Волков Олег Александрович: другие произведения.

Специалист по выживанию Том 2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Автомобильная авария приковала Верблюда, боевого офицера ВДВ, специалиста по выживанию экстракласса, к инвалидному креслу. Казалось бы, жизнь кончена. Всё, что осталось, так это вскрыть себе вены и тихо умереть. Но нет. В жизни Верблюда появился давний сослуживец с очень интересным предложением: принять участие в некоем очень секретном правительственном проекте. А там Верблюд либо целиком и полностью выздоровеет, либо умрёт. Терять бывшему специалисту по выживанию нечего, и он согласился.
    Невероятно! Но в секретном правительственном проекте Верблюда и в самом деле использовали по его основной специальности - специалист по выживанию. Ему и в самом деле пришлось выживать. Да ещё как! Да ещё где! Подготовиться и пережить ядерную войну дано не каждому.
    Цикл: "Синяя канарейка" - 2.

  
  
  
  

Глава 1. Электричества нет

  Тихое, но настырное, пиканье будто вгрызлось в мозг тупым долотом. Верблюд распахнул глаза и потянулся всем телом. Рядом, на стуле, смартфон продолжает тихо пикать. Верблюд поднёс гаджет к глазам, указательный палец ткнулся в маленькую красную кнопочку, противное пиканье тут же смолкло. Если просто коснуться экрана, то смартфон замолкнет, но потом запикает вновь через пять минут. Такие у него настройки.
  Кому-то нравится валяться в постели, а потом, всё же, подниматься через пять или пятнадцать минут. Обычно Верблюд предпочитает не тянуть сомнительное удовольствие и встаёт сразу. Но то обычно. А сегодня, всё же, можно сделать самому себе небольшую поблажку. Смартфон мягко опустился обратно на стул. Верблюд вновь натянул на себя тёплое одеяло.
  Повторное пробуждение прошло быстро. На этот раз Верблюд распахнул глаза и тут же сел прямо. Сколько же он проспал? Указательный палец проскочил по экрану смартфона. Ух, Верблюд тихо выдохнул, всего двадцать минут, это мелочи. Теперь нужно будет собраться, перекусить как следует и уносить ноги. Компромисс закончился, пора переселяться в убежище.
  В комнате отдыха темно, лишь через щели в ставнях окон под потолком пробивается серый уличный свет. Ничего страшного, ноги сами нащупали под диваном тапочки, здесь ему знаком каждый угол, каждый стул. Верблюд поднялся на ноги. Левый тапок со звоном задел пустую консервную банку. А, ну да, Верблюд улыбнулся, вчера вечером он славно закусил.
  Пальцы привычно прошлись по выключателю на стене. Глухой щелчок, но лампа под потолком так и не загорелась. Дурные предчувствия будто окатили ледяной водой. Верблюд в два шага подскочил к умывальнику. Но из крана вместо струи воды донеслось натужное шипение.
  Упрямая душа один хрен не хочет верить в очевидное. Верблюд торопливо вышел в мастерскую. На стене, возле 3Д-принтера, примостился электрический щиток. Руки нервно распахнули тонкие стальные дверцы. В темноте легко угадать контур электрического счётчика, но все три индикаторные лампочки не горят.
  И всё равно не факт! Из ящика стола Верблюд вытащил индикатор напряжения в виде маленькой отвёртки. Пальцы левой руки больно ударились о край столешницы. И-и-и... Вновь ничего. Во второй, в третий раз Верблюд потыкал индикатором напряжения по медным клеймам, а потом ещё и пощупал их голыми руками - всё равно ничего. Как бы не хотелось признавать сей упрямый факт, но придётся - электричества нет.
  Физические и душевные силы вон. Верблюд плюхнулся на вертлявый стул возле стола. Сила инерции развернула его лицом к входной двери. Неужели началось? То, к чему он так долго и упорно готовился, один хрен свалилось на него, как снег в июне. Или, всё же, пронесёт?
  Маленький радиоприёмник, из которого обычно льётся лёгкая попсовая музыка и новости, запитан от сети. Но Верблюд специально встроил в него небольшой накопитель энергии, как раз на такой случай. Кнопка автоматической настройки, простенькая электроника радиоприёмника принялась прощупывать эфир. Из динамика послышалось шипение и треск помех. На подсвеченном индикаторе диапазона прошли все местные ФМ-радиостанции - все молчат.
  - аём последние новости, - неожиданно громко выплюнул радиоприёмник, Верблюд торопливо крутанул ручку громкости. - Штаб чрезвычайной ситуации Гаочана только что подтвердил, что на энергосеть города была совершена кибератака. Приёмно-распределительные станции физически не пострадали. Власти города обещают в ближайшие часы восстановить электроснабжение Гаочана. А пока просьба ко всем горожанам сохранять спокойствие и бдительность.
  Напоминаю, - радиоведущий на миг умолк, будто задумался, - в городе введено чрезвычайное положение. Случаи мародёрства и грабежей будут пресекаться самым решительным образом. Полиция получила приказ стрелять на поражение. В Гаочан стягиваются подразделения 281-ой стрелковой дивизии под командованием генерал-лейтенанта Винса. Так же мы только что получили сообщение, что на Сегарской военно-морской базе начато формирование патрулей из моряков и офицеров ВМС Юрании. Повторяю, соблюдайте спокойствие.
  Треск помех на миг забил голос радиоведущего. Но вот хорошо поставленный голос вновь заговорил о необходимости соблюдать спокойствие. Верблюд вырубил радиоприёмник.
  Голова гудит, а пальцы рук покалывает от нервного напряжения. Верблюд тупо уставился на закрытое стальными ставнями окно. Точно началось! В груди тут же разверзлась бездна горькой обиды на самого себя. Это надо же было так лохануться! Ещё вчера днем он мог бы спокойно перебраться в убежище. И сейчас бы сидел у себя в жилом отделе и в ус бы не дул. Так нет же! Верблюд сжал кулаки. Польстился на возможность в последний разок переночевать на любимом диване и пожрать от пуза. Вот и переночевал, вот и пожрал. От вожделенной койки в жилом отделе его отделяет слой железа, бетона и кирпичей. Метр максимум. Но, чтобы его преодолеть, придётся совершить очень большой крюк. Причём не просто большой, а ещё и очень опасный.
  Гаочан, огромный мегаполис на двенадцать миллионов жителей, остался без электричества. Это равносильно тому, будто на него упала ядерная бомба мощностью под сотню килотонн. Да, дороги, мосты, дома и здания никуда не делись, но вот людям, многочисленным местным жителям и приезжим, приходится ох как несладко.
  Без электричества встали насосы, в домах высохли краны и перестала работать канализация. Зависли скоростные лифты. Высокие дома из уютных и комфортных жилишь разом превратились в неприступные утёсы. Да, в каждом доме установлен генератор на низкопотенциальном тепле, но они все вместе не способны заменить внешнее электроснабжение огромного города. Верблюд поднял глаза. Всего один генератор на такой высокий дом просто не справился бы с нагрузкой, почему автоматика сразу же вырубила его, едва оборвалось общее снабжение города.
  Верблюд поднёс к носу смартфон, антенка в левом углу перечёркнута красной линией. Без связи не вызвать ни полицию, ни пожарных, ни скорую помощь. Без электричества и связи огромный и очень сложный механизм снабжения огромного города накрылся медным тазом. Очень скоро начнётся нехватка еды, потом воды. Люди, простые люди, законопослушные граждане, в одно мгновенье превратятся в мародёров и начнут грабить магазины. Но и это не поможет. Совершенная логистика привела к тому, что во всех без исключения магазинах и супермаркетах запасов продуктов питания хватит не больше чем на один день. Фактически только то, что лежит на полках в торговом зале.
  Наиболее пугливые и дальновидные уже рванули прочь из города. Благо, многие жители Гаочана владеют личными авто. Но, увы, без электричества не работают светофоры. Система управления магистралями тоже накрылась. Уже сейчас дороги из Гаочана превратились в одни сплошные пробки. Попытки объехать заторы, протиснуться по обочинам и пешеходным дорожкам, только окончательно "закрыли" огромный город. Двенадцать миллионов человек физически не могут покинуть Гаочан за пару часов.
  Ладно, Верблюд рывком поднялся на ноги, ругать себя за глупость и малодушие бесполезно, уже бесполезно. Что случилось, то уже случилось. Не исключено, что таким образом "Другая реальность" специально подбросила ему столь неприятный сюрприз. В любом случае, нужно действовать.
  Три года - более чем хороший срок для более чем основательной подготовки. Верблюд на ощупь прошёл в маленькую кладовку. Пусть он так и не сумел вовремя перебраться в убежище, однако у него хватило ума заранее подготовиться и к такому сценарию. На третьей полке слева рука нащупала небольшой светильник с достаточно ёмким накопителем энергии. Белый электрический свет тут же озарил кладовку. Верблюд торопливо прикрутил яркость.
  Так, в самую первую очередь смартфон. Верблюд торопливо вытащил из кармана электронный гаджет. В верхнем левом углу как и прежде антенка перечёркнута красной линией. Бережёного бог бережёт. Верблюд выключил смартфон. Теперь вытащить симку и блок питания. Для полной и окончательной гарантии Верблюд обернул смартфон куском фольги и положил его на трубу холодной воды. Экран и заземление помогут скрыть смартфон от возможной пеленгации. Нельзя забывать, что власти знают о нём. Того и гляди придут за его запасами, когда положение в Гаочане станет аховым. А теперь нужно как следует одеться.
  Верблюд торопливо свернул матрас и одеяло с подушкой в большой рулон. Два синих мешка для мусора благополучно переночевали возле телевизора. Вот оно самое время для "аварийного набора".
  Из первого мешка Верблюд вытащил одежду: плотная чёрная куртка до пояса, точно такого же цвета джинсы, армейские ботинки и балаклава. Ещё комплект нижнего белья и полный набор пластиковых щитков. Самым последним из мешка Верблюд вытащил чёрный мотоциклетный шлем.
  Домашние трусы и футболка улетели на пол. Верблюд принялся неторопливо и основательно перевоплощаться. Подобная одежда предназначена для любителей уличных беспорядков. Или для того, чтобы пробиться через уличные беспорядки. Чёрный цвет поможет раствориться в темноте. Верблюд специально купил куртку и джинсы, которые плохо мокнут и ещё хуже продуваются ветром. Сейчас на улице как раз начало осени, ночи могут быть очень даже прохладными.
  Полный комплект пластиковых щитков Верблюд прикупил по случаю всё там же - на складе разнокалиберных товаров Риха Нибулина. Набор универсальный. В нём можно играть в хоккей или американский футбол. Обычно его используют полицейские для подавления уличных беспорядков. Пластины лёгкие и достаточно крепкие. От пули они не уберегут, а вот от ножа или дубинки - запросто. Накладки на локти и колени спасут суставы, если вдруг придётся резко упасть или перекатиться. Специальный щиток защищает пах. Полный комплект достаточно подвижен и эластичен. В нём можно не только бегать, но и выполнять акробатические трюки. Чёрную балаклаву и шлем можно пока не надевать.
  Из второго мешка для мусора Верблюд вытащил чёрный рюкзак. В него уже заранее сложены сухие пайки на три дня, фляга с водой, аптечка для быстрой помощи и ещё несколько полезных мелочей. Верблюд не пожалел денег и приобрёл маску на лицо и прибор ночного зрения в виде толстых очков. Теперь он может смело бродить по канализационным туннелям.
  Мачете с матовым лезвием Верблюд сразу задвинул в ножны на рюкзаке. Ещё несколько ножей припрятать под рукавами, на правой ноге и за воротником. Самый большой нож притаился на ремне за спиной. Может быть и паранойя, но "перья" лишними не бывают. По этой же причине Верблюд не поленился и обзавёлся прочными чёрными перчатками. Костяшки пальцев прикрыты стальными пластинками. Теперь это не просто перчатки, а своеобразный кастет. Если хорошо размахнуться, то можно разломить кирпич, либо чью-то голову. И самый убойный аргумент. Со дна мешка Верблюд вытащил девятимиллиметровый "Мак-Гид".
  Полноценная кобура для порохового пистолета осталась в убежище. Специально под "Мак-Гид" Верблюд перешил правый карман чёрной куртки. Внешне пистолет совершенно не видно, зато выхватить его и открыть огонь на поражение не составит труда. К пистолету на дно рюкзака убрана коробка патронов. Ещё пять полностью снаряжённых магазинов убраны в карманы куртки.
  "Аварийный комплект" Верблюд собрал на всякий случай для прорыва в убежище. Вот оно как сложилось - всё, всё, буквально всё пригодится, причём в самое ближайшее время. Внешне он стал похож на реально крутого хулигана восьмидесятого уровня. Зато, "аварийный комплект" позволит ему продержаться на улицах Зинганана не меньше трёх дней. Пустые мешки для мусора Верблюд пинками загнал в угол. Он полностью готов. Только, когда уходить?
  Чёрная куртка на плечах и рюкзак за спиной внушают спокойствие и уверенность. Верблюд опустил на стол в мастерской шлем и балаклаву. Теперь его голыми руками не взять. Может, уйти прямо сейчас? Хорошо, если подачу электричества и в самом деле восстановят. Тогда в Гаочане вновь воцарится порядок. А если нет? В сообщении от штаба чрезвычайной ситуации не зря мелькнула новость о кибератаке. Если кому-то удалось хакнуть энергосистему мегаполиса, то этот кто-то всяко постарался сделать так, чтобы она вылетела из строя всерьёз и надолго. Либо, как минимум, её не смогли бы запустить без серьёзного ремонта. Если этот так, то уходить нужно немедленно, пока обстановка в городе не раскалилась до точки кипения.
  В тревожной полутьме мастерской выстрелы где-то на улице прозвучали словно раскаты грома. Верблюд машинально выхватил из кармана пистолет. Указательный палец столкнул флажок предохранителя в боевое положение. Но нет, это не за ним. Верблюд приподнялся над столом.
  И вновь с улицы долетели раскаты выстрелов. Да это же целая очередь. Очень похоже на то, что стреляют из автомата. Как минимум, из пистолета-пулемёта. Верблюд взгромоздился на маленький верстак возле стены. Руки торопливо свернули толстые гайки. Ставни нехотя приподнялись.
  Через окно под потолком едва-едва виден краешек площади. Однако этого вполне достаточно, чтобы понять главное - рынок не работает. Не слышно привычного гула большой толпы и воплей продавцов. Зато, Верблюд машинально пригнулся, мимо окна протопало с десяток ног. Где-то в стороне опять загрохотали выстрелы, что-то ухнуло и грохнуло. Бой, не бой, но беспорядки на улицах Зинганана набирают обороты. Верблюд захлопнул ставни, толстые гайки торопливо навинтились на болты.
  Как это обычно бывает, владельцы магазинов просто так нажитое непосильным трудом не отдадут. У многих мелких предпринимателей припасены стволы. Конечно, в основном пистолеты, но может легко найтись пара винтовок, автоматов, а то и полноценный пулемёт. Наверняка, перспектива поймать пулю в лоб ещё сдерживает массовый натиск мародёров. Но это ненадолго. Очень скоро самый настоящий голод придаст людям смелости. Ведь и среди горожан хватает владельцев пистолетов, винтовок, автоматов и даже пулемётов. В Юрании давно разрешена продажа оружия в частные руки. Некоторые семьи обзавелись весьма солидным арсеналом. Тот же Нидл Жагитич, владелец оружейного магазина "Старый охотник", наверняка занял в своём заведении круговую оборону.
  Может, всё равно попробовать уйти прямо сейчас? Верблюд мягко спрыгнул на пол. Человек в чёрной куртке и в мотоциклетном шлеме уже не привлечёт столь пристального внимания, как это могло бы быть ещё вчера днём. На худой конец, шлем и балаклаву можно будет спрятать в синий мешок для мусора.
  Барабанный стук в дверь разлетелся по мастерской словно свинцовая дробь. Верблюд машинально опустился на корточки. Правая рука вновь выдернула из кармана пистолет.
  - Геннадий Григорьевич, вы дома? - за дверью раздался смутно знакомый мужской голос.
  И вновь торопливые нервные удары в дверь. В ответ массивные стальные запоры равнодушно дрогнули, но не сдвинулись с места ни на миллиметр.
  - Геннадий Григорьевич, пустите нас! - мужской голос вибрирует на гране паники.
  На всякий случай Верблюд переместился под прикрытие длинного стола, за которым обычно работал и принимал клиентов. Ствол "Мак-Гида" выразительно уставился на запертую дверь. Пусть только попробуют сунуться во внутрь. Левой рукой Верблюд натянул на голову балаклаву и нахлобучил шлем.
  - Может, его нет дома, - предположил смутно знакомый женский голос.
  - Нет, он должен быть дома. Ты же сама вчера видела, как он возвращался из магазина с двумя пакетами. Там ещё вино было и закуска, - резонно заметил мужской голос.
  - А почему он тогда не открывает? - тут же спросил женский голос.
  Господи, Верблюд мысленно шлёпнул себя по лбу, это же соседи. Супруги Андреевы, они как раз живут на первом этаже над мастерской.
  - Геннадий Григорьевич, умоляю, пустите нас! - входная дверь опять затряслась.
  - Нам страшно! - взвизгнула Андреева. - Тут такое творится! Спасите нас!
  Супругам Андреевым не меньше пятидесяти лет. Вряд ли они оба обладают достаточной физической силой, чтобы выломать дверь. Верблюд опустил пистолет на стол. Следом на столешницу легли шлем и балаклава. Интересно, они сами ответят на вопрос, на кой хрен плохо знакомый сосед снизу должен впустить их и тем паче спасти?
  На очень интересный вопрос супруги Андреевы так и не ответили. То жена, то муж, то оба сразу Андреевы барабанили в дверь, умоляли, просили и даже требовали впустить их и спасти.
  Одно плохо, Верблюд вздохнул: сейчас выбраться из мастерской нереально. Супруги Андреевы - самая первая ласточка. Если он выберется из мастерской в разгар дня, то за ним сразу же увяжется целая куча народу. Отстреливать всех долго, накладно и всё равно не хватит боеприпасов. Выход отменяется как минимум до наступления темноты. Ну а пока...
  Из ящика стола Верблюд извлёк маленький пульт с четырьмя кнопками. Длинный шнур оканчивается стальным разъёмом с восемью тонкими штырьками. Технический антиквариат бывает очень полезен. Вот уж не думал, что дойдёт до этого. В стене, над плинтусом, под кусом липкой ленты, замаскировано гнездо. Верблюд вставил в него разъём. На пульте с четырьмя кнопками тут же загорелся крошечный светодиод. Но это на самый крайний случай. Верблюд сдвинул пульт в сторону.
  - Геннадий Григорьевич, умоляю! - Андреев за входной дверью едва ли не плачет. - У нас с Евлаей осталось почти пятьдесят тысяч эсконов. Мы их вам отдадим. Все! Только пустите нас.
  - Да! Да! Больше пятидесяти! - тут же подхватила Андреева. - Отдадим! С радостью! Только пустите нас!
  И смешно и плакать хочется, Верблюд качнул головой. Супруги Андреевы на гране отчаянья. Пятьдесят тысяч эсконов - это очень даже хорошие деньги. Поди, все их сбережения за всю жизнь. Ещё вчера они ни за что не согласились бы расстаться с ними, отдать только за то, чтобы перед ними открыли бы всего одну дверь в мастерскую плохо знакомого соседа из полуподвала. А сейчас щедрость четы Андреевых потеряла всякие границы. Сейчас с них можно потребовать всё, что угодно. Да хоть станцевать стриптиз на этом столе. Одно плохо - супруги Андреевы упорно не понимаю, что ни электричества, ни связи нет. Пятьдесят тысяч электронных эсконов не получится переписать с их электронного кошелька на счёт Верблюда. Даже хуже - этих пятидесяти штук больше нет.
  - Чего вам надо? Мы первые пришли!!! - голос Андреева сорвался на визг.
  Верблюд тут же встрепенулся, рука вновь подхватила со стола пистолет.
  - Пошли вон отсюда! - другой мужской голос, грубый и наглый, перебил визг Андреева.
  - Да, да, валите нахер! - тут же подхватил ещё один, несколько более тонкий, но не менее наглый.
  Визг Андреевой. В дверь кто-то бухнулся то ли спиной, то ли плечом. Треск и шипение.
  - Ах ты сука! - заверещал грубый мужской голос. - Газом травишь!
  Глухие удары, истошный визг Андреевой. Торопливые шаги по лестнице.
  - Убью! Сука! Только попадись мне на глаза!
  Драка, а это была самая настоящая драка, затихла. Пожилых супругов Андреевых прогнали более молодые, если судить по голосам, мужики. Верблюд мелко кивнул. Право сильного уже взяло верх над уголовным кодексом. Угроза убить - уже не шутка. Дальше будет только хуже.
  - Верблюд! - входная дверь вновь задрожала под ударами. - Открывай! Мы знаем, что ты здесь!
  - А, может, и нет, - тут же встрял грубый голос. - Вон, Андреевы, так и не зашли.
  - Дурак ты, Коссан, - разозлился другой голос. - Я сам вчера видел, как Верблюд бухло из магазина пёр. Его баба бросила, он всю ночь бухал.
  Господи! Верблюд закатил глаза. Похоже, весь дом вчера видел, как он бегал в магазин за вином и закуской.
  - Верблюд, открывай, - обманчиво миролюбиво заговорил первый голос. - Открывай, а то хуже будет. Мы знаем, что ты выживальщик. У тебя должно быть много жрачки.
  - И бухла! - тут же встрял Коссан.
  - Господь завещал нам делиться с ближними. Вот и ты делись.
  - Мы жрать хотим! - опять встрял Коссан.
  - Заткнись, Коссан! Не видишь, я разговариваю!
  - Но, Ярг, он же не открывает. Даже не отвечает.
  - И не откроет, пока ты тут бухтишь! - голос Ярга задрожал от злости.
  В голове будто щёлкнул переключатель. Ярг и Коссан Яловы - два брата с верхних этажей. Младший чуть более сообразительный, старший более сильный. Оба корчат из себя крутых пацанов, оба потомственные безработные. На что живут - бог его знает. Плохо то, что они уже хотят жрать и знают, точнее, думают, что знают, где много жратвы и бухла.
  Младший продолжает бухтеть и цыкать на старшего, который всё никак не может стоять молча. От братьев просто так не отделаешься, Верблюд тихо вздохнул. Это супругов Андреевых можно было бы напугать пистолетом. У эти двух типов может запросто найтись какой-нибудь ствол, да хотя бы переделанный травматический. И уж точно у каждого найдётся большой и очень страшный кухонный нож.
  - Ну всё, Верблюд, ты напросился! - прошипел Ярг. - Коссан, ломай дверь!
  - Ага! - радостно прогудел более сильный и тупой Коссан.
  Глухие удары в дверь и тяжёлое дыхание. Верблюд усмехнулся. Младший Ярг хоть и более сообразительный, но на деле он не намного умнее старшего Коссана. Входная дверь укреплена на совесть. Просто так её не выломать.
  - Не получается, - устало прогудел Коссан. - Крепкая, зараза.
  - Сам вижу, - огрызнулся Ярл. - Сиди здесь, карауль, я лом принесу.
  - Не поможет лом, - тут же возразил Коссан. - Дверь наружу открывается. Здесь газовый резак нужен.
  - Сам вижу. Ладно, придумаю что-нибудь. Карауль.
  Торопливые шаги по лестнице, младший Ярл отправился за газовым резаком или чем-нибудь подобным. Может, Верблюд нахмурился, пойти на прорыв, пока под дверью торчит один только Коссан? Взгляд упал на маленький пульт с четырьмя кнопками. Впрочем, не стоит торопить события. Коссан не просто торчит под дверью, а, заодно, отгоняет от неё непрошеных гостей.
  Верблюд поднял глаза к потолку. Сквозь щели стальных ставень сочится белый свет. Рано, рано ещё уходить. До темноты ещё далеко. А пока не помешает перекусить. Из комнаты отдыха Верблюд принёс остатки вчерашнего пиршества и двухлитровую бутыль питьевой воды. Вот, опять пригодились сделанные загодя запасы. Есть чем запить холодную пиццу и дожевать крабов. А если остатков пиршества не хватит, то в его распоряжении мясной паштет, консервированная кукуруза и копчённая колбаса.
  Первая ложка консервированной кукурузы прямо с рассолом ухнула в желудок. Боже, Верблюд улыбнулся, как вкусно. Коль у него не хватило ума заранее унести из мастерской ноги, то, по крайней мере, он подготовился и к такому варианту. В убежище Верблюд спустил не всё. В тумбочке под телевизором остался небольшой запас консервов и воды на пять дней. Таков суровый закон жизни: готовишься переждать день, готовь еды на пять; готовишься переждать неделю, готовь еды на месяц.
  Коссан преданной собачкой пыхтит под дверью. Время от времени старший братец орёт во всё горло и отгоняет других просителей. Верблюд закинул в рот кружок копчённой колбасы. Ужас! Ужас, сколько народу знает, что в "Антикварной мастерской" живёт выживальщик. Причём, судя по ругани, прибежали даже жители окрестных домов и некоторые торговцы с Блошиного рынка. Верблюд только крякнул от досады, когда к мастерской припёрся Олень, один из местных бомжей. И он, оказывается, знал о тайной жизни владельца "Антикварной мастерской" и прибежал к нему за "жратвой и спасением".
  Минута утекает за минутой. Верблюд опустился на пол и прислонился спиной к стене. Пульт с четырьмя кнопками под рукой. Становится скучновато. Младшего Ярла нет уже минут пятьдесят, это больше полутора земных часов. Вот было бы здорово досидеть таким образом до темноты, Верблюд тихо вздохнул.
  - Ах ты сука! - взревел под дверью Коссан. - Опять пришла. Убью!
  Топот шагов. Верблюд пересел на вертлявый стульчик возле стола. Неужели Коссан выбежал на поверхность?
  - Держи его! - заверещал женский голос.
  Господи, да это же Андреева. Неужели у этой давно не молодой женщины от безысходности и страха съехала крыша?
  - Бей его! - Андрееву тут же поддержали голоса.
  - Убью! Всех убью! - Коссан взревел, словно недорезанный бык.
  Глухие удары, визги и крики. Там, у спуска в полуподвал, разгорелась нешуточная драка. Судя по голосам, Верблюд приподнял голову, Коссан доблестно держит оборону сразу против нескольких противников. По лестнице скатилось что-то большое. Неужели чьё-то тело, а то и сразу труп?
  - Братан, держись! - долетел голос Ярла.
  Очень вовремя подоспела кавалерия, Верблюд усмехнулся. Происходящее напоминает театр абсурда в радиоэфире. Будто и этого мало, снаружи завизжала бензопила. Точнее, Верблюд поправил сам себя, электропила. Ёмкость местных накопителей энергии давно позволила отказаться от бензина, в том числе и для ленточных пил.
  Крики, визги, глухие удары, вопли.
  - Ага, сволочи! - прорезался победоносный вопль Ярла. - Будете знать, как связываться с нами!
  Братья Яловы победили! Гип, гип - ура! Верблюд фыркнул в кулак.
  - Братан, ты очень вовремя, - за дверью прогудел Коссан. - Андреева, сучка, меня на площадь выманила. А её дружки долбанные на меня с дубинками бросились. Если бы не ты, то всё, хана мне.
  - Не ссы, братан, - голос Ярла сочится самодовольством. - Мы этих бакланов на раз разогнали. Теперь давай дверь вскроем. Я вон чё надыбал.
  - Да это же дрова пилить, - голос Коссана наполнился удивлением.
  - Да какая разница, - отмахнулся Ярл. - Главное, чтобы дверь вскрыла.
  Да-а-а, точно, Верблюд ухмыльнулся. Младший брат хоть и верховодит старшим, но ума у него не намного больше. Последнюю мысль заглушил визг электрической цепной пилы.
  - Братан, держись! - от азарта Ярл закусил удила.
  Истошный визг цепной пилы. Входная дверь мелко-мелко завибрировала.
  - Берегись!!!
  Хлёсткий удар. Цепная пила в последний раз взвизгнула и заткнулась. Глухой удар, стон.
  - Братан, ты цел? - голос Коссана звенит от напряжения.
  - Всё нормально, братан, - отозвался Ярл.
  Чего и следовало ожидать. Верблюд едва успел заткнуть собственный рот балаклавой. Пусть входная дверь не бронированная, но сталь для неё Верблюд выбрал более чем толстую и качественную. Цепь соскочила с пилы и едва не прибила Ярла. А жаль.
  - Ярл, чо делать будем?
  - Щас, придумаю, - пробурчал Ярл. - На, руку перевяжи, а то кровища хлещет.
  - Может, того, ну его, - неуверенно предложил Коссан. - Может, Верблюда и нет там. Убёг. Ночью убёг.
  - А нам бежать некуда! - сказал, как отрезал Ярл. - Ты видел, что на дорогах творится?
  - Ну да, - нехотя согласился Коссан.
  Братья ещё долго обсуждали, что делать, но к какому-то определённому решению так и не пришли. Верблюд вновь опустился на пол и прислонился спиной к стене. До темноты осталось полтора местных часа, вот тогда и можно будет пойти на прорыв. А пока лучше подождать.
  Верблюд поднял глаза. Там, на столе, стоит радиоприёмник. Очень хочется включить его и послушать эфир. Одно дело предполагать, что творится на улицах Гаочана, и совсем другое знать наверняка. Впрочем, левая рука стащила радиоприёмник, почему бы и нет? Придурки Яловы всё равно никуда не денутся. А если и денутся, то их тут же сменят другие просители. Вон, Верблюд усмехнулся, супруги Андреевы, поди же ты, сумели организовать самую настоящую контратаку. Если бы в самый критический момент не появился бы младший Ярл с цепной электропилой наперевес, то ещё не известно, кто бы сейчас скулил под дверью.
  Так-то можно бы уйти в комнату отдыха, от туда радиоприёмник точно никто не услышит, но нельзя оставлять входную дверь без присмотра. Кроме цепной электропилы существуют и другие более действенные способы вскрыть её. Как знать, может быть в любой момент придётся идти на прорыв.
  Колёсико громкости сдвинуто на самый минимум, Верблюд принялся прощупывать эфир. Постепенно через треск помех пробился голос радиоведущего:
  - В Зинганане, Тихнане, Омане, Андануне и Хургане наблюдаются массовые беспорядки. Силы полиции едва сдерживают натиск толпы на Площади величия возле правительственного комплекса. В некоторых районах Гаочана происходят перестрелки с силами правопорядка.
  Как нам только что сообщили, - голос радиоведущего едва не сорвался на визг, - командование Сегарской военно-морской базы отозвало матросов и офицеров с улиц и площадей Юго-восточного района. Как мы уже сообщили ранее, подразделения 281-ой стрелковой дивизии заняли Динган и Заурдин на юго-западе Гаочана, но так и не стали продвигаться к центру города. Генерал-лейтенант Винс в грубой и нецензурной форме отказался прийти на помощь силам правопорядка на Площади величия.
  На Крайданском и Нинданском шоссе наблюдаются массовые скопления автотранспорта. Горожане в массовом порядке пытаются покинуть город. В Лутабаре, Чингуне и Энгуре между беженцами и местными жителями происходят массовые драки с применением холодного и электромагнитного оружия. Гинский аэропорт закрыт. Согласно донесениям, выведены из строя главные резервуары с водородом. Главному зданию и прилегающим постройкам нанесён очень серьёзный ущерб.
  Охренеть! Верблюд качнул головой, кризис набирает обороты. Радиоведущий много чего не сказал, однако можно понять и так - ситуация выходит, выскальзывает, вылетает из рук властей. Чтобы навести хоть некое подобие порядка в двенадцатимиллионном мегаполисе одной стрелковой дивизии мало. Генерал-лейтенант Винс очень вовремя понял это, почему и не стал продвигаться в глубь Гаочана на помощь властям в правительственном комплексе. Да и командование военно-морской базы благоразумно решило, что собственная задница дороже. Как бы не хотелось этого признавать, в Гаочане стремительно разрушаются последние островки стабильности. Очень скоро наступит момент, когда полицейские из сил правопорядка превратятся в банды грабителей и мародёров. Причём в наиболее опасные банды грабителей и мародёров. Ну а правительство Юрании сейчас волнуют гораздо более серьёзные проблемы - мировая война набирает обороты.
  Кстати, Верблюд вновь склонился над радиоприёмником. А что творится за пределами Гаочана? Так сказать, в мире? Пальцы осторожно крутанули рукоятку настройки. Вновь треск помех и голос.
  - ...ать на кибервойну! - тихо гаркнул бойкий молодой голос. - ИПС накрылась медным тазом, но напоследок успела очень громко брякнуть. Если вы ещё не выбросили свой ноут, планшетник или смартфон, то немедленно сделайте это! Мой домашний комбайн уже взбесился и чуть было не оттяпал мне пальцы. Вы спрашиваете, как же я тогда вещаю в эфир? Всё очень просто, дорогие радиослушатели! Старые добрые транзисторы и никакого компьютерного хлама!
  Всем, кто меня слышит, повторяю - в эфире диджей Чумовой! Прямо на моих глазах прекратил существование Черховский химкомбинат. Оранжевое облако вот-вот накроет город. У кого нет противогаза, тот труп. Власти объявили эвакуацию и самыми первыми смазали лыжи. Как раз надо мной шумит винтами вертолёт. Ан нет! Больше не шумит. Тысячу эсконов на кон - его электронику сожрал компьютерный вирус! Добро пожаловать на кибервойну, сограждане!
  Диджей Чумовой продолжает верещать в прямом эфире. Такое впечатление, будто особо буйный псих сбежал из дурки и каким-то образом добрался до радиопередатчика. Хотя, отчасти, так оно и есть: каждый сходит с ума по-своему. Кто-то, как диджей Чумовой, засел на крыше какой-нибудь высотке и комментирует конец света в прямом эфире.
  Верблюд вырубил радиоприёмник. За три года ему самому довелось восстановить несколько старых радиопередатчиков на старых добрых транзисторах. Среди них был даже один на радиолампах. Зато теперь понятно, что за хрень творится снаружи. Диджей Чумовой охарактеризовал её всего одним, но очень точным и ёмким словом - кибервойна.
  Ксинэя продвинулась гораздо дальше по пути развития компьютеров, средств связи и глобальных сетей. На страницах не очень достоверных сайтов и блогов много-много раз мелькали сведенья о создании искусственного интеллекта. Причём в каждом военном блоке изобрели свой собственный искусственный интеллект. Но глобальная компьютеризация заложила под цивилизацию конкретную мину. Прежде, чем на Ксинэю упадут ядерные бомбы, мирную жизнь сожрали компьютерные вирусы.
  Что самое печальное, создавали эти вирусы не отдельные хакеры-одиночки, а специальные подразделения по кибервойне и кибератакам. Ну а так как хорошие специалисты оказались в обоих блоках, не дай бог ещё ИИ постарался, то можно не сомневаться, что и в Федерации социалистических республик остаются без света огромные города и сами по себе взрываются химические комбинаты.
  - Куда, козлы!!! - за дверью истошно рявкнул Коссан. - Убью!!!
  - Это мы тебя убьём!!! - в ответ рявкнуло сразу несколько глоток.
  За дверью вновь разразилась драка. Глухие удары, стоны, вопли, матюги. Верблюд лениво зевнул. Похоже, братьев Яловых замочила более крутая и многочисленная гоп-компания. Это плохо, ибо значит, что народ уже начал сбиваться в банды.
  - Эй! Ты! Выживальщик! - драка прекратилась, зато вместо неё вновь забарабанили в дверь. - Открывай! А то хуже будет. Мы тебя на куски порежем! Кишки вокруг башки обмотаем. Открывай!!!
  Угрозы и вопли не помогли. Вход пошла кувалда. Тяжкие удары будто колокольный набат разнеслись по мастерской. О-о-о, Верблюд выглянул из-за стола, это прогресс. Только, всё равно ничего не получится. У полуподвала имеется очень жирный плюс. Ко входу в "Антикварную мастерскую" ведёт небольшая лестница. Перед дверью совсем маленький пятачок свободного пространства - развернуться совершенно негде. Будь вход в мастерскую на уровне улицы, то взломщики вполне могли бы пустить в ход таран. Ну, если не классическое бревно, то что-нибудь наподобие. А так...
  Колотить кувалдой можно хоть до потери пульса. Входная дверь не просто обшита толстыми стальными листами. Нет. В своё время из толстых уголков и швеллеров Верблюд сварил косяки и каркас. Арматурные штыри длиной в половину метра уходят в кирпичные стены и фундамент здания. Тяжкие удары кувалдой прекратились. Похоже, взломщики и сами поняли бесперспективность попытки грубо выломать дверь.
  - Мы всё равно тебя достанем!!! - гаркнул напоследок незнакомый голос.
  - Может, там и нет никого? - осторожно предположил другой голос.
  - Не-е-е, выживальщик точно там, - уверенно ответил первый. - Иначе эти лохи Яловы не стали бы его так упорно караулить.
  Верблюд качнул головой, старый анекдот про чукчу-охотника и хорошую погоду на новый лад. Голодные и отчаявшиеся люди очень, до усрачки, хотят верить, будто выживальщик всё ещё сидит в мастерской. А вместе с ним они найдут бессметные запасы жратвы и бухла.
  Голоса и шум за дверью стихли вновь. Верблюд покосился на часы на правой руке - конец восьмого часа. На улице уже должны опуститься первые сумерки. Минут пятьдесят и можно будет уходить. Даже нужно будет уходить. Пока входная дверь уверенно держит оборону, но это не может продолжаться вечно.
  Минута, вторая. Десять, двадцать, тридцать минут. За дверью тишина. Верблюд выглянул из-за стола. Это плохо. Это значит, что готовится нечто более серьёзное, нежели банальная кувалда или цепная электропила. Будто подтверждая самые мрачные предположения, тишину в мастерской прорезало шипение. Но это не ядовитая змея, даже не десяток ядовитых змей. Нет, это гораздо хуже - газовая горелка. На двери тут же появился голубой огонёк.
  Ого, это уже серьёзно. Верблюд глянул на часы, почти девять. На улице если не полная темнота, то уже достаточно темно. Пора собираться. Чёрная балаклава плотно обтянула голову. Следом на глаза опустились очки ночного зрения. Сверху примостился мотоциклетный шлем. Из правого кармана куртки Верблюд вытащил верный "Мак-гид". Гулко звякнул затвор, первый патрон засел в патроннике.
  Последние минуты перед боем самые нервные, самые тяжёлые. Верблюд глубоко задышал. Давно, очень давно, ему не приходилось вот так встречать врага. То, что он находится в компьютерной игре, ничуть не снижает накала страстей. Пусть ему будут противостоять компьютерные боты, наборы нулей и единиц, но убить они могут по-настоящему.
  Тот, кто за дверью, знает толк в резке металла. Синий огонёк уверенно спускается по дверному косяку. За ним остаётся тёмная оплавленная дорожка. Вот уже пройден первый широкий засов. Вот уже язычок раскалённого пламени разрезал антикварный замок. Очередь дошла до самого нижнего, до самого последнего засова.
  Пора. Верблюд нырнул под стол. Левая рука подняла с пола маленький пульт с четырьмя кнопками. Сейчас за дверью толпится гоп-компания. Там может быть как всего пять человек, так и все двадцать. Ещё когда Верблюд залил бетоном люк в убежище, ещё тогда он понял, что "Антикварная мастерская" превратилась в ловушку. Не дай бог придётся прорываться с боем. Именно тогда он и принял меры.
  С торца маленького пульта чуть заметный рычажок. Указательный палец легко сдвинул его до упора. Рядом с четвёртой отдельной кнопкой тут же загорелся красный светодиод.
  Лёгкий хлопок, шипение газовой горелки тут же прекратилось.
  - Готово! - долетел из-за двери радостный вопль.
  Пора. Указательный палец вдавил четвёртую отдельную кнопку до упора. Верблюд машинально втянул голову в плечи.
  Тройной взрыв тряхнул мироздание до самого основания. Входная дверь загудела от напряжения, но осталась на месте. Зато снаружи донеслись крики ужаса и стоны. Сработало! Верблюд отбросил в сторону бесполезный пульт. А теперь на выход.
  

