Пташка-Жаворонок: другие произведения.

Кукла

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это 1 часть неоконченной еще (пока) истории о Кукле.Кто она такая? Почему я вообще решила написать именно о ней? Почитайте и сами узнаете. О чем книга? Об умной, но запутавшейся в жизни бедной-богатой девочке... Это история о красивой жизни, вернее о ее обратной стороне - изнанке и об обязательной расплате. О долгах и личных счетах, о том, что мир не делится на черное и белое, о том, что добро и зло может иметь свои оттенки. О любви и о том, какую плату требует жизнь за право любить... Шах и мат. Кукла, а ты сможешь найти выход из заранее проигранной ситуации? Игра началась.Играй, Кукла, играй... P.S. это скорее криминальная история,а потом уже любовный роман. Написано жестко, временами жестоко, но реалистично, на мой взгляд...

  КУКЛА
  
  ЧАСТЬ I
  Принц на черном башмаке
  
  
  ПРОЛОГ
  
  Привет! Что ты видишь перед собой? Зеленые глаза, лохматые волосы оттенка 'каштан', который не сразу бросается в глаза, полностью затмленный лохматостью волос и улыбка (всегда разная, но постоянная в своем постоянстве блуждания на лице). Да, это я. Неловкая, забывчивая и ужасно безответственная, с приклеенной навечно улыбкой на лице ЛЕНТЯЙКА. В общем, сказать мне больше нечего. Тчк. Внешность и душа описаны грамотно, лаконично и точно.
  Я - Кукла.
  Я - кукла, искусно управляемая своим персональным и, надо сказать, виртуозным кукловодом, марионетка, играющая по определенным правилам в определенные игры. Пусть, мой кукловод и не самый положительный герой, но с ним интересно. Меня все устраивает. Мне все нравится. Тчк.
  Оглянись вокруг, что ты видишь? Яркие вывески, разноцветные огни, ковровые дорожки, дорогие цацки, еще более дорогие наряды и, уж точно, ни с чем несравнимые по своей дороговизне мобили. Встречи, рестораны, казино, клубы... Это моя жизнь. И она мне нравится.
  Вот и все, что надо обо мне знать. А, лучше, не знать обо мне вообще.
  
  Глава 1
  
  Модные джинсы от Армани с огромной дырой на попе, розовая майка с мишкой Тедди на груди, пиджак с заплатами на локтях, кепи и разношенные кеды. Вокруг шеи, совсем не по майской погоде обмотан шарф. Класс! С любовью осматриваю себя в зеркало. Больше девятнадцати мне не дашь, этакая девочка-студентка. Брызгаю на себя духами, прикрываю ехидные зеленые глаза солнечными очками и выхожу из квартиры.
  В подземном гараже приветливо моргает фарами моя новая игрушка - белоснежная ТТ-шка. Поворот ключа и, довольный рык отражается от глухих бетонных стен. Еще миг и, заскрипев покрышками, авто вырывается на свободу шумных городских магистралей.
  Радио подвывает голосом модного итальянского певца. Через пару недель отпуск. Жди меня, сладкоголосый Антонио, я нарушу привычный ритм твоей страны...
  М-да, денек-то солнечный, солнце отражается в обоих зеркалах и лобовых стеклах встречных машин, ослепляя подобно вспышке нудилы-папарацци. Я сморщилась и откинула козырек. Не помогло. Как на зло, загорелся красный. За светофором начиналась пробка. Пропустив нерасторопных пешеходов, я поддала газку, приотпуская сцепление. Машина послушно подалась вперед. Желтый. Слева поток машин иссяк. Пока не очухалась встречка, я выжала газ и машина, мелькнув перед зазевавшимися водителями белоснежным боком, пролетела перекресток и свернула в ближайшую подворотню. Проеду дворами, а там до универа рукой подать.
  Михей ногами бил, требуя от меня соблюдения конспирации. Куда там! Еле удалось отбить свое право на передвижение в комфортном авто.
  - Нет!!! - вопила я, топая при это ногами, - Да, ты за кого меня принимаешь? МЕНЯ?! Читай по губам: Я. НИ. ЗА. ЧТО. НЕ. ПОЕДУ. НА. МЕТРО. НА АВТОБУСЕ. ТРОЛЛЕЙБУСЕ. И. ВООБЩЕ. НИ. НА. ЧЕМ. СВЯЗАННЫМ. С. ОБЩЕСТВЕННЫМ. ТРАНСПОРТОМ. Усек?!
  - Это ты, усеки, Кукла. Это моя игра. И правила, соответственно, диктую я. А ты, в свою очередь, их беспрекословно исполняешь.
  - Михей, я всегда играю по твоим правилам и, заметь, осечки ни разу не было. Тачку спрячу так, что комар носа не подточит. Успокойся.
  - Ладно, твоя взяла. Но если что, смотри у меня, - и по-отечески пригрозил мне пальцем.
  'Тоже мне, напугал ежа голой попой', хмыкнула я и свернула в очередной узенький дворик. Дорогу мне сразу перегородил черный мерседес, причем подозрительно знакомый. Я бросила взгляд на номера. 'Черт, черт, черт'!!! Это был Стасик, мой 'объект'.
  Я включила заднюю передачу и резко подалась назад. Но и тут меня преследовала неудача: меня подпер старенький жигуленок. Вот, непруха! Поискав глазами пути отхода, я облегченно вздохнула и свернула мордой на крошечную стоянку, занимая единственное свободное место. По зеркалам посмотрела как разъезжаются мерседес с жигулями и, спустя несколько минут, покинула свое укрытие.
  - Конечная остановка, дальше пешком, мадам. Не оставляйте в вагоне свои вещи, - пробормотала я себе под нос и пошла к университету. М-да, до него еще около двух кварталов пилить. Зато конспирация!
  Естественно, в университет я опоздала. Чем привлекла к своей особе максимум внимания.
  -Так-так, - молвила морщинистая тетка, по какому-то недоразумению, изображавшая преподавательницу, - а вы, значит, и есть Валерия Валерьева? Юная леди, первый и последний раз выношу вам устное предупреждение об опозданиях. Впредь, будьте добры, не задерживайтесь на лекциях и, не важно, что будет препятствовать вам на пути к знаниям, будь то смерч, торнадо, цунами или же глобальное похолодание и ЧС по всей стране. В противном случае, я не допущу вас к занятиям. Вы все поняли?
  - Да, мой генерал! - вытянулась по стойке 'смирно' я и приложила ладонь к виску для большей реалистичности.
  По аудитории прокатился тихий хохоток. Преподша, стареющая полноватая гурия, покосилась на меня из под роговых оправ с неимоверными диоптриями и презрительно хмыкнула.
  - Займите свое место, Валерия.
  Я кивнула и пошла вглубь аудитории. Взгляд преподши, тем временем, наткнулся на дыру в моих джинсах, зрачки ее расширились, а из горла вырвался гневный рык:
  - Безобразие!!!! Как вы, будущий филолог, смеете наряжаться в это хламье?! Это...
  - Это не хламье, это 'Армани', миледи, - хмыкнула я, обернувшись, и продолжила свой путь.
  Тут преподша извергла из себя такой вой, что мне показалось, что сработала противопожарная сигнализация и, от неожиданности я выронила сумку.
  Моя самая дурная привычка (после разбрасывания по дому носков, конечно же) - это не застегивать сумку. Поэтому все ее содержимое рассыпалось по полу, а именно: початая жвачка, две пятитысячных купюры, сторублевка, новенький смартфон, который от соприкосновения с бетонным полом тут же дал косую трещину через весь дисплей, и маленький пузырек моих любимых духов. Последний покатился по неровному полу на встречу уже шагавшей ко мне преподавательнице. Шаг и... крохотная бутылочка из тоненького стекла раскололась под ногой тиранозаврихи, не иначе! Преподша покачнулась, но удержала равновесие. Жаль! По аудитории расплылся приторный и тяжелый запах моих некогда любимых духов. Я сморщила носик. Ну и гадость!
  Когда я села собирать свои пожитки, джинсы с заниженной талией спустились по самое некуда и оголили поясницу, давая все желающим прекрасную возможность рассмотреть мою татушку. Первые ряды инстинктивно подались вперед. Что ребята, такого не видели?! Я улыбнулась, спиной ощущая разъедающие татушку взгляды.
  Преподша, тем временем, распахнула окно и сказала обреченным тоном:
  - Садитесь, горе мое луковое.
  Оставшаяся часть занятий прошла сносно. Единственный раз меня потревожили, отрывая от глубокого сна на предмете с жутким названием 'Этимология наречий народов России'. Я сладко зевнула и уставилась на препода невинными, чуть виноватыми глазами.
  Вечером прибью Михея.
  Благодаря своей татушке я приобрела себе кучку фанатов обоих полов. Только вот 'объект', не обратил на меня никакого внимания. Козел!
  В обед я заглянула в местную столовку. Ко мне сразу же подсел жирдяй, в первых рядах разглядывавший мою татушку.
  - Слухай, чикса, а ты ни чё. Сейчас в раздевалке у спортзала стопудово никого. Может прогуляемся?
  - Да, пошел ты, пупсик, - ухмыльнулась я, - далеко и надолго. Выход у тебя за спиной. И ноги со стола убери, аппетит портишь.
  Испортить мой аппетит (которого и вовсе не было), ему было явно не под силу, а вот обзор он мне загораживал. Из-за его хаера совсем не видно было Стасика со свитой. Тот сидел и щебетал с двумя малолетками панельного вида и содержания. У парниши явно не лады со вкусом.
  - Эй ты, - зашипел 'пупсик' и больно сжал мою руку.
  Я перевела на него взгляд и улыбнулась. Боли я не боюсь. Я же кукла. Зажатый во второй руке пластиковый стаканчик с зеленым чаем, приподнялся от стола, переместился через весь стол и опрокинулся на колени жирдяя. Не зли меня, беби.
  Парниша все это время смотрел не мигая на мои действия и ровно секунду молчал после оных. Через мгновение гам набивающих желудки студентов захлебнулся в иступленном крике толстячка. Он резко вскочил и стал прыгать на месте, попутно хлопая себя по мокрым штанам. Вскоре крик сменился тихим шипением, за исключением которого, стояла гробовая тишина.
  Я поднялась, и обведя холодным взглядом собравшихся, тихо произнесла:
  - Надеюсь, желающих испытывать мое терпение больше не будет, - взяла свою сумочку и вышла.
  
