

 - Спать, в душ или поговорим? - спросил он, устало откинувшись спиной на стену.

Его потухший серьёзный взгляд и залёгшие под глазами тени говорили о том, что лучше выбрать первый вариант. Но у меня были ещё некоторые нерешённые задачи.

- Ты иди спать, а я позже приду. Мне в душ надо.

- Тебе же мочить твою трубку нельзя! - изумился он. - И на ногах еле стоишь!..

- Ничего, я как-нибудь так...

Обречённо вздохнув, Макс поднялся со стула и уже через минуту вернулся с полотенцем и банным халатом. Я отказывалась несколько раз, уговаривала его уйти спать. Но в его планы это не входило, и мне всё же пришлось идти с ним. Мало было приятного в том, чтобы раздеваться, обнажая огромные синяки, трубку, швы, ссадины и порезы. Видеть, как он сглатывал, стиснув зубы, едва обнажался новый участок повреждённого тела. Чувствовать, как дрожат его руки, когда помогал заклеивать места, которые должны были оставаться сухими.

Сейчас в его взгляде не осталось ни тени сомнений в том, что виноват кто-то кроме него.

- Я тебя люблю, - обвила его слабенькими бледными руками. - Ты слишком винишь себя, не надо...

Обречённый вздох и осторожные, едва уловимые объятия были ответом.

- Ты мой мужчина, - продолжила. - Ты ведь мог даже не искать меня, многие бы спасовали. Ищет полиция - и ладно... Но ты искал. И нашёл. Быстро нашёл! И я знаю: не потому что за фирму боялся, или ответственности. Просто ты меня любишь, хоть и молчишь об этом. И не сможешь простить себе, если...

Макс не дослушал. По всем законам физики и анатомии мне сейчас бы следовало упасть в обморок от такого захвата и поцелуя, но я устояла. Наверное, потому, что у любви нет преград, и она всегда найдёт путь от одного любящего сердца к другому.

- Болтушка моя, - улыбнулся с толикой грусти и смущения. - Мыться давай.

Дни летели незаметно. Макс пропадал на работе, а мы с мамой дежурили дома по хозяйству. Её помощь оказалась не лишней, да и по сладким пирогам я соскучилась сильно! Мне удалось даже договориться с начальством, чтобы часть работы сбрасывали на почту, а если появлялась необходимость, то я могла созваниваться с подчинёнными по смартфону, любезно подаренному Максимом.

Днём мы ездили на процедуры, поначалу в городскую поликлинику. Но на второй день ожидания в очереди мы с Максом одновременно пришли к выводу, что в частной клинике возле дома эти же процедуры хоть и обойдутся недёшево, зато не хуже, и уж тем более без таких очередей. Синяки желтели, я стойко терпела все головокружения во время дыхательных гимнастик, но и дышать со временем становилось всё легче. Появился румянец на щеках, и, благодаря заботе близких, я быстро пошла на поправку.

А вот с задержкой пришлось понервничать. Как купить тест, если из дома - ни шагу, открывать никому нельзя, а тревожить домашних не хочется? Ну не говорить же Максиму о таких вещах?.. И я нашла выход. Однажды, когда мы посещали платную поликлинику, я осторожно оповестила любимого о том, что мне нужно к женскому врачу. Мол, ничего страшного, просто давно не была и консультация не повредит. И уже за дверями гинеколога упросила врача, чтобы мне взяли кровь прямо в кабинете. Макс всё равно ничего не понимает в этих мудрёных названиях анализов, так что тут всё обошлось.

Но к вечеру в ожидании результата я уже извелась. Пересмотрела огромное количество форумов и сайтов на тему беременности, нашла у себя все признаки оной и даже приготовилась к разговору с будущим папой. И когда внизу монитора ноутбука появилось сообщение о результатах анализов из клиники, меня окатило волной жара. Трясущейся рукой я щёлкнула по клавише мышки, зачем-то зажмурившись. И ещё несколько секунд потом в отупении рассматривала соответствие результатов.

Оказывается, я очень хотела этого малыша, и понимание того, что его не будет, холодным комом обожгло изнутри. Это просто гормональный сбой из-за стресса, как и предположила врач. Потому что куча других анализов говорили о том, что я здорова. Только немного нервная, побитая, изломанная. Но здоровая.

Первые солёные капли, минуя сухие губы, разбились кляксой о клавиатуру. А у мамы нюх на слёзы дочерей. Мы с Анькой всегда удивлялись, как это она умудряется к нам приходить, когда нам хуже всего? Она пришла и в этот раз. Утешала, гладила по голове свою взрослую дочь и словно заговорами твердила фразы "не время", "всё ещё будет" и "вот разберёшься с проблемами...".

А вечером, когда мы сели ужинать втроём, я задумчиво смотрела на Максима и сжимала рыжего плюшевого медведя на коленях. В суете тяжёлых рабочих будней и разбирательств с тем файлом, который не должен был попасть в чужие руки, Макс всё же находил время для того, чтобы заехать в цветочный магазин и порадовать меня ярким нежным букетом или, как сегодня, милой мягкой игрушкой.

Он ведь мог бы быть отличным папой для наших детей. С Юркой как-то всё не получалось. То он не хотел, то я... Предохранялись по-разному и не всегда, могли бы тысячу раз уже забеременеть, но не случалось. И, наверное, хорошо, что не случилось. Юрку я любила, но эта любовь скорее напоминала тяжёлую болезнь, иссушившую меня изнутри и снаружи. Что бы я тогда смогла дать ребёнку?

Да и мама, глядя на нас с Максимом, улыбалась чему-то своему и старалась уйти в момент, когда на него находила нежность. Единственным минусом в этой ситуации были её ежедневные упрёки и требования о разводе с Юркой. "Новой семьи не построишь, не отпустив старую", - ворчала она. И что внуков хочет, и что Макс умничка, и что я зря на него ворчу по пустякам. "Он же любит тебя, неужели не видишь? Хороший парень, заботливый, работящий, а ты даже разводиться не хочешь со своим оболтусом!.."

Однажды вечером, когда мама всё-таки уехала, мы с Максом сидели перед телевизором. Был выходной, и мы решили провести его вместе дома, с горкой креветок и пузатым чайником зелёного чая. Осенний дождь барабанил по крыше, изрядно дополняя нотками грусти романтичную балладу Боярского "ланфрен ланфра". А у нас уже по сложившейся традиции собрался целый кинозал из котов, собаки и нас в обнимку под одним большим клетчатым пледом. И что там происходило на экране... мы порой упускали. Ведь можно гладить друг друга пальчиками по лицу, и слизывать кетчуп, смеясь, с перепачканной небритой щеки. И дарить друг другу улыбки и поцелуи, перемежая их рассказами о том, что происходит на работе. И даже игриво кусаться немного.

Максиму стоило немало нервов найти человека, который оказался в сговоре с теми похитителями. Уволенный за растрату бухгалтер может на поверку оказаться страшнее и хитрее матёрого преступника. Он ушёл в другую компанию, но обид не забыл. Вот почему "Эллада" проиграла тендер. Этот человек слишком хорошо знал, над чем и какими методами работает его бывший начальник. А уголовное дело о похищении всё же завели, - поспособствовало упрямство одного настойчивого гусара.

Навозившись с любимым всласть и сонно греясь на сильном плече Максима, я наконец поделилась новостью:

- Знаешь, я документы на развод подала.

- Мм? - сонно отозвался. - И что? Муж подписал?

- Не явился, хотя обещал, - вздохнула с сожалением. - Но это уже не важно. С тем адвокатом, которого ты мне посоветовал, всё оказалось немного проще. Через три месяца будет суд. Если Юрка не подпишет документы и не предложит иного, то квартира будет продана без его согласия.

- Через три месяца может быть поздно... Впрочем, у нас такие дела быстро не делаются...

Я приподнялась на локте, рассматривая бессовестно сонное выражение лица. Может, ему и понятно, а мне?..

- Какие ещё дела?

- Прокурорские. Уголовные.

Повисла тишина. Макс приоткрыл один глаз, убеждаясь, что я всё ещё гипнотизирую его, и вздохнул.

- Кать, он убить тебя хотел, понимаешь? Нас обоих. Та авария после отпуска просто чудом закончилась лишь испугом и парой синяков. Если бы ты погибла, то квартира и всё ваше имущество досталось бы ему. А меня убрать - для него вообще дело принципа. Неужели ты думала, что я просто так спущу ему это с рук?

- Я не думаю, что он хотел именно убить, - осторожно начала, подумав. - Возможно, он хотел отомстить... Знаешь, он мелочный. Понимает, что сам виноват, но никогда не признает этого, что бы ни говорил. Виноваты всегда другие, но не он.

- Прокуратура разберётся. Даже если ничего доказать не удастся, то в другой раз подумает, прежде чем такие вещи подстраивать.

Грустно признавать, но, в самом деле, не хотелось бы повторения Юркиных пакостей, если он действительно оказался на это способен.

- Максим, а что тебя связывает с Валерией? Ну, та надоедливая женщина на банкете, беременная от тебя?..

Мужчина ехидно улыбнулся одной стороной лица, щурясь на меня одним глазом, - так и хотелось укусить за нос!

- Ревнуешь? Мы же оба знаем, что Лерка не беременна. А если и беременна, то уже не от меня. Какой из меня отец? А из неё - мать?.. У меня голова на плечах пока ещё держится, чтобы допускать такие глупые случайности. Мне просто нужно было время, чтобы это доказать. Да и Лерка владеет слишком крупным бизнесом, чтобы с ней ссориться.

- Неприятная особа... - надулась. - Неужели тебе такие нравятся?

- М-м-м-м... - заурчал, словно кот, потягиваясь. - Мне ты нравишься!..

