# Номер 12-6-9: Параграф 18. Слякоть сомнений. Пункт 2.0

Ольга Топь

§18. Слякоть сомнений. Пункт 2.0.

Илия сонно моргала, глядя в приоткрытое окно 'Катрин'. На голой черной земле еще кое-где виднелись грязно-серые клочья снега, и торчали бесцветные ветви редких деревьев и кустарников. Жгучий дым 'личинки' струился в серое невзрачное небо.

'Действительно, как же... тускло...', - подумала она, выкинула окурок и подняла стекло.

Она понимала, что в 'Катрин' тепло, но всё равно почему-то было зябко.

'Простыла? - она просчитала свой пульс, но тот оставался прежним. - Нервное. Пустяки. Пройдет. И Лаки тревожить из-за такой ерунды не стану, пускай отсыпается... Надо и самой подремать, Нэмури скоро носом рулить будет. Надо сменить'.

Она плотнее закуталась в теплую кожаную куртку, что купила еще осенью перед перевалом Льдира в Стации и закрыла глаза.

'Интересно, нормальные перед пятнадцатилетием тоже чувствуют себя так... паршиво?', - вспомнила она нормальное словечко.

Ее запас нормальных слов, выражений и ругательств значительно обогатился, благодаря наемникам.

'Причем не только на континентальных языках, - усмехнулась Илия. - Тот же Оружейник из РД столько потрясающих предложений сплошь из ругательств вспоминает, когда ему дохлое оружие приносят. Теперь понимаю, почему Пилигрим никогда не ругается на арадийском... Нет, что-то не спится...'.

Она выпрямилась и сказала:

- Наставник, давай меняться: ты мне - руль, а я тебе - несколько часов дремы.

Тот покосился на нее.

'Вот упрямый, глаза слипается, а всё равно бронированного играет'.

- Я переварить не могу, - призналась она. - Дай хоть чем-нибудь себя занять.

'Катрин' мягко свернула на обочину.

- Сама отрегулируешь, - сказал Нэмури, устраиваясь на заднем сидении.

И не успела Илия подкрутить все рычаги водительского сиденья (подарок скорого на руку и на язык Вепря), как Наставник отключился. Илия вывела тяжелую на подъем 'Катрин', глянула на Лаки, но тот сопел.

'Умаялись, - улыбнулась Илия. - Ничего, скоро дома будем. Там как следует выспимся'.

Первым открытием для Илии стало то, что щетина у Лаки тоже золотится. И, наверное, она так пялилась, что он возмутился, дескать, что - 'обрасти по-мужски не может?'. Она долго пыталась объяснить, что на самом деле увидела, какой он красивый и где именно, но Лаки, кажется, ей не поверил.

Илия судорожно сжала руль, вспомнив как четыре месяца назад Лаки посекло железобетонным крошевом рванувшего остова дома на границе Ривана. Она даже забыла, что у них есть Док и его единицы и подтянула Лаки с простреливаемой площадки. Откуда только силы взялись, она и сама не знала, мельком порадовалась, что наемники почти сплошь киборги. Воспользовалась инструментами Лаки, извлекла, что смогла, и толкнула Кортика:

- Посмотри, что осталось.

Тот блеснул на Лаки диковинными, ведьминых технологий, глазами и ткнул бессознательного в правое легкое и в бедро.

'А теперь у Лаки столько шрамов, что он уже и не скулит о том, как не хочет походить на Нэмури...'.

Подоспевший уже к штопке Док сначала выругал ее, что лезет не в свое дело, потом осмотрел Лаки, одобрил и стал подкидывать ей 'пациентов', что попроще. Многие из них до самого возвращения не доверяли ей.

'Как же - нежить', - усмехнулась Илия.

Но, в основном, с ними со всеми изначально было просто. Наемники спецов тоже уважали. Но, конечно, отношения наладились не сразу. В первый день, после того, как Нэмури поставил ее перед девятью шефами групп и сказал:

- Знакомьтесь, моя ученица Илия. Лаки - ее инструктор.

Но глазастые шефы сразу считали, что инструктажем отношения не ограничиваются. И вот тогда Илия с благодарностью вспомнила врожденную ядовитость Пилигрима, когда пришлось отшучиваться, а когда и огрызаться. Но под юбку к ней лезть не пытались. 'Точнее, в штаны'. Потом, когда Илия узнала, что у шести из шефов есть родные дети ее возраста, то кое-что прояснилось. А вскоре ей приволокли объект из нормальных.

'Вытряси из него всё, вплоть до размера и цвета его любимых трусов, - сказал Нэмури. - Работай'.

Объект был нормальным, испуганным и совсем легким. Его любимыми трусами оказались - синие боксеры в полоску. Но Илия не поняла, почему большинство добровольных 'зрителей' из шефов ушли еще в самом начале консультации. Оружейник, с которым они признали друг в друге родственные души еще в первый день, дотерпел до конца и потом объяснил ей, что нормальные шефы изначально не видели в ней спеца, тем более такого рода, и им тяжело было смириться с правдой.

Оружейник что-то не договаривал и не смотрел на нее, когда объяснял, но Илия не стала его трясти, сказала:

- Ясно, переваривать ушли.

- Как-как? - заинтересовался тот.

Ей с трудом удалось подобрать нормальное похожее слово: 'обдумывать'.

А потом случился казус. Оказывается, одному из группы Оружейника не хватило девчонок из Этны и кочующих борделей, и он упорно подговаривал других зажать 'пигалицу' где-нибудь в углу и 'сделать всё по-быстрому'. 'Потом сама давать станет', - обещал он. Большинство отмахивались, кое-кто из-за 'командира' и 'замка', но некоторые уже начали принюхиваться. До Оружейника тоже стали доходить эти разговоры, но он разводил руками, дескать, ничего не могу поделать, пока он только языком чешет. Илия это прекрасно понимала, но знала и другое, что терпеть подобное обращение не станет.

'Не ваше, - думала она, проходя мимо шакальих улыбок четверых 'друзей' той единицы. - Пантакля. И только его'.

И когда в темном переходе ее придавила туша того болтуна, а еще четверо выстроились у проходов на стражу, Илия не стала сомневаться. И когда подоспел Оружейник, его болтун выл на полу, зажимая безглазое лицо. Четверо всё еще чего-то ждали. И дождались. Пришел Наставник, из-за него вывернул что-то жующий Лаки и присвистнул:

- Доигрался.

Выползли и другие наемники.

- Что замерла? - спросил Наставник. - Взялась работать - добивай, если ты его в объекты, конечно, не вывела.