  Глава 2
  
  Доплетясь до ТТ-шки, я облегченно плюхнулась на сидение, завела мотор и включила кондей. Ну, Михей, ты у меня попляшешь! Более идиотских ролей я не играла.
  Михей был не зол, нет, он был просто в ярости. С универа ему позвонили и доложили, КАК на этот раз засветилась его девочка. Около получаса он отчитывал меня. Я молчала. Правило выживания ? 1: 'Если Михей в ярости, не зли его больше, это опасно для жизни'.
  Я даже задумалась, говорить ли об утреннем инциденте во дворе. Решила молчать, ибо пешком я долго не протяну. Да что говорить, вообще нисколько не протяну.
  Промолчать не получилось, Михей знает меня как облупленную. Все рассказала. За что и получила... кулаком по носу. Брызнула кровь, заливая губы. Я стояла и, не опуская головы, смотрела на Михея. Главное не показывать боль и страх. Страха уже не было, а к боли я давно привыкла. Да-да, Михей, я тоже тебя изучила. Кровь добралась до футболки. Мордочку мишки Тедди изуродовало бурое пятно.
  - Что встала как вкопанная? Иди и умойся, - бросил мне Михей. Я вышла из кабинета через потайную дверь и оказалась в комнате отдыха. На ходу сбрасывая ставшую противной одежду, я прошлепала в ванную.
  Минут через пять удалось остановить кровь. Нос распух. Хорошо хоть в этот раз не сломал, урод.
  Тугие горячие струи смыли боль и усталость. Я еще немного потопталась в душевой и вышла, оставляя лужицы от отпечатков мокрых ног. Полотенце осталось висеть на змеевике.
  Когда я прикрыла за собой дверь ванной, Михей сидел в комнате отдыха, распластавшись на кожаном диване. Глаза его были закрыты. Грудь равномерно вздымалась. Создавалось впечатление того, что он спит. Обманчивое, скажу я вам, впечатление.
  - Подойди, - не открывая глаз, прошептал Михей. Я сделала несколько шагов вперед.
  - Не так, Кукла, не так, - сохраняя каменное выражение лица, опустилась на четвереньки и, по-кошачьи выгнувшись, поползла к Михею. Доползла и замерла в ожидании очередного приказа.
  Михей расстегнул ширинку и вытащил свое достоинство, потом схватил меня за волосы и ткнул в него носом.
  - Давай нежно, Кукла.
  Потом он обхватил меня поперек талии и бросил на диван, навалившись при этом сверху. Жадными поцелуями стал покрывать шею и грудь, чуть втягивая и посасывая мою кожу, оставляя позорные следы пребывания на мне. Потом он чуть приподнялся и резким движением раздвинул мне ноги. Его рука болезненно впилась в нежную незащищенную плоть. Михей умел наказывать.
  Я застонала от боли, что полупьяный мозг Михея оценил как стадию кипения и готовности отдаться ему. Он резко вошел в меня. Я чуть всхлипнула. Внутри все раздирало от боли. Михея это только раззадорило. Он словно с цепи сорвался, входя в меня в очередной раз с еще большей жестокостью, силой и остервенением.
  Когда он замер на мгновение, я едва слышно вздохнула. Наконец. Приступов такого зверства с Михеем еще не случалось...
  Вдруг он резко приподнялся и глянул в мои глаза. Внутри все застыло.
  - Сука! - завопил он, - какая же ты сука!!!
  Потом он резко перевернул меня на живот и снова придавил своим телом. Опять вошел. Потом вышел. Вдох - выдох. Выдох - вдох. Еще чуть-чуть и все закончится. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Больно. Очень-очень больно.
  Наконец, все на самом деле закончилось. Михей издал победный клич и откинулся в сторону. Потом шлепнул меня по заднице. Я на это никак не отреагировала. Просто продолжала лежать ничком, издавая странные звуки, похожие на сипение.
  - Умаялась, детка? - благодушно вздохнул Михей. От его злости не осталось и следа. - Вижу, что умаялась. Я такой!
  Он самодовольно хохотнул. Мудак. Потом просунул руку мне под живот и придвинул к себе. Чмокнул в ухо.
  - Ну, давай, порхай к себе. Завтра можешь передохнуть.
  Я медленно встала. Не глядя на него начала собирать свои вещи, разбросанные мною по полу по пути в ванную. Присев на диван, спиной к Михею, я начала натягивать джинсы. Руки не слушались. Одеревеневшие пальцы тряслись, локти не сгибались. Нога долго не попадала в штанину. Наконец, Михей встал и помог мне одеться. Пиджак пришлось одеть на голое тело. Измятая футболка с мишкой была бурой от крови.
   - А, может, ты останешься? - неуверенно предложил он. - Тут места много, а если не устраивает офис, поднимись в квартиру.
  - Нет, - ответила я пересохшими губами.
  Я подняла на Михея взгляд. То стоял, смотрел на меня исподлобья и чему-то хмурился. Я улыбнулась:
  - Не дуйся. Завтра хочу выспаться, а ты точно этого сделать не дашь. Не звони мне завтра. Буду весь день спать. Ты же мне так и не дал отдохнуть от прошлого дела.
  - О'кей, не буду. Только не шали, - Михей вдруг подошел и обнял меня, - Кукла-Кукла, что же ты со мной делаешь?!
  Потом поцеловал меня в лоб и отодвинулся.
  - Не я такая, Михей, жизнь такая.
  Развернулась к нему спиной, взяла лежащую на кресле сумку, перекинула ремешок через плечо и вышла.
  Стеклянные стены лифта отражали мое бледное лицо с припухшим носом. На щеке алела свежая ссадина. Застегнутый даже на все (все три) пуговицы открывал гипюровые чашечки черного лифчика, грудь, синюю от кровоподтеков и шею со следами множества засосов. Я достала из сумки шарф и стала пытаться замаскировать отметины Михея.
  Открылись створки лифта. Я поправила кепи, нацепила поглубже очки и вышла в ярко освещенный холл. Приветливый швейцар открыл дверь, второй уже дожидался у подогнанной машины. Я молча кивнула, села в салон и машина с пробуксовкой сорвалась с места.
  ТТ-шка на огромной скорости гоняла по оживленным даже в ночное время дорогам. Широкие проспекты сменялись улочками, те, в свою очередь - переулками и, по новой. Я неслась не разбирая дороги. Часы на торпеде показывали второй час ночи.
  Глаза резало от перегрузки. Вдруг из-за угла вынырнула черная иномарка мне на перерез. Рефлекторно я нажала на тормоз и резко крутанула руль. Водитель иномарки повторил мой маневр и вдобавок нажал на клаксон. Ночную тишину разрушил громкий сигнал. Машины все несло по инерции. Я дернула ручник и еще раз крутанула руль, только в обратном направлении. Ауди, наконец, остановилась, немного выровнявшись, вторая машина тоже. Мы одновременно включили аварийку.
  - Черт, - сквозь зубы процедила я. - Только этого для полного счастья не хватало.
  Выдернув ключ из замка зажигания, я вылезла из машины. Другой водитель уже стоял на улице и прикуривал.
  - Тебе что, жить надоело, психопатка??? Правила для кого придумали, для идиотов??? Тебе права кто купил, блондинка тупорылая??? - звонкий мужской голос, срывающийся на крик, жутко меня разозлил.
  - Да, иди ты к черту! Сам летел как оголтелый. Вылетел со второстепенной улочки и выеживаешься еще теперь!
  - О, да леди еще в солнцезащитных очках ездит. Это, часом, не для того, чтобы фонари не слепили? Глаза разуй, кретинка, ночь на дворе, тут темно как у негра в ж...пе! Даже фонарь единственный не работает!
  Я медленно сняла очки. Фары его машины осветили и мой распухший нос, и ссадину на щеке, и, как я подозреваю, часть неприкрытой шарфом шеи. Парень отбросил сигарету и подошел ко мне.
  - Кто же тебя так, милая, разукрасил?
  - Не твоего ума дело, понял? - сорвалась я на крик. - Повреждения есть?
  - Ты о чем? - удивился он.
  - Не тупи, на машине повреждения есть? Разберемся по-тихому и я поехала.
  Тут, как на зло, подъехала милицейская машина. Из нее вышли два дядечки-милиционера и, не торопясь, вразвалочку подошли к нам. Вот, когда нужны, никогда не дождешься, а сейчас тут как тут.
  - Ребятки, у вас проблемы? Может гайцов вам вызвать?
  Я быстро натянула очки.
  - Спасибо, парни, мы сами разберемся, между собой, - ответил мой товарищ по несчастью. - Сейчас девушка в себя придет, и мы разъедемся.
  - А пострадавших нет? - сочувственно оглядев положение машин, спросил милиционер.
  - Нет, - сухо ответила я.
  - Оттормозились, - заявил мой спутник, - я осмотрел машины. Ни царапины. Спасибо вам.
  - Ну, ежели чего, 02 набирайте, - сказал второй милиционер.
  Они еще немного постояли, потом забрались обратно в козелок и отчалили.
  - Ну, что? Машину свою осматривать будешь? - процедила я.
  - Я же сказал, что все осмотрел. Ты, кстати, так и не ответила, что же все-таки произошло.
  - И, даже, не собираюсь. Так что, если нет повреждений, то я, пожалуй, поеду.
  Я уже сделала шаг в сторону, но тут парень схватил меня за запястье. Я зашипела от боли. Он перехватил мое запястье второй рукой и отодвинул рукав освободившейся. Мы оба уставились на лилово-бордовый синяк.
  - Ничего себе, - присвистнул парень.
  Тут, словно по закону подлости, заработал тот самый единственный перегоревший фонарь. Он осветил неживым белым светом нас, стоявших аккурат под ним и машины, брошенные рядом.
  Парень оказался рыжим, его машина - инфинити. Инфинити с очень и очень интересным номером. Я присвистнула. М-да, везет мне сегодня как утопленнице.
  - Это так, случайно получилось. Ну, мне пора. Муж, знаешь ли, дома ждет, дети... - я вырвала свою руку и стала потихонечку от него отступать, - ты же говоришь, повреждений на машине нет, кроме моральных претензий, значит, других не имеешь. Так что я поеду, пожалуй. Гонять не буду. Обещаю. Пока.
  Я повернулась к нему спиной и быстрым шагом пошла к машине. Уже открыв дверь, я услышала окрик:
  - Эй, меня Никита зовут!
  - Буду знать, - обернувшись, я улыбнулась, - удачи тебе, Никита.
  Ключ повернулся в замке, я выключила аварийку. В последний раз мигнув фарами, словно на прощание, машина плавно тронулась и покинула злополучный перекресток.
  