Потянувшись, Макс повернулся на бок, подгребая меня под себя. Игриво поцеловал ушко, горячо в него выдохнув, нырнул рукой под мою футболку. От ласковых, осторожных поглаживаний и поцелуев участилось дыхание, - я так по нему соскучилась!.. Но до сегодняшнего вечера он любыми способами отговаривал меня. И вот, наконец-то полноценные объятия, опьяняющий запах любимого мужчины и горьковатый привкус одеколона с его кожи у шеи... Горячая мужская грудь чуть прижимается к моей, и... Бок прострелило едва заметно, но вскрикнула я так, что сама не ожидала! Даже сиамец подпрыгнул на спинке дивана, вжавшись в стену, а уж любимый и вовсе оказался сидящим на другом конце дивана!..

- Всё нормально! - поспешила заверить его, отбирая трубку телефона из немного трясущихся мужских рук. - Правда, нормально!.. - заглянула в расширенные зрачки. - Просто испугалась...

- И ты ещё спрашивала, почему я тебя не трогаю, и у нас секса нет?!

Кот в шоке, Макс - тем более...

А я что?.. Только и оставалось улыбаться смущённо и подлизываться, обнимая отпирающегося гусара...

***

Несколько дней спустя мне сняли трубку. О кровоподтёках ещё напоминали небольшие синяки, но они хотя бы перестали болеть при каждом прикосновении. Звонила свекровь, скандалила секунд пятнадцать. Больше я просто не выдержала. Оказывается, и квартиру её Юрочки я хочу отобрать, неблагодарная, и счастлива я должна быть тем, что Юра благородно оставил мне мою машину. А посему просто обязана забрать заявление о покушении на жизнь. Ведь не мог её благородный, воспитанный сын совершить такой подлый поступок! Это всё нехристианская меркантильность... Далее, зная манеру разговора свекрови, следовал новый цикл уже сказанного.

Как-то всё равно стало, что там грозит бывшему мужу. Лишь бы уже развели хоть как-то. Даже если половину квартиры не отсужу, что вряд ли, и то не сильно огорчусь. Деньги, конечно, огромные и не лишние, но... Словно бы грязные, чумные.

Как говорит Аришка, "хорошее дело браком не назовут".

Макс наспех выпил кофе, закусив горячим бутербродом, забрал коробку с домашней едой, и снова уехал на работу. Холодно, как мне показалось. Отстранённо. И уже не в первый раз я замечала, что он всё меньше смотрит на меня с интересом, часто теряет нить разговора. Но я не придавала этому значения. Он столько работает, что неудивительно!.. С недавнего времени Макс перестал ходить на обед в кафе или рестораны, и вряд ли потому что я так уж замечательно готовлю, как он рассказывает. Каждый визит к врачу - существенная сумма, которую оплачивал он сам, считая, что только так и можно. Но ведь даже заместитель генерального директора относительно крупной компании не зарабатывает миллионы, и я старалась приготовить для него очередной кулинарный шедевр.

Скоро мне и самой предстояло выйти на работу с больничного, хотя и были опасения, что меня попросту уволят. Кому нужен сотрудник, который почти не появляется на работе? Сначала внеплановый отпуск, потом вот больничный...

 Но это потом. На сегодня у меня ещё были планы прочитать очередной детектив, к которым я пристрастилась с недавнего времени. А что? Если на планшете читать, - а я для этой цели использовала тот, что Макс разрешил, то и места в квартире не занимает, и читать можно хоть круглосуточно!

И вот, на месте, где герои вот-вот распутают цепочку загадочных происшествий, внизу окошечка сверкнуло сообщение из социальной сети. Наверное, Максим вчера не закрыл свой аккаунт, когда сидел на кухне вечером. И... Я знаю, что так делать нельзя...

Писала девушка, на аватарке которой было спортивное подтянутое тело в кружавчиках, а лицо - в ажурной маске. Но едва вчитавшись в переписку, я обомлела. "Привет, Максик, как дела, мой сладкий?"

И он в ответ совершенно спокойно ей:

"Привет, солнце. Нормально всё. Отдыхаю вот (смайлик). Что нового?"

И так они общались регулярно, едва ли не каждый день. А на страничке этой девицы безобразное множество откровенных фотографий, которые "Максик" регулярно снабжал лайками и восхищением в комментариях. Вот тут она в коротком кружевном платьице, там - только попа в стрингах с капельками на коже.

Корпус планшета жалобно хрустнул под пальцами. Не лопнул, нет. Всего лишь вывел звуком из ступора. Я сглотнула комок. Перед глазами замелькали сцены, как я этот планшет в Макса швыряю, и как истерики устраиваю. А потом демонстративно ухожу. Куда? Не знаю. Но руки тряслись, и горло стянуло тугим арканом обиды.

И я уже набирала ледяными неслушающимися пальцами номер Макса на новом смартфоне, как увидела своё собственное отражение в зеркале...

В домашних тренировочных штанах и застиранной старой мужской футболке, с пучком на голове и перекошенным от ревности лицом я была чудовищна.

- Да, Кать? Алло?.. Алло-о-о!..

Я помолчала ещё немного, переводя взгляд с ненавистных до дрожи картинок в планшете на собственное отражение и обратно, собралась с духом и постаралась как можно ровнее ответить:

- Прости, я ошиблась...

Несколько минут покоя и тишины. Никому не будет лучше от того, что я наделаю в порыве эмоций и гнева, так? Это непрофессионально. Руководитель даже в личной жизни должен уметь предъявлять претензии обоснованно и взвешенно.

Волосы у корней отросли. И пусть перепад натурального оттенка и краски был не сильный, - это всё равно видно. Растрёпанные, кое-как завязанные наверху в драный пучок... И это только о волосах. А если раздеться?..

Покрутившись у зеркала, я пришла к выводу, что:

а) по попе и бокам давно и безнадёжно рыдает спортзал.

б) по ним же грустит и тоскует массаж, ибо, чтобы добиться эффекта, как у той девицы, придётся пойти на жертвы.

в) мне срочно нужно к косметологу...

Смущённая и расстроенная донельзя, я упала на диван, спугнув Шермана, который с некоторой брезгливостью теперь смотрел на меня со стола. Даже рыжий плюшевый рыжий медведь молчаливо взирал на меня с прискорбием.

Всё плохо. Разбежалась я, ага. Вся такая эффектная хлопнула дверью...

Но всё равно обидно! Неужели нельзя было намекнуть, что у нас что-то не так? Неужели просто нельзя было сказать, что я плохо одеваюсь?..

Медведь молчал. Шер опасливо косился на мои страдания.

А если он с ней не только переписывается? О "ночнушке" Макс как-то сказал, что подозревал о её лжи насчёт беременности, но хотел быть уверенным. Только это их и связывало. А тут...

Неужели у Макса есть любовница?!

Хмурое лохматое чудище в зеркале вопияло своим безобразием. А ведь Юрка... Будь он неладен... Я ведь тоже всё пирожками его кормила и сама то же самое ела. И стирала и гладила, и убирала. И в том, что Юрка стал пропадать ночами, я тоже, наверное, виновата. Кому захочется приходить к женщине, которая выглядит как неухоженная усталая кухарка?

Я тоскливо посмотрела на дверь. Страшно.

Месяц добровольного заточения не сделал меня смелее. Я смирилась с такой жизнью и текла по течению. Но дальше так продолжаться не могло. Чем я буду отличаться от домашнего животного, если не смогу самостоятельно распоряжаться собой? Выйти за дверь рано или поздно придётся. И пусть от этой мысли начинает ощутимо колотить изнутри, пусть холодеют руки...

- Алло, привет, Ариш...

Подруги на то и существуют, чтобы спасать мир друг друга от разрушения в ответственный момент. И девочки дружить всё-таки умеют, кто бы что ни говорил. Особенно против мальчиков. И уже через полчаса, готовая к подвигам подруга стояла на пороге нашей с Максом квартиры, аккуратно складывая мокрый зонт. Критически оглядела меня хмурым взглядом, заверила, что всё поправимо, и ещё через полчаса мы обе сидели в салоне у Аришкиного мастера.

Точнее, пришлось задействовать нескольких специалистов, чтобы и красили, и стригли, и маникюр и педикюр... Тотальную эпиляцию я стоически стерпела, стиснув зубы и проклиная подругу за идею. Зато на процедурах для лица я почти уснула, расслабившись под приятными поглаживаниями и последующей маской. Кожа стала шелковистой, и даже синяки под глазами заметно уменьшились.

Аришка вышла из массажного кабинета довольной кошечкой, и я позавидовала ей, - мои сеансы начнутся только через три дня. А вот поружка щеголяла длинными, стройными ногами...

Ничего. Я тоже такой буду!

Далее по программе шло посещение спортзала, нужно было продлить мой абонемент, который, как оказалось, уже закончился. А потом ещё по магазинам...

Мы весело провели время. Перекусили в кафе, - не как в прошлый раз, но вдоволь наболтались на чисто женские темы. Ну невозможно же разговаривать о рецептах, колготках и критических днях с мужчиной, сколь бы любим он ни был! А в интернете общаться - не то. Тут и пошептаться можно и посмеяться и видеть человека в естественной обстановке.

- Хочешь, в кино сходим? - предложила она. - Как раз на какой-нибудь вечерний сеанс успеем.

- Макс волноваться будет, - вздохнула.

- А пусть поволнуется. Мужикам полезно иногда немного понервничать и посомневаться. А потом ты придёшь вся такая красавица!..

- Не могу... Нужно ему позвонить. А то приедет, а меня дома нет... - потянулась я к сумочке.

- Кать, да брось!.. Он-то тебя не спрашивал, можно ли в соцсетях с другими женщинами флиртовать? Да и когда ты последний раз в кино была? Пойдём, говорю!