Глава 2. С боем

  Очки ночного зрения перекрасили мир в чёрно-белые тона, зато обстановка мастерской проступила будто при ярком освещении. В два шага Верблюд обогнул стол. Входная дверь так и осталась стоять на месте. Пусть злоумышленники срезали запоры, но толстые петли и косяки не позволили взрыву вдавить её во внутрь.
  Верблюд с ходу врезался в дверь плечом. Нехотя, с протяжным скрипом, входная дверь отворилась. Первым в щель протиснулся ствол "Мак-Гида". Но, Верблюд вытянул шею, никого.
  Правое плечо ещё сильнее упёрлось в дверь, Верблюд навалился на неё всем телом. Проклятье! Нужно было заложить ещё один заряд, чтобы он вышиб дверь. Но уже поздно. Ещё толчок! Чёрным ужом Верблюд выскользнул на маленькую площадку перед входной дверью.
  Каменная лестница на поверхность залита кровью. Сразу четыре тела посечены осколками. Первый заряд Верблюд заложил прямо под дверью. Поражающие элементы, грубо рубленные стальные гвозди, ушли вверх. Второй заряд был направлен вдоль лестницы. Его осколки скосили всех, кому посчастливилось увернуться от первого заряда, но так и остаться на лестнице.
  Ботинки едва не проскользнули по кровавым лужам. Верблюд торопливо выскочил на поверхность. Третий самый крупный заряд был заложен у спуска вниз. На тротуаре ещё четыре трупа обильно истекают кровью. Из темноты донеслись громкие стоны. С десяток тел, не меньше, слабо валяются на тротуаре и проезжей части. Да сколько же их? Верблюд что было сил рванул прочь по тротуару.
  На площадь Блошиный рынок опустилась ночь. Лишь где-то на западе небо ещё светится, а прямо над головой ярко сияют звёзды. Мир через очки ночного зрения так и остался чёрно-белым.
  - Держи!!!
  - Лови!!!
  - Вон он!!!
  Крики, крики, крики со всех сторон. Кажется, будто весь Гаочан устроил на него охоту. Ну или, как минимум, свежая банда мародёров. Причём все они пришли именно за ним. Первые потери не остановили людей, да и не могли остановить. Верблюд завернул за угол в переулок между домами.
  - Попался! Сволочь!
  Навстречу рванули два человека. У каждого в руках длинная дубинка. Действие вперёд мысли. Правая рука уставилась в лицо того, что справа. Выстрел! "Мак-Гид" едва не вывернул пальцы. Зато человек будто ударился головой о балку и рухнул на землю. Длинная дубинка отлетела в сторону. Но второй уже подскочил к Верблюду вплотную.
  За спиной топот десятков ног. Тормозить, оглядываться некогда. Верблюд поднырнул под удар. Дубинка лишь слабо хлопнула по рюкзаку. Единым махом Верблюд перекинул человека через себя. Путь свободен.
  Очки ночного зрения дали ему колоссальное преимущество. Зинганан погружен во тьму. Не работает ни один уличный фонарь. В домах вдоль переулка и там дальше не горит ни одно окно. Лишь сзади его настигают лучи ручных фонарей.
  Верблюд прожил в выделенной локации три года - более чем достаточно, чтобы досконально изучить все улочки и переулки Зинганана. Причём проходы между домами вокруг площади Блошиный рынок Верблюд выучил в первую очередь. Но и те, кто несутся за ним, знают Зинганан не по туристическим путеводителями. Ведь они все местные жители.
  Широкая улица. Как на грех вдоль тротуаров громоздятся легковые автомобили. Видать, не все решились уехать из города. Верблюд с ходу перескочил через легковушку. Ботинки пронзительно шаркнули по капоту.
  Пригнуться и повернуть в левую сторону. Пусть преследователи думают, будто он рванул в темноту противоположного переулка. Верблюд на миг выглянул из-за бампера брошенной машины. Если бы за ним гнались человека четыре от силы, то вполне могло бы сработать. А так из переулка высыпала толпа человек в двадцать-тридцать. В основном мужчины, но хватает и женщин.
  - Вон он! Вон!!!
  Тощий парень с длинными волосами очень не вовремя вскочил на капот легковушки и ткнул в сторону Верблюда пальцем. Не сработало. Верблюд торопливо двинулся дальше вдоль стены.
  - Где?!
  - Как?!
  - Куда?!
  Загалдели многочисленные голоса.
  - Да вон же он! Влево! Влево он побежал! Вдоль стены!!! - вопль парня на миг перебил голоса товарищей по банде.
  Маленькая хитрость удалась: Верблюд так и не выпрямился в полный рост. Большая часть преследователей не заметила его до сих пор. Драгоценные мгновенья словно стекли в унитаз. Но, увы, преследователи поверили тощему парню с длинными волосами и дружно рванули в указанном направлении.
  Верблюд выпрямился в полный рост, ноги рванули что было сил. По правую руку ещё один переулок, Верблюд тут же свернул туда. Вдоль стен широкие мусорные баки. А это идея! Прыжок! Прямо на ходу Верблюд заскочил на бак и по инерции сиганул на нижнюю площадку чёрной лестницы.
  Руки уцепились за нижнюю перекладину. Тело по инерции пронеслось вперёд. Оттолкнуться ногами от стены и резко подтянуться на себя! Верблюд заскочил на нижнюю площадку чёрной лестницы. Слева стеклянная дверь. Рывок в сторону!
  Звон стекла. Левое плечо самое первое ударилось о пол. Сверху посыпались битые осколки. Верблюд перевернулся через голову и вскочил на ноги. Спасибо щиткам под курткой, они уберегли как от падения, так и от острых осколков.
  Снаружи долетел топот десятков ног, преследователи всей толпой завернули в переулок. Ну и пусть, Верблюд рванул вдаль по коридору.
  - Какого чёрта! - из ближайшей двери высунулся старик в пиджаке, в его руках мелькнул чёрный ствол.
  Рукоятка "Мак-Гида" врезалась старику в лоб. Чёрный ствол задрался в потолок, но, слава богу, не выстрелил. Старик ввалился обратно в свою квартиру. Верблюд проскочил мимо.
  Длинный коридор под прямым углом влился в ещё один длинный коридор. Верблюд оглянулся по сторонам, оба конца уходят в темноту. Увы, очки ночного зрения большой мощностью не отличаются. Куда бежать? Ответ пришёл сам собой - дверь в квартиру слева распахнута настежь.
  Верблюд заскочил в квартиру. На полу бардак, вещи брошены комом-ломом. Но, главное, никого нет. Второй этаж, можно легко выскочить на улицу. Верблюд забежал в гостиную. Окна целы, шуметь не нужно.
  От бешенной гонки дрожат руки. Верблюд как мог аккуратно сдвинул задвижки и распахнул окно. Голова крутанулась влево, вправо, никого. Верблюд тут же заскочил на подоконник. Руки уцепились за нижнюю раму. Слегка оттолкнуться всем телом от стены. Верблюд почти мягко приземлился на асфальт. Прыгать из окна второго этажа несложно. А теперь бежать!
  Преследователи где-то рядом. Не дай бог, у них хватит ума разделиться и прочесать район. Верблюд с разбегу пересёк улицу, через которую пробежал минуту назад. Но на этот раз рванул прямо в переулок.
  Ещё переулок. Ещё. Верблюд словно заяц сделал несколько петель. Разок вдали пробежала толпа людей. Те же самые? А бог его знает. Нужно передохнуть. Повторить трюк с пожарной лестницей. Верблюд с ходу запрыгнул на длинный мусорный бак. Но ботинки лишь проскользнули на чём-то влажном. Верблюд по инерции свалился на землю. Голова шаркнула о торец мусорного бака.
  - Твою дивизию! - сдавлено охнул Верблюд.
  Невольное ругательство вылетело само из глубины души. Верблюд тут же заткнул рот руками. А вот кричать не надо. Мало ли кто услышит.
  Мотоциклетный шлем спас от сотрясения мозга, не зря, значит, надел. Верблюд поднялся на ноги. Со второй попытки, и уже с другого мусорного бака, удалось вполне удачно запрыгнуть на другую пожарную лестницу. Но тут переулок наполнился топотом. Верблюд упал на металлическую площадку.
  Неужели выследили, гады! Верблюд выдернул из кармана пистолет. Прямо под пожарной лестницей пробежало двое человек. Похоже, они сами от кого-то удирают. Отстающий, более тучный, то и дело пугливо озирается назад. Верблюд прислонился спиной к стене. Пол самой нижней пожарной площадки набран из толстых тёмных прутков. При желании его могут легко заметить с земли. Но нет, следом за парочкой беглецов так никто и не показался - ещё лучше.
  Самая нижняя пожарная площадка - не самое лучшее место для отдыха. Верблюд принялся торопливо взбираться по металлической лестнице. Второй этаж, третий, чётвертый, пятый. В Зинганане большая часть домов имеет двадцать этажей, а ноги уже налились свинцом. На пожарной площадке пятого этажа Верблюд присел без сил.
  Дыхание словно у загнанной лошади. Верблюд прислонился спиной к стене. Правая рука машинально сунула пистолет обратно в карман. Давно, очень давно, ему не приходилось так самозабвенно бегать. По лицу потекли капельки пота. Верблюд осторожно снял шлем и стянул балаклаву. Разоблачаться, вообще-то, опасно, но ему просто необходимо передохнуть и перевести дух.
  Снизу то и дело доносится топот ног. В переулок с двух широких улиц залетают отдалённые крики и выстрелы. Зинганан охвачен анархией. Каждый сам за себя. Ну или банда на банду. Не прошло и суток как погас свет, а цивилизация в Зинганане, да и во всём Гаочане, закончилась.
  Руки вытащили из-за спины рюкзак. В нижнем боковом кармане припрятаны патроны. Удар дубинкой пришёлся как раз по нему. Пластиковая коробка треснула, патроны рассыпались, но не высыпались. Зато теперь их не нужно распаковывать. Верблюд вытащил из кармана пистолет. Пальцы привычно отцепили магазин. Всего один выстрел и всего один труп - очень хороший результат. Но подзарядить оружие лишним не будет.
  В магазин влезло два патрона, точнее, один из них остался в патроннике. Как знать, может быть именно лишний патрон спасёт ему жизнь. Магазин с щелчком вставился обратно в рукоять. Верблюд сдвинул рычажок предохранителя. Пистолет - это крайний случай. Но будет очень больно и обидно, если он вдруг случайно выстрелит. Тем более перешитому карману куртки далеко до полноценной кобуры.
  С ног будто стекает расплавленный свинец. Дыхание успокоилось и стало более ровным. Прямо балаклавой Верблюд стёр со лба испарину. А вот о платке, обычном носовом платке, так и не подумал. На дворе начало осени, но ещё очень даже тепло. Ладно, что дальше?
  В принципе, думать тут нечего - сориентироваться на местности и найти ближайший спуск в канализацию. А там дальше пробираться в убежище. Верблюд расфокусировал взгляд. Мысленный щелчок по иконке в левом нижнем углу.
  Как же редко ему приходилось пользоваться внутренним интерфейсом игры в мирной жизни. Да и надобность в нём возникала крайне редко. Зато теперь внутренний интерфейс игры - ещё одно очень серьёзное тактическое преимущество. Так, где раздел с картой?
  Мысленные клики по кнопкам масштаба. Ага, Верблюд улыбнулся. Перед внутренним взором развернулась весьма подробная карта Зинганана, благо за три года ему довелось вдоль и поперёк исходить выделенную локацию. Зато за её пределами клубится проклятый "туман войны". Но это пока неважно.
  Красный крестик на боку здания - это он сам. Значит, Верблюд осторожно повернул голову, у него за спиной находится площадь Блошиный рынок. Если спуститься в переулок и пройти немного в правую сторону, то можно будет добраться до канализационного люка. Ещё в мирной жизни Верблюд специально разведал и отметил на карте возможные входы и выходы в канализационную систему Зинганана.
  Верблюд несколько раз энергично моргнул, внутренний интерфейс игры тут же свернулся. Можно ещё немного передохнуть и смело отправляться в путь. Нужно, кровь из носа нужно, как можно быстрей добраться до убежища. То, что сейчас творится на улицах, ещё цветочки. "Детишки" развлекаются и набираются опыта. Но-о-о...
  Медленно и мучительно Верблюд выдохнул. Любопытство, то самое проклятое любопытство, что сгубило кошку. Дай бог, ему удастся благополучно добраться до убежища. А что дальше? А дальше месяца два, а то и три, ему придётся просидеть в ограниченной кубатуре. Может быть даже придётся просидеть все полгода, если Зинганан накроет ядерный взрыв. Радиоактивные осадки и всё такое.
  Между тем, Верблюд поднял глаза, всего пятнадцать этажей отделяют его от крыши дома. А ведь с этой самой крыши можно будет увидеть много чего интересного. Хочется, жуть как хочется, глянуть на город с высоты. Пусть в реальности, на Земле, Верблюду довелось пройти через множество "горячих точек", а вот лицезреть ночной мегаполис, который на всех парах несётся в Тартар, не довелось ни разу. Да будь оно всё проклято, Верблюд мысленно махнул рукой.
  Отдых закончен, балаклава и мотоциклетный шлем вернулись обратно на голову. Верблюд поднялся на ноги. Если не торопиться, не скакать бешенной газелью, то путь на крышу не сожрёт много сил. Главное, Верблюд осторожно поставил правую ногу на первую ступеньку, не топать громко. Не исключено, что в доме притаились жильцы. Вдруг у кого-нибудь из них найдётся дробовик и сдадут нервы.
  Двадцатый этаж и выход на крышу. Верблюд пугливо выглянул из-за края бетонного ограждения. Кажись, никого нет. Бережёного бог бережёт, Верблюд внимательно, но осторожно, обследовал крышу. Всё равно никого нет. Даже обе входные двери плотно заперты изнутри. Это хороший признак. Верблюд остановился у края крыши.
  Очки ночного зрения сдвинуть на лоб. Охренеть! Верблюд тихо выдохнул. Прямо под ним раскинулась площадь Блошиный рынок. Под домом, где находится его "Антикварная мастерская", какая-то возня. Хотя, Верблюд горестно ухмыльнулся, понятно какая - либо те, кто его преследовали, либо уже другие проводят в мастерской самый тщательный в мире шмон. Но это ладно, печально, но ожидаемо. Верблюд устремил взгляд вдаль.
  Погода в эту ночь выдалась как на заказ. На небе ни одной тучки, лишь яркие звёзды, да Анита, местная Луна, во всей красе. Где-то далеко-далеко на северо-западе угадывается широкая водная гладь Сегарского залива. По нему, вроде как, передвигаются огоньки кораблей. На западе, в свете Аниты, отсвечивает широкая лента Нинхаи. Ночной пейзаж был бы просто замечательным, если бы не город. С крыши двадцатиэтажного здания развернулось величественное, но мрачное зрелище.
  Не так давно в это время суток Гаочан был залит многочисленными огнями уличных фонарей. По автострадам и проспектам мчались ещё более многочисленные автомобили. Сейчас же все без исключения городские кварталы погружены во тьму. И ладно бы в непроглядную темноту. Так нет же! Зловещими жёлтыми пятнами то тут, то там разбросаны пожары. В одном только Зинганане пылает не меньше пяти зданий. Во всём Гаочане счёт идёт на десятки. Кое-где поднимаются высокие языки пламени. Не будь город из стекла, бетона и кирпичей, то уже через пару дней Гаочан обратился бы в пепелище и без всякой ядерной бомбы.
  Можно разглядеть, как по ближайшим улицам мечутся огни ручных фонарей. Где-то слева загрохотали выстрелы. Верблюд повернул голову. Яркие жёлтые вспышки на миг озарили проезжую часть и брошенные автомобили. У горожан на руках полно оружия, как электромагнитного, так и порохового. С другого конца площади застучал автомат. Ему вторили одиночные пистолетные выстрелы. Ни света уличных фонарей, ни воя пожарной сирены, ни городской власти. Электричества нет и вряд ли оно будет вообще. Гаочан, огромный мегаполис, умирает медленно и мучительно. Очень скоро он умрёт совсем.
  Ладно, хватит травить душу, Верблюд развернулся на месте. Пора спускаться вниз и пробираться в убежище. Он и так наглупил более чем предостаточно. В печень словно ткнулся тупой гвоздь, дурное предчувствие дало о себе знать. Не стоило, ох не стоило, подниматься на крышу.
  Самая нижняя площадка пожарной лестницы. Верблюд глянул в одну сторону тёмного переулка, а потом в другую. Уши то и дело ловят зловещие звуки анархии, но рядом с пожарной лестницей, кажись, никого нет. Осторожно перебраться через перила. Прыжок. Ноги почти тихо коснулись асфальта, Верблюд машинально пригнулся.
  - Стоять, не двигаться, - раздался за спиной мужской голос.
  - Даже не пытайся убежать, - с другой стороны добавил женский. - У нас "гайдуки".
  Проклятье, Верблюд ругнулся про себя. "Гайдуки", иначе говоря, ЭМАГ-88, а то и 10, армейские электромагнитные автоматы Гайдукова.
  Сразу два ручных фонарика высветили Верблюда. Мир перед глазами пошёл цветами и красками, верный признак того, что очки ночного зрения перестали работать.
  - А теперь аккуратно вытащи из кармана пистолет, или что там у тебя, - приказал мужской голос.
  - У меня ничего нет, - на всякий случай Верблюд поднял правую руку.
  - Не ври, - с другой стороны возразил женский голос, - мы сами видели, как ты пристрелил какого-то придурка в переулке. Как петарда бахнула.
  - Во, во, - тут же согласился мужской голос, - у тебя пороховой пистолет. Лучше, отдай его сам, а то от пули в голове шлем тебя не спасёт.
  Если его не пристрелили сразу, то неизвестным что-то от него нужно. Осторожно, двумя пальчиками, Верблюд извлёк из кармана "Мак-Гид" и поднял над головой. Хотя не такие они и неизвестные. В голове закружились смутные подозрения. Сзади раздались шаги.
  - Отлично, - чья-то рука выдернула из пальцев "Мак-Гид". - До своего мачете лучше не дотрагивайся, а то пристрелю ненароком, - мужчина отступил назад.
  - Может, заберём у него мачете? - предложил женский голос. - А то я слышала, Верблюд бывший спецназовец.
  - Не-е-е, мы его вперёд пустим. Пусть достаёт, мало ли кто попрёт на нас.
  В голове будто щёлкнул переключатель. Верблюд поднялся на ноги и медленно развернулся.
  - Рих, - тихо произнёс Верблюд. - Рих Нибулин, это ты?
  - Да, я, - мужчина в камуфлированной куртке и в маске на лице запихнул "Мак-Гид" в правый карман.
  За спиной у Риха Нибулина угадывается рюкзак. Широкие лямки стянуты на груди тонким ремешком. На поясе можно заметить пистолетную кобуру.
  - А рядом с тобой твоя жена Тагиза Нибулина?
  - Верно, - лицо женщины в точно такой же камуфлированной куртке так же укрыто маской, за спиной точно такой же рюкзак, а на поясе пистолетная кобура. - Верблюд, ты, это, спиной повернись. А то я нервничаю.
  Верблюд медленно развернулся. В руках у супругов Нибулиных и в самом деле "гайдуки", армейские электромагнитные автоматы. Узнать конкретную модель в потёмках невозможно, но сам силуэт очень распространённого оружия не узнать не возможно. У каждого "гайдука" в магазине сто пуль. Попробуй только дёрнуться, как тебя тут же прошьёт с десяток маленьких, но очень острых и прочных иголочек.
  - Чего вам нужно? - Верблюд опустил руки. - И погасите фонари. Не нужно привлекать чужого внимания.
  - Хорошо, только ты не дёргайся, - произнёс Рих Нибулин.
  Переулок вновь погрузился в темноту. Однако можно не сомневаться: супруги тут же откроют огонь, если он резко дёрнет с места.
  - Чего вам нужно? - Верблюд повторил вопрос.
  - То, что и всем в этом чёртовом городе, - произнёс Рих Нибулин.
  - Выжить, - закончила его жена.
  - Видишь ли, Верблюд, нам крупно не повезло, - в голосе Риха Нибулина сквозит злость. - Когда погасло электричество, почти сразу начались беспорядки. Наш склад просто разграбили. Мы едва успели ноги унести.
  - Единственное, что нам удалось прихватить с собой, - в разговор встряла Тагиза Нибулина, - так это "гайдуки" и кое-какие припасы.
  - Мы пытались выбраться из города, но, ты не поверишь, - Рих Нибулин горько усмехнулся, - на дорогах та-а-акие пробки!
  - Нас едва не ограбили, - тихо прошипела Тагиза Нибулина. - Нам пришлось бросить машину и вернуться в город.
  - Мы решили найти тебя, - эстафету подхватил Рих Нибулин.
  - На кой я вам сдался? - Верблюд чуть повернул голову.
  - Ты выживальщик, Верблюд, у тебя должно быть убежище и куча припасов. И не пытайся это отрицать, - голос Риха Нибулина зазвенел от уверенности. - Я сам продал тебе кучу всякого армейского барахла и огромное количество консервов. Кто бы мог подумать - ты не лох, а провидец.
  Верблюд тихо усмехнулся. Рих Нибулин и сам не заметил, как обронил горькое признание. Ну да, пока всё было хорошо, пока было электричество, а на каждом углу дежурил вежливый полицейский, Рих Нибулин считал Верблюда лохом, который скупает всякую ненужную армейскую хрень и жратву для бедных. Вот, только, этот самый лох за какие-то десять часов вдруг обернулся провидцем - какая ирония.
  - Мы сунулись было к тебе в "Антикварную мастерскую", но какая-то банда уже стучалась кувалдой в твою дверь, - Рих Нибулин шмыгнул носом.
  - Несколько позже я заметила в руках какого-то мужика газовую горелку, - продолжила Тагиза Нибулина.
  - Мы уж думали, тебе хана, - Рих Нибулин усмехнулся, - но тут ты выскочил наружу с весьма убойными спецэффектами. Такой пакости от тебя ну никто не ожидал. Мы было побежали за тобой, но потеряли.
  - И совершенно неожиданно наткнулись на тебя здесь, в этом переулке, - закончила Тагиза Нибулина.
  Верблюд нахмурился. В рассказе супругов Нибулиных проскользнула какая-то неувязка. Впрочем, ясно какая.
  - Как вы меня узнали? - спросил Верблюд.
  - О-о-о... - протянула Тагиза Нибулина. - Не нужно было так громко поминать свою фирменную дивизию. Рих хотел было лезть за тобой на крышу, но я уговорила его подождать здесь, внизу.
  Проклятье, Верблюд поджал губы. Какая глупость! Вот что значит за пять лет потерять былую форму. Любой разведчик в тылу врага знает, что нельзя, категорически нельзя, возвращаться той же дорогой, которой пришёл. Но, Верблюд тихо выдохнул, чего сделано, того уже не воротить.
  - И что дальше? - спросил Верблюд.
  - А дальше ты отведёшь нас в своё убежище, - произнёс Рих Нибулин. - И не пытайся нам спеть сказку, будто оно где-то далеко за городом, будто идти до него долго и страшно. Твоё убежище должно быть где-то в Зинганане. Не знаю почему, но ты никогда не покидал его.
  Железная логика. Рих Нибулин и в самом деле знает много чего, чего ему знать вовсе не полагается. Ох, не даром мегаполис - самая сложная для выживания локация.
  - Я если я сбегу? Пристрелите?
  - Мы готовы рискнуть, - ответила Тагиза Нибулина. - Хватит болтать, веди.
  Верблюд послушно двинулся по тёмному переулку. Супруги Нибулины затопали следом, словно преданные пёсики. Если, конечно, у пёсиков бывают электромагнитные "гайдуки". У выхода на улицу Верблюд присел на корточки.
  - Пригнитесь и не высовывайтесь, - бросил через плечо Верблюд. - Если хотите жить, то делайте как я.
  Последуют ли супруги Нибулины его совету или нет - это их проблемы. Ближайший вход в канализацию должен быть где-то рядом. Верблюд расфокусировал взгляд и быстро развернул внутренний интерфейс игры. Так... Карта, красный крестик... Вход должен быть в пяти метрах вправо по улице.
  - Ты чего сидишь? - сзади прошипел Рих Нибулин.
  - Думаю, - тихо отозвался Верблюд. - Давайте за мной.
  Едва ли не по-пластунски Верблюд выбрался из переулка. Широкая улица давит опасным простором. Где-то впереди мелькают отблески пожара. То тут, то там крики, выстрелы, топот ног. Где-то здесь, возле припаркованной машины, должен быть люк. Верблюд лёг на живот.
  - Ты чего? - сзади опять зашипел Рих Нибулин.
  - Ищу вход в канализацию, - Верблюд вытянул руки.
  - На кой хрен нам канализация? - удивлённо протянул Рих Нибулин.
  - Заткнись, дурак, - зашипела Тагиза Нибулина. - Верблюд работал муниципальным рабочим. Где ещё, по-твоему, может быть его убежище?
  - А, ну да, - Рих Нибулин тут же согласился.
  Тагиза Нибулина гораздо умнее своего мужа. Верблюд пошарил руками. Проклятье! Заднее колесо автомобиля замерло как раз на сливной решетке.
  - Облом, - Верблюд присел на корточки, - этот вход закрыт. Идём дальше.
  Следующий люк сливной канализации должен быть дальше по улице. Осторожно, стараясь слиться со стеной дома, Верблюд двинулся дальше. За спиной топают супруги Нибулины. Рих то и дело натыкается на камни, сумки и прочий мусор. Каждый раз Тагиза шипит на мужа, но сама то и дело "пинает" банки. Очень похоже на то, что у Нибулиных на лицах обычные защитные маски. Очков ночного зрения нет и в помине. Этим можно будет воспользоваться.
  Увы, следующий люк так же оказался придавлен колесом припаркованной машины. У Верблюда никогда не было личного авто. Только сейчас ему выпал случай убедиться, сколько же в городе осталось личного транспорта. Хотя, казалось бы, все, кто только мог, должны были бы рвануть на личных машинах прочь из города. Вот и рванули, что напрочь закупорили все дороги.
  Третья попытка оказалась хуже первых двух. На этот раз люк канализации не просто придавлен колесом. Лёгкий грузовой автомобиль лёг на него боком. Бог знает каким вандалам пришло в голову перевернуть его едва ли не на крышу.
  Разок им всем троим пришлось залечь прямо на тротуаре. Точнее, супруги Нибулины послушно плюхнулись следом за Верблюдом. Мимо, прямо по проезжей части, прошла толпа людей. Многие держат в руках яркие фонарики, другие подняли над головами самодельные факелы. Из оружия почти исключительно самопальные дубинки. Но у одного в руках Верблюд заметил самый настоящий помповый дробовик.
  Следом в том же направлении прокатил полицейский броневик. Яркие огни фар на миг ослепили глаза. Не прошло и минуты, как за спиной загрохотал пулемёт. Что там произошло - лучше не выяснять.
  Лишь на соседней улице нашёлся свободный от машин канализационный люк. Верблюд с трудом подцепил и сдвинул в сторону тяжёлую чугунную крышку.
  - А ну стой! - сзади прикрикнул Рих Нибулин. - Сбежишь ещё. Верблюд, дальше пройди. Тагиза, первой спустись.
  - А вдруг там кто-то есть? - голос Тагизы Нибулиной дрогнул от страха.
  - Конечно есть, - автомат качнулся в руках Риха Нибулина, - зато у тебя есть "гайдук".
  Более чем убойный аргумент, Верблюд послушно прошёл чуть дальше. Во всех без исключениях движениях Тагизы Нибулиной чувствуется страх и неуверенность. Но у неё, всё же, хватило смелости первой спуститься в чрево городской канализации.
  - Я внизу, - из распахнутого люка вынырнул поток света. - Верблюд, спускайся.
  Чтоб вас, Верблюд полез вниз. Была надежда первым спуститься в канализационный туннель, а потом рвануть со всех ног. Но не повезло. Супруги Нибулины оказались гораздо умней и предусмотрительней, чем показались на первый взгляд.
  - Тагиза, не дёргайся, - Верблюд плавно поднял руки, - мне нужно достать из кармана фонарь.
  - Хорошо, - автомат с квадратным стволом качнулся в руках Тагизы Нибулиной, - повернись спиной и медленно доставай.
  На самом деле фонарь Верблюду не нужен. Просто супругам пока незачем знать, что у него на глазах очки ночного зрения. Чтобы там Рих Нибулин не думал, но Верблюд закупался не только у него на складе. Через почивший в бозе ИПС можно было достать всё что угодно. Медленно, стараясь не делать резких движений, Верблюд вытащил из внутреннего кармана фонарик. Синий луч света высветил грязную дорожку под ногами, рядом, в стоке, тихо журчит мутная вода.
  - Я на месте, - рядом с женой остановился Рих Нибулин. - Давай, веди.
  Верблюд послушно двинулся дальше. Ярко-белые фонари супругов Нибулиных далеко освещают канализационный туннель. Идиоты, Верблюд бросил взгляд через плечо, не догадались вооружиться менее заметными, но не менее эффективными синими фонарями.
  Хорошо знакомая немного мрачная атмосфера канализационного туннеля. Грязные подтёки на стенах, под ногами крысиный помёт и давно мёртвые светильники над головой. Про себя Верблюд улыбнулся. Как хорошо, что у него хватило ума прикрыть лицо фильтрующей маской, но не белой, а чёрной. А то сейчас нос свернулся бы в трубочку от убойного зловония.
  О том, чтобы привести Нибулиных в убежище под "Антикварной мастерской", не может быть и речи. Верблюд вновь бросил взгляд через плечо, по глазам тут же ударил яркий свет фонарей. Его пристрелят сразу же, как только они войдут во внутрь, если только они не сделают этого прямо на пороге. Нет. Нужно что-нибудь придумать.
  На "Т" образом перекрёстке Верблюд поднёс фонарик к стене. Левая рука оттёрла грязный подтёк. На свет синего фонарика выступила цифра 42. Ага, Верблюд машинально кивнул, сорок второй туннель, площадь Блошиный рынок осталась за спиной. Через сотню другую метров будет граница локации, туда вести Нибулиных тоже нельзя.
  Впереди шелест шагов и сдавленное дыхание. Верблюд тут же присел на корточки. Свет от фонарей супругов Нибулиных устремился вперёд. Где-то вдали мелькнул силуэт и тут же пропал за поворотом.
  - Кто это? - голос Тагизы Нибулиной дрогнул от страха.
  - Жители Гаочана, - Верблюд поднялся на ноги. - Мы не единственные, кто решил укрыться в канализационном туннеле.
  - Далеко ещё? - буркнула Тагиза Нибулина.
  - Не могу точно знать, - Верблюд пожал плечами. - Пробежки по городу сбили меня столку. Мне пришлось спуститься совсем не там, где я планировал.
  - Веди дальше, - Рих Нибулин качнул автоматом.
  Верят ему супруги Нибулины или нет - не имеет ни малейшего значения. Верблюд двинулся дальше. Без него убежище им всё равно не найти. Только и остаётся топать следом хоть до скончания веков. Надежда, страх и отчаянье ведут бывших владельцев склада разнокалиберных товаров.
  Впереди опять мелькнула чья-то спина. А это идея! Так или иначе от Нибулиных нужно избавиться. Верблюд целенаправленно двинулся в ту же сторону, куда побежал неизвестный. Пусть под Зингананом лабиринт канализационных туннелей, но бегать можно только по ним. Предугадать перемещения неизвестного несложно. Если повезёт, то он окажется не один.
  Туннель, ещё туннель и ещё. Верблюд ведёт супругов Нибулиных, а на самом деле следует за неизвестным. Шаги раздаются всё ближе и ближе. Он точно не один. Верблюд едва не рассмеялся. Каждый раз супруги Нибулины нервно вздрагивают и едва не жмут на спусковые крючки.
  Ещё немного, ещё чуть-чуть. На стене по правую руку показалась цифра 12. Ага! Верблюд усмехнулся. Впереди будет перекрёсток. Это точно случится там. Место уж очень удобное.
  Вот оно. По бокам выступили тёмные проходы. Верблюд уверенно двинулся прямо. Но тут из едва приметного углубления выскочил мужик в грязном сером плаще. Лицо скрыто под маской противогаза.
  - Убью! - мужик поднял над головой красный пожарный топор.
  Началось! Верблюд тут же опустился на землю, едва не плюхнулся на живот. Правая рука выдернула из левого рукава тонкий нож с матовым лезвием.
  Загрохотали выстрелы. Супруги Нибулины, словно верные телохранители, вступили в бой. Грудь мужика перечеркнул ряд красных точек. Шальная пуля выдернула из его рук топор. Но следом из боковых проходов повалили ещё люди. В паузы между очередями вклинились громкие вопли.
  Верблюд ужом крутанулся на месте. Тагиза Нибулина повернулась к нему спиной. Из глубины туннеля прямо на них валят тёмные фигуры с импровизированными дубинками. Рих Нибулин то и дело водит стволом в разные стороны. Пули с визгом отскакивают от стен. Из боковых проходов донеслись вой и крики. Кто бы тут не оказался, но они решили устроить засаду именно на этом перекрёстке. Всё бы ничего, но они напоролись на пару армейский "гайдуков". Огневое превосходство - это наша всё.
  Бой, точнее, бойня, быстро закончился. В боковых проходах осталось с десяток окровавленных тел. Остальные предпочли спастись бегством. Далеко в туннелях затих топот ног. Однако Рих Нибулин всё равно нервно водит квадратным стволом из стороны в сторону. Яркий фонарик в его левой руке то и дело выхватывает из темноты боковые проходы.
  Пора. Верблюд подловил момент и прыгнул. Левая рука сбила ствол "гайдука" в сторону. Верблюд перехватил Риха Нибулина за камуфлированную куртку. Правая рука метнулась к горлу. Острое лезвие легко пробило маску. Рих Нибулин пискнул от боли. Кончик ножа упёрся ему в горло.
  - Тагиза, не глупи, - Верблюд развернул Риха Нибулина словно щит.
  Тагиза Нибулина на удивление быстро пришла в себя. Дуло "гайдука" уставилось в их сторону, фонарик едва не забил глаза. Верблюд повернул голову.
  - Ещё немного, и я прирежу твоего мужа. А ты, - Верблюд пнул Риха Нибулина коленом под зад, - брось автомат.
  "Гайдук" послушно брякнулся на землю. Верблюд тут же оттащил Риха Нибулина на пару шагов назад. Тагиза Нибулина двинулась следом. Дуло её "гайдука" как и прежде смотрит в их сторону.
  - Тагиза, я не собираюсь вас убивать, - как можно более спокойно и миролюбиво заговорил Верблюд. - Давайте просто разойдёмся. Брось автомат и пистолет, а сама отойди на десять шагов назад. Обещаю, я оставлю вам оружие.
  - Тагиза, любимая, сделай, как он велит, - натужно прохрипел Рих Нибулин. - Мы всё равно его выследим.
  - Без вариантов, - Верблюд изогнул Риха Нибулина так, чтобы он ненароком не дёрнулся. - Я знаю эти туннели как свои пять пальцев. Тагиза, у тебя мало времени, стрельба привлечёт гораздо более серьёзных противников.
  Автомат в руках Тагизы Нибулиной медленно раскачивается из стороны в сторону. Маска скрывает её лицо, но видно и так, что она в глубокой задумчивости.
  - Тагиза, любимая, сделай, как он велит, - вновь прохрипел Рих Нибулин. - Мы и без Верблюда, и без его убежища, сможем выжить.
  Что творится в голове Тагизы Нибулиной - даже страшно представить. Одно только то, что она с блеском отбила нападение с тыла, говорит о многом. Ни кровь, ни трупы её не поломали. Другое дело, вряд ли ей с мужем ещё в мирное время пришло в голову пройти хотя бы начальную военную подготовку. Иначе в самую первую очередь они обыскали бы его и вытащили бы всё без исключения оружие. То ли от стресса, то ли от банального незнания супруги ограничились пистолетом.
  - Верблюд, пригни голову, - резко крикнула Тагиза.
  В голосе Тагизы Нибулиной брякнула сталь. Верблюд тут же присел, спрятался за спиной её мужа. Короткая автоматная очередь. Голова Риха Нибулина взорвалась, словно перегретое в микроволновке яйцо.
  Охренеть! Верблюд инстинктивно подался назад, но тело Риха Нибулина так и не выпустил - какой-никакой, а щит.
  - Зачем ты это сделала? - натужно прохрипел Верблюд, мёртвый Рих Нибулин тут же обмяк и едва не сполз на землю.
  - Третий - лишний, - Тагиза Нибулина опустила "гайдук". - Если бы ты только знал, Верблюд, как он мне надоел! Четыре миллиона, - Тагиза Нибулина растопырила четыре пальца на левой руке. - У нас было четыре миллиона эсконов. Я давно предлагала ему купить нормальную квартиру или, ещё лучше, загородный дом. Я давно хотела стать матерью и родить этому уроду троих детей. Но, боже! - Тагиза Нибулина всплеснула руками. - Это же такие расходы!
  Вот она чужая семейная жизнь. Никогда не знаешь, какие "скелеты вывалятся из шкафа", если чуть приоткрыть его дверцу. Верблюд как мог перехватил тело Риха Нибулина. Что, что, а такого исхода он никак не ожидал. В душе Тагизы Нибулиной, как говорится, накипело. Во истину, даже бог не знает, что у женщины на уме.
  - И где теперь эти четыре миллиона? - голос Тагизы Нибулиной зазвенел от гнева. - Исчезли, пропали, сгинули вместе с электричеством!
  Верблюд, мой муж тебя лохом считал. Неделю похвалялся, как он, такой умный, впарил тебе за бешенные деньги нахрен никому ненужный, да ещё насквозь криминальный, универсальный тактический прибор. А на деле оно вон как вышло! Ты вложил все свои средства гораздо эффективней моего бывшего! Только сегодня утром он плакался, как за жалкие дуэсконы продал тебе крайне полезный универсальный тактический прибор. Ох как бы он нам сейчас самим пригодился бы.
  - Чего ты хочешь? - натужно выдохнул Верблюд.
  При жизни Рих Нибулин хорошо питался и весил далеко не как балерина. Руки дрожат от напряжения, только отпустить тело бывшего владельца склада страшно. Армейский автомат нервно дёргается в руках Тагизы Нибулиной. А свежеиспечённая вдова на взводе.
  - Выйти за тебя замуж, - Тагиза Нибулина нервно рассмеялась. - Я же помню, как ты смотрел на меня. Иногда мне казалась, что ещё чуть-чуть, и ты завалишь меня прямо на столе в офисе, сдерёшь с меня юбку и изнасилуешь. Неужели тебе не хочется воплотить свою фантазию в реальность?
  Господи, вот оно что! Верблюд только крякнул от натуги. Как женщина Тагиза Нибулина быстро заметила повышенный сексуальный интерес к своей персоне. Другое дело, что это было ещё до знакомства со Шпилькой. Уже после Верблюд перестал мысленно насиловать Тагизу Нибулину прямо в её офисе. А вот своеобразный отпечаток, стереотип, засел в голове самой Тагизы Нибулиной.
  Тяжеленный труп так и норовит выскользнуть из рук. Да ещё кровь сочится из чудовищных ран. Верблюд перехватил Риха Нибулина пониже. Через толстую ткань куртки правая рука нащупала пистолетную рукоятку. Да это же, от радости сердце едва не выпрыгнуло из груди, любимый "Мак-Гид"!
  - А где гарантия, что и меня ты не пристрелишь, как своего бывшего? - Верблюд брякнул первое, что пришло в голову, нужно хотя бы ещё чуть-чуть потянуть время.
  - Я женщина, - Тагиза Нибулина гордо расправила плечи. - Мне нужен мужчина и защитник. Не хочу стать бесправной проституткой в банде мародеров. Да и тебе нужен кто-то, кто прикроет спину, приготовит обед и согреет постель.
  Пойми, Верблюд, - Тагиза Нибулина опустила автомат дулом вниз, - вдвоём у нас гораздо больше шансов выжить. Но от меня тебе будет не только убыток. У Риха на складе остался тайник. Я покажу тебе, когда мы доберёмся до бывшей "Баф".
  Пора! Правая рука нырнула в карман камуфлированной куртки Риха Нибулина. Пальцы уцепились за рукоятку "Мак-Гида", указательный палец тут же сбросил флажок предохранителя. Как хорошо, что патрон остался в патроннике.
  - Берегись! - крикнул Верблюд.
  Толчок вперёд, тело Риха Нибулина грузно шлёпнулось лицом вниз. Рядом на грязный пол брякнулся тонкий нож. Тагиза Нибулина на миг опустила глаза. То, что нужно!
  Шаг вперёд. Правая рука подняла "Мак-Гид". При стрельбе в упор промахнуться невозможно. Указательный палец вдавил спусковой крючок. Первая же пуля угодила Тагизе Нибулиной точно в лоб. Вторая и третья превратили её лицо в кровавое месиво. Женщина рухнула на спину, автомат с квадратным стволом выпал из её рук.
  Да-а-а... Не зря "Мак-Гид" считается любимым оружием профессиональных убийц. Три пули в упор не оставили Тагизе Нибулиной никаких шансов. А ведь она могла бы остаться в живых. Её муж вполне был согласен договориться и разойтись. Но, не судьба. Верблюд торопливо спрятал пистолет в карман. Тагиза Нибулина ошиблась только в одном - в его планы не входит спасать компьютерного бота. Пусть даже у этого бота обалденная фигура и длинные волосы.
  Пора действовать. На грохот выстрелов и в самом деле могут сбежаться более серьёзные мародёры. В первую очередь Верблюд погасил яркие фонари мёртвых супругов. Мир перед глазами погрузился в чернильную темноту, но это ненадолго. В воротник куртки вшита маленькая кнопочка, Верблюд сжал её пальцами. И вот мир перед глазами вновь обрёл очертания, но уже исключительно в чёрно-белых тонах.
  Даже самые мощные и продвинутые приборы ночного зрения не могут работать в абсолютной темноте. Нужна подсветка. На поверхности часто вполне хватает света звёзд и Аниты, местной Луны, или хотя бы далёкого уличного фонаря. Под землёй, как сейчас, вообще ничего нет. Специально для подсветки очков ночного зрения Верблюд вшил в плечи куртки из "аварийного набора" пару плоских инфракрасных фонарей. Теперь в чернильной темноте канализационного туннеля его может заметить только другой обладатель очков ночного зрения. Но и этому гипотетическому противнику точно так же придётся подсветить себя инфракрасным фонариком.
  Супруги Нибулины едва не пристрелили его, зато после них остались нехилые трофеи. Верблюд опустился на корточки перед трупом Риха Нибулина. Правая рука подняла с земли нож и убрала его в левый рукав, разбрасываться "перьями" не стоит. Будет крайне глупо убежать и оставить такое богатство. Да и опасно оставлять.
  Пальцы быстро пробежались по карманам Риха Нибулина. Верблюд сдёрнул с трупа пояс с кобурой и стащил рюкзак. Во внутреннем кармане камуфлированной курки нашлась связка ключей, Верблюд машинально забросил её в трофейный рюкзак. Следом полетело остальное содержимое карманов. После, после можно будет разобраться.
  Тагиза Нибулина разделила судьбу мужа. Верблюд стащил с её плеч рюкзак и сдёрнул с пояса кобуру с пистолетом. Следом в трофейный рюкзак улетело содержимое её карманов.
  О-го-го! Верблюд невольно улыбнулся. На ощупь Тагиза Нибулина очень даже ничего. С такими данными она вполне могла рассчитывать во второй раз выйти замуж. Могла рассчитывать, Верблюд закинул на плечи оба автомата и рюкзаки покойных супругов. Всё, пора уносить ноги.
  Вперёд и только вперёд. На первом перекрёстке Верблюд наобум свернул в левую сторону. Куда именно - значения не имеет. Сейчас самое главное убраться как можно дальше и как можно быстрее от места, где...
  Впереди блеснул свет. Верблюд тут же нырнул в боковой проход и, словно крыса, забился под толстую водопроводную трубу. Мимо прошла группа людей. У здорового мужика с битой мордой и во рваной куртке полицейского в левой руке мощный фонарь, а в правой какой-то ствол. Верблюд напряг глаза. Очень похоже на какой-то пистолет-пулемёт. Да и его сообщники, сурового вида мужики и две потрёпанные женщины, вооружены не только дубинками.
  Едва банда мародёров (а теперь все встречные либо бандиты, либо мародёры) удалилась от прохода достаточно далеко, как Верблюд нервной крысой выскользнул из-под водопроводной трубы. Лучше всего бежать в ту сторону, откуда появились люди. Они наверняка распугали всех встречных.
  - У-у-у...
  - А-а-а...
  Из-за спины долетели крики разочарования. Верблюд на миг обернулся. Мародёры наткнулись на трупы супругов Нибулиных и не смогли сдержать эмоций. Верблюд самодовольно улыбнулся, ноги сами понесли тело дальше. Они наверняка рассчитывали поживиться автоматическим оружием, а вместо этого поняли, что опоздали. Кто-то успел снять "сливки".
  Минут двадцать Верблюд старательно петлял по канализационным туннелям словно заяц в лесу. Несколько раз вдали мелькали всполохи света. Каждый раз Верблюд либо отворачивал в сторону, либо поворачивал назад. Небольшой закуток плохо виден из основного туннеля. Верблюд примостился у стены. Рюкзаки супругов Нибулиных опустились на грязный пол. Рядом брякнули автоматы. Пора, ох как пора, не только отдохнуть, но и разобрать трофеи, заодно сориентироваться на местности.
  Фонарик, которым Верблюд светил перед собой на глазах супругов Нибулиных, на самом деле хитрый. С одного конца в цилиндрический корпус вставлен обычный синий светодиод, а с другого - инфракрасная лампочка. Верблюд специально сделал его в помощь очкам ночного зрения и плоским фонарикам в плечах куртки.
  Содержимое обоих рюкзаков Верблюд вытряхнул прямо на грязный пол. Если вещь полезная, то потом её можно будет легко отмыть. Если нет, то всё равно не жалко. Не будь в его распоряжении инфракрасного фонарика, то разобраться с "наследством" покойных супругов было бы гораздо проблематичней.
  В левую сторону полетели вещи ненужные, а то и откровенно бесполезные. Первой в стену канализационного туннеля врезалась коробка с женскими гигиеническими прокладками. Рядом с ней упал пакет с женскими же трусами и лифчиками. Следом косметичка и маленький набор расчёсок. Тагиза Нибулина даже на пороге конца света всё равно осталось женщиной. Чисто по-человечески её, конечно, жаль, но оставлять в живых, тем более брать с собой в убежище, было бы просто опасно. Коль она в одно мгновенье предала мужа, то совершить повторное предательство ей было бы ещё легче. А так, Верблюд печально вздохнул, нет человека, нет проблемы.
  В личных вещах Риха Нибулина нашлось гораздо больше полезного. Обратно в рюкзак Верблюд закинул полотенце, несколько пакетов с пищевыми концентратами и запасные обоймы для пистолетов. Нашлась даже парочка гранат. Увы, это всего лишь светошумовые "Вспышки". Но, как говорится, на безрыбье и рак за карася сойдёт. Верблюд сунул обе гранаты в карман куртки.
  Лишь теперь в более-менее спокойной обстановке удалось внимательней рассмотреть электромагнитные автоматы. Оба ствола ЭМАГ-68 СП. Верблюд недовольно фыркнул, Рих Нибулин мог бы прикупить оружие и получше. Мало того, что они были приняты на вооружение больше сорока лет назад, да ещё так называемая гражданская модификация для свободной продажи. На деле та же самая модель, только из более дешёвых и менее надёжный материалов. Но, Верблюд поднёс автомат к лицу, выбирать не приходится.
  На ствольной коробке горят две цифры: 93 и 11. Первая, Верблюд напряг память, заряд накопителя энергии. Вторая цифра - количество пуль в магазине. Верблюд опустил автомат на землю. Во втором "гайдуке" заряд 91 процент, а пуль несколько больше - 24, но всё равно мало. Верблюд отстегнул оба магазина и вставил на их места полные. После, в тишине и безопасности убежища, можно будет заново снарядить оба магазина.
  А вот на пистолетах Рих Нибулин точно сэкономил: "Кора 5 У", простенькие и дешёвые модели, как раз уличных хулиганов пугать. Но-о-о... Верблюд качнул головой, электромагнитное оружие, к каждому по четыре полных магазина по тридцать пуль. Пусть остаются. Оба пистолета улетели в рюкзак.
  Разбор трофеев занял не больше пяти минут, зато из двух рюкзаков остался только один. Второй пустой Верблюд бросил в кучу к ненужным вещам. Простенькая модель для самых начинающих туристов. Сейчас гораздо важнее вынести наиболее ценные трофеи. А теперь сориентироваться на местности.
  Не будь у него в голове внутреннего интерфейса игры, то пришлось бы искать на стенах метки и мучительно вспоминать, куда именно его занесла судьба. А так, Верблюд улыбнулся, на карте перед глазами отразился лабиринт канализационных туннелей под Зингананом. Вот красный крестик его место положение, а это специальная метка убежища. Ого! Верблюд недовольно поморщился. Из-за беспорядочной беготни куда попало он удалился от убежища. Буквально через сотню метров дальше по туннелю проходит граница выделенной локации. Так и за её пределами очутиться недолго. Ладно, пора идти, Верблюд поднялся на ноги. Внутренний интерфейс игры тут же свернулся.
  Народу в канализационных туннелях Зинганана завелось на удивление много, даже слишком много. По дороге к убежищу Верблюду то и дело приходилось убегать, прятаться и обходить многочисленные группы беженцев. Похоже, на поверхности дела вообще прах, раз отчаянье в прямом смысле загнало кучу народа в подземелья. Конечно, можно было бы вообразить себя Рембо и без всякой пользы положить не одну сотню людей. Только зачем зря переводить боеприпасы?
  На очередном перекрёстке Верблюд присел на корточки и развернул внутренний интерфейс игры. Великолепно! До убежища осталось всего ничего. Напрямую вообще не больше сотни метров. А то пора завязывать с подземным марафоном. Желудок уже сводит от голода, а ноги гудят от усталости.
  Последний перекрёсток перед финальным рывком. Верблюд осторожно выглянул за угол. Да чтоб вас! Из рта вместе с огненным дыханием вырвался гнев. Впереди, вокруг тусклого фонаря, засела группа людей. Верблюд напряг слух. Причём, судя по разговорам, не просто беженцы, а сектанты. Либо они станут такими в самое ближайшее время. Мужик в просторном балахоне стоит перед фонарём. В его руках тяжёлая раскрытая книга. В мешанине слов то и дело мелькает "бог с нами", "великий творец", "нужно раскаяться" и прочая хрень. Как это обычно бывает, люди вспомнили о боге, когда жаренный петух клюнул в задницу.
  Верблюд спрятался обратно за углом. Чтоб их всех сатана прямо в ад забрал! Сектанты, или кто они там на самом деле, расположились недалеко от входа в убежище. Да, по огромной дуге их ещё можно обойти, только нет никакой гарантии, что они послушно закроют глаза и заткнут уши, когда Верблюд откроет вход в убежище. Естественно, они этого не сделают, а ломанутся следом.
  Как бы не хотелось, но остаётся только одно. Руки выдернули из-за спины электромагнитный автомат. Раз "Другая реальность" решила подкинуть ему сложность, то пусть так оно и будет. Поголовье местных компьютерных ботов придётся сократить ещё немного. Один хрен даже самая искренняя вера в бога не спасёт сектантов от гибели. Верблюд поднялся на ноги. Вот и светошумовая граната сейчас пригодится.
  Верблюд двинулся вперёд как можно более мягко, как можно более бесшумно. Только шорох мелких камешков под рифлёными ботинками один хрен словно раскат грома разлетелся по туннелю.
  - Кто здесь? - мужик в балахоне оторвал взгляд от книги.
  - Душа страждущая в поисках спасения, - немного на распев произнёс Верблюд.
  - Иди к нам, брат, - мужик в балахоне распростер вперёд правую руку.
  Точно сектанты. Зато все, кто только сидел возле фонаря, как по команде повернули головы в его сторону. То, что нужно! Левая рука выдернула чеку. Светошумовая граната улетела вперёд. Верблюд тут же развернулся и присел. Руки машинально обняли мотоциклетный шлем.
  Секунда. Адский грохот долбанул по ушам. В голове будто рванул паровой котёл. Поток ослепительного яркого света на миг словно цунами расплескался по канализационному туннелю.
  Вот это бабахнуло! Верблюд бойко вскочил на ноги и развернулся. Получилось! Сектанты дружно попадали на грязный пол. Все без исключения мычат от боли и пытаются прикрыть глаза руками.
  Это не бой, а бойня. В упор, чтобы не промахнуться, Верблюд перестрелял сектантов. Мозги во все стороны. Сопротивления никакого. Лишь мужик в балахоне попытался было встать на ноги, но короткая очередь из "гайдука" в прямом смысле взорвала ему голову. К чему жалеть компьютерных ботов, когда на кону собственная жизнь.
  Туннель словно заминирован. Трупы, не меньше десятка, во всю истекают кровью. Верблюд осторожно перебрался на ту сторону. Убежище близко. Долгожданная возможность напиться вдоволь, перекусить, скинуть с себя тяжкий груз и отдохнуть тянет к себе как железные опилки тянет к себе магнит. Но! Верблюд вытащил из кармана фонарик. Синий луч света осветил ботинки. Вроде как, пронесло. На всякий случай Верблюд шагнул вперёд и ещё немного потоптался на месте - точно пронесло. А то на пороге убежища будет крайне глупо оставить на грязном полу кровавые отпечатки.
  Расфокусировать взгляд, Верблюд развернул внутренний интерфейс игры. Ага! От радости по груди разлилось приятное тепло. Убежище рядом совсем, буквально через стену. Осталось только попасть в него.
  Бог знает как давно и зачем по некоторым канализационным туннелям протянули толстые водопроводные трубы. То, что одна из таких труб нашлась в туннеле возле убежища - большая удача, либо приятный бонус от "Другой реальности". Возле знакомой стальной стойки, на которую опирается толстая труба, Верблюд опустился на корточки. Рука нырнула в потаённое место. Здесь! Словно гора с плеч. Наружу Верблюд вытащил чёрный полиэтиленовый пакет.
  Тонкая оболочка легко треснула. Маленький пульт с десятью кнопками и длинным штырём - это ключ. Верблюд переключил фонарик на синий свет. Опасно, конечно, но иначе ни за что не найти "замочную скважину". А вот и она. Штырь ключа без сучка и задоринки вошёл в квадратную дырку во шве между красными кирпичами. Осталось набрать код.
  Пальцы быстро набрали шестизначную комбинацию: "011973", это день, месяц и год его рождения. Кто не знает, ни за что не догадается. На Ксинэе совсем другое летоисчисление. А теперь самое главное, оно же самое ответственное и опасное.
  На всякий случай Верблюд огляделся по сторонам. Адский грохот светошумовой гранаты и автоматные очереди не могли не привлечь ненужного внимания, но и спешить сломя голову себе дороже. Вроде как, никого.
  Ровно четыре шага в правую сторону. Верблюд опустился на четвереньки. Рядом на грязный пол с плеча съехали рюкзак четы Нибулиных и оба автомата. Правая рука надавила на стену под толстой водопроводной трубой. Лёгкий щелчок. Часть кирпичей легко ушла глубже в стену. Теперь сдвинуть бутафорскую кладку в сторону... Вход в убежище открыт.
  Первыми во внутрь улетели рюкзаки и автоматы. Напоследок Верблюд вновь оглянулся по сторонам. Кажется? Или из глубины туннеля и в самом деле доносятся чьи-то шаги? Какая разница! По-пластунски, осторожно перебирая руками и ногами, Верблюд залез под водопроводную трубу.
  Предосторожности лишними не бывают. Уже в убежище Верблюд развернулся и полез обратно. Фонарик в левой руке в режиме инфракрасного света. Верблюд самым внимательным образом обследовал место, где ему пришлось проползти на брюхе. Не, всё нормально. Пол канализационного туннеля покрыт настолько толстым и плотным слоем грязи, что из-под него так и не выглянули тёмно-красные кирпичи. Только при очень внимательном рассмотрении можно догадаться, что здесь кто-то прополз на брюхе.
  Звуки осторожных шагов всё ближе и ближе. Верблюд крутанул головой. Во засада! И слева, и справа отблески огней. Как бы там ни было, время вышло. Пора закрывать дверцу.
  Бутафорская кирпичная кладка плавно сдвинута на место. Верблюд стащил мотоциклетный шлем и припал к ней ухом. Ага! Кто-то идёт. Совсем рядом прошлёпали чьи-то ноги. Секунда, другая. По туннелю прокатились выстрелы. В обратном направлении чьи-то ноги уже не прошлёпали, а пробежали. Преследователь будет? Верблюд едва ли не врос ухом в бутафорскую стену. Нет, преследователя не будет. Из канализационного туннеля доносится лишь гул голосов. Сектанты, мир их праху, помогли напоследок. Кто-то торопливо потрошит содержимое их рюкзаков и карманов. Ну и слава богу.
  