  Глава 3
  
  Скрывшись из виду рыжего парня, я прибавила газу. Направо, два раза налево, три перекрестка проезжаю прямо и еще пару раз петляю и, в конце концов, сворачиваю в неприметный темный дворик. Припарковав машину между гаражом и кустами, я выключаю мотор и утыкаюсь носом в руль. Из глаз текут крупные обжигающие слезы.
  Никогда в жизни не переживала унижения большего, чем сегодня. Даже в детдоме. Там, пусть били и лупили, смеялись и издевались, ТАК со мной не поступали.
  Когда-то я боготворила Михея. Он вытащил меня из моего маленького ада. О чем любил мне напоминать и в благодарность за что мною пользовался.
  Слезы полились сплошным потоком, буквально выжигая соляные дорожки на щеках. Эх, Михей, Михей. А я считала, что такая жизнь меня устраивает, даже нравится временами. А теперь...
  Да, еще этот инцидент с инфинити. И, какого черта, занесло к нам этого Никиту?
  Водительская дверь неожиданно распахнулась. Я оторвала свою пустую башку от руля и посмотрела в открывшийся проем. Темно, не видно не зги, только черный силуэт выделяется кляксой сгустившейся темноты. Меня недружелюбно хватают за локоть и резко вытаскивают из машины. 'Попала ты, кукла', успеваю подумать я и вылетаю из нагретого салона как пробка из бутылки.
  - Отпустите меня! - начинаю одновременно вопить и вырываться, - эй, кому говорю!
  - Тшш... Тише, это же я, Никита, - мой новый знакомый всматривается в мое лицо.
  - Да ты! Да я тебя... Да, как ты посмел?! Меня пугать! - начинаю я вырываться с удвоенной силой.
  Вместо ответа, он крепче сжимает меня, продолжая сто-то высматривать на моем лице (и что, интересно, он может высмотреть в абсолютной темноте?!).
  - Ты что, плачешь? Не надо, перестань, ведь ты такая красивая, - тихо шепчет он мне на ухо.
  Слезы вновь брызнули из моих глаз. Лет десять я уже не ревела на людях, а тут не сдержалась. Я уткнулась носом в его грудь и рыдала, рыдала, рыдала... Я ревела как девчонка, всеми обиженная и преданная и, вдруг, нашедшая своего спасителя, избавителя от бед. Давно мне не было так хорошо. В памяти всплыло давно забытое воспоминание о бабулечке, Клавдии Семеновне, нашей соседке и бабушкиной подруге. Когда не стало ни родителей, ни бабушки, она укрывала меня от социальных работников. Кормила, поила, заплетала косы, а по вечерам рассказывала удивительнейшие красочные сказки, которые оживали по ночам и снились, снились мне...
  - Ты сейчас такая зареванная, хрупкая и ранимая, не то, что полчаса назад, - чему-то грустно усмехнулся Никита, - прямо кукла, ей богу.
  Я резко оттолкнула Никиту.
  - Зачем ты приехал в этот город, а Никита? Что тебе у себя не сидится? Там о тебе думают и ждут тебя. Вот и проваливай туда, откуда родом! К жене, детям, к любовнице, наконец! А меня оставь, слышишь, оставь меня, Никита! Не знаю, чем я тебя задела, что ты от меня все отстать никак не можешь... А, если решишь все-таки тут под задержаться, то не вспоминай обо мне, Ладно? - от столь пламенной речи, Никита опешил, если не счел сумасшедшей. Хотя, какое мне до этого дело? - Не стоит нам больше видеться, усек? И еще. Если вдруг, абсолютно случайно, совсем ненадолго и как бы невзначай, наши пути пересекутся, то никогда, никогда-никогда, слышишь меня? НИ-КОГ-ДА не называй меня куклой.
  И я позорно бежала. Первый раз в жизни я трусливо отступила как большой лохматый, но трусливый пес забралась в свою конуру. Ё-хоу, Кукла, а ты, оказывается, умеешь бояться.
  
  Глава 4
  
  Следующие три дня я провалялась в постели. Оставила Михею сообщение на автоответчике, прости мол, но у меня эти дни, живот крутит так, что на стенки бросаюсь, по причине чего, страдаю страшной смертельно опасной болезнью в ее последней стадии - ОЗВЕРЕНИЕМ. Михей не дурак, сразу смекнул, для кого эта болезнь является смертельной и беспокоить меня не стал, за что я искренне была ему благодарна.
  Все эти дни я валялась на диване, играла в дурацкие игрушки, кушала плитками шоколад и конфеты (их я ела коробками), смотрела детские мультики и глупые передачи. Мой добродушный котяра обожравшись корма и сосисок, валялся на диване и фанатично смотрел рекламу (о, да, есть за ним грешок - ложится именно на пульт и пузом перещелкивает каналы, именно на рекламу).
  А в пятницу... В пятницу какой-то урод, не побоюсь этого слова, позвонил мне в дверь. Это в девять-то утра! Звонил и звонил, не переставая. На пятом повторе соловьиной мелодии мои нервы не выдержали. Пришлось встать.
  Оказалось, мне прислали цветы. Колокольчики. Настоящие лесные колокольчики, которые в наше время и в лесу не достать. Я расписалась в бланке получения заказа, закрыла дверь за почтальоном. Затем прошла на кухню и поставила чудо - цветы в вазу.
  Пришла смс-ка от Михея: 'заедь в офис, прошу'.
  'ОК', отправила я в ответ и пошла в душ.
  Кое как замазав синяки театральным гримом (без шуток!), я закрутила непослушные волосы в ракушку, закрепила шпильками и как следует залачила.
  Через полчаса я оглядывала себя в зеркало: узкая алая юбка-карандаш, приталенный пиджак в тон с глубоким вырезом, черные чулки, туфли и сумка. От студентки не осталось и следа, впрочем, как и от синяков.
  Я довольно ухмыльнулась и по привычке нацепила солнцезащитные очки.
  ***
  Через сорок минут белая ТТ-шка влетела во двор здания с Михеевским офисом. Взвизгнули покрышки, и ауди остановилась, подняв облако дорожной пыли. Из авто вышла красивая женщина в алом костюме, кинула ключи расторопному швейцару и вошла внутрь здания.
  Лифт плавно остановился на последнем этаже. Михей любит высоту и помпезность. Сказывается завышенная самооценка. Двери бесшумно открылись, и передо мной во всем блеске предстал... Никита!
  Не дав мне опомниться, он зашел в кабину и нажал кнопку первого этажа. Двери закрылись, лифт поехал вниз. Никита ухмыльнулся и застопорил лифт.
  - Ты что творишь? - зашипела я.
  - Для начала привет, - широко улыбнулся он. Голубые, как я успела разглядеть, глаза озорно сверкнули. Сейчас он был похож на моего кота, стащившего пол-литровый пакет сливок. Не подумайте ничего плохого, просто мой Федька тоже рыжий и голубоглазый, а морда его после сливок также светится, как глаза Никиты.
  - Здравствуй-ТЕ. Никита э...
  - Не надо фамильярности. - Никита улыбнулся. - Знаешь, той ночью ты была гораздо более приятной собеседницей, нежели сегодня, хоть и ругалась как портовый грузчик.
  - Слушай ты...
  - Тебя, детка, я готов слушать оставшиеся лет, эдак, пятьдесят.
  - Да, пошел ты!
  - Куда? - потупив глазки поинтересовался Никита.
  Вдох-выдох, Кукла, выдох-вдох. Наконец, я собрала свои нервы в кулак.
  - На Кудыкину гору, воровать помидоры.
  Никита расхохотался.
  - А ты забавная, Кукла, - и пока я не влепила ему пощечину, продолжил: - Это ведь ты знаменитая Кукла Михея?
  Сердце пропустило удар. Спокойно, Кукла, ты и не в такие игры играла.
  - Никита, зачем ты приехал? - он вопросительно изогнул бровь, - Никит, я не шучу. Михей, он... сложный, опасный человек. Не самый положительный герой. Зачем ты к нему пришел?
  - Ты беспокоишься обо мне?
  - Да, пошел ты! - снова вспылила я и отвернулась от него. Напрасно, между прочим, стены-то все равно зеркальные.
  Я смотрела на наше отражение. Я в красном игривом, если не сказать, вызывающем костюме; он в черной двойке с голубой рубашкой, так красиво оттеняющей его глаза.
  Никита приобнял меня за плечи. Я отшатнулась.
  - Он твой мужчина? Хотя, нет, зная Михея, могу уверенно сказать: это ты его женщина. Что ж он не уберег тебя в тот вечер?
  Я вздрогнула.
  - А, может это он и сотворил с тобой такое? - продолжил Никита.
  Я обернулась.
  Никита прижался щекой к моей шее. Кровь понеслась по венам с огромной скоростью. Предательская жилка бешено пульсировала, выдавая с потрохами мою дрожь.
  - Это он, ведь так, Ласточка? - прошептал мне в ухо Никита на грани слышимости.
  - Нет, - дрожащими губами произнесла я.
  - Врешь, маленькая, ты мне врешь. Никогда не лги мне, слышишь? - он схватил меня за плечи и притянул к себе. - Ты поняла меня?
  Я едва заметно кивнула, не в силах отвести взгляд от синей бездны его глаз. Никита наклонился, чтобы поцеловать меня. Я дернулась. Он уперся лбом в зеркальную стенку лифта и тяжело вздохнул.
  - Все-таки это он, - вынес свой вердикт Никита и, не оборачиваясь, нажал кнопку первого этажа.
  