Я переступила с ноги на ногу, закусив чуть подкрашенную губу и разглядывая лакированные носы новых туфелек. С одной стороны, Аришка была права, и Максу стоило напомнить о том, что я не домашнее животное и не кухарка. А с другой - не совсем честно так с ним поступать.

Восемь часов. Он как раз в это время приходит с работы домой. Раньше приходил в шесть, но потом стал после работы заезжать в спортзал, оставаться на работе...

- Идём, идём! - тянула Аришка к лестнице на этаж с кинозалом. - Ой, смотри!..

Подруга раскраснелась, томно улыбаясь афише кинозала, на которой красовался Джейсон Момоа в роли очередного драматического любовника и злодея. И как-то так вздохнулось само собой в унисон с подругой, и лестница эскалатора понесла нас вверх, к приключениям и омуту карих глаз сердцееда.

Да и как могло быть иначе? Он же такой!.. Такой!.. Нельзя просто так взять и не пойти на картину с гавайцем. Кто хоть раз не мечтал побыть Дейнерис? Или Тамарой?..

За десять минут до сеанса раздался звонок. Мы как раз доедали мятное мороженое, так что холодок во рту и животе оказался прямо таки зловещим!

- Ты где?

Ни "привет", ни "как дела". Голос Макса был очень встревожен.

- С подругой гуляю, - мурлыкнула в телефон, облизнув ложечку. - А что? Котлеты не вкусные?

Судя по сдерживаемому вздоху на другом конце телефона, дома меня ждёт рассерженный дракон. Ну и пусть. У меня до сих пор перед глазами стоит чужая женская попа в разных ракурсах, к которой возлюбленный гусар написал несколько восторженных комментариев.

- Котлеты? - хмыкнул. - Не могу судить о вкусе того, чего мне не досталось. А коты вряд ли поделятся мнением.

Упс... Когда я уходила, то оставила остывать котлеты под крышкой сковородки. Коты и впрямь всё время вертелись под ногами и норовили залезть на стол...

- А что случилось?

- А это я у Вас, мадам, хотел бы вызнать! Прихожу, дома никого, обувь по коридору разбросана, в кухне сковородка на полу валяется...

- Макс, а я тут ни при чём, - изумилась. - Когда уходила, всё было на месте...

- Хоть бы предупредила, что уйдёшь. Я вообще-то рассчитывал на тебя сегодня.

- Неужели? - не выдержала едкости в ответ на угрюмую претензию. - Я вот тоже рассчитывала на твою... честность. Думала, что гусары верны своим дамам. Но, видимо, все гусары... - не договорила, стиснув зубы. - Ладно, мне пора, - заторопилась. - Тут уже в кинозал запускают. Домой приеду поздно.

- Так, стоять!.. - рявкнул в трубку. - Катерина, в каком...

Но очередь уже подошла, да и что могла сказать уязвлённая женщина своему не идеальному, как оказалось, мужчине?

Фильм был не просто интересным, а захватывающим с самого начала! Погрустив и понервничав, я сама не заметила, как втянулась в сюжет зрелища и забыла, где нахожусь. Границы реальности и экрана размылись, и в какой-то момент я стала частью удивительного мира, где герой - сильный, но неоднозначный по поступкам человек, влюбляется в женщину, с которой ему быть не суждено. Она его ненавидит. Сильно. Ругает его, презирает, унижает. Он тоже не остаётся в долгу, но переживает втайне, тоскует...

Вот как, как можно не влюбиться в такого? Ну что же ты ничего не видишь, дура слепая!.. Да ещё и так подставляешься под удар, а он... конечно же, он, накануне разругавшись с тобой, ни секунды не думая - загораживает собой от осколков прогремевшего взрыва!.. И замирает в кадре смуглое лицо гавайца со шрамированной бровью, и медленно оседает его уже бесчувственное тело на колени...

И так больно за них, так тоскливо, что слёзы текут мелодраматичной рекой из-под 3D очков. Хорошо, что рядом Аришка, накрыла мою руку своей, согревая сухим теплом. Только рука отчего-то несколько крупнее, и излюбленные её ноготки куда-то делись...

Я сняла очки, с удивлением и смущением воззрившись на обладателя жаркой руки. А Макс, посмотрев на меня сквозь трёхмерные очки, прижал палец к губам и положил руку за мои плечи, выжидая моей реакции. Спрашивать у него, куда делась Аришка, я не стала. Тем более что её макушка обнаружилась чуть в стороне, одним рядом ниже. Судя по тому, как она увлечённо смотрела на экран, поменялись они с Максом давно. Поколебавшись, и с подозрением оглядев предложенную уютную  подмышку, я решила, что посижу и так, демонстративно проигнорировав жест.

Предательница у меня подруга. Могла бы и сказать, что происходит... Я бы сама пересела! Приехал тут, думает он герой...

...А гаваец меж тем всё ещё жив, курилка!.. Изранен, едва дышит, но возлюбленная его прониклась поступком и теперь пытается спастись сама и вытащить этого влюблённого идиота с прекрасным телом и пронзительным взглядом. А он же мужчина, и снова пытается взять инициативу в свои руки, - вот же мужики!.. И даже вполне натурально бьёт по лицу главного злодея своим увесистым кулачищем, шатаясь от полученных ран. И девчонка перешла на его сторону, - вон как царапается с тем же злодеюкой! Только времени нет. На экране то и дело мелькает ускользающее время таймера на взрывном устройстве.

Злодей повержен, лежит, умирает и глупо улыбается. Да бегите оттуда, бегите же, ну!.. Ой, нашли время целоваться, - там же сейчас рванёт!!!

И рвануло.

Медленно летящие в огне куски арматуры, взмывшие в воздух орущие в агонии смерти люди... Неужели не выживут?! Неужели погибли, - все?.. Нет, ну пожалуйста! Ну не надо замогильным голосом рассказывать за кадром философские истины о любви и предательстве. Я не хочу такой финал!.. Там же гаваец, и девчонка ничего так, хоть и дура упрямая...

Она вышла, из осколков и пепла, хромая и мрачная. Одна. А дальше заиграла пронзительная мелодия и пошли титры.

Ненавижу.

У режиссёров просто мания убивать гавайца в каждом втором фильме с его участием!..

Я прикрыла глаза, судорожно выдыхая от осторожного поцелуя в свежеокрашенную макушку. Макс, разумеется, гад. Но любимый, свой... Получит, конечно, на орехи. Но пока пьянящие запахи дезодоранта и мужского мускуса отвлекали моё внимание от мыслей о мести. Хорошо, что в этом кинозале поднимаются подлокотники и можно уютно вот так, в обнимку... И почему мы раньше в кино не ходили?..

Толпа людей, покидающих зал, выход, бар. Аришка спешно распрощалась, убедившись, что я в надёжных руках и уехала. А я... Пока бармен готовил для нас напитки, а официант удалился исполнять заказ, - Макс ведь так и остался голодным, - я не спешила встречаться взглядом с обладателем красивого костюма, чуть торчащих из-под рукавов манжет и массивных часов. Переодеваться после работы он явно не стал, и я теперь, искоса поглядывая на представительного заместителя генерального директора "Эллады" испытывала лёгкое благоговение.

Второй этаж кинотеатра был небольшим, и не пользовался особой популярностью. Зато здесь было тихо, играла приятная ненавязчивая музыка и зал, построенный вокруг витой лестницы, был освещён мягким приглушённым светом и украшен чёрно-белыми постерами.

Максим наконец сделал заказ, и, приобняв меня за талию, легонько коснулся пальцами моего подбородка, обращая на себя внимание.

- Катюш, может, всё-таки расскажешь, в чём я провинился? Что за истерики с ревностью?

Это было любопытство, смешанное со странным очарованием с его стороны. Зная методы работы Макса с потенциальными партнёрами женского пола по бизнесу, мне, наверное, не стоило так легко верить этому профессиональному обаянию. Что ему стоит солгать? Но влюблённый, ласкающий взгляд, не смотря на всё произошедшее, ввергал в смущение. Совсем уже не хотелось предъявлять претензии и выяснять отношения.

- Ты меня любишь? - тихо спросила, исподлобья глядя в укоризненный прищур глаз.

- Есть сомнения?

И его изумлённо заломанная бровь, и этот добродушный прищур хитринок, и интонация обволакивающего голоса вкупе с нежными, едва заметными поглаживаниями на моей талии: Макс весь был моим сейчас. Я чувствовала. И странное ощущение накрыло вдруг от осознания того, что в данный момент мы двое слишком близки, чтобы тратить это чудесное мгновение на ревность.

- Это уже не важно, - чуть улыбнулась, слегка поправляя на нём строгий галстук стального оттенка.

- Набедокурила и в кусты? - улыбнулся в ответ. - А мне, значит, гадать...

- Кто ещё "набедокурил"!.. И как ты меня нашёл?

- Арине позвонил.

- У тебя ещё и телефон моей подруги есть?!

- Ещё в прошлый раз обменялись. Кать, знать контакты окружения близкого человека, с которым живёшь - нормально, не надо на меня так смотреть!..

Почему-то стало стыдно за свою ревность. И ещё тяжелее - признаться в том, что полезла в его профиль в соцсетях.

- А как мне реагировать, когда ты восхищаешься чужими откровенными фото? Что я должна думать?

На несколько секунд он застыл, мучительно припоминая сей прискорбный факт.

- Кать, я не помню, - улыбнулся, пожав плечами. - Да и какая разница? Даже если и так... Что у меня может быть общего с девушкой, чьи откровенные фотки я могу осмотреть и прокомментировать наравне с тысячами других мужчин? Я не с фотками, а с тобой живу. Делю, что называется, пищу и кров, зарабатываю для нас деньги. У нас общие проблемы и радости - этого мало?

