# Индульгенция Председателя - Поэма

Валерий Михайлович Хворов

ПОЭМА


ИНДУЛЬГЕНЦИЯ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ


1

Рисунок жизни


На Арбате в Москве златоглавой

И на Невском в столице второй ,

Есть кафе с обольстительной павой

И с палитрой цветов под горой .


На картинах прошедших столетий .

Есть герои не в сером клише .

В буйных образах лихолетий

И с любовью в крылатой душе .


Есть Цветаева в солнечной Праге ,

Есть Ульянов с бокалом Бордо .

И в Париже в духовной отваге ,

Есть Тургенев вблизи Виардо .


Егординова ныне рисует ,

Посетителей всех Чердака .

И Тамбовские карты тасует ,

Где времен протекает река .


Посетителей лица не лики ,

Нет отмеченных музой небес .

И рисунки земной базилики ,

Не даруют знаменье чудес .


Вот появится в городе ясном ,

Долгожданная Грация строф ,

Нарисует на фоне прекрасном ,

Душу трепетной Сам Саваоф .


2

Другое видилось


Калитка в прошлое закрыта ,

К возврату нет порывных дум .

Судьба былая не забыта ,

Но чуждых отвергает ум .


В событиях противно видеть ,

Продажных , мерзких подлецов .

Я не желал душой предвидеть ,

Судилища шальных истцов .


Другое виделось и мнилось ,

Без мрака в круге бытия .

Безумие в миру случилось

И гордыми отвергнут я .


Они единые в воззреньях

И перед публикой правы .

Но в светозарных озареньях ,

Чертами лживые кривы .


3

Разрушение


Ломают дом сестры поэта ,

Макаров часто здесь бывал .

Вопрос остался без ответа :

Как домовой все прозевал ?


Где Акулинин вел беседу ,

Где корифеям я внимал ,

Ломают вековое в среду ,

В четверг безумия финал .


Ненужные лежат обломки ,

Зияют дыры без стекла .

И с книгами в пыли котомки ,

Как повитуха нарекла .


Но споры были о грядущем ,

Кого не станут забывать .

И в мире нынешнем гнетущем ,

Талант сумеет пребывать .


Макаров спорил с друганами

И неподатливой судьбой .

Читающих Тамбов за нами ,

Когда базар перед тобой .


Все изменилось безвозвратно ,

В Союзе мутные дельцы .

Их кредо лживое отвратно :

-- Мы садоводы и донцы ! --


Нет домового у разрухи ,

Нет Чура у забытых книг .

И в Пушкинке витают слухи --

Судилище поэт постиг .


4

Думы Журавлева


Бывает воздух в Вишневом ,

С отливом бирюзовым .

И воспаряет каждый дом ,

Над бытием кирзовым .


Лазоревый взмывает дом

Защитника Плевако ...

Никто не мыслит о худом ,

У миражей однако .


Село известное вблизи ,

Живущим по соседству .

Не тонет пьяница в грязи ,

Вмасть прибегая к средству .


Макаров ловит на живца ,

Представив жемчуг в рыбе .

И вдохновенно подлеца ,

Соседа рвет на дыбе .


Осенний ветер взбередил ,

Всю душу Журавлева .

И Саша злыдней осудил ,

От Вали до Хрулева .


-- В Асеевском нас разгромил ,

Евгений за шарады .

Мне культработник нахамил ,

Елене дал награды .


Луканкину всю обнулил ,

Вдрызг Евтушенко дока .

Чиновник Лену похвалил .

С блистанием вещдока .


Дорожкина своих сует ,

В жюри , в журналы всюду .

И тупики тем создает ,

Кто ценит не Иуду .


Ей продались за пустяки ,

Алешин и другие .

Не женщины , не мужики ,

А нети не благие .


Царят бездарности везде ,

В газетах и в Союзе .

И Вася в Дымкиной "звезде" ,

Как елдачина в лузе !


Как сочинять о красоте ,

О мире и защите ?

Когда почетные не те

И нет святых в элите .


Пообещает лгун помочь ,

Обманет и забудет .

Как недоверье превозмочь ,

Когда хандра убудет ?! --


5

Соломенный Борисоглебск


Когда соломенные шляпы ,

На головах не высоки ,

В стихах соломенные ляпы ,

Слетают птахами с руки .


Летит соломенная птица ,

К Борисоглебским берегам .

И вновь соломенные лица ,

Стремятся в образах к стогам .


Шуршит солома под ногами .