  Глава 5
  
  - Нет, - тихо прошептала я закрывающимся дверям лифта.
  Каким-то чудом Никита это услышал и обернулся. Он напоследок взглянул на меня и улыбнулся. Потом резко развернулся и пошел прочь.
  ***
  - Привет, - тихо просочившись в кабинет, молвила я.
  - Ты опоздала, - не поднимая головы, рявкнул Михей.
  - А то, что ты не назначал время, учитывается?
  - Заткнись! - рявкнул Михей.
  Я тихо прошла через весь кабинет и вальяжно уселась в кресло, стоящее сбоку от стола Михея. Грациозно закинула ногу на ногу, достала из пачки ментоловую сигаретку и сделала первую затяжку. Михей поморщился, но промолчал. Затянулась пауза.
  - Кстати, - я выпустила колечко дыма, - спасибо за цветы.
  Михей оторвался-таки от созерцания своих документов. Посмотрел на меня, словно в первый раз, и растерянно почесал макушку. Потом встал, подошел ко мне и замахнулся. Я даже не моргнула. Еще секунда и...
  - Михей, Михей. Такой взрослый мальчик, а с девочками вести себя не умеешь, - раздалось от двери.
  От неожиданности мы оба обернулись. На пороге стоял все тот же неизменный Никита и улыбался. Только на этот раз улыбка была явно недоброй. Я поежилась. Михей побледнел. Ни разу в жизни не видела его ТАКИМ. Что же ты представляешь собой, Никита?
  - Забыл папку, - Никита деловито прошел через весь кабинет и взял узкий кожаный портфель. Взгляд его на мгновение окинул стол и... видимо наткнулся на что-то жутко заинтересовавшее его.
  - А вот это уже интересно, - пробормотал Никита и по-хозяйски уселся в кресло. Взял интересующий документ в руки и с задумчивым видом начал просматривать отпечатанные листы.
  Михей покраснел. Потом посерел. Я заинтересованно рассматривала смену эмоций так явно проступающую на его лице. Тут мы с Михеем столкнулись взглядами. Он... он был нереально испуган! Я видела Михея всяким: рассерженным, яростным, злым, равнодушным и отчужденным, реже довольным, как переевший сливок кот, но... испуганным я не видела его никогда. Он понял, что я разглядела его испуг и разозлился. Мы вот уже добрых десять минут играли в гляделки, когда нас отвлек резкий вопрос Никиты:
  - А где остальное, Михей?
  - Ч-что остальное? - растерялся мой Большой Босс.
  - Не строй из себя дурака, тебе не идет. Сроку тебе две недели. - Никита взглянул на часы. - Тринадцатого июня, ровно в три, мы снова встретимся. Прячься - не прячься, я все равно найду, только хуже будет. И... - Никита сделал короткую паузу, - береги свою Куклу. Ну, бывай, Михей.
  Никита встал и вышел. Раскрытая стопка документов осталась сиротливо лежать на столе.
  Михей обреченно вздохнул и уселся на свое место.
  - Мы попали, - подвел он итог.
  - Говори за себя, Михей, - я широко улыбнулась. - Это ты попал.
  - Нет, Кукла, на этот раз мы все попали. В такую черную дыру... - Михей тяжко выдохнул и махнул рукой. - Из которой не вылезают. Нам остается только молиться.
  - И такие слова я слышу от великого и ужасного Михея. Да, кто такой этот рыжий пижон, чтобы его бояться?
  - Дура! Какая же ты дура! И где таких набирают?
  - В капусте. Квашеной. Нас оттуда забирает аист и относит в детдом. Толстых детей носит грузовой аист, дабы было тебе известно. А из детдома мы попадаем либо в добрые руки, либо с пинком под зад во взрослую жизнь.
  - Идиотка! - Михей сжал кулаки, грузно выдохнул и продолжил, - Этот рыжий пижон, как ты выразилась, Никита Счастливый...
  - Правда, счастливый? - заинтересовалась я.
  Михей хлопнул себя по лбу, потер ушибленное место и со стоном заявил:
  - Это фамилия такая, Кукла.
  Следующие два часа мы обсуждали дела наши насущные. Михей взял себя в руки и нарезал задач. Очень много задач. И, что главное, задачи адресовались мне.
  - А, скажи-ка мне, чем все это время будешь заниматься ты? Ну, так, интереса ради.
  - Вон! Вон из моего кабинета!!!
  - С большим удовольствием я бы покинула твою жизнь, - тихо прошипела я вышла за дверь. Михей услышал. В закрытую дверь что-то с грохотом прилетело.
  Я мило улыбнулась секретарше и покинула здание. Она только тихо вздохнула. За мои шалости ей придется хлебать до дна бочку плохого настроения Михея.
  Выходные прошли в тишине и спокойствии.
  Зато понедельник меня обрадовал, приятно облегчив исполнение нарезанных Михеем задач.
  
  Глава 6
  
  Я бодрым шагом рассекала по университетским коридорам.
  - Эй, чикса, ты куда-то спешишь? - вывел меня из раздумий звонкий, еще мальчишеский, голосок давешнего жирдяя из столовой.
  Я мило улыбнулась и подошла к нему вплотную.
  - Эх, толстый, - задушевно затянула я гортанным голосом, - а ты совсем не учишься на своих ошибках.
  С этими словами я от души приложила его тремя учебниками, которые немногим раннее были зажаты у меня подмышкой. Толстый тихонько ойкнул и плавно осел на пол.
  - За что? - жалобно проскулил он.
  - А было бы за что, я бы уже прятала в ближайшей роще твое бездыханное тело, трупик, говоря простым языком.
  - Пашка, ты все угомониться никак не можешь? - раздался ехидный голос из-за моей спины. - Она ж еще в прошлый раз доходчиво тебе объяснила, что не желает водить с тобой знакомство.
  Я обернулась. За мной стоял Стасик. Кучерявый блондин с карими глазами. Не красавец, но чертовски милый парень, находящийся в том самом очаровательном возрасте юношества, когда кажется, что весь мир распростерся под твоими ногами. Будь у меня такой же папочка, я бы наверняка думала то же самое.
  - Вставай, Павлик, - он протянул жирдяю руку и тот ухватился за нее словно утопающий за соломинку, - пара уже началась.
  - Ну, пойдем, КЛЕВАЯ ЧИКСА, - сказал он, пародируя Пашкины интонации, - не гоже опаздывать на лекции Романа Семёновича, он у нас буйный в гневе.
  - Вижу пополнение в наших скромных рядах, - проскрипел лекторским тоном дряхлый старичок из-за преподавательского стола, - представьтесь, юная леди.
  - Лера Валерьева.
  - Разве так вы будете представляться на собеседовании в крупную фирму? Так вы будете именовать себя на деловых переговорах?! Вас, милочка, малость не поймут. А первое впечатление играет немаловажную роль в течение всего последующего знакомства. - Голос старичка словно залепил звонкую пощечину по нежной коже моего самолюбия. ТАКИМ тоном со мной НЕ принято разговаривать.
  - Валерьева. Валерия Михайловна, сэр, - я подошла к столу профессора и протянула ему руку. Растерянный дедок неуверенно пожал ее. - А первое впечатление - явление зыбкое и обманчивое и, частенько, противоречивое.
  Я повернулась к нему спиной и пошла вглубь аудитории.
  Стас дружелюбно похлопал рукой по пустому месту рядом с собой.
  - Итак, господа! Тема нашего сегодняшнего занятия - СЛОВА! - пафосно начал профессор, - слова способны выразить наши мысли, чувства, состояния души и... навредить. Боль, причиненная словом в разы сильнее боли физической. Мастера слова могут управлять людьми, играя ими словно шахматными фигурами, могут дарить радость, причинять боль и страдания. Словом можно воскресить веру и надежду, но и... убить.
  - Профессор, мы сейчас часом не технологии НЛП изучать будем? - ухмыльнулась я.
  - Забудьте об этой гадости, - скривился профессор, - Это грязное и низкое средство калечения человеческой психики! Я говорю о другом. Только представьте себе, сколько, порой, значений может иметь всего лишь слово? А сколько слов требуется для обозначения какого-либо явления?! Наш язык самый сложный и многогранный в мире...
  Лекция, на удивление, меня увлекла. Две пары я просидела на одном дыхании. Что ни говори, дедушка был харизматичным человеком. И, безусловно, мастером слова. Он играл словами, строя помпезные и изящные речевые конструкции и, всего лишь словом разрушая их, не менее, к слову говоря, изящно.
  Прозвенел звонок. А я все сидела и слушала профессора. Стасик помахал ладонью перед моим лицом. Я вздрогнула и посмотрела на него.
  - Что-то увлеклась немного, - растерянно улыбнулась я.
  Мы уже выходили из аудитории, когда меня окликнул профессор.
  - А вы не безнадежны, Валерия, - молвил дедок. - Что-то в вас есть такое, необъяснимое...
  - Грустная мудрость, которой не хватает остальным вашим ученикам?
  - Все может быть, - задумчиво кивнул профессор и снял очки. - По средам и пятницам в семь я веду семинары во втором корпусе, заходите на огонек, быть может, с вас выйдет толк. И передавайте привет отцу...
  Улыбнувшись, я кивнула и вышла. Все знавшие о моем существовании в жизни Михея, называли меня не иначе как его дщерью. И это было не так и далеко от сути. Официально он был моим приемным отцом, спасителем от детского ужаса по имени детдом.
  - А кто твой отец? - поинтересовался Стасик.
  - Да, так... - не стала я развивать тему.
  А конец учебного дня меня удивил. Даже потряс. Давненько со мной такого не случалось.
  Стасик ходил за мной весь день. Суперклеем его смазали в неудачный момент, что ли? Он развлекал меня своими мальчишескими байками в столовой весь обед, преданно заглядывая в мои глаза. Я улыбалась. Не шуткам и, даже, не своей победе над чувствами юнца. Я грустно улыбалась самой жизни. Мне было его жаль. Вот он сидит передо мной. С первого взгляда - ощетинившийся на мир котенок, со второго - преданно виляющий хвостом щенок. В обоих случаях беззащитный как младенец. Он - средство для достижения Михеевских целей. Я - бездушное оружие, я всегда добиваюсь своего. Михей его сломает. И выбросит как ненужную игрушку. Как куклу. Как, в будущем, меня.
  Я потрясла головой, стряхивая ненужные мысли. Тоже мне, плачущий убийца.
  Мы спускались по широким ступеням лестницы, ведущей ко входу в университет, когда на стоянку заехал, мягко шурша шинами об асфальт, черный майбах.
  Едва машина остановилась, как с переднего сидения выскочил расторопный телохранитель и распахнул пассажирскую дверь своему патрону. На улицу величаво выбрался Михей. Увидев меня, он широко распахнул руки, имитируя жажду к объятиям и мгновенно нарисовал широкую улыбку. Я сделала резкий рывок и через пару мгновений оказалась зажата в тугих 'отеческих' объятиях. Михей чмокнул меня в щеку и опустил на землю.
  - Малыш, - сказал он, приобнимая меня за плечи, - как день прошел? Сегодня не шкодила?
  - Да, что ты, ПАПОЧКА, - я ядовито улыбнулась.
  Михей приобнял меня за плечи. Чмокнул внос. Я расплылась в неправдоподобно широкой улыбке. Тут взгляд Михея наткнулся на опешившего Стасика.
  - Эй, а что рядом с тобой делает ЭТОТ прохвост?! - брови его картинно взметнулись вверх, на лицо легла сердитая гримаса. - Слышь, пацан! Чтобы духу твоего не было поблизости с моей девочкой! Усек, сопляк?!
  - Ну, твое желание как минимум не исполнимо, - задумчиво протянула я, - мы со Стасом одногруппники.
  - Запомни малец, если по твоей вине с ее головы хоть волосок упадет, ноги переломаю, как нефиг делать. - С этими словами он распахнул передо мной дверь авто и сказал нетерпеливо: - Залазь, малая, время не ждет.
  
