# Любимой Женщине

Андрей Ванюковъ

Любимой Женщине


Своею обаятельной улыбкой

навек ты покорила старика.

Надеяться мне – было бы ошибкой.

Позволь тебя любить издалека...

2010


Ты мне нужна, как воздуха глоток

с тобой хочу быть ласковым и нежным.

Люблю твой золотистый завиток,

старательно оставленный небрежным.

Люблю твой голос, ямочки и смех,

люблю твою летящую походку,

любить тебя не самый тяжкий грех,

наивную шальную сумасбродку

И я клянусь тебе, что всё отдам,

чтоб стала ты счастливейшей из женщин.

И брошу я тогда к твоим ногам

весь этот мир, не больше и не меньше.

Ты мне дарована судьбой

за то, что был я терпеливым,

и, если можно быть счастливым,

хочу счастливым быть с тобой.

2010


Ты – королева, это ясно всем,

хоть молодость, сам знаю, быстротечна,

(лицом красива, станом безупречна)

тебе сегодня ровно двадцать семь,

и в этом возрасте останешься навечно!

24.01.2011


Ты мне сегодня снилась до утра,

ко мне явившись тенью полузыбкой,

и улыбалась ласковой улыбкой

и повторяла ласково: Пора...

Пора взнуздать упрямую мечту,

готовую пролиться чудесами,

и все сказать тебе начистоту

обычными негромкими словами.

19.09.2011


У мне судьбой присуженой молодки

Нюансы в безупречной красоте.

Вот родинки – одна на подбородке,

И в вырезе лихого декольте.

Я не хочу ничем тебя обидеть,

Но я мечтаю и мечта робка

Однажды утром родинку увидеть

В районе шелковистого лобка.

20.09.2011


Мы увлеклись опасною игрой,

как дети, заблудившиеся в храме,

но гул неотвратимого цунами

до нас уже доносится порой.


Сбивает с ног упругая волна,

и не спастись от пенного прибоя.

И мы обречены навек с тобою

во сне шептать друг друга имена...


* * *


И никого. Лишь мы вдвоем.

И ты мне шепчешь: " Будь смелее..."

И я отчаянно хмелею,

хоть мы вина почти не пьем.


И ты взмахнула головой,

взметнулись волосы на плечи.

И стеариновые свечи

запахли скошенной травой.


Свою шальную красоту

ты даришь весело и смело,

А то, что молвить не посмела,

в зрачках подёрнутых прочту.


И в наш бессвязный разговор

вплетаешь ты осколки смеха.

И, как досадная помеха,

стекает платье на ковер.


И я медлительному телу

позволил на спину упасть.

И очистительная страсть

уносит к вечному Пределу.


* * *


...твой запах будоражит и бодрит,

твой терпкий вкус пьянит до исступленья,

когда гоня последние сомненья

твой влажный рот в меня полуоткрыт;


и расстегнув последнюю застежку,

принять в ладони выпавшую грудь,

и женщину, похожую на кошку,

на алтаре языческом распнуть,


где плавится по прихоти жреца

закланью предназначенное тело,

чтоб зябкое соцветие сосца

под пальцами послушно потвердело,


и жадно предвкушая кутерьму,

отбросив напрочь путы одеяла,

ты застонала в ритме ритуала,

покорна и готова ко всему –


и чепуху бессвязную молоть,

и изойти в исторгнувшемся стоне,

почувствовав пронзительную плоть

в податливо раздвинувшемся лоне...


* * *