# Глава 5

Айрис Тэмирин

## Глава 5.


Сон моментально сошел на нет. Только песня все еще продолжала звенеть в голове, будто напоминание, будто предупреждение. Я ведь, действительно, изведала и рождение, и смерть в каждом мире... "Предана мне и мною предана..."


Глаза распахнулись, уткнувшись взглядом в каменную стену. Снова моя клетка, моя тюрьма на неизвестно сколько времени. Что будет дальше? Ответа не было.


- О, проснулась. Вот одежда, - охотник поднялся с кровати, на которой сидел до этого и, положив сверток на кресло, вышел за дверь, а я, наконец, перекинулась и пошла в душ лтадно хоть этим удобством меня не обделили.


Но даже душ, самые доргие богатства мира никогда не заменят волку свободу. Он всегда будет рваться к ней, царапать когтями камни, но стремиться до самого последнего на волю, где поет душа, где ты един с природой, со стихией.


Вода струйками стекала по телу, даря невероятное наслаждение, смывая грязь, а вместе с ней и воспоминания. Мокрые волосы обепили лицо, закрывая глаза, а я стояла под упругими струями, опустив руки, просто насаждаясь...


Не знаю, сколько прошло времени, но, наконец, отмокнув и отмывшись, натянула принесенные охотником джинсы и майку, ощутив себя полноценным человеком.


Честно говоря, я не доверяла вдруг подобревшим дядечкам, но отчего-то верила, что меня не тронут - иначе бы давно разодрали: слишком многих не стало благодаря мне. Кто-то слишком нужна моя персона. Понять бы для чего...


Поудобнее усевшись на неизвестно откуда появившемся кресле, взяла лежащую на столике книгу.


... Из глаз невесты полились слезы, стоило взглянуть на жениха. Он был прекрасен ликом, но черен душой... Многие девки поговаривали на деревне, что мужчина этот не иначе, как сам Искуситель. В постели ласковый, нежный, а в глазах огонь всегда бесовский горит. Ходит гордо, ничего не боится, зверей лесных, волков да медведей, бывало, руками душит... Страшно стало.


- Боишься? - ухмыльнувшись, отчего на щеках ямочки появились, он сжал ее маленькую ладошку в своей мозолистой, шершавой ладони, которая была такой горячей.


- Боюсь, - молвила Светозара. С детства она запомнила отца завет: чтоб страх победить, его признать надобно.


- Оно и правильно. Жена должна мужа слушать, бояться и ласкать, - мужчина вывел ее из церквушки, а затем посадил на коня, запрыгнув следом, и прижал ее к себе.


Светозара ощущала спиной горячую кожу его груди, что вздымалась так размеренно. Его сердце билось ровно, когда ее стучало, как сумасшедшее.


- Слушать, бояться и ласкать... Я... не знаю. Я хочу другого, - прошептала девушка, проводя пальцами по густой и лохматой гриве коня.


- А чего же ты хочешь? - овевая кожу ее шеи своим теплым дыханием спросил он.


- Я... зачем я тебе? Ведь не нужна же, да и не любишь ведь меня ты, второй раз в жизни видишь. Коли мстишь так, то не надо, ничего хорошего не выйдет, да и зазноба у тебя есть, - шептала Светозара, чуствуя, как сильнее обвивает его рука талию, сжимате в стальных тисках, - я хочу того, что дать ты мне не можешь. Знаю, что не люба тебе, никому не люба... И жалости твоей я не хочу... А полюбить ты не сможешь... Отпусти меня. Я... - не дал договоритьей грозный рык, сорвавшийсяс губ ее супруга, отчего молодая жена задрожала, словно осиновый лист на ветру.


- Жалость, говоришь? Нет, милая, это твои родители согласовали нашу свадьбу. Я не буду клясться тебе в верности, но и тебя я не коснусь. Будем просто жить, иначе позор на наши семьи ляжет. Не отпущу тебя, моя ты теперь. Смирись, - и мужчина погнал коня во весь опор. Увозил он Светозару ото всего, что любо было ей и дорого. Увозил в чернеющий на горизонте лес... А вдалеке слышался волчий вой, вторивший страданиям бедного, маленького сердечка девушки...