Илия посмотрела на Оружейника, тот оценил такой жест и кивнул, давая добро. И тогда она закончила беднягу-недоумка.

Лаки тогда пожаловался:

- Бифштекс хочу. По-осталински. С кровью.

И она засмеялась, принимая подачу:

- Лаки, здесь восемьдесят с лишним килограмм бифштекса. Жуй, пока не лопнешь. А если мало покажется... - она обвела тусклым взглядом бледную вполне живую четверку. - ...Я тебе еще мясца подброшу.

После этого ее и признали такой же нежитью, как Нэмури и Лаки, и больше к ней не лезли.     А после того, как они набрали данных для Пилигрима на Серой горке с большой сундук и крохотную коробку, он (Нэмури, Лаки, Илия и еще четверо 'шефов') вычистили лисову нору обнаглевших охотников, жравших не только добычу с вражеской стороны, но и союзников Арадии. Илия тогда шагнула за предел. Очень далеко. И это было хорошо, так хорошо, что не хотелось возвращаться, даже когда наглые желтые глаза под ней потухли и стали серыми, такими же, как ее собственные. Она поднялась, ощущая воющие, налитые силой смерчи внутри, полная до самых краев ярко-синим небом.

'Всё равно, что собирать лунные цветы, - оценила она. - Только по-другому. Не лучше и не хуже. Иначе'.

Тогда она услышала изумленный вздох, и встрепенулась, готовая к новой атаке, но перед ней стоял черноволосый Лаки, а рядом тер руки платком совершенно не изменившийся Наставник.

'Нэмури даже не успел шагнуть, - осознала она. - Ему и своей силы хватило, не заемной за пределом'.

Лаки сделал 'скачок' к ней, и она увидела это движение плавным, но таким странным, будто спецэффектом на видеозаписи, каждое мгновение фиксировалось долгими стоп-кадрами, и когда запредельный Лаки рассеянно вытер руку о жилет, рядом с Нэмури исчез первый 'плоский' Лаки.

- Художница, - сказал он, и все ее естество жадно откликнулось на его голос, но Илия сдержалась - четверо шефов ошарашено разглядывали их.

- Художница, - повторил Лаки, медленно вытягивая из ее прически длинную прядь, и его рука оставила тот же мерцающий, фиксированный след.

- Ты совсем перекрасилась, - улыбнулся он. - Сменила шкурку. Ты теперь металлическая, - он перебросил прядку ей на лицо, чтобы Илия сама могла убедиться в этом. Волосы и в самом деле были серыми, неживыми, как будто и впрямь имели отношение к металлам.

Она спросила:

- А глаза? Какие у меня глаза?

- Ультрамарин, - ответил Наставник. - Цвета 'глубокого неба'. Поздравляю. У тебя появилась вторая часть имени...

Илия посмотрела на него, и он довольно хмыкнул:

- Дома узнаешь... Как?

- Сладко, - сказала Илия.

Он кивнул:

- Так и должно быть. Потом плохо станет. Очень... Лаки, приведи себя в порядок и присмотри за ней. Идем, вывезем отсюда всё к себе, - это уже относилось к оторопевшим шефам.

Они послушно потянулись за Нэмури.

- Ты молодец, - сообщил Лаки, поднимая ее на плечо. - Ты - умница. Я теперь еще больше люблю тебя, хотя не думал, что такое возможно... Теперь держись. Вернемся на базу. Тебе надо немножко полежать. Привыкнуть.

Илия прижалась к нему, стараясь не слушать внутренний голос, объясняющий, где Лаки наиболее уязвим.

А на базе ей стало плохо. Она плакала навзрыд, как мелкая, цепляясь за Лаки, беспомощными, жалко трясущимися руками. От слабости, от тоски, от серости пограничного мира.

- Ничего, - шептал Лаки, перебирая волосы. - Я в первый раз чуть не умер. Буквально... Потерпи немного. Скоро пройдет. Это всего лишь потеря благой невинности. Теперь и ты - нежить, Илия. Как я. Как Нэмури. Мы просто нежить...

Потом, когда Илия пила чай в мастерской Оружейника среди разнообразных 'игрушек', он потребовал:

- Покажи.

- Что? - не поняла она.

- Те четверо, что ходили с вами, говорят, что ты не человек. Что и 'замок' такой же. Меняетесь физически. Только как - не объяснили. Ерунду какую-то несут. Поэтому - покажи. Хочу сам увидеть.

Илия покачала головой:

- Извини, сейчас не буду.

- Почему? - по-консультантски удивился Оружейник, и Илия слегка развеселилась:

- Если во время стычки с кем-нибудь увидишь, смотри, но не подходи близко... Я могу забыть, что ты свой.

- Как берсерк? - непонятно восхитился Оружейник.

Когда он дал необходимые пояснения, Илия кивнула:

- Да, наверное, как берсерк...

- Слушай... - озадачился Оружейник. - А почему командир не менялся?

Илия усмехнулась:

- Потому что те противники были для него слишком слабыми.

И Оружейник присвистнул.

'Нормальные - здоровские, - думала Илия, что гнала 'Катрин' по шоссе на Арадию. - То есть интересные. И данными обмениваться с ними легко... И еще: у них масса оружия и ведьмины технологии, но они все равно... хрупкие. Не из-за тел или сроков... Наверное, из-за способов приема информации и ее переварки. И даже получи они самое сильное оружие, и поглоти весь Орден без остатка, то все равно останутся хрупкими... беззащитными', - с нежностью подумала она и прибавила газу - домой хотелось нестерпимо. К Гессо и Пилигриму.

'Соскучилась, - призналась она себе. - И по 'домашнему', не командиру Нэмури - тоже. И по безмятежному Лаки... А что если взять весь Пантакль и отправиться к какой-нибудь мадам?.. Гессо опять будет краснеть и мяться', - хихикнула она. И вспомнила случайный эпизод в Истании по пути к Льдиру.

Тогда наемники, как заведенные, носились по разным борделям и делились информацией, где 'сервис' лучше, а порой обсуждали умения девочек в подробностях, не замечая невидимую Илию. Она послушала-послушала, да и пришла к Наставнику. Нэмури что-то сверял на картах, а Лаки дул кофе и изображал занятость, всматриваясь в дисплей компактного компьютера. Кроме них, больше никого не было, поэтому Илия решилась:

- Лаки, отведи меня к девочкам.

Тот вытаращился на нее, подавился кофе, побагровел и закашлялся.

Нэмури спросил, внимательно изучая какую-то возвышенность:

- Почему ко мне не обратилась?

- Ты занят.

