# Номер 12-6-9: Параграф 13. Затмение (финал). Пункт 2.2

Ольга Топь

§13. Затмение (финал). Пункт 2.2

Домой ехали молча. За прошедшие сутки вымотались все. Лаки смотрел на Илию через зеркало заднего вида, но она даже не могла приободрить его. Ей не позволили остаться рядом с Наставником. Гессо попросил ее дать Нэмури еще немного времени, чтобы прийти в себя. Она не стала спорить с ним, не хотела его беспокоить и расстраивать еще больше. Довольно и того, что на Пуфике оторвалась. И теперь она маялась на заднем сидении 'Неклюди' без привычного теплого бока справа. Место Нэмури занял Пилигрим, который иногда с интересом поглядывал на нее. Почему-то за сегодня он стал относиться к ней иначе. Илия, скорее, почувствовала это, чем осознала. Но в какой момент и как именно - не поняла. Гессо молча забросил за нее руку и притянул к себе.

'Ох, Связь...', - догадалась Илия, устраиваясь у него подмышкой.

Гессо - сухой, поджарый, оказался неожиданно теплее, чем она думала, но ощущался иначе.

'Нет моря', - поняла она.

Была пустыня с бесконечными, уходящими в горизонт барханами, с редкими сухими ветками деревьев и юркими шипастыми ящерицами. Илия вслушивалась в вечных шорох его песков, и это тоже было хорошо.

'Но не так. Совсем не так', - билось горькое и тоскливое в висок.

Гессо взял ее ладошку в свои руки, разгладил длинными пальцами: 'Тише, совенок, потерпи'.

От него пахло сухими травами, дурманящей полынью, пылью мостовых и тонко тянуло потом.

'Ну вот, а всё мертвецом прикидываешься, - улыбнулась Илия. - А сам вполне живой человек. Странная у нас компания подобралась: мелкий со шрамами взрослого, зверь, прикинувшийся человеком, лед, который хочет стать огнем, и огонь, что надеется, будто он - лед. И я. Что еще не определилась с ролью... Хорошо, что ты открыл во мне дверь. Я рада, что могу всё это почувствовать... Спасибо тебе, Гессо', - говорила она с ним, легонько царапая его ладонь ногтями.

- Как тебе твой новый знакомый? - внезапно спросил Гессо.

Лаки сделал движение, будто хотел обернуться, но замер. Пилигрим тоже навострил уши.

- Смешной очень... Первый раз вижу такого смешного нормального.

- Вы о ком? - не утерпел Пилигрим.

Гессо ответил:

- У нас соседи появились... Помнишь, дом за садом?.. Он еще долго пустовал...

Илие показалось, что Гессо что-то не договаривает, но лезть она не стала: 'Хватит уже новостей на сегодня'.

- Да, помню, - кивнул Пилигрим.

- Семья его на лето сняла. Илия, сколько их?

- Танис, лет семнадцати, двое родителей. Отец - бухгалтер на каком-то предприятии, не способен к физическому труду, либо обычный лентяй. Мать - преподаватель в Университете Мелинга, курит 'Лики клона'... По мнению мужа, чересчур много.

- Молодец, - засеребрился взглядом Гессо.

Пилигрим же озадачился:

- Говоришь, семнадцать парню?..

- Выглядит на столько, - ответила она.

- И на даче летом?.. Не в учебке, ни на фронте, ни работает... Кстати, чем он-то занимается?

- До этого довести не успела, - призналась Илия. - Знаю, что большой поклонник компьютерных игр, и что курит тайком от родителей. Его родители на природу вывезли.

- На природу... Хм-м, - почесал щетину Пилигрим.

'И этот тоже уже оброс. Как хорошо, что я девчонка. Замучилась бы по два раза в день бриться...'

- Дорогая, - сказал Пилигрим, - будь добра, держись с этим парнем настороже. Проверю, что у него за семья и прошлое.

- Что-то не так? - спросил Гессо. - Он действительно нормальный. Я сам видел...

- Да нет, - махнул рукой Пилигрим. - Я не из-за наших дел... Забыл шифровки нормальных родителей?

- Не помню, - признался он.

- Не копайся, - вдруг сказал Лаки. - 'Увезти на природу' для малознакомых означает увезти от неприятностей. Пилигрим думает, что он либо наркоман, либо сумасшедший, либо малолетний бандит.

- Не наркоман и не сломанный точно, - сказал Гессо. - Насчет последнего не знаю, но воспитан он неплохо. И что не малолетний - факт. Ему определенно семнадцать, Илия не ошиблась. И ты, Лаки, старше его на шесть лет.

Лаки заныл:

- Пилигри-им, Гессо меня обижае-ет, он меня на один уровень с темной личностью переве-ол.

Илия хихикнула, она так давно не видела ролевого Лаки, что уже соскучилась по нему. Синие глаза в отражении уставились на нее и подмигнули.

Илия неловко ответила и почему-то застеснялась.

- Вот и птичка-а моя-а зачирикала-а, - фальшиво затянул Лаки. - И перышки свои распусти-ила-а...

Пилигрим и Гессо синхронно сказали:

- Лаки, уймись!

Илия засмеялась, закрывая лицо руками, и Лаки снова заныл:

- Илия-а, они меня обижаю-ут!..

И началось. Так они и добирались до Каменской под шутовство Лаки, ролевое ворчание Гессо и ядовитые комментарии Пилигрима.

Илия смеялась до слез и думала: 'Где же мы?.. Где мы - натуральные?..'.

Дома она быстро расправилась с ужином и убежала в комнату, пока инструкторы не вспомнили про занятия. Она достала тетрадь с листьями, просмотрела коллекцию - цветов не хватало категорически.