Дверь распахнулась внезапно и с громким стуком. Книга вылетела из моих рук, а я испуганно вскочила на ноги. Кто же там такой нервы и нетерпеливый, да еще и нестучащийся?


В дверном проеме появился мужчина, шикарный мужчина. Первое, что бросалось в глаза в его внешности - волосы, которые имели насыщенный, темно-фиолетовый оттенок. Так и хотелось запустить в них пальцы, узнать, настолько ли они мягкие, как кажутся.


- Натуральные? Потрогать дашь? - потрясающе. Никогда раньше не видела такого великолепия.


- Что? - мой гость опешил, что позволило быстренько приблизиться к нему и схватить вожделенные прядки. Ммм, мягкие. Восторгу не было предела. Сейчас я улыбалась как ребенок, получивший новую игрушку, до этого никогда не державший ее в руках.


- Э... Ты бы отпустила, а? Они натуральные, не сомневайся, - мужчина застыл около двери, не зная, что делать дальше.


- А глаза? Линзы? - черный, вертикальный зрачок заливала ярко-желтая радужка. Обалденно. Весь такой необычный, загадочный и красивый. На секунду я забыла о том, что меня в любую минуту могут убить, да и, судя по нему, он пока этого делать не собирался.


- Ты их, надеюсь, не собираешься щупать? - иронично выгнутая бровь. А я вот так не умею, у меня сразу обе ползут наверх.


- А что, можно? - не знаю, что он увидел, но как-то вздрогнул и прошел в комнату, закрыв за собой дверь.


Плавные, размеренные движения. Весь его вид говорил об опасности, но страшно мне не было. Присутствовало лишь какое-то странное веселье.


В последнее время моя жизнь настолько "веселая", что повеситься охота. И началась вся эта кутерьма с появлением в нашем крае Древних. Какая муха их укусила, надоумив наведаться к нам в гости? А теперь моя жизнь летит в тартарары без остановок. Мало было Деймона, так теперь он брутального младшего братец с собой притащил в качестве моральной подержки. Самое главное во всем этом: я никак не могу понять, что же твориться вокруг.


- Я Велимир, - представился мужчина, вольготно расположившись на кровати, моей кровати. Расслабленное тело, тонкие изящные пальцы. Он казался таким обманчиво безобидным, что становилось тошно.


- Уж не Древний ли? - для полного комплетку токма старшего братца не хватало.


- Он самый, - последовал ответ. Я же, крадучись, подбиралась все ближе к нему, в надежде узнать, чего же стоит ожидать от этого альфа-самца. Но в самый последний момент он так посмотрел на меня, что пришлось прекратить свои маневры.


- Думаю, мне не имеет смысла представляться. Ты и так обо мне уже все знаешь, - развернулась лицом к окну, глядя, как тяжелые дождевые капли стучат по зелени деревьев. Один листочек оторвало от ветки, и ветер подхватил в его свои объятия, унося в неизвестном направлении. Вот так и я. Отвергнутая собственной семьей, болтаюсь по родной территории, не в силах уйти из этих проклятых мест, не в силах прекратить их защиту. После событий шестилетней давности моя личная жизнь сошла на ноль.


Одиночество плотно обосновалось во всех уголках моего место пребывания, окрашивая мир темными красками, но я, как могла, старалась вновь натянуть розовые очки, пытаясь забыть обо всем, что так мешало жить, быть нормальной, хотя, наверное, это понятие ко мне не применимо. А потом в моей жизни появился Он. Тот, чье лицо не видела ни разу. Тот, кто будоражил мое воображении, выжигал свое клеймо на моем сердце. Тот, кто сущетсвовал лишь во снах...