- Признанное тобой "мы" и "нас" - уже много... - вздохнула, утыкаясь лбом в уже немного колючий подбородок.

Смесь одуряющих запахов у любимой шеи и тепла объятий - это нечестно. Думается с трудом. Куда уж там до страшной мести? Да и сказанное им только что воздушными крылышками прорезалось над лопатками.

Люблю, люблю, люблю!..

- Но всё равно обидно.

- Тогда у нас ничего не выйдет.

После шелковистых лепестков словесной нежности - как мешком по голове! Я отстранилась, распахнув глаза и перестав улыбаться.

- Если хочешь быть со мной счастлива, - пояснил, - научись доверять мне, как себе. Что бы ты ни видела, что бы тебе ни говорили - не верь. Если я пойму, что мне чего-то не хватает в наших отношениях, я сам скажу. И того же я жду от тебя.

 

Вчерашний день - учитель при сегодняшнем.

 Публий Сир (римский поэт эпохи Цезаря)

Глава 10

 

 

Выходное утро после тяжёлой рабочей недели подобен глотку райской свободы. Лежать, слушая тишину сонной квартиры и никуда, совершенно никуда не торопиться - это ли не чудо? Я совершенно вымоталась за эти дни, но в груди жила маленькая гордость за то, какая я молодец, не смотря на все трудности. Справилась, расставила приоритеты, да я просто ух-х!..

Выходить на работу после длительного перерыва оказалось тяжело не только физически, но и морально. Надо сказать, что моего выхода не ждали. Негласным лидером стала та упрямая дама, с которой у меня накануне аварии разгорелся конфликт. Пришлось отвоёвывать своё положение и ставить тётеньку на законное место.

Потягиваясь на нагретых простынях, я вспомнила, как женщина хорохорилась, пыталась хамить и настаивала на том, что у неё здесь прав больше, но... Многим она попросту мешала назойливыми советами, в то время как свою работу она не делала, сваливая её на других. Да и шеф дал мне понять, что либо я разбираюсь с этой проблемой мирно, либо мои услуги здесь и не нужны. Вопрос компетенции! Люди, даже и имеющие лидерские качества, далеко не всегда умеют правильно выстроить политику общения с коллегами.

У меня не осталось выбора, кроме как честно предложить ей подписать уже оформленное увольнение. И если бы не заранее полученная подпись генерального директора на этом листке, мне было бы намного сложнее. Но шефу она и сама давно надоела, и её заслуги перед фирмой уже не выглядели столь впечатляющими. Решение об увольнении он оставил за мной. После этого она долго плакала у меня в кабинете и жаловалась на жизнь. Стакан воды, салфетки и капли пустырника из медчасти заняли в итоге около получаса. Но, кажется, возымели своё действие.

Так что, лёжа в субботнее утро в постели на свежем белье, всё ещё немного похрустывающей после стирки и глажки, я чувствовала себя, если не победителем, то хотя бы на пути к лучшему.

Макс посапывал рядом, запрокинув руку наверх. Напряжённые черты лица серьёзного начальника разгладились, временами сопение переходило в храп. Такой забавный и родной человек, и даже на уголок пододеяльника по носу не реагирует. А, нет, реагирует!.. И нечего кусаться, пытаясь уложить меня рядом... или хотя бы на себя, потому как я была против укладываться вообще.

- Мадам, Вы что-то быстро выспались... - недовольно проворчал со сна. - Неужели ночью было мало?..

- М-м... - довольно улыбнулась, вспоминая подробности.

Утыкаться носом в его горячую вкусно пахнущую шею, лёжа при этом на нём было немного больно. Хотя бы потому, что ноги нещадно ломило от таких продолжительных ночных экспериментов, - мы словно дорвались друг до друга. Расплата неминуема. Но как было сладко само преступление!..

- Ну... Я не знаю, может и мало... А хочешь кофе?

Макс поморщился, не открывая глаз, и настойчиво прижал мою голову к своей груди.

- Спи.

Соня, соня!.. Это кто ещё из нас соня!.. Мне же потискать его хочется, зацеловать, и вообще вместе радоваться новому дню, а он - "спи!"

Я вздохнула, улыбаясь. Сегодня мне предстоит провести большую часть дня одной, и от этого утро было с лёгким привкусом грусти. Макс хотел встретиться с друзьями в баре, - не навязываться же теперь? Он и так все выходные со мной, имеет право отдохнуть немного иначе. Да и мне нужно было в тренажёрку...

Легонько поцеловала ямочку на щетинистом подбородке и отползла в сторону. Пусть спит.

Одним ловким прыжком наглая сиамская морда очутилась на моём проминающемся под мягкими лапами одеяле. И это только лапы мягкие, а весит эта зараза шесть кило, - я взвешивала! И каждый его шаг ощущался болезненно, но шелохнуться я боялась. Знала не понаслышке, что балансируя и сопротивляясь, он выпускает свои крюгерские когти. Проще перетерпеть и потом прогнать. Принюхавшись и моргнув голубыми глазищами, Дамьен отправился на место между мной и Максом, где и улёгся пузом кверху, не имея ни стыда, ни совести!

- Дам, какой же ты наглый... - вздохнула, покорно почёсывая подставленное пушистое тёплое пузо любимца.

Кот утробно заурчал, составляя с любимым гусаром мини-оркестр, играющий в унисон.

Готовя завтрак для нас, я пританцовывала под музыку у плиты под любимую рок-радиостанцию. Макс пришёл на запах кофе, стоило только снять турку с плиты, и в этом он был умильно постоянен. И я даже не сразу заметила этот внимательный взгляд, направленный куда-то чуть пониже моей поясницы. Обернулась, убеждаясь, что не испачкала короткие шортики или бёдра.

- Ты чего там увидел?

Улыбка возлюбленного гусара стала совсем уж мечтательной и хулиганской. Поймал меня, - чуть кофе не расплескала! - И, горячо дыша под грудью в живот, с притязанием стал исследовать заднюю часть шортиков.

- Так... Кто-то спать хотел?! - шутливо шлёпнула по рукам. - И вообще... Кофе стынет! Ну, Макс!.. - рассмеялась.

- Погоди... Тут честь и совесть надо отстоять! Вот тут честь, - чуть прикусил попу, - а вот тут, - расстегнул молнию на моих шортиках, - тут, знаешь, похоже совесть...

Игривые, щекотные поцелуи животика были смешаны с нашим смехом. Не очень-то Макс и настаивал на немедленном раздевании, больше шутя и возясь, а я не торопилась упрекать его, наслаждаясь этой вознёй. Откровенно гладить друг друга не ради секса - новое, удивительное удовольствие. Новый глоток доверия из кубка отношений - сладкий, пьянящий!

Ночь и без того вышла насыщенной. Начиная с неторопливых поцелуев, вперемешку с вкусными улыбками и внезапными поворотами. Сейчас я не смогла бы точно сказать, в какой момент расслабилась настолько, что перестала думать о проблемах на работе и том, насколько привлекательна в приглушённом свете ночника. Постепенно, под покровительственными поцелуями вдоль спины и живота, я словно влилась в незримый поток ласк. Отвечать ему тем же, заводить его, игриво прижиматься и тереться попкой оказалось таким же удовольствием, как если бы расслабиться и ничего не делать, лишь изредка стеная.

Я смущённо раскраснелась, глядя на Макса и вспоминая, как мы перехватывали друг у друга инициативу, распаляя, дразня. Очень стыдно и приятно было очутиться вдруг без белья, оседлав его лицо. Пропустила момент, когда трусики окончательно улетели за пределы кровати, а Макс сам подтянул меня на руках к своему рту, лёжа при этом на спине. Никогда и ни за что бы не согласилась добровольно на эту позу, - там ведь дышать ему сложно, и вид, наверное, не самый удачный, но... Кажется, возлюбленного гусара в тот момент меньше всего волновали подобные мысли. Да и спустя всего несколько секунд постыдного удовольствия, я забыла о своих страхах. Лишь щетина немного царапала нежную кожу бёдер, но от того только придавала пикантности происходящему.

На кухне звякнул заварник, случайно задетый локтем Макса, и я очнулась от воспоминаний о ночи. Обняла любимого, слегка прикусывая его левую мочку уха, - одну из тайных слабостей, как оказалось сегодня, в процессе экспериментов.

- Мм!.. Девочка моя шаловливая... - улыбнулся, целуя в губы и усаживая меня на колени.

- Кофе остынет, - откинула свои упавшие на лицо волосы, с которыми боролась всю ночь.

Не любит Макс заколки и резинки в волосах. Ему нравится зарываться в них лицом, слегка прихватывать в момент страсти и просто трогать. Как и сейчас - зажал локон пальцами, наслаждаясь его гладкостью, рассматривая.

- Пусть стынет. Не хочу никуда торопиться.

Помолчал, снова улыбнувшись, едва взглянул в моё лицо.

- Что? - смутилась. - Такая смешная?

Едва заметно покачал отрицательно головой, задумчиво разглядывая меня. Потянувшись ко мне рукой, он бережно провёл пальцем по моей щеке.

- Ты выглядишь счастливой. Словно светишься... Мне почему-то очень приятно от этого. Ты какая-то такая... - задумался на секунду, - моя.

Я фыркнула, промолчав. Юрка тоже твердил, как попугай в брачный период: "моя, моя!.." А толку-то? Сегодня мне, завтра вон, Марине...

- Мне было хорошо сегодня ночью, - улыбнулась. - Тебе, надеюсь тоже?

- М-хмм... - мурлыкнул утвердительно, не размыкая губ и не сводя с меня плутоватого взгляда.

- Может, поэтому и кажутся тебе всякие спецэффекты?.. - процедила сквозь зубы шутливо и поцеловала в краешек улыбающихся губ. - Светящееся лицо и всё такое...