Шуршит в тревожных головах .

И бык с пшеничными рогами ,

Стоит в соломенных богах .


Лавчонки снеди из соломы ,

И лодки рядом на реке .

Блистают царские хоромы ,

Из ржи сухой невдалеке .


Борисоглебск блеснул соломой ,

На поэтическом пиру ...

Но муза неземной истомой ,

Всех охватила на юру .


Стихи читали конкурсанты

И дуэлянты как могли .

Солому сбросили ваганты

И слову духом помогли .


Был откровенным неприметный ,

Поэт их дальнего села .

С душевным даром беззаветный ,

С лучистым отблеском чела .


Вновь не соломенное слово ,

Звучало смело без преград ...

И время истины сурово ,

И так крылат поэтоград .


6

Соломенная обитель


В соломенной шляпе Мария сидит ,

Вокруг всех солома ржаная .

И Лютый в копне золотой эрудит ,

И рядом с охапкой Даная .


Соломенный критик жует колосок ,

Мечтает о связи без тени .

Отец и сынок принесли туесок ,

С зерном и пригнули колени .


Вяжите снопы и вяжите слова ,

Чтоб хлебом единым не жили .

И каждая баба в соломе права ,

Когда ей в страстях удружили .


Главнее всего у Вороны скирды ,

С соломой и падать не страшно .

Пшеничной покрыты базара ряды ,

А рядом поэты и брашно .


7

Рапорт метрессе


Мария Вале рапортует ,

Надев соломенный тюрбан :

-- Елена Зайцева кукует

И Журавлев один чурбан --


-- А ты моя земная прелесть ,

Где побывала и когда ? --

-- В Борисоглебской туне нерест

И слов мутнейшая вода .


Там град соломенный у края ,

Земного мира и реки .

Там в рифмах спичкою сгорая ,

Других не слышат чудаки --


-- Блефуй вовсю и лицедействуй ,

Что б Лютый верил в естество .

И под стрехой фортуны действуй ,

Что б дней продлилось торжество .


А что Наталья Меркушова ,

Тебя простила за отлуп ? --

-- Плевать ! Найдется Сиушова

И с ней Алена Козолуп --


-- Нам надо многих объегорить ,

Кудимову и всех в жюри .

Не стоит с кинутыми спорить

И будешь царственной Мари ! --


8

Золотые витязи Ставрополья


Этот камень времен перепутий ,

Надпись мига на нем не видна .

Но стремится отметится трутень ,

Чтоб писателя знала страна .


Этот камень нещадно холодный ,

Для позеров из членов СП .

И бездарностям не путеводный ,

На Парнас как тупик -- КПП .


Ставрополье сегодня иное ,

Награждение можно купить .

Воду льют и стекло золотое ,

И с личины любую не пить .


Ныне витязи все "золотые" ,

От Трубы до друзей Соловья .

Положили на камень пустые

Письмена и ветрам кумовья .


Вы смотрите туда ли дорога ,

Как стезя без подмены греха .

Может идол блистает за бога

И на капище чудищ труха ?


Витязь в золоте ради показа

Или ангел на светлом коне ?

Может строки судьбины рассказа ,

Пропадут в почерневшем огне .


Камень выдюжит ваши награды ,

Вы постойте за Русь удальцы :

Добряки , мудрецы , ретрограды ,

Москвичи , петербуржцы , донцы .


9

Марафон тщеславных


Труба бежит от места к месту ,

Чтоб получать почетный лист .

От Свердловска дорога к Бресту

И к Ставрополью путь не мглист.


По Черногории с Креневым ,

Труба как леший пробежал .

В Палермо с капо де Паневым ,

Вендетты обнажил кинжал .


Везде листы почетных знаков ,

Вручали спринтеру Трубе .

И даже в притамбовье Сраков ,

Был рядом с Толей не в себе .


Мещеряков покруче видом ,

Как в лабиринте Минотавр .

По МВД гуляет с гидом ,

Чтоб злыдня опочетил мавр .


Меняет зверь свои личины ,

От места силы и причин .

Но хочет грешник до кончины ,

Слыть праведником без личин .


Алешин слаб тлетворным духом ,

С метрессой падших на паях .

И в коробке жужжит над ухом ,

Анчутка друг его в краях .


Поможет нечисть в переменах ,

Не изойти стыдом в миру .

Поможет первым быть в изменах ,

И предавать всех на юру .