Глава 3. Танцующие слоны

  Он сумел! Он дошёл! Он внутри! Внутри такого родного, такого безопасного убежища под "Антикварной мастерской". Верблюд прислонился спиной к стене. Внутри темнота, очки ночного зрения высветили тамбур в чёрно-белых тонах. Впереди плотные двери во внутрь убежища. С правой стороны шкафчик под одежду, но он пока пустой.
  Как это обычно бывает, после нервного перенапряжения по телу вязким липучим киселём разлилась усталость. Мышцы будто одеревенели. Верблюд медленно и натужно выдохнул. Он устал от беготни. Господи, как же он устал от смертельной беготни по вонючим подземельям. Как же давно ему не приходилось бродить по краю между жизнью и смертью. Грустная улыбка растянула губы. Почему он и стал офицером ВДВ, "войск дяди Васи". Опасность, адреналин и всё такое.
  Как же хочется завалиться прямо здесь и заснуть сном праведника часа на четыре по местному времени... Но нельзя! Верблюд тряхнул головой и сел прямо. Правая рука сдвинула в сторону рюкзак. Выживание только началось. Да, он прошёл очень опасный путь, но это был всего лишь самый первый этап. Не стоит предаваться блаженному чувству безопасности. Это самое чувство легко может оказаться обманкой.
  Первая дверь в виде бутафорской кирпичной стены закрыта, но этого мало. Верблюд с кряхтением поднялся на ноги. По левую руку к стене прислонена так называемая вторая дверь, по сути, толстый и прочный щит. От напряжения усталые руки взвыли нечеловеческим голосом. Но вот и вторая дверь встала на место, точно по контуру заткнула низкий проход. Стальные запоры ещё более надёжно прижали её к бутафорской стене. Теперь снаружи вход в убежище просто так не простукать и просто так не попасть.
  Столь низкий проход не предназначен для частого использования. Главная защита убежища не толстые листы металла, не слой прочного пластика, а секретность. Если, не приведи господь, о тайном входе прознает кому не нужно, то ничего не поможет. Но этот риск пришлось принять. Мегаполис, чтоб его, - самая сложная для выживания локация. В дремучем лесу, тем более в горах, было бы гораздо легче, гораздо проще. Но! "Другая реальность" не посылает лёгких путей. К сожалению.
  Правая рука подхватила с пола "гайдук". Верблюд поднес к носу электромагнитный автомат. На маленьком экране две цифры: 91 и 100 - полный магазин. То, что нужно. С того момента, как он выбрался из "Антикварной мастерской", прошло два местных часа, это почти пять земных часов. За это время произойти могло многое.
  Осторожно, будто внутри притаился тигр, Верблюд приоткрыл дверцу во внутрь убежища. В уши тут же ударил шум. Кажется, будто над головой резвится стадо слонов. Причём старая слониха, вожак стада, в чугунных тапочках лихо отплясывает чечётку.
  Ствол автомата резко поднялся вверх. Указательный палец едва не вдавил спусковой крючок. Всё нервы проклятые, Верблюд перевёл дух. Это наверху, в мастерской, но проверить всё равно не помешает. Медленно и осторожно, в полной темноте, Верблюд обошёл хорошо знакомое убежище.
  Нет, всё отлично. Рука нащупала на стене выключатель, ослепительно яркий с непривычки свет тут же залил жилой отдел, самую главную в убежище комнату. Верблюд закрыл глаза. Ничего, это быстро пройдёт.
  С того момента, когда он в последний раз спускался в убежище, прошёл почти месяц. С тех пор в жилом отделе ничего не изменилось, Верблюд распахнул глаза, и слава богу! От грязных ботинок на полу остались чёрные отпечатки. Да и куртка воняет дай боже. Или не дай боже. Но это мелочи, главное другое. Указательный палец несколько нервно ткнулся в кнопку "Пуск" на системном блоке. Внутри светло-серого ящика загудел вентилятор, все три широких монитора дружно засветились.
  Компьютеры Ксинэи обладают гораздо большим быстродействием, нежели земные. Однако десятисекундная загрузка всё равно показалась вечностью. Верблюд плюхнулся на стул, правая рука легла на "мышь". На пластиковом корпусе и столешнице появились грязные пятна. Плевать! Верблюд уставился во все глаза на центральный экран.
  Манипулятор торопливо перебежал на жёлтую иконку с надписью "Видеокамеры". Щелчок. На все три широких монитора тут же выскочили изображения со всех внешних камер видеонаблюдения.
  Все эти три года Верблюд старался изо всех сил сохранить в тайне собственные приготовления к концу света. Боже, каким же наивным он был. О том, что он выживальщик, прознало непозволительно много людей.
  Просто так засесть в убежище, словно слепой и глухой крот, опасно. Верблюд заранее установил два десятка шпионских видеокамер: десять в мастерской, две в канализационном туннеле, две над входной лестницей, остальные шесть на улице. А так же десяток микрофонов: пять в мастерской, три на улице и два в канализационном туннеле. Никаких радиоканалов, только тонкие провода в пластиковой изоляции. Пришлось изрядно повозиться и потратиться, зато результат радует глаз - на трёх широких мониторах появилось ровно двадцать видеокартинок. Из динамика на стене полилась мешанина звуков.
  На центральном мониторе мастерская. Твою дивизию, Верблюд качнул головой, что творится. На улице всё ещё ночь, электричество так и не появилось. На видеокартинках беспорядочно мечутся пятна света. Не меньше десяти человек старательно переворачивают "Антикварную мастерскую" вверх дном. Вот почему над головой "танцует стадо слонов". Если приглядеться, то не званные гости переломали всё, что только можно переломать. В свете яркого фонаря мелькнули разбитые останки 3Д-принтера. Верблюд шмыгнул носом, а так хотелось, чтобы он уцелел.
  В комнате отдыха порядка ни чуть не больше. Диван поставлен на попа и прислонён к стене. Какой-то мужик в грязном и заношенном пиджаке увлечённо потрошит диван изнутри. Клочья мягкого наполнителя и стальные пружины во все стороны. А смысл! Верблюд машинально пожал плечами. Как будто в диване можно спрятать пару мешков риса и ещё ящик с консервами. Мужик-потрошитель на миг обернулся. Ой! Знакомые всё лица! Олень, местный бомж. Всё таки сумел пробраться в "Антикварную мастерскую" и заполучить свой шанс отыскать в старом диване запасы выживальщика.
  Ритмичные удары будто подкрались сзади, Верблюд резко обернулся. А! Ну да, это опять сверху. Глаза пробежались по видеокартинкам. А вот и источник ударов: в кладовке какой-то мужик в подранной куртке в диком исступлении долбит ломом по стальному листу. При каждом ударе из заострённого конца вылетают тучи искр. Рядом на поваленном стеллаже висит яркий фонарик.
  Верблюд напряг глаза. Вроде как ещё один плохо знакомый. Может с прежней работы, может местный дворник, но орудовать ломом он явно умеет. Самое прикольное, плохо знакомый мужик в подранной куртке интуитивно угадал место, где не так уж давно и в самом деле был входной люк. В принципе, так оно и есть: дальний правый угол кладовки - наиболее подходящее место для тайного входа в убежища.
  От радости на душе стало легко и приятно, Верблюд расслабленно улыбнулся. Как хорошо, что в своё время у него хватило ума не просто заварить люк, а выдрать его с "мясом" и наглухо замуровать дыру. А то у мужика с ломом был бы более чем реальный шанс найти вход.
  Бешенный энтузиазм вроде как знакомого мужика в подранной куртке быстро сошёл на нет. Лом затупился, а стальной лист поверх бетона отделался лишь небольшими вмятинами. Зато с лица мужика упали большие мутные капли пота. Но вот плохо знакомый мужик наклонился и едва ли не носом прижался к полу. Руки с содранными в кровь мозолями ощупали пол - ничего, как и следовало ожидать. Мужик распрямился. И вот лом опять принялся долбиться в стальной лист, но уже в другом углу маленькой кладовки. Однако в движениях мужика больше нет былой уверенности и бешенного энтузиазма.
  Ладно, пусть незваные гости развлекаются. Верблюд поднялся со стула. Пора привести себя в порядок. Ему пришлось изрядно побегать, испачкаться в канализационных туннелях и пропотеть словно в бане. От куртки воняет дай боже.
  Верблюд разделся полностью. Душа нет, худо-бедно полноценную помывку придётся организовать позже, а пока сойдут влажные гигиенические салфетки. Верблюд обтёрся ими с ног до головы. Чистый, не чистый, зато, по крайней мере, с кожи сошло неприятное ощущение липкого пота. Где-то здесь должна быть запасная одежда.
  Свежее бельё, полный набор пластиковых щитков из "аварийного комплекта" вернулся обратно на тело. Сверху Верблюд надел тактический костюм "Киргач 2". Камуфлированная расцветка специально для города: серые, стальные и бурые пятна будто собраны из маленьких квадратиков. Верблюд аккуратно застегнул молнию на куртке почти до шеи. Так называемая пиксельная расцветка. Специально, чтобы обмануть цифровые видеокамеры. Мотоциклетный шлем пусть пока останется на столе. Ну а чтобы он не вонял, Верблюд обтёр его наиболее чистыми гигиеническими салфетками.
  Пусть он в убежище, но разгуливать по нему в одних трусах ещё рано. Мировой апокалипсис только-только набирает обороты. Не дай бог придётся в экстренном порядке уносить ноги. А убежать в тактическом костюме будет куда как легче, куда как сподручней. Так, теперь оружие.
  Могучий "Мак-Гид" Верблюд убрал в кобуру на поясе. Пять запасных магазинов разошлись по карманам разгрузки. Что делать со "Вспышкой"? Впрочем, какая разница? Верблюд убрал светошумовую гранату в специальный карман разгрузки.
  Самым приятным приобретением оказались электромагнитные автоматы Гайдукова. Лишь при ярком освещении удалось как следует их рассмотреть. Это действительно ЭМАГ-68 СП. Так называемая гражданская модель боевого автомата вооруженных сил Юрании. СП означает "свободная продажа".
  Если разобраться, то гражданские модели "гайдуков" не намного уступают боевым собратьям. Если подобрать более точное определение - то не такие крутые. Скорей всего, они появились как лобби ВПК. Типа, более простая гражданская модель электромагнитного автомата не настолько опасна, как полноценная боевая. Бред, конечно же, зато отличный повод пустить "гайдуки" в свободную продажу и наварить кучу бабла. Но это мелочи. Главное у ЭМАГ-68 СП стандартные накопители энергии и пули. Верблюд воткнул в ствольную коробку полный магазин. Ирония в том, что он сам хотел было купить точно такой же, да банально не хватило денег. А тут, не было ни гроша, да сразу два "гайдука". В рюкзаках покойных Нибулиных нашлось шесть полных магазинов - маловато будет. Правда, Верблюд опустил "гайдук" на стол, Тагиза Нибулина что-то там говорила о тайнике на бывшей фабрике "Баф". Может быть именно там Нибулины спрятали более солидный запас пуль и накопителей энергии. Только, только, Верблюд поднял глаза, уцелеет ли бывшая фабрика "Баф" после ядерного удара? Это ещё тот вопрос.
  Остальное "наследство" Нибулиных хоть и менее ценное, но не менее важное - продовольствие и аптечки. Всё приятное пополнение к запасам. Уже сейчас продукты питания дефицит. А очень скоро они станут дефицитом жутким.
  Вот, теперь другое дело, Верблюд крутанулся перед большим зеркалом возле компьютерного стола. Если что, то можно и бой принять, и ноги сделать. Теперь можно подкрепиться. За спиной грохнула автоматная очередь. От неожиданности Верблюд присел, руки сами сорвали с плеча "гайдук", указательный палец в последний момент замер на спусковом крючке.
  Кто здесь? Верблюд судорожно оглянулся по сторонам. О, господи, это же компьютер. На всякий случай Верблюд не стал его выключать. Автоматная очередь донеслась из динамика на стене. Но это значит, Верблюд поднял глаза, в "Антикварной мастерской" стреляли.
  Понятно, Верблюд плюхнулся на стул перед тремя мониторами, в мастерской появились новые действующие лица. Четверо мужиков в черных балаклавах очень выразительно размахивают автоматами. Очень может быть, что это точно такие же гражданские "гайдуки". А, может, и нет, Верблюд пожал плечами. В темноте трудно разглядеть подробности. Главное бандиты орут на четыре голоса и кроют кого ни попадя отборными матюгами. Незадачливые грабители, у которых нет "гайдуков", торопливо убегают на улицу. Последним по ступенькам прошлёпал Олень. Его руки пусты, бомжу так и не обломилось поживиться запасами выживальщика.
  Анекдот да и только. Верблюд закатил глаза. Четверо бандитов с "гайдуками" разочарованы и злы. И они явились в "Антикварную мастерскую" за запасами выживальщика. Бог знает, где они шатались и на что рассчитывали, однако вид вселенского погрома и трупы на лестнице их очень даже расстроил. Один из бандитов поднял тупой лом. По убежищу и через динамики на стене опять разнеслись ритмичные удары. Только на этот раз незадачливый грабитель принялся долбить пол прямо в мастерской. Остальные трое разбрелись по комнатам.
  Ладно, пусть новые гости развлекаются как могут. Пробиться с помощью тупого лома через толстый стальной лист, через слой бетона и кирпичный свод убежища будет крайне проблематично, если вообще возможно. Верблюд вновь поднялся из-за стола. Нужно перекусить и выпить. В смысле, утолить жажду.
  Продовольственная кладовка до самого потолка заставлена двадцатилитровыми вёдрами с рисом, овсом, пшеницей и прочими крупами. По идее, начать нужно именно с них. Но возиться с готовкой и варкой долго. Верблюд стащил с полки армейский суточный паёк. Пока придётся пожертвовать им. Пусть не очень рационально, пайки нужно беречь на "чёрный день", зато гораздо быстрее и, чёрт побери, вкуснее.
  Отдельной столовой в убежище нет. Отныне в жилом отделении придётся не только спать и дежурить перед тремя мониторами, но и кушать. Это как жрать перед телевизором. Верблюд опустил на стол суточный армейский паёк. Рядом на столешницу приземлилась бутыль с водой. Все три широких монитора транслируют самое реальное в мире шоу. Причём, Верблюд свинтил с бутылки пластиковую пробку, зрелище аж за душу берёт. Не дай бог поиски многочисленных мародёров увенчаются успехом.
  Большая банка риса со свининой, галеты с яблочным джемом отлично утолили голод. А вода из пластиковой бутылки помогла разделаться с жаждой. Верблюд смачно зевнул. Вот теперь можно и вздремнуть. Похоже, те четверо мужиков с "гайдуками" решили обосноваться в его мастерской как в крепости. Поняли, сволочи, что с помощью одного тупого лома они ничего не найдут. Главное перестали долбиться в пол. Один из бандитов, по виду самый молодой, принялся стаскивать мусор в разгромленную кладовку, двое других поставили диван на место и разлеглись на нём прямо в одежде. Четвёртый засел у входа.
  От усталости слипаются глаза, Верблюд прямо в амуниции бухнулся поверх матраса на армейской кровати. Едва затылок коснулся мягкой подушки, как глаза окончательно захлопнулись. Так-то в хозяйственной кладовке припрятано несколько комплектом постельного белья, но до них очередь ещё дойдет. Пока ещё рано располагаться на ночлег по-человечески в одних трусах. Максимум, что смог позволить себе Верблюд, скинуть берцы.
  

Глава 4. Дёшево, надёжно и практично

  Так часто бывает, когда очень сильно устанешь, набегаешься, да ещё и настреляешься вволю. Кажется, едва-едва прикрыл глаза, едва-едва отошёл в мир грёз, как автоматная очередь грубым пинком вышвырнула обратно в реальный мир. Ну или в виртуальный. Верблюд резко сел на кровати прямо, рука сама схватила "гайдук". Где противник? Дуло автомата описало дугу. Но нет, Верблюд опустил ствол, непосредственная опасность ему не грозит. По крайней мере, пока не грозит.
  Все три широких монитора как и прежде показывают "самое реальное в мире шоу". Верблюд протёр кулаками глаза. Похоже, там, наверху, опять меняется власть. Воздух то и дело сотрясают автоматные очереди. Четверых бандитов оттеснили в комнату отдыха. Один из них, очень может быть, уже готов. Из-под тела возле дивана растекается лужа крови. Но остальные трое ещё отстреливаются.
  Верблюд скосил глаза. В нижнем правом углу центрального монитора дата: 10 сентября, середина шестого часа. День на поверхности в разгаре. На улице должно быть светло. До ядерного армагедона осталось меньше трёх суток. Но кто это мочит бандитов?
  - Полиция, - Верблюд тихо выдохнул.
  Одна из камер позволила разглядеть нападающих - точно полиция, причём в полной броне для подавления уличных беспорядков. Серые тактические костюмы со шлемами, лица укрыты масками противогазов, на плечах звёзды офицеров и лычки сержантов, на рукавах эмблемы сил правопорядка Гаочана. Восемь полицейских весьма грамотно давят бандитов. Верблюд сощурился, в руках у них полноценные армейские "гайдуки".
  - Граната!
  Короткий возглас пробился через треск автоматов. Маленький серый шарик стукнулся о пол и тут же вспыхнул маленькой, но очень яркой звёздочкой. Динамики на стене аж подпрыгнули от усилия передать вселенский грохот. Понятно, Верблюд кивнул, это была "Вспышка", либо её аналог.
  В реальности светошумовая граната, если пялиться на неё, может ослепить на неделю-другую. Хорошо, что мониторы просто не в силах передать всю её ослепительную мощь. Да и не нужно. Бандиты попадали на пол. Все трое оглушены и ослеплены. Двое полицейских торопливо пересекли мастерскую. Три короткие очереди поставили точку в короткой стычке. Профессионалы победили.
  От очередной "серии самого реального в мире шоу" на душе стало грустно и тоскливо. Верблюд тяжело вздохнул. Полицейские тупо пристрелили четырёх гражданских. Они даже не предложили им сложить оружие, даже не пытались обезвредить, когда трое из них валялись на полу с отбитыми ушами и глазами. Нет, полицейские просто пристрелили их без всяких разговоров. Это очень плохой признак. Похоже на то, что власти Гаочана окончательно потеряли контроль над ситуацией, раз отряд полицейских действует как банда мародеров.
  - Бобрун, - на середину комнаты вышел полицейский, судя по звёздочкам на погонах, капитан, - опознать Мастэна сможете?
  - Никак нет, капитан, - полицейский с лычками сержанта стащил с лица маску-противогаз. - Мастэна тут нет.
  - Точно?
  - Да, капитан.
  - Тогда кого мы замочили? - капитан недовольно оглянулся по сторонам.
  - Очень похоже на то, что Геннадий Мастэн ушёл. Я обратил внимание: входная дверь была взломана снаружи, - сержант Бобрун махнул рукой в сторону входа. - Либо его убили. Трупы снаружи мы не осматривали.
  - А это тогда кто? - носком ботинка капитан поддел один из трупов.
  - Мародёры, - сержант Бобрун пожал плечами. - Их теперь множество.
  - Я так понимаю, обыскивать мастерскую смысла нет, - капитан стянул с лица маску-противогаз. - Цырин, тащи радар.
  Дурное предчувствие не просто кольнуло в печень, а воткнуло нож, да ещё и провернуло лезвие в ране несколько раз. Верблюд тут же сорвался с места.
  Радар! Неужели полицейские приволокли с собой свой знаменитый радар для поиска схронов и прочих подземных сооружений? Не приведи господь! Из-под кровати Верблюд торопливо выдернул прямоугольный пульт управления. Передняя крышка усеяна маленькими тумблерами и светодиодными лампочками. До самого последнего момента была надежда, что до подобного дело не дойдёт. Но нет, не свезло, прямоугольный пульт с грохотом опустился на стол. Консервная банка с остатками риса сыграла на пол. Верблюд походя пнул её.
  Четыре квадратных разъёма с большим количеством штырьков воткнуты в стены. На торце прямоугольного пульта управления Верблюд щелчком врубил маленький автоматический выключатель. На лицевой поверхности сразу же загорелись зелёные светодиоды готовности. А что наверху? Верблюд уставился на мониторы.
  Тот, кого капитан назвал Цыриным, опустил на пол квадратный, почти кубический, чемоданчик. Точно радар, Верблюд недовольно поморщился. Такой прибор ему уже довелось видеть и даже наблюдать за его работой. Так, где они? Руки забегали по прямоугольному пульту управления. Сразу пять тумблеров сдвинуты в противоположное направление. Вместо пяти зелёных светодиодов загорелись пять красных. Правая рука легла на большую красную кнопку.
  - Что там у тебя? - капитан склонился над Цыриным.
  - Сейчас, капитан.
  Руки Цырина принялись теребить какие-то переключатели. Там, на лицевой панели, должен быть экран, на который будет выведен результат сканирования. Жаль, его не видно. Полицейские обступили Цырина со всех сторон.
  - Один, два, три, - Верблюд принялся считать полицейских.
  - Ну! - от нетерпения капитан топнул ногой.
  - Здесь пол железный, а под ним железобетон, - Цырин упорно продолжает колдовать над радаром. - Сейчас настрою, капитан.
  - Восемь, - закончил Верблюд.
  Полицейские, все восемь человек, столпились вокруг радара. Точно все? Глаза лихорадочно проскочили по всем видеокартинкам. Точно все - в комнате отдыха и на улице рядом никого нет. День в разгаре. Пустая площадь Блошиный рынок просматривается из конца в конец. Пожалуй, хватит и трёх. Левой рукой Верблюд выключил два тумблера.
  - Цырин, не томи! Жрать хочется, - протянул один из полицейских.
  - Не мешай, - огрызнулся Цырин.
  - А бухло у Мастэна есть? После такой свистопляски мне нажраться нужно, чтобы лёжа качало, - уже другой полицейский принялся мечтать вслух.
  - Ты ещё спроси, может он у себя бабу припрятал.
  - От бабы я бы тоже не отказался.
  - Заткнулись все, - тихо рявкнул капитан. - Не знаю, как там насчёт бухла и бабы, а вот то, что за Геннадием Мастэном числятся два арбалета, дробовик и снайперская винтовка, это точно. Так же велика вероятность, что он нелегально владеет пороховым пистолетом "Мак-Гид".
  Разговоры тут же смолкли. Радар на полу мастерской продолжает тихо гудеть и озабоченно пищать. Цырин с упорством маньяка продолжает вертеть ручки и тыкать кнопки. Капитан было глянул на подчинённых, что столпились вокруг радара, но лишь махнул рукой.
  - Есть! - радостно гаркнул Цырин. - Капитан, под нами схрон!
  - Отлично, - капитан разогнул спину. - Бобрун, крак-гранату.
  - А вот это вы зря, - тихо прошептал Верблюд.
  Указательный палец до упора утопил красную кнопку на пульте управления. Под потолком в мастерской раздался тихий хлопок. Три стальных цилиндра вывались из-за потолочных плиток и повисли на тонких стальных тросиках.
  - Какого чёрта! - капитан резко обернулся.
  Тройной взрыв в тот же миг забил все видеокамеры в мастерской чёрным дымом. Через наружные видеокамеры Верблюд успел заметить, как по лестнице из входной двери вырвалось большое чёрное облако. "Антикварная мастерская" будто выдохнула дымом.
  - Да чтоб вас, - Верблюд тихо ругнулся.
  Пробиться в убежище взрывная волна не могла в принципе, зато славно долбанула по ушам волной звуковой. На миг окружающий мир наполнился звоном.
  Чёрный дым медленно, будто нехотя, сочится прочь из "Антикварной мастерской". Получилось или нет? Верблюд нервно заёрзал на стуле. От возбуждения покалывает кончики пальцев. Отряд полицейских подтвердил давнее подозрение - его имя и в самом деле попало в специальную базу данных о выживальщиках. Проклятые компьютеры сумели даже вычислить, что у него нелегальный пистолет "Мак-Гид". Капитан, бог знает как его звали, специально привёл отряд за Геннадием Мастэном. Причём не просто привел в "Антикварную мастерскую", а не забыл прихватить специальный радар.
  О! Приятный сюрприз - ни одна из видеокамер не пострадала. Устойчивые видеокартинки можно наблюдать со всех без исключения видеокамер. Да и микрофоны работают. Чёрный дым частично развеялся, частично вышел наружу через входную дверь. Над полом в мастерской будто приподнялся театральный занавес.
  - Твою дивизию, - Верблюд расслабленно улыбнулся.
  С души будто свалился камень: все восемь полицейских словно поломанные манекены валяются на полу. Под каждым уже скопилась лужа крови. Только капитан, кажись, ещё шевелится. Верблюд едва ли не ткнулся носом в монитор. Ан нет, уже не шевелится.
  Это даже хорошо, что цивилизация в Гаочане окончательно накрылась медным тазом. То, что эти восемь человек до самого последнего конца защищали закон и порядок, больше не верится. Отряд полицейских превратился в банду мародёров.
  Восемь хорошо обученных и вооружённых человек - это сила. У этого полицейского отряда были реальные шансы пережить апокалипсис. Единственное, чего им не хватало, так это убежища и запасов еды. Они серьёзно рассчитывали поживиться запасами выживальщика как минимум, а то и засесть в его убежище и переждать кризис как максимум. Но им не повезло.
  Когда Верблюд окончательно понял, что его самая большая тайна на самом деле уже и не тайна, то вместе с полом как следует отремонтировал потолок. Так называемый навесной потолок отлично замаскировал самодельные осколочные бомбы. Когда знаешь как, то не так уж и сложно соорудить из подручных материалов пластиковую взрывчатку. Пусть не такую надёжную и мощную, как заводская, но достаточно качественную, чтобы положить на месте отряд бывших полицейских в полной экипировке для подавления уличных беспорядков.
  И снова, как и с видеокамерами, никаких радиоканалов, только провода. По идее, управление самодельными бомбами можно было бы завести в компьютер. Однако Верблюд предпочёл собрать самодельный пульт управления. И вновь голая электротехника, электроники как таковой нет совсем. Грубо и неэтично, зато дешёво, надёжно и практично. Как его там может получиться - бог его знает. Зато электромагнитный импульс от ядерного взрыва не уничтожит единственную линию обороны его убежища.
  Большая зелёная жаба будто выползла из-под кровати и почти ласково обняла за шею. Верблюд недовольно заскрипел ногтями по столешнице. Над головой, на полу в мастерской, валяются очень даже аппетитные трофеи. Одних только электромагнитных автоматов будет двенадцать штук. А к ним накопители энергии, пули. У полицейских была как минимум одна крак-граната, а так же противогазы, шлемы, пистолеты и восемь комплектов отличной брони. Но, Верблюд шмыгнул носом, ничего не получится. О том, чтобы выбраться на поверхность за всем этим богатством, не может быть и речи. Слишком опасно.
  Пока его убежищу никто и ничто не угрожает. Если не найдутся новые желающие поживиться его запасами, то очень скоро трупы в "Антикварной мастерской" начнут разлагаться. Невыносимый трупный запах с гарантией отпугнёт как потенциальных мародёров, так и потенциальных жильцов. Вдруг кому из горожан придёт в голову поселиться в полуподвале, где очень даже удобно держать оборону.
  Кушать не хочется, спать тоже. Можно послушать, что мире делается. Верблюд аккуратно отсоединил прямоугольный пульт управления от разъёмов в стене и спрятал его обратно под кровать. Не дай бог ещё пригодится. На свободный край столешницы Верблюд поставил радиоприёмник. Под землёй связь никакая, проблематично поймать даже ФМ-волну местной радиостанции. Но это не проблема. Ещё в мирное время, как раз для подобного случая, Верблюд вывел на поверхность антенну. Нужно только подсоединить разъём.
  Из динамика полился треск и свист помех. Электроника радиоприёмника принялась прощупывать эфир.
  - ...ит радио Гаочана. Если вы меня слышите, значит вы ещё живы, - голос радиоведущего слегка коверкает звуки и слова, как будто он весьма изрядно принял на грудь, но, всё же, сел за микрофон. - Коротко о самом главном - нам хана. Нашему любимому правительству... Тому самому правительству в Вейтине, которому мы много-много лет исправно платили налоги, на нас, уважаемые радиослушатели, насрать. Корабли нашего доблестного ВМС во всю бороздят моря и океаны Ксинэи. Говорят, они рыбу ловят, но мне в этот бред почему-то не верится.
  Радиоведущий мелко-мелко захихикал. Да он точно пьян.
  - На улицах нашего некогда горячо любимого города творится чёрт знает что и с боку бантик. Как мне сообщили, полиция целиком и полностью перешла на сторону толпы. Полицейские, закон и порядок, ети мать, грабят то, что ещё сегодня утром пытались защитить. Мы сидим в правительственном комплексе на Площади величия и с величайшим величием взираем на вас с высока. Что творится в других районах города, то ведает лишь господь бог. Хотя нет, не только он.
  Радиоведущий громогласно икнул. Из динамика долетел шум наливаемой воды (воды ли?).
  - Наше любимое правительство, - радиоведущий с треском опустил стакан, - объявило всеобщую мобилизацию. Так что если вам повезло удрать из Гаочана, то можете записаться в армию. Как долго вы проживёте, я сказать не могу, но разок-другой вас обязательно покормят. К другим новостям.
  Снова треск стакана и хруст то ли яблока, то ли колбасы. Чем там радиоведущий закусывает.
  - К Сегарской военно-морской базе настоятельно не рекомендую приближаться на пушечный выстрел. Наши бравые моряки пуляют без разбора и без предупреждения. А если вы взгляните на ночное небо, то вас ждёт незабываемое зрелище. Наша орбитальная группировка развернулась на все сто и один процент. Говорят, там очень скоро будет очень жарко, а потом придётся долго, долго падать.
  Не знаю, утешит ли вас эта новость или нет, - радиоведущий шумно рыгнул, - но и в других странах нашей незабвенной Лиги очень свободных наций творится чёрти что и с боку бантик. Может быть даже два бантика.
  Это я то пьяный? Да вы сами тут все пьяные!
  Шум борьбы. Потом что-то щёлкнуло. Из динамика вновь полился треск и свист помех. Эфир закончен. Верблюд грустно улыбнулся. Интересно, а диджей Чумовой всё ещё вещает? Пальцы вновь крутанули ручку настройки, электроника радиоприёмника вновь принялась прощупывать эфир.
  - Вы не поверите! - судя по голосу, это и есть диджей Чумовой. - На Аните, на поверхности нашей луны, началась натуральная война! Войска Лиги свободных наций и Федерации социалистических республик вцепились друг другу в глотки. Если у вас уже ночь, то гляньте на Аниту. Даже невооружённым взглядом можно заметить на её лике яркие вспышки. Это ухают ядерные бомбы. Другое дело, что на нашем естественном спутнике нет атмосферы, а потому не самый мирный атом не так эффективен.
  Диджей Чумовой шумно выдохнул.
  - Ещё, благодаря сети радиолюбителей, до меня дошли новости из Вейтина. Наше правительство на какой-то чёрт разворачивает полевую армию. Будто у кого-то хватит тупости позариться на Юранские острова. Как не сложно догадаться, на самом деле солдатам этой самой полевой армии придётся воевать с собственными согражданами.
  На этом пока всё. Те, кто сумеет выжить, запомните: хронику конца света вы услышали от диджея Чумового!
  И вновь динамик радиоприёмника выплеснул треск и свист помех. Диджей Чумовой то ли отключился, то ли его больше нет.
  Искать новости окончательно расхотелось. Верблюд сдвинул радиоприёмник на край стола. Мир не просто катится, а летит в пропасть. Самое обидное, до сих пор не ясно, из-за чего, собственно, начался весь этот сыр-бор. События нарастают словно снежный ком. Холодная война накопила огромное напряжение в мире. И вот теперь происходит разрядка едва ли не со скоростью молнии.
  - Ой! Неужели это всё Верблюд наделал?
  Чей-то писклявый голос полон ужаса. Верблюд нервно дёрнулся. Глаза сами уставились в центральный монитор. Господи, в его мастерской опять посетители. Это даже не смешно. Интересно, в Зинганане был хотя бы один человек, который не знал, что на площади Блошиный рынок, под вывеской "Антикварная мастерская", не так давно жил выживальщик? И кого это чёрт принёс на этот раз?
  Семь человек в чёрных куртках бродят по мастерской. Ещё трое испуганно жмутся на лестнице на улицу.
  - А кто же ещё? - отозвался хорошо знакомый голос. - Шпилька говорит, он бывший спецназовец.
  Во дела! Верблюд тихо рассмеялся. Да это же Забой, бывший парень Шпильки. Она что, не придумала ничего лучше, как вернуться к нему? Она же, скорей всего, слила информацию, где можно поживиться жрачкой и бухлом.
  - А легавых тоже он положил? - тощий тип из кодлы Забоя испуганно озирается по сторонам и трясётся как осиновый лист.
  - Какая разница, он или не он, - огрызнулся Забой. - Мы опоздали. Нужно было ещё вчера приходить. Если тут что и было, то давно унесли. Ладно, хрен с ним, потрошим легавых.
  Забой сдёрнул с головы капитана полиции шлем и принялся расстёгивать форменную куртку.
  - Зачем, Забой? - из комнаты отдыха вышел упитанный тип, другой знакомый из кодлы Забоя.
  - Ты тупой? Или только притворяешься? - Забой с трудом выдернул руку капитана из рукава. - Мы такими стволами обзаведёмся!
  - А форма зачем? - упитанный тип по-прежнему корчит из себя дурака. - Она же вся грязная, в крови.
  - Ну ты точно тупой, - Забой перевернул труп капитана. - Это не просто форма. Это защита клёвая. Её не то что кулаком, ножом не прошибёшь. Один хрен поживиться здесь больше нечем.
  - А-а-а, ну да, - нехотя согласился упитанный тип.
  Да-а-а... Забой если не умный, то толковый вожак. Кроме как оружием и защитной формой поживиться в мастерской и в самом деле больше нечем. Одна радость, Забой походя пнул радар. Квадратный почти кубический ящик отлетел к стене. Из трещин в корпусе посыпались искры и повалил дым. Верблюд самодовольно потёр руки, теперь эта хрень точно больше не работает.
  Торопливость Забоя и его не брезгливость передались и остальным членам банды. Мародёры не постеснялись раздеть до голой задницы не только полицейских, но и трупы своих неудачливых предшественников.
  - Забой! - в мастерскую ввалился один из тех, что караулил на входе. - Там, на другой стороне площади, какая-то кодла в нашу сторону прёт!
  - А ты зассал? - Забой швырнул подельнику "гайдук". - На! Отобьёмся.
  Где на площади? Верблюд тут же перевёл взгляд на внешние видеокамеры. И в самом деле с противоположного конца площади бойким темпом приближается небольшая толпа людей. У многих в руках палки, дубинки и самодельные копья. Верблюд качнул головой, неужели и эти припёрлись за его запасами? Да когда же это кончится?
  - Суки!!! - Забой полоснул по толпе из "гайдука".
  Несколько человек тут же рухнули между обломками самодельных прилавков. Остальные брызнули в разные стороны как тараканы.
  - Братва, уходим! - Забой качнул автоматом.
  Кодла Забоя в один момент выскочила из объектива крайней видеокамеры. Наверно свернули в ближайший переулок. Верблюд откинулся на спинку стула. Филиал ада на Ксинэе, в славном городе Гаочан, можно считать открытым. Как хорошо, что у него есть возможность тупо пересидеть подальше от чужих глаз самое интересное. Впрочем, Верблюд зевнул, зачем сидеть, когда можно лежать и даже спать?
  Верблюд скинул ботинки и вновь прилёг на армейскую кровать. Желудок принялся намекать на пожрать, но пусть заткнётся. Верблюд хлопнул себя по животу. Ему предстоит долгая жизнь в четырёх стенах. Чтобы не запустить себя, не деградировать, нужно будет соблюдать очень строгий режим дня: учёба, спорт, учёба, спорт. Иногда, для разнообразия, еда и сон. Но это позже, когда минует самая острая, самая горячая фаза ядерной войны. А пока гораздо важнее быть готовым в любую минуту сорваться с места и бежать. Сегодня ещё только десятое сентября. До тринадцатого дня тринадцатого года осталось больше двух суток.
  