Был еще Дэймон - мой персональный кошмар на яву. Тот поцелуй, укус, дерзкое заявление, что я его. Это не моглооставить равнодушным. Да, вызывало лишь глухое, еле сдерживаемое, раздражение. Он, наверное, решил сделать так, чтобы мне жизнь медом не казалась!


- Хм, неужели ты такая злая? Братец мой не удовлетворяет? - сарказм, сквозивший в его голосе, распалял еще больше. Я злилась. Злилась из-за его слов!


- Откуда подробности? Со свечкой стоял? Или собственный опыт? - как же мне все надоело. До жути надоело. Почему каждый из них тянет одеяло на свою сторону? И почему одеяло это я?


- Да ты... - мое тело с громким стуком припечатало к стене. - Как ты смеешь сомневаться во мне? Ты, ни на что не способная?! Даже без половинки! - рычал он, а меня с головой накрыла какая-то апатия. Ну, подумаешь, крышу Древнему сорвало. Чего он так взъелся?


- Ты чего разошелся? Задело, что ли? Так извини, тебя обидеть не хотела, - заглянула в его золотистые глаза, которые, словно омуты, затягивали.


- Люба... - а в следующую секунду его губы жадно накрыли мои...


Он не целовал, он пил меня, сильнее прижимая к себе. Как будто для него было жизненно необходимо чувствовать мое тело, чувствовать меня. Ладони Велимира держали мое лицо, словно хрустальную чашу, которая может разбиться сию секунду.


А мне хотелось еще теснее прижаться к нему, расствориться в нем без остатка... И не было в этом поцелуе ничего предрассудительного. Не как тогда с Дэймоном, которого прибить хотелось сразу, не раздумывая. Нет. Поцелуй Велимира был таким правильным, таким желанным, как с... грохот где-то внизу, и меня тутже отпустили, отчего я кулем сползла по стене...


Ненормальное сердце неслось вскачь, не желая останавливаться, не желая верить, что это реальность, что это не сон... В очередной раз хлопнула входная дверь... Велимир ушел, оставив меня недоумевать, что же произошло и почему.


Ответов, увы, не было. И вдруг внутри медленно начала ледяной поземкой распространятся пустота. Она медленно обволакивала мысли, сердце, вымораживая все, заставляя стыть в жилах кровь. По коже побежали мурашки, и через несколько минут я уже дрожала всем телом, стуча зубами, хотя в помещении было тепло...


А затем так же резко все прекратилось.


Марианна.


- Она здесь! - Аларис влетел в нашу квартиру со скоростью ветра. Взъерошенные волосы, лихорадочно горящие глаза с вертикальным зрачком.


- Она? - я рассматривала его, не понимая, что мужчина пытается до меня донести. Да и не волновало меня ничего, кроме моей сестры, которая теперь у охотников. Каким-то шестым чуством я осознавала, что она жива, и это позволяло не сойти с ума от беспокойства, позволяло держать себя в руках.


Люба, Люба... Как же ты так умудрилась вляпаться во всю эту историю? И как нам вытащить тебя, не причинив боли? Сестренка, как же тяжело осознавать, что ты лишь пешка в играх Древних, да вот только я ничего не могу поделать, да и слишком рано еще тебе все знать.


Прекрасно понимаю, что ты никогда меня не простишь, но по другому не могу, слишком многое поставленно на кон - нельзя проиграть.


- Да. Она. Я видел Луизу. Здесь. - Чеканая каждое слово, произнес Аларис, заставляя шевелитья волосы на моей голове.


- Живая?


- Да. Наши гипотезы оказались верны. Вот только что теперь из всего этого выйдет? - мужчина уселся в кресло, взъерошив свои волосы.


- А что ты предлагаешь? Выловить ее и представить и Деймону, и Велимиру?


- Нет, как раз этого мы сделать не можем. Ты даже не догадываешься, какая власть теперь сосредоточена в ее руках. Даже близко не подойти.


