# Страшная жертва принцессы

Константин Дмитриевич Токмаков

[Окончено] Короткий рассказ-пародия. Просто лёгкий стёб над кое-какими средневеково-фэнтезийными штампами =))

[Интересно, кто-нибудь догадается, в чём здесь хохма, до концовки рассказа? Все намёки есть, а в конце дан ответ - напишите в комментарии, насколько неожиданным он оказался.]

=============


Пригороды Интова пылали. Столица королевства уже вторую неделю осаждалась ордой кочевников из Великих Степей.

Два года назад пала Гиллонская империя, спустя полгода - королевства Орлон, ли Шуссен, Дорин и великое герцогство Ллоктон. Вскоре, выйдя к побережью с его тёплым климатом и обильной зеленью, кочевники развернулись вовсю - и цивилизованные государства одно за другим стали жертвами кровожадной орды. Никто не мог им противостоять. Они сметали всё и всех, сжигали пытавшиеся сопротивляться города вместе с жителями, а тех, кто сдавался добровольно, обращали в рабство. Там, где недавно распахивали поля пшеницы, ныне кормились гигантские рогатые скакуны кочевников, втрое превосходившие обычных коней.

Теперь орда добралась и до мирного и небогатого королевства Шикти, веками бывшего буфером между Корно-Ульбендской двуединой империей и королевством Бонторд. Ныне от империи не осталось и следа, а в Бонторде достраивают корабли-ковчеги, чтобы хоть кто-то успел сбежать за Великий южный океан. Да, там ежемесячно бушуют чудовищные шторма, и никто не знает, есть ли за океаном какие-то земли, но даже призрачный шанс на спасение нескольких тысяч человек не мог быть позабыт. А вот у Шикти даже выхода к морю не было. Если не случится чудо, они все обречены.

Большую часть Шикти уже заполонили кочевники, а теперь недолго оставалось и столице. Рогатые скакуны кочевников привезли с собой страшное оружие - громовые палки, которые взлетают и со страшным грохотом разрываются над головами врагов, убивая их сотнями. От такого оружия не было защиты, и никакая крепость не могла спасти. Попытки же навязать орде бой в чистом поле натыкались на превосходство их кавалерии.

А сейчас Аннет Роза Мари Милания де Интовриер, принцесса Шиктинская, единственная дочь погибшего во вчерашней битве короля Викторио де Интовриера, горько рыдала над телом отца в тронном зале. Изуродованный труп лежал в гробу, прикрытый белой тканью.

"Отец погиб... Дядя Роншен погиб, и дядя Цеорран тоже... А принц Бонторда, мой жених, теперь бежит за океан... Всё кончено, всё пропало..." - такие мысли бродили сейчас в голове юной принцессы.

Советники покойного короля теснились за спиной Аннет, готовясь в свою очередь выразить соболезнования наследнице престола, которая, как уже очевидно, не имела шансов дожить до коронации. Все, даже глубокий старец герцог Джорас де Неррот, были в боевых латах и вскоре собирались вернуться к безнадёжной обороне, чтобы хоть умереть с достоинством, как надлежит верным вассалам короны.

Девушка медленно поднялась с колен, едва не завалившись на гроб с телом отца - её подхватил под локоть граф Кийтонский. Советники короля один за другим бормотали слова соболезнования, стараясь не встречаться с Аннет взглядами. Все понимали, что доживают в лучшем случае последние дни, если не часы. Ни у кого не хватало духу, чтобы, солгав принцессе, дать ей надежду на лучшее.

"Если бы я ещё могла хоть что-то сделать..." - со слезами на глазах подумала девушка.

Но, казалось бы, всё было тщетно...

- О-отведите меня в сокровищницу, - впервые за последние часы пробормотала Аннет.

"Да. Я всё-таки решилась".

- Простите, ваше высочество? - замешкался камердинер, старый граф ля Гонк.

- Я... Я приказываю вам - отведите меня в сокровищницу, - неуверенно, не поднимая глаз, прошептала принцесса. - В дальний коридор.

Ледяная тишина опустилась на тронный зал.

- Девочка моя... - прошептал герцог де Неррот, прижав руки к сердцу. На его глазах выступили слёзы. - Мы будем помнить твою жертву.

Аннет судорожно всхлипнула.

Один за другим самые влиятельные лорды королевства склоняли перед ней головы. Вскоре вернулся камердинер с ключами, плакавший, не скрывая слёз.

Принцесса медленно пошла за ля Гонком, и никто не торопил её. Все понимали, насколько тяжело ей было принять такое решение.

Ведь все дворяне королевства Шикти знали, что хранится в дальнем коридоре сокровищницы. Творение безумного колдуна де Монторвада, полторы тысячи лет назад завоевавшего мир, а спустя ещё пятьсот взлетевшего на воздух вместе со своей башней, столицей и окрестными землями, превратившимися в отравленную смертельным ядом пустыню. Каждая принцесса и королева их страны за полтора тысячелетия видела это сверхоружие, воспользоваться которым не смог бы никто, кроме принцесс и королев из Шикти.

Видела его и Аннет - и не смогла удержаться от истерики после визита в сокровищницу. Отец после этого ласково гладил плачущую дочь по голове и успокаивал, говоря, что многие принцессы в её возрасте падали в обморок, увидев кошмарное творение колдуна де Монторвада, а одна из королев лет триста назад умерла, едва взглянув на него.

Принцесса снова всхлипнула.