Глава 5. Стресс для психики

  Пи! Пи! Пи! Пи! Пи!
  Верблюд перевернулся на левый бок, ладонь машинально прикрыла ухо. Однако проклятый сигнал тревоги один хрен сверлит мозг.
  Сигнал тревоги? Сон долой, Верблюд тут же сел на армейской кровати прямо. Рука подхватила прислонённый к стене "гайдук". Но-о-о... Что ещё за сигнал тревоги? Как таковой сигнализации в убежище нет, только внешние микрофоны. Верблюд специально выкрутил динамики на максимальную мощность. Но это точно не они. Тогда что?
  "Гайдук" прислонился обратно к стене. Верблюд пересел на стул. На внешних видеокамерах ничего страшного или опасного. Да и динамик на стене молчит. Хотя..., Верблюд наморщил лоб, у него что-то было ещё. Причём на этот раз оно, это самое, точно завязано на компьютер убежища.
  Пошли третьи сутки, как Верблюд засел в убежище у себя под "Антикварной мастерской". Армагедон на поверхности раскрутился на полную катушку и даже успел немного выдохнуться. Прошло достаточно времени, чтобы все, кто только хотел, убрались из Гаочана. Ну, либо погибли прямо на дороге. Людей на улицах Зинганана стало меньше на порядки, а вот тишины почти не убавилось. Хотя, если разобраться, Верблюд успел соскучится по прежней суете и звукам большого города, по шелесту шин легковых машин, музыки из динамиков и громким голосам не всегда трезвых компаний.
  Теперь же звуки большого города стали совершенно другими. Внешние микрофоны то и дело доносят стрельбу и взрывы. Иногда тишину площади разрезают предсмертные крики. Очень редко, буквально пару раз, по близости проезжала то ли грузовая машина, то ли что-нибудь более солидное, типа броневика.
  На площади Блошиный рынок время от времени мелькали группы людей. Разок прямо на глазах Верблюда развернулось самое настоящее сражение между двумя бандами. Причём именно сражение, а не бой. Ни у кого из бандитов не оказалось даже травматического пистолета. В ход пошли исключительно дубинки, ножи и самодельные копья. Да и люди теперь передвигаются по площади не как раньше свободно и с гордо поднятой головой, а рывками, пригнувшись, словно по минному полю под пулемётным огнём противника.
  Раз десять в мастерскую над головой наведывались всё новые и новые визитёры. Каждый раз они обыскивали обе комнаты и долбили пол всё тем же в конец тупым ломом. К счастью, убойный запах мёртвых тел наконец-то сделал своё чёрное дело - новые желающие поживиться запасами выживальщика постепенно перевелись.
  Жизнь в добровольном заточении быстро устаканилась. Колёса, можно сказать, нащупали колею. Верблюд разобрал все трофеи и навёл в убежище порядок. Вентиляция исправно закачивает снаружи воздух прямо с улицы. Пока ни разу не пришлось пустить в ход серьёзные фильтры против радиационной пыли или какой-нибудь ядовитой дряни. Генератор на низкопотенциальном тепле исправно закачивает в накопители электричество и в баки воду. Отработанный до жидкого состояния воздух Верблюд сливает прямо в канализационный сток за стеной. Правда, если только в туннеле никого нет. Впрочем, тоненькую струйку жидкого воздуха совсем не видно, а запах нечистот надёжно забивает весьма характерный металлический привкус.
  Верблюд быстро наладил кухню. Сварить кашу из риса или зерна несложно. Маленькая электрическая плитка потребляет относительно мало энергии. Самым сложным было наладить вентиляцию походной кухни. Уже сейчас на улицах Гаочана свирепствует голод. А дальше будет ещё хуже. Запах еды легко и просто может стать тем самым маяком, что укажет голодным горожанам на его убежище. По этой причине Верблюд соорудил над электрической плиткой вытяжку, а воздух с убойными запахами еды вывел не просто в туннель, а под канаву со сточной водой. Опять же, приходится всё время смотреть, чтобы в канализационном туннеле никого не было. Зато нечистоты точно так же надёжно забивают запах риса, круп и прочей еды.
  Единственное, Верблюда постоянно гложет страх, что его убежище вот-вот будет раскрыто. По этой причине вот уже третью ночь он выворачивает громкость динамиков на максимум, а сам спит рядом на армейской кровати. И вот теперь его разбудил какой-то непонятный сигнал.
  Пи! Пи! Пи! Пи! Пи!
  Сигнал тревоги будто издевается. Верблюд тряхнул головой, в сознании забрезжил рассвет. Господи, правая рука легла на манипулятор "мышь", нельзя же быть таким тупым. Если в мастерской над головой никого нет, канализационный туннель через стену так же пуст, значит, сработал сейсмодатчик.
  Курсор в виде стрелки развернул небольшое приложение. Как менее важный прибор Верблюд завёл сигнал с сейсмодатчика прямо в компьютер. Так проще и дешевле. Ну да, это точно он.
  Сейсмодатчик, как и многое другое, Верблюд купил на складе Риха Нибулина, да будет земля ему пухом. Ждать чудес от одного единственного сейсмодатчика не стоит. Но, всё же, он не просто зафиксировал толчки в земной толще, но и сумел определить направление. На левом мониторе Верблюд развернул электронную карту Гаочана и его окрестностей. Очень похоже на то, что на мегаполис всё же упала бомба. Правда, не ядерная, а обычная. Другое дело, что на Ксинэе даже так называемые обычные бомбы по мощности, по разрушительной силе, весьма и весьма приблизились к ядерным. У обоих блоков появились так называемые неядерные стратегические силы. В смысле, неядерные баллистические ракеты разной дальности.
  Засечь направление и прикинуть по карте, Верблюд перевёл взгляд с центрального монитора на левый. Особой точности и не требуется - эпицентр взрыва находится где-то на северо-востоке от убежища. А в этом направлении только две достойные цели для стратегических неядерных сил - правительственный комплекс на острове Тихнан и Сегарская военно-морская база на берегу Сегарского залива. Хотя, если прикинуть, то правительственный комплекс гораздо более вероятная цель.
  Верблюд откинулся на спинку стула. Что ещё можно сказать? Только одно - началось. Это уже не кибератака и уличные беспорядки, это уже прямая агрессия.
  В пару кликов Верблюд вывел на центральный монитор изображение с видеокамер, что смотрят на площадь Блошиный рынок. Никого. Вообще никого не видно. Люди будто почуяли неладное и попрятались кто где. А если послушать радио?
  Лёгкий щелчок по переключателю, радиоприёмник тут же ожил, но из динамика опять выплеснулись треск и свист помех. Верблюд крутанул ручку настройки.
  - ...ать на площади. Кто может...
  Кто и что может вновь утонули в помехах.
  - ...ёт господь наш на помощь нам. Да спасёт он праведников и покарает грешников. Братья...
  Верблюд вновь крутанул ручку настройки. Ещё только религиозного бреда для полного счастья ему и не хватало. Конец света - очень серьёзный стресс для психики. Как говорится, каждый сходит с ума по-своему.
  Колёсико настройки медленно прощупывают эфир. Из динамика время от времени вылетают обрывки слов, какие-то сигналы и шифры. В эфире творится чёрт знает что и с боку бантик, даже два бантика. Верблюд улыбнулся. Вполне возможно, что сейчас во всю полыхает война между системами РЭБ. Просто радиостанции, у которых нет специальных защит, походя глушат.
  Диапазон частот постепенно спустился до ФМ. На этих волнах если что и можно поймать, то только местные радиоисточники.
  - ...ит Трескун! Если вы меня слышите, значит вы ещё живы!
  Пальцы ещё чуть-чуть подкрутили настройку туда-сюда, голос какого-то там Трескуна зазвучал несколько чище и громче.
  - Для тех, кто только что присоединился ко мне, сообщаю - я сижу на крыше небоскрёба на Танарской улице. Мне от сюда до хрена что видно.
  Верблюд скосил глаза. Танарская улица, это остров Тихнан, самый деловой район Гаочана. Там как раз полно высоток в сотню этажей и более.
  - Буквально несколько минут назад правительственный комплекс на острове Тихнан приказал долго жить. Федералы шарахнули по нему чем-то мощным, но, слава богу, не радиоактивным. Столб пыли похож на дым огня, только серый. К слову, пожары в Гаочане почти прекратились. Всё, что только могло сгореть, уже сгорело. Да здравствуют железобетонные джунгли, сограждане!
  Голос Трескуна дрожит от возбуждения. Очень похоже на то, что он пьян, а то и хуже - под кайфом. Зато, по крайней мере, он не несёт религиозную околесицу.
  - Федералы пытались грохнуть заодно и военно-морскую базу, только ни хрена у них не получилось. Офигеть! Я видел грандиозное шоу. Вояки в синих штанишках отбились! Они применили то ли ракеты, то ли лучи смерти, то ли заклинания Вуду. Но в небе над базой славно бабахнуло!
  Трескун и в самом деле трещит не переставая. Новостей как таковых нет. Чокнутый радиолюбитель просто озвучивает то, что видят его глаза. Ну а так как он засел высоко, то и видит он много чего.
  - Кибератака вырубила во всём Гаочане свет. "Великое затемнение" плавно переросло в конец света. Кто только мог, тот уже смотался из Гаочана. Хотя нет, вру - буквально на соседней улице какие-то придурки самозабвенно палят друг в друга из дробовиков. Федералам наш Гаочан больше нахрен не нужен! Мы и сами прекрасно перестреляли друг друга! Какой теперь прок тратить кучу нестабильных изотопов на наш грешный город? Да здравствует новая железобетонная пустыня! Да не вырастут не ней ядерные грибы! Да не покроется она радиоактивным пеплом!
  Трескун трещит и трещит. Хоть бы смачивал горло время от времени, или хотя бы закусывал. Верблюд усмехнулся, если только у Трескуна осталось чем смазать и закусить. Впрочем, ему недолго осталось сотрясать эфир словесным поносом. Верблюд скосил глаза, в правом нижнем углу монитора отражается зловещая дата: 13 сентября 8313-ый год. Иначе говоря, тринадцатый день тринадцатого года. Именно в этот день заканчивается время на подготовку к выживанию в выделенной локации и начинается новый отсчёт, но уже на полгода.
  Радиоприёмник сдвинут на край стола. Трескун продолжает трещать, повторять одно и тоже по пятому и десятому разу. Ну и пусть. Хоть какие-то глаза и уши в большом внешнем мире. Из кладовки с запасами продовольствия Верблюд принёс бутыль воды и большую упаковку картофельных чипсов с сыром. Так-то работать надо, чистоту навести, учёбой заняться, но не хочется. Совсем-совсем не хочется. Как-то несолидно встречать конец света с веником в руке.
  Первый хрустящий кружок картофеля со вкусом сыра упал на язык. Верблюд принялся механически жевать. Его накрыло очень странное ощущение. Будь он в реальности, то мог бы смело заявить, что чувствует себя как в компьютерной игре. Но в том-то и дело: он и в самом деле в компьютерной игре. Сознание с трудом воспринимает происходящее как компьютерную игру. Память с большой неохотой вспоминает, что да, до Гаочана, Зинганана и "Антикварной мастерской" у него была другая жизнь в другой реальности. Верблюд свернул с бутылки пластиковую пробку. В той другой реальности он был инвалидом, у которого напрочь не работали ноги, а правая рука едва-едва шевелилась. Но это было практически три года тому назад. Верблюд закинул в рот сразу два кусочка хрустящего картофеля. Человек устроен так, что быстро и охотно забывает самое неприятное, о чём меньше всего хочется думать.
  Потянулись часы ожидания. Минуты, словно вода, принялись уходить в песок. Одно плохо, Верблюд принёс из кладовки уже четвёртую пачку с картофельными чипсами, эти часы никак нельзя назвать томительными. Внешние видеокамеры показывают мир рядом с убежищем. Трескун почти не замолкая трещит и трещит. Верблюд несколько раз крутил настройку, но ничего конкретного так и не поймал. Кажется, будто большой пребольшой мир и в самом деле затаился и приготовился к худшему, к самому худшему, к концу света.
  Одна радость - в душе маленькой лампадкой светится тёплый огонёк. Верблюд аккуратно опустил на пол пустую пластиковую бутылку. Он сумел, он успел подготовиться к концу света. Сейчас его убежище - самое безопасное, самое надёжной место во всём Гаочане. Ну, Верблюд криво улыбнулся, как минимум на площади Блошиный рынок.
  - Чуваки!!! - Трескун заверещал так, будто через него пустили пару сотен вольт и пару десятков ампер. - Я вижу та...
  Трескун заткнулся буквально на половине слова. Следом вырубились все три монитора и погас свет. Секунда, вторая, третья. Верблюд принялся тихо считать. Пол под ногами вздрогнул. Над головой что-то грохнуло. В кладовке с припасами с полок просыпались консервные банки.
  Земля под ногами вздрогнула ещё раз. Чуть менее сильно, чем в первый, но не менее страшно. Верблюд выпрямился на стуле. Душу будто сковала ледяная мгла. Сердце от ужаса сжалось в чёрную дыру. Страх стиснул грудную клетку. Над головой будто проскочил тяжёлый железнодорожный состав. Густой гул будто затолкал в уши сырые куски ваты.
  Это уже не начало, это уже конец. Простая мысль помогла прийти в себя, Верблюд шумно выдохнул. Сердце тут же развернулось в нормальное состояние и вновь ритмично забилось в груди. О том, что творится на поверхности, лучше не думать. Впрочем, Верблюд слабо пошевелился, именно к этому моменту он готовился три года, три долгих и прекрасных года.
  Всё как в учебнике по основам ядерного оружия. Первым был ЭМИ - электромагнитный импульс большой мощности. Именно он вырубил компьютер и прочую электронику в убежище. Сейсмические волны распространяются в плотной земле гораздо быстрее, чем в атмосфере. Следом за ЭМИ пришла подземная ударная волна. Причём, Верблюд поднял глаза к тёмному потолку, толчков было два. Очень похоже на то, что и ядерных взрывов было два. И самой последней над ним прокатилась воздушная ударная волна. Хотя, если разобраться, это был гул. Пусть и очень мощный, но всего лишь гул. Есть надежда, что дома над головой уцелели. Иначе о крышу убежища до сих пор бы барабанили бы обломки стен и перекрытий. Как бы цинично это не звучало, но это хороший признак. Очень похоже на то, что Трескун, да примет господь его грешную душу, был прав. Почти прав, Верблюд мысленно поправил сам себя.
  Ядерная война, конечно, унесёт много десятков миллионов человеческих жизней. Это так. Только население городов и стран само по себе не является целью для ядерных ракет и бомб. В первую очередь всегда планирую уничтожить военный и промышленный потенциал противника, его заводы, арсеналы, базы, порты. Гибель мирного населения идёт как сопутствующие жертвы, как бы цинично это не звучало. Так что вряд ли федералы, блок Федерации социалистических республик, стали бы бомбить и так практически пустой Гаочан. А вот его огромный промышленный порт и Сегарскую военно-морскую базу - это сам бог велел.
  Чернильная темнота больше не кажется ледяным ужасом. Верблюд на ощупь вытащил из ящика стола парафиновую свечу в бронзовом подсвечнике и коробок самых обычных спичей. Самому древнему осветительному прибору ЭМИ не страшен. Робкий жёлтый огонёк осветил столешницу и три мёртвых монитора. Из того же ящика на стол перекочевала бутылка вина "Янтарная долина" и хрустальный бокал. И то и другое удалось приобрести почти дёшево на складе Риха Нибулина. Ему как-то перепал целый контейнер с алкоголем, в том числе с очень даже неплохими марочными винами.
  Красное вино наполнило бокал почти до половины. Верблюд аккуратно подхватил его за тонкую ножку. Самое время выпить за упокой души мирной жизни на Ксинэе. С тихим мелодичным звоном хрустальный бокал чокнулся с бутылкой. Верблюд за раз выпил вино до дна. Рих Нибулин не соврал - "Янтарная долина" и в самом деле отличное вино.
  Слегка расфокусировать взгляд, Верблюд развернул внутренний интерфейс игры. Как раз начался седьмой час. Получается, что и первый ядерный взрыв бахнул точно в семь часов. Причём именно в этот момент истёк трёхгодичный срок, что был отпущен ему на подготовку. Обратный отсчёт тикает вновь, только на этот раз впереди полгода. Второй по счёту самый долгий и самый приятный пункт миссии "Ядерный конфликт" выполнен. Аминь.
  Верблюд вновь наполнил бокал. Нужно было бы заранее приготовить закусь, но как-то забыл об этом. Впрочем, не страшно. И без закуси обстановка в убежище почти романтическая. Пусть "Другая реальность" всего лишь игра, но, может быть, она является отражением реальных событий. Причиной конфликта между Лигой свободных наций и Федерацией социалистических республик стало что-то, что удалось найти самой первой совместной экспедиции на Митизане, естественном спутнике Тинвара, газового гиганта. Наверное, что-то связанное с инопланетянами, с их крутыми технологиями. Вот это как раз и может быть очень серьёзной причиной, по которой два военно-политических блока в один момент позабыли о мире и вцепились друг другу в глотки ядреными клыками.
  Вместе с третьим бокалом бутылка "Янтарной долины" опустела. Верблюд переставил её на пол рядом с пластиковой из-под воды. В голове яркой молнией сверкнула мысль - а стоит ли жить полноценной жизнью в постъядерном мире? Сейчас на поверхности окончательно и в полную мощность заработал филиал ада в этой реальности. Ну или виртуальности. Грань между этими двумя понятиями для него почти полностью стёрлась. Верблюд поднял глаза, потолок будто затянут чёрной плёнкой. И от этого ада его отделяет лишь кирпичное перекрытие, тонкий слой бетона и ещё более тонкий стальной лист. Ведь здесь, вполне возможно, ему придётся бродить по радиоактивным развалинам и постоянно носить "свинцовые трусы".
  Верблюд медленно повернул голову. В той стороне, за тонкой перегородкой из гипсокартона, в самодельном шкафчике, припрятана пара комплектов "Лат 4.1", списанная армейская химзащита. А ещё ему придётся каждый день вести борьбу за существование. Не стоит обманывать самого себя: здесь и сейчас у него действует "филиал рая", но запасы еды и снаряжения рано или поздно закончатся. Тогда как в реальности, пусть даже в инвалидном кресле, он будет избавлен от ужасов постъядерного мира. Пусть и не на своих двоих, но у него будет шанс дожить до глубокой старости. Ведь не зря Сильвестр Краснобаев, главврач "Липок", любил повторять, что инвалиды типа Верблюда чаще всего умирают от тоски. Ну а если инвалид-колясочник сумеет найти смысл жизни, то он может запросто дотянуть хоть до семидесяти лет, хоть до девяносто.
  Два местных часа, почти пять земных, Верблюд просидел на стуле перед мёртвыми мониторами. Тонкая парафиновая свеча едва не сгорела полностью. Воздух пропитался духотой, ведь не только он, но и крошечный огонёк почти полностью выбрали кислород внутри убежища. Нужно шевелиться, что-то делать, хотя бы приоткрыть вентиль на баллоне с кислородом, а то можно банально задохнуться. Ладно, Верблюд поднялся на ноги, хватит хандрить. Он не для того три года пахал как проклятый, чтобы сдохнуть от тоски и нехватки кислорода в этом прекрасно оборудованном убежище.
  Электромагнитный импульс вырубил электронику, но не убил её полностью. Верблюд заранее подготовился и к этому. Не прошло и половины местного часа, как в убежище вновь вспыхнул свет и зашуршал вентилятор приточной вентиляции.
  Едва заработала энергосистема убежища, как тревожно запищали детекторы радиации. Ну да, в первые часы после ядерного взрыва убийственное излучение самое мощное, но, буквально за пару недель, оно должно сильно упасть. Когда же заработали внешние видеокамеры, то Верблюд пережил сильный шок. Удивительно, но его выделенная локация осталось целой. Взрывная волна от двух ядерных взрывов вышибла все окна. Местами вместе с косяками вылетели двери, но на этом видимые разрушения закончились.
  Очень похоже на то, что малая мощность двух ядерных бомб была компенсирована высокой точностью. Раз дома как минимум на площади Блошиный рынок остались почти целыми. Верблюд кисло улыбнулся. Самый большой кошмар, радиоактивные развалины, благополучно развеялся. Хотя, улыбка тут же сползла с его лица, с другой стороны, заодно в Гаочане уцелели люди. Пусть и не в прежних количествах, но вполне достаточно, чтобы заставить его передвигаться по городу максимально тихо, незаметно и осторожно.
  Впрочем, как ни крути, а ему придётся просидеть в убежище не меньше двух-трёх месяцев. Вход пошло ядерное оружие. Только господь бог ведает, сколько миллионов душ в тринадцатый день тринадцатого года отправилась к нему на суд. Но, как бы цинично это не звучало, живых людей осталось всё равно слишком много. Нужно подождать, пока радиация, голод и банды мародёров сократят население до минимума. Пока на израненной земле Ксинэи не установится новое экономическое и пищевое равновесие. Такова суровая правда жизни и ещё более суровая логика компьютерной игры.
  

Глава 6. Голодное представление

  Два электрических вентилятора с широкими лопастями равномерно и монотонно нагнетают на грудь и голову потоки воздуха. В убежище достаточно прохладно. Простой ртутный термометр стабильно показывает восемнадцать градусов. Однако Верблюду жарко, очень жарко. Тонкими мутными струйками пот стекает с висков, светлая футболка и синие спортивные штаны потемнели от влаги. Мутные капли то и дело срываются с носа и кончиков пальцев. А всё потому, что Верблюд бежит по беговой дорожке.
  Чёрная лента с лёгким шелестом скользит под спортивными кедами. На экране управления перед глазами горит цифра десять. То есть, чёрная лента скользит со скоростью десять километров в час. Тяжёлый рюкзак, наследство супругов Нибулиных, оттягивает плечи. Как будто и этого мало, голову обнимает маленькая шапочка с чугунными утяжелителями. Руки и ноги обвязаны точно такими же чугунными утяжелителями. Не удивительно, что при такой скорости и при такой нагрузке тело истекает потом, словно дуршлаг водой. Два мощных вентилятора всё равно не справляются с охлаждением. Верблюд тряхнул головой, с кончика носа слетел веер крошечных мутных капель. Ему жарко, всё равно очень жарко. Впрочем, так и должно быть.
  На экране беговой дорожки, под значком скорости, три цифры планомерно наматывают расстояние. "За спиной" осталось ровно 10 километров и 200 метров. Точнее, Верблюд в очередной раз тряхнул влажными руками, уже 300. Ещё через десяток километров он будет выжат как лимон и физически, и морально. А иначе нельзя. Физкультура не только залог крепкого здоровья, но и выживания.
  Если просто так сидеть в убежище и ни хрена не делать, то легко и просто можно заплыть жиром и потерять физическую форму. А это опасно, очень опасно. Рано или поздно ему всё равно придётся покинуть убежище. И вот тогда дряблые мышцы и обвислый живот погубят его в прямом смысле этого слова. Верблюд судорожно перевёл дух, противные капли тёплого солоноватого пота слетели с губ. Чтобы там не говорили о силе духа, а физически крепкое тело лишним не бывает, никогда не бывает. Даже больше - оно основа, фундамент, для всего прочего, в том числе и для духа.
  Почти четыре месяца назад разразилась ядерная война. Прежний сытый и комфортный мир прекратил рухнул. Смешно и грустно, но только в убежище у Верблюда сложились идеальные условия для самообразования. Благо, с собой под землю он прихватил солидный объём разнообразной учебной литературы вплоть до видеофильмов. Благо, после электромагнитного импульса, удалось заново запустить компьютер, а два резервных системных блока так и остались невостребованными в кладовке. Одно плохо, Верблюд шумно вздохнул, в первую очередь он солдат, а не учёный.
  Не тот у него склад ума. Ядерная физика, химия, математика и прочие точные науки с невероятным скрипом оседают в его голове. Если бы Верблюд учился в институте, то его точно выгнали бы ещё в конце первого семестра за неуспеваемость. Да и как запомнить формулу распада ядер урана, если только один вид этой самой трёхэтажной формулы навивает тоску, скуку и острое желание уснуть сном праведника прямо перед монитором.
  Однако, не смотря ни на что, Верблюд старательно грызёт гранит науки. Без этой самой физики и математики ни за что не получится вынести в реальность местные продвинутые технологии. Тут самым общим описанием не отделаешься. А технологии есть, да ещё какие! Один только генератор на низкопотенциальном тепле чего стоит. Он буквально напичкан фундаментальными открытиями, о которых на Земле никто отродясь не слышал.
  Благодаря генератору на низкопотенциальном тепле Верблюд не испытывает недостатка ни в электричестве, ни в воде. Все три накопителя для грузовых машин постоянно накачены энергией под самую маковку. На всякий случай в кладовке припрятан дедовский генератор на солярке и пара бочек этой самой солярки. Однако генератор до сих пор великолепно работает. Воздух с улицы охлаждается до жидкого состояния и сливается в сток в канализационном туннеле.
  Этот же генератор не только охлаждает воздух в убежище, но и снабжает его водой, которую, в прямом смысле, вытягивает из воздуха внутри убежища и снаружи. Плюс дожди и фильтры. Баки с водой постоянно залиты под завязку. Вот почему Верблюд позволяет себе самую настоящую роскошь - использовать воду для помывки и стирки. Вот и сейчас, когда он осилит два десятка километров на беговой дорожке, пара тазиков тёплой воды избавят его кожу от пота. Плюс в третьём по счёту он как следует отстирает спортивную форму. А это, между прочим, почти центнер воды. Но, ничего страшного - если уже не вечером, то уже завра утром, потеря будет восполнена полностью.
  - Верблюд, ты где?
  Знакомый, до боли знакомый, голос долетел через распахнутую в жилой отдел дверь. От неожиданности Верблюд дёрнулся всем телом вперёд. В самый последний момент руки успели уцепиться за поручни. Спортивные кеды соскользнули с чёрной ленты на неподвижное основание беговой дорожки.
  Что это было? Верблюд торопливо спрыгнул на пол. Чёрная лента как ни в чём не бывало продолжила крутиться со скоростью десять километров в час. Верблюд машинально ткнул пальцем в кнопку "Пауза". Электрический моторчик беговой дорожки тут же затих.
  - Верблюд! Ну пожалуйста! Выйди!
  А, ну да, Верблюд торопливо прошлёпал в жилой отдел. Это сработали внешние микрофоны.
  Ахиллесова пята его убежища никуда не делась. На всякий случай Верблюд так и держит внешние микрофоны в мастерской над головой включенными, а громкость динамиков вывернутой на максимум. Другое дело, что в мастерскую уже давно никто не заглядывал. Тела полицейских и мародёров никто не удосужился ни предать земле, ни кремировать. Несусветная вонь отпугивает незваных гостей похлеще вечно голодных сторожевых кабелей. Однако кто-то всё же появился в мастерской и зовёт его.
  Шапочка с чугунными утяжелителями, а так же накладки на руки и ноги, тихо опустились на пол возле стола. Верблюд плюхнулся на стул. На центральном мониторе отлично видно, как кто-то бродит в мастерской над головой. Света наверху и так достаточно, однако у неизвестного в руках дрожит и трясётся самодельный факел, на конце деревянной ножки то ли стула, то ли стола ярко пылает смотанная в узлы тряпка. Ничего себе! Верблюд подался всем телом вперёд. Да это же Шпилька!
  Бывшую любовницу едва можно узнать. Вместо элегантного платья, или хотя бы стильной формы продавщицы, на ней грубый рабочий комбинезон. Причём явно мужской и слишком просторный. За четыре месяца Шпилька сильно похудела и побледнела. Некогда роскошные волосы, что волной спадали на её плечи, грубо обрезаны у затылка. Лака на ногтях давно нет. Некогда нежные пальчики огрубели. На тыльных сторонах ладоней высыпали круглые бородавки.
  - Верблюд! Я знаю, точно знаю, ты здесь. Пожалуйста, выйди! - самодельный факел в руке Шпилька качнулся из стороны в сторону. - Умоляю! Спаси меня! Мне голодно и очень холодно.
  Да-а-а... Верблюд качнул головой, несладко ей пришлось. Шпилька то и дело морщится. Трупы в мастерской продолжают сильно вонять. Однако бывшая любовница упорно не желает избавить свой нос от столь тяжкого испытания.
  - Верблюд! Ну где же ты? Ну почему ты молчишь? Спаси меня! Вот уже четвёртый месяц я живу в этом ужасном мире. Каждую ночь мне приходится мерзнуть. Каждый день мне приходится искать, чем покушать. Если бы только знал, что мне приходится кушать. Умоляю! Спаси меня! Ну чего тебе стоит? А иначе я умру. Прямо здесь. У тебя.
  Шпилька изо всех сил давит на эмоции, особенно напирает на жалость. Верблюд сел на стуле прямо. От потных рук на столешнице остались влажные отпечатки.
  Да, Шпильку жалко. Чего уж там врать самому себе. В памяти до сих пор свежи воспоминания, какой же восхитительной и ловкой она была на белых простынях, или в душе под струями тёплой воды. Даже на столе в мастерской она умела показать мастер-класс. Как любовница Шпилька была бесподобна. Тем более четвёртый месяц воздержания во всю мутит голову половыми гормона. Для полноценной жизни как раз не хватает регулярного секса. А Шпилька вот она, рядом, буквально руку протяни. Если её отмыть, накормить, причесать и уложить на белую простыню, то-о-о... От радужных мыслей голова кругом. Так и подмывает выскочить на поверхность и предстать перед Шпилькой эдаким рыцарем-спасителем без страха упрека.
  Стоп! Верблюд что есть силы шлёпнул сам себя по щеке. Боль в один миг выгнала их головы похотливый хмель. Что-то здесь не так. Верблюд вновь уставился в широкий монитор.
  Не прошло и пары минут, как первоначальное подозрение переросло в уверенность - Шпилька изо всех сил играет на публику. Пусть весьма искусно и почти профессионально, но всё равно остаётся ощущение, будто она на сцене в свете ярких софитов разыгрывает сцену из гениальной трагедии. Кажется, вот сейчас она закончит свой пламенный монолог, и публика в зале тут же взорвётся овациями, а к ногам Шпильки упадёт водопад цветов. Но это всё эмоции. Гораздо больше интересует другой вопрос: как это Шпильке удалось продержаться четыре месяца, целых четыре месяца, в гордом одиночестве? Упорно не верится, будто всё это время она была одна.
  - Верблюд! Пожалуйста!!!
  Шпилька весьма выразительно разрыдалась. По её впалым щекам скатились крупные слезинки. Самодельный факел едва не выпал из её руки.
  Ну да, точно играет, Верблюд усмехнулся. За три года он более чем основательно изучил бывшую любовницу. Что, что, а остаться одной ей даже не пришло бы в голову. В тот памятный день, когда они порвали отношения, она тут же, голову на отсечение, побежала к другому любовнику. А если и с другим у неё случился полных облом, то к третьему, к четвёртому и далее по списку (а список у неё весьма обширный). Шпилька готова на всё, лишь бы только не остаться одной, лишь бы только найти себе мужчину. Желание тем более настырное, когда привычный мир вокруг неё начал рушиться, а "вариант номер один" с треском провалился. В конечном итоге она прибежала к Забою, иначе откуда этот болван узнал, что Верблюд выживальщик.
  Верблюд напряг глаза. А вот и вторая причина не спешить ей на помощь. Шпилька продолжает жалобно верещать и размахивать самодельным факелом, однако на её лице всё большое и больше проступает ужас. Да, именно ужас. Шпилька то и дело бросает испуганные взгляды на выход из мастерской. Она даже боится приближаться к раскуроченной двери, невольно обходит её по большой дуге.
  Не, тут точно что-то не так. Самый простой и эффективный способ докопаться до истины - просто ждать. Шпилька весьма бойко бегает по мастерской и весьма энергично размахивает факелом. Какой бы голодной она не была, но полдня ещё продержится. Курсор в виде стрелки сдвинул ползунок громкости вниз, голос Шпильки тут же существенно потерял былую силу и выразительность. Верблюд подхватил с пола утяжелители. А пока можно и нужно вернуться на беговую дорожку и добить вторую десятку километров. Пусть Шпилька сперва без сил упадёт прямо на пол в мастерской. Так сказать, выполнит свою угрозу умереть прямо у него над головой. Вот тогда и только тогда можно будет осторожно выбраться из убежища и тщательно обследовать окрестности. Параноики живут нервно, но долго.
  Верблюд успел пробежать последние десять километров и обтереться сырым полотенцем. Помыться более основательно можно будет несколько позже. А Шпилька как и прежде всё бегает и бегает по мастерской над головой и продолжает с прежним энтузиазмом давить на жалость. Разве что голос охрип от напряжения. А это дурной признак.
  С развлечениями в убежище негусто. Если бы не физическая подготовка и учёба, то можно было бы запросто свихнуться от скуки. Единственное занятие, которое хотя бы с натяжкой можно назвать развлечением - поесть по-человечески. На стол перед тремя мониторами Верблюд опустил тарелку с гречневой кашей, а сам присел на стул рядом. Перед ним разворачивается самое реальное в мире шоу. Цинично? А что делать? Такова жизнь - своя рубашка ближе к телу. Стальная ложка зачерпнула аппетитную, с растительным маслом, гречневую кашу. Пусть он в виртуальном мире, пусть вокруг него только компьютерные боты, но эта самая виртуальность и эти самые компьютерные боты могут убить его вполне реальным образом.
  - А-а-а!!! - ни с того, ни с чего Шпилька заорала дурным голосом, почти погасший факел шлёпнулся на пол.
  Что это с ней? Верблюд опустил ложку обратно в тарелку. А! Понятно - в мастерской появился новый персонаж. Судя по фигуре, это мужчина. Поверх рубахи с длинными рукавами на его плечах висит то, что когда-то было формой полицейского. Точнее, пластиковые доспехи для защиты от ножей и дубинок.
  - Ну что, дура, хватит скакать! - недовольный рык потряс мастерскую.
  О-о-о! Знакомые всё лица. Верблюд усмехнулся. А вот и Забой, собственно.
  Четыре месяца жизни в постапокалиптическом мире не прошли для Забоя даром. Он весьма заметно похудел и осунулся. Кожа на бритом затылке больше не бугрится, а свисает тонкими складками. Однако наглости и самоуверенности в нём только прибавилось.
  - Нет его здесь! - вновь гаркнул Забой. - Верблюд либо сделал ноги, либо склеил ласты!
  - Нет! Нет! Это не так! - Шпильку аж затрясло от страха. - Он здесь! Здесь! Только здесь и нигде больше быть не может! Он никогда не покидал Зинганан, хотя я постоянно звала его на курорт или хотя бы просто за город. Я видела у него кучи всякой еды. Ящиками! Мешками! При том, что никакой машины у Верблюд никогда не было!
  Шпилька уже не просто трясётся от страха, её колбасит. Во дела, Верблюд вытянулся на стуле. Да у неё натуральная истерика.
  - Мне надоело слушать этот бред! Я сыт твоими сказками по горло!
  О-о-о! Ещё гости. Верблюд склонил голову на бок. За спиной Забоя, будто прямо из воздуха, материализовались ещё четыре фигуры. Да это же всё те же хорошо знакомые дружки Забоя. Хотя какие, нахрен, они дружки? Подельники - вот самое точное определение. Некогда толстый тип крайний слева изрядно похудел. Кожа на его щеках повисла длинными тонкими складками.
  - Не-е-ет!!! - Шпилька дёрнула со всех ног.
  А это уже вообще ни в какие ворота не лезет. Верблюд качнул головой. Это не "реалити-шоу" с заранее прописанным сюжетом. Это сама жизнь. Ну, почти жизнь, Верблюд мысленно поправил сам себя. С невероятными визгами Шпилька принялась носиться по мастерской. Забой с подельниками припустили за ней.
  И чего это она так? Шпилька сопротивляется так дико, так отчаянно, будто за ней гонится стая жутко диких и ещё более жутко голодных львов. Она попыталась было выскочить на улицу, но один из подельников Забоя очень вовремя остался у выхода. Когда же Шпилька всё же рискнула прорваться мимо него, то он крепко-накрепко обхватил её за талию и повалил на пол.
  - Нет! Нет! Нет! - Шпилька забилась в крепких объятиях как припадочная.
  - Заткнись! - Забой отвесил Шпильке звонкую оплеуху. - Вяжите её. И пасть заткните чем-нибудь.
  Подельники Забоя ловко скрутили Шпильке руки грязной верёвкой. Ещё более грязная тряпка наглухо заткнула ей рот. Шпилька начала мычать, но и это ей не помогло. Бандиты взвалили Шпильку на плечи и, словно бревно, вынесли на улицу. Последним из мастерской убрался сам Забой. Представление закончилось. Занавес.
  Вот, значит, к кому прибилась Шпилька. Вот, значит, каким образом она сумели выжить все эти месяцы. Бог знает почему появление Забоя с подельниками вызвало в её душе столько буйного ужаса. Верблюд перевёл дух. И вряд ли её наивная попытка перебежать к нему тому виной. А так, чисто по-человечески, Шпильку жаль. Несчастная баба, дура по жизни, которая всего лишь хотела самого обычного женского счастья - выйти замуж и родить детей. Но не судьба.
  Впрочем, какой смысл жалеть компьютерного бота? Весьма вероятно, что никакой Шпильки никогда и не было. Весьма вероятно, что она всего лишь плод больного воображения инопланетян, ну или кто там на самом деле создал "Другую реальность". Хотя, и это тоже нужно признать хотя бы самому себе, компьютерная игра служит ему отличным моральным оправданием.
  В реальности люди каждый день миллионами валят самых разнообразных компьютерных монстров, и никому не приходит в голову оплакивать их. Но, с другой стороны, если бы не требования "Ядерного конфликта", то он ни за что не оказался бы в этом самом убежище, под полом "Антикварной мастерской", в мегаполисе, который пережил ядерную войну. Что, что, а будь его воля, то Верблюд выбрал бы для выживания совсем другую местность.
  Ладно, лирическое отступление закончено, очень реальное шоу тоже. Верблюд поднялся из-за стола. Не помешает как следует помыться и постирать форму. А то на спортивных трусах и футболке белым налётом выступила соль. Но в душу вновь закрались сомнения.
  Честно говоря, судьба Шпильки его не волнует. Пусть Забой с подельниками хоть съесть её. Из кладовки с хозяйственным инвентарём Верблюд вынес пластиковый таз. Другое дело, что ему до чёртиков надоело сидеть в убежище. Через два месяца и два дня истечёт срок его жизни в выделенной локации. Это, конечно, хорошо, только упорно не верится, будто "Другая реальность" так просто позволит ему дойти до точки выхода, да ещё и платочком помашет на прощанье. Нет, Виант Фурнак не зря много раз предупреждал: "Другая реальность" коварная штучка. Компьютерная игра инопланетян очень любит подбрасывать очень неприятные сюрпризы. Впереди его ждёт встреча с "боссом локации", с неким финальным испытанием. Раз такое дело, то не помешает заранее разведать территорию и заложить несколько запасных баз.
  Хранить все яйца в одной корзине чревато. Убежище слишком ценное, чтобы пользоваться им каждый день. В смысле, возвращаться сюда каждый день на отдых после очередной вылазки. Постоянные визиты туда-сюда резко повысят вероятность, что его сумеют выследить. Нет. Нужно действовать более хитро. Нужно заложить несколько запасных баз, припрятать продовольствие, оружие, боеприпасы и прочее снаряжение. И уже с этих самых баз разведывать территорию. Так и только так основное убежище под полом в "Антикварной мастерской" ещё долго будет служить ему последним оплотом.
  Признаться, не дают покоя слова Тагизы Нибулиной, жены поставщика. Она что-то там говорила о тайнике на бывшей обувной фабрике "Баф". Глупо ожидать больших бонусов, однако воображение упрямо рисует красочные картинки в виде больших ящиков с консервированной едой, или цинки с боеприпасами, или стопки самой передовой армейской амуниции. Чушь, конечно же, но человек так устроен, что всегда надеется на лучшее. Вот, кстати, и отличная цель для самой первой вылазки в город.
  Решено! Верблюд бросил в пластиковый таз мокрые от пота трусы и футболку. Сегодня же вечером, незадолго до наступления темноты, он выберется на поверхность. Ядерная война закончилась. Победителя, как и следовало ожидать, нет. Точнее, победит тот, кто выживет.
  С тринадцатого дня тринадцатого года прошло почти четыре месяца. Уровень радиации должен существенно упасть. Конечно, в воронках от ядерного взрыва до сих пор светятся камни, а дозиметр трещит как чокнутая сорока. Но на остальных территориях условия для жизни должны быть худо-бедно приемлемыми. Ведь остались же на поверхности те, кто сумел приспособиться и выжить. Та же банда Забоя, прости господи, может доставить массу хлопот. Очень похоже на то, что они закрепились в Зинганане и сделали его своим феодом. Это плохо.
  