- Неа, - потянулся до хруста. - Я давно уже заметил. Или хочешь сказать, что я неправ?

Вздохнув и перестав улыбаться, я посмотрела в безмятежно-расслабленное, улыбающееся лицо любимого мужчины.

- Не знаю, - отвернулась к столу, слезая с коленей. - Давай позавтракаем? Я есть хочу.

Он не стал спорить и доказывать что-либо. И я была ему благодарна за это.

Мой "вездеход" после диагностики и серьёзной починки вёл себя на дороге удивительно послушно! Может, и не стоит продавать любимицу, раз можно всё исправить? Она и вместительная, и удобная, да и привыкла я к ней. Как тут расстаться?

Двигаться в субботнем потоке машин по широкому проспекту, мимо торговых центров, кинотеатров и метро - почему-то от этой езды голова стала пустой, и засевшая в ней назойливая мысль о том, что Макс - очередной собственник, как и все мужики, быстро растворилась в ритме рока из колонок и движения вперёд. Будь что будет. Жизнь - это здесь и сейчас, а не завтра и не вчера. И в данный момент меня всё устраивает. Даже удивительно, насколько!..

На стоянке перед зданием спортзала раздался звук клаксона, пока я забирала из машины спортивную сумку, цокая каблучками полусапожек по осеннему асфальту, заваленному мокрой жёлтой листвой. Я обернулась, распрямляясь. Мужчина спортивного вида, припарковавшийся неподалёку, широко улыбнулся мне и показал кулак с оттопыренным большим пальцем вверх. Маньяк. Ещё один на этой неделе.

Солнце слепило глаза, пахло прелой почвой и мокрым асфальтом. Ну его, этого улыбчивого... Я поспешила ретироваться, поправляя, на всякий случай юбку-миди.

Заниматься в чистом, просторном зале под бодренькую музыку - отдельное удовольствие. Как и разминать ноющие мышцы - сродни мазохизму. Больно, порой до слёз, но... приятно!.. Зато в зеркале раздевалки небольшие результаты уже заметны: и кожа стала упругой, и цвет лица заметно улучшился. Даже настроение поднялось, какая я умница!

Главное в тренировках - это их постоянство. Можно приходить в зал, чтобы поработать совсем чуть-чуть. Но за два часа до этого нужно обязательно покушать что-то из длинных углеводов, принять витамины и не забыть взять с собой воды. А пока, бодрым шагом по беговой дорожке, виляя попой - раз, два, раз, два, раз, два!.. Даже скорости можно прибавить, судя по сердечному ритму. За неделю я сильно продвинулась, оказывается, и нагрузки стало не хватать! Раз-два, раз-два!.. Играет бодренькая песенка про альбатроса, мужчины вокруг подкаченные ходят, штангу жмут, качают вес в тренажёрах, сопровождая занятие металлическим лязгом. Женщины упорно трудятся над своими далеко не идеальными телами. Это только кажется, что придёшь, и все тебя засмеют. Но никто ведь не будет смеяться над заболевшим человеком, пришедшим за лечением в поликлинику?

- Привет, Катерина! - улыбнулся тренер, облокотившись на ручку моей беговой дорожки.

Мы познакомились несколько дней назад, когда он проводил для меня вводный инструктаж. Внушительный дядька-богатырь, чемпион чего-то очень серьёзного с множеством букв в аббревиатуре обладал голубыми глазами и обаянием плюшевого медведя.

- Как успехи? Хорошо выглядишь. Только, наблюдаю за тобой... Почему силовые тренировки не включаешь?

- Я не знаю какие... - смутилась, едва не сбившись с шага. - Так, понемногу всего беру.

- Ну, смотри, я могу помочь тебе составить индивидуальный план занятий и питания, будем заниматься с тобой, покажу, как правильно работать с весом.

В очередной раз смутившись, я уставилась на приборную панель тренажёра. Восьмой круг, шесть километров. По спине сбежал очередной ручеёк пота. Разница температуры выдыхаемого воздуха и зала такая, что чувствую себя огнедышащим драконом. А огромные богатырские плечи тренера и отсюда боковым зрением видно. Интересно, а если пощупать - они какие? Жёсткие? Мягкие? Каково это вообще - положить ладонь на такое плечо?..

Женское любопытство - коварно и губительно. Но и я не Пандора, чтобы баловаться с тренером за спиной любимого. К чему мне очередной апокалипсис в жизни? Да, было бы интересно помечтать о таком, просто в качестве расширения познаний. Но помечтать - и только!

- Я подумаю, - потянулась за новой порцией воды у приборной панели.

- Ладно, - нехотя оторвался он от поручня. - Я тут, в тренерской.

Пересев в ножной тренажёр после разминки, я долго размышляла над предложением. Много историй слышала о том, как люди надрывали себе мышцы и сухожилия от неверного исполнения упражнения. И, поразмыслив, решилась. Цена, конечно, оказалась внушительной, но... Видела я и дороже раза в три. Так что мне очень даже повезло. Да и тренер оказался внимательным и профессиональным. Взвесил, пожурил за вчерашние пирожные и составил мне программу занятий. Мы долго говорили о питании. В целом, я и так знала все эти премудрости о сбалансированности и карнитине, но слушала всё равно внимательно. Теперь три раза в неделю мне предстояло встречаться с этим потрясающим мужчиной и... Да поможет мне Бог!..

После зала, совсем неподалёку оказался и салон красоты. Точнее, там был и массажный кабинет, - моя маленькая слабость в последнее время. Моя компенсация за труды и старания, пусть и немного болезненная поначалу, зато потом... После мёда, активного растирания и закусывания простынки, я точно знала, что на попе всё меньше остаётся следов ненавистного целлюлита. И пусть соседка говорит, что это женская особенность и что бороться с ним бесполезно... Хочу! Хочу гладкую, аккуратную попу! И, в конце концов, у меня есть деньги, чтобы это сделать.

Ну, хорошо... Допустим, не совсем у меня, и без финансовой помощи Макса я бы так не шиковала, но... Результатов не получает тот, кто ничего не делает. Даже если бы у меня не было этих денег, я бы просто пошла в более дешёвый зал и занималась самостоятельно. Кто хочет, тот ищет способы, а не причины, - воистину!

После зелёного чая, выпитого в расслабляющей обстановке салона, я едва оторвала себя от кресла. Ехать никуда не хотелось, - только свернуться под одеялом и уснуть. Но ехать предстояло ещё как минимум полчаса, так что я собрала волю в кулак, улыбнулась, поправив золотой кулончик в форме цветка, - недавний подарок Макса, - и отправилась заводить машину.

Неспешно падали осенние листья деревьев, чуть покачиваясь в свете солнечных лучей. Гудела автострада, позвякивали проходящие мимо трамвайчики. Я невольно замедлила шаг, наслаждаясь мгновением. Удивительно. Так привыкла бежать, не оглядываясь, не смотря в небо... А оно ведь красивое. Яркое, насыщенно-синее, с белыми разводами, напоминающими рябь, глубокое. Почти целиком жёлтые и багряные кроны деревьев удивительно контрастировали с небесной синевой. А ведь...

Ведь так происходит каждый год.

Но когда последний раз я замечала эту восхитительную, захватывающую своей величественностью красоту? Когда с таким упоением вдыхала вкусную осеннюю свежесть, переполненную красками уникальных запахов?..

Отчего-то захотелось увидеть родных, особенно непоседливую сестрицу. Обнять постаревшего отца, забраться с ногами в старое домашнее кресло в нашем загородном доме. Чтобы носки - вязанные мамой и её потрясающие пироги с брусникой!.. И как в детстве, зачитывать Аньке смешные моменты из наших любимых книг...

Но Анька действительно выросла. Разговаривая с ней на днях по телефону, я поймала себя на мысли, что мне не хватает в ней той наивности и восхищения, что были десять лет назад и ужасно раздражали. Теперь моя младшая сестра - взрослая, романтичная девушка. Вряд ли ей будет интересно вернуться в прошлое.

А жаль.

Возле подъезда дома меня ожидал сюрприз. Двухметровый крепко сложенный мужчина в излюбленной чёрной рубашке и модных джинсах, подчёркивающих мускулистую фигуру.

- Привет, - подошёл он, едва меня увидев.

Изумлённо уставившись на Юрку, я немного растерялась и... Напряглась.

- Ты меня выслеживал что ли? - нервно перебросила спортивную сумку на другое плечо.

- Да, да... Выслеживал, - подцепил под локоть. - Пойдём-ка на площадку, поговорим.

Вырвалась, оттолкнула, и едва не бегом устремилась к подъезду. Я ведь хорошо бегаю, но Юрка всё равно поймал за локоть.

- Стой, куда бросилась? Просто поговорим! - прорычал настойчиво, сжимая тиски пальцев.

- Больно! - рванулась.

Выпустил, сжав зубы. На красивом лице нервно заходили желваки.

- Кать, пожалуйста! - прорычал, плохо сдерживая себя.

Не умеет Юрка просить. Так и не научился. Только требовать, только брать. И чего девчонки такими восхищаются? Неужели приятно, когда твоё мнение не имеет никакого значения?..

- Говори, - сощурила глаза.

Он медленно выдохнул, взглянув на меня исподлобья. И уже через несколько секунд натянуто улыбнулся, сменив агрессивный тон непринуждённым.

- Здесь, на проезжей части? Давай хоть на лавку присядем. Ты что, боишься меня?

- Юр, я устала, у меня дела. Если есть что сказать по делу - говори. А нет, так я пойду.

Он с неподдельным интересом окинул меня взглядом. Так, словно впервые увидел.

- А ты классно выглядишь.

Мне показалось, или в глазах бывшего мужа промелькнула тоска?..