  Глава 7
  
  - Ты что творишь?! - взвилась я в машине, - Мне столько усилий стоило привлечь к себе этого мальчишку! Он только повелся, а ты...
  - После нашего маленького спектакля, поведется еще сильнее, - хохотнул Михей, рассматривая мое рассерженное лицо, - запомни, Кукла одну из важнейших библейских истин: запретный плод всегда сладок! А опасный запрет - сладок вдвойне.
  С этими словами Михей расхохотался. Я злобно рассматривала Михея. Оба-на, да он под кайфом!
  - Лучше накинь свою любимую маску. Лыба во всю пасть идет тебе гораздо больше, чем ярость, - снова сострил Михей.
  - Сдался тебе этот пацан, - я поморщилась.
  - Да, не нужен мне он! Мне папашу его надо достать. Он важная шишка в нашем городке. Без его отмашки мне не проложить новый канал. А без нового канала, мне не отделаться от Никиты. Бабла этому псу придется отвалить столько, что можно целый рифовый атолл купить, не то, что хиленький остров. А времени осталось немногим более десяти дней.
  - Ты не успеешь.
  - А ты мне помоги. И еще. Не будь такой любознательной. Если хочешь сохранить свою кукольную головку, конечно...
  Машина остановилась перед входом в торговый центр.
  - Ну, пошли развлекаться, доченька, - вновь заржал Михей.
  - Если хочешь отдать должок Никите, побереги кошелек.
  - Да его проще заказать, нежели нанять. И держи свои драгоценные мысли при себе. Знай свое место, Кукла.
  И мы пошли в крестовый поход. По местным бутикам. Что-то явно намечалось. Такого порыва щедрости давненько не было у Михея.
  
  В подобном духе прошла вся неделя. Стасик действительно ходил за мной как приклеенный. Назначал свидания, дарил цветы, щегольски поглядывая на своем мерседесе к моему подъезду.
  - Ты всех голубей в округе перепугаешь. Если не раздавишь, конечно.
  - Что ты сегодня такая бука.
  - Это - двор. Здесь могут гулять дети. А ты летаешь, как ошпаренный. Жизнь, милый мой, не игрушка. И в твои годы это уже пора узнать.
  - Лер, да что с тобой стряслось сегодня? Ты сама не своя. Все время такая яркая, улыбающаяся, красивая...
  - Ага, а сегодня я не в духе. Надутая старуха-шапокляк.
  - Не надо так, ты не такая, я тебя знаю.
  - Да, ничего ты обо мне не знаешь! - закричала я.
  Он меня не злил, совсем не злил. Всему виной моя проснувшаяся так не вовремя жалость! Мне было жалко парня. Милого наивного юнца. Запрет Михея только раззадорил и взбудоражил молодую кровь. Тонкий расчет. Я уже говорила о том, что Михей искусный кукловод?! Нет, он мастер, сумасшедший гений своего дела.
  Я посмотрела на Стасика, странно потухшего за последнюю минуту. Такой облом. Он думал, что нашел свою Мальвину, маленькую наивную и во всем послушную дочурку богатенького папеньки. Я рассмеялась. А потом сказала тоном умудренной опытом женщины, своим нормальным тоном:
  - Беги к папочке, пацан. Беги без оглядки. От меня, от Михея, от того, чего еще можешь избежать. Вали, понял??? - перешла я на крик, - Просто ЗАБУДЬ меня! И дом мой стороной объезжай, лучше если через соседнюю губернию. Ну, все. Бывай.
  С этими словами я вышла из машины. Свежий ветер мигом сдул ароматы дорогого кожаного салона, слащавого ароматизатора и юного, ничего еще не смыслящего во взрослой жизни Стасика. Не оборачиваясь, я пошла прочь медленными, уверенными в себе шагами. Мерседес плавно тронулся за мной. Неторопливо обогнув дом, я достала ключи и подошла к припаркованной со стороны проспекта ауди. Щелкнул брелок, машина, радостно пискнув, приветливо мигнула фарами. Я села внутрь и завела мотор; опустила стекло и закурила.
  - Да, ты, ты... - надрывно начал Стасик, подъехав вплотную к моей ТТ-шке.
  - Только не говори, что разбила юное сердечко и украла покой. Очнись, пацан! Я взрослая тетя, многим более, чем просто на пару годков старше тебя. И я, быть может, впервые в жизни делаю доброе дело, спасая твою никчемную задницу. Адьёс, амиго.
  Не смотря на сумерки, я одела солнцезащитные очки, выкинула окурок и, закрыв окно, направила рычащую ТТ-шку в ночную даль. Как всегда в подобных ситуациях, я долго гоняла по ночному городу. Вначале Стасик неотрывно следовал за мной, но вскоре заплутал в многочисленных поворотах.
  Заметив, что погоня отстала и, для порядка около получаса поколесив по городу, я заехала на заправку. Потом же дала деру прочь из города. Мне было весело. Адреналин кипел в крови. Ревел от перегрузки мотор, ауди резво покрывала километр за километром пустынного шоссе. Радио надсадно вопило зажигательную, но непонятную песенку.
  И вдруг моему истерическому веселью пришел конец.
  Увидев смутно знакомый указатель, я резко нажала на тормоз. ТТ-шка послушно сбавила скорость.
  Впереди начинались жилые постройки. Два ряда старых, покосившихся от времени домов, тянулись по обе стороны дороги. Слева показался узкий отворот. Я, не раздумывая, свернула на него. Дорога вела в горку, огибая все село. Ауди тихо ползла по здешним кочкам, то подпрыгивая на ухабах, то цепляя днищем прочие неровности.
  Дорога становилась все хуже и машина все тяжелее шла на подъем. Но я, немного трясущимися руками, продолжала вести ее вперед. Это было мне жизненно необходимо. Как воздух. Земля под ногами. Проливной дождь в потрескавшейся, мертвой пустыне. Спустя полтора десятка лет я возвращалась.
  Наконец, машина вздрогнула и остановилась. Я погасила фары, выключила мотор и вышла на улицу, наверное впервые оставив ключи внутри.
  Июньский ветерок ласкал мое горящее лицо, кружа в воздухе легкие ароматы полевых цветов. Живя в городе, я совсем позабыла о неотесанном шарме сельской глуши. В нем не было лести, клеветы, привычной городской суеты и обманчивых мечтаний. Зато была немногим понятная романтика.
  Я стояла на вершине холма, у подножия которого, зажатая с одной стороны мелкой, но быстрой речкой и узкой трассой с другой, пролегала маленькая деревушка Гданька. Над холмом же простиралось в бесконечную даль старое как мир небо цвета индиго, отблескивая мириадами звезд.
  Сзади раздался тихий шелест автомобильных покрышек. Меня на миг осветило ксеноновым светом фар. Я даже не обернулась. Машина остановилась, немного не доехав до моей ТТ-шки. Спустя мгновение стих мотор и хлопнула водительская дверь. Я так и продолжала стоять как вкопанная. Летний ветер теребил выбившиеся из косы волосы.
  - Видишь ту сгоревшую сараюшку? - я ткнула пальцем в темноту.
  - Угу, - раздалось из-за спины.
  - Когда-то она была моим домом.
  На эту фразу я так и не дождалась ответа. Мужчина подошел вплотную и обнял меня за плечи. С тихим вздохом я откинулась назад, сильнее прислоняясь к нему.
  
  Глава 8
  
  Мы стояли и смотрели на звезды, на деревушку, на черную гладь, успокоившейся на ночь речки, отблескивающую в лунном свете.
  Руки мужчины сначала опустились мне на талию, медленно залезая под свитер, потом плавно поползли вверх. Я прерывисто вздохнула, когда атласный лифчик съехал вверх, уткнувшись в подбородок, а теплые ладони заняли его исконное место.
  - Я скучал, - выстрелом раздался в темноте хриплый голос.
  Я только всхлипнула и еще теснее прижалась к нему, словно близость разгоряченного мужского тела могла принести избавление от навалившихся проблем.
  Он начал неспешно осыпать мою шею поцелуями. Сантиметр за сантиметром, не оставляя без внимания ни единой клеточки кожного покрова. Жилка на шее взбухла и ее пульсация отдавалась во всем теле, оглушая, сдавливая дыхание. Стало нестерпимо жарко. Тело налилось, стало невыносимо тяжело стоять. Между ног стало предательски влажно и горячо. Через мгновение мое сознание затопило страстью.
  Обжигающие губы добрались до мочки моего уха. Мужчина слегка прикусил его и сказал:
  - Ты сладкая. Притягательная и желанная. Мой персональный наркотик, - и хрипло рассмеялся.
  Я резко обернулась к нему, упершись лбом в подбородок. Подняла голову и несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза. А потом...
  Это была феерия, фантастика, неописуемое блаженство, просто пик наслаждения! Сказка! Это была моя маленькая, единственная в этой дрянной жизни сказка. Годы моих мучений, терзаний и просто метаний по жизни разом перечеркнулись за одну единственную ночь. Впервые в жизни я почувствовала себя счастливой. На светлеющем небе ярким сполохом мелькнула падающая звезда. Я загадала желание и улыбнулась: успела.
  