- Есть что-то могущественней Древних? - если честно, то я просто была в недоумении. Нам же всю жизнь внушали, что Древние - это высшая власть, закон подчиняется им, а сейчас, оказывается, что...


- Да, есть. И я в последнюю очередь ожидал, что это будет именно она. Прости, мне необходимо побыть одному, - он с мольбой посмотрел на меня. Да, стало немного обидно, но и моего оборотня можно было понять. Снова вспоминать ту кровь, что лилась столетия назад, ту боль, что оставили братья в его сердце. Прошлое камнем лежало на душе каждого из них.


Прихватив куртку, тихонько выскользнула за дверь и отправилась на море, в надежде, что и мне получится разложить все имеющиеся факты по полочкам и собрать воедино картинку, которая вот уже сколько лет не желала складываться.


Все началось еще тогда, когда мы только познакомились с Аларисом, и он признал меня своей парой, рассказал кто он такой, и что хочет помирить своих тупоголовых братьев, что были упертыми как бараны и не видели ничего дальше своего носа. Стая Древних начинала медленно разваливаться на части, многие погибли, а Велимир, по прежнему не желал возвращаться обратно, поэтому альфой был Деймон. Да, у него получалось неплохо, если не учитывать одно значительное "но"... Его мысли были заняты совсем другими вещами, и в часности, на стаю ему было совершенно плевать.


А все из-за какой-то женщины... Мой мужчина не вдавался в подробности, предпочитая о них умалчивать, но сказал, что, по его сведениям, она жива и просто инсценировала свою гибель, чтобы посеять вражду между ними...


Вот только одного я долгое время не могла понять: как моя пара оказался здесь, на территории нашей стаи? Мужчина упорно не желал отвечать на этот вопрос, а мне, со временем, надоело его задавать...


Еще, каким-то мистическим образом, в этом была замешана и моя сестра, которую я хотела вытащить из этого переплета. Ей и так досталось... Никогда не иметь больше второй половинки... До последнего не верила, что такое бывает. Но день за днем Люба постепенно угасала, теряла свой внутренний свет, к которому тянулись окружающие. Та девушка, которую я знаю сейчас, и та, что была раньше - совершенно противоположны друг другу. Из ее глаз исчезли искорки, складка залегла между бровей... А эти вечные круги от недосыпа, отчего она была скорее похажа ни филина, чем на вочицу... Люба просто губила саму себя... И я ничего, ничего не могла поделать.


Зато теперь она замешана в этой катавасии с Древними. Только почему-то мне кажется, что в этот раз ее сердце может не выдержать их безумных игр...


Да, признаюсь, та выходка с укусом была нами спланирована... Но надежда жила в моем сердце, что она все же сможет найти свою вторую половину... Все стало только хуже. Чем-то она смогла зацепить Деймона, да и не только его... Теперь же ни я, ни Аларис не знали, чего ожидать дальше...


***


"Моя!!! Только моя и ничья больше!" - бесновался волк внутри мужчины, который рассхаживал из стороны в сторону по комнате, запустив пальца в волосы.


Такая хрупкая на вид, но настолько сильная внутри...


- Милый? - блондинка плавными движениями, томно поводя плечами и покачивая крутыми бедрами, подошла к нему вплотную, касась его тела своей грудью, - я сокучилась, - выдохнули розовые пухлые губы, в которые оборотень тут же впился совими губами.


Схватив блондинку за шею, притянул к себе ее еще ближе, чтобы в следующую секунду отшвырнуть ее в другой конец комнаты, отчего девушка неслабо приложилась спиной о каменную стену.


- Ты... Ты с ума сошел! - закричала она, а затем, с трудом поднявшись, выползла за дверь, оставляя оборотня наедине с самим собой.


Неужели, все зашло так далеко. И она, действительно, его Луна? Или всего лишь иллюзия, которую он сам же для себя и выстроил? Просто заигрался, позволил себе забыться. Нет. Для него больше не существует второй половины. Она умерла! И отомстит! Через эту белую волчицу. И плевать, что внтури сжимаетс сердце, что все его существо востает против этого.