- Спасибо, - пожала плечами, разворачиваясь к подъезду.

- Стой, стой... - заторопился, отдёргивая руку под моим взглядом. - Послушай, скажи своему Свиярскому, чтобы он написал отказ от претензий на меня. Дослушай... - выдохнул, снова вцепляясь в мои плечи. - Кать, я понимаю, что виноват перед тобой. И машина... Ну прости дурака!.. Прости, я был так зол на тебя!

Юрка неожиданно ласково скользнул руками по моим плечам, взяв ладони в свои и сжав их. В один миг лишившись привычной спеси, он смотрел на меня с высоты своего роста, и его взгляд не выражал ненависти или надменности. С сожалением, так, как может смотреть лишь действительно раскаявшийся человек.

Нам пришлось отойти в сторону, пропуская въехавшую во двор машину. И через несколько секунд - ещё одну. Я вздохнула, отбирая свои руки. Что ж, когда-нибудь этот разговор всё равно должен был случиться.

Очутившись на полупустой детской площадке, мы присели на лавочку.

С веток деревьев падали первые пожелтевшие листья, наполняя собой небольшой дворик. Малыши с удовольствием копались в песочнице, а их сонные мамы одним глазом приглядывали за чадами. Мы сидели на ярко-зелёной лавке, наше молчание затягивалось. Оно не было неловким, какое разделяют едва знакомые влюблённые. Напротив, у меня были вопросы, но я не торопилась их озвучивать. Боялась, что человек, исполосовавший моё сердце в лоскуты, сможет задеть во мне что-то живое. И тогда снова будет больно.

- Ты злишься на меня? - тихо спросил он после нескольких секунд молчания.

- Мне всё равно, - зябко пожала плечами.

Юра рассеянно кивнул, не глядя на меня.

- Идея с сервисом была глупостью. Я не мог просто так тебя отпустить, я не готов был к тому, что ты...

- Что я могу сама принимать решения? Или что я могу уйти?

Он невесело хмыкнул, разглядывая площадку.

- Ты ведь любила меня. Ты знала, что я изменяю тебе, но всё равно любила.

Я промолчала. Тяжело признавать собственные ошибки.

- Так когда ты успела поменяться? - посмотрел на меня, задумчиво оглядывая моё лицо. - Почему так, Кать? Почему ты не захотела даже попробовать начать с начала? Я ведь был готов вернуться в семью... Совсем вернуться. Навсегда.

Кольнуло где-то глубоко в сердце от последней фразы. Разве не этого я хотела все эти годы? Чтобы вернулся, чтобы любил...

- А почему именно ко мне?.. Что, другие хуже борщ варят?

- Да нет... - хмыкнул. - Не поэтому. С тобой легко. И тебе можно доверить детей... Так почему ты не захотела сохранить нашу семью?

Я зажмурилась, скрывая проступившую влагу на ресницах, и сглотнула ком. Легко ли каждый день силой веры воплощать иллюзию в реальность? Легко ли, расставшись с розовыми очками, вновь и вновь вспоминать о годах, вычеркнутых из нормальной жизни?..

- Разве это теперь важно?

Вопрос повис в воздухе. Лёгкий ветер приносил шум трассы и поднимал в воздух золотистые листья, кружа их вихре, словно в танце. Искоса взглянув на бывшего мужа, я увидела, как верхняя часть красивого Юркиного лица от ветра оказалась прикрыта чёлкой, которую он небрежным жестом откинул назад.

Несколько секунд тишины. Несколько моих медленных, почти судорожных вдохов.

Зря я согласилась на этот разговор. Зря.

- А ты?.. - повернулась к нему, встречаясь с вопросительно внемлющим взглядом. - Ты... - тихо прошептала, выталкивая больной вопрос, который обходила годами. Глаза всё же предательски защипало. - Ты меня любил? Хоть немного?..

Юрка несмело накрыл своею ладонью мою на лавке, чуть сжал, оглаживая большим пальцем. И от этого его по-настоящего нежного, и потому редкого жеста, стало невыносимо больно. Секунды молчания складывались в виноватый неслышный монолог, где мужской вздох стал последней точкой.

- Мало любил, если спрашиваешь. Я ведь гад, сволочь и наш брак - ошибка... Так ты думала обо мне все эти годы, ожидая с работы?.. Да так, так... - Он грустно ухмыльнулся одним уголком рта, склонив голову, а затем серьёзно посмотрел в глаза - Знаешь, Катюш, если бы можно было открутить время назад... Я бы хотел начать всё сначала. Без вечного вранья, потуг быть лучше, чем я есть. Ты же классная была, я с тобой был счастлив тогда, в самом начале.

А я только сейчас осознала, что невольно ловлю каждое его слово и замираю, когда он рассматривает так, словно откровенно любуется мной. Любуется и злится. Вот только меня давно мучил вопрос, - чем же я была хуже других?

- Была? И что же случилось?

- Не знаю... - задумался. - Как-то всё однообразно стало. Скучно... Куда-то пропала твоя яркая искра. Знаешь, ты не обижайся, но раз уж спросила... Я ведь женился на красивой задорной девчонке, а жил... с уставшей от жизни... женщиной.

Падают, падают осенние листья, вычерчивая на асфальте невидимые знаки. Осень - всегда время тоски и перемен. Я спрятала согретую чужим теплом ладонь, сложив руки на груди. Вот только Юрка странно посмотрел на меня. Удивлённо.

- Обиделась? Я же не хотел, зай... Прости. Зря сказал.

Я пропустила момент, когда Юркина рука оказалась у меня за спиной. Хотела встать, оттолкнуть - так было надо, так правильно!..

- Ты такая красивая стала, Катюш... - прошептал хрипло, склонившись. - Я умираю от желания прикоснуться к тебе снова, вдохнуть твой запах... А ты такая гордая и независимая, такая неприступная...

Между нашими лицами оставались считаные сантиметры. Я видела каждую родную чёрточку, вспоминала вкус его губ и каким нежным и страстным он может быть...

- Любимая... - огладил свободной рукой моё лицо. - Желанная моя...

Он замер в последний момент, поймав мой равнодушный взгляд.

- А знаешь, Юр... Если бы мне выпал шанс начать с тобой всё с начала, я бы не изменила ни минуты. Так что... Спасибо, что ты был откровенен со мной. Спасибо, что не любил.

Спокойно встав без какого-либо сопротивления, я закинула спортивную сумку на плечо. Прошлого изменить нельзя, да и в самом деле - надо ли? Здесь и сейчас я совершила, наверное, самый важный шаг за последнее время: приняла этого человека таким, какой он есть. Он никогда не станет лучше или хуже. Юрка навсегда останется моим мужем, но теперь уже бывшим. И даже немного жаль его...

Ведь я смогла измениться и приобрести полезный жизненный опыт. Но смог ли он?..

 Я шагала к подъезду, щурясь осеннему солнцу и людям. А перед глазами всё ещё было красивое мужское лицо, с неожиданными морщинками, которых я раньше не замечала. Тени вокруг выразительных глаз сильно старили Юрку. А на висках... Время не щадит никого. И ничто больше меня с этим человеком не связывает, - зарубцевался, загрубел последний шрам в душе. Неосознанно я коснулась кулона на шее, и, судорожно вздохнув, едва заметно улыбнулась, взглянув на бегущие по небу облака сквозь жёлто-зелёные кроны деревьев.

Горько-солёный вкус свободы оказался больше наполнен лёгкостью ветра.

 

Брак не может быть счастливым,

 если супруги до вступления в союз

не узнали в совершенстве нравы,

привычки и характеры друг друга

Оноре де Бальзак

Глава 11

 

 

Что может быть лучше растянутого тёплого свитера, деревянной веранды и кружки какао с корицей и ванилью? Только то же самое, но с вкусным детективом! И я наслаждалась осенним днём в мягком старом кресле на террасе отчего дома, закинув ноги в шерстяных носках на кованный тяжеленный стул в изящных вензелях, которым очень гордился папа. Будучи в молодости единственным, а потому лучшим кузнецом в округе, он успел сделать многие вещи для дома. А потом здоровье кончилось, и начались папины серые будни вперемешку с артритом и воспоминаниями о былых деньках.

Терраса была остеклённой, с широкими, вечно распахнутыми дверями, отчего пол у входа был усыпан подсохшей красной и жёлтой листвой с плодовых деревьев. Дамьен, вволю нагулявшись в первые же два дня по саду, и разодрав соседской собаке морду за неуёмное любопытство, теперь мирно посапывал на моих ногах.

- Кать, телефон звонит...

Мама вышла, вытирая руки полотенцем. Из дома тут же потянуло вкусной стряпнёй, а рот переполнился слюной.

- Я слышу, - отозвалась, перелистывая шуршащую страницу книги.

Над ухом послышался укоризненный вздох.

- Ответь, дочь... Волнуется ведь! Подумаешь, поругались, с кем не бывает?

- Он знает, где я. Захочет, приедет.

Конечно, я бы не была такой спокойной, если бы не знала, что эта размолвка - временна. Просто мне захотелось побыть с родными, сменить обстановку. Это не так уж и удивительно, если вспомнить, как часто мы стали ссориться по мелочам. Брошенные посреди комнаты носки, немытая чашка, вовремя не выгулянная собака... Что-то стало исчезать из наших отношений. Я честно говорила об этом не раз, но, кажется, так и не была услышана.

По жестяной крыше весело ударялись и отскакивали тяжёлые капли всё усиливающегося дождя. Но в пледе было тепло и уютно, а какао не успело остыть. Два дня назад я официально стала свободной от брачных обязательств, но не испытывала по этому поводу никаких эмоций. Гораздо больше мне нравилась мысль о том, что на квартиру нашёлся покупатель, и он уже внёс предоплату. А значит, скоро и всё остальное окажется поделённым поровну.