  Мы лежали прямо на траве. На сырой от росы, некошеной луговой траве. Мы довольно улыбались.
  - Никит, помоги мне, а? - вдруг обернулась я.
  - Помогу.
  - Нет, я серьезно. Я устала быть куклой.
  - Хочешь сыграть сольную партию? - хохотнул Никита.
  - Нет. Я просто хочу жить.
  Никита обнял меня и улыбнулся. А я уже не могла остановиться. Меня несло. Я рассказывала о своем детстве. О выживании в детдоме. О моей нелегкой жизни под крылышком Михея. О... О том, что я его люблю, промолчала.
  Так, непринужденно валяясь в траве, мы встретили рассвет. Когда нас совсем закусали мошки и мы порядочно замерзли, не подумайте, мы не торопились одеваться.
  - Хорошая у тебя машина, - я задыхалась, прижатая его телом к заднему сидению.
  - Да, я вроде и сам пока еще ничего, - довольно ухмыльнулся Никита, вовсе не собираясь слезать с меня.
  - Я сейчас задохнусь и ты будешь воспевать дифирамбы в свою честь уже над хладным трупиком.
  Никита захохотал, но с меня слез. Я обошла вытоптанную полянку в поисках своих джинс. Спустя несколько минут отыскались остальные наши вещи.
  - Мне пора. В два совещание, а мне еще до своего города надо каким-то чудом долететь, я уже и не говорю про то, чтобы переодеться...
  Я приложила свой палец к его губам.
  - Т-ш-ш...
  Он замолчал. Поцеловал палец, а потом и меня. На прощание.
  - Я обязательно что-нибудь придумаю, малыш...
  Я стояла прислонившись к ауди и обхватив себя руками. Черный инфинити неспешно удалялся. А я не могла отвести завороженный взгляд от чудо-машины, так напоминающей сказочный башмак. Моя сказка скрылась за поворотом.
  - Пора возвращаться в реальность, Кукла. Пора...
  Я стряхнула со щеки непрошеную слезинку рукавом куртки. Села за руль и завела мотор. Ауди послушно рыкнула и стала выбираться с холма.
  
  Глава 9
  
  На подъезде к дому меня охватила странная тревога. Даже не тревога, а какое-то непонятное чувство. Не став копаться в себе, я оставила ауди в гараже и пошла домой. По лестнице.
  Дома меня встретил рассерженный Федька. Рядом валялась стопка растерзанных газет и... куча. Весьма, кстати, дурно пахнущая. Я убрала за котом и полезла в холодильник. Он оказался пуст.
  - Федь, ты подожди еще чуть-чуть. Твоя глупая хозяйка опять забыла корм. Я сейчас...
  Котяра смотрел на меня немигающим взором голубых глаз. Хвост судорожно метался из стороны в сторону. Интересно, Никита такой же забавный, когда злится?! Я расхохоталась и пошла обувать кроссовки. Котяра спрыгнул с насиженного места и пошел за мной, недовольно урча.
  Магазин располагается очень удобно. В моем доме, только со стороны проспекта. В принципе, из подъезда есть еще один выход, именно на проспект, причем соседствующий со входом в магазин. Но.
  Я решила прогуляться ножками по улочке, выкурив по дороге сигаретку. Это-то как раз и вернуло меня до кона в реальность. И спасло одному идиоту жизнь.
  Выйдя из подъезда, я буквально налетела на мерседес Стасика. Черт, говорила же мальцу, чтобы отвязался. Интересно, сколько он тут караулил меня? Я подошла поближе к мерседесу. Через тонированные стекла салон плохо просматривался, но все равно было ясно: машина пуста. Я отошла. Докурила. Достала из кармана телефон и набрала номер.
  - Чего в такую рань, Кукла? - прохрипела трубка. - Михею ляжку жжёт?!
  - Нет, Гришь. Это мне надо. Можешь по старой памяти тачку вскрыть? Только по-тихому.
  - Эх, - в трубке раздался безнадежный вздох, - Опять вляпалась по самое не балуйся?
  - Сама пока не поняла.
  - Куда ехать, Кукла?
  - Ко мне домой, куда ж еще?
  - В прошлый раз пришлось в Москву тащиться. До сих пор кости переломанные ноют...
  
  Пока Гришка собирался, я не теряла времени зря. Вернулась в подъезд и залезла под капот своей ауди. После пары простеньких манипуляций машина завопила как иерихонская труба. Я быстро захлопнула капот. Тут-то и подоспел охранник.
  - Степ, у меня что-то с машиной стряслось. Подошла, а она не открывается и воет как свинья недорезанная... - я одарила охранника растерянным взглядом.
  - Тут что-то с сигналкой стряслось, Валерия Михайловна.
  - Попробуешь починить? А то мне ехать надо.
  - Постараюсь, - вздохнул охранник, - а вы идите, посидите пока у меня в сторожке. А то тут оглохнуть можно.
  Я мило улыбнулась и пошла. Даже побежала... к комнатке управления видеокамерами. Она то и была охранной сторожкой. На следующие полчаса я охрану заняла. Осталось только просмотреть видео и чуть-чуть его подправить. Уже внутри я сделала еще один звонок Гришке и уселась за компьютер.
  - Ну, все, Валерия Михайловна, починил, - в комнатушку вошел Степка, вытирая о тряпку перепачканные руки. А что это вы тут делаете?
  - Ой, Степ, ты как раз вовремя. Я тут увлеклась немного рассмотром нашего двора и... что-то нажала не то... - я покраснела и опустила зелены очи. Парень сразу же смягчился. Он подошел к столу и путем нажатия нескольких клавиш, вышел из корневого каталога.
  - Ну, пойдем, принимать работу буду. Осмотрев для порядка ауди, я состроила довольную гримасу, счастливо улыбнулась и чмокнула растерявшегося парня в щеку.
  - Ты прямо мой спаситель, - с этими словами я сунула ему в карман приятную розовую бумажку, явно не российского происхождения и отчалила. Во дворе мерседеса, как и предполагалось, не было.
  
  ***
  
  - Открывай багажник.
  - Кукла, ну ты чё, мы ж всю тачку с тобой осмотрели.
  - А багажник еще нет.
  - Да, ты знаешь, чья это тачка???
  - Открывай.
  Гришка тяжело вздохнул, махнул рукой и принялся за дело.
  
  - А-а-а!!! На мокруху я не подписывался. А-а-а!!! - вопил Гришка.
  - Да заткнись, ты! - шикнула я. - Он еще вроде живой.
  Мы стояли и смотрели на скрюченное тело хозяина машины. Весь в крови, связанный по рукам и ногам, он представлял удручающее зрелище. Вдруг парень застонал.
  Я вставила в телефон левую сим-ку и вызвала скорую. Стерла все контакты, сообщения, картинки и свои отпечатки. Затем размахнулась и кинула телефон в стену ближайшего дома. Раскладушка, не выдержав удара, раскололась на части.
  Мы сели в ауди и отъехали за кусты. Дождавшись скорую, я тихо покинула заброшенный двор.
  - Не, ну ты реально рембо в юбке, - увещевал Гришка, - да, ты хоть какие-либо эмоции испытывала хоть когда-нибудь?! Нет, все-таки не зря Михей тебя Куклой прозвал...
  
  Поднявшись домой, я поняла, что опять забыла про кота. Развернувшись у своей двери, я сделала вторую попытку сходить в магазин. На этот раз удачную. Затарилась на неделю. Тяжелые сумки оттягивали непривычные к таким тяжестям руки, перекрученные лямки впивались в ладони, доставляя много не самых приятных ощущений.
  Догадываетесь, с какими мыслями я ввалилась в прихожую? Первым делом я достала пакет с фаршем. Именно этим продуктом я вымаливаю у него прощение.
  - Кис-кис, - позвала я. Никакой реакции.
  Федька меня не встречал.
  Положив фарш на полку, я как была, в грязных кроссовках, отправилась на поиски кота. Этот предатель нашелся в гостиной. На руках у Ростислава Кустова, той самой шишки, нужной по зарез Михею, иными словами отца Стасика.
  - Садись, - он трепал за ухом моего котяру. Тот, в свою очередь, впивался когтями в колени мужчины и довольно урчал.
  Я послушно села. Застенчиво улыбнулась, грамотно пряча свое раздражение, медленно, но верно переходящее в гнев. Мы для порядка посверлили друг друга взглядами. Никого из нас не проняло. Я достала сигарету из пачки и затянулась.
  - Ну, - ехидно улыбнулась я.
  Отец Стасика засопел, но ничего не сказал.
  - Вы долго будете испытывать мое терпение? - пустив кольцо из дыма, поинтересовалась я.
  - И что мой сын нашел в тебе?
  - Явно не то, что просили. А просили его держаться подальше.
  - Эй, не хами! Кукла, сбавь обороты. С Михеем своим таким тоном говорить будешь! Хотя... много с ним так не наговоришься, ведь так?
  - Говори, зачем пришел и проваливай.
  - Михей затеял дерзкую игру. Использовал моего сына, чтобы надавить на меня, а потом...
  - Очнись, папик. Михей всегда со всеми так поступает. Что с парнем?
  - Твоими мольбами, - вздохнул Ростислав Елисеевич и достал из кармана мой расколотый телефон.
  - Это что? - вздернула я бровь.
  - Трубка. Твоя. С нее ты вызвала скорую. Что вчера произошло?
  - Ровным счетом НИЧЕГО, - я нахальным образом улыбнулась. - Да и не моя это трубка.
  Я покрутила перед носом мужчины идентичным смартфоном.
  - А если послать эту вещь, - Ростислав потряс пакетиком с разбитым сотовым внутри, - скажем, по почте Михею. Через сколько мы увидим твой изуродованный труп? Михей не любит, когда срывают его планы...
  - Чего ты хочешь?
  - Правды. Пока только ее.
  - Петух тоже хотел, да в суп попал.
  - Ты же не хочешь, чтобы Михею стало известно о твоем ё...ре на черном башмаке... - задумчиво пробормотал папа Стасика.
  - Подкатил вчера твой сынуля на своем драндулете. Я его отправила домой, посоветовала поторапливаться. Потом сама уехала. Он за мной, неугомонный мальчишка. Через пару светофоров отделалась. Сегодня утром нашла. Вызвала скорую. Ну, а через пару часов ты очутился в моей квартире. The and.
  - Чаю налей.
  - Пойдем, гостем, что ли будешь.
  
  Глава 10
  
  Мы еще немного поболтали и Ростислав Елисеевич отчалил. На порге он обернулся:
  - Я, в общем, зачем приехал... Спасибо, Кукла.
  И ушел.
  