В Мытищах прожужжал анчутка ,

В Мордово новость прошептал :

-- К тебе Олег летит не утка ,

А бездны гибельный металл --


10

Лишенец


Без денег Алекандръ не выйдет ,

Журнал закроют без тоски .

Трубу любой Олег обидит

И Юрий очернит мазки .


Быть фаворитом превосходно ,

До гильотиновой поры .

Когда инкогнито свободно ,

Наточит казни топоры .


И полетит башка главреда ,

В корзину с рубленой другой .

Кошмар приснится до обеда ,

Когда уснет он как изгой .


Лишенцем станет у порога

И за порогом для других .

Он вспомнит плаху до итога ,

Как гнал и унижал благих .


Как не печатал доброхота

И предал светоча суду .

Как нравилась душе охота ,

На человека не к стыду .


11

Не грущу


Не грущу и не радуюсь ныне ,

Я с рутиной судьбы на вы .

Нет дружины и нет в дружине ,

Места делу святому увы .


От гордыни исходят члены ,

Писсоюза Тамбовской среды .

И балдеют от круга Селены ,

В ожиданьи падений беды .


То клыками они скрежещут ,

То пускают дурную вонь .

И горящими зенками блещут ,

Когда топчется бледный конь .


Иноходец тревог грядущих ,

Отличается гривой плетей .

Угнетающей злобой живущих ,

Бьет стяжающих до костей .


Нет добра у таких ни грамма ,

Нет любви у таких лучей .

Лишь судилища гнусного драма ,

В черных душах всего звончей .


12

Кошмарный сон


Предположим картину лихую ,

Как житейскую черную быль ,

Замшев вечером бабу плохую ,

Обозвал -- Приболотная гниль --


Оскобилась почетная в туне ,

Обнажила Максима в речах .

И в Московской союзной коммуне ,

Взмыл Бояринов при свечах .


Где разрушили храм супостаты ,

Офис творческой паствы звенел .

Инквизитор с занозой простаты ,

Обвиняя творца пламенел .


Нехорошая выла квартира

И бесенек приблудный брехал .

На Максима дерьмо из сортира ,

Слила нечисть с хулы опахал .


Обвиняли страдальца безбожно ,

В мировых несуразных грехах .

И Бояринов злобно , как можно ,

К древу Макса прибил в попыхах .


Сон кошмарный пропал с петухами ,

Цирк приезжий шатром просиял .

Вновь подруга пахнула духами ,

Когда Замшев объятья разъял .


Всю газету творцы напудили ,

Иллюзорным зерном новостей .

Но в Тамбове поэта судили ,

Наяву над Голгофой страстей .


13

Письмена бездны


Судьбу ты не положишь за собрата,

На перекрестве обреченных дней .

Беги Олег от точки невозврата ,

В объятия причудливых теней .


Они черты имеют голевые ,

Похожие на профили врагов .

Но для тебя неистово благие ,

Обрывы бездуховных берегов .


Обнимут тени медленно закружат ,

Потом ускорят финты виражей .

Увидишь как рогатому послужат ,

Подобия отвратных типажей .


Кружись в среде исчадий оголтело ,

Плюй на былой судьбины времена .

И ты заслужишь чтоб гнилое тело ,

Вдрызг очернили злые письмена .


14

Падшие душами


О единстве стасительном снова ,

Говорили скрепляя Собор .

Но в СП дорогого Тамбова ,

Разрушает единство раздор .


Веры нету почетной метрессе ,

Обнаглела от кривды своей .

Интригует в отъявленной пъесе ,

Среди особей мутных кровей .


От гордыни исходят позеры ,

От Трубы до Алешина вновь .

От злословья исходят фразеры ,

Называя люпофью любовь .


Награждают одних графоманов ,

Одаренных гнобят и хулят .

В газетенках московских шалманов ,

Чтивом рыночный плебс веселят .


Подкупает метресса грошами ,

Лицемеров в порочной среде .

Чтоб талантов считали мышами

И травили безбожно везде .


Председатель поэта от Бога ,

Осудил над распятья крестом .

Не спастись от дурного итога ,

Падшим душам на месте пустом .


15

Неприкасаемые


Ревизоры их не тронут

Не распутают клубки .

По углам таланты стонут ,

Что от дела далеки .


Обольстят гостей таперы ,

Им играть не превыкать .

Так обставят разговоры ,

Можно злато накопать .


И придумки к бенефису ,

И стихи кружка Тропа .

Ничего не стоит лису ,

Лапой придавить клопа .