Похоже, мама забрала у меня и телефон, и кружку, чтобы не опрокинула, засыпая. На свежем воздухе за чертой огромного города и так отлично спится, а уж монотонному убаюкивающему перестуку дождя и вовсе не воспротивиться...

Мне снились чудесные цветные сны. Кто сказал, что такие снятся лишь сумасшедшим и детям, тот просто завидует. Монохромными мои сновидения были несколько раз и свидетельствовали скорее о чёрной депрессии. Я летала в небе, обладая суперсилой. Словно герой из голливудского блокбастера, соревновалась на мечах с лучшими самураями тысячелетия, и даже почти победила! Оставалось лишь ещё немного выстоять, ещё немного приложить усилий, но мастер оказался сильнее меня и уверенно теснил выпадами к краю мира.

Вот только самурай, вместо того, чтобы приложить меня как следует мечом напоследок, неожиданно нежно прижался губами к моим губам. Застонав, я отвернулась, сонно потирая глаза и недовольно косясь на вполне европейское лицо с пытливой полуулыбкой. Макс нависал надо мной, упёршись руками в ручки кресла, и ничуть не смутился моей досады на лице.

- Мадам, вам вредничать не надоело?

- Я разве вредничаю? Всего лишь интригую!..

- Весь внимание, - хмыкнул добродушно. - Чем порадуете? Обед, порка, казнь?..

Сон как рукой сняло. Я удивлённо распахнула глаза.

- Макс, ты каких там оттенков насмотрелся без меня?.. Какая порка?!

- Обыкновенная. С эротическим уклоном.

Ах, даже так?.. Теперь была моя очередь веселиться.

- Как будет угодно моему хозяину. Что предпочитаете: плётки, наручники, кляп?..

- "Извини" будет достаточно.

- Извините, хозяин, рабыня больше не будет подбирать носки по всему дому! Рабыня хочет, чтобы её отшлёпали!..

Изумление Макса росло всё сильнее с каждым выкрикнутым словом, а под конец, когда я окончательно разозлилась, уже опасливо косился на двери.

- Может, - продолжила, - мне плётку принести и умолять на коленях выпороть...

Макс поймал моё лицо руками.

- Тихо ты! - рассмеялся, следом завладевая губами. - Твои нас услышат, не то подумают... - подсунул руки под спину и колени.

- А пусть думают! - завертелась в загребущем захвате. - Я требую сатисфакции плётками и... контрибуции!..

- Да понял я, понял... - раздражённо заворчал.

Макс наконец извлёк меня из-под кота, книжки и пледа и немного покачал на весу, укоризненно глядя в глаза.

- Квартиру пропылесосил, посуду вымыл, мусор вынес. Но стирать и готовить не буду.

- Будешь.

Щуриться я тоже умею. И даже сопеть, прожигая взглядом, у меня получается куда эффектнее! Вот только Максу это не понравилось. Грустным и унылым стало его лицо, а мои ступни ощутили вес всего тела на холодном дощатом полу террасы. Дождь всё упрямее колотил по крыше, стекая громким водопадом на землю. Максим сложил руки на груди и, присев на спинку дивана сбоку, молча наблюдал за буйством непогоды, а Дам, как истинный кот, тут же занял хозяйское нагретое кресло. Видимо, чтобы не остывало...

Устроившись на диване с поджатыми ногами, я ждала, что меня всё-таки обнимут, но... Широкая мужская спина застыла передо мной красивой скульптурой, а дождь всё лил и лил, словно небо прохудилось.

- Ты голодный? - тихо спросила, глядя на эффектный разворот плеч.

Я рефлекторно перетёрла подушечками пальцев воспоминание о мягкой нагретой ткани его тонкого свитера. Это тающее в руках ощущение не хотелось отпускать. Выхваченный на несколько упоительных мгновений запах его тела взбудоражил воспоминания и ссориться уже совсем не хотелось.

- Мама борщ готовит, я давно хотела тебя познакомить с роднёй. Знаешь, она отлично стряпает!..

Максим отрицательно покачал головой.

- Если мы сейчас не можем договориться о мелочах, то что будет дальше? - спросил, обернувшись и нахмуренно посмотрев на меня сверху вниз.

- Макс... - вздохнула, подползая к нему. - Я просто не хочу быть горничной, с которой ты спишь. Разве сложно поддерживать порядок в доме вместе? А если я заболею или уеду?

- Ты и уехала, - нахмурился обиженно. - Предательски бросила нас наедине с бутербродами и пельменями.

- Неправда! Там ещё и курица была с рисом!..

- Она была маленькая и очень незаметная...

Выдержав снисходительную паузу, Макс мученически вздохнул, обнимая меня в ответ. Падать с ним на диван было страшно и неожиданно, а потому не обошлось без визга, - ещё и щекотать начал прицельно по самым чувствительным местам!

- Макс!.. - пискнула, отбиваясь. - Ну Максим!..

- Вреднота моя, - прорычал, стискивая и укладывая на себя.

Пришлось усесться верхом, и упереться в грудь разыгравшегося мучителя. Одно хорошо точно - он тёплый. И так и тянет уткнуться носом в лёгкий нагретый свитер под ладонями... Но, раз я "вреднота", то марку надо держать. Из вредности.

- Только не думай, что я тебя простила на этом, - пригрозила пальцем, стараясь сохранить максимально серьёзное выражение лица.

- Кать, ну чего ты ещё хочешь? - судя по кошачьей улыбке, Макс на мою серьёзность не купился. - Не умею я готовить и не хочу, - этим женщина должна заниматься! Или желаешь в больницу с отравлением?

Я задумалась. Качнулась на нагретом месте. Повар из Макса и впрямь был плохой. Но в те моменты, когда приготовленные им подгорелые тосты, в компании паштета и кофе попадали ранним утром на подносе в нашу постель... А там и джем клубничный и перепачканные лица уже обоих, и затянувшийся романтический завтрак с клубничными поцелуями...

Видимо, воспоминания были настолько приятными, что я не заметила, как мечтательно разулыбалась, и очнулась только от прикосновения тёплой ладони к щеке.

- Так соскучился по твоей улыбке, - ласково огладил мой подбородок и потянул за руки на себя. - Хочешь, я возьму пару дней к выходным, и куда-нибудь съездим?

И до того уютно лежать с ним на тесном диванчике под шум дождя, впитывать всем телом его тепло и вкушать подзабытый за эти дни запах!.. Я неисправима. Невозможно прощать человека только за то, как притягательно он пахнет и за обещание побыть вместе. Это всего лишь химия. А со временем исчезает, к сожалению, и она.

- Хочу на выставку.

- Что за выставка?

- Тут, через пару дней... - не договорила я.

Мы обернулись и вскочили как по команде на звук падающей посуды и мамины крики. Грохот был таким, что мне стало жутко и в кухню я влетала с перекошенным от ужаса лицом. Оказалось - не напрасно. Опрокинутая кастрюля с борщом трагично исторгала собственное содержимое на пол, где в этот момент находилась мама и держалась за руку, баюкая её. Кухонный шкафчик, висящий набекрень с распахнутой дверцей и остатками посуды, осколки которой теперь покрывали пол, был виновником случившегося.

Макс, едва не поскользнувшись на смеси осколков и борща, поспешил на выручку маме, а я - выключать плиту и поддерживать подозрительно дёрнувшийся шкафчик. И только в этот момент я заметила быстро ретирующуюся со шкафа тень с распушённым чёрным хвостом.

- Дамьен!..

Моему возмущению не было предела. Оказалось, что кот давно выпрашивал у мамы сметану и никак не мог нарадоваться нескончаемым порциям. Но вот, остатки кошечьего лакомства были припрятаны в холодильник, а кот отруган за жадность. После чего Дам исчез из кухни...

- Вот чёрт твой этот черномордый!.. - ругнулась в сердцах мама, усаживаясь на стул при поддержке Макса. - А я ещё подумала - куда делся? Эх, борщ жалко...

- Какого... тут произошло? - матюгнулся папа.

Судя по виду, мы его разбудили. Взлохмаченная седая шевелюра замялась набок, а от пижамы на папе были только штаны. Объясняли наперебой, но папа сообразил гораздо быстрее. В результате Макс меня отослал помогать убирать погром, а они с отцом вдвоём ремонтировали и вешали шкафчик ещё около часа. Учитывая древность кухонной мебели - неудивительно.

Мама отделалась лёгкими ожогами, борщ не успел толком согреться. Мы управились с ней довольно быстро, периодически натыкаясь взглядом на прижатые к голове кошачьи уши и настороженный взгляд из коридора.

- Дамьен, ну как тебе не стыдно! Я тебя не кормлю что ли? - огорчённо отчитывала я кота, высыпая осколки посуды в ведро.

- Конечно, не кормишь, - не отрываясь от молотка, папа попыхивал сигаретой, зажав её в зубах. - Вон мужа своего не кормила...

- Максим!.. - оборвала мама.

Мужчины обернулись оба, а я в который раз улыбнулась про себя, глядя на двух тёзок. Неприятно, конечно, слышать такое. Тем более, я же видела, как папа упорно игнорировал Максима, нехотя отвечая исключительно по делу, а кое-какие вопросы и вовсе "не расслышал".

Уже через час виновник переполоха нагло ластился у моих ног, пока я протирала шкафчики и расставляла посуду, и даже не сильно обиделся на Макса, решившего потрепать по загривку виновато мяукающего кота. За Дама нам достался обоим кухонный наряд вне очереди. Пришлось быстро готовить утраченный супчик, папа был голоден и зол. Макс на удивление вызвался помогать. Правда, проще было сделать самой, - с такой скоростью и качеством очистки овощей, борща можно было и не дождаться.