'Надо розу. Шиповника, которую. Садовые не пойдут... У них листья слишком... - Илия поняла, что не может подобрать слово. - ...Слишком... другие... Совсем не такие, как у колючего шиповника...'.

Она рассеянно провела пальцами по губам, вспоминая свой первый взрослый поцелуй в ее натуральной жизни.

- Вот как, значит, это чувствуется... - пробормотала она. - Вот, значит, как...

Илия поняла, что дыхание сбилось, и рассердилась на себя: 'Наставник - в Госпитале, а я о глупостях думаю. Так и в нормальную превратиться недолго. Нельзя... Нормальные женщины рядом с ними не выживают... А я не могу бросить его одного. Никого из них...'.

Уже ночью Илия мучилась бессонницей и удушающей жарой. Она встала, раздвинула плотные шторы, впуская стрекот сверчков и ровный шум листвы в комнату. Этого ей показалось мало, и она стащила с себя мокрую от пота ночную рубашку, бросила ее на стол комком и вернулась на кровать, сдвинув одеяло к стене.

- Я хочу море, - пожаловалась она потолку. - Сейчас и ни минутой позже.

Илия закрыла глаза, пытаясь уловить в звуках ночного лета свое море. Ветер ворвался в окно, остужая пылающую кожу, и она вздохнула: 'Вот так уже лучше...'.

Илия распахнула глаза и оцепенела. Над ней стоял Лаки. Она не видела его лица, но то, что он призраком забрался к ней в комнату среди ночи выглядело...

'Угрожающим. Опасным', - подсказал бестелый.

'Это - странно', - сказала ему Илия.

Она медленно села, подтягивая на себя одеяло. Связь с Гессо она прервала еще за ужином, и сейчас был явно не тот случай, чтобы ее возобновлять.

'Неизвестно еще, что Гессо с Лаки за это сделает, - подумала Илия. - А потом еще и Пилигрим добавит. А Наставник... Ой, не-не-не, - помотала она головой, - хватит с нас сражений титанов и тел павших. Что бы тут ни происходило, попробую разобраться сама'.

- Лаки, ты ходишь во сне? - спросила Илия.

Тот шумно вздохнул, потер лицо руками и сказал:

- Нет.

- Так, - сказала Илия и едва не шлепнула себя по лбу: 'Нацепляла от Наставника. Заразилась'.

Помолчала, слушая концертный ор сверчков, и сказала:

- Ладно. Тогда ты, может, расскажешь, что здесь делаешь?

'Утро - дня начало, начинай всё заново', - прокомментировала она, вспомнив встречу с Танисом.

- Я не могу спать, - сказал Лаки.

Илия молчала, терпеливо дожидаясь продолжения, и оно случилось.

- Не знаю, почему, - сказал Лаки, усаживаясь к ней на кровать. - Думал, это из-за того, что не могу быть рядом с тобой... - он замолчал, повернулся к ней и сказал. - Да. Ты же об этом не знаешь. Совсем забыл... Угодил в собственный фокус...

Он забрался с ногами на кровать, устраиваясь у противоположной спинки:

- Когда ты впервые была с нами в 'Профитц', а потом я приехал сюда, на Каменскую, то не смог заснуть... И до сих пор не могу...

'Сейчас он скажет: 'Давай помашем кулаками', и я отправлю его в... в Орден. Оформлять вызов'.

- Илия, я люблю тебя.

И у нее упало сердце: 'Не играет. Значит, Нэмури не шутил, когда рассказывал мне об этом'.

- Я ничего не прошу взамен, - сказал Лаки. - И никогда не попрошу. Мне просто нужно быть рядом. Когда я рядом с тобой, мне начинает казаться, что я оттаиваю. Что я чувствую. На самом деле. Натурально... Знаю, тебе нравится, когда я играю ролевую, но когда я с тобой мне не хочется этого делать...

- Почему?

Он поднял голову, волосы качнулись нерешительно, словно Лаки хотел сказать: 'Не знаю', но передумал.

- Потому что ты меня не боишься.

Илия напрягла руку, чтобы не повторить жест Гессо и не вцепиться пальцами в переносицу.

- Ла-адно, - протянула она. - А что с Наставником делать?

- Нэмури впустил меня вчера в свою комнату. К тебе.

Сердце Илии глухо стукнулось о ребра и пропустило удар.

- Я провел рядом с тобой всю ночь, Илия. Ты так сладко спала... Я дремал... Или нет... Не знаю, но все время видел тебя. То, как ты спишь. А потом встал неожиданно отдохнувшим...

- Вот, значит, как... - протянула Илия, понимая, что перестает чувствовать: 'Значит, ты поцеловал меня, только потому что не собирался возвращаться. Этого никогда бы не произошло, не найди наш дом Тоска. Наш мир. Если ты и любишь меня, Наставник, то не так. Совсем не так...'.

Она уронила голову на руки и покачалась из стороны в сторону - так было проще успокоиться.

- Можно? - тихо спросил Лаки.

- Что? - не поняла Илия.

- Остаться...

- Иди сюда, - похлопала она по постели рядом, - не сиди надо мной идолом. И не пугай так больше.

Лаки замер. Но потом быстро юркнул на одеяло рядом с ней, обвил руками, ткнувшись носом почти в самый пульс.

- Щекотно, -- сказала Илия, запуская руку ему в волосы и прижимая к себе поближе.

Закусила губу и вздохнула: 'Мелкие. Какие же вы все мелкие...'.

Внутри выл ветер, свиваясь кольцами в смерч.


Републиковано на сайте Ольги Топь