Буд - то небыло влечений

И наград своим в кругу .

Буд - то небыло гонений

И судилищ на бегу .


Буд - то враг их оскорбляет

И бездарный графоман .

Буд - то злыдень измышляет ,

Что интриги не обман .


Все пройдет как на параде ,

Без задоринки любой .

Кот сидящий на ограде ,

Поднимает хвост трубой .


16

Перемены в головах


Кому мне верить у черты

И как понять лукавых ?

На перекрестках суеты ,

Нет абсолютно правых .


Избрали Гонченко они ,

Баранову из членов ,

Чтоб пересыпала огни ,

В каминах гобеленов .


Они за Гонченко горой ,

Она не с Ивановым .

И кто избрал ее герой ,

С посылом не пановым .


В Тамбов приехал Николай ,

Решать задачи юных .

Он Иванов не Будулай

И ценит звуки струнных .


Кто отрицанью воздавал ,

Теперь его сторонник .

Кто за него голосовал ,

Теперь теней поклонник .


Все изменилось в головах ,

Мессии все Вараввы ...

Хвалешины в своих словах ,

Солгут и всюду правы .


17

В Космосе


Вновь не в Окочуринске ,

Вечных бед глуши ,

В Космосе,в Мичуринске ,

Праздник дел души .


Вместе не кудесники ,

Днесь секретари ,

Радости предвестники ,

С отблеском зари .


В фаворе поэзия ,

Музы строф вблизи .

Как и Геодезия ,

С яблоней в связи .


Кто парил над городом ,

Кто витал в мирах .

Кто боролся с голодом ,

Победив свой страх .


Строфы непонятные ,

Как судьбой дано ,

Раскрутил занятные ,

Панк Веретено .


Но Солярис в Космосе ,

Был не очень крут .

Плыли девы с космами ,

С кипами не рут .


Кто - то дурью маялся ,

Кто - то дым пускалал .

Кто - то не отчаялся

И мечту искал .


Образы не ясные ,

С сонмами личин .

Но бураны страстные ,

Над страной кручин .


Словеса о небыли ,

Голоса от грез .

Где судьбою небыли ,

Мучались до слез .


Дух взъярился чаянья :

-- Где душой творцы ?! --

Грянул от отчаянья ,

Снегом на дворцы .


18

Не ревизоры


В Тамбове ждали ревизоров ,

Из офиса СП страны ,

Чтоб представителей раздоров ,

Пометили штрихом вины .


Предлит печального Тамбова ,

От воли падших обнаглел ,

Художника родного Слова ,

Судить во храме повелел .


Старуха Валя клеветала ,

Как одержимая в бреду .

И злыдня фалы раскатала ,

Чтоб палачом быть на беду .


Ревело сонмище от злобы ,

Творца судили огулом ...

И бесы пакостной худобы ,

Врывались в души напролом .


Секретари не разбирали ,

Порывы черных палачей .

Они на яблони взирали

И гомон слушали грачей .


Сидел одесную кровавый ,

Ошую маклер и позер .

Доволен председатель бравый ,

В Тамбове каждый фантазер .


Никто не вспомнил о поэте ,

Распятом катами вчера .

Стихи читали о планете ,

Любившие весной ветра .


Как буд - то небыло почетных

И награжденных за кружки .

Как буд - то небыло зачетных ,

За все журнальные грешки .


Не защитили в ясном слове ,

Секретари своих потуг ,

Поэта лучшего в Тамбове ,

В стихах противника хапуг .


19

Индульгенция председателя


Теперь им можно натворить ,

Что пожелают сходу :

Рыбешкой тухлою сорить

И наплевать на воду .


Судить поэта над крестом

И клеветать на честных .

Жрать нескоромное постом

И жить судьбой бесчестных .


Года у скромных воровать ,

Талантов не от мира .

Муру шальную создавать

И прославлять кумира .


И возвышаться от балды ,

И награждаться снова --

Писателям худой беды ,

Позорникам Тамбова .


Им индульгенцию вручил ,

Предлит России в туне .

И делать дело поручил

В их логове - коммуне .


Теперь безудержное зло ,

Творить " святые " будут .

Анчуткам кривды повезло

И бесы в масть пребудут .


20

Отвернитесь


Восторгайтесь судилища каты ,

Вы свободны теперь от меня ?

Ваших дерзких умов палаты ,

Почернели от злобы огня .


Не читайте поэта записки

И не будет мигрени у вас .

Пососите с шалфеем ириски

И попейте с мелиссой квас .