Так будет правильно. И не стоит больше ходить в ее сны. К хорошему это не приведет. Но... За последние шесть лет для него это стало такой же потребностью, как и дыхание. Казалось, стоит хоть раз не прийти в ее сон - он лишится чего-то важного. А уж ее гневные речи, взгляды и такие, полные нежности, прикосновения... От воспоминаний о прошедшей ночи, все тело мужчины напряглось, желая вновь ощутить девушку рядом с собой.


Нет, с этим точно нужно завязывать, иначе... Иначе он найдет ее и, рано или поздно, сделает своей, даже если волчица будет против. Волк внутри него заурчал от этой мысли, вгоняя его в еще большую тоску...


Странно, но сейчас ему хотелось выть! Дико и надрывно, высказывая луне свою боль. Сколько раз уже твердили о том, что сердце и разум редко уживаются между собой. Вот и сейчас. Сердце - желало обладать ей, разум - уничтожить. Это разрывало его изнутри, и он ничего не мог поделать...


Каждый раз оборотень ругал себя, что не может прекратить эти ночные визиты в ее сны, и каждый раз, как и сейчас, вновь и вновь отправлялся к ней, и каждый раз этих жалких нескольких часов не хватало все больше.


Она спала. Мужчина чуствовал это, вот только пробраться в ее сон, почему-то, не мог, как ни пытался. Дверь была закрыта.


- "Значит, не судьба", - думал он, оставляя свои бесплотные попытки. И вдруг волна страха и паники накрыла его с головой.


- "Луна", - не задумываясь, что делает, мужчина резко вылетел за дверь...


Люба.


Что можно делать взаперти? Читать да спать. Я решили выбрат последнее и улеглась на мягкую кровать, накрывшись с головой одеялом. Тепло. Но даже оно не способно разогнать тот холод предчувствия, разливающегося внутри, словно океан. Что-то должно случиться...


И это беспокойсто не оставляло даже и во сне.


Черные, обнаженные сучья деревьев мокли под проливным дождем, скрипя так, что казалось, будто они вот-вот обрушатся на меня своей махиной, погребя под собой.


Я бежала изо всех сил, которые стремительно покидали мое тело. Еще чуть-чуть и выберусь из этого кошмара, только бы добежать до просвета между деревьями. Одежда, промокшая до нитки, облепила все тело, сковывая движения, замедляя.


Не увидев под ногами корень, выступавший из земли, словно лапа диковинного чудища, я полетела вниз, больно ударяясь коленями, сдирая в кровь ладони об колючки кустарника и дерна.


Сзади разадавалось тяжелое дыхание моего преследователя, который возвышался надо мной. То был не волк, нет. То была его человеческая сущность, знакомая до боли. Не нужно было оборачиваться, чтоб узнать, кто же стоит позади меня. Мне это было и так слишком хорошо известно. Именно в эти волосы, что сейчас трепал ветер, запускала я пальцы, притягивая его лицо ближе к себе, заглядывая в такие родные до боли глаза. Но сейчас... Все было по-другому. Его лицо скрывала маска. Но даже она не была способна спрятать от меня столь любимое лицо, которым могла любоваться часами.


- Моя, - мужчина занес надо мной кинжал, скаля зубы в ухмылке. А я.... я не могла сказать ни слова, не могла его даже оттолкнуть, предпочтя покориться судьбе... Взмах. И тело накрыла волна боли, заставляя выгибаться.... Дышать было тяжело. Я хрипела, а он... Он как-то странно смотрел на меня, силясь что-то понять. Осознать. Принять.


- Я... - в горле мерзко забулькало, а во рту чувствовался железный вкус крови.


- Молчи! Прошу тебя... - мужчина кричал, а его лицо становилось все мутнее.


- Я... хотела... быть твоей, - что-то вновь противно забулькало и вот уже кровь начала заполнять рот, тонкими струйками стекая по подбородку.