Глава 7. Новый мир

  Так, вроде, всё готово и он сам готов, Верблюд в третий раз попрыгал на месте. Тактический костюм "Киргач 2" пригнан точно по фигуре. Карманы разгрузки забиты запасными магазинами для девятимиллиметрового "Мак-Гида" и семимиллиметровой снайперской винтовки "Астана". Специально для неё Верблюд прихватил три запасных накопителя энергии.
  Как раз сейчас наступил момент испытать универсальный тактический прибор "Сайдан 2.7". В своё время Верблюд отвалил за него двенадцать тысяч эсконов, что само по себе немало. И было бы гораздо больше, не будь прибор насквозь криминальным. Ну а сейчас уже никого не волнует, как именно УТП оказался в его руках, как и девятимиллиметровый "Мак-Гид".
  Главный блок "Сайдан 2.7" убран в специальный карман на спине. Небольшой тактический экран закреплён на левом запястье и закрыт клапаном из прочной ткани. Шесть датчиков вшиты в куртку тактического костюма, два в рукава, остальные четыре по всему корпусу. Эти датчики способны уловить радиоизлучение и радиацию. По идее, тактический прибор должен был бы быть подключён к шлему. Но защиту для головы, увы, достать не удалось. Зато под ухо выведен небольшой динамик. Вести радиопереговоры через него не получится, да и не требуется. У него другая задача - щелчком или серией щелчков привлечь внимание пользователя. Пять универсальных охранных датчиков убраны в карман разгрузки. На всякий случай Верблюд прихватил и внешний приёмник, дополнительная антенна, если придётся перехватывать переговоры в эфире.
  Рюкзак с запасами еды и воды на три дня собран. Пистолет "Мак-гид" убран в кобуру на поясе. Снайперская винтовка пока прислонена к стене. Ну всё готово для выхода, только...
  За четыре долгих месяца Верблюд по самую маковку насиделся в четырех стенах. Это так. Но..., с другой стороны..., За это время он привык к своему схрону, полюбил его. И вот теперь, перед самым выходом, сердце охватил страх. Страх перед большим внешним миром.
  Да, Верблюд много-много раз смотрел во внешний мир через наружные видеокамеры. Но это было как в кино, как в дебильном реалити-шоу. И вот ему и в самом деле предстоит окунуться в мир постъядерной цивилизации, стать его частью как минимум на два месяца. Пусть в реальности он был инструктором по выживанию, но выживать на ядерном пепелище ему не приходилось ни разу. И вот, прости господи, довелось. Сбылась мечта идиота.
  Очень не вовремя на ум пришли слова Вианта Фурнака: "Когда оказываешься внутри ядерного армагедона, то он уже не кажется таким прикольным и забавным, как с экрана телевизора или страниц фантастического романа". Аж мороз по коже, Верблюд невольно поёжился. Пусть встретиться с Виантом Фурнаком хотя бы разок не довелось, но, можно сказать, Верблюду довелось учиться у него. Хотя, с другой стороны, он давно уже превзошёл "учителя".
  Ладна, хватит валять дурака. Правая рука пробежалась по выключателю, в тамбуре тут же погас свет. Верблюд надвинул на глаза очки ночного зрения. Стальные запоры тихо брякнули, вторая дверь, по сути, толстый и прочны щит, прислонилась к стене. Первая дверь в виде бутафорской кирпичной кладки мягко пошла во внутрь. Верблюд осторожно сдвинул её в сторону. От напряжения задрожали руки и ноги. Всё нервы проклятые.
  В нос, будто кулаком, шибанул убойный запах канализации. Верблюд тут же надвинул на лицо защитную маску. А теперь прислушаться. Верблюд окаменел, будто превратился в памятник самому себе.
  Никого и ничего. Канализационный туннель пуст. Лишь где-то недалеко мерно капает вода. Ни шагов, ни стонов, ни разговоров, ни скрипов, вообще ничего. Это хорошо. Медленно и осторожно Верблюд наполовину высунулся из низенького прохода. Невидимый для невооруженного глаза луч инфракрасного фонарика скользнул вдоль туннеля - никого. По крайней мере, не видно ни одного подозрительного огонька или отблеска. Вот теперь и только теперь можно выбираться наружу.
  Чёрная полиэтиленовая плёнка вместо входного коврика поможет уберечь тактический костюм от грязи. Верблюд вытянулся в полный рост, правая рука один хрен на всякий случай легла на рукоять мощного "Мак-Гида". Внешне канализационный туннель ничуть не изменился. Хотя нет - сток в канале по среди туннеля весьма и весьма заметно обмелел. Люди перестали пользоваться канализацией, город на поверхности умер. Хорошо, что система сточных вод построена по принципу самотёка. А то было бы весьма и весьма печально, если бы подземелья под Зингананом ушли бы под воду.
  На всякий случай Верблюд немного прогулялся по туннелю туда-сюда - ну точно никого нет. Вместе со снайперской винтовкой Верблюд вытащил из низкого лаза из-под трубы пару тяжёлых мешков. К чему тянуть с неизбежным? Запасные базы имеет смысл закладывать уже сейчас. Бутафорская дверь в виде кирпичной кладки встала на место. Маленький пульт управления с десятью кнопками, "ключ" от входной двери, убран в чёрный полиэтиленовый пакет и надёжно припрятан за приметную стальную стойку, на которой покоится толстая водопроводная труба. Вот теперь можно идти.
  Конечно, если двигаться по поверхности, то до бывшей обувной фабрики "Баф" можно было бы добраться меньше чем за полчаса. Но, на всякий случай, Верблюд решил воспользоваться канализационными туннелями. Заодно можно будет припрятать мешки в пару надёжных мест. Прочная ткань гарантирует, что до припасов не доберутся крысиные зубы. Как раз хвостатых обитателей подземелий за четыре месяца только прибавилось. На поверхности, да и в самой канализации, осталось огромное количество трупов.
  Так и есть, Верблюд на миг притормозил. Вот то самое место, где ему пришлось положить сектантов. От тел остались лишь обглоданные скелеты. Всё остальное мало-мальски ценное унесли люди. Только халява закончилась, трупы бывший жителей Гаочана либо съедены, либо окончательно протухли. Среди крысиного племени бушует голод. Из-под труб и щелей на Верблюда то и дело пялятся крысиные глаза. Хвостатые обитатели думают, будто человек в потёмках их не видит, а потому едва ли не бросаются под ноги.
  Какой бы низкой не была вероятность наткнуться на живых людей, но Верблюд предпочёл двигаться через канализационные туннели в очках ночного зрения. Инфракрасный фонарик вещь полезная, но его Верблюд повесил на пояс. На плечах загорелась инфракрасная подсветка. А то в туннелях напрочь отсутствуют источники света. В таких условия бесполезны даже самые мощные и продвинутые приборы ночного зрения.
  Оба мешка с припасами надёжно заныканы в двух разных потаённых местах. Чтобы не потерять их, на карте во внутреннем интерфейсе игры Верблюд сделал пару меток. Едва последний мешок из чёрной ткани притаился за высокой грязной трубой, как Верблюд откинул клапан на маленьком тактическом экране на левом запястье.
  Не так уж и плохо, Верблюд облегчённо улыбнулся. Радиационный фон в подземелье заметно выше естественного, но не настолько, чтобы срочно бежать обратно в убежище и натягивать на себя один из "Лат 4.1", полный комплект химзащиты. Как говорится, ходить можно, а вот жить постоянно уже нельзя. Это радует. Похоже, обе ядерные бомбы, что задели Гаочан, не были особо мощными или грязными. Это радует особо.
  Память - интересная штука. Кажется, будто знания о системе туннелей под Зингананом давно и напрочь вылетели. Ан нет! Верблюд чуть склонил голову. Стоит только заметить на стене знакомую цифру, как в голове тут же вспыхивает, где именно он оказался и какая именно улица сейчас у него над головой. Спасибо Лею Сантиру, бригадиру муниципальной службы, натаскал более чем основательно. Да и карта во внутреннем интерфейсе игры приходит на помощь в самых сложных случаях.
  На поверхности наступила ночь. В канализации не просто тихо, а жуть как тихо. Гаочан теперь мёртвый город. Больше некому спускать воду из ванной или туалета. Верблюд осторожно пробирается по туннелям. В правой руке зажат верный "Мак-Гид", так сказать, на всякий неожиданный и нежелательный случай. За спиной висит снайперская винтовка. После долгих раздумий Верблюд решил взять именно её. На поверхности от неё будет гораздо больше пользы, а устраивать войнушку, тем более встречный бой накоротке, не входит в его планы. Ну и мачете, конечно же. Только, в самую первую очередь, Верблюд всё равно полагается на собственную бдительность и осторожность.
  По дороге то и дело попадаются немые свидетельства великой трагедии. Чаще всего Верблюду приходится переступать через костные остатки людей. Они все без исключения очищены крысами добела. Цельные скелеты попадаются редко, гораздо чаще не хватает рук, ног или головы. Народу в канализации погибло не меряно. Сперва Верблюд останавливался и тщательно осматривал костные остатки, а потом махнул рукой. Да и какой смысл время терять, если в канализации под Зингананом основательно поработали мародёры.
  Дорогу то и дело перебегают крысы. Пока, слава богу, вполне себе обычные. За четыре месяца они так и не мутировали до размеров собаки или хрюшки. Да и вряд ли когда-нибудь они настолько разрастутся, чтобы бы там не рисовали многочисленные создатели ещё более многочисленных компьютерных игр в жанре постапокалипсиса. Пусть по меркам мирного времени хвостатые обитатели подземелья обнаглели в корягу, но сами на рожон не лезут. Понимают, сволочи, что большой и здоровый человек им не по зубам.
  Первые минут пятьдесят казалось, будто Гаочан вымер целиком и полностью, а сам Верблюд остался одним единственным живым человеком. Однако это не так. На углу Егерьевской и Савроской улиц Верблюд резко замер и обратился в слух. Едва ли не над головой, по чугунной крышке люка, кто-то прошёл. Следом долетели обрывки ругани. Кто это был - лучше не выяснять. Теперь человек человеку дикий волк. Из мегаполиса убрались не все и не все погибли. Хотя вряд ли выживших осталось много. Гаочан превратился в железобетонную пустыню где совершенно нечего жрать.
  В другом месте Верблюд наткнулся на самое настоящие стойбище. Пять невероятно грязных лежанок из матрасов и какого-то тряпья возле очага из кирпичей. Здесь жили люди, группа людей. Впрочем, их давно уже здесь нет. Недалеко от стойбища Верблюд приметил несколько самодельных ловушек на крыс - немое напоминание о голоде.
  А это что такое? Верблюд резко замер на месте. Защитная маска, всё же, не противогаз. Её главная задача не пускать в лёгкие пыль, а в нос запахи канализации. Но кое-что просачивается всё равно. И это самое кое-что словно снег в июне. Верблюд стянул с лица маску. В нос тут же шибанул запах нечистот. Но-о-о... среди тухлятины промелькнули нотки чего-то съедобного. Верблюд медленно потянул носом, от вони закружилась голова. Но оно того стоило - нос отчётливо уловил запах варёного риса со специями. Верблюд торопливо натянул маску обратно на лицо. В это трудно поверить, но где-то поблизости кто-то варит рис.
  Запах риса, особенно со специями, разлетается далеко вокруг. Тот, кто занимается готовкой, рискует головой, но его можно понять. Верблюд осторожно двинулся дальше. Сидеть исключительно на одних холодных консервах и сухих пайках невозможно. Человеческий желудок создан для горячей еды, а иначе можно сдохнуть от несварения или запора. Где-то поблизости обосновался ещё один выживальщик, у которого сохранились запасы этого самого риса и специй. Но он либо не догадывается об опасности, либо специально выпускает запахи в канализацию. В принципе, в этом есть рациональное зерно - без особой необходимости выжившие не ползают по канализационным туннелям. Далеко не у всех имеются специальные маски, а противогазы начисто отсекают не только ядовитые газы, но и запахи еды.
  На всякий случай Верблюд решил проверить соседние туннели. Это только кажется, будто воздух стоит стеной. На самом деле тяга есть. Пусть и очень слабая, но есть. Прежде, чем окончательно развеяться, запах может разлететься на десятки и сотни метров. Однако мысли о рисе со специями разом вылетели из головы, когда в одном из туннелей Верблюд наткнулся на очень странную находку.
  Издалека это можно было бы принять за паука-мутанта, почему Верблюд и обратил внимание. Ну как же! Ядерная война, радиация и всё такое. Только не стоит путать выдумки писателей-фантастов с реальностью. Однако это и в самом деле похоже на паука размером с баскетбольный мяч.
  Противно, но любопытство сильнее. Осторожно, будто боясь обжечься, Верблюд выдернул из канализационного стока странного паука. Если приглядеться, то это и в самом деле паук, только механический. Робот, иначе говоря. Корпус сильно похож на прямоугольную коробку, небольшие грязные выступы по всему телу должно быть его глаза, в смысле, крошечные видеокамеры. И лапы, шесть стальных лапок. В походном положении самые верхние сочленения лапок немного возвышаются над корпусом.
  Верблюд и так, и сяк повертел механического паука. На перчатках остался слой склизкой грязи. В принципе, ничего удивительного. Робототехника на Ксинэе шагнула гораздо дальше, чем на Земле. Но что робот разведчик, а механический паук может быть только разведчиком, забыл в канализационной системе Зинганана? Это точно военный робот, ибо с коммерческой точки зрения эксплуатировать роботов в древней канализационной системе невыгодно. Верблюд, как бывший муниципальный рабочий, знает об этом абсолютно точно.
  На подобных штуках обычно бывает эмблема производителя. Верблюд аккуратно перевернул механического паука лапами вверх. Пальцы стёрли с брюшка слой грязи.
  Ничего себе! Верблюд подался всем телом назад. На брюхе механического паука из-под слоя грязи проглядывает тройной круг, три чёрные окружности вписанные друг в друга. Это же... Это же символ ФСР, Федерации социалистических республик. Это символ военного блока, чьи ядерные бомбы упали на Гаочан, с кем Лига свободных наций сцепилась в ядерном безумии.
  Этого механического паука, этого робота-разведчика, здесь не должно быть. Верблюд нахмурился. Все эти месяцы он регулярно слушал радио, точнее, прослушивал эфир. Никакого десанта федералов на побережье возле Гаочана не было. Тогда откуда здесь робот-разведчик? Что именно его сломало? Или, всё же, подбило? Но, Верблюд крутанул механического паука на месте, на корпусе не видно никаких повреждений. Но и это ещё не всё.
  Перчатки один хрен придётся каким-нибудь образом вытирать. Верблюд аккуратно расчистил брюшко металлического паука ещё немного. Рядом с тройным кругом из-под слоя грязи выглянул ещё один рисунок: вытянутый равнобедренный треугольник. Из самой острой вершины в землю будто бьёт небольшая электрическая молния.
  Верблюд наморщил лоб. А вот этот символ ему точно незнаком. Но не удивительно. Что в ЛСН, что в ФСР многие рода войск и даже отдельные соединения имеют собственные символы. От них не отстают различные производители и даже научно-исследовательские центры. Будь в его распоряжении ИПС, то ещё можно было попробовать отыскать владельца этого символа. А так, Верблюд грустно улыбнулся, местный Интернет оглушительно крякнул и в ближайшие лет сто не возродится вновь.
  Ладно, пора идти. На всякий случай Верблюд припрятал механического паука над неприметной трубой под потолком. На карте во внутреннем интерфейсе игры появилась ещё одна метка. Будет время, будет возможность, будет желание, можно будет вернуться к механическому пауку. А пока.... "Другая реальность" хранит в себе много тайн. Одной больше, одной меньше - какая разница.
  Туннель под номером 11 проходит рядом с бывшей обувной фабрикой "Баф". Отворотка под номером 12 заходит на её территорию. Как минимум четыре чугунных люка позволяют легко и просто попасть на фабрику. Однако Верблюд решил действовать иначе и выбрался на поверхность на Егорьевской улице рядом с бывшей фабрикой "Баф".
  Проезжая часть Егорьевской улицы заставлена брошенными автомобилями. Одна из беспилотных фур очень "удачно" въехала в уличный фонарь. Верблюд аккуратно сдвинул на место чугунный люк. Фасад дома рядом разукрашен пожаром. Следы огня "выглядывают" из окон. Туда лучше не соваться. Как хорошо, что напротив бывшей фабрики понастроили двадцати пятиэтажных домов. Но прежде, чем подняться по лестнице на крышу, Верблюд остановился у подъезда.
  Универсальный охранный датчик, маленькая серая коробочка, притаился рядом с порогом. Верблюд распахнул клапан над тактическим дисплеем на левом рукаве. Великолепно! На экране появилась отметка датчика. Теперь небольшая настройка... Символ охранного датчика окрасился в зелёный цвет. Если кто сунется через порог, то сигнал от датчика придёт на универсальный тактический прибор. Незваным гостям не получится нагрянуть внезапно. Конечно, можно было бы установить растяжку, но охранный датчик надёжней. Радиоканал связи это, конечно же, риск, но риск более чем оправданный.
  Бетонная лестница в заброшенном доме изуродована следами поспешного бегства и мародёрки. На ступеньках и лестничных площадках валяются брошенные штаны, ложки, детские игрушки, надорванные пакеты и прочий мусор. По дороге на крышу Верблюд заглянул в несколько квартир. Чего и следовало ожидать - полный разгром. В поисках еды мародёры прочесали буквально каждый закуток жилых квартир, перевернули все без исключения кровати и тумбочки. Так тщательно и дотошно не шмонает даже полиция при обыске у прожжённого наркодилера.
  У людей есть привычка запирать свои жилища, даже если им приходится удирать в спешке и даже в планах нет желания вернуться. Однако двери всех без исключения квартир раскрыты. Даже не раскрыты, а взломаны. Дверные замки выдраны с мясом. А там, где засовы оказались достаточно крепкими, сами двери выломаны кувалдами и стальными ломами. Вот и дверь на крышу, капитальная и железная, распахнута настежь. Рядом на полу валяется навесной замок, толстая серая дужка старательно перепилена. И ведь не лень кому-то было пилить её.
  На крыше никого нет, да и чего тут делать. Битум местами оплавился то ли от лучей Таяны, местной звезды, то ли от двух ядерных вспышек. Не видно ни мусора, ни лежанок, ни банок для сбора дождевой воды. Именно эта крыша именно этого жилого дома никем не используется. Однако, на всякий случай, возле двери Верблюд припрятал ещё один охранный датчик. Заодно не поленился пройти дальше и воткнуть датчики возле трёх других дверей на крышу.
  Вот теперь и только теперь можно полюбоваться бывшей обувной фабрикой "Баф". Все пять охранных датчиков бдят. Мощности "Сайдан 2.7" вполне хватило, чтобы быть на связи с самым нижним датчиком у входа в подъезд.
  Погода выдалась как на заказ. Над головой бездонное чёрное небо и россыпь звёзд. В стороне, слава богу, не за спиной, над горизонтом висит яркий жёлтый диск Аниты, местной Луны. Громада фабрики "Баф" угадывается в темноте по ту сторону кирпичного парапета. В свете звёзд худо-бедно можно разобрать вытянутые туши бывших цехов, пятиэтажное административное здание и прочие вспомогательные постройки. Единственное, высокие кирпичные трубы, что когда-то портили экологию в Гаочане, давно, ещё в мирной жизни, были разобраны на кирпичи.
  Пятьдесят минут, это больше земного часа, Верблюд внимательно наблюдал за фабрикой. Благо с высоты двадцати пяти этажей она просматривается практически целиком и полностью. И-и-и... Ничего. Вообще ничего. В тёмных провалах окон, в глубине цехов и широких дорожек между ними так и не мелькнул ни один огонёк, не долетел ни один звук. Вот теперь и только теперь можно обследовать саму фабрику.
  Обратно на землю Верблюд спустился по другой лестнице, однако не поленился вернуться к первому подъезду и подобрать универсальный охранный датчик. Впрочем, он же вновь притаился в жухлой траве возле ворот фабрики. Гаочан находится достаточно близко к экватору, чтобы здесь не было полноценных зим с трескучими морозами и глубокими сугробами. Вместо них с декабря по март город накрывает промозглая сырость и лишь иногда падает мокрый снег.
  Ещё в прошлом веке обувная фабрика "Баф" разорилась, однако её так и не снесли, а отдали на растерзание мелким предпринимателям. Кроме покойного Риха Нибулина, на территории бывшей фабрики ещё множество дельцов держали склады и офисы. Теоретически здесь должен быть Клондайк для выживальщиков. Но то теоретически, а что творится на самом деле - вот это очень скоро выяснится.
  Верблюд на скорую руку обследовал бывшую обувную фабрику. Даже не сколько обследовал, а убедился, что на её территории никого нет. Общий вывод вполне предсказуем - Клондайка нет. Как и в жилом доме через Егорьевскую улицу, на фабрике перерыто, разломано и раскурочено всё, что только можно перерыть, разломать и раскурочить. Офисы в бывшем административном здании зияют выбитыми окнами, перевёрнутыми столами и мусором на полу. Ни намёка на запасы еды, оружия и прочей полезной для выживальщика амуниции. Зато осталось несколько мастерских и небольшой гараж для электромобилей. Сохранились склады с запасами кирпичей, листового железа, сантехники и прочих товаров, что невозможно ни съесть, ни надеть на себя. Правда, дождь и ветер со временем превратят уцелевшие материальные ценности в хлам.
  Очки ночного зрения дают великолепную картинку. Для их работы вполне достаточно света звёзд. Верблюд осторожно завернул в широкий проход между цехами. Когда-то здесь проходила внутрифабричная железная дорога, однако в последний раз тепловоз прошёлся по ней лет сто назад. Между бетонными шпалами проросла густая трава, а сами рельсы стали бурыми от ржавчины.
  Вдоль стены цеха тянется ряд широких мусорных баков. Не так давно мусоровозы увозили их прямо на свалку. А сейчас свалка сама пришла сюда. Асфальтированная дорога завалена всяким хламом: поломанными столами и стульями, пустыми и дырявыми пластиковыми бочками, лёгкий ветерок гоняет туда-сюда стайку одноразовых пластиковых стаканчиков и мятых пакетов. Едва Верблюд вступил на асфальтированную дорогу, как под ногами тут же захрустело битое стекло.
  Обзор с крыши двадцати пятиэтажного дома разогнал "туман войны" на карте во внутреннем интерфейсе игры. Да и до войны Верблюд неоднократно бывал здесь. План обувной фабрики "Баф" прорисовался словно снимок из космоса и обновился. Хотя в живую с крыши дома на той стороне Егорьевской улицы не удалось разглядеть и десятой доли деталей и подробностей. Но это ладно. Если обогнуть цех по левую руку, то чуть дальше начнётся склад ныне покойного Риха Нибулина. Его Верблюд решил приберечь напоследок.
  Половина прохода между цехами осталась за спиной, однако "Другая реальность" во что бы то ни стало решила напомнить о себе. Из-за угла бесшумно выскользнула стая собак. Среди двух-трёх десятков псов затерялся с пяток мелких шавок. Зато остальные как на подбор крупные и маститые.
  Медленно, старясь не делать резких движений, Верблюд отступил в угол между стеной цеха и торцом мусорного бака. Стая собак тут же окружила его широким полукольцом. Некогда лучшие друзья человека успели одичать. На большей части псов до сих пор надеты ошейники, у одного чёрного, не меньше метра в холке, болтается кусок стального поводка. Когда хозяева разбежались, псы сбились в стаю. Через прибор ночного зрения отлично видно, как же плохо они питались в последние месяцы. Впалые бока, шерсть клочками, глаза горят. Псы уставились на Верблюда как на потенциальную добычу. Но понимают, твари божьи, что взрослого здорового мужика им просто так не завалить.
  Верблюд стрельнул глазами по сторонам. Бежать бесполезно, тогда стая точно бросится на него всем скопом. Но и стоять просто так тоже нельзя. Нельзя, ни в коем случае нельзя, показывать им собственный страх или неуверенность. Ну а лучший способ доказать собственную силу - первым полезть в драку.
  Мощный "Мак-Гид" вернулся обратно в кобуру на поясе. Пистолет - это крайнее средство. Если что, то выхватить его секундное дело. Из-за спины с тихим шелестом Верблюд вытащил мачете. Псы тут же заволновались. Поняли, сволочи, что за штука появилась в руках у человека. Но бросаться с диким воплями в рукопашную тоже пока не стоит. Верблюд перекинул мачете в левую руку.
  Самой первой пальцы нащупали пустую пластиковую бутылку с остатками какой-то газовой шипучки. Верблюд тут же запустил импровизированный камень в ближайшего противника. Бутылка врезалась большому рыжему псу точно в морду, "подарок" ему явно не понравился. Следом в собак полетел всякий мусор: пустые канистры, ручки, папки, осколки стекла и всё остальное, что только подвернулось под руку.
  Вперёд выдвинулся особо крупный пёс, на светлой шкуре выделяются широкие тёмные пятна. Бог знает какой он породы, но широкие плечи, настороженный взгляд и могучие клыки выдают в нём не милого комнатного пёсика, а служебную собаку. Это даже обидно - люди сами натренировали его бросаться на других людей. Вожак стаи, а это именно вожак, грозно зарычал и оскалил клыки. Верблюд тут же запустил в него сломанный стул.
  Удачно получилось. Стул угодил вожаку точно в морду. Сиденье отскочило от его чёрного носа, а спинка наделась на шею словно хомут. Сильный удар в момент вышиб из вожака всю прыть. Пёс тут же заскулил словно обиженный ребёнок и попятился назад. Следом за ним попятилась вся стая.
  Прокатило! Верблюд подхватил с земли кусок битого стекла. Новый снаряд ткнулся вожаку в бок. Это оказалась последняя капля. Служебный пёс медленно, будто нехотя, развернулся и потрусил прочь. Стая послушно последовала за вожаком. Не прошло и минуты, как последний облезлый хвост исчез за углом цеха.
  Пронесло! Верблюд перевёл дух. Мачете вернулось обратно за спину, правая рука вновь вытащила из кобуры на поясе пистолет. Классическая сцена из компьютерной игры в жанре постапокалипсис: стая собак едва не слопала выжившего человека. Впрочем, пока ещё не слопала. Очень скоро голод окончательно доконает собак, придаст им смелости и отключит осторожность. А пока вожак очень вовремя сообразил, что загнанный в угол между стеной цеха и торцом мусорного бака двуногий сумеет за себя постоять. А потому служебный пёс предпочёл убраться восвояси.
  Пусть подраться с собаками так и не довелось, однако от нервного напряжения всё равно немного колбасит, а сердце стучит в ускоренном темпе. А вот и знакомый склад Риха Нибулина. Верблюд осторожно, с пистолетом наперевес, заглянул в распахнутые настежь ворота.
  Никого. Изнутри не доносится ни скрипа, ни шороха. Верблюд переступил через порог. Знакомая картина. Как и все прочие, склад Риха Нибулина разграбили подчистую. Слишком много людей знало, что он торгует продовольствием и прочими полезными товарами. Высокие стеллажи по большей части остались на месте, а вот товары на их широких полках по большей части сметены на пол.
  Верблюд перебрался через большую кучу упакованных в целлофан брюк в полоску. Вон в том углу у Риха Нибулина в последний раз стояло несколько коробок с консервированной кукурузой. Сейчас же остались только картонные клочки. В другом месте когда-то лежали хорошие туристические спальные мешки. От них тоже ничего не осталось. Зато добротные унитазы для толстяков с очень широкими краями так никто и не тронул.
  Разгромленный склад навивает очень невесёлые мысли. Верблюд свернул в проход между высокими стеллажами. Как же быстро, буквально за пару суток, люди разобрались, что имеет в этой жизни значение, а что нет. Те же добротные унитазы для толстяков в одно мгновенье потеряли всякую ценность. Среди выживших ещё очень и очень долгое время будет мало страдающих ожирением. Бумажные обои приобрели совсем другую ценность, теперь ими можно топить печи или поддерживать костры. Впереди показался закуток, где когда-то был офис Риха Нибулина. Верблюд прибавил шаг. Вот сейчас и выяснится, стоят ли чего-нибудь слова Тагизы Нибулиной о тайнике.
  Дверь в закуток не просто раскрыта, а распахнута с треском. Как будто по ней долбили чем-то тяжёлым. Бревном, например, а то и динамитной шашкой. Верблюд осторожно заглянул во внутрь - никого. Изнутри офис, мягко говоря, разгромлен. Оба стола свёрнуты на бок, в угол загнаны обломки стульев. Мародёры на какой-то хрен раздолбали компьютер. Ручной сканер, которым Тагиза Нибулина обычно сканировала штрих-коды товаров, совершил очень жесткое торможение о стену. Широкий диван поставлен на попа и растерзан. Клочки мягкого наполнителя и пружины разбросаны по всему офису.
  И где здесь может быть тайник? Верблюд прошёлся по офису. И есть ли он здесь вообще? Хотя... Чего-то в офисе не хватает. Верблюд переключил фонарик в режим обычного света. Яркое синее пятно обежало разгромленный офис. Ну точно! Нет сейфа. Эта тяжёлая громадина стояла в углу, а теперь угол пуст. Только не верится, будто Рих Нибулин, даже при помощи супруги, выволок тяжёлый стальной ящик на улицу и закопал где-нибудь на газоне. Тогда куда делся сейф?
  Загадка, Верблюд машинально потёр левый висок. Или поискать на разгромленном складе? Так сказать, на удачу. Ещё вариант и в самом деле проверить ближайшие газоны. А это что такое? Глаза зацепились за широкую надпись на стене. Кто-то не поленился раздобыть баллончик с краской и написать...
  - Твою дивизию! - Верблюд машинально подался назад, под ногой хрустнула недобитая кружка.
  Фонарь выпал из левой руки и грохнулся на пол. Однако синий луч света всё равно упёрся в надпись на стене:
  "Верблюд, тайник Риха Нибулина здесь. Ищи его там, где раньше стоял стол для товаров. До встречи в реале".
  Вместо подписи что-то вроде анаграммы: буква "Ш", а над ней, справа с боку, цифра два. Эдакая "Ш" в квадрате.
  Верблюд машинально поднял с пола фонарик, яркий синий луч вновь уставился на широкую надпись. В голове черти и ангелы играют в чехарду. ЭТО не мог написать ни Рих Нибулин, ни его жена, ни вообще хоть кто-нибудь во всём Гаочане и на Ксинэи в целом. А всё потому, что надпись сделана на русском языке.
  Что же это получается? Верблюд опасливо оглянулся по сторонам. В это самое время по Гаочану бродит ещё один игрок из реальности? Может быть даже не один? Причём этот самый игрок ушёл позже, чем сам Верблюд лёг в "малахитовую капсулу". Бред какой-то. Однако... Верблюд остановился возле стены. Ролик на "Видеокамере", где Виант Фурнак в образе чёрной крысы с облезлым хвостом танцует с перчаткой, собрал в местном Интернете огромное количество просмотров, лайков и комментариев.
  Что-то неладное творится в "Другой реальности". Какие-то очень интересные и загадочные фокусы со временем. Хотя, Верблюд скривился будто от зубной боли, от инопланетян можно ожидать любой гадости. Головастики из "Синий канарейки" даже близко не подошли к пониманию, как вся эта хрень работает. Ладно, как бы то ни было, а надписи можно верить.
  Так, стол для товаров, кажется, стоял вот здесь. Верблюд опустился на одно колено. Синий луч принялся шарить по широким половым плиткам. Если две из них можно поднять, то в тайник может запросто поместиться тот самый старинный сейф. Костяшками пальцев Верблюд стукнул по половой плитке. Изнутри отозвалась пустота.
  Ага! От радости сердце резко дёрнулось, будто ударилось о рёбра. Там что-то есть! Однако, вот зараза, холодный разум тут вылил на разгорячённое воображение ушат студёной воды. Это слишком просто. Верблюд развернулся на месте, костяшки пальцев стукнули по другой половой плитке. А потом ещё разок по другой, и по третей и так далее. Под всеми без исключения половыми плитками отозвалась пустота. Получается, что под полом и так свободное пространство? Верблюд поднял глаза на входную дверь. Очень похоже на то, что так оно и есть: пол в офисе выше бетонного пола в цехе как минимум на пять сантиметров. Экономии ради Рих Нибулин вполне мог просто накидать на лаги достаточно прочные половые плитки и не разоряться на бетон. Но надпись на стене, да ещё на русском языке?
  Острый кончик армейского ножа ковырнул шов между плитками - хрен вам. Половые плитки лежат намертво, будто приклеенные. Хотя, не исключено, они и в самом деле приклеены. Но надпись, да ещё на русском. Остаётся только одно, Верблюд поднялся на ноги.
  Через широкие окна под крышей в бывший цех струится свет. Скоро рассвет. Пора завязывать и убираться обратно в убежище. Только уходить не солоно хлебавши очень и очень не хочется. Среди груды товаров Верблюд нашёл тяжёлую, не меньше восьми кило, кувалду. Раз не получается тонко и осторожно, то можно и нужно пустить в ход грубую силу.
  Первый удар тяжёлой кувалды половая плитка доблестно выдержала, лишь слегка спружинила. Нет, так не пойдёт. Нужно сменить тактику. Второй удар чёрного стального бруска пришёлся точно в шов между плитками.
  Ага! Так и надо! Верблюд поднял кувалду над головой. Стык между плитками оказался самым слабым местом и прогнулся сразу сантиметров на пять. Третий удар отозвался в ушах гулом. Так грохотать в относительно небольшом офисе всё же не стоит. Зато от четвёртого удара обе плитки пошли трещинами. Пятый удар левая плитка не пережила и развалилась на куски.
  Отлично, Верблюд тут же отложил кувалду в сторону. Руки торопливо выбрали колотые треугольные осколки. Синий луч фонаря нырнул в проём. Бинго! Верблюд радостно улыбнулся.
  На самом деле высокий сейф, что когда-то стоял в углу офиса, не такой уж и высокий. В яму под полом Рих Нибулин столкнул сам сейф, а ножки куда-то выбросил. Впрочем, какая разница. Даже то, что осталось, может содержать кучу сокровищ.
  Верблюд стянул со спины рюкзак. Не зря, значит, так и не выбросил связку ключей, что четыре месяца назад довелось найти в кармане Риха Нибулина. Сейф в тайнике винтажный, никакой электроники, как, впрочем, и механического кодового замка. Чтобы его открыть нужны ключи, сразу два массивных ключа. Верблюд перебрал связку. Кажется, эти два должны подойти.
  Оба ключа встали в замочные скважины как влитые. На всякий случай Верблюд крутанул их одновременно. Треск шестерёнок и шелест пружин. Ещё поворот.... Оба замка разом щёлкнул, дверца сейфа чуть заметно приподнялась.
  От нетерпения дрожат руки. Верблюд с трудом приподнял далеко не самую лёгкую дверцу. Луч фонарика торопливо нырнул во внутрь. Сокровища? Ну, почти. Наружу, прямо на пол, Верблюд выложил пару электромагнитных автоматов, всё тех же ЭМАГ-68 СП. Следом показались цинки с пулями и пара пластиковых ящиков со стандартными накопителями энергии. Ещё пистолет "Кора-5", коробки с пулями и накопителями энергии, но уже для него. Последним Верблюд вытащил полиэтиленовый мешочек с какими-то медикаментами. С какими именно - нужно разбираться. Пока с первого взгляда можно узнать антибиотики и несколько довольно сильных стимуляторов.
  Это точно всё? Синий луч фонарика вновь нырнул в глубины сейфа. Нет, не всё. На самом дне нашёлся ещё один чёрный плоский пакет. Едва Верблюд развернул его, как перед ним прямо на пол просыпалась горсть мелких запечатанных пакетиков с каким-то белым порошком. Почти наверняка наркотики. Двумя пальчиками Верблюд приподнял один из их. Дозы расфасованы для продажи. Неужели Рих Нибулин приторговывал наркотой? Если это действительно так, то понятно, откуда у него взялся универсальный тактический прибор. Не исключено, что и прибор, и эти пакетики Рих Нибулин нашёл в морских контейнерах. Контрабанда, одним словом.
  УТП "Сайдан 2.7" будто подслушал его мысли и запиликал. Верблюд торопливо сдёрнул клапан с тактического экрана на левом запястье. На фабрике "Баф" гости. Сработал универсальный охранный датчик возле входных ворот. Мимо него буквально только что кто-то прошёл. Если повезёт, то это была та самая стая одичавших собак. На отдельного пса, даже на самого крупного вожака, датчик не среагировал бы. Но не исключено, что это был человек. Как минимум один человек. Пора уносить ноги.
  Из бокового кармашка рюкзака Верблюд вытащил сложенный пластиковый мешок чёрного цвета - специально прихватил на случай, если повезёт разжиться чем-нибудь. Во внутрь перекочевало содержимое сейфа Риха Нибулина. Пусть три из четырёх электромагнитных автоматов явно лишние, но они вполне могут пригодиться как товар. Последними в чёрный мешок Верблюд закинул пакетики с наркотой.
  Это в мирное время белый порошок вместе с пакетиками было бы лучше сразу спустить в канализацию. А сейчас закона нет, полиции нет, цивилизации, прости господи, тоже нет. Теперь наркотики тот же товар, что и лишние "гайдуки". Хотя тем, кто пачкал собственную кровь и голову химией, вряд ли удалось пережить ядерный армагедон.
  Никогда не возвращайся той же дорогой, по которой пришёл. Верблюд по большой дуге обогнул цех, где расположился склад Риха Нибулина. Немного пришлось понервничать возле входных ворот. Верблюд минут десять вглядывался в предрассветные сумерки, но так никого и не заметил. Похоже, через ворота и в самом деле прошла стая собак.
  Короткими перебежками от укрытия к укрытию Верблюд проскочил через ворота. Не забыл прихватить и универсальный охранный датчик. Пригодится ещё. Небо над головой с каждой минутой светлеет всё больше и больше. Таяна, местная звезда, очень скоро выглянет на востоке над крышами домов. Лучше спуститься в канализацию.
  Темнота и тишина системы стоков успокоили нервы, Верблюд поправил на спине чёрный мешок. Первоначально он планировал провести день в доме возле фабрики "Баф", но трофеи из сейфа Риха Нибулина достаточно ценные, чтобы оправдать возвращение в убежище. Да и, честно говоря, для первого выхода в город приключений более чем достаточно.
  Путь домой по подземным туннелям занял меньше половины местного часа. Так уж устроен человек: чувство опасности имеет свойство притупляться. Следом может появиться беспечность, а там и до трагедии рукой подать. И лишь когда вторая дверь плотно закрыла вход в убежище, Верблюд с преогромным облегчением перевёл дух.
  Можно сказать, с почином. Впереди у него целый день. Нужно будет как следует отдохнуть и вновь выйти в город. Всё не так уж и плохо, как рисовало воображение. Медленно и неторопливо Верблюд помылся в тазике с горячей водой и в одних трусах завалился спать в жилом отделе. Но верный "Мак-Гид" с полной обоймой патронов как всегда под рукой.
  Усталость свинцом растеклась по рукам и ногам. Реальная ходка - это не пробежка с чугунными утяжелителями на беговой дорожке. Это сложнее будет, в первую очередь морально. Но от возбуждения не спится. Верблюд перевернулся на левый бок. Приятно, чёрт побери: к нему вновь вернулось позабытое чувство экстрима. Из-за этого самого чувства он в своё время пробился в Рязанское училище ВДВ, стал боевым офицером, а ещё несколько позже специалистом по выживанию. Чтобы там Елена, покойная жена, не говорила, а он не создан для мирной жизни.
  Улыбка растянула губы. Верблюд было закрыл глаза, но тут же вновь распахнул их. Он снова в "поле" и вновь проходит испытание на прочность. Ну а чтобы пройти его достойно, нужно будет ликвидировать банду Забоя. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять самое главное: именно Забой с подельниками держит Зинганан как свой личный феод. Пока на стороне Верблюда фактор неожиданности. И этот фактор нужно использовать на все сто. Иначе Забой с подельниками рано или поздно пронюхает о нём и устроит самую настоящую охоту. В конце концов, почему бы не поменять в Зинганане власть к собственной выгоде? Долгожданный сон незаметно сморил Верблюда. Сегодня была тяжёлая, но счастливая ночь.
  