- Принимаю, - кивнул Нэмури. - Лаки, перестань тормозить, идите, развлекитесь. Хватит у меня под ухом пыхтеть и мой кофе пить. Всё равно ничем не занят. Вызову, когда понадобитесь.

- Ну пойдем, - вздохнул Лаки и покорился.

По дороге он ее проинструктировал:

- Идем в мой любимый. Там берешь два бокала шампанского и предлагаешь один понравившейся женщине. Если откажется - не настаивай, обрати внимание на кого-нибудь еще.... Расчет на выходе... - подумал и поправился: - Берем одну на двоих. Я с тобой пойду, проконтролирую, чтобы всё прошло, как следует... И сама, кроме пары глотков шампанского ничего не пей. Не хватало еще, чтобы ты наклюкалась, как единицы Вепря. Нэмури меня тогда сожрет.

- Пить не стану. Что я - пилигримовских ритуалов с наивными объектами не насмотрелась?

Лаки засмеялся, но Илия добавила:

- Только пойду я без тебя. А ты, если хочешь, отдельно себе кого-нибудь найди.

- Почему? - надулся ревнивый Лаки.

- И так всё время вместе. Смешивать не хочу.

Лаки притих.

'Что-то замыслил', - перевела Илия и насторожилась.

Но напрасно. В будуаре мадам Изиль Илия подхватила пару бокалов шампанского и почувствовала внимание Лаки. За свой возраст она не беспокоилась - оба были в форме регулярных войск Ривана, а военным ныне все дороги были открыты на общепатриотической волне. Илие за маскировку было не стыдно - все равно они помогали союзникам, убирая с их пути тех же лисовых охотников.

'Такие же наглые, как и глава их Клуба, - с раздражением вспомнила она, огляделась и едва не выронила бокалы. - Она'.

Красивая, зрелая, но всё еще молодая блондинка в бежевом платье до щиколоток лениво наблюдала за ней из-под ресниц и покачивала длинной сигаретой в янтарном мундштуке.

'Я теперь тоже фетишистка', - подумала Илия.

- Госпожа, не будете ли вы так любезны, составить мне компанию? - пропела она и насторожилась: 'Если она похожа на нее и характером, то я сейчас многое услышу'.

Но женщина улыбнулась, оставила мундштук с тлеющей сигаретой в пепельнице, приняла бокал и сказала:

- Только в том случае, если перестанете называть меня 'госпожой'. От этого я чувствую себя старухой. Я - Николь.

- Ваши переживания напрасны, вы - феечка, а они, как гласят легенды, вечно юны. Мое имя - Кёльна.

'Боги, Лаки, я люблю тебя за все твои уроки грубой лести. Такие комплименты забавнее и доходчивее'.

Николь тихонько рассмеялась натуральным звуком, сказала:

- За вашу учтивость, Кёльна, позвольте продемонстрировать вам внутренние покои нашего дома.

Она поднялась, и Илия задохнулась от восторга, глядя на нее снизу вверх: 'Мой любимый рост! Нет, из-за маньяка Наставника я точно стала фетишисткой'.

Следуя за своей феечкой, Илия поймала ревнивый, всё понимающий взгляд Лаки и подмигнула ему: 'Я же молчу о том, что твоя избранница очень похожа на мальчика'.

В будуаре после первых же прикосновений они стремительно перешли на 'ты' и подрастеряли официозную вежливость. Николь отправила ее к лунным цветам первой, но Илия не позволила ей провернуть этот фокус во второй раз. Ей стало интересно, как феечка попадет на ту же поляну, и она тщательно сняла данные с ее тела. Нужные 'кнопочки' оказались в самых разных местах. Больше всего Илие понравилось 'нажимать' на ту, что спряталась с обратной стороны ее колена - от этого получались особо дивные звуки. И, отправив любовницу в полет до самых цветов, Илия вслух посетовала, что не родилась мужчиной, но Николь доползла до края кровати, достала оттуда чемоданчик, открыла его, и у Илии едва не сползла игривая маска: 'Про такое Пятый забыл мне рассказать. Определенно'. Чуткая Николь уловила ее настроение и, рассмеявшись, в подробностях расписала, что для чего предназначено и как этим стоит пользоваться.

'Интересно, - подумала Илия и поправила себя: - Интересно, насколько мы здесь задержимся?.. Я бы хотела попробовать все эти фокусы только с тобой...'.

Но не случилось. На 'все' не хватило времени: зажужжал телефон. Илия перестала перебирать длинные платиновые волосы, вздохнула: 'Всё-таки как заразен этот интерес к волосам... И хорошо, что не на полпути...'.

- Выбирайся оттуда, где ты сейчас, - усмехнулся в трубку Наставник. - Лаки уже весь порог будуара истоптал, и за тебя успел рассчитаться, - и тут из его голоса исчезло веселье: - У вас работа на двоих. Не задерживайся.

- Выполняю, - вздохнула Илия, поцеловала феечку в макушку и начала собираться.

Гессов подарок уютно вернулся подмышку, под кожаную куртку, ножи на свои места - на бедра. Илия обернулась, почувствовав странный взгляд Николь, и замерла - губы у феечки дрожали, хоть она и силилась улыбнуться, а нос подозрительно порозовел.

'Так, а это что за фокус?', - озадачилась Илия, сказала:

- Прости, вызывают...

Николь покачала головой:

- Ничего. Если получится - возвращайся... Главное, береги себя, солнышко.

'Ну какое же я 'солнышко'? - думала Илия, поглаживая феечку по волосам. - Я - тучка. И тучки не исчезают бесследно, зря беспокоишься'.

- Со мной всё будет в порядке, - сказала она вслух. - Я постараюсь вернуться, поэтому и ты береги себя...

Внизу топтался сердитый Лаки.

- Пойдем уже, - зашипел он. - Пока на риванские патрули не нарвались.

- Что ты так на работу заторопился? - ухмыльнулась Илия.

- Какую работу? - не понял Лаки.

- Ла-адно, - протянула она вслух, толкая входные двери будуара: 'Ну не возвращаться же после такого замечательного расставания. Пошло как-то...'.

И столкнулась нос к носу с Оружейником и его единицами.

'Тьфу ты, - сплюнула про себя Илия. - Завтра вся база о моем походе к мадам Изиль будет знать'.

- Ты-ы?!.. - протянул Оружейник.

- Я.

- Зачем? - вытаращился он.

- Надо, - сказала она, подтянула бессовестно ржущего Лаки за пряжку ремня и ушла в скачок.

На Нэмури она не стала ругаться - Лаки мог достать кого угодно.

