Но вот опять снежит в моём окне
и старой болью отзывается удача,
а день косит, слегка навеселе,
под стражника с опасной передачею -
висит на ветке теплое гнездо,
а снег идет, оглядываясь ветрено
и оперы неузнанный фантом
разыгрывает страсть с зимой-нимфеткою.
Свежа пороша, как шестнадцать лет
проведенные на безлюдном острове,
удачей пахнет новый белый свет,
а старый обязательной пощёчиной,
и нету сил расстаться с январём -
он, как и прежде, очень мило 'якает'
на то, что жизнь дана ему внаём,
но несуразна прошенною платою.