Глава 8. Крутая кодла

  Для задуманного Грейская площадь, что находится на пересечении Тийской и Весенней улиц, вполне годится. Верблюд огляделся по сторонам. Площади как таковой здесь нет. Городские архитекторы с большой неохотой несколько раздвинули дома. На свободном пятачке едва-едва влез небольшой квадратный газон и памятник какому-то местному деятелю. Чем, чем, а историей Зинганана Верблюд интересовался плохо.
  Ради такого дела можно пожертвовать последней светошумовой гранатой. Чека улетела в сторону, шарик "Вспышки" брякнулся на проезжую часть. Верблюд заблаговременно спрятался за брошенной возле тротуара легковушкой.
  Грандиозный бабах словно цунами разлетелся по Тийской и Весенней улицам. На миг высокие двадцати пятиэтажные дома словно умылись белым светом. А теперь, для полноты картины, немного пострелять.
  Верблюд пулю за пулей расстрелял пару магазинов "Мак-Гида". Горячие гильзы просыпались на асфальт. Пусть думают, будто здесь кто-то отстреливался. На стене ближайшего дома остались миниатюрные кратеры, а кузов легковушки рядом обзавёлся свежими дырками. Отлично, Верблюд с щелчком вставил в пистолет полный магазин, теперь нужно спрятаться.
  Из окна на втором этаже мрачного кирпичного дома на углу отлично просматривается вся Грейская площадь. Верблюд опустился на маленькую табуретку возле подоконника. На коленях примостилась "Астана", семимиллиметровая снайперская винтовка. Позиция для стрельбы не самая удачная, но, дай бог, до этого не дойдёт. Сколько придётся ждать - неизвестно. Да и появится ли хоть кто-нибудь - так же неизвестно. Но такова жизнь.
  Выделенная локация, где Верблюду довелось прожить больше трёх лет, довольно большая. Как ни как, а это круг радиусом в десять километров и площадью почти в восемьдесят квадратных километров. Зинганан плотно и практически целиком застроен кирпичными домами в двадцать - двадцать пять этажей. В таких условиях искать банду Забоя слишком рискованно. Можно легко и незаметно из охотника превратиться в жертву. Тут уж кто кого первым заметить. А если Забой с подельниками засел за пределами Зинганана? Тогда поиски станут ещё и бесполезными.
  Самый простой и эффективный способ найти Забоя с подельниками - устроить охоту на живца. В качестве последнего вполне сгодится звуковая ловушка. Это ещё четыре месяца назад Гаочан был шумным городом, где по улицам и проспектам мчались, шуршали шинами и бибикали десятки тысяч машин. Не говоря уже о миллионах прохожих, которые не ходили с завязанными ртами. Теперь же Гаочан мёртвый город. Даже в час пик на его улицах царит мёртвая тишина. Лишь ветер иногда шумит в выбитых окнах. Так что взрыв гранаты, тем более светошумовой, может и должен привлечь внимание бандитов.
  Терпение - благодетель, только проявить его так и не пришлось. Не прошло и двадцати минут, как на Грейскую площадь со стороны набережной Нинхаи с треском и матюгами ввалились бандиты. Верблюд тут же подхватил с колен "Астану".
  Забой, вот ты какой, Верблюд усмехнулся. В перекрестье оптического прицела Забой похож на сбежавшего из психушки клоуна. Поверх чёрной куртки и джинсов главарь банды нацепил обрывки амуниции полицейского. Пластиковые щитки смотрятся на его тощей фигуре нелепо, как седло на корове. На голове Забоя причёска в стиле "взрыв на макаронной фабрике". Волосы срезаны грубо, кое-как, прямо ножом. Лицо выглядит не намного лучше. Если Забой и бреется, то, в лучшем случае, раз в неделю, причём очень тупой бритвой. Грязные руки сжимают электромагнитный автомат. Наверно всё тот же, что он снял с трупа полицейского в "Антикварной мастерской". Квадратный ствол и ствольная коробка усеяны грязными пятнами. Впрочем, как и сам Забой. В мирной жизни он мылся хотя бы раз в неделю. А теперь же он начисто забыл, что такое мыло, шампунь и зубная щётка. А это очень плохой признак. Деградация как раз начинается с грязных рук и небритых щёк.
  Под стать Забою вся его кодла. Бандиты как на подбор грязные, заросшие. Точно такие же поношенные куртки и штаны кое-как прикрыты полицейскими щитками.
  Военной подготовки вообще никакой. Забой с подельниками ввалился на Грейскую площадь толпой громогласных баранов. Лишь так, прикола ради, бандиты огляделись по сторонам. Развеялись последние сомнения: Забой с подельниками и в самом деле считают Зинганан своим феодом. Они здесь хозяева, они самые крутые на районе чуваки. А хозяевам не полагается прятаться. Наоборот! Все лохи тут же должны понять, кто в Зинганане самый крутой.
  До наступления темноты осталось меньше половины местного часа. Верблюд специально подгадал время таким образом. Ведь у него есть очки ночного зрения, а у бандитов их нет. Однако пришлось понервничать, пока Забой с подельниками обследовали площадь. Откровенно говоря, "обследовали" - это громко сказано. Если бы один из бандитов едва не поскользнулся бы на стреляных гильзах, то они вообще бы ничего не нашли и не заметили бы.
  О чём там базарил Забой с подельниками - бог его знает. Главарь несколько раз махнул рукой, кому-то показал кулак, после чего банда гурьбой повалила обратно по Весенней улице в сторону набережной Нинхаи.
  Невероятно! И как только Забой с подельниками умудрился пережить эти четыре месяца после конца света? "Астана" закинута за спину, Верблюд торопливо двинулся к выходу из квартиры на втором этаже. Наверняка так и умудрились - мародёркой: слабых грабили и убивали, а от сильных сами что было мочи уносили ноги. Ну а когда Зинганан целиком и полностью опустел, Забой вообразил себя царём и богом в одном лице.
  Ну нельзя те так! Верблюд притаился за очередной брошенной легковушкой. Бандиты даже не пытаются запутать следы или хотя бы проверить, не следит ли за ними кто-нибудь ненароком. Ведь граната не зря бабахнула на Грейской площади. А россыпь гильз говорит о том, что у кого в Зинганане имеется пистолет. Пусть пороховой, но не менее убойный. Куда там! Бандиты прут по Весенней улице едва ли не с песнями под барабанный бой.
  По левую руку осталась капсульная гостиница "Оматар". Верблюд на миг притормозил возле бетонного крыльца. Почти три с половиной года тому назад именно здесь, в капсуле под номером 284, ему довелось провести первую на Ксинэе ночь. А сейчас, увы, от былого экономного лоска не осталось и следа. Стеклянная дверь разнесена вдребезги, широкое крыльцо завалено мусором. Какие-то мудаки не поленились выбросить из окна одну из капсул. Пластиковые стены колотыми обломками разлетелись далеко вокруг. У края тротуара валяется битый информационный экран.
  Наглость наказуема. Но в чём бандиты всё же преуспели, так это в выборе места для постоянной базы. Слава богу, она нашлась в выделенной локации, хотя красная призрачная стена маячит едва ли не в пятидесяти метрах дальше по Весенней улице. Гипермаркет "Май" расположился возле Припесочного проспекта, одного из основных проездов через Гаочан. Вокруг главного корпуса широкие автостоянки и небольшая прогулочная зона из некогда зелёных газончиков и кустиков. Как на грех, вокруг гипермаркета лишь пятиэтажные дома.
  Забой с подельниками направился в сторону бетонной лестницы на крышу. Верблюд тут же свернул к ближайшей пятиэтажке. Стёкла на окне пятого этажа давно выбиты. Верблюд прилип к снайперскому прицелу. Бандиты облюбовали самый верх гипермаркета, где не так давно было несколько кафе, а большая площадка с видом на Нинхаю была заставлена многочисленными столиками с широкими зонтиками.
  Бетонная лестница с широкими площадками ведёт прямо на крышу гипермаркета "Май". Когда-то на ней были скамейки для отдыха. Теперь же они грудой железных обломков валяются на бывшей парковке. Сам вход на крышу перегорожен бетонными блоками. Широкие щели словно бойницы. Любой, кто только посмеет высунуться на последнюю площадку, непременно схлопочет пулю в лоб. Для прохода во внутрь оставлена небольшая железная дверца.
  Верблюд едва успел заметит, как за последним бандитом стальная дверь с лязгом захлопнулась. Как бы не было печально это признать, но Забой не дурак. Бетонная лестница великолепно простреливается с крыши. Когда-то там была вертикальная пожарная лестница с ограждением. Бандиты не поленились срезать её целиком и полностью. Наверняка её судьбу разделили все прочие пожарные лестницы. А ходы на крышу изнутри гипермаркета со сто процентной вероятностью надёжно забаррикадированы.
  Через снайперский прицел Верблюд и так, и эдак осматривал гипермаркет "Май", но насмотреть хоть что-нибудь полезное так и не удалось. Что творится на крыше можно только догадываться. Бандиты засели в одном из кафе. Лишь по жёлтому отблеску можно понять, что там у них разведён костёр, что именно там у них лежбище. Осталось только одно - ждать и наблюдать. Пусть у бандитов напрочь отсутствует военная подготовка, но они не конченные идиоты. Какая-никакая охрана у них должна быть.
  Постепенно на Гаочан опустились сумерки. Первоначальное предположение подтвердилось на все сто. В темноте на стенах выступили отблески огня. Вскоре выяснилось, что за охрану организовал Забой. Если коротко, негусто. Всего лишь один из бандитов постоянно караулит возле запертой металлической дверцы. Он же время от времени обходит крышу "Мая" по периметру. Так называемая смена караула происходит через полчаса. Каждый раз из кафе, где разлеглись бандиты, долетают матюги.
  Честно говоря, охрана чисто символическая. Да и подельников у Забоя немного, максимум десять человек. В некотором смысле главарь мародёров сумел организовать лучшую систему охраны из того, что у него есть. А есть у него очень и очень негусто.
  Через час окончательно стемнело. Увы, в таких условиях оптический прицел совершенно бесполезен. Из рюкзака Верблюд вытащил "Глаз орла" седьмая модель. Если Нидл Жагитич, владелец оружейного магазина "Старый охотник", только знал, на кого именно Верблюд пойдёт охотиться с ночным прицелом. Да если бы и знал, то всё равно продал бы. Кто тогда, полгода назад, верил в конец света? Никто не верил, только чокнутые выживальщики.
  Терпение благодетель. От скуки и неподвижности то и дело накатывает сонливость. Верблюд потянулся всем телом. Сейчас бы кофейку горячего пару кружек... Из темноты долетел пронзительный скрежет, Верблюд тут же примкнул к прицелу.
  Вот что значит продвинутая техника Ксинэи. По ту сторону окна глухая ночь. Небо затянуто тучами, однако через ночной снайперский прицел вход на крышу гипермаркета просматривается как на ладони. Охренеть! Верблюд качнул головой. Так называемый часовой пошёл на грубейшее нарушение караульного устава. Единственное, что его оправдывает, так это полное отсутствие каких-либо уставов у бандитов. Подельник Забоя распахнул металлическую дверцу и с довольным видом принялся ссать прямо с верхней площадки. Ну не захотелось ему дойти до туалета.
  Это шанс! Нервное возбуждение прокатилось по телу. Былой сонливости как не бывало. Указательный палец перевёл рычажок "Астаны" в положение бесшумной стрельбы. Верблюд приник к снайперскому прицелу.
  Чем хорошо электромагнитное оружие, так это возможностью стрелять без грохота на всю округу. Для этого даже не нужен глушитель. Пороха нет, пороховые газы с громогласным бабахом и яркой вспышкой не потревожат ночную тишину и темноту. Достаточно уменьшить начальную скорость пули в виде стрелки, и она не будет с грохотом проламывать звуковой барьер. Конечно, при тихой стрельбе существенно падает пробивная мощность, но это ещё не самая большая плата за возможность не распугать всех ворон в Зинганане.
  Фигура часового застыла в перекрестье прицела. Бандит стоит с довольным видом, на спине болтается автомат - поразительная беспечность. Верблюд плавно нажал на спусковой крючок, снайперская винтовка тихо щёлкнула, приклад мягко толкнул в плечо.
  Проклятье, мимо! Верблюд недовольно поджал губы. Так называемый часовой лишь испуганно дёрнулся и принялся вертеть головой. Наверняка он услышал, как где-то рядом с ним в бетон ткнулась пуля. Хорошо, что у него и мыслей нет, что он может быть на прицеле. Любой нормальный солдат давно бы рухнул на землю и постарался бы как можно быстрее убраться в укрытие. Впрочем, любой нормальный солдат и не стал бы посреди ночи ссать с крыши прямо на виду у всех. Бандит же стоит и тупо вертит башкой.
  Но почему мимо? Верблюд, будто в первый раз, глянул на "Астану". От крыши пятиэтажки до так называемого часового сотни две метров - не так уж и много. Господи! Ну нельзя же быть таким тупым! Верблюд вновь направил ствол в сторону гипермаркета. Бесшумная стрельба. Увы, пуля обычная, а потому просто не долетела до так называемого часового. Выше брать надо, выше.
  Новый прицел. Бандит, ну вообще ни в какие ворота, успокоился и принялся вновь увлажнять асфальт под лестницей. Тем лучше. Перекрестье вновь надвинулось на так называемого часового, только на этот раз Верблюд поднял прицел выше. Выстрел!
  Часовой вновь испуганно дёрнулся и медленно стащил со спины полицейский "гайдук". Так, чего доброго, ещё в укрытие убежит. Верблюд поднял прицел ещё выше. Выстрел! Опять мимо. Так называемый часовой тупо уставился вниз. Недолёт. Хотя, спрашивается, что он может там, внизу, разглядеть. Прицел ещё выше. Выстрел!
  Наконец-то! Верблюд облегчённо выдохнул. Четвёртая пуля угодила так называемому часовому прямо в грудь. Бандит вяло взмахнул руками, но лишь бессильно перевалился через низенькое бетонное ограждение. Падение с десятиметровой высоты окончательно добило пособника Забоя.
  Один готов! От радости хочется станцевать ритуальный танец живота. Только не стоит этого делать. Верблюд вновь приник к прицелу.
  Минута. Вторая. Третья. Убитого часового так никто и не хватился. Металлическая дверца в бетонном ограждении как и прежде гостеприимно распахнута настежь. Пора действовать. Его величество случай любит помогать настырным, но только один раз. Если не сейчас, то следующий часовой будет вести себя куда как более осмотрительно и уж точно не будет ссать прямо на виду у всех.
  Лестничные пролёты быстро остались за спиной. "Астана", конечно, отличная снайперская винтовка, только в стычке накоротке она практически бесполезна. Ну, если только использовать её в качестве дубины. Верблюд аккуратно припрятал винтовку под бетонным крыльцом.
  Тактический костюм "Киргач 2" отлично сливается с серым асфальтом автостоянки, тем более в почти полной темноте. Лишь на небе в разрывах лохматых туч изредка мелькает тонкий серп Аниты. УТП "Сайдан 2.7" молчит. Да и откуда у Забоя и сотоварищей может взяться хоть какой-нибудь охранный радар?
  Так называемый часовой валяется под лестницей. Можно сказать, он попал точно в лужу собственной мочи. Руки раскинуты в стороны, голова неестественно вывернута вправо. Верблюд подобрал с земли полицейский "гайдук". Знакомая модель: ЭМАГ-88 ОП, охрана правопорядка, точно полицейский. Это несколько лучше, чем СП (свободная продажа), но всё равно хуже полноценной армейской модели.
  Руки торопливо ощупали приклад, цевьё и квадратный ствол. Кажись, "гайдук" цел. Верблюд поднёс автомат к глазам. Красного сигнала неисправности нет, это хорошо. На ствольной коробке горят две цифры: 7 и 62. А вот это плохо. Энергии в накопителе осталось всего семь процентов. Если врубить автомат на полную мощность, то её может не хватить на оставшиеся 62 пули. Ладно, это не проблема.
  Из кармана разгрузки Верблюд вытащил накопитель для "Астаны". Лёгкий щелчок - встал как влитой. Первая цифра тут же сменилась с семёрки на сотню. Да здравствует унификация! Верблюд улыбнулся. Переключатель мощности на полную. Вот теперь другое дело.
  Тормозить не стоит. Часового растяпу могут хватиться в любой момент. Однако Верблюд быстро прощупал убитого бандита. Отлично! В нагрудном кармане нашёлся ещё один магазин для автомата. Верблюд быстро воткнул его в "гайдук" - 31 пуля, это плохо. Перегружать некогда. Пусть уж лучше останется первый магазин. Вот теперь можно идти на штурм.
  Хорошо, что Забою с подельниками не пришло в голову посыпать бетонные ступеньки битым стеклом. Иначе хруст бы стоял на всю округу. А так... Верблюд почти тихо и незаметно поднялся на последнюю лестничную площадку. Металлическая дверца в бетонном ограждении как и прежде нараспашку.
  Маска для похода через канализационные туннели осталось в рюкзаке. А зря. Едва Верблюд протиснулся через дверцу, как в нос ударил запах нечистот. Не все так называемые часовые предпочитали выходить на лестничную площадку и ссать прямо на парковку внизу. Некоторые облегчались прямо возле двери. Да и сама крыша бывшего гипермаркета соскучилась по капитальной уборке.
  Ботинок едва не задел консервную банку. Верблюд осторожно переступил через батарею пустых бутылок. Разорванные упаковки из-под чипсов, сорванные крышки, пластиковые бутылки и прочий мусор в изобилии разбросан под ногами. Можно было бы подумать, будто Забой и его подельники специально соорудили эту импровизированную сигнальную полосу. Можно было бы, если бы не более простое объяснение - деградация во всех своих возможных проявлениях.
  Чёрно-белый мир перед глазами окрасился разными цвета. Значит где-то совсем рядом тот самый костёр. Перед входом в кафе Верблюд опустился на корточки и осторожно глянул во внутрь. Так оно и есть.
  Когда-то здесь был главный зал, где стояли столики и стулья для посетителей. Теперь же большая часть недорогой пластиковой мебели сброшена в дальний угол. Прямо на полу горит огонь. Пламя давно прожгло пластиковое покрытие до голого бетона. Вокруг очага из кирпичей в художественном беспорядке разбросаны лежанки из матрасов. Наверняка надыбали в гипермаркете снизу. Воздух дрожит от разноголосого храпа.
  Верблюд вытянул шею. Всего девять человек, минус так называемый часовой. Полицейский "гайдук" тихо перекочевал за спину. Из ножен на поясе Верблюд вытащил армейский нож. Работа предстоит грязная во всех смыслах, только сейчас не до благородства. Да и какой смысл разводить политес перед Забоем и его подельниками? Не поймут и не оценят.
  Левая рука зажала ближайшему бандиту рот, правая тут же полоснула ножом по горлу. Бандит слабо дёрнулся, но быстро затих. Минус два. Рядом храпит ещё один. Но он, проклятье, повернулся на бок. Это несколько сложнее.
  Хорошо отработанная последовательность действий. Научили в своё время. Левая рука не просто зажала бандиту рот, но и перевернула его на спину. Тёмное лезвие армейского ножа легко вскрыло беззащитное горло. Бандит даже не успел пикнуть. Минус три.
  От натянутого возбуждения то и дело перехватывает дыхание. Какие там компьютерные игры? Это жизнь, пусть и виртуальная, но очень даже полноценная жизнь. Верблюд плавно переместился к следующему бандиту. Третий по счёту подельник Забоя тихо умер прямо во сне. А где же сам Забой?
  Минус четыре и минус пять отправились следом за первыми тремя. Осталось четверо. Да где же Забой? Душа жаждет во что бы то ни стало найти и прирезать вожака этой банды мародёров. Верблюд присел перед шестым по счету. И это не он. Для Забоя этот бандит слишком тощий и длинный.
  - Кто тут шумит?
  Чужой голос за спиной словно выстрел из пушки. Верблюд резко развернулся. По ту сторону очага один из подельников Забоя приподнялся на локте.
  - Э! А ты кто такой? -лицо бандита вытянулось от удивления.
  Армейский нож перепрыгнул в левую ладонь. Правая рука тут же выдернула из кобуры "Мак-Гид". Промахнуться невозможно. Выстрел взорвал ночную тишину. Сноп пламени выплеснулся бандиту в лицо. Верблюд нажал на спусковой крючок ещё и ещё раз.
  - Какого чёрта?!
  Тощий бандит перед Верблюдом судорожно подпрыгнул и сел прямо. Ствол "Мак-Гида" тут же упёрся ему в лоб. Выстрел! Из затылка подельника Забоя вылетел кровавый фонтан.
  - Полундра!!! - истошный вопль где-то сбоку.
  Пора сматываться! Верблюд вскочил на ноги. Шаг. Второй и прыжок. Верблюд колесом вывалился из кафе наружу. Под рюкзаком хрустнула пустая банка из-под пива. Следом загрохотал автомат. Пули с визгом впились в пол. Но Верблюд уже отпрыгнул в сторону под прикрытие стены.
  Тихая часть вторжения закончилась. А жаль. Верблюд с щелчком вогнал в "Мак-Гид" полный магазин. Хотя "гайдук" будет лучше. Автомат из-за спины переместился в руки.
  Сложилась патовая ситуация. Забой с уцелевшими пособниками засел где-то в глубине кафе. Но он понятия не имеет, что противник у него всего один, а потому бздит не по-детски.
  - Эй! Вы! - через распахнутую дверь из глубин кафе долетел хриплый голос Забоя. - Убирайтесь с нашей крыши, пока мы вас нахрен не перестреляли! Нас тут семеро!
  - Кончай заливать, Забой! Вас максимум трое! - в ответ крикнул Верблюд.
  Не зря говорят: язык мой - враг мой. Болтать с противником - последнее дело.
  - Верблюд?!! Жив, сука!!!
  Сказать, что Забой удивился, значит, ничего не сказать.
  - Выживальщик хренов! Шпилька права была: никуда ты из Зинганана не делся! Крыса!!! В канализации отсиделся! Ух! Доберусь я до тебя! - ругань и угрозы полились из Забоя как вонючие стоки из прорванной канализационной трубы.
  Забой, несомненно, опытный и хитрый бандит. Но и Верблюд прошёл не через один локальный конфликт. То, что Забой щедрой рукой мечет угрозы, на языке тактиков называется "отвлечь внимание". Всего одной фразой Верблюд выдал не только свою личность, но и собственное местоположение. Впрочем, против любого приёма существует контрприём.
  - Пасть порву! Моргала выколю! Ты у меня собственные кишки жрать будешь!
  А у Забоя весьма убогая фантазия. Верблюд поднялся на ноги. Перемещение - залог элементарного выживания. Кратчайший путь должен быть слева. Верблюд выставил ствол "гайдука" за угол. Никого. Но это ещё ничего не значит.
  Армейские ботинки почти не шумят. Словно он и в самом деле крыса, Верблюд двинулся вдоль стены. В подобных кафешках в обязательном порядке должны быть задние двери. А теперь ещё раз осторожно. Верблюд вновь опустился на корточки. Из-за угла донеслись настороженные шаги.
  Резко вперёд! Верблюд упал на левое плечо. Точно! Ещё живой пособник Забоя пытается обойти с фланга. И, несомненно, сумел бы обойти, если бы этого тощего типа с жиденькой бородкой на вытянутом лице не била бы нервная дрожь вкупе с трусостью.
  "Гайдук" в руках Верблюда разразился короткой очередью. Пули с оглушительным треском проломили звуковой барьер. Маленькие, но очень острые стрелки вспороли бандиту брюхо. Не помог широкий, не по размеру, нагрудный доспех с полицейского защитного костюма. Бандит рухнул на спину.
  Ещё один готов. Верблюд вскочил на ноги. Теперь самое время зайти Забою в тыл. Но перед входом в кафе Верблюд вновь остановился. Ломиться сломя голову не стоит.
  Изнутри донеслись торопливые шаги. Да они, Верблюд вытянул шею, удаляются. Отлично слышно, как скрипнули остатки входной двери, их кто-то задел плечом. И вновь торопливые шаги. Нет. Уже бег. Самый настоящий бег.
  Верблюд с автоматом наперевес резко заглянул во внутрь кафе. Короткий коридор, никого нет. В два широких шага Верблюд выскочил в кухню. Вдоль стены стальные шкафы, тёмная от горелого жира плита и вновь никого. Через противоположную дверь Верблюд выбежал в главный зал.
  В очаге из кирпичей как ни в чём не бывало горит огонь. Слева от него с прострелянной головой валяется бандит. Верблюд в два шага подскочил ближе. Тот самый. Значит, Забой остался один и... сбежал. Сбежал самым натуральным и постыдным образом.
  К чёрту осторожность! Верблюд припустил со всех ног. На открытой части крыши гипермаркета никого нет. Только не похоже, чтобы Забой рванул к бетонной лестнице. Звуки его торопливого бегства долетали совсем с другой стороны. С той, кажется.
  Открытое пространство легко простреливается. Лучше не рисковать. Верблюд двинулся вдоль ряда бывших кафешек, или что тут было до войны. Вот и противоположный край крыши. Через бетонный парапет переброшена толстая верёвка. Верблюд тут же подскочил к ней.
  Ушёл! Падла! Верблюд недовольно фыркнул. По Весенней улице удаляется тёмная фигура. Если бы Забой не мчался бы во всю прыть, то заметить его не смогли бы и продвинутые очки ночного зрения. И недостать его. Была бы сейчас в руках "Астана", то ещё можно было бы хотя бы попытаться. Можно, только не с ЭМАГ-88 ОП.
  Будто и этого мало! Кулак с шумом опустился на бетонный парапет, Верблюд зло выдохнул. Забой благополучно перескочил через барьер. Для него призрачной красной стены не существует. Теперь он по ту сторону выделенной локации и попытка найти его на той стороне выльется в чёртову прорву штрафных часов. Нет, Верблюд тряхнул отбитой рукой, лучше даже не пытаться.
  Ладно, как бы то ни было, а банду Забоя удалось ликвидировать. Жаль, конечно, что самому Забою удалось удрать. А чего ещё можно было бы ожидать от мародёра? Пора перейти к самой приятной части выигранного сражения - к сбору трофеев. Но прежде Верблюд вернулся к бетонной лестнице. Первый универсальный охранный датчик притаился в самом начале подъёма на крышу. Второй Верблюд опустил сразу же за железной дверцей. К ней, оказывается, приварен массивный засов. Но охранная сигнализация лишней не будет.
  С фонариком в левой руке и с пистолетом в правой Верблюд обследовал кафешку. В углу, за прилавком, нашёлся первый сюрприз. В грубо сваренной из стальных прутков клетке четверо пленников уставились на Верблюда испуганными глазами. Парню в рабочем комбинезоне с капюшоном если и больше двадцати лет, то ненамного. Рядом с ним девушка лет двадцати пяти в точно таком же комбинезоне. У противоположной стены две женщины лет тридцати и сорока закутались в дранные плащи. Тяжёлый амбарный замок надёжно запер самодельную клетку.
  Пленники молчат и продолжают пялиться на Верблюда испуганными глазами. Не верещат, не требуют их немедленно освободить ну и ладно. Верблюд развернулся на месте. Пообщаться с ними можно будет несколько позже.
  С оружием в банде Забоя не ахти. Возле восьми трупов Верблюд подобрал шесть ЭМАГ-88 ОП. Те самые, с убитых в "Антикварной мастерской" полицейских. Некогда прочная амуниция стражей правопорядка пришла в полную негодность. Зариться на дубинки, ножи и тесаки Верблюд не стал. Ничего более ценного из оружия найти не удалось. Да и, честно говоря, "гайдуки" представляют из себя весьма сомнительную ценность. Бандиты за автоматами не следили вовсе. Немногочисленные магазины с пулями и накопители энергии Верблюд сложил в свой рюкзак.
  Зато, на удивление, возле одного из матрасов нашёлся полный мешок с едой. Прямо на лежбище одного из бандитов Верблюд вытряхнул мясные и рыбные консервы, несколько вакуумных упаковок с хлебом, пакет шоколадных конфет и ещё две коробки с дешёвым вином. Откуда? Откуда у Забоя такое богатство? Впалые щёки и выпирающие рёбра убитых бандитов красноречиво говорят, что за последние четыре месяца им далеко не каждый день приходилось пить вино и закусывать шоколадными конфетами.
  Ладно, с этим можно будет разобраться позже. Верблюд побросал обратно в мешок запасы провизии. Вот теперь пора допросить пленников.
  Перед грубо сваренной стальной клеткой Верблюд присел на пластиковый стульчик. Широкие очки ночного зрения будто бандитская маска. Пусть беседа предстоит доверительная, но собственное лицо лучше не показывать.
  - Кто вы и как здесь оказались? - Верблюд опустил на колени автомат, ствол, на всякий случай, направлен в стену.
  Тягостное молчание. Пленники вопросительно переглянулись.
  - Меня зовут Минван, - нерешительно произнёс парень. - Рядом со мной Кхира. А это, - грязным пальцем парень показал на женщин, - Тулана и Юрга.
  Минван замолчал. Разговор не клеится. Верблюд выразительно хлопнул по автомату ладонью. Парень тут же понял намёк и заговорил вновь.
  - Мы, это, - Минван оглянулся на женщин, - в Лутабара жили, когда война началась. Там, это, на порт бомба упала, ядерная. Это не так далеко от нас было. Волна взрывная наш посёлок с землёй сравняла, но мы в подвале отсиделись.
  Чем больше Минван говорит, тем уверенней и спокойней становится его глосс. Пусть медленно и со скрипом, но до него дошла элементарная истина: пока он говорит, никто его убивать не будет.
  - Мы так и кантовались на северной окраине Гаочана всё это время, пока жрать вообще нечего стало, - Минван утёр нос грязным рукавом. - Это, беженцы из Гаочана как саранча нагрянули, всё разграбили, подчистую. У нас в Лутабара такие драки были, самые настоящие побоища без правил.
  - А полицейские, козлы, забаррикадировались у себя в центральном участке и валили всех без разбора, - торопливо вставил Кхира.
  - Да, без разбора, - Минван кивнул, - площадь, центральная, вся трупами завалена была. Так вот, как жрать нечего стало, мы решили в другие края податься. По дороге Тулану и Юргу встретили. У них пара булок была и упаковка чипсов. Вот мы и взяли их с собой.
  История грустная, но типичная. У Минвана хватило благородства взять двух женщин с собой, а не прирезать их по-тихому ради несчастных булок и чипсов.
  - Почему не обошли Гаочан стороной? - спросил Верблюд.
  - Мы хотели, - Минван отвёл глаза, - только там, на север дальше, облако радиоактивное прошло. Ну, это, от взрыва ядерного над портом. У меня детектор радиации был. Он так защёлкал, так защёлкал, как сорока в пасти у лисы. Вот нам и пришлось через Гаочан топать.
  - Где нас эти сволочи поймали, - Кхира показала глазами за спину Верблюда.
  - Почему они не убили вас сразу?
  Кхира тут же отвела глаза, а Минван покраснел. Тулана и Юрга, более зрелые женщины, покраснели вслед за парнем. Вот таким незамысловатым образом Верблюду "объяснили", почему бандиты не прирезали парня и женщин как балласт, а Кхиру, как наиболее молодую и сексуально привлекательную, не оставили в живых для плотских утех.
  - Бандиты, это, - Минван нервно задышал, - людоеды.
  - Они настолько оголодали, что людей жрать начали, - встряла Тулана, кажется, женщина лет тридцати. - Это именно они за последние месяцы буквально вычистили северную окраину Гаочана от выживших. Сами хвастались, я слышала.
  Верблюд нахмурился. Звучит более чем убедительно. Забою с подельниками пришлось голодать, о чём более чем выразительно говорят их тощие фигуры. Только кое-что не сходится.
  - Тогда почему у бандитов я нашёл мешок довоенной еды? - медленно произнёс Верблюд.
  - Так они буквально день или два назад какого-то выживальщика поймали, - произнёс Минван. - Вот его запасами и поживились. Да ещё спорили: то ли нас сразу убить, чтобы на еду не тратиться, то ли сначала нас съесть, а уже потом за довоенную жрачку взяться. Главарь их, Забой, кажется, предлагал нас замочить за ненадобностью.
  Вот она вся логика Забоя во всём своём убожестве. Когда жрать стало нечего, то он с подельниками принялись уплетать человечину. Когда же появилась настоящая еда, то тут же решил пристрелить пленников. Один из его подельников предложил более рациональный вариант: сначала съесть пленников, а уже потом взяться за запасы выживальщика. Благо эти самые запасы можно долго хранить и кормить их не нужно. Но нет: для Забоя завтра не существует, только сегодня, только сейчас. К слову, о людоедстве.
  - Среди бандитов была женщина? - спросил Верблюд.
  Минван и Кхира переглянулись.
  - Да, была, - Минван кивнул. - Бандиты буквально сегодня вечером её доели. Я сам видел, как один из них кости из кафе вынес и где-то с крыши скинул.
  - Откуда ты знаешь? - Верблюд насторожился.
  - Им подфартило с едой и..., - Кхира на секунду замялась, - с нами. Вот они принялись громогласно сожалеть, что съели её. Типа, она такая ловкая в постели была. Двоих, а то и троих за раз удовлетворить могла. Не то что..., - Кхира отвернулась.
  - Как её звали?
  - То ли булавка, то ли заколка, - неуверенно произнёс Минван.
  - Может. Шпилька?
  - Да, точно, - Минван радостно закивал. - Шпилька.
  Да-а-а... Судьбе Шпильке можно только посочувствовать. Ради выживания она прибилась к банде Забоя и стала у них бесправной проституткой. Но, вот ирония, в результате хронического недоедания у бандитов пропала потенция. Так Шпилька потеряла свою единственную ценность и её съели. Верблюд качнул головой. Теперь понятно, что за представление развернула Шпилька в "Антикварной мастерской". Для неё возможность выманить выживальщика и завладеть его запасами стала последним шансом уцелеть. Вот почему она так долго и упорно бегала по мастерской и давила слезу. Каким-то невероятным образом Шпилька поняла, что Верблюд должен быть где-то в "Антикварной мастерской". Должен! Но.
  Как бы оно там сложилось - бог его знает. У Забоя лопнуло терпение. Он не мог, да и не умел, ждать день или тем паче два дня. Затея Шпильки провалилась. А её саму Забой с подельниками в прямом смысле съел.
  - Так что вы там говорили про выживальщика? - Верблюд поднял голову.
  - Так, это, - неуверенно начал Минван, - бандиты буквально на днях какого-то выживальщика поймали, причём вместе с его запасами.
  - Самого выживальщика мы не видели, - встряла Кхира. - Он либо сбежал, либо его убили. Последнее вероятней всего.
  - Где запасы выживальщика?
  - Мы не знаем, - Минван пожал плечами. - То ли от лени, то ли по другим причинам бандиты приволокли с собой мешок или два. Всё остальное они оставили в схроне того выживальщика.
  То, что выживальщик был, очень похоже на правду. Из головы до сих пор упорно не идёт запах варёного риса со специями в канализационном туннеле. Возможно, что именно по запаху Забой с подельниками сумел вычислить выживальщика. И очень похоже на то, что пленники и в самом деле не знают, где находится схрон того выживальщика.
  - Что ещё интересного вы можете мне рассказать? - произнёс Верблюд.
  - А что вы сделаете с нами? Убьёте? Съедите? Изнасилуете? - голос женщины лет сорока, Юрга, кажется, вибрирует от напряжения, ещё немного и у неё начнётся самая настоящая истерика.
  - Здесь вопросы задаю я, - нарочито спокойно произнёс Верблюд. - И так, повторяю вопрос: что ещё интересного вы можете мне рассказать?
  Ни пытки, ни угрозы не нужны. Вполне хватит небольшого психологического давления. Пленники прекрасно понимают, что здесь и сейчас они целиком и полностью находятся во власти странного человека. Пусть этот незнакомец почти целиком и полностью положил на месте банду людоедов, но это ещё не значит, что он благородный рыцарь на белом коне. Может быть этот странный незнакомец ещё большее зло. Зато, пока пленники говорят, у них есть шанс выжить.
  - От бандитов мы услышали, что где-то на северо-востоке, на одном из островов посреди Нинхаи, находится клан "Чёрная воля", - произнёс Минван. - Бандиты думали присоединиться к ним как к наиболее близким по духу. Только главарю, как мне кажется, очень не хотелось терять власть над бандой. Вот он и уговорил подельников повременить, благо они, того, нас поймали и запасы выживальщика хапнула. Ну а пока, типа, просто держаться от "Чёрной воли" подальше.
  "Чёрная воля"? Верблюд скосил глаза в сторону. Знакомое название. Только откуда?
  - А ещё где-то на юго-западе от Гаочана находится клан "Сталь", - тихо произнесла Тулана. - Его военные основали. Бандиты "Сталь" жутко боялись. Ибо военные валили бандитов без разговоров. И это в лучшем случае.
  - Да, это так, - Минван кивнул. - Мы как раз надеялись к "Стали" присоединиться.
  - Почему именно к ним?
  - Ну, это, - Минван смутился. - "Сталь" бывшее военные 281-ой стрелковой дивизии основали. Та самая, что пыталась в Гаочане порядок навести, когда свет погас. У них сельское хозяйство имеется. Там... Пшеница, коровы. Будущее есть, одним словом. Они, вроде как, Юранию возродить хотят.
  Повисла тягостная пауза. Пленники молчат, похоже на то, что им больше нечего рассказать. Тогда что с ними делать? Верблюд склонил голову на бок. Самый простой способ - потратить четыре пули и дело с концом. Но это же аморально. Именно эти четыре компьютерных бота ничего плохого для него не сделали. Наоборот - поделились информацией. Но и взваливать их на свою шею тоже не стоит. Впрочем, существует гораздо более простое решение.
  - Где ключ от замка? - стволом автомата Верблюд показал на большой амбарный замок, что запирает клетку.
  - Он у главаря должен быть, - Минван шмыгнул носом.
  - Понятно, - Верблюд поднялся на ноги.
  Ключ от замка должен быть у Забоя, Забой удрал. Это даже хорошо, что удрал. В бывшей кафешке Верблюд быстро нашёл достойную замену.
  - Держите, - Верблюд бросил к клетке стальной лом. - Как освободитесь, убирайтесь из Гаочана как можно быстрее. Попробуйте присоединиться к клану "Сталь". Всё, что сумеете найти на стоянке бандитов, будет вашим.
  - Кто вы? Зачем нам помогаете? - Кхира обхватила прутья обоими руками.
  - Тебе незачем это знать, - Верблюд развернулся на месте.
  С бандой Забоя покончено, пленники получили шанс освободиться и спастись. На крыше гипермаркета "Май" делать больше нечего. Верблюд взвалил на плечи все найденные "гайдуки". Нужно торопиться, Забою вполне может прийти в голову идея устроить засаду. Так что вряд ли, Верблюд улыбнулся, но кто его знает.
  Все шесть электромагнитных автоматов Верблюд аккуратно припрятал за бетонным крыльцом жилого дома, а сам вновь засел на прежнем месте, в брошенной квартире на пятом этаже. Без пуль и накопителей энергии "гайдуки" серьёзно потеряли в цене. Если получится, то позже их можно будет перенести либо в убежище, либо на одну из временных баз. Что там будет в будущем, как оно там сложится - бог его знает. "Гайдуки" ещё вполне могут пригодиться если не как оружие, то как товар или запчасти.
  Прошло минут тридцать, прежде чем на бетонной лестнице с крыши гипермаркета показалась фигура Минвана. В руках у парня большая деревянная дубина. Ничего более серьёзного он не нашёл да и вряд ли мог найти. Следом за ним на лестнице показались все три женщины. Лишь Кхира, то ли подруга, то ли жена Минвана, вооружилась дубинкой. У двух других в руках ничего нет.
  Бывшие пленники быстро спустились на землю. Минван первый, за ним все остальные. Интересно, Верблюд перехватил снайперскую винтовку по удобней, они и в самом деле не знают, где находятся запасы выживальщики? Или, всё же, врали? Вот сейчас это и выяснится.
  Увы, ничего не получилось. Минван повёл женщин к набережной Нинхаи. Не прошло и пяти минут, как все четверо выскочили за пределы выделенной локации. Верблюд только крякнул с досады. Либо схрон выживальщика находится за пределами Зинганана, либо бывшие пленники и в самом деле решили как можно быстрей убраться из Гаочана. Пройти по набережной Нинхаи - наиболее быстрый и безопасный способ. Особенно, если им повезёт найти какую-нибудь лодку.
  Ну и ладно, Верблюд закинул снайперскую винтовку на спину. Если бывшим пленникам улыбнутся удача, то они и в самом деле сумеют присоединиться к клану "Сталь". А если нет - значит судьба у них такая.
  