А над деревьями кружилась женщина в белом плаще с капюшоном, скрывавшим ее лицо.


- Еще немного и ты придешь ко мне... придешь сама и попросишь, - бесновалась она, дико хохоча. Рыжие волосы, вырванные из-под капюшона, трепал ветер. - Я буду ждать. И они узнают все! - Она все хохотала и хохотала, как будто не могла остановиться...


Я же падала и падала, не в силах остановить или замедлить свой полет.


- Нееет! - с громким, истошным криком резко села в кровати. Лоб был покрыт испариной. Было холодно. Сердце стучало как ненормальное, а в следующую секунду в комнату влетел он. Мужчина с золотистыми глазами, которые полыхали огнем.


Короткие волосы топорщились в разные стороны, при этом прикрывая уши с парой сережек в левой мочке.


Мощная шея широкие плечи и грудь, которая тяжело взыдмалась и опадала. Высокий. От него веяло опасностью, это заставляло покрываться кожу мурашками, а тело трепетать. Пальцы уверенно сжимали в руках рукоять кинжала.


- Ты кто?


- Какая разница? - мужчина бегло осмотрел комнату, видимо, силясь обнаружить то, что так меня напугало. - Почему ты кричала?


- Дурной сон, - провела рукой по все ще мокрому лбу, неотрывно следя за незнакомцем. - И все же, кто ты? Уж не очередной ли братец-оборотень из альфа семейки?


- Ты... - он зарычал, а затем резко налетел на меня, повалив на пол, о который я больно приложилась головой.


Незнакомец навалился на меня всем телом, грозясь раздавить. Острое лезвие клинка было приставлено к моему горлу, а другой рукой он сжимал мои запястья мертвой хваткой, так что выбраться не было возможным. Дышать было тяжело, поэтому приходилось маленькими глоточками втягивать в себя столь необходимый воздух.


- Никогда не смей сравнивать меня с этими... - прорычал мужчина.


- А то что?


-Я убью тебя, - чувсвовала, как он надавил на лезвие, и оно вскрыло тонкую кожу моего горла. Чувствовала, как капельки чего-то теплого медленно и лениво заскользили по шее.


- Ну так убей. Столько сразу решиться проблем! Давай же! Решим эту проблему раз и навсегда! - и накрыла его руку, с зажатым в ней оружием, сильнее надавливая. - Ну же... - закрыла глаза... и ничего. Мужчина лишь тяжело дышал, уткнувшись носом в мою шею.


- Не могу, - он резко перевернулся, отчего я оказалось распластана поверх тела незнакомца, а его ладони обхватили мое лицо...


Этот жест... Не может быть... Он... он - ринаи. Самая загадочная раса ночи. Обладающая невероятной силой. Те, которые не поддаются контролю. Те, которые живут по своим правилам. Те, которые, порой, играют судьбами людей.


- Ты ринаи, - прошептала, пошевелив бескровными губами. Теперь стало, действительно, страшило. Кроме меня самой, моей ипостаси, у меня ничего не было, а на его стороне магия первозданных стихий, и в любую секунду, мужчина может прервать мою жизнь - стоит только щелкнуть пальцами.


- Как?


- Жест выдал. Только у вас так принято.


- Знаешь, что означает?


- Да, к сожалению, знаю. Доверие. - Это казалось странным, что он такой сильный вдруг ни с того ни с сего решил оказать мне такую честь.


- Верно. И даже не спросишь, с чего бы я так сделал?


- Нет. Посчитаешь нужным - расскажешь сам.


- Умная девочка. Да, именно такая нам нужна. Ты будешь последней. - Прошелестел он, словно ветер, а затем и вовсе исчез, оставив меня одну.


И чтобы это могло значить? О ринаи мало что известно, поэтому с точностью что-либо предположить не представлялось возможным. Оставалось лишь ждать, что покажет время.