И прогнозы сбылись: на следующий день все наемники заинтересованно посматривали на нее, а кое-кто даже приспрашивался о 'сервисе' мадам Изиль. Но Илия тускло смотрела на них через гессову маску, и любопытные исчезали. А вот на Оружейника ее маски не действовали. Ни одна. Он ходил за ней хвостом до тех пор, пока Илия не почувствовала, что не шагает за предел и не завопила:

- Да к женщине я ходила! К жен-щи-не! Вам можно, а мне нельзя?

И зря она это сделала, поскольку повсюду тут же проклюнулись любопытные физии. И Нэмури оказался тут как тут с посмеивающимся Лаки.

'Сговорились. Точно сговорились', - разозлилась Илия.

Довольный Наставник сообщил:

- Илия, тебя в Арадии слышат.

- Да к демонам, - сердилась она. - Хоть на другом континенте. Может, тогда от меня отвяжутся.

Оружейник демонстративно осмотрел ее с ног до головы:

- И что ты с ней делала?

Илия вцепилась в переносицу, ощущая, как расползается запредельная бездна, и пробормотала:

- Чаи с шампанским пила. Вела задушевные девичьи беседы. Поговорить мне не с кем. Соскучилась по женскому обществу. Не станешь же с вами мужчин обсуждать, всё равно ничего не понимаете...

Оружейник громко вздохнул и отступил.

Илия подтянула прядь: 'Металлическая', - и встретилась с шокированным Оружейником взглядом:

- Посмотрел? Тогда прекрати меня раскачивать. Это небезопасно.

Он оглянулся на командира, и тот ухмыльнулся:

- Ты проспорил. Лаки, ты, кстати, тоже. Выполняй условия.

И расстроенный Лаки вместе с сердитой Илией отправился вычищать сектор с вражеской боевой группой.

'Зато поэкспериментировала', - подумала довольная Илия, вглядываясь в чистую от машин дорогу в апрельских сумерках.

Рядом вдруг встрепенулся Лаки, потер лицо руками:

- Где?

- Километров двадцать осталось, - сказала она. - До Арадии.

Лаки тут же заворчал:

- Ты слишком медленно едешь. Давай меняться.

- Давай, - согласилась Илия и свернула к обочине.

Позже, разглядывая сквозь слипающиеся ресницы золотистого от огоньков приборной панели Лаки, она подумала, что пограничный мир, может, не такое и тусклое место.

Ей снились яркие сны, бессвязные, как облачное небо в ветреный день, но каждый кусочек видений аккуратно складывался в единое ритуальное панно прошедшего времени 'не дома'.

Пестревший домами и орнаментами улиц Риван, грязь и слякоть мутной от военной формы Стации, жаркая даже среди поздней осени Истания в сумерках цвета индиго, и кружевной утренний иней дороги на Льдир. Платиновые локоны Николь на изумрудной зелени подушек, яркость беспокойных васильковых глаз Лаки и его тускло-серые волосы: 'Я теперь совсем некрасивый? Ты меня больше не хочешь?', и темно-красные пятна, что влажно втягивали ее руки. И немая тень Наставника за спиной. Тугая пелена туманов Серой горки, с вензелями черных пожаров и аляпистыми фейерверками сигналов и рвущихся снарядов. Бесцветные руины Агарта с оранжевой кляксой пустой гражданской машины. Мертвая нагая женщина под зимней яблоней с гроздьями плодов повешенных в риванской черно-серой форме, что стала привычной, как мраморная маска безразличия. Лабиринты охотничьей норы и сверкающий желтый, стекающий в мертвый серый. Теплая охра в глазах Оружейника: 'Теперь растолстеем'. Вееры жестов черноволосого Лаки. Упрямо тасующаяся крапленая колода карт на пятьдесят два листа с именами, лицами, подробностями общественной и личной жизни - данными, что в любой момент могут оказаться необходимыми. И белозубая улыбка Кортика: 'Смотри, я не только цвет глаз могу менять, но и другие запчасти. Хочешь покажу?', и раскаты дружного беззлобного смеха. И слепящие пятна ярости, когда Кортик рассыпался на влажные детали, с пульсацией понимания, что даже Док не соберет его обратно. И ярость - ультрамариновая, как 'глубокое небо'. Наставнику виднее - он считал слои. Колючее дыхание Льдира, его белоснежные космы, спускающиеся аж к самому подножью. И несвоевременный чужеземный 'подснежник', что скрывался на фоне снега в маскировочной форме, тщательно отстреливая по одной единице. Он пытался разбиться, когда его откопал Лаки, но тот не позволил. И не отдал никому: 'Снайпер. Они интересные. Мой объект'. И легкий укол зависти с жгучим клеймом сожалений - снайперы больше не попадались. Нормальные, иногда и киборги, чужие - аляпистыми кусочками конфетти, вместе со всеми их данными. И работа - рутинные консультации без изысков, с минимальной проработкой, торопливые, тусклые и безнадежные. Потому что путеводитель с целой схемой дорог ей не доверили. 'Умник', переводчик, фосфоресцировал и не расставался с пакетами, куда аккуратно складывал всё впустую потраченное продовольствие. Руки по локоть - в густом, красном, сладко пахнущем... Коричневые крапинки веснушек объекта, и его режущий по перепонкам голос. И совсем тихий - Умника: 'Он говорит, что видит небо. Что это значит?'. И беззвучные, осторожные шаги к Наставнику. Жар тела и звериные укусы создателя. Настойчивая нежность Лаки, тепло его пересеченных параллелями шрамов ладоней. И пересохшие русла рек крови вновь наполнялись живым шорохом Связей...

Илия складывала головоломки и не чувствовала, как вернулся из забытья ее создатель.


Нэмури выпрямился на заднем сидении, будто и не спал вовсе. Наклонился к Илие, извлек из кармашка позади ее сидения термос с давно остывшим чаем и жадно присосался к нему.

- Подъезжаем, - сказал Лаки.

- Вижу, -- выдохнул Нэмури, отрываясь от термоса. - Тише говори, пускай спит.

Лаки не мог не засмеяться:

- Нэмури, Илия на Льдире без задних лап в самый огонь дрыхла. Риванцы надивиться не могли.

- То - на Льдире, а то - возле дома, - проворчал Нэмури, выковыривая из кармана сигареты.

Лаки поморщился, приготовившись чихать, так и не смог привыкнуть к 'личинкам'.

Нэмури задумчиво курил, выпуская дым за приоткрытое стекло.