Глава 9. Крутой клан

  Пи-пи-пи. Пи-пи-пи. Тонкий противный сигнал над ухом словно жужжание комара. Того и гляди укусит прямо в нос. Какой ещё комар? Верблюд резко распахнул глаза и сел прямо. Рука машинально подхватила с пола "Мак-Гид". Но нет, это не тревога и не нападение. Тогда что?
  Возле изголовья импровизированного лежбища из матраса лежит гарнитура. Как раз из крошечного динамика и доносится противный писк. Это же, Верблюд машинально потёр лоб прямо стволом пистолета, сработал универсальный тактический прибор, но не с подачи хотя бы одного универсального охранного датчика. Нет, это что-то другое. Пистолет нырнул в кобуру на поясе. Правая рука быстро сдёрнула клапан с тактического экрана на левой руке. Ага, Верблюд усмехнулся, вот оно что.
  УТП "Сайдан 2.7" перехватил разговор в эфире. Судя по мощности сигнала, источник постепенно приближается. Верблюд торопливо нацепил на ухо гарнитуру. Ага! Радиоканал ещё и не зашифрован.
  - ...о у вас, Крыс? Приём.
  - Мы подходим. Никого не видно и не слышно. Приём.
  - Аккуратней там. Верблюд может засесть где угодно. У него снайперка. Приём.
  - Ты думаешь, этому уроду можно верить? Приём.
  - Вот это вам и предстоит выяснить. Конец связи.
  Щелчок, радиосвязь отключилась, а вопросы остались. Верблюд недовольно поморщился. В эфире мелькнула его кличка, это не есть хорошо. Кто бы не приближался, но он знает о нём и будет начеку. Это тоже не есть хорошо. Только кто же эти таинственные незнакомцы?
  Верблюд осторожно выглянул в окно. Из квартиры на пятом этаже отлично просматривается гипермаркет "Май", а так же прилегающая к нему просторная парковка. Откуда приближается противник? Верблюд поднёс к глазам бинокль.
  Сквозь мощную оптику обзор ещё лучше, ещё детальней. До наступления темноты осталось примерно полтора местных часа. А пока Зинганан просматривается далеко, вплоть до набережной Нинхаи. А вот там, Верблюд подкрутил окуляры, и есть противник.
  Красная призрачная стена, граница выделенной локации, несколько мешает, как бы смазывает картинку. Но и так можно заметить, как по речной глади к гранитной набережной приближается большой чёрный катер. Очень похоже на то, что когда-то он был белым, но потом его перекрасили в чёрный цвет, но очень плохо и небрежно. Местами краска отслоилась и провисла рваными лоскутами. Но это ещё не самое печальное.
  На носу катера можно разглядеть двух мужиков в чёрных кожаных куртках и таких же штанах. На ногах берцы. Головы вместо шлемов или хотя бы мотоциклетных касок прикрыты камуфлированными банданами. Эдакие крутые парни с крутыми пушками. Причём реально крутыми. У того, что чуть выше и плотнее, в руках дробовик. У другого, чуть более стройного, "гайдук". Какая именно модель из-за дальности понять невозможно. Проклятье, Верблюд недовольно фыркнул. Уловка сработала, только не так, как хотелось.
  С той ночи, когда Верблюд положил банду Забоя, прошло пять дней. Если рассуждать здраво, то следовало бы убраться от гипермаркета "Май" пока цел, но Верблюд рискнул остаться. Запасы неизвестного выживальщика покою не дают.
  Продукты питания - очень важный стратегический ресурс. С этими самыми запасами Забой запросто может сколотить новую банду ещё более многочисленную, злую и пугливую. Чего доброго, у них и в самом деле появится караульный устав. Допустить возникновение новой банды ни в коем случае нельзя. Да и пополнить собственные запасы лишним совсем-совсем не будет.
  Одно плохо: искать схрон выживальщика в Зинганане - дело муторное, долгое и бесполезное. Раз этот самый выживальщик сумел продержаться четыре месяца, четыре самых тяжёлых месяца, когда миллионы голодных и отчаявшихся людей рыскали по Гаочану в поисках продовольствия, то наверняка его схрон спрятан более чем основательно и хорошо.
  Вот почему Верблюд решил устроить на Забоя засаду, для чего и засел в одном из пятиэтажных домов напротив гипермаркета "Май". Велика вероятность, что Забой всё же рискнет вернуться на прежнее место. Как знать, может у него остались тайники и заначки. Заодно в этом же доме Верблюд заложил временную базу.
  Постоянно пялится из окна дело долгое, хлопотливое и утомительное. Верблюд поступил проще. На крыше гипермаркета, как раз возле единственного входа, притаился один из универсальных охранных датчиков. Ещё четыре Верблюд заложил в доме вокруг своего лежбища. Заодно развернул дополнение к УТП, так называемый внешний приёмник, по сути, антенну. Благодаря ей дальность универсального тактического прибора существенно возросла.
  Чёрный катер с облезлой краской ткнулся в гранитные блоки набережной правым бортом. Один из мужиков перескочил на берег и принял пару причальных концов. Следом на набережную шлёпнулся большой деревянный щит, что-то вроде трапа.
  Проклятье, Верблюд про себя тихо ругнулся. На берег сошло десять человек в чёрных кожаных куртках и в камуфлированных банданах. Ещё четверо остались на катере. Будто и этого мало! Верблюд зашипел проколотой шиной. На берег съехал электрический кар с тремя тележками.
  А вот и он. От злости руки едва не разломили бинокль на две половинки. Среди тех, что сошёл на берег по затравленному виду можно легко узнать Забоя. Что самое интересное, он без оружия, а его руки стянуты за спиной серой верёвкой.
  Один из боевиков повернулся спиной. Что за! Верблюд прилип к окулярам бинокля. От злости самое время взвыть волком. На спине боевика хорошо знакомая эмблема - тёмно-оранжевый череп с перекошенной на правую сторону нижней челюстью. В голове рванула яркая петарда. А из ушей посыпались красные искры. Верблюд тихо выдохнул. Вот откуда ему знакомо название клана "Чёрная воля". Больше трёх лет прошло. И, поди же ты.
  "Чёрная воля" - так назывался один довоенный байкерский клуб, ну или банда. Череп с перекошенной нижней челюстью на спине одного из боевиков - это же эмблема "Чёрной воли". Невероятно! Неужели Черепу, главе то ли клуба, то ли банды, удалось организовать самый настоящий клан? Хотя тогда, при единственной встрече больше трёх лет назад, Череп показал себя умным и волевым мужиком. Ну а накаченная мускулатура и повадки дрессированного бульдога выдали в нём опытного бойца. Когда привычный мир улетел в Тартар, то именно у таких личностей больше всего шансов заново возродить цивилизацию.
  Забой, чтоб его черти без соли съели, не придумал ничего лучше, как податься в "Чёрную волю". В качестве платы за членство в клане и личную свободу он решил сдать запасы выживальщика. Не иначе, он просто боялся возвращаться в Зинганан, и, не без оснований, подозревал, что Верблюд его ждёт. Впрочем, это вполне в духе Забоя, трусливого шакала и мародёра. Пока у него была кодла с пушками, он считал себя самым крутым в Зинганане. Но, едва его кодла осталась с распоротыми глотками на крыше гипермаркета "Май", как Забой тут же поспешил присоединиться к более сильному.
  Это всё ладно. Очень похоже на то, что "Чёрная воля" собирается вывести все запасы еды, причём сразу. Небольшой отряд двинулся по Весенней улице. Следом покатил электрический кар с тремя пока ещё пустыми тележками.
  Что делать? А бог его знает. Раз никакого даже самого паршивого плана нет, то остаётся только одно - следить за клановцами. Верблюд торопливо перебрался на второй этаж жилого дома. Не прошло и десяти минут, как отряд "Чёрной воли" прошёл мимо. Через выбитое окно в комнату залетел тихий визг электрического двигателя.
  Верблюд досчитал до десяти, а после осторожно выглянул в окно. Чего и следовало ожидать: клановцы организованы куда лучше банды Забоя. Боевики в чёрных кожаных куртках внимательно и настороженно поглядывают по сторонам. Автоматы и дробовики "смотрят" в ту же строну, что и глаза людей. Впрочем, клановцев тоже нельзя назвать хорошими солдатами. Буквально из каждого из них прёт бравада и самоуверенность. В первую очередь они самые крутые на районе пацаны, а уже потом солдаты постапокалиптического мира.
  Следить за клановцами легко. Отряд "Чёрной воли" движется пусть и насторожено, но неторопливо и самоуверенно. Что им, таким крутым, какой-то одинокий выживальщик, пусть и со снайперской винтовкой. Да и электрический кар не создан для больших скоростей, а на проезжей части полно мусора и брошенных автомобилей.
  Постепенно клановцы глубоко продвинулись в выделенную локацию. Набережная Нинхаи скрылась за изгибом Весенней улицы. За спиной осталась Грейская площадь. Верблюда охватило нешуточное беспокойство. Как бы клановцы не вышли за пределы выделенной локации. Ведь для них красной призрачной стены не существует. Но нет, Верблюд расслабленно улыбнулся, аж гора с плеч. На небольшой Илунской площади отряд свернул на Тайнарскую улицу.
  Через два квартала электрокар остановился возле некогда хорошего ресторана "Маркиз". Большие красные буквы до сих пор украшают фасад здания. Двое боевиков остались снаружи, остальные через выломанные двери вошли во внутрь. Забоя заволокли под руки будто куль с мукой. Верблюд притаился за брошенной легковушкой в сотне метрах от ресторана. Бывать в "Маркизе" ему никогда не приходилось, но, как рассказывала Шпилька, там была хорошая кухня и божеские цены. Теперь понятно, как именно выживальщик сумел накопить большое количество еды.
  Минут через пять клановцы принялись загружать тележки ящиками и коробками. Верблюд аж скрипнул зубами от злости. В душе тихо вскипел вулкан, а горячий воздух со свистом выскочил через нос. Господи, это же... куча еды! Гора еды! Ему одному этих запасов хватило бы бог знает на сколько месяцев. Самое ужасное, что с этими запасами "Чёрная воля" станет сильнее. Это при том, что ещё не известно, каких страшных сказок напел Забой, чтобы оправдать собственную трусость.
  Что же делать? Боевики "Чёрной воли" вооружены автоматами и дробовиками. У многих на поясе висят кобуры с пистолетами и подсумки с гранатами. Ночевать в Зинганане они не собираются. Как пить дать, клановцы погрузят все запасы провизии на чёрный обшарпанный катер и покинут пределы выделенной локации. Верблюд и не думал присоединяться к "Чёрной воле", когда назначенные "Другой реальностью" полгода пройдут. А теперь, из-за Забоя, уже и поздно. Ладно, Верблюд вновь поднял бинокль, как бы там ни было, а "представление" под названием "хрен тебе, а не запасы", нужно досмотреть до конца.
  Терпение не зря считают достоинством. Верблюд радостно улыбнулся и осторожно, на полусогнутых, торопливо убрался от брошенной легковушки. Метров через двадцать он благополучно завернул за угол. Это случай! Тот самый случай, который выпадает нечасто, даже редко. Верблюд припустил по Весенней улице что есть духу. Там, дальше, должно быть удобное место.
  Клан "Чёрная воля" может быть и многочисленней, и организованней банды Забоя, но они всё равно "самые крутые на районе пацаны". И мышление у них соответствующее. Поразительная беспечность: на берег с катера сошло десять человек, тогда как от ресторана "Маркиз" до набережной вместе с электрокаром отправились всего двое. И это при том, что в трёх тележках они повезли колоссальные, по нынешним временам, сокровища.
  Так, вот оно то самое удобное место. Верблюд нырнул в подъезд жилого дома. На лестничной площадке между первым и вторым этажами очень даже удобное окно. Верблюд расположился на широком подоконнике, снайперская винтовка "Астана" очень даже удобно легла в руки. Высоты более чем достаточно, проезжая часть Весенней улицы простреливается от тротуара до тротуара. И, одновременно, не слишком высоко, чтобы спуск на улицу занял много времени.
  Указательный палец перевёл рычажок на ствольной коробке "Астаны" в положение "Бесшумная стрельба". Место для засады более чем удобное. Боевики у ресторана "Маркиз" ничего не заметят. Одновременно до катера на Нинхае далеко, да и набережная скрыта за изгибом Весенней улицы. Расстояние до цели не больше двух десятков метров. Верблюд улыбнулся. Здесь и сейчас не придётся делать поправку на более слабый электромагнитный импульс. Убойной силы пуль будет более чем достаточно.
  Через выбитое окно долетел натужный визг электродвигателя. Верблюд замер на месте. Спокойствие и сосредоточенность. Электрокар близко, очень близко. Но не стоит светиться раньше времени.
  Секунды тянутся словно часы. Но вот в поле зрения вплыл электрокар. Один из клановцев сидит возле джойстика управления, автомат болтается за спиной. У второго боевика на сиденье для пассажира в руках помповый дробовик. Пороховой, скорей всего.
  Поразительная беспечность. Верблюд приник к окуляру снайперского прицела. Забой не мог не предупредить "Чёрную волю" об одиноком выживальщике. Или он не знал о снайперской винтовке? Не важно. У клановцев напрочь отсутствует военная подготовка. Иначе они прекрасно знали бы, что пути сообщения больше всего уязвимы для диверсий. Тем хуже для "Чёрной воли".
  Рано... Рано... Всё равно рано. Словно магическое заклинание повторяет про себя Верблюд. Знакомая ситуация, наработанные навыки, сердце, наоборот, успокоилось, а дыхание сделалось ровным. Вот перекрестье снайперского прицела плавно надвинулось на боевика с дробовиком. Всё равно рано. Времени для повторного прицеливания и выстрела будет очень мало. Нужно ещё чуть-чуть подождать.
  Электрический кар почти поравнялся с подъездом, где засел Верблюд. Оба боевика разом оказались в перекрестье оптического прицела. Вот теперь пора.
  Указательный палец плавно надавил на спусковой курок. "Астана" тихо щёлкнула. Клановец с дробовиком повалился на бок. В его левом виске появилась маленькая круглая дырочка. Зато из правого уха выплеснулся фонтан крови и мозгов.
  Водитель электрокара с удивлением уставился на товарища. В перекрестье оптического прицела показался его затылок под камуфлированной банданой. Указательный палец вновь плавно надавил на спусковой курок. "Астана" вновь тихо щёлкнула. Водитель навалился всем телом на убитого товарища. Электрокар резко свернул в сторону, но тут же остановился.
  Великолепно! Верблюд торопливо закинул снайперскую винтовку за спину. Счёт на минуты. Подстрелить двух клановцев - самая лёгкая часть авантюрного плана. Гораздо сложнее будет унести ноги и заныкать награбленное.
  Тащить с собой трупы ни к чему, но и бросать их просто так жаба не даст. Верблюд сдёрнул с водителя электрокара электромагнитный автомат. Следом в первую тележку улетел его пояс с пистолетом и подсумками. Улов со второго ещё богаче. Верблюд выдернул из мёртвых рук армейский дробовик "Зонтран" калибром 76 миллиметров. О-о-о! А это обязательно нужно оставить. На кожаном ремне через плечо висит аж целых пять гранат "Донзак". Верблюд торопливо распихал ребристые шарики по карманам собственной разгрузки. Ему для полного комплекта как раз не хватало "карманной артиллерии".
  Оба трупа плюхнулась на проезжую часть. Верблюд уселся на место водителя. Нога утопила педаль газа до упора, электрокар рывком тронулся с места. А теперь гнать, гнать и ещё раз гнать! Правая рука наклонила джойстик влево. В самую первую очередь нужно убраться с Весенней улицы.
  Вот где как никогда пригодилось доскональное знание выделенной локации. Благо ещё до войны он вволю нагулялся по проспектам, улицам и переулкам Зинганана. Небольшая улочка. Бог знает как она называется, зато у неё точно имеется выход на другой стороне. Главное, электрокар плавно обогнул брошенную легковушку, не наткнуться на затор. Гонка со временем началась. "Чёрная воля", конечно, это не банда Забоя, только противника безопасней переоценивать, нежели недооценивать.
  Электрокар мучительно медленно тащит за собой три тележки с бесценным грузом. Под колёсами то и дело трещит мусор. Каждый раз коробки и ящики с едой дружно подпрыгивают и звякают. Увы, маленький электрокар создан для манёвра, для перевозки грузов в тесноте складов и ангаров, а не для гонок на выживание.
  Пи-пи-пи.
  Верблюд резко поднял голову. А! Это сработал УТП "Сайдан 2.7". Правая рука торопливо сдёрнула защитный клапан с тактического экрана на левом запястье. Ну да, так оно и есть - УТП поймал радиоволну. Верблюд ткнул пальцем в тактический экран.
  - ...он, вы где? Повторяю: Барракуда и Слон, вы где? Приём.
  Тяжёлую тишину нарушает лишь треск помех. Верблюд застегнул клапан над тактическим экраном обратно. Нужно признать: пропажу электрокара клановцы заметили быстро, слишком быстро.
  - Барракуда и Слон, ети мать! Куда запропастились?! Не дай бог вскроете хотя бы один ящик с пивом! Яйца оторву! Где вы? Чёрт побери! Приём.
  Ого! Верблюд бросил взгляд назад. В тележках довоенное спиртное - тем более этим запасам цены нет. А клановцам и в самом деле ох как не хватает военной подготовки. Бесценные секунды утекают в песок. С каждым оборотом колеса вероятность найти электрокар, поймать того, кто его угнал, тает со страшной силой.
  - Вызываю Крота. Крот, приём, - радиоканал ожил вновь.
  - Крот на связи. Приём.
  - Барракуда и Слона на электрокаре видишь? Приём.
  - Не а. На Весенней улице, насколько я вижу с катера, их нет. Приём.
  Началось! От возбуждения щёки запульсировали жаром. Командир отряда "Чёрной воли" наконец-то сообразил, что с электрокаром случилось что-то нехорошее. Сейчас начнётся погоня.
  - Внимание всем, тревога. Барракуда и Слон не выходят на связь. Повторяю: тревога. Вызываю Крота. Прём.
  - Крот на связи. Приём.
  - Крот, оставь одного бойца на катере, а сам дуй с остальными по Весенней улице. Мы пойдём тебе на встречу. Как понял? Приём.
  - Да, понял: одного на катере, с остальными по Весенней улице. Приём.
  - Конец связи.
  Щелчок. Радиоканал погас. Клановцы отреагировали быстро, но недостаточно быстро. Минуты две-три, а, если повезёт, то и все пять, они будут искать трупы Барракуды и Слона. Ну а когда найдут, только тогда сообразят, что кто-то угнал их запасы.
  Бог есть и он помогает праведным. Через пару минут электрокар без проблем выехал на Егерьевскую улицу. Верблюд тихо рассмеялся, гора с плеч. Если свернуть направо, то можно будет добраться до площади Блошиный рынок. Только этого лучше не делать. Как знать, может быть клановцы последуют советам Забоя и в первую очередь проведают "Антикварную мастерскую". Нет. Джойстик в левую сторону, электрокар послушно повернул на лево.
  Егерьевская улица достаточно просторная и широкая, она просматривается далеко вперёд. Натужный визг электродвигателя под водительским сиденьем эхом разносится между домами. Опасно? Верблюд крутанул головой. Ещё как! Зато шансы нарваться на затор малы как никогда. Стоит пересечь хотя бы пару кварталов, как вероятность нарваться на клановцев упадёт почти до нуля.
  - Внимание всем, - вновь ожил радиоканал. - Барракуда и Слон убиты. Повторяю: Барракуда и Слон убиты. Электрокар с запасами жрачки угнан.
  Верблюд!!! - от резкого окрика Верблюд невольно подпрыгнул на мягком сиденье. - Если это ты, то ты труп!!! Мы найдём тебя! Конец связи.
  Что такое не везёт и как с этим бороться? Верблюд качнул головой. Электрокар свернул с Егорьевской улицы на небольшую улочку между жилыми кварталами. Что в мирное время слишком много людей знали о нём как о выживальщике, что теперь "Чёрная воля" почти уверенна, что Барракуду и Слона завалил именно он. Конечно, так оно и есть на самом деле, но всё равно обидно. Не иначе Забой, паскуда, насвистел.
  Не доезжая до Акимовского проспекта находится склад муниципальной службы. Или, если полностью, "Склад канализационного оборудования ?1". Когда Верблюд был муниципальным рабочим, то ему часто приходилось бывать на этом складе. Там, кроме запаса труб, вентилей и прочего оборудования, были мастерские, комнаты отдыха и душевые. Место для схрона не ахти какое, но искать более подходящее нет времени.
  Прямо рукавом Верблюд смахнул со лба испарину. Нервы, нервы, всё нервы проклятые! Пусть он с комфортом сидит на мягком кресле электрокара, а всё равно кажется, будто это он сам, на собственном горбу, тащит все три тележки с продуктами.
  Наконец, на том конце небольшого проезда показалось хорошо знакомое серое здание "Склада ?1". Господи, Верблюд на миг поднял глаза к небу, помоги. В некотором смысле его решение двигать на склад муниципальной службы сродни "прыжку веры". Такое бывает, когда беглец, которого преследует полиция со сворой собак, сигает с обрыва в воду в надежде, что под ним окажется достаточно глубокое место, а не отмель с камнями.
  Пронесло! Верблюд счастливо улыбнулся. Металлические дверцы гаража гостеприимно распахнуты настежь. Обычно внутри была пара грузовиков, но сейчас их нет. Очень похоже на то, что работники муниципальной службы попытались на них выбраться из Гаочана. Медлительный электрокар на всех парах вкатил во внутрь. Верблюд торопливо сдвинул металлические створки и с грохотом опустил широкий стальной засов.
  Вторая часть авантюрного плана стащить у "Чёрной воли" бесценные запасы бухла и жрачки благополучно завершилась. Одно плохо - электрокар слишком приметный. Если клановцы не дураки, то в самую первую очередь они будут искать не коробки и ящики с едой, а свой электрокар. Ну а когда найдут, то следующий вполне логичный шаг - обшарить как можно более тщательно территорию вокруг места находки. Унести далеко все эти ящики и коробки одному человеку физически невозможно. Увы! Но от электрокара придётся избавиться, причём как можно быстрее и как можно дальше от "Склада ?1".
  За последние дни Верблюд окончательно убедился, что все, все без исключения, дома и здания в Зинганане подверглись тотальному разграблению. Мародёры не оставили ни одной запертой двери, ни одного закрытого ящика или сейфа. Вот и склад канализационного оборудования не избежал этой печальной участи. Верстаки вдоль стены перевёрнуты вверх дном, ящики с инструментами и прочим хламом валяются на полу. Мародёры не поленились сорвать со стен стенды с плакатами по ТБ. Только вряд ли они нашли чем поживиться. В правом углу, как и три года назад, возвышается стеллаж с массивными задвижками.
  И снова бег со временем. Верблюд принялся торопливо сгружать и прятать бесценные запасы провизии. Хорошо, что все эти многочисленные ящики и коробки можно унести в одиночку. Вентиляционная камера в соседнем помещении с насосами и огромным вентилятором далеко не лучший схрон. Откровенно говоря, запасы еды легко найдёт любой, кто только не поленится худо-бедно тщательно осмотреть склад муниципальной службы. Одна надежда - секретность.
  Последние пять ящиков и в самом деле оказались с пивом. Тёмно-красные этикетки сверкают убойной надписью "Ягуар". Крепкое, девять градусов. Ради такого сокровища Барракуда и Слон вполне могли притормозить ненадолго и самыми первыми насладиться великолепным пивом. Верблюд торопливо занёс последний ящик с пивом в вентиляционную камеру. Хорошо, что петли достаточно заржавели, чтобы дверца с округлыми углами не распахнулась сама. Но и запирать её на все болты тоже не стоит. Вполне достаточно слегка прикрыть. Иначе дверца будет бросаться в глаза.
  Металлические створки ворот снова настежь. Проклятые тележки едва не сбились в кучу, когда Верблюд врубил задний ход и попытался вывести электрокар из гаража. Удалось лишь со второй попытки.
  - Конрад вызывает Додона. Конрад вызывает Додона. Приём.
  Твою дивизию! Верблюд едва не рухнул с водительского сиденья. УТП "Сайдан 2.7" продолжает исправно прослушивать найденный радиоканал. Электрокар лихо выкатил на проезжую часть, без гружённых тележек его скорость заметно выросла.
  - Додон на связи. Приём.
  - Додон, это Конрад. Мы на площади Блошиный рынок. Приём.
  - "Антикварную мастерскую" проверили? Приём.
  - Да нет там никого, Додон, - в голосе Конрада промелькнуло плохо скрытое раздражение. - Там только трупы вонючие, дышать нечем. Приём.
  - Ладно, двигайтесь дальше. Я подмогу вызвал. Они высадятся на Акимовском проспекте. Конец связи.
  Электрокар выкатился на маленькую улочку, бог знает, какое у неё название. На повороте Верблюд заложил крутой вираж. Левые колёса на миг оторвались от асфальта. Ясно дело - клановцы насколько могут планомерно прочёсывают Зинганан. Двигаться на юг, к центру выделенной локации, опасно. Остаётся одна дорога - на восток. Если повезёт, то можно будет проскочить мимо Левобережного вокзала. А там дальше пустить электрокар вдаль по Припесочному проспекту. Пусть он укатится за пределы выделенной локации как можно дальше.
  Самое паршивое, клановцы вызвали подмогу. Оно и понятно: запасы жрачки подтвердились (пять ящиков с крепким пивом чего только стоят), а Верблюд умудрился стащить значительную их часть, может быть, даже половину. Ну и, для кучи, завалить двух боевиков клана. Вот "Чёрная воля" и взбеленилась.
  Проезжая часть Акимовского проспекта забита брошенными машинами. Не долго думая, Верблюд свернул на тротуар. Как хорошо, что электрокар обладает едва ли не миниатюрными габаритами. Вот и Левобережный вокзал остался за спиной. На перекрёстке Верблюд свернул на Припесочный проспект. Призрачная красная стена маячит поблизости. Ещё немного и можно будет пустить электрокар в "свободное плаванье", и тем самым избавиться от очень опасного довеска.
  Треск автоматных очередей разорвал тишину на Припесочном проспекте. Верблюд резко дёрнул джойстик управления влево. Электрокар круто развернулся и опрокинулся, следом загрохотали пустые тележки. По бортам шаркнули пули. Эхо выстрелов заметалось испуганным зайцем среди многоэтажек словно в глубоком ущелье.
  Верблюд едва успел соскочить на землю. Твою дивизию! Откуда боль? По правой руке и бедру стекает кровь. Не будь на нём тактического костюма, то раны были бы куда серьёзней. Прочная ткань "Киргач 2" сама по себе неплохо защищает от пуль, а от ножа и прочих колющих и режущих и подавно.
  - Додон! Сайгак говорит! Приём. - УТП донёс радостный вопль клановца. - Мы нашли его! Приём.
  - Где? Приём? - тут же отозвался Додон.
  - На Припесочном проспекте. Сразу за Акимовским. Приём.
  - Прижмите его, но сами не суйтесь. Он, подлец, опасен. Приём.
  - Понял. Приём.
  - Конец связи.
  Увы, "Киргач 2" - не бронескафандр. Автоаптечки в нём нет. Зато есть кое-что другое. Пока радостный клановец докладывал обстановку, Верблюд вытащил из кармана разгрузки пару пластырей. Делать полноценную перевязку некогда, но пластырей на первое время должно хватить.
  Пластырь хитрый, армейский. Кровь тихо зашипела, когда Верблюд наложил первую заплатку на бедро. Боль стрельнула в голову. Верблюд стиснул зубы. Это хорошо, нужно терпеть. Вторая заплатка легла на плечо. Второй болевой укол, этот несколько меньше.
  Пустые упаковки улетели на пыльный асфальт. Хитрый состав на пластыре остановит кровь. Пора уходить, но прежде... Верблюд вытащил из кармана гранату. "Донзак" хорош тем, что имеет встроенный таймер. Ребристый шарик встрял между электродвигателем и коробом накопителя энергии. Таймер сдвинут на двадцать секунд. Верблюд плавно выдернул чеку. Вот теперь точно пора уходить.
  На полусогнутых, то и дело поглядывая по сторонам, Верблюд отбежал под прикрытие брошенной легковушки.
  Сильный взрыв ударил по ушам. Электрокар бойко подпрыгнул на месте и вновь встал на колёса. Верблюд злорадно улыбнулся. Только теперь грузовой платформе с моторчиком потребуется капитальный ремонт, а то и полная реставрация.
  Вновь треск автоматных очередей. Верблюд машинально пригнул голову. Пули со свистом впились в кузов брошенной легковушки. Но, похоже, клановцы палят наудачу.
  - Эй! Верблюд! Выходи! А то хуже будет!
  Кто это там такой разговорчивый? Верблюд вытащил из-за спины снайперскую винтовку. Клановец дурак, раз решил сыграть в крутого пацана, который лохов не боится. Одно плохо, Верблюд скинул флажок предохранителя, тем самым клановец выдал себя.
  - Ты на кой хрен нам кар испортил? Убить тебя мало!
  Ещё один клановец подал голос. Ну точно самые крутые пацаны на районе. Предупреждение Додона пропало даром. Ствол снайперской винтовки выглянул из-под капота брошенной легковушки. Верблюд приник к оптическому прицелу.
  На Зинганан надвигается вечер. Но на Припесочном проспекте более чем светло.
  - Валим его нахрен!
  Самодовольный голос раздался в опасной близости. Верблюд тут же дёрнул ствол винтовки в сторону. В перекрестье прицела вплыл крутой пацан. Как и полагается, чёрная куртка, на левом предплечье тёмно-жёлтый череп с перекошенной челюстью. На голове камуфлированная бандана. Зелёное пятно отлично выделяется на красном фоне брошенного грузовика за спиной клановца.
  Один в один герой дешёвого боевика для прыщавых подростов. Клановец шагает на полусогнутых. Автомат в его руках щедро разбрасывает пули. Пацан тащится от стрельбы и собственной крутости. Вообще-то, глупость наказуема.
  - Куда? Идиот! - запоздалый крик слева.
  Поздно! Указательный палец плавно нажал на спусковой крючок. Выстрел! Пуля, маленькая стрелка с оперением, с грохотом прошибла звуковой барьер. "Астана" ощутимо толкнула в плечо. Верблюд поморщился от боли. Рана, чтоб её, в самый неподходящий момент напомнила о себе. Зато крутой пацан будто получил кувалдой в грудь и рухнул на асфальт. На чёрной куртке проступила яркая красная кровь.
  - Ах ты казлина!!! Да ты Серого завалил! Ты точно труп!!!
  Больше голосов не слышно, да и выстрелов тоже. Похоже, это всего лишь патруль из двух боевиков клана. Только, чтобы там не орал второй, у него хватило ума не высовываться, дабы не разделить судьбу Серого.
  - Да я!!! Тебя!!!
  Грохот автоматной очереди. Верблюд машинально откатился под прикрытие колеса. Пули вновь застучали по брошенной легковушке. Его позиция раскрыта, пора уносить ноги.
  Нервной стрельбой из автомата клановец выдал себя. Пусть пули щедрой рукой свистят вокруг, то и дело отскакивают от брошенных машин и стен, зато понятно, откуда ведётся огонь. Верблюд на полусогнутых двинулся дальше по Припесочному проспекту. От боли перед глазами замелькали чёрные мушки. В правом рукаве хлюпает кровь. Прочная ткань не выпустила её наружу, но легче от этого не стало.
  - Додон вызывает Сайгака. Приём.
  Автоматная стрельба тут же смолкла.
  - Сайгак на связи. Приём.
  - Мы на пересечении Припесочного проспекта с Акимовским. Вы где? Приём.
  Разговоры в эфире, это же долгожданная передышка. Верблюд на полусогнутых двинулся дальше. Главное, не высовываться из-под прикрытия брошенных машин. Пока клановец болтает по рации, стрелять он не будет.
  - Я здесь Додон. В смысле, северней по Припесочному. Этот козёл Серого завалил. Приём.
  - Серый всегда был дебилом, - голос Додона звякнул холодной сталью. - Где Верблюд? Приём.
  - Так он, это..., - голос Сайгака дрогнул от неуверенности. - Где-то здесь... Был...
  - Идиот!!! Дуй за Верблюдом!!! Не дай бог уйдёт!!!
  Истошный вопль ударил по ушам, Верблюд машинально прижал левую ладонь к уху.
  - Но, это, он Серого... - в ответ запищал Сайгак.
  - Упустишь, я тебя сам пристрелю!!! Конец связи.
  А этот Додон крутой мужик. Верблюд опустился на колени перед канализационной решёткой. С такого станется и в самом деле пристрелить. Впрочем, это проблемы клановцев.
  Очень скоро потеря крови даст о себе знать. Если с одним Сайгаком ещё можно было бы повоевать, то с превосходящими силами противника лучше не связываться даже при сто процентном здоровье. Левой рукой Верблюд потянул канализационный люк на себя. Чугунная решётка нехотя сдвинулась в сторону.
  От физического усилия перед глазами вновь замелькали чёрные мушки. "Астана" перекочевала за спину. Верблюд осторожно спустил ноги в люк. В нос шибанул убойный запах канализации. К чёрту! Маску можно будет надеть позже. Левая ступня нащупала металлическую скобу. Едва ли не кулём Верблюд спустился в канализационный туннель.
  Опять перегонки со временем. Сколько секунд потребуется Сайгаку, чтобы найти распахнутый люк? Бог его знает, но вряд ли много. Верблюд торопливо затопал в темноту. Левая рука выдернула из разгрузки очки ночного зрения - не зря, оказывается, пожертвовал ценным карманом на разгрузочном жилете. А то была мысль убрать очки в рюкзак на спине.
  От вони канализационных стоков голова кругом. Верблюд машинально включил инфракрасную подсветку на плечах. Мир перед глазами выступил из темноты и окрасился в чёрно-белые тона.
  В ушах что-то запищало, будто засверлило. Верблюд резко замер на месте. Правая рука выдернула из кобуры "Мак-Гид". Но-о-о... Это не похоже на сигнал УТП. Тогда что?
  Твою дивизию! Верблюд треснул сам себя пистолетом по лбу. И как только посмел забыть. Слегка расфокусировать взгляд и развернуть внутренний интерфейс игры. Где? Где эта проклятая карта?
  Так оно и есть. Верблюд тут же развернулся и затопал в обратную сторону. Внутренний интерфейс игры свернулся, следом пропал противный писк в ушах. Предупредительный сигнал от "Другой реальности", он едва не выскочил за пределы выделенной локации. Может быть это такой глюк игры, только призрачная красная стена через очки ночного зрения не видна. Хотя, если включить яркий фонарик, она непременно появится. Граница выделенной локации перегораживает не только улицы, но и все без исключения канализационные туннели, что ведут за пределы локации.
  На полу яркое пятно света. Через сдвинутый в сторону люк долетают чьи-то осторожные шаги. Хотя почему чьи-то? Верблюд боком, боком обошёл пятно света. Рюкзак и ствольная коробка "Астаны" шаркнули по стене. Это клановец по кличке Сайгак ищет, куда подевался Верблюд. И очень скоро найдёт, куда именно. Пятно света быстро осталось за спиной.
  - Додон, говорит Сайгак. Приём.
  Источник радиосигнала настолько близко, что УТП "Сайдан 2.7" по прежнему перехватывает разговоры между клановцами.
  - Додон на связи. Приём.
  - Здесь, это, люк канализационный открыт. Верблюд, того, туда сиганул. Приём.
  - Следуй за ним. Приём.
  - Но там темно и воняет! - попытался было возразить Сайгак.
  - Пристрелю!!! Конец связи.
  Додон - крутой мужик. Верблюд прямо на ходу перевёл дух. С таким бы дружить, а не воевать. За спиной ухнул взрыв. Грохот словно цунами пролетел по канализационному туннелю. Верблюд тут же сорвался с места. Сайгак не придумал ничего лучше, как швырнуть в канализационный люк гранату. Ну и дурак. Верблюд на миг бросил взгляд назад. Эффект нулевой, минус ценная довоенная граната и драгоценные секунды в песок.
  Поворот. Поворот. Ещё поворот. Верблюд сбавил темп. Если повезёт, то клановцы убоятся залезть в темноту и вонь канализационных туннелей. В любом случае, нужно сделать остановку. Верблюд присел прямо по среди прохода.
  Фонарик в режим синего цвета. Мир перед глазами тут же стал синим, зато проступило гораздо больше деталей и подробностей. Очки ночного зрения вещь крутая, но часы с кукушкой в них не отремонтируешь - не та разрешающая способность. Верблюд торопливо сдвинул их на лоб.
  Руки сдёрнули со спины рюкзак. Рядом на грязный пол грохнулась "Астана". Не дело так обращаться с оружием, но есть дела поважней. В самую первую очередь Верблюд натянул на лицо маску. Убойные запахи канализации остались за фильтрующей тканью. Теперь самое главное - обработать раны.
  Армейский медицинский пластырь вещь крутая, но заменить полноценную перевязку хотя бы обычным бинтом он не может. Верблюд мысленно досчитал до трёх и сдёрнул с плеча пластырь.
  Проклятье! От беготни он отклеился до такой степени, что перестал сдерживать кровь. Да и заплатка на бедре не в лучшем состоянии. Верблюд швырнул оба пластыря в сток.
  Раз у него чуть больше времени, то можно заняться более основательным самолечением. Один из больших боковых карманов рюкзака специально предназначен для полевой аптечки. Мягкой салфеткой Верблюд как мог обтёр рану на плече. Проклятая кровь и не думает униматься. Значит, опять будет больно. Маленький баллончик с красным крестом на боку тихо зашипел, когда Верблюд нажал на кнопочку сверху. На кровоточащую рану брызнули хлопья розовой пены.
  В голову вновь стрельнула боль, Верблюд молча поморщился. Медицинская пена - всё равно не лучшее решение. Если её вовремя не удалить, то вместо аккуратного шрама останется грубый рубец. Зато медицинская пена почти со стопроцентной гарантией закроет рану, заодно существенно снизит риск нагноения. Что не говори, а полевая медицина на Ксинэе продвинулась гораздо дальше, чем на Земле.
  Рана на бедре выглядит несколько лучше, но и её на всякий случай Верблюд залил медицинской пеной. Ещё два пластыря прямо поверх прочной ткани тактического костюма ещё более надёжно закрыли дырки. Пустой баллончик и упаковки улетели в сток.
  - ...ид Додон. Крот, ты иди налево. Икр со своими прямо. Я со своими обследуют тун...
  Верблюд резко выпрямился. УТП "Сайдан 2.7" очень вовремя перехватил разговоры клановцев. Упрямые ребята, или глупые. Только полные дилетанты без специальной подготовки, без специального оборудования, рискнут полезть за спецназовцем, пусть даже бывшим, в совершенно незнакомую канализацию. И, как у полных дилетантов, у них вполне может хватить шансов добиться успеха. Увы, охота ещё не закончена.
  Как бы не хотелось, но обойтись без боевой химии не получится. Верблюд забросил в рот красную квадратную таблетку. Стимулятор "Гургун" создан специально на случай, если боец ранен, потерял много крови, а бой ещё не окончен. Не прошло и десяти секунд, как Верблюд бодро вскочил на ноги. Рюкзак и снайперская винтовка за спину, мощный "Мак-Гид" в правую руку.
  По телу разлилась приятная лёгкость. Самое время станцевать нижний брейк, а потом приударить за самой крутой на танцполе девчонкой. Не зря "Гургун" запрещён к свободной продаже. Однако запрет не помещал покойному Риху Нибулину надыбать где-то несколько пачек.
  Армейская инструкция призывает использовать стимулятор очень осторожно, на что есть серьёзные причины. За всё надо платить. Уже через сутки тело начнёт колбасить и ломать. Почему, собственно, на "Гургун" можно легко подсесть. Но это будет завтра. До этого самого завтра ещё нужно элементарно дожить.
  - ...ать тут! Приём!
  - Вас понял. Приём.
  Противник рядом, Верблюд оглянулся по сторонам. УТП "Сайдан 2.7" всё чаще и чаще перехватывает обрывки разговоров между клановцами. Под землёй связь из рук вон плохая, но они как-то умудряются координировать собственные действия - упрямые ребята.
  Верблюд переключил фонарик в режим инфракрасного света. Мир перед глазами тут же окрасился в чёрно-белые тона. А вот и преследователи - на стене ближайшего поворота отблески огня. Верблюд осторожно выглянул за угол.
  Из всех возможных источников света клановцы выбрали самый неудобный, самый опасный. Метрах в пятидесяти движение. В руке боевика "Чёрной воли" пылает самодельный факел. А факел, это не только свет, а ещё и тепловое излучение - великолепная подсветка для приборов ночного зрения. Именно по этой причине сам Верблюд предпочитает пользоваться под землёй фонариком с синим светом - всё меньше подспорье противнику.
  Клановцы бодро шагают на встречу. То, что яркий огонь в руке у переднего боевика практически начисто слепит их, никого не смущает. А зря! Глупость наказуема.
  Верблюд присел на корточки. Рука извлекла из кармана разгрузки гранату. Что не говори, а "Донзак" - великолепный образец "карманной артиллерии". Граната специально спроектирована для вооружённых сил Юрании. Модель получилась настолько удачной, что не так давно "Донзаки" закупали или изготавливали по лицензии другие страны Лиги свободных наций.
  Шаги всё ближе и ближе, всё громче и громче. Верблюд качнул головой, ну точно самые крутые на районе пацаны. Кроме таймера, на "Донзаке" есть ещё одна полезная установка - моментальное срабатывание. Многочисленные пособия и описания настоятельно рекомендуют использовать эту установку только опытным либо хорошо обученным солдатам.
  Указательный палец левой руки подцепил стальное колечко предохранительной чеки. Щелчок, "Донзак" встал на боевой взвод. Верблюд резко высунулся из-за угла. До боевиков "Чёрной воли" осталось едва ли больше десяти метров - то, что нужно. Бросок! Ребристый шарик улетел навстречу клановцам. Верблюд вновь спрятался за углом.
  Взрыв тряхнул мироздание. Верблюд едва успел открыть рот. На миг за поворотом вспыхнула маленькая, но очень яркая, звёздочка. В подземельях и прочих закрытых пространствах сильнее не только грохот, но и убойная сила гранат.
  Верблюд резво поднялся на ноги. Мощный "Мак-Гид" в правой руке. Взрыв разметал боевиков "Чёрной воли". Кого не посекли осколки, того оглушил грохот и яркая вспышка. По среди туннеля пылает факел. Деревянную рукоятку всё ещё сжимает оторванная рука.
  В несколько широких шагов Верблюд подскочил к источнику огня. Пинок! Факел с шипением плюхнулся в сточную воду. Туннель вновь погрузился в темноту. Тем лучше, Верблюд поднял пистолет.
  Клановцев трое. Два передних не подают признаков жизни. Зато третий, самый дальний, мычит что-то неразборчивое и пытается подняться на ноги. Но пока ему удалось всего лишь опереться руками и ногами о грязный пол.
  Счастливчик, товарищи по отряду прикрыли его своими телами, но это ненадолго. Верблюд шагнул навстречу. "Мак-Гид" всего раз оглушительно грохнул. Из чёрного ствола на миг выплеснулся поток яркого пламени. Боевик "Чёрной воли" тут же рухнул на пол с прострелянной головой.
  - Где взрыв? Кто меня слышит? Приём?
  - Додон! Что это было?
  - Отставить панику! - грозный рык Додона разом заткнул голоса всех прочих клановцев. - Выдвигаемся к эпицентру взрыва. Живо!!!
  УТП "Сайдан 2.7" недвусмысленно указывает на близость противника. Верблюд опустился на корточки перед трупом с прострелянной головой. Заниматься сбором трофеев не самое удачное время, но упустить такое! На спине боевика висит "гайдук", Верблюд поднял электромагнитный автомат. На ствольной коробке горят две цифры: сто и сто. Накопитель энергии "гайдука" заряжен на сто процентов, а в его магазине сто пуль. Ну как оставить такое богатство?
  Верблюд быстро прохлопал карманы боевика. В правом нашёлся ещё один полный магазин, а в левом накопитель энергии. Для бойца постъядерного мира клановец вооружён очень даже неплохо. А за спиной еще два трупа.
  Мир перед глазами поплыл цветными красками. Верблюд поднял голову. Проклятье! Мародёрку придётся оставить. По проходу, прямо на него, торопливо шагает ещё один отряд "Чёрной воли". Тут уж не до политесов.
  Противник рядом совсем. Правая рука вытащила из кармана разгрузки гранату. Тут не до игр со временем. Верблюд выдернул чеку. Бросок! Стальной шарик гулко защёлкал по кирпичному полу.
  - Граната!!!
  Истошный вопль огласил туннель. Клановец с факелом в руке не придумал ничего лучше, как бросить его в сточную воду и ломануться назад. Кто бы там за ним не шёл, все дружно повалились на пол.
  Два. Три. Верблюд упал на грязный пол. Грохот и яркая вспышка. Вот теперь пора уносить ноги. Задело кого из "Чёрной воли" или нет - бог его знает. Но граната точно напугала боевиков.
  Резкий старт с места, трофейный "гайдук" едва не вырвался из пальцев. Верблюд бодрой рысью проскочил по туннелю и свернул за угол. Следом раздались беспорядочные выстрелы. Кому-то из боевиков "Чёрной воли" повезло уцелеть.
  - Додон! На связь! - протянул чей-то голос. - Этот козёл нас гранатой пригладил! Приём!
  Верблюд на миг оглянулся. Отблесков огня нигде нет. Кто бы там не остался в туннеле, зажигать свет он не торопится.
  - Говорит Додон. Всем, кто меня слышит. Прекращаем преследование. Прекращаем преследование. Кто где может, пусть вы...
  Связь оборвалась. Конечно, на самом деле УТП "Сайдан 2.7" просто перестал ловить радиоволны. Верблюд несколько сбавил шаг. Ясно одно: у Додона наконец-то хватило ума прекратить бессмысленное преследование по канализационным туннелям. Пара гранат и с пяток трупов существенно охладили его пыл. Будь у него ума несколько больше, то он вообще бы не погнал подчинённых в подземелье. Верблюд прямо на ходу улыбнулся. Ведь у него и в мыслях не было устраивать охоту на боевиков "Чёрной воли". Но так уж получилось. Крыса умный и осторожный зверь, сама на рожон никогда не лезет. Но если её загнать в угол, то она и покусать может.
  Очень быстро УТП вообще перестал ловить какие бы то ни было радиосигналы. Боевики "Чёрной воли" либо остались далеко позади, либо выбрались на поверхность. Оба варианта хороши. Главное, что этих настырных ребят наконец-то удалось стряхнуть с хвоста.
  Адреналин бурлит в крови. Походка лёгкая и пружинистая. Верблюд с разбегу перепрыгнул через сток. Но не стоит обманываться - это всё стимулятор. Как и любой другой стимулятор, он не придаёт телу ни сил, ни здоровья. Наоборот - ещё больше пожирает их. В таком состоянии путь только один - в убежище под "Антикварной мастерской". На ближайшие пару недель походы по Зинганану, а так же под Зингананом, ему заказаны. Нужно будет лечиться.
  Со всеми возможными предосторожностями Верблюд пробрался в родное убежище. Тактический костюм "Киргач 2" остался валяться в тамбуре. В одних трусах, зато с рюкзаком на плече и с охапкой оружия в левой руке, Верблюд ввалился в жилой отдел.
  В самую первую очередь... Нет, не обработка ран, а включить компьютер. На всех трёх широких мониторах появились картинки с внешних видеокамер. Слава богу! Верблюд плюхнулся на армейскую кровать. В "Антикварной мастерской" и рядом с ней никого нет. А то, признаться, был страх, что боевики "Чёрной воли" уже заложили пару кило взрывчатки и вот-вот проделают в своде убежища изрядную дырку. Но, как говорится, обошлось.
  Из-под кровати Верблюд вытащил большой ящик. На ребристой крышке от руки нарисован большой красный крест. Различные медицинские запасы бережно убраны в кладовку, но в этом ящике, образно говоря, собрана самая большая аптечка. Вот теперь можно и нужно заняться собственными ранами.
  Минут пятьдесят ушло на то, чтобы тщательно смыть с ран медицинскую пену, наложить нормальные швы и перебинтовать как следует. В самолечении очень здорово помогли обезболивающие. Швы получились так себе, но сейчас не до красоты.
  Короткий перекус. Остатки армейского суточного пайка брошены на столе перед тремя мониторами. Надо бы прилечь, но... Верблюд придвинул ближе радиоприёмник. Где же та радиоволна? Регулятор настройки принялся методично прочёсывать эфир. Какие-либо радиостанции давно замолкли. Да и некому теперь их слушать.
  - ...ать меня, говорит Додон. Проверяем Припесочный проспект от пересечения с Акимовским и до пересечения с Егерьевской улицей. Как поняли? Приём, - донеслось из динамика.
  - Но, Додон, поздно уже. К тому же...
  - Проверяем!!! Я сказал, - в ответ рявкнул Додон. - Кто вздумает филонить, лишу пайка на полгода. Конец связи.
  Больше возражений не последовало.
  Громкость радиоприёмника прикручена почти на треть мощности. Верблюд без сил плюхнулся на армейскую кровать. Действие стимулятора скоро закончится. Откат лучше всего встретить в горизонтальном положении и на чём-нибудь мягком.
  Ребята из "Чёрной воли" на удивление упрямые. Пусть Додон оставил попытки поймать Верблюда в подземельях Зинганана, но это не значит, что командир отряда просто так отдаст запасы жрачки. Расчёт более чем верный: с момента, как Верблюд завалил двух боевиков клана и до того, как его самого едва не подстрелили, прошло не так уж и много времени. Спрятать содержимое трёх тележек далеко и надёжно, да ещё в одиночку, физически невозможно. Додон всё ещё горит желанием если уж не пристрелить убийцу его подчинённых, то хотя бы вернуть украденную жрачку.
  Верблюд закрыл глаза. Во истину: гвозди бы делать из этих людей, не было б в мире прочнее гвоздей. У Черепа, главы "Чёрной воли", очень даже хорошие помощники. Или, как минимум, один очень хороший помощник.
  Отдохнуть как следует не удалось. Громоподобные удары грубым пинком вышибли Верблюда из объятий блаженного сна. Что? Что случилось? Верблюд вытащил из стойки возле кровати трофейный "гайдук". Над ним будто издеваются, сверху опять посыпались громоподобные удары.
  Понятно что, Верблюд пересел с кровати на стул возле стола. Все три широких монитора показывают почти настоящий "фильм ужасов" - в "Антикварной мастерской" во всю орудуют боевики "Чёрной воли". Как раз один из них, здоровенный детина, от души долбит ломом. На голову, словно холодный лёд, опять посыпались громоподобные удары.
  Твою дивизию, только не это, Верблюд натужно вздохнул. Он устал и ранен. Действие стимулятора закончилось, тело трясёт и колбасит как после недельного запоя. Голова и так гудит как чугунный надтреснутый колокол. А тут опять удары ломом о стальной пол.
  Где? Где же он? Верблюд придвинул ближе пульт управления с большим количеством мелких тумблеров. Пальцы дрожат, а ноги подгибаются. Четыре квадратных разъёма с большим трудом удалось воткнуть в гнёзда на стене возле стола. Верблюд плюхнулся обратно на стул. Указательный палец с щелчком врубил маленький автоматический выключатель на торце пульта управления. На лицевой панели загорелись зелёные лампочки готовности. Но, увы, не все, часть зарядов уже израсходована.
  - Додон, ну бесполезно это.
  Знакомый голос, Верблюд с трудом сфокусировал взгляд. В мастерской, недалеко от входа, возле здоровенного боевика с бычьей шеей в чёрной кожанке комнатной собачкой юлит Забой. Что самое забавное, его руки как и прежде стянуты за спиной верёвкой. Похоже, ему до сих пор так и не удалось оправдать доверие новых хозяев.
  - Будем искать, - детина с бычьей шее должно быть и есть Додон.
  Клановцы рассыпались по всей "Антикварной мастерской". Несчастные останки дивана, стола, верстака и 3Д-принтера опять переместились с места на место. Больше всего не повезло стеллажам в маленькой кладовке. Их опять вытащили в мастерскую и бросили в углу. Дедина с ломом принялся прощупывать пол в дальнем углу маленькой кладовки.
  Верблюд слабо улыбнулся. Как хорошо быть предусмотрительным параноиком. Вот ещё один умник принялся щупать тем самым ломом то самое место, где ещё полгода назад и в самом деле был люк в убежище. Но, господи, Верблюд недовольно поморщился, как же больно. Голова едва ли не в прямом смысле раскалывается от грохота.
  - Говорю же, Додон, нет его здесь, - Забой упорно скулит своё. - Здесь же не один десяток раз уйма народу прошлась. Вон, - Забой показал глазами, - даже щиток электрический выдрали. Я этого Верблюда четыре месяца по всему Зинганану искал, но так и не нашёл.
  - Если здесь его нет, тогда где он? - Додон нахмурился.
  - Мне Шпилька рассказывала, Верблюд в муниципальной службе одно время работал. Он канализацию Зинганана как свои пять пальцев знает. Наверняка его схрон где-то там. Я, вот, предлагаю фабрику "Баф" проверить. Это, бывшую фабрику, обувную.
  - Почему?
  -Там, это, у фраера одного Верблюд отоваривался постоянно. Может, он под "Баф" и выкопал себе нору.
  - Ты уверен? - Додон надвинулся на Забоя.
  - Нет, - Забой отвёл глаза. - Но не дебил же Верблюд, чтобы схрон свой прямо под собственной мастерской сварганить.
  - Тоже верно, - Додон поджал губы.
  Уверенность Забоя, будто под полом "Антикварной мастерской" ничего нет, можно легко и просто объяснить. В мастерской так и осталось несколько трупов. Клановцы невольно потревожили их. Верблюд кисло улыбнулся. Можно только представить, какое амбре сейчас вдыхает Забой и как его колбасит от трупных запахов.
  В мастерскую вошёл здоровенный детина. На его плече, словно лёгкая тросточка, болтается тот самый трижды несчастный лом. Оба конца некогда надёжного неприхотливого инструмента сбиты и скомканы.
  - Не томи, Сундук, есть что? - Додон глянул на здорового клановца.
  - Глухо, как в танке, - Сундук небрежно махнул ломом. - Я все углы прощупал, нет ничего.
  - А в кладовке?
  - В кладовке особенно. Там, как и везде, бетон сплошной. Ни малейшего намёка на люк или лаз какой.
  - Ты уверен? - Додон нахмурился.
  - Конечно уверен, - здоровяк Сундук вновь махнул ломом.
  - А я о чём талдычу, нет его здесь, - тут же встрял Забой. - Верблюд, сука, в спецназе служил. Зуб даю - схрон у него где-то в канализации.
  - Знаю, что служил, - недовольно прогудел Додон. - Мне Череп рассказывал. Этот гадёныш восьмерых наших положил.
  Клановцы перестали шуршать по углам и дружно уставились на командира отряда. Додон крепко задумался. Понятно, ему крайне не хочется возвращаться на базу без головы того, кто положил восьмерых боевиков. Но, с другой стороны, где искать этого самого гада?
  Тихий стон сорвался с губ, Верблюд с трудом перевёл дух. Усталость и ломота во всём теле валят с ног. Делать нечего, ситуация из разряда "караул". Ящик с красным крестом как и прежде лежит на полу с откинутой крышкой. Верблюд с кряхтением нагнулся. Левая рука извлекла ещё один пакетик со стимулятором "Гургун".
  Как бы не хотелось усугублять собственное физическое состояние, но выхода нет. Надорванный пакетик упал на пол. Трясущиеся руки с четвёртой попытки затолкали в рот красную квадратную таблетку. Сейчас он должен быть в худо-бедно приемлемой форме. Как знать, может быть придётся экстренно уносить ноги.
  Вторая доза стимулятора подействовала не так резво, как первая, но пальцы перестали дрожать, а сознание прояснилось. Верблюд принялся переключать маленькие тумблеры на пульте управления. Расплата наступит позже, причём ещё более жестокая. От убойной дозы боевой химии печень взвоет нечеловеческим голосом. Очень неприятную компанию ей составят понос и рвота. Но это будет позже. А пока нужно подготовить ещё несколько осколочных бомб.
  Ещё в мирной жизни Верблюд заложил под потолком в "Антикварной мастерской" тройной заряд самодельных бомб. Первый уже отправил на тот свет отряд полицейских и разломал специальный радар для поиска схронов и прочих подземных убежищ. Осталось ещё два. Поиск ломом ничего не дал, но Додону может запросто прийти в голову мысль заложить пару кило взрывчатки, так сказать, для окончательной очистки совести. Возможности клана "Чёрная воля" подобны густому лесу глухой ночью при плотном тумане. Но они точно в разы больше бывшей кодлы Забоя. Раз такое дело, то нужно готовиться к худшему. Одна надежда - удержаться до последнего. Правая рука легла рядом с красной кнопкой.
  В мастерской над головой Додон упорно мнётся, мнётся, но не мычит, ни телится. Трупный запах не нравится и ему. Так что же он медлит? Верблюд напрягся. Страх, дикий страх, так и подмывает ткнуть пальцем в красную кнопку. Вторая очередь самодельных осколочных бомб с гарантией выкосит боевиков "Чёрной воли". Но нельзя! Верблюд натужно выдохнул. Тем самым он выдаст себя с головой. Здесь и сейчас, в "Антикварной мастерской", стоит и преданно таращится на своего командира лишь часть клана "Чёрная воля", малая его часть.
  - "Баф", говоришь, - Додон бросил на Забоя хмурый взгляд.
  - Не уверен, но проверить стоит, - тут же заюлил Забой.
  - Хорошо, хрен с тобой. Уходим от сюда, - Додон махнул рукой.
  Клановцы гурьбой, едва ли не с песнями и плясками, повалили на выход. Здоровенный Сундук легко, словно авторучку, швырнул многострадальный лом в стену. Трупный запах достал всех. Внешние микрофоны донесли дружный топот десятка ног. Не прошло и десяти секунд, как последний боевик с эмблемой на спине в виде черепа с перекошенный нижней челюстью исчез из поля зрения внешних видеокамер.
  Пронесло! Верблюд закатил глаза. Маленький автоматический выключатель на торце пульта управления тихо щёлкнул. Огоньки на лицевой панели дружно погасли. Не хватало ещё случайно бабахнуть осколочными бомбами по пустой мастерской.
  Ладно, Верблюд легко поднялся со стула, стимулятор будет действовать два-три местных часа. Валяться на кровати и пялиться в потолок - только зря время терять. Раз уж так получилось, то не помешает навести порядок и подготовиться, почистить оружие, амуницию и подлатать тактический костюм "Киргач 2". Заодно не помешает как следует подкрепиться и оставить возле койки с пяток бутылок с водой и таз. Отходняк будет жестоким. Ну а в самую первую очередь, Верблюд с кряхтением нагнулся, нужно вытащить из стены разъёмы от пульта управления осколочными бомбами.
  