Оглядевшись по сторонам, заметила, что дверь неприкрыта, и высколзнула из своего каменного мешка наружу. Честно, лучше бы я этого не делала.


Тихонько спустившись вниз по лестнице, оказалась в широком холле с дубовыми дверями из-за которых раздавались голоса.


- Ммм, может, ты просто хочешь ее? - что-то упало и, по- видимому, разбилось.


- Замолкни... - последовал тихий ответ мужчины, голос которого невозможно было не узнать. Велимир. Это оборотень с экзотичным цветом волос почему-то не давал покоя моей душе. И я постоянно думала о нем после нашей первой встречи.


- А то что? - вновь прошелестел тихий и мелодичный голос.


Любопытство пересилило и, медленно подобравшись к двери, тихо, чтобы никто не услышал, отворила ее, просколзнув внутрь.


Комната оказалась кабинетом. Высокие темные стелажи с книгами, пара кожаных кресел, письменный стол. Ничего лишнего, говорящего о привязанностях хозяина, который сейчас стоял в центре помещения, держа в руках красивый клинок с вязью рун, при взгляде на который, я, словно заледенела изнутри, узнав эту вязь.


- Хочешь узнать? - он подошел ближе к женщине, а в следующую секунду подхватил ее за ягодицы и поцеловал эти развратно блестящие, накрашенные красной помадой губы.


Во мне что-то оборвалось. Рухнуло вниз. Как будто не оправдались надежды. Хотя о чем я?


- Нет... - хлопнула дверь, оповещая о моем присутсвии. Велимир обернулся. Нечто непонятное проскользнуло в его холотистых глазах, а я быстро развернулась и рванула обратно, в свою каменную клетку, стараясь стереть из памяти его образ обжимающегося с этой девицей...


Ненормальное сердце неадекватно реагировало на эту ситуацию. Оно ныло, как быдто ему изменил самый близкий, родной и любимый человек. Не может этого быть! Я знаю Велимира лишь несколько дней. Но тот поцелуй, то, что испытываю сейчас... Пара? Нет, нет нет! Для меня такие узы под запретом, потому что отверженные не могут больше ее встретить и проживают свою жизнь в одиночестве, а кто слаб - уходит за грань сразу же.


Еще один лестничный пролет...


Я не ожидала. Не ожидала, что отчего-то будет так адски больно, как будто бы меня просто выпотрошили изнутри, располосовали мое сердце, а затем выкинули на помойку, потому что этот мервый кусок мышц никому не нужен.


Ведь не знаю его совсем, но кажется, что он предал. Этот чертов оборотень меня предал! Невозможно! Чертов Велимир!


- Люба!!! - раздалось за моей спиной, отчего я еще быстрее побежала по ступеням, едва успев захлопнуть дверь перед его носом и прижаться к ней спиной, ощущая удары его кулаков. - Я выломаю ее, если ты не откроешь!!! - рычал оборотень, царапая дерево когтями.


- Да пошел ты!


Ответом ему была тишина, пустая и холодная.


- Моя Лу... - послышались чьи-то шаги.


- Милый, эта шавка нас прервала,- раздался женский голосок. Слишком много бушевало во мне эмоций, слишком много эта девка на себя брала. Ни один не смеет называть меня так!


Злость яростным потоком затопила сознание, и на свободе оказалась волчица. Белоснежная, с горящими лютой ненавистью зелеными глазами. Удар мощной лапы, и дверь сорвало с петель, и хищница бросилась на свою обидчицу, роняя ее не пол, прижимая грудь к самому полу. Раздался хруст ребер.


И вот уже две волчицы закружились в смертельном танце.


Я наблюдала всю картину, словно со стороны. Все мое существо застилала ярость, слепая, неконтролируемая. О, как же приятно чувствовать, как рвуться сухожилия соперника, как трещат его кости... Все длилось недолго. Пара минут и передо мной на коленях сидит уже девушка в ужасном состоянии, обнажая горло, стирая со щек слезы и кровь. Она признает во мне победителя, сильнейшего.