'Внешне - само спокойствие, - оценил Лаки. - Заросшее только. Да и мне бы побриться не мешало... Как же надоела эта дорога... Только до Каменской доберемся, больше не станем Илию щетинами мучить... Нет, Нэмури, не понимаю, что ж ты так беспокоишься? Спит художница и радужные картинки разглядывает. Да, перешла предел, и Гессо нам еще многое по этому поводу скажет... Ну и что? Сами такие же 'ненормальные', - 'общался' с Нэмури Лаки. - Но зато она сильнее стала. Опытнее. Если было бы можно, уже 'С' наверняка получила. Но нам теперь в Штаб нельзя. Там тоже не безглазые порой попадаются. Жалко... Стильно бы получилось: пятнадцатилетний консультант С-уровня, девушка, из натуральных. Орден, как говорит Пилигрим, очешуел бы от такой редкости. Но и внимания мы тогда по полной программе отхватили бы... Эх, как же ей похвастаться хочется... Ну ничего, пускай Гессо и Пилигрим масками удивления хвалятся... Единственное...'.

- Нэмури, - сказал Лаки. - Что с Лисом делать будешь? Илия уже запредельная. В охотники годится.

- Я понял, - отозвался тот. - Сам уже думал, как бы мой Наставник новый фокус в Совете не прикрутил. Но с теми данными, что мы от фанатиков взяли, ему теперь Пантакль потребуется. На такую гору консультантов он охотничьи листы не получит. А у нас 'белые' и от Главы, и от Ордена... - он хмыкнул, бросив взгляд на Лаки. - И от Жрицы... Илия - наш луч. Не станет он ослаблять Пантакль и ссориться с нами. В крайнем случае можно на одной норе и не остановиться...

Лаки переварил и немного успокоился: 'И в самом деле, что я так распереживался? От Нэмури волнениями заразился, не иначе. Лис с Илией по-хорошему сейчас не договорится... Кстати!..'.

- Слушай, мы ведь так и не выяснили, что ей Лис наговорил в последнюю их встречу. Помнишь, как она разозлилась?

Нэмури заулыбался, оживился:

- Конечно, помню. И впрямь надо эти данные достать, чтобы не повторить его ошибок.

- Интересно, да? - спросила Илия.

Лаки посмотрел на нее, но глаза были закрыты и дышала она по-прежнему мирно и сонно.

Нэмури тоже удивился:

- Во сне болтать начала?

- Как же, поспишь тут, когда мне косточки перебирают, - проворчала 'спящая'.

- Не тебе, а Лису, - поправил ее Нэмури. - А ты спи дальше.

- Не хочу, - сказала Илия, поковырялась в кармане и тоже закурила, причем не открывая глаз.

- Прожжешь чехлы, новые шить заставлю. На руках, - пригрозил Нэмури.

- Пойдет, - согласилась Илия.

- Ты глаза забыла открыть, - напомнил Лаки. - Может, все-таки подрыхнешь?

- Нет.

В голосе у нее проскользнуло тревожное, и насторожился не только Лаки, но и Нэмури:

- Дурной сон?

Илия засмеялась:

- Ага. Приснилось, что я на Льдире живого снайпера углядела, но Лаки и его у меня отобрал. Еще спорил, что это его объект, потому что заметил раньше из-за того, что отрыв у него от границ дальше.

- Врешь, - сказал Лаки.

- Вру, - кивнула Илия. - Во-первых, нас ждут. Я и здесь чувствую.

Лаки это очень не понравилось, Илия уже дважды отводила их от серьезных ловушек. Еще в первый раз посовещавшись с Нэмури, они решили, что это из-за гессовых экспериментов.

'Но этот фокус полезнее тиканья. Хотя Гессо расстроится, что она его больше не слышит, - подумал Лаки. - Не удивительно. После наших-то приключений. Защитная реакция, скорее всего...'.

- Может, Гессо и Пилигрим? - предположил Нэмури, но оружие проверил.

- Не-а, близко совсем. Очень ждут.

- Лис, наверное, - сказал Нэмури. - Хорошо у него охотники работают.

'Вот демон, - подумал Лаки. - Только сейчас его не хватало. Мы не в форме и расшатаны совсем...'.

- Во-вторых, - сказала Илия, - я просто переварить не могу. Мне рассудок картинки с данными подсовывает вместо радужных. Но это пройдет. И, в-третьих, когда вы мне рассказали перед Этной, что планировал Лис, то реакции не было, потому что я уже знала.

Лаки молча 'стриг ушами', вглядываясь в дорогу.

- Он сам тебе сказал? - удивился Нэмури.

Илия невесело засмеялась и выкинула окурок за стекло:

- Точно. На опережение действовал... Так и быть. Расскажу вкратце. Может, вы тогда другие задачки решать начнете... Он предложил плюнуть на поездку и вернуться с ним в Арадию. Сказал, что лично займется моими тренировками, и я быстро достигну желаемых результатов, не общаясь в тесной обстановке с нормальными, к тому же и наемниками...

- Значит, он все-таки снял с Этны данные, - пробормотал Нэмури. - Интересно, сам ездил или наблюдателей послал?..

- Этого я не знаю, - сказала Илия. - Я вообще не знала, куда и к кому мы едем, между прочим. И, признаться, количество нормальных спутников меня впечатлило... Но вернемся к наболевшему. Я отказалась, мотивировав тем, что с одним из его охотников я уже довольно тесно пообщалась и мне не понравилось.

Лаки фыркнул, а Нэмури растерянно пробормотал:

- Какая ты злая...

- Еще бы, - сказала Илия, - сейчас доскажу и, наконец, увижу, как ты шкуру меняешь... И тогда Лис стал говорить гадости, пугать тем, что оголодавшие без женской ласки мужчины могут со мной сделать... Будто я сама не понимаю... И тут он меня взбесил... Лаки, смотри на дорогу, пожалуйста... Сказал, что тебе, Наставник, плевать, с кем своими женщинами делиться, и напомнил про Кларисс... - Илия поджала губы, будто подхватывая срывающееся с языка слово, но продолжила ровно: - Его данные давно уже протухли, а он и не знал об этом. И не знает. И сказал, что если мне в постели так уж нужна компания, он может весь Клуб предоставить... - она сунула фильтр прикуренной сигареты Лаки в зубы: - Перестань вибрировать, из шкуры на полном ходу выскочишь... И вообще я нашла, что ему ответить, так что можете не бросаться на мою защиту. Теперь мне с ним даже говорить неловко.

Лаки прикусил сигарету, царапнув пальцы Илии зубами:

- Я не вибрирую. Всего лишь выправился.

- Не ты один, - задумчиво протянул Нэмури. - Значит, вот что обо мне мой Наставник думает... Интересно... И что ты ему сказала?