  Позже позвонил Михей и сообщил, что в среду пройдет мероприятие. Голос его был настолько бодр и весел, что меня передернуло. По обрывкам его фраз становилось понятно: очередной канал почти налажен.
  - Черт! - выругалась я, едва повесив трубку. - Мудак, г...к, уродище!!!
  Подошла к зеркалу и нацепила улыбку до ушей. Она была настолько завораживающей, что я в сама почти поверила в нее. Чуть отпустило.
  - Ну, что, поиграем, Михей? - я хищно оскалилась зеркальному двойнику.
  
  Время до среды пронеслось, словно миг. Его катастрофически не хватало. Было до ужаса много дел. Осложняло все то, что эти самые дела надо было проворачивать очень осторожно. Чтобы никто сторонний не заметил моей деятельности, чтобы не заподозрили, не уличили, не доложили Михею... Нужно себя обезопасить. Хотя бы до момента банкета.
  Я потерла ладонями красные от недосыпа глаза. Пепельница на столе белела горкой окурков. Еще немного и они повалятся через край. Черт, до чего же мало времени!!! Прикурив еще одну сигарету, я подошла к окну. За окном было темно. Бережливые городовики погасили уличные фонари. Только дождь барабанил по подоконнику. Большие капли с мерным стуком ударялись о стекло и медленно падали, соприкасаясь и создавая бурные потоки на моем окне.
  Все девять лет я была козырной картой у Михея. Безжалостной, бездушной, но беспрекословной исполнительницей его воли. Я гениально играла отведенные мне роли. Соблазняла, подначивала, толкала на какие-то поступки, являлась предметом сделок, добывала информацию. Все, кто соприкоснулся со мной по делам Михея, уверяли, что души у маленького ангела нет, как, впрочем, нет ни жалости, ни сострадания. Если, конечно, оставалось кому уверять.
  Сейчас, спустя целую вечность, я больше не козырной туз. Я джокер. Мою комбинацию невозможно перебить. И теперь... я не в твоем рукаве, Михей, не в твоем.
  
  
  Среда.
  
  Люблю шелк. Он невесомый, струящийся, ласкающий своими объятиями изнеженное тело. Люблю красный цвет. Цвет опасности, агрессии; цвет - предупреждение. Больше этого я люблю только красный шелк.
  Именно таким было мое платье. Алое, шелковое, струящееся, обтягивающее тело вплоть до бедер и свободно спадающее до пола. Глубокий вырез, открытая спина. Я женщина-опасность. Высокая прическа, надменный взгляд, осанка именитой аристократки из средних веков. Сегодня я как никогда похожа на куклу. Сегодня я последний раз с тобой, Михей.
  Черный майбах ждал у дверей подъезда. Михей самолично вышел меня встречать. Окинув взглядом точеную фигурку, затянутую в алый шелк, он судорожно сглотнул и ослабил галстук.
  - Ты дьявольски хороша, моя бесовка.
  - Рот закрой, ворона залетит, - на моем лице не дрогнул ни единый мускул. Но в душе...
  Михей галантно приоткрыл мне дверь. Я уселась, Михей запрыгнул с противоположной стороны. Машина тронулась.
  Банкетный зал роскошной гостиницы 'Ориенталь' сверкал тысячами искусственных свечей. Множество гостей, облаченных в парадные смокинги и разноцветные наряды от жутко модных и дорогих Кутюрье, неспешно дефилировали по залу. Оркестр играл классическую мелодию. Я прикрыла глаза и заслушалась. Люблю Вивальди. Бурные аккорды знаменитых 'времен года', чем-то незримым задевали потаенные струны моей души.
  Послонявшись около получаса по залу, я перездоровалась с доброй половиной гостей, выпила пару бокалов шампанского и вышла в вестибюль - освежиться.
  Огромное, в два человеческих роста зеркало в золоченой оправе отражало высокую миловидную шатенку. Крупные локоны, собранные в высокую прическу то и дело норовили выбиться из оной, растекаясь темным золотом по обнаженным плечам. Женщина была фантастически красива. Едва заметная, блуждающая улыбка, делала ее похожей на добрую фею из сказки. Только огромные зеленые глаза смотрели устало и печально.
  Сзади подошел мужчина. Красивый, мужественный, подобный античному богу. На его фоне женщина казалась маленькой и беззащитной, какой-то совсем юной девушкой.
  'Из них могла бы получиться красивая пара', подумал бы купидон, окажись в тот момент рядом...
  - И как той ночью я мог принять тебя за блондинку?
  - А, может, это не я, а ты гонял по ночным улицам в солнцезащитных очках?! - я улыбнулась и обернулась к Никите.
  - Я скучал по твоим зеленым глазам.
  - Никита, право слово! Я надеялась, что произвожу гораздо большее впечатление, нежели ощущение тоски по изумрудному взору. Могу, кстати, подарить.
  - Только остальное не забудь запаковать в придачу.
  Вот так мило подшучивая друг над другом мы простояли некоторое время. А потом началось...
  
  Послышались крики, шум падающих предметов и тел. Раздались первые выстрелы, потом зарядила автоматная очередь. Мы с Никитой переглянулись, он обнял меня за плечи.
  Тут в вестибюль вылетел Михей, зажимая рукой кровавую рану на предплечье.
  - Это ты, сука, ты все подстроила!!! - завопил он, едва заметив меня, - это из-за тебя сорвалась крупнейшая сделка по поставке наркоты. Б...я, да это ж х...ва туча денег, что не понимаешь?! Да ты могла всю оставшуюся жизнь как сыр в масле кататься, ни в чем себе не отказывая!!! Феррари, ламборгини, твой чертов любимый Дом Периньон!!! На что ты все это променяла??? На этого рыжего ублюдка???
  - Остынь, Михей, - сдержанно сказал Никита, - У тебя бы все равно ничего не получилось.
  - Да, что ты понимаешь, щенок? Только она знала все мои пароли и коды доступа, план, схему, нужных людей и имела доступ к счетам. Без нее ничего бы не получилось. Не у меня. У вас.
  Потом Михей уперся в меня немигающим, осоловелым взглядом.
  - Ты предала меня, Кукла. За все в этой жизни надо платить.
  И выстрелил.
  Никита, прикрывавший меня собой, стал камнем оседать на пол, чуть наваливаясь на меня и придавливая своим телом. Мы как подкошенные завалились на мраморный, обжигающе холодный пол. Я чуть приподнялась на локтях. Никита лежал на мне. Руки его распластались плетьми, изображая мертвенные объятия смерти. На груди быстро расплывалось алое пятно.
  - А-а-а-а-а-а! - завопила я.
  Боль дикая, нестерпимая, безжалостная боль растекалась по всему телу, затопляя все уголки мрачнеющего сознания.
  Я кричала и кричала. Орала, когда Михей, шипя от боли, здоровой рукой вытаскивал из под распростертого тела. Орала и упиралась онемевшими в раз конечностями, когда он тащил меня к машине и пытался меня запихнуть в салон. Тихо хрипела, когда голос сорвался и осип. Хрипела до потери сознания.
  
  Оглушив девушку ударом обуха пистолета в висок, Михей со злостью захлопнул дверь и, обойдя машину, сел за руль. Еще раз кинув злобный взгляд на бледную, потухшую Куклу, он тихо произнес:
  - За все в этой жизни надо платить, Кукла, за все.
  Затем он витиевато выругался, сплюнул на дорогу, закрыл свою дверь и сорвал машину с места.
  
  
  Конец первой части.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Часть II
  
  Собирая осколки...
  
  Пролог
  
  Стемнело. Машина давно выехала за пределы города. Узкая, плохо освещенная трасса петляла из стороны в сторону, то круто взбираясь на очередной холм, то, не менее резко, слетая с него.
  Красивый, обтекаемой формы серебристый автомобиль мчался на предельной скорости. Мужчина за рулем сосредоточенно вглядывался в дорогу, не обращая внимания на свою спутницу. Вдруг девушка на пассажирском сидении пошевелилась и застонала, приоткрывая глаза. Она обвела мутным, пустым взглядом салон, своего спутника и уставилась на дорогу.
  - Пришла в себя, Кукла? - раздраженно рыкнул Михей.
  Она ничего не ответила. Затянулась долгая пауза. Первым не выдержал мужчина:
  - Это по твоей милости мы удираем из СВОЕГО города, как незадачливые воришки от клыков ротвейлера!
  - Плевать, - едва разлепив пересохшие губы прохрипела она.
  - Плевать?! Да ты предала меня!!! Мало того, что оставила без гроша в кармане, разрушила всю мою жизнь, так еще и провалила мою лучшую операцию...
  - Так только она тебя и волнует? - весьма ехидно прошелестела девушка.
   - И, знаешь, из-за чего это все произошло? Из-за одного единственного рыжего кобеля! Из-за молодого урода ты сломала всю мою жизнь! Слышишь?! Ты лишила меня всего!!!
  Вдалеке в свете фар мелькнул изгиб моста. И тут же исчез. Машина спустилась с очередного холма. Тут девушку словно током дернуло. Она повернулась лицом к своему спутнику и заорала:
  - Ты убил его! Ты, мразь, убил его!!! Ненавижу тебя!
  Машина, слегка притормозив, занырнула на мост.
  - Заткнись, идиотка! - отмахнулся Михей, так и не обернувшись на свою спутницу.
  Зря. Она резким, молниеносным движением нависла над водителем и крутанула руль. Михей, не ожидавший ничего подобного, растерялся. За долю секунды автомобиль потерял управление и врезался в ограду моста. От массы машины, подгоняемой инерцией от высокой скорости, чугунные перила буквально разорвало. Куча металлолома, еще секунду назад бывшая баснословно дорогим авто, все еще крутя колеса, полетела вниз. Михей и Кукла падали в БЕЗДНУ...
  