Из коридора слышался приглушённый мамин голос, полный нотационных ноток.

- Что ты к ним привязался? Нашёл, где характер показать!..

- Софья, не смей мне перечить! - прорычал папа. - Где это видано, чтобы баба с другим мужиком хвост крутила, от законного мужа сбежав?! Вертихвостка!.. - прошипел, сплюнув с досады. - Разве так я её воспитывал? Это всё ты, твоя дурная мягкость!..

В голосе папы, не скрываясь, звенела ярость. Я вжала голову в плечи, стараясь слиться с плитой, на которой томился суп. Макс сидел за столом, пытаясь починить отвалившуюся при падении ручку ковшика. И только черноухому зверю было совершенно начхать на людские страсти, - он упорно щекотал коленки кончиком мягкого чёрного хвоста и выпрашивал очередной кусочек мяса.

- Не ори на меня! - оскорбилась мама.

Повисла хмурая, давящая тишина, в соседней комнате что-то с силой уронили.

- Максим, - послышался едва уловимый голос мамы вновь. - Ну неужели ты не хочешь счастья родной дочери? Любят ведь друг друга...

- Сегодня любят, завтра разбегутся. По Юрке вон тоже сохла, замуж рвалась против отцовской воли - где теперь тот Юрка? А с этим очередным мажором ребёнка сделают, размолвятся - ты растить будешь?!

- Ой!.. - возмутилась мама. - Нашёл о чем беспокоиться! Чай не дети малые, разберутся как-нибудь без тебя!..

- Коне-е-ечно... Зачем отец? Замуж выскочила, и благословения родительского не спросила, теперь ведь не модно! Вот помяни моё слово - с Анькой то же самое будет. Где она шляется? Сказала, к ужину будет, а её всё нет! Небось, у Кольки, этого подлеца, опять торчит!..

С возрастом папа становился всё капризнее и требовательнее. Но это не умаляло моего испорченного настроения. Я приехала в надежде на то, что мы будем рады друг другу, и совсем не была готова слушать глупые обвинения и упрёки. Разве так общаются родные люди? И Макс... Зря, наверное, приехал. Теперь неловко....

От неожиданных крепких объятий я вздрогнула, словно разрядившаяся сжатая пружина. И поцелуй в висок показался слишком неуместным, слишком стыдным... Как же - вертихвостка-разведёнка в родительском доме с чужим мужиком обнимается!..

- Т-ш-ш... - стиснул, игнорируя мой протест. - Ты-то чего завелась?

- А ты не слышишь? - сглотнула комок, смиряясь с объятиями. - Думаешь, приятно?..

- Я не евро, чтобы каждому старику угождать.

- Не смей так говорить о моём отце! - вырвалась, оттолкнув. - Он моя семья, ты понятия не имеешь, каким он был раньше!.. И не тебе говорить о нём с таким пренебрежением, будто он какой-то бомж с помойки...

Всё ещё истерично крича, я наблюдала, как Макс меняется в лице, застывая на месте. Но остановиться не смогла...

Спустя несколько минут массивная дверь в кухню грохотнула и завибрировала от удара. А через считаные секунды взревел до дрожи знакомый звук Мицубиси. Не поверив в происходящее, я отодвинула дрожащими руками шторку и выглянула в окно. Машины Макса у калитки не было, я не ошиблась. Только мой бордовый джипик сиротливо жался к забору, словно напуганный стеной дождя.

В нерешительности я вытерла руки о полотенце и взяла телефон.

Что делать? Звонить сейчас?.. Он на взводе, вряд ли разговор будет адекватным. Да и меня голос плохо слушается... А если он в аварию попадёт, психанув?! А если собьёт кого-нибудь?.. И папа тоже хорош!..

Телефон выдал холодные протяжные гудки. Я звонила снова и снова, но трубку никто не брал. Мама распекала папу, тот огрызался, но уже намного спокойнее.

- Что, добился? Этого ты хотел?

- Скатертью дорога, раз такой нежный.

В сердцах я отбросила на стол телефон. Голова болела, ощутимо тошнило, но меня разобрала злость.

- Пап, чего ты от меня хочешь?! Чтобы я жила с человеком, который мне изменяет и не уважает меня? - в глазах стояли злые слёзы. - Я развелась с Юркой, развелась, понимаешь? За свои ошибки я уже с лихвой отплатила, а ты всё цепляешься за прошлое!.. - размазала слёзы, просипев сквозь тошноту: - Не ошибаются только мёртвые...

На несколько секунд он замер. Наверное, давно стоило рассказать о своём горе не только маме. Но папа всегда остро реагировал на ссоры в семье. Твердил, что у хорошей бабы мужик гулять не будет, и раз я пошла наперекор его мнению, выйдя замуж, то должна была стоически терпеть до самого конца жизни.

Пошарив по карманам, он чиркнул спичкой перед лицом, раскуривая замусоленную вонючую папиросу. И когда хлопнула входная дверь, мы втроём в надежде обернулись в сторону коридора, но...

- Привет! - послышался беззаботный девичий голос. - А я хлеба купила, меня Колька подвёз... А чего все такие мрачные?

Оказавшись на пороге кухни, Анька ещё раз оглядела нас настороженно. Мне она была рада, судя по улыбающимся хитрющим глазам. Даже не смотря на мрачную немую картину.

- Ой, Катька! - обняла, целуя. - И Дама привезла!.. У-ти мой черноух холосенький...

"Холосенький" с подозрением покосился на протянутые к нему ручки, брезгливо дёрнул хвостом, видимо памятуя тискания и бантики на хвосте, и решительно направился к миске с видом убеждённого аристократа. Правда, с Анькой этот номер не прошёл, и за двери кухни Дам удирал от неё уже кругами и совсем не по-царски!..

- Опять ругаетесь? - осторожно спросила Анька, быстро оценив обстановку.

Мама отмахнулась, начав вдруг перебирать посуду.

- Дождь-то какой, дочь!.. Не промокла?

- Не!.. - протянула сестрица беззаботно. - Там у Южки так дорогу размыло, что мы еле проехали на Колькином "козлике", ещё и мужика одного пришлось вытаскивать из ямы... Симпатичный такой...

Анька выкладывала хлеб и сладкую выпечку на стол. Моя сестра всегда была сладкоежкой, и никогда не отказывала себе в удовольствии купить лишний рогалик с маком или колечко с заварным кремом. И это давно сказалось на её упитанных бочках и попе, но отказать себе в сладком, для Аньки было сродни самоубийству.

- Борщ готов... - судорожно вздохнула я, успокаиваясь. - Есть будешь?

- Буду!

Обращалась я к сестре, но не особенно интересовалась её ответом. Больше всего на свете я сейчас хотела, чтобы на мою очередную смс или звонок ответили. Но если сначала были просто длинные гудки, то спустя несколько минут и вовсе вежливый до тошноты голос сообщил "абонент временно не доступен..."

- Кать, сядь, поешь сама, - мама приобняла за плечи, разворачивая меня к столу.

Анька уже разливала борщ, а папа докуривал свои удушливые сигареты.

- Никуда он не денется, - мама вручила мне сметану и ложки.

Сестра с озорным любопытством взглянула на нас.

- А кто он-то?

- Да так... Человек один, - откликнулась эхом. - Не хочу есть. Поеду я, спасибо... - развернулась уже к двери...

- Максим-то твой кто вообще есть? - папа методично раздавливал окурок в пепельнице. - Кем работает, был женат, есть дети?

На моих губах сама собой сложилась горькая усмешка.

- Он хороший, пап... Зря вы так...

Беспричинный страх давно терзал моё сердце, и я больше не могла терять ни минуты. Макс, конечно, не прав, и такое пренебрежение к моему отцу было обидным... Дождь стеной словно отрезал меня от мира вне дома, но сейчас я очень чётко понимала, что должна ехать. Иначе просто не успею, и будет поздно.

Машина завелась не сразу, да и из лужи я выезжала с пробуксовкой. Дворники с противным скрежетом тщетно разводили в стороны потоки шумящей воды. И когда это дорога из вполне ровной просёлочной успела превратиться в набор слизких ухабин?! И мне-то на переднеприводном джипе с высоким дорожным просветом не слишком комфортно скакать по ним, и периодически сбавлять обороты, когда заносило, а уж Максу на его чисто городском седане...

Стоп! Кого там Анькин дружок у Южки на УАЗике вытягивал?! Южка - речка хоть и мелкая, но в сезон дождей близко прилегающую просёлочную дорогу размывает так, что нет-нет, да и приходится вытаскивать из воды горе-водителей... Но что он забыл в той стороне посёлка? Там ведь тупик, - пара магазинов, да футбольное поле... Значит, не он?..

Я вывернула руль влево, сворачивая к реке. Даже если я ошиблась, и Макс уже в городе, то моя совесть будет чиста.

Привычные сельские дома, мелькающие в дымке дождя, проплывали мимо слишком медленно. Но только так можно было удержаться на скользкой дороге. Темнело быстро.

...Торчащий из воды капот чёрной перевёрнутой машины - это не то, что я хотела увидеть. На берегу суетились люди, местные помогали вытащить машину... Максима среди них не было. 


Оценка: 8.13*20  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | К.Кострова "Соседи поневоле" (Юмор) | | Е.Ночь "Умница для авантюриста" (Приключенческое фэнтези) | | И.Зимина "Айтлин. Сделать выбор" (Любовное фэнтези) | | Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | | Т.Тур "Женить принца" (Любовное фэнтези) | | А.Рай "Мишка для ведьмы, или Месть - не искупление" (Любовная фантастика) | | Н.Любимка "Рисующая ночь" (Приключенческое фэнтези) | | A.Maore "Жрица бога наслаждений" (Любовное фэнтези) | | Н.Волгина "Ночной кошмар для Каролины" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"