Илия помолчала, но ответила:

- Ну... Если совсем кратко... и очень приблизительно... То сообщила, что лучше с толпой нормальных наемников общаться, чем с кем-либо из охотников... И что ему не стоит лезть в наши Связи, потому что к Пантаклю я не равнодушна.

Лаки мысленно сделал перевод на менее цензурный разговорный и засмеялся в голос с Нэмури.

- Та-ак, - сказал Нэмури, потирая лицо. - Теперь я понимаю, почему Лис так быстро убрался и не стал меня воспитывать...

Лаки пригляделся к дороге:

- Всё, накликали. Лис.

Нэмури хмыкнул:

- Зато теперь точно знаем, кто нас 'очень ждал'. Хорошо, что мы парней из Этны убрали. Пусть его наблюдатели теперь побегают, поищут свежие данные.

На сей раз Лис даже не стал дожидаться, пока Нэмури выйдет из машины. Сам залез к нему на заднее сидение, прохрипел:

- С возвращением. Поехали, по дороге поговорим... Я не один.

И впрямь песочная 'Катрин' двинулась вперед, будто показывая дорогу.

'Кандидатов Илие на выбор привез', - ухмыльнулся Лаки, двигаясь следом.

В зеркало он увидел, как Нэмури заряжает компактный компьютер данными и кивнул про себя: 'Правильно. Всё равно и про наемников знает, и будто его охотники ведьмиными технологиями не балуются. Сколько мы подобного добра из их норы выгребли - не пересчитать. Вепрь чуть не сплясал на радостях...'.

- Смотри сам, - сказал Нэмури, передал данные Лису, и тот углубился в изучение.

Охотничья 'Катрин' шла ровно, но неторопливо, и у Лаки была масса возможностей налюбоваться мраморной курящей Илией. Они въехали в город, а Лис продолжал впитывать.

'Действительно мы много наковыряли, - подумал Лаки. - На самом деле даже больше, но тебе об этом знать пока не нужно. Пускай Пилигрим и Гессо сначала переварят'.

Илия вдруг прилипла к окну, замерла, а потом повернула к Лаки сияющее лицо.

'Не притворяется, - удивился он. - Про Лиса забыла?'.

- Сумасшедшие, - прошептала она. - Такой холод на улице, а они в коротеньких юбчонках и тоненьких чулках...

Лаки узрел двух удаляющихся блондинок и развеселился, прошептал с укоризной:

- Илия, ты ведешь себя, как вояка, год не видевший женщин.

Она тут же надулась:

- Я и так их год не видела.

Лаки прекрасно осознавал, что Лис сейчас не только работает по фанатикам, но и снимает с них данные, и не удержался:

- Тебе той красотки было мало?

- Нечестно, - в тон ему прошептала Илия. - Ты меня оттуда выдернул. Так что не надейся, что я остановлюсь на том эпизоде.

'Теперь хватит, - решил Лаки. - Ну что, Лис, каково чувствовать себя велосипедом? Или пробным экспериментом?.. Даже если Нэмури не зол на тебя за твой фокус с делом Гессо, я по-прежнему не могу тебя простить. Хребтом чую, что ты участвовал в его создании'.

Когда они проезжали Главную площадь, Лис, наконец, выдохнул:

- Вот, значит, как... Весьма своевременно. Орден начинает бунтовать против голосов. Пока только отдельные горлопаны надрываются, и кое-кого из них я в ваших списках узнал... Но равновесие уже нарушено, и пока они не загадили консультантом головы... Заодно, чтобы перестали мешать работать, следует эту ситуацию погасить.

- Интересно, - сказал Нэмури. - Я передам Пилигриму. Он - шеф, не я.

- Само собой, - сказал Лис. - Но я должен тебя предупредить, пока вы еще не добрались до Каменской... Многого от Пилигрима не жди.

- Почему? - насторожился Нэмури.

- В январе на твой дом было совершено нападение. Оказывается, не только вы скрываете от Ордена запредельность. Я оставлял наблюдателей, уже извини, но обеими шкурами чуял неладное. И был прав. Четверо, весьма опытные, смели моих наблюдателей, как прах с ног. А я далеко был. Опоздали и мои охотники. Хотя наблюдатели все-таки успели поднять тревогу... Молодцы, - горько улыбнулся Лис. - Не знаю, ждали те умники Гессо или нет, но он вернулся в самый разгар событий. Вовремя. Правда, теперь у вас остался только один консультант в Пантакле.

- Что с Гессо? - чужим голосом спросила Илия.

'Теперь и она в форме, - понял Лаки. - Но что-то твои охотники, Лис, стали всюду перманентно опаздывать. Часы бы ты им купил...'.

Лис хмыкнул:

- Гессо взломал границы.

Лаки пошел мурашками: 'Наш разумный, сверхрассудительный бледный конь, что постоянно оттаскивал всех от предела, сам за него выскочил? Понимаю, что и я в свое время нырнул за Нэмури, не задумываясь. Но то - я, недоумок, а с безымянной линии Лис-Илия и вовсе взять нечего. Гессо...'.

- ...Ушам своим не верю, - пробормотал он вслух.

- Я тоже не поверил, - хмыкнул чем-то довольный Лис. - А потом и глазам, когда приехал на место. Ваш Призрак разбил троих на мелкие кусочки. Одного Пилигрим до его прихода хряпнул. Ему потом в госпитале полежать пришлось, да и сейчас восстанавливается, но он - в порядке... Да и за предел заглядывать не стал, удержался... Уверен, Якорь им гордится.

'Чокнутый недоумок, Пилигрим, вот, кто ты, - понял Лаки посыл Лиса, - дался тебе этот тухлый Совет вместе с голосами. Всё равно сейчас опять прореживать будем. Нет, сдохнет, упрямец, но голос не отдаст. Как же - Пантаклю нужна защита от дуростей Совета. Недоумок'.

- Дом стоит, хотя подлатать его пришлось. В общем, доезжайте до Каменской, забирайте этих упрямых недоумков оттуда и везите хоть к Шульду, хоть к Морроку. Всё равно дома пустые стоят. Я их выковырять с Каменской не смог, - признался Лис. - Им непременно надо было вас дождаться. Думал, придется вместе с фундаментом их перевозить, так за него цеплялись.

- Спасибо, - сказал Нэмури.

- Недоумок, да? - ласково спросил Лис. - Как бы я на том свете в глаза углам смотреть стал, если хоть чем-то не попытался помочь? Итак Пилигрима чуть не проморгал. Якорь мне это еще припомнит... Да и Моррок за гессов скачок с меня все шкуры спустит... Илия, - сказал он внезапно.