  Хмурый мужчина в камуфляже вышел из банкетного зала именитого отеля 'Ориенталь'. Посреди вестибюля, в котором очутился, незнакомец в маскировочном костюме, лежал навзничь молодой парень. Руки его были раскинуты в разные стороны; на груди и на полу растеклось бурое пятно. Грудь парня едва вздымалась, издавая булькающие хрипы.
  Мужчина в камуфляже подошел к раненому и присел перед ним на корточки.
  - Эй, Никит, ты в себя приходить собираешься? - незнакомец потряс рыжего и продолжил, - или так и будешь, как кисейная барышня в полуобморочном состоянии валяться?
  - Да, пошел, ты, - прохрипело еще минуту назад 'безжизненное' тело.
  - Я ж говорил тебе, броник под накрахмаленный пиджачок нацепить, а ты дурень упирался. Хорошо, послушал дядю. Так ты и себе и девке своей, считай, жизни спас.
  - Где она? - прохрипел Никита.
  - Кто? Девчонка что ли? Так ее этот псих с собой утащил, пока ты тут аристократический обморок изображал.
  - Что? - Никита резко дернулся и попытался сесть. Получилось. Только невыносимая боль спеленала грудную клетку, перехватывая напрочь дыхание.
  Никита схватился за ребра. Мужчина подождал, пока тот восстановит дыхание и стал помогать стянуть бронежилет.
  - Найди ее, - все еще шипя от боли произнес Никита.
  - М-да, - присвистнул мужчина, - выглядишь ты погано. Пара ребер точно сломана...
  - Заткнись, - сделал попытку заорать Никита, но закашлялся. 'Друг', похлопал его по спине, отчего тот согнулся в три погибели. - Не уходи от темы. Где она?
  - Твоя зеленоглазка в алом платье? Неотразимая красотка, но холодная как камень. И почто ты себе такую нашел? Ладно, не кипятись, - придержал мужчина, пытающегося встать Никиту, - тот псих увез ее на серебристом мерине в неизвестном направлении. На тачке наш маячок, так что ребята с минуты на минуту нагонят их.
  - Мне бы твое спокойствие... А это что?! - Никита посмотрел на окровавленные лоскутки своей рубашки.
  - А, это? Броник нового образца. Под верхним слоем множество резервуаров с заменителем крови. Для реалистичности. Если б этот урод не убедился в твоей кончине, еще б светлую голову прострелил бы...
  Тут у мужчины зазвонил телефон.
  - Слушаю, - пробасил он.
  В трубке что-то истеричным тоном вещали, а мужчина серел на глазах.
  - Черт, - сплюнул он прервав разговор. - Никит, мерин слетел с моста. Там, парни говорят, сплошное месиво...
  Лицо Никиты окаменело. На лбу и около губ пролегли глубокие складки. Он словно постарел и сломался.
  - Ищут твою девочку, Никит, - и хлопнул друга по плечу.
  Когда они вдвоем дошли (скорее доползли, учитывая состояние Никиты) до машины, трубка мужчины вновь ожила. После короткого разговора, он обернулся и проронил:
  - Нашли.
  Никита замер.
  - Повезло тебе братишка, - мужчина озорно улыбнулся, - второй раз за сегодня повезло, жива твоя девочка и, вроде, относительно цела. Платье алое спасло.
  
  ***
  - Что с ней?
  - Небольшое переохлаждение, сотрясение мозга, вывих плечевого сустава и, как следствие закрытой черепно-мозговой травмы, амнезия.
  - То есть?
  - На физическом уровне, - изгалялся пожилой доктор, - учитывая высоту и скорость падения машины, силу удара, время, проведенное в холодной воде...
  - Короче, - огрызнулся Никита.
  - Состояние нормализовалось. Кризис миновал. Но память...
  - Что с памятью?
  - Ничего. Она абсолютно ничего не помнит. Никита Сергеевич, вы же сами имели возможность наблюдать, девушка никого не узнает, даже вас, а вы, мой дорогой, не самый последний человек в ее жизни. Она не ничего не знает где находится, не помнит своего детства, родителей, близких и друзей...
  - У нее нет друзей.
  - Да, она даже имени своего не помнит!
  - Память когда-нибудь восстановится?
  - Возможно. В большинстве случаев так и происходит. У одних этот процесс занимает день или неделю, другие не могут вспомнить ничего годами, а третьи так и остаются в неведении всю оставшуюся жизнь. Процент последних, конечно же, предельно низок, но и такие случаи не исключены.
  - Я могу забрать ее домой?
  - А вы родственник? Муж, брат, сват, к примеру?
  - Нет.
  - Тогда исключено.
  - И что с ней будет?
  - Когда долечим до конца, определим в интернат. Там таких обучают приспосабливаться к новой жизни, находят со временем работу... Никита Сергеевич, девушке нужен сейчас постоянный уход, должное отношение, внимание, понимаете ли. А вы посторонний человек. Как вы ей объясните логически свое присутствие и...- доктор на мгновение замялся, подбирая нужное слово, - покровительство? - наконец, определился с выбором нужного термина старичок.
  - А если я, предположим, жених?
  - Вот так сразу и жених? - лукаво прищурился пожилой доктор.
  - Почему же сразу, - еле сдерживая накопившуюся злость, спросил Никита, - на том не безызвестном приеме в 'Ориентале' мы с Лерой хотели объявить о помолвке, но не успели. Ее приемный отец оказался совсем не порядочным человеком, крупным наркоторговцем. Он тогда собирался провернуть очередную сделку, но она сорвалась. За ним давно приглядывали спецслужбы и именно в тот роковой вечер собирались повязать всю цепочку. Михаил Игнатьевич успел скрыться, взяв в заложницы падчерицу. На огромной скорости машину занесло, она врезалась в ограду моста и слетела в реку. Остальное вы знаете. Как вам такая история?
  - Интересная трактовка, - улыбнулся доктор, - вам бы молодой человек, лекции в школе милиции читать. Большую пользу людям принесете.
  - Да, плевать мне на пользу людям и на ваши идиотские законы мне наплевать! - вспылил Никита, - мне нужна только эта девушка. Я. ЕЁ. ХОЧУ. ЗАБРАТЬ. И я сделаю это, чего бы это мне не стоило. У нее кроме меня никого нет. Я смогу должным образом о ней позаботиться, ясно вам?
  - А, ну это другой разговор, - согласился доктор, пряча пачку хрустящих банкнот в объемный карман белого халата.
  
  Через неделю я забрал Леру домой.
  
  ***
  
  - Раз!
  Никита издал тяжелый вздох, протяжно выдохнул и нервно сглотнул набежавшую слюну. Стройную талию, переходящую в изящную спинку и увенчанную белокурой головкой из рук все же не выпустил.
  - Два, - чуть хрипловато продолжила зеленоглазка, на лице которой не дрогнул ни один мускул.
  Щелкнул предохранитель, аристократический палец чуть нажал на курок.
  - Интереса ради, с кого ты начнешь вендетту? Со старого друга или его пассии?
  - Ты наверное имел ввиду с бывшего любовника или его очередной подружки? - каштановая бровь изогнулась в плавную дугу.
  - Ревнуешь, кукла? - хохотнул Никита и оттолкнул блондинку.
  - Я, кажется, предупреждала тебя однажды...
  Не дав ей договорить, рыжий повернулся к ней спиной, достал бумажник и вытащил из него несколько крупных купюр. Затем бросил их блондинке и улыбнулся:
  - Обещанная награда, детка. Дальше мы как-нибудь сами.
  Блондинка судорожно кивнула и, быстро подобрав разлетевшиеся купюры, попятилась к выходу. Эту сбрендившую парочку ей долго не забыть.
  - Три, - сказала Лера, как только за блондинкой хлопнула входная дверь. И опустила пистолет.
  - И как давно ты все вспомнила?
  
  Глава 1
  
  Этот месяц для меня выдался не просто тяжелым, он был УЖАСНЫМ. Лера, мало того, что ничего не помнила, никого не узнавала, но и... боялась. Она боялась всего. Она боялась машин, людных мест, темных комнат, мостов и громких звуков. Тяжелым испытанием стали ночи. Она плакала, стонала, металась во сне и кричала. Она кричала так, что у меня все холодело внутри, так я за нее боялся в те моменты. Я врывался в ее комнату, резким движением включая свет, садился на кровать и притягивал Леру к себе. Гладил зеленоглазку по голове, целовал лицо, пытаясь высушить ее слезы... А она, просыпаясь, в эти жалкие секунды находясь в состоянии на грани сна и реальности, звала меня, своего Никиту. Вот только проснувшись, она снова и снова смотрела на меня как на незнакомца.
   Но самым удручающим было то, что она боялась меня.
  Она вздрагивала от звука моих шагов, подскакивала когда я отворял входную дверь, съеживаясь каждый раз, когда пытался ее обнять. А еще она меня хотела так, как женщина хочет мужчину. Это неосознанное желание сквозило во всем, в ее жестах, мимике и даже движениях.
  - Я не хочу, чтобы ты меня боялась, - прошептал я однажды, практически бесшумно подойдя к Лере со спины и приобнял за плечи.
  Она вздрогнула. Опять. Снова. Боже, как же мне все это выдержать?!
  - Лера, пойми, мне тоже тяжело. И мне, как и тебе страшно. Я хочу, чтобы ты знала, я очень хочу тебе помочь.
  Затянулось молчание. Лера стояла и по-прежнему смотрела в окно. Одно радовало: она не пыталась скинуть мои руки со своих плеч.
  - Мне не нравится это имя, - наконец проронила она. - Не называй меня больше так.
  - Хорошо, - вздохнул Никита. - Какое ты хочешь имя?
  - Вероника. Просто Ника. Я очень хочу победить.
  - Кого?
  - Не знаю. Не помню. Только чувствую, что надо.
  - Только не отталкивай меня, хорошо? Мне тоже очень надо победить.
  - Тебе-то зачем?
  - Чтобы ты была со мной.
  - А если я этого не хочу, если мне это не надо?
  - Если ты ничего не помнишь, откуда знаешь что тебе нужно, а что нет?
  Я резким движением повернул ее к себе лицом. Огромные зеленые глазищи уставились на меня с непонятной гаммой чувств: испуг, не узнавание, какая-то затаенная горечь и пустота. И, определенно, желание.
  - Я никогда тебя не обижу, милая.
  - Обещаешь? - недоверчиво сощурилась Лера.
  - Клянусь.
  Она вздохнула и прижалась ко мне. Плечи Леры расслабились. Она наконец-то смогла перебороть свой страх и довериться, попробовать поверить. Я обнял ее, еще сильнее прижимая к себе. Боже, как я ждал этого момента! Момента, когда она меня не оттолкнет, просто позволив быть рядом с ней. Я наклонил голову, приобнял за затылок и зарылся носом в ее волосы. Она стояла молча и терпела. И уже из-за этого я готов был прыгать от счастья!
  Заскрежетал открываемый замок, Лера напряглась, хлопнула входная дверь, отчего женщина в моих объятиях вздрогнула, грохнул об пол в прихожей чемодан, раздался цокот приближающихся каблучков. Черт! Ну как же так не вовремя?!
  - Никитос! - звонкий жизнерадостный голос раскатом грома прокатился по замершей квартире.
  
  ***
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"