Одобрительно рычу, едва успев краем глаза заметить, как она выхватывает откуда-то кинжал, и заносит руку для удара...


- Тварь! - шипит она. Еле успеваю уклониться, но бок все равно обжигает болью, что еще больше злит меня. Рывок. И я смыкаю челюсть на ее шее.


- Не смей! - его голос вбивает почву из-под ног. Запрещает. Хочет созранить ей жизнь, но ведь она же... С непониманием смотрю на него... В зеленых глазах проскальзывает боль и разочарование... Все же она...


Медленно размыкаю челюсти и отпускаяю эту падаль, льнущую к его ногам. Разворачиваюсь и ухожу в свою комнату, передвигаясь с огромным трудом. Слишком сильно меня зацепило.


- Люба! - такой нежный, просящий голос.


Скалюсь. Из горла вырывается рык. Как же вас всех ненавижу. Чувствую, как мутнеет в глазах - сил хватает только на то, чтобы дойти до кровати и упасть около нее, закрыв глаза.


Боль нещадно разрывает изнутри мое сердце, даже рана на боку не причиняет такой боли.... Предал... Закрываю глаза лапами, лишь бы погрузиться, наконец, в спасительную темноту.


- Не смей спать, девочка! Не смей! - зачем он пришел сюда? Снова рычу, щелкая зубами.


- Тише. Да, я виноват! Но ты... - его рука оказывается непозволительно близко, поэтому я кусаю ее, сильнее сжимая челюсти, чувствуя соленый привкус его крови.


Он даже не вырывается. Просто смотрит в мои глаза.


- Заслужил... - бок уже успел подзажить. Мужчина перекидывается. И вот теперь я сжимаю лапу волка, который с непонятным мне восторгом и покорностью смотрит на меня. Почему? Отпускаю его лапу из плена зубов. Я расстеряна


Хищник ложится на живот и медленно подползает ко мне, втягивая наздрями воздух, как будто стараясь уловить один, известнй лишь ему, запах. А затем проводит своим шершавым языком по моему окровавленному меху, срастающейся ране.


Волк как можно теснее прижимается ко мне, но в тоже время так осторожно... Наши тела соприкасаются. Его голова уже лежит рядом с моей. Иногда он касается языком моего носа...


Боль постепенно начинает уходить на задний план, свиваться в тугой комок в сердце, клонило в сон... Что-то в последнее время я слишком много сплю. Уж не подсыпают ли мне чего?


***


А во сне мой таинственный незнакомец перебирал струны гитары и пел:


Я найду тебя, моя светлая леди

Даже в замке серых теней

Белым зверем брошусь по лёгкому следу

По дороге в тысячу дней

Я узнаю тебя даже в сером платье,

Даже с маской вместо лица

Я спасу тебя от серых объятий

От постылой лжи и венца

Оглянись вокруг - почувствуй беду

Ведь они украли твою любовь

Позови меня, я на зов приду

Чтобы жизнь к тебе возвратилась вновь

И качнётся вода в оловянной чаше

И запнётся жрец Пустоты

На моём пути мне ничто не страшно

Мне нужна на свете лишь ты

Посмотри на них - они просто тени

На гиблом болоте огни

Разорви в душе паутины сплетенье

И в наш старый замок вернись...

Там в зелёных полях гуляет твой конь

И безоблачна синего неба высь

Там горит по ночам на окне огонь

И трава неслышно шепчет: "Вернись..."

Я успею к тебе, мне нельзя иначе

Я от смерти тебя спасу

И пусть в храме обряд вот-вот будет начат

Обручальные кольца внесут

Я успею выкрикнуть твоё имя

И развеять липкий туман

Ты почувствуешь серые тени чужими

И поймёшь, что это обман

Я вернулся снова, твой верный друг

Я один, но я выдержу этот бой

Мой клинок разорвёт наваждений круг

Ты проснешься, и снова станешь собой...


(авт. слов: Тэм - Леди)