И она потерялась так явно, что Лаки, несмотря на все свежие данные, стало смешно: 'Ловко Лис тебе песенку спел, а ты и расслабилась'.

Она забралась с ногами на сиденье и повернулась к Нэмури и Лису.

- Я должен попросить у тебя прощение, - сказал Лис, и Лаки едва успел затормозить, чтобы не въехать в зад песочной 'Катрин', остановившейся на светофоре.

'Лис, Безумный Лис просит прощения?! - давился данными Лаки. - Нет, этот мир положительно рехнулся. Немыслимо. Пилигрим, вечно орущий, что сдает полномочия к демонам и возвращается в Круг чистить всем физии, до последнего цепляется за кресло. Гессо прыгнул за предел. Теперь кающийся прилюдно Лис. Что дальше? Илия бросит нас насиловать и уйдет послушницей в храм невинной Шицарии? Нэмури решит отрастить длинные патлы? Про себя даже думать не хочу', - содрогнулся Лаки.

А Лис, тем временем, продолжал:

- В прошлый наш разговор я был чрезвычайно груб и сказал непростительное. Но ради добрых отношений, попытайся понять меня и извинить.

Илия вздохнула и сдалась:

- Это я должна извиняться. Не ты. Буквально за пару часов до нашего разговора я здорово поругалась с Пилигримом из-за поездки. И после, с тобой, позволила себе много лишнего. Поэтому предлагаю забыть об этой ссоре.

- Принимаю, - улыбнулся Лис. - Буду рад, если ты зайдешь ко мне в гости.

- Я постараюсь, - сказала Илия. - И позвоню.

- Договорились... Нэмури, тебя тоже жду. Золотой, останови здесь.

Лаки притормозил, включив аварийные, и лисова 'Катрин' тут же повторила его действия. И Лаки был страшно рад, что они никуда не едут, да и что вообще сидит, потому что наверняка бы упал и сломал себе что-нибудь особенно ценное, когда Лис 'на прощание' сказал:

- А тебя, Золотой, вызываю на соревнование. Посмотрим, чей драндулет выносливее, - и пропал.

- Нет у меня драндулета, - проинформировал пустое место Лаки и только тогда до него дошло.

Илия с Нэмури дружно покатывались со смеху, глядя на него.

- Что это за фокус? - пробормотал Лаки, вновь запуская 'Катрин' по дороге. - Изощренный способ избавиться от неугодного? Не понимаю.

- Да ладно тебе, - сказала ухмыляющаяся Илия, - ему просто без нас совсем скучно стало. Вот и развлекается на радостях как может.

Нэмури хмыкнул:

- Ловко ты Пилигрима прикрыла.

Она пожала плечами:

- Что еще оставалось. Он наверняка подозревает шефа в том, тот его слил. А сдать тебя Лису с подслушанным разговором я не могу.

Лаки хрюкнул.

- Ну спасибо, родная, - отозвался Нэмури. - Защитила...

- Лаки, - сказала Илия, - давай поторопимся. Не хочу, чтобы они и дальше думали, будто я на них дуюсь и совсем не люблю.

- Сделаю, - ухмыльнулся он и набрал привычную скорость.


Когда они сворачивали на подъездную дорогу к дому, Илия вдруг встревожилась:

- Лаки, стой.

'Катрин' тут же замерла, и Нэмури втайне порадовался повороту и завершению пути, поскольку если бы они притормозили так на любимой лакиной скорости, то Илия непременно влипла бы в лобовое стекло - пристегиваться ремнями безопасности она не любила и не терпела.

- Там в кустах кто-то скрывается. И еще в саду.

- В каких кустах? - не понял Лаки.

- Шиповника, что мы только что проехали... Лаки, это мой объект, даже не думай!

Нэмури развеселился:

- Родная, ты же всерьез не думаешь, что снайперы окружили наш дом? Причем один караулит Пилигрима под окном в шиповнике, а другой - отмораживает зад в саду?

- Я не знаю, кто они, но это не Гессо и не Пилигрим. Определенно, - сказала она, опуская стекло. - Я - в шиповник, а вы можете катиться в сад.

Лаки засмеялся:

- Как-то двусмысленно прозвучало...

Но Илия уже выскользнула в окно и пошла вытряхивать свой объект из колючек.

Нэмури вздохнул и почесал щетину:

- Может, поедем обратно, пока не поздно?

Лаки уставился на него.

- Сам видишь, стоило вернуться домой, как исчезли все намеки на дисциплину и послушание. Теперь уже не мы командуем, а нами.

Лаки фыркнул:

- Дай единице хоть минуту передышки.

- Поехали к дому, - сказал Нэмури. - Всё равно ведь туда добычу притащит.

Лаки послушался и подкатил к парадному входу:

- Понятно, что ни один недоумок такие засады не станет устраивать... Но все-таки схожу я в... сад. Погляжу.

- В луже не утони, - предупредил Нэмури. - Спасать не буду.

Лаки только ухмыльнулся и ушел в скачок.

- А машину отгонять мне, - пробормотал Нэмури, пересаживаясь за руль. - Ну спасибо, хоть до порога доставил.

После гаража Нэмури вернулся к дому и увидел странную картину: на подъездной дорожке переминались расстроенная Илия и счастливый Лаки.

'Что там еще стряслось?', - озадачился Нэмури и спросил:

- Где 'жор'?.. Тьфу. Объекты где? Почему в дом не заходите?

Лаки засиял:

- Я лисовых наблюдателей в саду напугал. Они там с бутылками чем-то алкогольным греются и в карты режутся. Лису пока ничего не говорите, я ему сам сообщу.

'Например, аккурат перед гонками, чтобы он про тебя забыл и про своих щенков думал', - перевел Нэмури.

- Илия, где твой колючий объект?

- Отпустила, - сказала она и потупилась.

У Лаки вытянулось лицо:

- Проморгала?

- Не, именно, что отпустила, - повторила она и вздохнула, массируя переносицу: - Это Танис был. На свидание пригласил. А в шиповнике, потому что Гессо с Пилигримом он не боится, и в столовую всё равно все обедать ходят.

- Интересно, - сказал Нэмури. - То есть Дикобраз оттуда наблюдал за составом нашего дома и выбирал удобный момент?

- Угу, - сказала почему-то несчастная Илия. - Он там уже две недели караул несет.

- Хм-м, и его никто не заметил и не выгнал с территории?.. - озадачился Нэмури.

- По всей видимости, - снова вздохнула Илия.

Лаки нахмурился:

- И ты согласилась?