"Отец... Они... Эти безбожники убили его... - она воскресила в своей памяти изуродованное осколками металла лицо короля Викторио. - Но я отомщу. Я смогу отомстить, пусть даже меня ждёт за это участь хуже смерти. Хуже любого позора... Я смету этих кочевников, убью каждого из них, и пусть династия де Интовриер прервётся на мне, но моя Родина будет спасена..."

Они шли мимо сокровищ королевства, несметных запасов золота, серебра и драгоценных камней, богато украшенных мечей и доспехов, пока не дошли до пустовавшего южного крыла сокровищницы. Последняя дверь распахнулась перед Аннет. Склонившийся, насколько ему позволяла больная спина, камердинер тихо прошептал:

- Мы пришли. Дальше... Дальше пойдёшь только ты одна.

Девушка судорожно кивнула, утерев слёзы с лица. Она взяла масляный светильник, приподняла пышное платье и шагнула за порог, прикрыв за собой дверь.

В сыром коридоре, совсем не похожем на засыпанный украшениями прошлый зал, было холодно и пусто. Сокровищница лежала глубоко под дворцом, а дальний коридор был просто вкопан в землю. Капала с потолка вода, быстро впитываясь в земляной пол.

Здесь всегда было темно и сыро. Сюда не могли зайти посторонние люди. Этот закуток охранялся лучше королевских покоев, даже сейчас, когда столицу штурмовали захватчики.

Аннет дошла до конца коридора.

Второй раз за свою короткую жизнь шестнадцатилетняя принцесса смотрела на творение сумрачного гения де Монторвада. Смотрела - и не могла сдержать дрожь. Древний артефакт источал невообразимые потоки силы, которых девушка увидеть не могла, но ощущала всей кожей.

"Я должна... Я должна... Я должна! - подумала Аннет и поставила на пол жалобно звякнувший светильник. - Пусть даже мне навсегда придётся уйти в монастырь после этого... Я справлюсь, я смогу отомстить за отца и спасти королевство!"

Трясущимися руками принцесса расстегнула корсаж платья и позволила ему упасть на сырой пол. За ним последовала первая нижняя юбка, вторая, третья, четвёртая... Панталоны... Первая нижняя рубашка, вторая...

Роняя крупные слёзы, обнажённая девушка переступила через ворох одежды и сняла с простой деревянной подставки сверхоружие де Монторвада. Вначале она взяла его верхнюю часть. Вздрагивая от прикосновений ледяного металла, надела укрывшие грудь стальные чаши и застегнула за спиной. Затем взяла нижнюю часть сверхоружия и, подняв вначале правую ногу, затем левую, подняла и затянула его пояс на бёдрах.

Абсолютное оружие, когда-то бывшее для безумного де Монторвада лишь минутной игрушкой... Он, повелевавший королевствами и империями, сотворил его движением пальца в качестве злорадной насмешки над столь долго не желавшим покориться королевством Шикти. Едва король Горрес склонил колено перед всемогущим пришельцем из другого мира, как его жена получила подарок, который де Монторвад назвал "бронелифчиком" и "бронетрусиками". По словам колдуна, надеть его сможет только законная королева или принцесса Шикти, получив огромную силу и неуязвимость. Только вот если на ней будет ещё хоть нитка одежды, носительница Великого Бронелифчика не сможет использовать и капли его мощи.

Бесконечно похабное металлическое одеяние, едва-едва прикрывавшее срамные места... Конечно, ни за следующие пятьсот лет власти колдуна, ни в тысячелетие, прошедшее после его смерти, не нашлось ни одной королевы или принцессы, готовой примерить этот кошмар. И полторы тысячи лет соседи безбоязненно отхватывали от Шикти приграничные провинции, сократив территории великого некогда королевства в десяток раз. Не было сумасшедшей, готовой покрыть себя вечным позором, надев сверхоружие всемогущего колдуна.

А теперь нашлась.

Аннет опустила голову и осмотрела себя. Прикрыла глаза, порадовавшись, что никто не ставил здесь зеркала, и снова посмотрела. Чудовищная сила пронизывала её, казалось, девушка могла одним прыжком расколоть землю и воспарить над дворцом, спустя минуту уже разрывая в клочья кочевников с их гигантскими скакунами, но...

"Да уж... - тоскливо подумала принцесса. - Сотни тысяч человек увидят мой позор, и ни один принц никогда не возьмёт в жёны. После такого - только в монастырь. Вот истреблю всех кочевников, и сразу уйду замаливать грехи".


======


Рассказ придумался как пародия на многочисленные игры/книги/фильмы, где девы-воительницы щеголяют в мало что прикрывающих (и ни от чего не защищающих) кольчужных обрывках, имитирующих подобие брони. Все такое видели, и чаще всего бронелифчики встречаются в играх и фильмах, как элемент фансервиса, но и в книгах кое-где бывает (хотя обычно - в порядке юмора). Вот и я захотел написать о взгляде на такой бронелифчик с точки зрения более реалистичных для такой эпохи представлений о морали. =)

Хотя, бесспорно, не учитывается то, что если бы бронелифчик оказался могущественным колдовским артефактом, то скорее бы наскоро подкорректировали мораль. Король заявил бы, что его дочь или жена может ходить, в чём захочет, священников и придворных, какие посмели бы возражать, быстренько сгноили бы в пыточных камерах, а королевство с такой замечательной королевой или принцессой быстро бы пошло завоёвывать всё и вся. А там и в придворную моду вошли бы такие "похабные" одеяния...

Как знать - может быть, ещё и войдут, если принцессочка Аннет после разгрома кочевников не захочет уходить в монастырь, а вместо этого лично порвёт всех, кто попытается её туда законопатить? =)))