Усмирите порывы лихие ,

Осудили и баста дерзить .

Для предателей вы неплохие

И стремитесь подонков любить .


Вы едины в отвратной злобе ,

Поглумились и надо творить .

Если целью погрязли в худобе ,

Ни к чему обо мне говорить .


И Кудимова к вам притулилась ,

Восхищается сущим зверьем .

В Переделкино Богу молилась ,

А в Тамбове трындит о своем .


Ваша гордость вовсю полыхает ,

Вы грехами тщеславья полны .

И Россия духовных вздыхает ,

За дурное наследье страны .


Лицемеры по крови и духу ,

Вновь вольны ахинею нести .

И ценить безобразий проруху ,

Что бы цацки лгунов обрести .


21

Мелодия блефа


Мелодия времен слаба

И тень на скрепах партитуры .

За Троцкого позер Труба ,

Дорожкина за куклу дуры .


Белых прислужник ВЧК

И Кочуков имеет виды ,

Отвергнуть в туне простака ,

Поэта с метами корриды .


О чем - то кукла пропищит

И пифой слышится склоненным :

-- Козловские мечи и щит ,

Дадим тщеславьем вдохновленым --


Труба штабист на рубеже ,

Секретари ему внимают :

-- Я сотворил вблизи уже ,

Такое , что вдали узнают ! --


Шум заседаний повторен

И вновь глаголили о главном .

Козлов речами покорен

И лозунгом о деле славном .


Награды звонкие своим ,

Почет и деньги окруженью ,

Бомонду то , что сотворим ,

По направлению к движенью .


Пустое все , как на юру ,

Когда руками воздух ловят .

Талантам библика дыру

И пусть изгоями злословят .


22

Семинары и фикция


В Орле тургеневские барышни ,

Внимали русскому фольклору .

Перебирали в грезах камушки ,

Внимая доке не позеру .


В Ульяновске поэты ясные ,

На семинаре не блажили .

И речи слушали прекрасные ,

Как классики трудами жили .


В Петрозаводске воздух севера ,

Свежее нету для мечтателей .

И не внимали цифрам сервера ,

Поэты с выдохом старателей .


В Воронеже витают образы ,

С картинами историй бытности .

Творцы для откровений собраны ,

Чтоб развенчать черты элитности .


В Тамбове лажа беспросветная ,

И мельтешат творцы судилища .

Зачахла правда беззаветная ,

В загашниках книгохранилища .


Дорожкина глаголит лживая

И хвалит подлого Алешина .

И муза светлому служивая ,

Листвою серой запорошена .


Дорога к мудрому Державину ,

Заплевана гурьбой тщеславия .

Любава воздает Любавину ,

Щеряк безвременью бесславия .


23

В остатке


Что в остатке в Тамбовском СП ,

После шумного высших совета:

На рисунках страстей канапе

И Трубы теневая карета .


Обсудили в музее слова ,

Обозначили в Космосе дали ...

В грезах Ивлиевой голова -

Получили шестерки медали .


Можно выпить шампанское вновь

И Горгоной сидеть диктатуры .

Бог небес для поэтов - любовь ,

А мамона для фурий культуры .


Что хочу , то опять ворочу ,

Вместе с Валей метрессей кагала .

Никому я добром не плачу

И всегда от добра убегала .


Нету золота в драге творцов ,

Нет творцов золотых осененных .

Только группка вопит подлецов ,

О ветрах суетой вдохновленных .


Будет ярким отчет о пустом ,

Будут нищими члены в Тамбове .

И талант что распят над крестом ,

Пусть пылает лучиною в Слове .


24

Не комильфо


Осенний ливень рьяно хлешет

И под зонтом не комильфо .

Душа поэта вновь трепещет ,

Хоть я не Даниэль Дефо .


Влачу судьбину Робинзона ,

В Тамбове как на островке .

Вокруг меня чужая зона

И дикари СП в леске .


Сожрут беднягу каннибалы

И бюсты лепят из песка .

Одни безбожные вандалы ,

Другие злыдни на века .


Нет веры подлым супостатам

И Пятница от них сбежал .

Судилище бездушным катам ,

Как сумасшедшему кинжал .


Творца с монистою ракушек ,

Хулят как худшего врага .

И грозы попалят из пушек ,

Застав в смятенье берега .


Но солнце греет на рассвете ,

Как мать заблудшее дитя .

Я за поэзию в ответе ,

Талант с любовью обретя .