Глава 10. Без ограничений

  На календаре 13-ое марта 8313 года. Началась всего лишь вторая неделя весны, но в Гаочане конец зимы и приход тепла чувствуется во всю. Верблюд с треском развернул квадратный переносной столик для пикников. В некотором роде у него и в самом деле намечается пикник, только не на лесной поляне или берегу, а на крыше двадцати пятиэтажного дома. Только это всё равно будет не пикник.
  Рядом с квадратным столиком Верблюд опустил массивный деревянный стул с изогнутой спинкой и широкими подлокотниками. Нашёл в одной из брошенных квартир на двадцать пятом этаже, благо на мебель мародёры не позарились. Для настоящего пикника нужно либо хорошая компания, либо общество любимой женщины. А так, в одиночестве, да ещё на крыше дома, это будет не очень-то и весёлый перекус со спиртным.
  На квадратной столешнице расположилась нехитрая снедь: большой пакет картофельных чипсов с сыром, печенье в вакуумной упаковке, открытая консервная банка с паштетом, ещё одна банка с килькой и в томатном соусе и литровая бутыль обычной питьевой воды. Бутылку вина "Янтарная долина" и хрустальный бокал Верблюд специально принёс из убежища. Точно такое же вино из этого же бокала ему довелось выпить ровно полгода назад. И вот теперь новый повод свершится примерно через двадцать минут.
  Война с бандой Забоя и "прогулка" за припасами другого выживальщика едва не вышли для Верблюда боком. Размялся так размялся.
  Первые двое суток после ранения Верблюд провалялся в жилом отделе убежища почти без сна и еды. Тело колбасило не по-детски. Боевой стимулятор помог в самый ответственный момент, зато потом отыгрался с троицей. Ещё неделю Верблюд приходил в себя, отсыпался и отъедался самым натуральным образом. Потом ещё месяц лечился и приводил себя в надлежащую физическую форму. Армейская инструкция не обманула: стимулятор "Гургун" и в самом деле имеет смысл глотать только в самом крайнем случае. А чтобы солдаты это поняли, им без всякого повода, ещё на этапе обучения, скармливают пару доз.
  Упрямые боевики "Чёрной воли" целую неделю шерстили Зинганан и его окрестности. Но, к счастью, так ничего и не нашли. Это выяснилось чуть позже, когда Верблюд ещё раз наведался на "Склад канализационного оборудования ?1". К вещей радости, ничего не пропало. Даже жутко голодные крысы не смогли ни испортить, ни сожрать содержимое хотя бы одного ящика. Неизвестный выживальщик, мир праху его, запаковал запасы еды на совесть.
  Верблюд пару дней ползал по Зинганану и перепрятывал бесценные запасы провизии. Тащить их в убежище не имело никакого смысла. Его собственные запасы подъедены едва ли на треть. А так отпала необходимость слишком часто возвращаться в основное убежище.
  Вот так, за хлопотами и трудами, почти незаметно подкралось очень важное событие - вот-вот должен истечь срок его обязательной жизни в Зинганане. Вот-вот будет исполнен второй пункт миссии под названием "Ядерный конфликт". Вот-вот он узнает, где же находится точка выхода из "Другой реальности". То есть, конец этой слишком реальной компьютерной игры. Последнее обстоятельство напрягает больше всего.
  Естественно, пропустить столь важное событие, хоть как-то не отметить его, Верблюд не имел морального права. Поэтому он и решил устроить так называемый пикник на крыше двадцати пятиэтажного дома. Того самого дома на площади Блошиный рынок, в подвале которого находится "Антикварная мастерская", а ещё ниже - родное убежище.
  Что выпить и закусить, а так же где присесть, имеется. Но о собственной безопасности Верблюд не забыл. Рядом, только руку протяни, развёрнут внешний приёмник УТП "Сайдан 2.7". Внизу, при входе в подъезд и у пожарной лестницы, "караулят" два универсальных охранных датчика. Ещё один, так сказать, последний рубеж обороны, притаился у единственной двери на крышу многоэтажного дома. Но пока всё тихо. Универсальный тактический прибор молчит. А это значит, что поблизости нет источников радиоизлучения, а универсальные охранные датчики никто не тревожит. И слава богу.
  Лёгкий хлопок, пробка слетела с горлышка бутылки. Красное вино наполнило хрустальный бокал наполовину. Верблюд подцепил его двумя пальчиками. Время вот-вот должно закончиться. Ну а пока призрачная красная стена, граница выделенной локации, маячит в пяти километрах от площади Блошиный рынок.
  Верблюд грустно улыбнулся. Стыдно признаться даже самому себе: за три с половиной года он настолько привык к призрачной стене, что почти перестал обращать на неё внимание. Да и почти не приближался к ней. Ну, не считая того раза, когда упрямые пацаны из "Чёрной воли" едва не заставили его выбежать за пределы выделенной локации. Но обошлось, Верблюд кивнул, бокал с вином дрогнул в правой руке. В его активе так и не появился хотя бы один штрафной час. Штрафных минут и тех нет.
  Слегка расфокусировать взгляд. Верблюд развернул внутренний интерфейс игры. Вот он обратный отсчёт, осталось восемь местных минут. Ещё немного и призрачная красная стена рассыплется на миллионы призрачных осколков, падёт, испарится. В общем, исчезнет каким-нибудь образом.
  Немного страшно. Вот оно горькое осознание: красная призрачная стена в некотором роде защищала его от внешнего мира. Три с половиной года Верблюд прожил в весьма и весьма просторной тюрьме. Он изучил, исходил эту самую тюрьму вдоль и поперёк, даже полюбил её. И вот теперь, очень даже скоро, ему предстоит выбраться за пределы выделенной локации. Да, он уже когда-то был там, на карте во внутреннем интерфейсе игры на Площади величия на острове Тихнан "тумана войны" нет, но это было давно и неправда. Только больше невнятного страха душу гложут сомнения.
  Взгляд переместился в даль. Внутренний интерфейс игры тут же свернулся. Гаочан, один из крупнейших мегаполисов Ксинэи, будто заново раскрылся перед Верблюдом. Дома, дома, очень много домов. Дома разной этажности тянутся во все стороны сплошным ковром. На востоке, на острове Тихнан, где находится деловой центр, можно разглядеть многочисленные небоскрёбы. Ещё дальше на северо-востоке видна гладь Сегарского залива. Где-то на юго-западе находится исток Нинхаи, великой реки материка Алуна.
  Второй пункт игровой миссии вот-вот будет выполнен. Верблюд тихо вздохнул. Бог даст, он сумеет дойти до точки выхода и вернуться в реальность. Вот, только, нужно ли ему это делать?
  Самая тяжёлая, самая кровавая и ужасная часть ядерной войны благополучно миновала. Ну, Верблюд криво улыбнулся, насколько подобное определение вообще подходит к войне на уничтожение. По сравнению с тем, что творится во всём мире, Гаочан отделался лёгким испугом. Две ядерные бомбы на порт и военно-морскую базу можно не считать. Неядерная высокоточная ракета большой мощности, что разнесла в клочья правительственный комплекс на острове Тихнан, тем более не в счёт. Время от времени город накрывают радиоактивные дожди. Каждый раз УТП "Сайда 2.7" зловеще щёлкает, стоит только Верблюду выйти в канализационный туннель под Зингананом или хотя бы приблизиться к луже на поверхности. Но это не так страшно.
  О том, чтобы прожить в одиночестве отпущенные свыше годы, не стоит даже думать. Если он всё же решится остаться в "Другой реальности" навсегда, то в обязательном порядке нужно будет примкнуть к какому-нибудь клану. Например, "Сталь" - отличный вариант. Если пленники банды Забоя не соврали, то его основали военные. А уж со своими, так сказать, Верблюд улыбнулся собственным мыслям, он сумеет договориться. И тогда его ждёт жизнь полноценного мужчины, который может ходить на двух ногах и совокупляться с женщинами.
  Другое дело, что этой самой жизни у него будет не так уж и много. Ксинэя отправлена радиацией. Радиоактивные дожди не проходят просто так. Дожить даже до шестидесяти лет не получится. Какая-нибудь разновидность рака доконает его гораздо раньше.
  Господи, что за мысли? Верблюд тряхнул головой. В этот самый момент красная призрачная стена мелко-мелко задрожала, задрожала и-и-и... Верблюд затаил дыхание. И пропала. Больше "светофильтр" не мешает ему любоваться далёкими просторами. Верблюд залпом осушил хрустальный бокал. Второй пункт игрового задания выполнен. Аминь.
  От волнения трясутся руки. Горлышко бутылки мелодично брякнуло о хрустальный край. Верблюд залпом осушил второй бокал, а потом и третий. Отличное вино приятной тёплой волной растеклось по груди. Нервная дрожь несколько отпустила. Да и чего теперь бояться? Теперь он целиком и полностью волен в своих делах и поступках. Картофельные чипсы с сыром не лучшая закуска для почти марочного вина, но ему уже всё равно. Верблюд забросил в рот горсть хрустящих жёлтых кружочков.
  И так, свершилось: два первых самых трудных задания выполнены. Осталось всего ничего - дойти до точки выхода. Радоваться бы надо, но не получается. Верблюд вытер правую ладонь о рукав, на прочной ткани тактического костюма остались жёлтые картофельные крошки. С одной стороны, его раздирает дикое любопытство, а с другой, пробирает страх. Это же компьютерная игра. Какой бы реальной она не была, но на неё всё равно распространяются законы игрового жанра.
  Тонкой струйкой остатки вина вылились в хрустальный бокал. Пустую бутылку Верблюд опустил на крышу. Ладно, как не тяни резину, а смотреть всё равно придётся. Слегка расфокусировать взгляд. Перед внутренним взором тут же возник внутренний экран. Обратного отсчёта больше нет. Зато появилась стрелка виртуального компаса в виде уголка и счётчик расстояния. Ну да, Верблюд печально улыбнулся, всё как и рассказывал Виант Фурнак. Осталось только выяснить, хотя бы приблизительно, где находится точка выхода.
  На карту во внутреннем интерфейсе игры надежды никакой. В пару мысленных кликов Верблюд развернул её и увеличил масштаб. Так и есть: на фоне чёрного "тумана войны" ярким пятном выделяется Зинганан, выделенная локация. Уж что, что, а её довелось исследовать в прямом смысле вдоль и поперёк. Лишь пара светлых полос простираются вдаль от выделенной локации. Одна из них тянется на северо-запад до Гинского аэропорта, где он приземлился три с половиной года тому назад. Другая - на запад до Площади величия на острове Тихнан, единственная достопримечательность Гаочана, где ему удалось побывать. Стрелка виртуального компаса указывает на северо-восток, в чёрные глубины "тумана войны".
  Трудность вполне ожидаемая. Верблюд резко мигнул, внутренний интерфейс игры тут же свернулся. За пределами Зинганана обследованной территории, посчитай, и нет. На этот случай Верблюд припас обычную карту мегаполиса.
  В небольшую пластиковую корзину со второй бутылкой "Янтарной долины" и прочей закуской заткнута туристическая брошюра. Верблюд расстелил её поверх складного столика. Так, немного сориентировать карту по сторонам света. Точка выхода находится почти в тридцати шести километрах. А это значит... Глаза пробежались по карте. Западное побережье острова Хурган, скорей всего, где-то на территории Речного порта.
  Из четырёх островов в устье Нинхаи Хурган самый крупный. Очень долгое время на его западном берегу был просто Пассажирский порт, где к причалам швартовались как речные, так и морские суда. Однако со временем даже рядовые круизные лайнеры достигли внушительных размеров и глубоко осели в воду. Однажды властям Гаочана надоело тратиться на углубление русла Нинхаи. Примерно лет 50 - 60 назад на северной оконечности острова Хурган построили Морской пассажирский порт. А прежний стал Речным пассажирским портом.
  То ли бутылка отличного вина придала бодрости, то ли точка выхода обрела физическое воплощение, однако из глубины души перекрученной спиралью поднялось нетерпение. Захотелось, аж до дрожи в коленях захотелось, тут же вскочить на ноги и отправиться вслед за путеводной стрелкой виртуального компаса. Но нельзя!
  Скомканная карта для туристов улетела на крышу. Из пластиковой корзинки Верблюд вытащил вторую бутылку вина. Находится ли точка выхода в Речном порту или нет - бог его знает. Но вот чего точно не будет, так это лёгкой прогулки. За пределами Зинганана раскинулась железобетонная пустыня. Где-то, в том же направлении, находится база клана "Чёрная воля". Не исключено, что "коллеги" Забоя всё ещё контролируют отдельные районы Гаочана. Ломиться напролом - самый верный способ либо схватить пулю в лоб, либо нож под рёбра.
  Нет, Верблюд наполнил хрустальный бокал красным вином почти до самого края, прямо сейчас он никуда не пойдёт. Вечером, когда стемнеет и когда из головы выветрится хмель. А сейчас можно и нужно отдохнуть. Как говорят в народе, большое дело начинается с большого перекура.
  

Глава 11. Мёртвый город

  Очки ночного зрения опустились на глаза. Мир тут же прорисовался в деталях и подробностях, но стал чёрно-белым. Верблюд улыбнулся, не зря, значит, в своё время выложил за них пять тысяч эсконов. Как не крути, а очки до сих пор остаются одним из самых ценных приобретений. Сумерки ещё только-только опустились на Гаочан. Небо ещё не успело приобрести чёрнильную глубину. При желании вполне можно обойтись своими собственными глазами. Но зачем? Очки лишены главного недостатка земных аналогов. Чуткая и надёжная электроника регулирует яркость автоматически. В них невозможно ослепнуть, если вдруг в темноте вспыхнет сгусток света. В принципе, очки можно носить даже посреди яркого дня. Хотя к чему врать самому себе? Главная причина, почему он всё таки надвинул очки на глаза - страх. Страх перед неизведанным.
  Верблюд осторожно выглянул из-за угла в переулок. Никого и ничего. А ведь не так давно, буквально несколько часов назад, этот самый переулок был перегорожен призрачной красной стеной. Буквально несколько часов назад противных писк, предупреждающий сигнал, сверлил бы ему уши тупым сверлом. Теперь же никто и ничто не сдерживает его. Потому и страшно, Верблюд передёрнул плечами. На том конце переулка начинается совершенно неизвестный Гаочан. А неизвестное, как известно, пугает больше всего.
  Откладывать визит к точке выхода не имеет смысла. До неё сначала нужно дойти, добраться, найти её, в конце концов. А разобраться с моральными проблемами можно будет после. Верблюд вступил в переулок. Пальцы правой руки нервно сжали приклад "гайдука". В этом походе снайперская винтовка ему не понадобится.
  Честно говоря, за последние два месяца Верблюд не только полностью выздоровел и пришёл в себя, но и намаялся от беспрерывной учёбы. Главное задание, вынести в реальность местные технологии, нужно выполнять. Хотя как раз с этим возник неожиданный затык. Иначе говоря, Николай Павлович, куратор, будет разочарован. Но это ладно.
  Любопытство, то самое, что сгубило кошку, выворачивает душу наизнанку. Чем чёрт не шутит - может быть как раз сегодня он сумеет покинуть "Другую реальность". Верблюд криво усмехнулся, либо у него появится такая возможность.
  Шаг. Ещё шаг. Верблюд замер возле кирпичной стены. Здесь, вот как раз по краю мусорного бака и люка для стока дождевой воды, проходила невидимая для других персонажей призрачная стена. Стыдно признать: за три с половиной года она выросла в его голове. На карте во внутреннем интерфейсе игры выделенная локация исследована от и до. Тогда как впереди едва ли не в прямом смысле плещется чёрный "туман войны".
  Шаг. Ещё шаг. Ничего не случилось. Верблюд перевёл дух. Буквально только что ему удалось переступить через красную призрачную стену у себя в голове. Вот уж никогда не думал, как сложно будет это сделать.
  Был вариант добраться до точки выхода по канализационным туннелям. Верблюд скосил глаза на люк для стока дождевой воды. Благо ещё во время работы в муниципальной службе он обзавёлся полным комплектом карт всего Гаочана, но любопытство всё равно победило. В первую очередь он человек. И, как человеку, ему гораздо больше нравится поверхность. Да и разведать её гораздо проще и быстрее.
  Через пару десятков метров переулок влился в широкий Акимовский проспект. На углу дома Верблюд опустился на корточки. Проезжая часть забита брошенными машинами. Высокие дома светят тёмными окнами. Лишь ветер, пыль и всеобщее запустение. Глупость, конечно же, Верблюд улыбнулся, этот Акимовский проспект очень даже похож на Акимовский проспект в выделенной локации.
  Там, дальше на восток, проспект выходит на Акимовский мост и на остров Тихнан. Конечно, очень хочется посмотреть, что же осталось от правительственного комплекса возле Площади величия, но это как-нибудь потом. А пока план такой: двинуться вдоль Набережной Виста и дальше вдоль берега Нинхаи до самого острова Хурган. На саму набережную лучше не выходить. Ладно, пора.
  Торопливый шаг, Верблюд вступил на проезжую часть Акимовского проспекта. Легковые автомобили, автобусы и грузовики отличное прикрытие. Былого волнения, былого страха перед неизведанными пространствами больше нет. Возле брошенного автобуса с распахнутыми дверцами Верблюд на мгновенье остановился. Там, впереди, какое-то движение. Или показалось? Нет, показалось.
  Да и как оно могло быть иначе? До той роковой аварии на мосту через мелкую речушку Чура он был майором ВДВ. Хотя почему был? Верблюд торопливо пересёк тротуар и нырнул в узкий переулок между домами. Он был, есть и будет офицером ВДВ. "Никто, кроме нас". Его учили действовать в тылу врага на абсолютно незнакомой территории. А потом он сам учил молодое пополнение нелёгкому искусству выживания. А выжить на войне - первейшее дело, оно же самое трудное.
  На всякий случай карта мегаполиса припрятана в рюкзаке за спиной. Только пока в ней нет надобности. Гаочан разрастался вдоль Нинхаи. Улицы либо невольно повторили изгиб его берегов, либо пошли от неё почти под прямыми углами. Заблудиться, даже намеренно, весьма проблематично.
  Узкие переулки сменяются несколько более широкими боковыми улочками. Временами между домами проглядывает речной простор Нинхаи и небоскрёбы в центре острова Тихнан. Когда-то там был деловой центр Гаочана. Даже самые мелкие компании и фирмы считали за честь и большой престиж обзавестись в тех самых высотках хотя бы самыми маленькими офисами.
  Время от времени приходится плутать. Нередко переходы между домами заканчиваются тупиками. Но это, в некотором роде, даже к лучшему. Время от времени Верблюд разворачивает внутренний интерфейс игры и заглядывает в карту. Душа поёт! Чёрный "туман войны"рассекает широкая, немного рваная и мятая, полоса изученной территории. Ещё на примере выделенной локации Верблюд убедился, что карта во внутреннем интерфейсе игры получается гораздо более точной и актуальной.
  Проклятье, Верблюд тихо ругнулся. Маленькие переходы и улочки имеют свои недостатки. Один из них как раз нарисовался прямо по курсу. Из-за перевёрнутого мусорного бака тихо выскользнула свора собак. Верблюд оглянулся по сторонам. Да это настоящая засада! Специально или нет псы встретили его в длинном переулке с мусорными баками. По торцам зданий ну ни одной пожарной лестницы либо иной возвышенности.
  Естественный отбор прошёлся по некогда милым и ласковым бобикам грубым рубанком. Мелких шавок больше нет. Псы как на подбор крупные, высокие, широкие в плечах и злые. Практически все в ошейниках. Некоторые даже в строгих ошейниках. Медленно, очень медленно, Верблюд принялся отступать. Свора от того и злая, что жуть как отощала. У многих собак по бокам выпирают рёбра.
  Бежать бесполезно, да и опасно: псы тут же ринутся следом, враз догонят и навалятся всем скопом. Верблюд торопливо оглянулся, глухая стена и достаточно высокий мусорный бак. В принципе, место подойдёт. Но для начала не помешает хотя бы попытаться припугнуть.
  Ремень "гайдука" плавно соскользнул с плеча. Верблюд прислонил автомат к стене. Велик соблазн полоснуть по своре длинной очередью, чтобы ошмётки мяса и обломки костей во все стороны, но нельзя. Громкие выстрелы могут привлечь гораздо более опасных двуногих хищников. Совсем уж на крайний случай в кобуре на поясе висит "Мак-Гид". Следом за автоматом на асфальт соскользнул рюкзак. Во-о-о, так гораздо лучше. Верблюд вытянулся в полный рост.
  - А ну пошли отсюда, - почти громко, уж точно не тихо, гаркнул Верблюд.
  Что слону дробина, псы не отреагировали вообще. Ладно, можно по-другому. Верблюд демонстративно вытащил из кобуры пистолет. Дуло "Мак-Гида" очень выразительно уставилось на собак. Помогло, но слабо. Псы замерли в нерешительности. Понимают, твари божьи, что любая вещь в руке человека это дополнительная угроза. Понимают, но отступать всё равно не думают. Ладно, можно перейти к ещё более решительным действиям.
  "Мак-Гид" перекочевал в левую руку. Верблюд присел на корточки. Правая рука подцепила бесформенный кусок асфальта. Бросок! Импровизированный камень едва не угодил в лоб крупной псине с квадратной головой. Второй кусок почти плавно проскользнул по хребту то ли овчарки, то ли дога. Третий бросок получился самым удачным: импровизированный снаряд попал точно в морду лохматой псине. Одно плохо - проку от пустой пластиковой бутылочки из-под шампуня почти нет. Лохматая псина лишь тряхнула головой и тихо зарычала.
  Хреново, Верблюд вытянулся в полный рост. Гаочан гораздо вернее можно сравнить с железобетонной пустыней, где жрать совершенно нечего. Голод окончательно доконал собак. Они либо закусят двуногим, либо сдохнуть от истощения. Третий вариант не просматривается вообще. Придётся принять бой. Правая рука выдернула из-за спины мачете с тёмным лезвием. Пока псы ждут, страх и былая дружба с человеком удерживают их на очень тонком поводке, но это ненадолго.
  - А-а-а..., - Верблюд скорчил грозное лицо, мачете со свистом рассекло воздух.
  Псы попятились было назад, но тут вперёд выдвинулся крупный пёс. Это должно быть вожак стаи. На шее строгий ошейник. Закруглённые шипы упёрлись в мускулистую шею. Чёрная шкура располосована многочисленными шрамами. Это не просто пёсик, это боевой пёс. Вожак грозно зарычал, из-под губ показались массивные клыки.
  Маленькая хитрость, Верблюд резко качнулся назад, будто испугался. Сработало! Вожак тут же ринулся в атаку. Раз жертва боится, значит, её нужно добить.
  Шаг навстречу и чуть в сторону. Удар снизу в бок. Мачете со свистом рассекло воздух. Верблюд подловил самого опасного вожака стаи прямо в прыжке. Хруст костей, передняя правая лапа отлетела в сторону. Чёрный пёс не приземлился, а плюхнулся на землю. Грозный рык тут же сменился на жалобный визг. Всё, вожак больше не боец, но остались другие псы.
  - Убью! - мачете взвилось над головой, Верблюд сам ринулся на стаю.
  Собаки ждали, что жертва в ужасе пустится наутёк. Такова их природа загонных хищников. А потому в первый миг свора растерялась.
  Тёмное лезвие полоснуло ближайшего пса по морде. Шаг вперёд. Носок армейского берца с треском проломил рёбра псу слева. Лохматая собака попыталась было вцепиться в левую руку, но вместо этого получила удар в висок. Тяжёлый "Мак-Гид" словно кастет добавил силы.
  Словно древнеримская манипула Верблюд прорвал хилую фалангу собак и резко развернулся. Псы, нужно отдать им должное, быстро оправились от удивления. Сразу с пяток собак дружно прыгнули на Верблюда. Ещё парочка попыталась вцепиться в ноги.
  Уход в сторону и разворот на месте. Правой рукой Верблюд столкнул псов лбами. Мачете со свистом опустилось вниз. Острое лезвие впилось в череп какой-то лайки, что попыталась вцепиться в ногу. Получилось! Первый самый дружный натиск одичавшей стаи пропал даром.
  Тормозить нельзя! Верблюд вновь двинулся на псов. Собачьи клыки шаркнули по ноге, прочная ткань тактического костюма с блеском выдержала испытание. Лезвие мачете тут же ткнулось псу в лопатку. Мощный пинок берцем переломал ей рёбра. Но на этом схватка закончилась. В первую же минуту Верблюд ранил пятерых псов, вторая половина стаи предпочла поджать хвосты и сделать лапы. Самым последним поспешно уковылял вожак.
  Даже вспотеть не успел. Верблюд поднял с земли порванный целлофановый пакет. Ветошь не шиш какая, но не убирать же мачете в ножны на спине грязным от крови. От противника на асфальте остались пятна крови и отрубленная лапа вожака. Ни одного трупа - в этом вся суть! Не стоит пытаться во что бы то ни стало убить как можно больше противников, или, как в данном случае, псов. Нет. Гораздо эффективней и проще нанести как можно больше серьёзных ран. Тот же вожак, уж куда боевой пёс, без правой передней лапы оказался ни на что не годен. Но сбежавшую стаю сегодня ночью ждёт сытный ужин. Одичавших псов лечить никто не будет. Те собаки, что вовремя сделали лапы и смогли уцелеть, сожрут подранков. Первым истечёт кровью и сдохнет вожак.
  Как бы не было приятно обозревать пустое поле боя, однако пора уносить ноги. Худо-бедно чистое мачете вернулось в ножны на спине. Верблюд торопливо подхватил с земли рюкзак и автомат. Шум и запах свежей крови вполне может привлечь других хищников. Как знать, может поблизости ошивается ещё одна стая одичавших собак, а то и самых настоящих волков.
  Стычка с собаками помогла размяться и вспомнить навыки рукопашного боя. Теперь нужно успокоиться. На маршруте в самую первую очередь важны внимание и настороженность. Длинный переулок закончился. Впереди должен быть Поперечный проспект, по которому нужно будет спуститься на Туанарскую набережную. На противоположном брегу Нинхаи как раз будет остров Хурган и Речной порт.
  

Глава 12. Коварная штучка

  Снова высокие тёмные дома и узкие переулки, мусорные баки и, Верблюд скрипнул зубами, грязное ругательство едва не вылетело наружу, металлические пожарные лестницы. Район Анданун застраивался примерно в то же время, что и Зинганан. И там и там многоэтажки похожи друг на друга как братья близнецы.
  - ...ё чисто. Приём!
  - Вас понял. Конец связи.
  Верблюд машинально пригнулся. Ноги сами занесли тело под защиту мусорного бака.
  Что это было? Поверх мусорного бака Верблюд глянул в даль по переулку: стены многоэтажек как ущелье, пожарные лестницы, мусорные баки и никого. Не видно даже брошенных машин.
  Господи, Верблюд хлопнул сам себя ладонью по лбу, это же УТП "Сайдан 2.7". С той памятной стычки он до сих пор настроен на частоту переговоров "Чёрной воли". А это значит, что клан близко. Ну или очередной отряд "Чёрной воли". Открытие не самое приятное, но вполне ожидаемое. Верблюд поднялся на ноги. Теперь самое время перевести осторожность из режим "параноик" в режим "параноик плюс".
  На поверхности универсальный тактический прибор способен перехватить разговоры "Чёрной воли" на километр другой. Железобетон и всё такое. В чистом поле расстояние было бы в разы больше. Но и того, что есть, вполне хватает.
  Параноидальная осторожность с плюсом пришлась кстати. В торговом зале небольшого сетевого магазина "Гийкан" блеснул огонь. Сам костёр находится где-то за прилавками, зато его отблески видны на потолке и стенах. Лучше всего обойти по большой дуге от греха подальше. Но-о-о..., Верблюд недовольно поморщился, всё любопытство проклятое. А как иначе можно узнать что-то новое? Как знать, может добытые сегодня знания завтра спасут ему жизнь.
  Вывеска "Гийкан" уцелела не смотря ни на что. Красные буквы словно голуби уселись над широким окном в центральный зал. На входе, где когда-то была прозрачная дверь, сидит часовой. Верблюд напряг глаза. Какое там сидит, дрыхнет самым натуральным образом. По всей улице разносится его бдительный храп. Чёрная куртка как камуфляж почти надёжно скрыла часового в темноте. Хоть сейчас подходи и режь его как кабанчика. Только не стоит этого делать.
  Верблюд подобрался ближе насколько это возможно. На куртке, на левой стороне, блеснул хорошо знакомый череп с перекошенной нижней челюстью. Точно "Чёрная воля". Только, Верблюд нахмурился, не похоже, чтобы в этом магазине была их постоянная база. Да и мало их. Торговые залы магазинов "Гийкан" просторами никогда не отличались. Максимум там может разместиться человек двадцать, а с комфортом не больше десяти.
  Но это ладно. От удивления Верблюд вытянул шею. Недалеко от входа застыла шеренга из пяти металлических продуктовых тележек. Просторные корзины на колёсиках с горкой забиты газовыми баллонами. То, что клановцы собрали их и куда-то повезли - абсолютно точно. Баллоны аккуратно сложены в просторные металлические корзины и рассортированы по типам и размерам.
  Чудеса да и только, Верблюд осторожно двинулся прочь от сетевого магазина. И на кой хрен "Чёрной воле" такое количество газовых баллонов? А бог его знает.
  Долгий ночной переход плавно подходит к концу. Небо на востоке уже не кажется чернильно-чёрным. Скоро рассвет. Между двадцатиэтажными домами вновь блеснул речной простор Нинхаи. Верблюд, как и планировал, вышел на Туанарскую набережную.
  Эх, почти идиллия, Верблюд притаился за брошенной машиной. Голова, словно перископ подводной лодки, внимательно и настороженно повернулась по сторонам. Туанарская набережная сохранилась очень даже хорошо. На той стороне улицы гранитный парапет похож на очень длинную стойку бара. Ажурные фонари и стальные скамейки. Брошенных машин почти нет. Дальше на северо-восток находится Сегарский залив. Основной поток беженцев ушёл ровно в противоположную сторону. Через гладь Нинхаи виден остров Хурган, самый большой из всех четырёх островов в устье реки. Одно плохо - видимость хреновая. От воды поднимается туман. Сегодня будет если не жаркий, то очень даже тёплый день.
  Простое решение нашлось тут же - Верблюд завернул в ближайший подъезд двадцатиэтажного жилого дома. Маленькая серая коробочка универсального охранного датчика притаилась за входной дверью - безопасность лишней не бывает. Ещё один датчик Верблюд заныкал перед выходом на крышу. Беспечность может выйти боком. Заодно Верблюд не поленился внимательно обследовать крышу и установить ещё несколько охранных датчиков в соседнем подъезде и на чёрной лестнице.
  Окуляры оптического бинокля мягко коснулись век. Дома и прочие постройки на острове Хурган будто прыгнули навстречу. А вот и главный корпус Речного порта. Изогнутое дугой четырёхэтажное здание. С фасада его подпирают высокие колонны. Узкие окна, просторное крыльцо. Когда-то пассажиры спускались по нему на пристани вдоль берега. Чугунные кнехты с округлыми перекладинами отмечают места, где когда-то швартовались речные суда.
  Южную часть острова Хурган занимают относительно небольшие четырёх-пяти этажные домики. Когда-то здесь жил верхний слой среднего класса. То есть люди, что могли позволить себе купить либо арендовать удобную квартиру с тремя спальнями, столовой и гостиной, Но, одновременно, им был не по карману личный коттедж хотя бы в один этаж. Тёмно-жёлтый диск Таяны выглянул из-за горизонта. Туман над Нинхаей быстро испарился. Остров Хурган будто осветила исполинская настольная лампа.
  Твою дивизию! Верблюд тихо зарычал. В душе, словно перегретое молоко, вспенилась злость. Речной порт превращён в крепость. Окна на первом этаже главного корпуса наглухо забаррикадированы. Между вспомогательными постройками на манер стены нагромождены разнообразные бетонные блоки. В местах, где не нашлось блока подходящего размера и формы, краснеют кирпичные закладки. В свете местной звезды можно отлично разглядеть, как на изгибах импровизированной стены оборудованы самые настоящие сторожевые вышки с прямоугольными прожекторами. Может быть там даже установлены пулемёты. По крайней мере, было бы весьма логично их поставить.
  Тот, кто руководил укреплением Речного порта, вряд ли был профессиональным строителем, да и по крепостям он точно дилетант. Однако с крыши двадцатиэтажного дома отлично просматривается наглухо огороженная территория. Стену из бетонных блоков в пять-шесть метров высотой просто так не одолеть. Вполне возможно, что за верхним краем оборудован боевой ход. Если ещё внутри установить несколько миномётов, то-о-о... Верблюд машинально кивнул. Получится отличная оборона. Крыша главного корпуса буквально создана для пары орудий. А если добавить убежище для расчёта с ПЗРК, то-о-о... Верблюд опустил бинокль. Хватит насиловать собственное воображение, и без того тошно. Но и так видно, что "Чёрная воля" крепила собственную оборону не один месяц. Наверняка где-то на территории припрятан автокран.
  Слегка расфокусировать взгляд, Верблюд развернул внутренний интерфейс игры. Так и есть. Не будь его руки и без того опущенными, то они обязательно повисли бы вдоль тела без сил. Стрелка виртуального компаса указывает точно на главный корпус Речного порта. Если ещё прикинуть расстояние, то-о-о... Верблюд моргнул, внутренний интерфейс игры тут же свернулся. Точка выхода находится в главном корпусе Речного порта. Там, только там и нигде более она быть не может.
  От бессилия и злости подкосились ноги, Верблюд плюхнулся прямо на крышу. Спина упёрлась в парапет. Виант Фурнак не зря предупреждал: "Другая реальность" - коварная штучка. Слишком реальная компьютерная игра не нашла другого места и расположила точку выхода в аккурат на главной базе клана "Чёрная воля". На фасаде главного корпуса красуется чёрный череп с перекошенной нижней челюстью.
  Вот так оно всегда и бывает, Верблюд тупо уставился в светлеющее небо. Знал бы, где упадёшь, соломки бы постелил. И угораздило же его два месяца назад надолго и конкретно поругаться с кланом "Чёрная воля". Да нахрен ему сдались те запасы выживальщика! И без них у него полно жратвы. Пусть клановцы забрали бы всё и дело с концом. Зато сейчас, глядишь, с "Чёрной волей" можно был бы договориться. За мешок риса или муки тот же Череп с превеликим удовольствием позволил бы найти точку выхода и убраться в реальность. А так...
  А так, Верблюд шмыгнул носом, его, в лучшем случае, тут же пристрелят. В худшем... Но это уже зависит от больной фантазии Додона, командира отряда "Чёрной воли". Этот бугай явно далеко не рядовой боевик в клане. Сколько их там было? Верблюд скосил глаза в сторону. Восемь? Да, точно - в Зинганане и под ним Верблюд положил восьмерых боевиков "Чёрной воли". Череп никогда и ни за какие мешки с рисом не простит гибель соклановцев.
  Что делать? А бог его знает! Пока же ясно одно, Верблюд вздохнул очень грустно и очень печально, сегодня в реальность он не попадёт. А пока разведка, разведка и ещё раз разведка. Но не здесь, Верблюд поднялся на ноги, на крыше двадцатиэтажного дома он будет слишком заметным. Особенно на закате, когда заходящая Таяна будет светить ему прямо в спину.
  На двадцатом этаже, в одной из брошенных квартир, Верблюд обосновался с максимально возможным комфортом. Широкое окно гостиной как раз выходит на Нинхаю, из него открывается великолепный вид на Речной порт и центральную часть острова Хурган. Верблюд стащил в кучу диван и кресла. Через щель между спинками вид ни чуть не хуже, зато случайный наблюдатель не сможет его заметить. Здесь же, в гостиной, перед окном, вытянулась антенна внешнего приёмника. Если уж наблюдать за противником, то всеми доступными способами.
  Это даже удобно, Верблюд взгромоздился на диван, окуляры бинокля вновь коснулись век. Пока он устраивался в брошенной квартире со всеми удобствами, Таяна поднялась ещё выше над горизонтом, ещё лучше осветила Речной порт. И, куда уж без этого, ещё больше деталей и подробностей оптимизма не прибавили.
  У импровизированной стены из бетонных блоков и кирпичей и в самом деле нашёлся боевой ход как у самой настоящей крепости. Верблюд подкрутил резкость. Над верхним краем проплыла хорошо знакомая чёрная куртка и зелёная камуфлированная бандана. Часовой одной из вышек решил размять ноги.
  О том, чтобы взять базу "Чёрной воли" штурмом, не может быть и речи. Это только в голливудских блокбастерах обвешанный стволами главный герой на чих выносит хорошо укреплённое логово главного злодея. Верблюд улыбнулся собственным мыслям. В реальности, ну или в очень реальной игре, его пристрелят. И что с того, что перед этим печальным событием он успеет прихватить с собой на тот свет с десяток другой компьютерных ботов?
  Импровизированная стена из бетонных блоков и кирпичей, сторожевые вышки с прожекторами и заложенные окна на первом этаже главного корпуса подводят к очень интересному выводу - "Чёрной воле" есть против кого крепить оборону. Верблюд скосил глаза в сторону. Клан "Сталь"? Либо аналогичные ему кланы? Либо, и этот вариант тоже нельзя исключить, Череп, глава "Чёрной воли", думает на перспективу. Человечество на Ксинэе уцелело. Можно сказать, цивилизация пошла на очередной виток развития. А там и до первых государственных образований не так далеко, как кажется.
  Кстати, о перспективе. Верблюд, насколько это возможно, сдвинул бинокль в левую строну. Северней Речного порта раскинулся Сегарский парк. Когда-то он начинался как лесозащитная полоса. Это только по карте с большим масштабом можно понять, что Гаочан находится в глубине Сегарского залива. А когда стоишь на берегу, то кажется, будто перед тобой Ноянский океан, либо Северный студёный. Если бы не широкая полоса из высоких елей, то на улицах острова Хурган было бы весьма прохладно и очень ветрено.
  Со временем лесозащитную полосу существенно расширили, проложили аллеи и дорожки с твёрдым покрытием, установили многочисленные скамейки и беседки, а на небольших площадях развернули игровые площадки для детей и маленькие кафе. Так и появился Сегарский парк.
  Чёрные полосы перекопанной земли на месте газонов и кустарников говорят о том, что "Чёрная воля" всерьёз взялась за сельское хозяйство. Сейчас как раз начало весны. Огородик намечается весьма и весьма нехилый. Дальше на север, за крайним причалом, прямо на гранитной набережной можно разглядеть четыре... Нет, даже пять парусных яхт. Вряд ли Череп или Додон любят прокатиться с ветерком по морской глади Сегарского залива. Нынче не до таких изысканных развлечений. Гораздо вероятней другое - Череп сумел организовать рыбную ловлю. Между прочим, очень даже правильное и логичное решение. Редиска, картошка, лук вырастут ближе к осени. Ближайший худо-бедно значительный лесной массив можно найти в километрах тридцати от Гаочана. Так что охота на косуль и кабанов также отпадает. А вот рыба - наиболее быстрое и надёжное решение. Да, точно, так оно и есть, Верблюд кивнул. Рядом с парусными яхтами растянуты серые сети. "Чёрная воля" обосновалась в Речном порту основательно, всерьёз и надолго. Не исключено, что клану предстоит стать одним из центров возрождения цивилизации на Ксинэе.
  - Говорит пост "Запад". Вызываю дежурного. Вызываю дежурного.
  Верблюд вздрогнул от неожиданности. Ничего страшного, универсальный тактический прибор вновь перехватил радиоканал.
  - Говорит пост "Запад". Вызываю дежурного. Кондуктор, твою мать, опять дрыхнешь?
  Верблюд улыбнулся, пост "Запад" сорвался на ругань. Цветастые матюги засыпали эфир словесным навозом.
  - Сам ты кабан беременный! - Кондуктор, он же дежурный, соизволил огрызнуться в ответ. - Раз у тебя всё пучком, отключайся, нахрен!
  - Это "Южный", у нас тоже всё пучком, - в разговор вклинился третий голос.
  - Пост "Южный", вы не правильно говорите, - возмутился Кондуктор. - Череп ругаться будет. Опять.
  - А ещё неправильно дрыхнуть на посту! - тут же вставил пост "Запад".
  - Во-во, - торопливо согласился пост "Южный".
  - Да ну вас всех! Бдите за водой. Конец связи, - Кондуктор, он же дежурный, отключился.
  Чудны дела твои, господи, Верблюд тихо рассмеялся. По идее, это должен был бы быть деловой сеанс связи межу дежурным на базе и двумя какими-то внешними постами. Но получился балаган. Череп, глава клана, усиленно пытается внедрить армейскую дисциплину, но получается хреново. Но это ладно.
  Из рюкзака Верблюд вытащил сложенную карту Гаочана. Первый же радиоперехват преподнёс неприятный сюрприз. Немаленькая по размерам карта едва уместилась на спинке дивана. Череп ещё умнее, чем кажется. Глава клана более чем укрепил главную базу в Речном порту, но этим не ограничился. Очень похоже на то, что он создал два поста наблюдения. Вот, только, с названиями слегка промахнулся.
  "Западный" и "Южный". Первый, весьма вероятно, следит за самой северной протокой Нинхаи. В смысле, находится на самой западной оконечности острова Хурган. А второй пост вынесен на самую южную оконечность и, соответственно, следит за южной протокой Нинхаи. В принципе, логично: два поста взяли под наблюдение два самых вероятных пути появления противника. Что творится с мостами, это ещё нужно разобраться. Велика вероятность, что они были уничтожены противником. А может и нет. Нужно разведать.
  Кстати, вот и возможное решение. Верблюд свернул карту Гаочана. Раз штурм отпадает по определению, то можно будет попробовать проникнуть на базу клана тайно. Правда, чуйка подсказывает, что и на это случай у "Другой реальности" может быть припасена пара другая гадостей. Впрочем, попробовать всё равно стоит. Ведь ему не придётся вскрывать какой-нибудь супер-пупер навороченный сейф, а потом в бешенном темпе уносить ноги за пределы охраняемого периметра. Нет. Если повезёт, то тайное проникновение станет дорогой в один конец. Верблюд улыбнулся собственным мыслям. В один конец - в хорошем смысле этого выражения, до точки выхода в реальность.
  Идея тайно проникнуть на базу "Чёрной воли" с каждой минутой нравится всё больше и больше. Верблюд вновь взгромоздился на кучу из дивана и кресел. На улице почти рассвело, первичное любопытство нужно удовлетворить, а то спать не даст.
  В первую очередь нужно будет разведать местность на левом берегу Нинхаи, а так же на острове Хурган, насколько последнее вообще возможно. В обязательном порядке прогуляться по канализационным туннелям. Подробная карта во внутреннем интерфейсе игры подземелий района Анданун и острова Хурган лишней не будет. Заодно не помешает заложить вокруг "Чёрной воли" несколько запасных баз. Там, это, стащить побольше продуктов питания, боеприпасов и прочей амуниции. Ну а чтобы не таскать на себе десятки и сотни кило грузов за тридцать с лишним километров, нужно будет обзавестись хорошей надувной лодкой с электрическим мотором. Нинхая - наилучшая дорога, благо теперь он не связан выделенной локацией. Теперь в его распоряжении, прости господи, вся Ксинэя. Жаль, не догадался ещё в мирное время уложить парочку лодок в убежище. Сейчас были бы как найденные.
  

Глава 13. Дорога в один конец

  
  

Глава 14. Стальной клан

  
  

Глава 15. Бабы раздора

  
  

Глава 16. Никого, опять никого

  
  

Глава 17. Мудрая обезьяна

  
  

Глава 18. Много крови

  
  

Глава 19. Выбора нет

  
  

Глава 20. Метр проволоки

  
  Конец.
  
  Череповец. Сентябрь 2019 года.
  Волков Олег.
  
  
  Уважаемые читатели, прочитать книгу 'Специалист по выживанию' Том 2 полностью и до конца вы можете на сайте 'Author.Today'.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"