- На что? - не поняла она, потом опомнилась: - А, на свидание. Ну да.

У Лаки подозрительно потемнели волосы:

- Зачем?

- Интересно, - сказала Илия. - Я же там ни разу не была.

Лаки растерянно посмотрел на Нэмури, и тот смущенно потер шею: 'Н-да, это мы упустили. Не думал, что ее такой этап межличностных любовных займет. Хорошо, хоть Лис не в курсе. Он бы нас, как щенков, мигом переиграл. Пускай лучше Дикобраз ее на свидание сводит. Распустит руки - она его вмиг без иголок оставит. Хотя найдет ли она время?... Дел невпроворот'.

- Почему перед домом?

Илия пояснила:

- Тебя ждем... Чтобы не пугать. Им и так похоже досталось...

- Вижу, - вздохнул Нэмури и пошел первым.

Дом перекрасили, обновив ровный, бежевый тон, да и крыша отливала свежей бордовой черепицей.

'На крыше-то они что делали? Через каминную трубу пытались прорваться?.. Не понимаю', - недоумевал Нэмури, открыл дверь и перевел дыхание - лестница никуда не исчезла. На первый взгляд, казалось, что дом всего лишь подвергся капитальному ремонту, но в столовой мебель была совсем другой. А на кухне даже кастрюли были новыми.

'Ну это и понятно, - подумал Нэмури. - Наверняка Пилигрим был занят ритуалом, когда его атаковали. Бедняги. Даже я не рискую его прерывать, тем более, таким хамским способом... Весь дом разгромили... Скоты'.

- Подозрительно тихо, - сказал Лаки.

- Нет, они здесь, - отмахнулась Илия. - Наверху. В комнатах, скорее всего.

'Пилигрим днем дома? Редкий случай, - думал Нэмури, поднимаясь по лестнице. - Похоже, второй этаж их не слишком-то заинтересовал... Здесь всё по-прежнему. Тогда причем тут крыша?.. Не складывается'.

Дверь комнаты Гессо открылась, и на пороге показался сам хозяин. Глаза у него были завязаны темной тканью, и по вялым движениям было заметно, что он только проснулся.

'Всю ночь работал', - перевел Нэмури.

- Гессо, - позвала тихонько Илия.     Он замер, медленно повернулся на ее голос и потянулся к повязке.

- Не снимай, пожалуйста, - она осторожно, будто опасаясь спугнуть, подошла к нему и поймала за рукав, - позже на нас посмотришь...

Он опустил руку и спросил без выражения:

- Илия, это действительно ты? - Я... Я вернулась, - она обняла призрачного инструктора, уткнувшись в его теплую домашнюю рубаху.

Он рассеянно погладил Илию по голове, а потом вдруг опустился на колени и провел пальцами по ее лицу. Обнял, крепко прижимая к себе:

- Ты изменилась. Очень сильно. - Знаю, ты тоже, - прошептала Илия, и они вцепились друг в друга, как потерпевшие кораблекрушение.

И тогда Нэмури понял, в чем дело, просигналил растерянному Лаки: 'Они слышат друг друга'.

Тот прижал ладонь ко лбу и сморщился: 'Точно. Теперь понял'.

- С возвращением, - сказал Гессо.     Он по-прежнему держал Илию за руку и глядел в их сторону.

Нэмури ответил согласно ритуалам:

- И мы рады встрече.     Лаки вздохнул, расстегнул куртку и звонко щелкнул кнопками рубахи. - Как знал, - сказал он, протягивая капли. - Хорошо, что свободное время выдалось, и всё было под рукой... Промой.

Несмотря на опасения Нэмури, Гессо безошибочно протянул руку и забрал металлические баллончики.

- Спасибо, - еле заметно улыбнулся он. - Не представляешь, как я рад, что вы дома... У нас оказия вышла...

- Если ты про атаку взбесившихся консультантов, - взял себя в руки Нэмури, - то мы уже в курсе. Лис нас по дороге поймал. Где Пилигрим?

- Отдыхает, - сказал Гессо.

- Ничего я не отдыхаю, - сообщили из-за двери, послышались тяжелые шаркающие шаги, и Пилигрим, наконец, выбрался из комнаты.

У Лаки заметно дернулось лицо.

- Не морщи физию, - сказал ему Пилигрим. - Я-то выправлюсь, а ты таким и останешься. Ну и что вы все тут замерли? Спускайтесь в обеденную, я вас догоню.

Он двигался очень медленно, но уверенно, будто всего лишь слегка заржавел в суставах. Но, видимо, Лаки было понятнее, потому что он вдруг рассердился:

- Эту хрень на тебя в госпитале нацепили?

Илия вытаращила глаза, и Пилигрим посоветовал:

- Следи за языком.

- Не буду. Всё равно они недоумки, - заявил Лаки. - Давай вернемся на пять минут в твою комнату, я тебе облегчение сделаю.

Он вцепился в Пилигрима и поволок его обратно. Тот жалобно посмотрел почему-то на Илию, но она усмехнулась:

- Лучше не сопротивляйся, позже наобнимаемся. А я пока Гессо зрение верну, - и она повела своего подопечного обратно. - А Наставник себя в порядок приведет.

Нэмури почесал щетину, посмотрел на закрывшиеся двери, и ушел в скачок - данные он таскал на себе, а вот рюкзаки с вещами и прочий багаж он оставил в машине. После игры в грузчика он наведался в сад и увиденное ему не понравилось.

Два наблюдателя были 'зеленее' весенней листвы и на лбу у них было написано: 'Мясо для псов'. К тому же Лаки не преувеличил: горе-охотники и впрямь резались в карты, и Нэмури, стоявший с подветренной стороны, чуял острый спиртовой запах.

'Неудивительно, что Дикобраз тут ошивается без последствий. Гессо и Пилигрим махнули на него рукой, им явно не до того, чтобы скакать по шиповнику Илией... Кстати, стоит посмотреть Таниса и его родителей на связи с фанатиками. На всякий случай... Где Лис этих недоумков взял? Опять весь Клуб вычистил? Или он считает, что Гессо теперь сам способен защититься от запредельных? Нет, пусть Лаки, что хочет со мной делает, но Лису я сам позвоню. Если это наблюдатели, то на кой демон они расселись здесь, как у себя дома? Еще бы в столовую переехали. А охранники такие нам не нужны ни даром, ни с доплатой. Их любой из моих наемников без труда разобьет. Только псов дразнить такими 'часовыми'. Что ж... Если Лис вас не учит, думаю, я сумею вам кое-что объяснить...'.


Републиковано на сайте Ольги Топь.

Часть 1


Часть 2